Текст книги "Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП)"

Автор книги: Сиана Келли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)

ТАВЕРНА «ВЕДЬМИНО ЗЕРКАЛО»

Серия: Сэм Куинн. Книга 3.

Автор: Сиана Келли

Переводчик: Gosha_77

Редактор: _Kirochka_, TatyanaGuda, svetik99

Вычитка: Marina_lovat

При копировании просим Вас указывать ссылку на наш сайт!

Пожалуйста, уважайте чужой труд.

ГЛАВА 1

Эй, какого чёрта?

Я вытерла и без того блестящую стойку бара, и на моём пальце сверкнуло новое помолвочное кольцо. Сегодня был тот самый день. Книжный магазин и бар «Убиенная Овечка» снова открывался. Строительная бригада проделала большую часть работы, пока мы с Клайвом находились в Новом Орлеане. Здесь всё было совсем не так. Это место уже никогда не будет прежним, но «Убиенная Овечка» 2.0 блистала в лучах заходящего солнца.

К счастью, волки, уничтожившие оригинал, не повредили оконную стену с видом на залив Сан-Франциско и Тихий океан. Морская вода плескалась о толстое стекло в метре над полом бара. Водоросли покачивались и кружились, когда мимо проплывала большая рыба.

– Привет, босс. Я убрал последние две тележки с книгами, но мне позвонили и сообщили, что сегодня вечером доставят ещё одну партию.

Оуэн, мой друг, помощник и выдающийся ведьмак, помогал мне с приготовлениями перед первым открытием за последние два месяца.

– Полки довольно лёгкие. Хотя скоро мы должны вернуться к нормальному ассортименту.

Волки тщательно уничтожили мой дом. Очень немногие книги удалось спасти. Они уничтожили редкие, древние гримуары и первые издания, незаменимые экземпляры. Я отогнала печаль и возмущение. Сегодня вечером им здесь было не место.

Дейв, мой повар-полудемон, вышел из кухни с тарелкой угощений. Он так хорошо знал меня. Когда он поставил передо мной шоколадно-кокосовые батончики с карамелью, Оуэн нырнул за тарелкой, а Дейв повернул обратно на кухню.

– Подожди. Ты не хочешь выпить?

Я подняла его любимый сорт коричного шнапса.

Он остановился у вращающихся дверей и оглянулся через плечо. Чёрные, как у акулы, глаза Дейва уставились на бутылку в моей руке.

– Позже. Я не хочу, чтобы этот запах был у меня в голове, пока я готовлю.

Мгновение спустя дверь захлопнулась.

– Ты уже была на кухне? Ты знаешь, что он делает?

Оуэн выхватил бутылку у меня из рук и вернул её на место в красочной, сверкающей стене из каскада бутылок за стойкой бара, выровняв её так, чтобы этикетка была обращена строго вперёд, как он делал с любой другой бутылкой на стене.

– Понятия не имею. Сегодня меня выгнали с кухни.

Я откусила кусочек угощения и застонала.

– Тебе же не попасть в квартиру, если тебе запрещено заходить на кухню.

Оуэн оглядел бар в поисках чего-нибудь, что нужно было сделать. Я его прекрасно понимала, потому что весь день делала то же самое.

Я занималась бизнесом семь лет, прежде чем мой дом пришлось разобрать до основания и перестроить. Это был не первый мой рабочий день, но я чертовски нервничала. Вместо того чтобы открыться в полдень, как мы обычно делали, мы перенесли торжественное открытие на пять вечера, чтобы устроить больше вечеринку.

Посмотрев на часы, я призналась – хотя бы самой себе – в страхе, который мешал мне спать. Что, если никто не придёт? Прошло уже несколько месяцев. Привычки изменились. Может быть, заядлые посетители нашли новые места для времяпрепровождения, которые им больше нравились.

– Время, – сказал Оуэн.

Кивнув, я нацепила улыбку, приготовилась к тишине и открыла обереги, защищающие мой книжный магазин и бар. Они были волшебным образом связаны со мной и отвечали на мои мысли. Мгновение спустя по лестнице раздалось множество шагов, и что-то напряжённое и испуганное во мне исчезло. Оуэн ухмыльнулся, поцеловал меня в щёку и пошёл приветствовать наших клиентов.

Первым вошёл Грим, гном с подходящим именем, который каждый вечер с тех пор, как я только открылась, сидел на крайнем табурете в баре. Он не был пьяницей. Он был персоной, которая наслаждалась кружкой медовухи в конце дня. Когда он запрыгнул на своё обычное место, я поставила перед ним кружку. И вот так всё вернулось на круги своя.

Бар быстро заполнился посетителями, которые хлынули в соседний книжный магазин. Там они собрали разбросанные стулья и расставили их вокруг дивана перед стеклянной стеной. Я была не единственной, кому не терпелось увидеть друзей и поговорить с ними.

Первый час был напряжённым. Люди, которые никогда бы не подумали обнять Сэм 1.0, жали мне руки, обнимали меня, даже целовали в щёку. Сказать, что последние несколько месяцев изменили мою жизнь, не было бы преувеличением. То ли по необходимости, то ли намеренно, я держалась особняком и изолированно. Но сейчас… Ну, прямо сейчас великолепный парень, друг Оуэна, Джордж кружил меня по кругу, а его сестра Коко, ухмыляясь, качала головой.

Коко никогда не бывала здесь раньше. Она была необыкновенным драконом-оборотнем, и сделала мне ожерелье, которое я никогда не снимала. Оно было создано для защиты моего разума от внешнего влияния. Моя тётя, которая была одержима желанием стереть меня с лица земли, использовала свою значительную силу, чтобы втянуть меня в ужасающие видения, которые должны были остановить моё сердце. Коко наколдовала изысканное защитное ожерелье, и теперь оно держало мой разум под моим собственным контролем.

Хоть она была и не такая высокая, как Джордж, у неё были его широкие плечи, тёплая смуглая кожа и пронзительные зелёные глаза. Кроме того, она была выздоравливающей алкоголичкой, поэтому никогда раньше она не заходила. Как только Джордж поставил меня на ноги, Коко пожала мне руку.

– Тут даже красивее, чем я себе представляла, – она стояла спиной к бару, не отрывая взгляда от открывающегося вида. – Я не могу остаться. Просто хотела пожелать тебе всего хорошего в твою первую ночь.

– Чтобы должным образом поблагодарить тебя за то, что ты пришла, позволь мне кое-что дать.

Когда я потянулась позади неё к бару, её глаза дрогнули.

– Нет, спасибо. Я в порядке. Мне, наверное, следует…

Я протянула тарелку с шоколадно-кокосовыми батончиками, которые приготовил Дейв, и предложила два последних Джорджу и Коко.

Выдохнув, она кивнула, взяла батончик и откусила. Её стон заставил меня улыбнуться. Джордж взял последний батончик и быстро прикончил его, всё время крепко обнимая сестру.

– Я собираюсь отвезти Коко домой. И, наверное, вернусь к закрытию, чтобы забрать Оуэна.

Коко толкнула локтем своего брата.

– Тебе не нужно нянчиться со мной. Я в порядке. Оставайся и веселись.

– Ты с ума сошла? Это «Спрингбокс»¹ против «Олл Блэкс»². Сегодня вечер регби, женщина.

Джордж ещё раз поцеловал меня в щёку, не убирая руки с плеч сестры. Он помахал Оуэну, а затем повёл Коко вверх по лестнице. Они ушли.

По полу прокатилась ударная дрожь. Я повернулась и увидела, как Мег расправляет крылья и пристально смотрит на человека, сидящего на барном стуле, который обычно занимала она. Это было недостатком – наличие невероятно могущественных постоянных клиентов. Они не привыкли ждать своей очереди. Мег была одной из Фурий. Она была древнегреческой богиней мести. Мне нужно было принести ей виски и стул раньше, чем в её когтистой руке появится плеть.

Кивнув Оуэну, который готовил напитки за стойкой бара, я указала на барный стул, который держала в углу. Им я пользовалась тихими ночами. Он поднял его и передал мне через головы. Я поставила его в конце стойки, рядом с Гримом. Поскольку ни Мег, ни Грим не были болтунами, я решила, что они смогут вполне сносно терпеть друг друга. Я махнула Мег и указала ей на пустой стул, а Оуэн поставил перед ней двойную порцию её любимого виски. Раздражённая, но успокоенная, Мег села.

Дверь кухни распахнулась, и Дейв начал что-то писать на доске меню, которую мы недавно установили. Для всех участников было лучше, когда Дейв не взаимодействовал напрямую с клиентами.

«В честь недавней поездки Сэм в Новый Орлеан, сегодняшнее меню: По'бойс – краб, креветки, горячая сосиска или ростбиф, подаётся с картофелем фри или кольцами лука. Никаких замен. Не выводите меня из себя».

Дейв вернулся на кухню, а Оуэн начал ходить по залу, принимая заказы. Справа от меня раздалось низкое, яростное:

– Чёрт.

Я обернулась и обнаружила, что Мег пристально смотрит на нижнюю ступеньку лестницы.

– Милое местечко, малышка.

Я резко развернулась. Там стояла Стефо и осматривала бар своим единственным здоровым глазом. Взвизгнув от восторга, я обежала стойку бара и обняла свою любимую горгону. Она была сногсшибательна в длинном белом платье-майке с высокими разрезами по бокам, которые подчёркивали сияющую оливковую кожу. Её чёрные вьющиеся локоны спадали до поясницы. Она всё ещё щеголяла с повязкой на глазу, но эта повязка подходила к её платью.

– Ты пришла!

Я очень скучала по ней.

– Сказала же, что приду.

Она одарила Гора, который мог быть, а мог и не быть египетским богом неба – мне не хотелось совать нос не в своё дело – долгим взглядом. Я никогда не видела в нём ничего, кроме стойкости. Под похотливым взглядом Стефо его тёмная кожа покраснела.

– Ты помнишь, – прошептала она, заставив Гора поперхнуться резаным пивом³.

– Я так рада тебя видеть! Тебе нужно где-нибудь остановиться? Моя квартира в задней части дома.

Похлопав меня по руке, она сказала:

– Спасибо, но у нас всё в порядке.

– У вас? Габриэль с тобой?

Я была удивлена, что он покинул Новый Орлеан, когда его Альфа стал Магистром города.

– Нет, ох уж этот пылкий волк. То, что он мог делать с… ну, это, наверное, не то место, чтобы вдаваться в подробности, – она подмигнула. – Спроси меня позже. Нет, «мы» это мои сёстры. Каждое столетие или около того мы собираемся и живём вместе до тех пор, пока можем терпеть друг друга.

– Подожди. Обе сестры? Я думала, Персей отрубил голову Медузе.

Хихикая, она ответила:

– Он хотел бы. Мужчины. Перестанут ли они когда-нибудь преувеличивать свои подвиги? Или размер своих членов? – она закатила глаза. – Не считая этого волка, потому что, уфф.

Я отступила за стойку.

– Что я могу тебе предложить?

Ниал, высокий, щеголеватый эльф с травянисто-зелёными глазами и длинными серебристо-светлыми волосами, встал и предложил Стефо свой стул.

Она оглядела его с ног до головы, провела рукой по его руке и поблагодарила.

– Думаю, мне бы хотелось чего-нибудь высокого и крутого.

Она подмигнула Ниалу и затем села.

Ниал приложил губы к уху Стефо и прошептал что-то, от чего её глаза широко распахнулись.

– Да. Мне бы этого очень хотелось. Сначала мне нужно поговорить с моей подругой. После этого ты в деле.

Она обмахнула своё лицо, когда он формально поклонился, а затем направился к ступенькам, где стал ждать её.

Я поставила перед ней розовый напиток в высоком бокале.

– Значит, вся эта история с обезглавливанием Медузы была ложью?

– По большей части. Он увидел её отражение в своём щите, а потом обмочился и побежал, – пожав плечами, она сделала большой глоток. – Ммм. Так или иначе, – сказала она, оглядываясь через плечо на горячего эльфа, ожидающего её. – Мне нужно идти, но я хотела, чтобы ты знала, что мы сняли дом в Си-Клифф, примерно в миле отсюда. В следующий раз я возьму с собой Эуриалию и Медузу. Только убедитесь, что у вас под рукой много вина. Это всё, что они пьют.

Она вскочила со своего места.

– Я вернусь. Просто заскочила поздороваться.

Отмахнувшись от Мег – которую я и не подозревала, что она видела, – она бросила двадцатку на стойку бара, забрала своего эльфа и направилась к выходу. Я уже скучала по ней.

Позже вечером в заведении всё ещё было многолюдно, но все устроились. Я нарезала дольки лимона, заметив, что Лиам, селки и один из моих постоянных клиентов, протискивается через вход в воде. Мне было интересно, где он был. Он снял свою тюленью кожу и превратился в человека. Не обращая внимания на приватную мантию, которую я продолжала вешать у входа в океан, он направился к бару.

Люди выкрикивали приветствия, некоторые свистели, но Лиам не отвечал. Сбитая с толку, я отодвинула разделочную доску и, схватив пинтовый стакан, стала наливать его любимое светлое пиво из крана. Это было так на него не похоже. Правда, у многих в сверхъестественном мире не было проблем с наготой, но я точно знала, что у Лиама были проблемы. Он был главной причиной, по которой я держала мантии доступными для водных фейри.

– Всё в порядке?

Я поставила пиво перед ним.

Склонив голову набок, он непонимающе уставился на него. Долю секунды спустя он схватил нож, который я уронила, и перепрыгнул через стойку, сбив меня с ног. Я ударилась головой о деревянный пол. На мгновение ошеломлённая, я не среагировала, пока не почувствовала, как нож вонзился в шею. Выпустив когти, я оттолкнула его руку, сломав кость. Глаза его были всё ещё пустые и непонимающие. Он обхватил меня здоровой рукой за шею и сжал.

Его глаза были неправильными. Я стукнула его по другой руке и снова услышала треск. Не прошло и секунды, как его оторвали от меня, и он повис в плотной хватке Дейва. Пламя пробежало по руке Дейва, обжигая Лиама, но он всё ещё висел безвольно и не реагировал.

– Остановись! Брось его.

Дейв подчинился, но придавил Лиама ногой.

– Что, чёрт возьми, это было? – прорычал он.

Я не осознавала, что в баре воцарилась тишина, пока не встала и не услышала коллективный вздох.

– Сэм, у тебя кровь!

Оуэн обежал вокруг бара, сжимая в руке полотенце. Он прижал его к моей шее, пытаясь остановить поток крови.

Держа свою руку поверх его, усиливая давление, я изучала Лиама.

– Посмотри на него. Его там нет.

– Мама, – Оуэн помахал свободной рукой своей матери Лидии. – Это проклятие?

Дейв присел на корточки и положил руку на немигающее лицо Лиама.

Лидия выглядела так, словно готовилась произнести заклинание, но я остановила её.

– Она отслеживает. Ничего не делайте.

Мгновение спустя Лиам вздрогнул, свернулся в позу эмбриона и затрясся.

Дейв встал с мрачным выражением лица.

– Она вернулась.

ГЛАВА 2

Лиан, Лиан, Лиан

Было около одиннадцати, когда прибыли Клайв и Лиан. Они нашли меня, сидящей за столиком в пустом, затемнённом баре, смотрящей на волны и гадающей, какого чёрта.

– Я предполагала, что будет больше людей.

Лиан, приезжая вампирша и одна из великолепных бывших Клайва, заглянула в книжный магазин у входа, без сомнения, в поисках скрытой толпы.

Конечно, он привёл Лиан. Да, она была старым и очень могущественным союзником, полным решимости помочь Клайву выяснить, кто нацелился на него и его ноктюрн вампиров. Но обязательно ли ей было всё время быть такой чертовски красивой и совершенной? Дико сияющая, без шрамов кожа, золотисто-карие глаза, блестящие чёрные волосы – она была худшей из всех.

– Где все?

Клайв пододвинул стул и сел рядом со мной, положив руку мне на бедро.

– Я звонил раньше. Было так шумно, что Оуэн меня не смог расслышать меня.

– Да, – я взяла его руку и зажала её между своими. – Всё началось здорово.

Я наблюдала, как Лиан осматривает мой бар-книжный магазин. Стиснув сильнее руку Клайва, я добавила:

– Пришли все, и большинство из них привели друзей. Мы были переполнены.

Наклонившись, он поцеловал меня в висок.

– Я же тебе говорил.

Дверь кухни распахнулась, вышел Дейв и Лиан замерла.

– Да, это всё приятное времяпровождение, пока кто-нибудь не попытается перерезать тебе горло.

Он поставил передо мной тарелку с креветками и картошкой фри.

– Ешь. Что, чёрт возьми, я должен делать со всей едой, которую приготовил?

Игнорируя напряжённо моргающую Лиан, он зашёл за стойку и налил себе стакан коричного шнапса, а мне содовой.

– Полагаю, что сегодня вечером приюты будут наслаждаться каджунской едой.

Я не подумала поесть раньше, но он был прав. Теперь, когда еда стояла передо мной, я умирала с голоду.

Дейв плюхнулся в кресло с другой стороны от меня.

– О чём ты говоришь? Кому перерезали горло? – голос Клайва охладил воздух.

Дейв указал на мою шею, точнее на бок с противоположной стороны от Клайва. Сестра Оуэна, Лайла, целительница, уже поработала со мной. Я была в порядке, хотя теперь у меня теперь был ещё один шрам.

Откусив кусочек по'бойса, я пожала плечами.

– Маленький порез.

Повернувшись к Дейву, я добавила, с полным ртом острых креветок:

– Так вкусно.

Он наклонил свой бокал в мою сторону, принимая комплимент, а затем одним глотком прикончил половину выпивки.

Я не видела, как он двигался, но внезапно Клайв присел на корточки рядом с Дейвом, и пальцем слегка провёл по новому шраму на моей шее.

– Кто напал на тебя?

– Лиам.

Дейв допил остатки своего напитка и покачал головой.

– Грёбаный селки решил рыпнуться на неё. Бар заполнен почти всеми могущественными существами в Сан-Франциско, а этот мудак проплывает через вход в океан, проходит через переполненный бар – голый – и перепрыгивает через стойку в попытке убить её.

– Лиам? С какой стати Лиаму нападать на тебя?

Клайв кипел от злости, я это чувствовала, но он держал свой голос и язык тела под контролем.

Сглотнув, я сказала:

– Это не его вина. Эбигейл вернулась. Дейв отследил заклинание. И она, по-видимому, ищет друзей, так как не может меня заполучить.

Сделав глоток содовой, чтобы запить невероятную еду Дейва, я добавила:

– Все были в шоке. Никто не двигался. Дейв был на кухне и всё равно первым пришёл на помощь, оттащил его от меня.

Я уставилась на еду, желая поесть, но знала, что Клайву нужны ответы.

– Ты знаешь Лиама. Он тихий, задумчивый. Незначительный. Он появился здесь первым несколько месяцев назад, когда в меня стреляли. Русалка, которая спасла меня, сказала ему, и он помчался мне на помощь. Он милый парень, которого все любят.

Дейв кивнул в знак согласия.

– Тут было чертовски празднично. Никто и не заметил угрозы, когда смотрели на него.

– Я сомневаюсь, что кто-нибудь даже видел, как он выхватил нож, когда нырнул за стойку бара. Я не звала на помощь, потому что она мне не нужна.

Клайв открыл рот, чтобы ответить, но я покачала головой.

– Мне не нужна была помощь. Он селки. Я могла бы легко справиться с ним, но это же Лиам. Я не хотела причинять ему боль. Я видела, что с ним что-то не так. Кончилось тем, что я сломала ему обе руки, пока отталкивала его от себя. Звук был ужасный. К счастью, Лайла была здесь и смогла исцелить их. Если бы он не смог плавать, то, скорее всего, умер бы. Селки нельзя надолго отрывать от воды.

Тяжёлое молчание было нарушено, когда Лиан спросила со своим глупым, идеальным британским акцентом:

– Кто такая Эбигейл?

Я позволяю Клайву разобраться с этим, пока заканчивала свой ужин.

– Эбигейл – тётя Сэм. Она возражает против существования Сэм.

Он успокаивающе провёл рукой по моей спине, поднялся и вернулся на своё место, пронзая Дейва взглядом.

– Если ты смог отследить заклинание, почему ты здесь и почему Эбигейл не мертва?

Дейв выдохнул, наклонился к океану и, обхватив ногой ножки пустого стула, подтащил его к себе.

– Я не отчитываюсь перед тобой, сынок, так что следи за своим тоном, – он положил ноги на стул, не обращая внимания на гнев Клайва. – И не пытайся показывать мне свои джедайские фокусы с разумом. Это дерьмо работает только тогда, когда я не обращаю внимания.

– Он пытался, – сказала я.

– Твою мать. Сука почувствовала, что я выслеживаю её, и разрушила чары. Она рядом, но это всё, что у меня есть. Вероятно, ей нужно было быть рядом, чтобы контролировать его.

Лиан, наконец, подошла к нашему столику и села по другую сторону от Клайва, на мгновение положив руку ему на плечо, как бы призывая его успокоиться. Её самонадеянность, возлагать руки на мою пару, вызвала у меня желание оторвать её руку и ударить ею по лицу.

– Почему твоя тётя желает твоей смерти? – спросила Лиан с тихим беспокойством и интересом.

Если бы я недавно не обнаружила свои собственные способности к некромантии, я могла бы купиться на это. Тоска по Клайву скрывалась за каждым её словом и жестом.

Поскольку Клайв и Дейв были взбешены, я быстро доела последнюю картошку фри и ответила:

– Мой отец был рождён волком, как вы знаете, а моя мать была ведьмой Кори, древней и могущественной линией ведьм. Тетушка считает, что моя мать испортила мной их длинную, чистую линию ведьм.

Дейв фыркнул.

– Испортила.

– Не могла бы твоя мать…

– Мертва.

Лиан наклонилась вперёд.

– Тогда твой отец. Он…

– Мёртв.

Этот разговор становился всё более и более угнетающим.

– Наверняка у тебя есть кто-нибудь из членов семьи, кто мог бы тебе помочь.

Снова с тихой заботой. Мне хотелось врезать ей прямо между глаз.

Дейв подавил смешок и встал, забирая мою пустую посуду к бару. Минуту спустя он вернулся с коктейлем для меня.

Я сделала глоток. Идеальная «Капля лимона»⁴.

– Спасибо.

Кивнув, он снова поднял ноги, скрестил руки на груди и стал смотреть, как волны кружатся вокруг стекла.

И Клайв, и Дейв позволяли мне решать, чем поделиться. Я достаточно осознавала себя, чтобы понимать, что мои проблемы с Лиан проистекали из моей собственной неуверенности. Другие вампиры в ноктюрне любили её, хотели, чтобы она была для Клайва кем-то особенным. По большей части, мне было всё равно. Просто иногда это меня доставало.

Вампиры были всецело за долгую игру. Может, Клайв и любит меня сейчас, но она сомневалась, что он будет чувствовать то же самое через несколько лет, несколько десятилетий, столетие? Выжидание подходящего момента, к добру или к худу, было отличительной чертой их веры.

Сделав ещё один глоток, я неохотно ответила:

– Насколько я знаю, я последняя из рода Куинн, а мы с ней – последние Кори. По-моему. Хотя, честно говоря, я понятия не имею.

Я поигрывала бокалом мартини, поворачивая его так и этак, ловя лунный свет.

– Она более опытна и более сильна, чем я.

– Не более сильная, – начал Клайв.

– Она чёртова колдунья, – вмешался Дейв. – Эта сила принадлежит не только ей.

Пожав плечами, я продолжила:

– Независимо от того, как у неё это получается, она сильнее меня и тренировалась для этого всю свою жизнь. У меня был доступ к моему ведьмовскому наследию всего несколько месяцев. Я понятия не имею, обладаю ли я какими-то скрытыми навыками, которые могут превзойти её.

Я также не собиралась говорить Лиан или любому другому вампиру, что я некромант, что я могу чувствовать присутствие вампиров, читать их мысли и эмоции, даже контролировать их действия. У меня не было желания умереть. Единственными вампирами, которые знали, были Клайв, его второй Рассел и его третий Годфри, никто из которых не предал бы меня – я была почти уверена – и никто из которых, на самом деле, не знал о моих способностях.

Я даже не сказала Клайву, что однажды глубоко заглянула в свой собственный разум и обнаружила холодные зелёные вампирские вспышки в небольших группах по всей планете, или, что я прочитала мысли вампира на другом конце света. Я бы сказала ему – я бы сказала – как только смысл того, что это может означать, не бросил меня в холодный пот.

Клайв накрыл рукой мою руку.

– Я полагаю, что попытка Лиама убить испортила вечер?

– Да. После этого они все начали уходить.

Они были так счастливы – ну, за исключением Грима, естественно, – когда пришли. Я не могла вынести взглядов ужаса и жалости, которые они бросали на меня, уходя.

– Как он сейчас? – спросил Клайв.

– Ему было лучше. Когда он вышел из транса, то свернулся калачиком, ужасно дрожа. Если бы Лайлы не было здесь, чтобы помочь, не знаю, что бы мы сделали. В конце концов, мы помогли ему надеть шкуру тюленя, и он вернуться в океан.

– Наверное, так будет лучше для него, – сказал Дейв. – Может лучше исцелится.

– Да.

Бедный Лиам. Я ненавидела свою тётю, по-настоящему ненавидела её. Ей было всё равно, кому она причинит боль, чтобы добраться до меня.

– Хорошо, – Клайв встал, потянув меня за руку. – Поднимайся.

Когда я поднялась, Клайв обнял меня одной рукой и прижал к себе.

– Мы пойдём домой. Ты поспишь. Мы встретимся здесь завтра после закрытия и обсудим, что делать с твоей тётей.

– Убить её, – проворчал Дейв, пиная стул.

– Может быть, мы могли бы попросить Коко сделать заколдованную цепочку, которая окружает «Убиенную Овечку», чтобы каждый посетитель контролировал свой разум.

Как ожерелье, которое она сделала для меня, защищало мой разум.

– Конечно, – сказал Дейв, выключая свет. – А что будет потом, когда ты выйдешь за дверь? Ты больше не живёшь в своей хоббитчьей норе, – он начал подниматься по лестнице. – Ещё даже не полночь. Может быть, я приглашу Мэгги на танцы.

Он прошёл через обереги и исчез.

Клайв потянул меня за косу, склонил лицо ко мне и поцеловал меня.

– Мне жаль, что вечер плохо закончился. А теперь, – он быстро стиснул меня, – где твоя куртка?

– Эм.

Я оглядела бар, возвращаясь по своим следам, пытаясь вспомнить, когда я её сняла.

– На диване в моей квартире.

Клайв пошёл за ней, оставив нас с Лиан наедине.

– Твоё заведение великолепно. Клайв упомянул, что это твоё детище.

Её совершенные черты сияли в лунном свете. Она была, попросту говоря, сногсшибательна.

Я изо всех сил пыталась отгородиться стеной от её эмоций, боролась и потерпела неудачу.

– Да. Если бы не нужно было соблюдать правила обыденного мира, я представляла, что было бы возможно. Тогда я толком не знала Клайва, но он свёл меня с людьми, которые смогли воплотить мою мечту в реальность.

Лиан кивнула.

– Похоже, это комфортная и полезная жизнь, которой ты сама добилась. Поздравляю.

Улыбаясь, она повернулась и стала смотреть на волны.

Поскольку я не смогла полностью блокировать её, я также узнала, что она думала, что, в отличие от книжного магазина и бара, во мне не было ничего особенно красивого или экстраординарного. Привязанность Клайва сбивала её с толку.

ГЛАВА 3

Просто для ясности, я была круглой отличницей

Не знаю, как ей это удавалось, но Лиан всегда стояла рядом с Клайвом, в то время как я, казалось, вечно отставала, угрюмый подросток, злой на весь мир. Конечно, не помогло и то, что каждый вампир, мимо которого мы проходили, считал Лиан могущественной, смертоносной, блестящей, красивой и идеальной для Клайва. Я бы не стала вдаваться в то, что они обо мне думали. Я и так уже чувствовала себя подавленной.

Рассел ждал Клайва в фойе.

– Сир, у нас с Годфри возникла мысль.

– Мой кабинет.

Клайв и Лиан плыли впереди, а Рассел шёл со мной.

– Не ожидал, что вы вернётесь так скоро, мисс Куинн.

Он шёл в ногу со мной, тихая забота сквозила в каждом слове и выражении лица.

– У нас были неприятности.

Я не хотела, чтобы весь ноктюрн знал о моих бедах. Злорадство было сильным в этой толпе.

– Мне жаль это слышать.

Он придержал для меня дверь, а затем плотно закрыл её за нами.

Клайв сел за свой стол, Годфри – в одно кресло, а Лиан – в другое. Нам с Расселом нужно было либо стоять, либо сидеть дальше от места действия. Годфри немедленно встал, жестом приглашая Рассела занять его кресло. Лиан, у которой не было официального места в ноктюрне и которая должна была поэтому подвинуться, осталась сидеть.

Годфри отодвинул два стула от стола в противоположном конце кабинета Клайва и поставил их к письменному столу, как своего рода второй ряд. Я похлопала его по руке в знак благодарности, но проигнорировала стул, и вместо этого стала беспокойно расхаживать по кабинету.

Голоса в ноктюрне всегда звучали тихо, чтобы их не подслушали. У всех нас был отличный слух, включая любого, кто мог бы приложить ухо к двери. Ни одна из комнат в доме не была звуконепроницаемой. Клайв объяснил мне, когда я переехала – когда «Убиенная Овечка» была уничтожена, и мне негде было жить, – что звукоизоляция – самый быстрый способ попасть в засаду. Если кто-то шёл за ним, он хотел это услышать.

Поэтому я побрела в дальний конец его кабинета, беря в руки редкие сокровища, рассматривая их и кладя обратно. Их дискуссия, как и сотни предыдущих, казалось, велась по спирали в слишком многих направлениях. Когда ты тысячелетний вампир, как Клайв, ты наживаешь много врагов. Они уже давно исчерпали основные возможности, те, с которыми он, возможно, сражался или победил. Теперь они изучали вторичные и третичные связи.

Большинство вампиров были долгоживущими. Была ли это любовница убитого им соперника? Подчинённый того любовника, который размышлял о поражении своего хозяина в течение столетия или даже двух? Возможности, как я обнаружила, были безграничны.

– Да, но я утверждаю, что Летиция старше, чем она признаёт, – Годфри напряжённо подался вперёд.

До сих пор я позволяла их голосам омывать меня, так как не знала никого, кого они обсуждали. Это имя я знала. Летиция была вампиром в ноктюрне Клайва, и она имела на меня зуб. Она обвинила меня в смерти своего любовника Этьена. Белиз Лафитт, брат Этьена, согласился напасть на ноктюрн и заманил нас в Новый Орлеан. Клайв убил Этьена, когда тот не выполнил приказ Клайва охранять меня. Когда мне было семнадцать, и я только что построила «Убиенную Овечку», на меня напал келпи, чуть не убил, и именно Клайву пришлось спасать меня. От этого грёбаного келпи не было ничего, кроме неприятностей.

– Ты упоминал об этом раньше, но я не понимаю, как она могла оказаться такой возрастной, – ответил Рассел. – Её тщательно изучили, прежде чем приняли в ноктюрн.

– Да, но кто проводил расследование? Помните, она прибыла как раз в тот период, когда мы проводили смену охраны. Грета возвращалась в Европу, а Николетт брала на себя эту работу.

Тяжёлая тишина заполнила комнату.

– Что? – спросила я, возвращаясь к обсуждению. – Почему это так важно?

Я проигнорировала пустой стул второго ряда и вместо этого устроилась на стёганой скамье вдоль стены справа от стола Клайва.

Пока Клайв обдумывал мой вопрос, Рассел повернулся ко мне.

– Николетт занимала эту должность всего несколько месяцев, пока мы искали исследователя, который обладал бы возрастом и опытом, необходимыми для надлежащего выполнения работы, – с напряжённым выражением лица он продолжил: – Николетт была одной из участниц ноктюрна, которая сражалась на стороне Лафитта, когда они напали.

– То есть, ты полагаешь, что она старше, чем сказала. С чего такие подозрения? – Лиан положила руку на стол Клайва и повернулась к Годфри.

– Её речь, – сказал Клайв.

– Да, – Годфри кивнул, ожидая продолжения Клайва.

Клайв выдохнул и повернулся ко мне.

– Её формулировки, лишь в редких случаях, они были архаичными.

– Да.

Годфри встал, волнение заставляло его двигаться.

– И никогда, когда она говорила напрямую с кем-либо из нас. За эти годы я замечал это всего несколько раз, и только тогда, когда подслушивал, как она увлечённо обсуждает что-то с другими.

– Вот именно, – сказал Клайв. – Я слышал, как она раз или два произносила слово или фразу, которые заставляли меня вспоминать о доме. Мне показалось странным, что такая юная девушка, как она, использует такие слова. Однако это случалось так редко, что я предположил, что она просто переняла это выражение у кого-то постарше.