Текст книги "Без права на поражение (СИ)"

Автор книги: Саша Ром

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)

29. Ника.

Я смотрела на себя в зеркало.

На мне было надето изумрудное платье с открытыми плечами.

Волосы я оставила распущенными.

Я подкрасила ресницы тушью и нанесла блеск на губы.

Я улыбнулась собственному отражению.

Сегодня у меня было свидание.

Самое настоящее, судя по тому, как Никита о нём говорил.

Мы вернулись из Нью-Йорка почти неделю назад.

Я вновь стала посещать тренировки, активно готовясь к всероссийским соревнованиям, по итогу которых решится вопрос, буду ли я участвовать в международном чемпионате.

Тренер не сомневалась во мне.

Зато я... начинала сомневаться.

Я слишком много стала уделять внимания своему внутреннему состоянию.

Своим чувствам. И это мешало.

Ловила себя на мысли, что не отдаюсь тренировкам так отчаянно, как раньше.

Делаю. Стараюсь. Выполняю.

Но жду их окончания.

Чтобы побыстрее оказаться рядом с Никитой.

Собственно, со мной происходило всё то, чего я всегда боялась.

Я начинала тонуть в отношениях.

Я скучала по нему.

Настолько, что это ощущение становилось почти физическим – тянуло под рёбрами, давило в груди.

В те моменты, когда мы не виделись, я думала о нём каждую минуту. И это пугало настолько, что я всерьёз задумывалась: а не стоит ли мне действительно переехать к нему?

Просто, чтобы не сходить с ума.

Никита забирал меня с тренировок каждый день.

Вместо заслуженного отдыха после чемпионата, он ехал через весь город, через пробки, светофоры – просто чтобы увидеть меня.

Просто чтобы отвезти домой, чтобы накормить.

Иногда в машине. Иногда в кафе по пути.

Он больше не звал меня к себе.

Лишь однажды сказал, что в следующий раз, когда я окажусь у него, я очень удивлюсь.

И всё.

Мне было очень любопытно, но я не напрашивалась в гости, как делала это раньше.

Потому что я знала, что быть с ним наедине – это не только смотреть фильмы и пить чай.

Можно… гораздо больше.

И от одной этой мысли внутри всё начинало тихо, сладко сжиматься...

Вчера Никита, как всегда, приехал за мной.

Я уже убирала инвентарь, когда заметила его в дверном проёме зала.

Он стоял, опершись плечом о косяк, засунув руки в карманы джинсовых шорт и чуть наклонив голову вправо. Смотрел на меня.

Поймав мой взгляд, Соколов чуть улыбнулся.

Только уголком губ.

Но этого хватило, чтобы я заулыбалась в ответ.

И тут к нему подошла Катя.

Та самая Травина-тварина, которую ненавидел не только весь курс МГУ, но и наша сборная гимнасток.

Она уже пыталась приударить за Ником в университете.

И тогда быстро обломала зубы о его холодное, жёсткое «нет».

Но, кажется, сейчас она снова решила попытать удачу.

Катя кокетливо улыбалась ему, поправляла лямку купальника, что-то заискивающе ворковала ему почти в ухо.

Её голос тянулся, лип к коже, как старая жвачка.

Ещё немного – и она бы действительно из трусов выпрыгнула, лишь бы он посмотрел на неё.

Я почувствовала резкий, неприятный укол ревности.

Но потом…

Потом я заметила главное.

Никита её не слышал, не видел, не реагировал.

Он смотрел только на меня.

И его взгляд, будто тянул меня к нему.

Я попрощалась с тренером, натянула улыбку и направилась к ним. С виду я была спокойной, хотя внутри уже кипело.

Будь я боксёром – отметелила бы Катю. С удовольствием.

Эх…

Травина заметила меня первой. Хмыкнула.

А потом её лицо изменилось.

Потому что Никита не дал мне даже подойти ближе.

Он шагнул навстречу, обнял меня, прижал к себе так, что у меня перехватило дыхание… и, заставив подняться на носочки, поцеловал.

Прямо в губы. При всех.

Я на секунду замерла, а потом ответила.

С удовольствием прижалась к нему сильнее, чувствуя его тепло, его силу, его руки на своей талии.

Ещё недавно я даже представить не могла, что буду целоваться с ним вот так.

А сейчас это стало чем-то естественным, но от этого не менее волнующим.

– Так вы что, встречаться начали? – растерянно спросила Травина.

– Да. – ответила я, отрываясь от губ Ника. – Начали.

Она сразу сникла и исчезла.

И правильно. Нечего ей рядом с чужим парнем делать.

Никита не отпускал меня.

Он вывел меня из зала, будто отрезая всё лишнее.

– Как дела, малыш? – спросил он.

– В целом хорошо. Устала только. – выдохнула я. – А у тебя как отпуск проходит, чемпион?

– Насыщенно. – усмехнулся он и чуть подтолкнул меня к раздевалке. – Иди переодевайся. Я здесь подожду.

Я кивнула и зашла в раздевалку, закрыв за собой дверь.

Быстро переоделась.

Когда я вышла обратно в фойе, Никита уже стоял у стены.

И как только увидел меня – оттолкнулся от неё и повёл меня на улицу.

Вскоре, мы оказались у его машины. Он открыл передо мной дверцу, и я села на пассажирское сидение, чувствуя на себе его тёплый, внимательный взгляд.

Усевшись в автомобиль, Ник потянулся за бумажным пакетом с едой, который лежал на заднем сидении.

Потом протянул его мне.

Я достала контейнер с салатом и сендвич.

– Спасибо… – тихо сказала я.

И начала есть, ощущая, как вместе с едой возвращаются силы.

– Завтра ничего не планируй. – произнёс парень, заводя двигатель.

Я подняла на него взгляд.

– Я веду тебя на свидание. – продолжил он.

Я поперхнулась, чуть не пролив на себя ягодный морс из бутылки.

Что?

Свидание? Настоящее? С ним?

Я вытерла губы салфеткой, уставившись на Ника.

– Ты сейчас пошутил? – осторожно спросила я.

– Нет. – коротко ответил он, едва заметно усмехнувшись.

У меня внутри что-то перевернулось.

– И с чего вдруг такие решения? – не удержалась я.

Я протянула сендвич к его губам. Он даже не посмотрел – просто наклонился и откусил.

Жевал, глядя на дорогу.

Потом кашлянул, прочищая горло, и всё-таки посмотрел на меня.

Мы остановились на светофоре.

Никита убрал руку с руля и уверенно положил её мне на колено.

У меня дыхание чуть сбилось.

– Я подумал, что поступаю неправильно. – наконец сказал он. – Думаю только о том, что важно для меня. Сначала настаиваю на отношениях, потом на переезде…

Он провёл рукой по лицу, раздражённо выдыхая.

– И нихера для этого не делаю.

Я замерла, слушая его.

– Я хочу, чтобы ты не просто на словах понимала, как сильно я тебя люблю.

Он посмотрел на меня. Прямо.

– Я хочу, чтобы ты это почувствовала. Чтобы сама захотела быть рядом со мной.

Всё внутри меня сжалось. И тут же разлилось теплом. Словно что-то мягкое, живое, тёплое развернулось внутри груди и расправило крылья.

Я вдохнула глубже, но воздуха всё равно не хватало.

Мне было очень-очень хорошо.

Нет, я была уверена, что Ник меня любит, но совсем не ждала от него романтики, красивых жестов и длинных речей.

Он делал другое. Каждый день.

Забирал. Кормил. Держал. Не отпускал.

И этого было достаточно.

А сейчас, он делал что-то другое.

То, чего не делал никогда.

Ради меня.

Звал на свидание. Хотел, чтобы я чувствовала себя любимой.

Я не выдержала.

Подалась к нему и ткнулась лицом в его плечо.

Глубоко вдохнула.

– Люблю тебя… – прошептала я, касаясь губами ткани его футболки.

Он чуть повернул голову и поцеловал меня в макушку.

– И я люблю тебя, малыш.

Светофор загорелся зелёным.

Машина тронулась, а я так и осталась прижатой к нему.

Не отстранялась. Не хотела.

И даже забыла, что вообще-то была голодна.

Вечером, перед свиданием, когда я вышла из комнаты, мама сразу обернулась, отвлекаясь от готовки.

Оценила меня взглядом с ног до головы и улыбнулась.

– Ну вот. Другое дело. – произнесла она. – А то сразу жить вместе собрались… Молодец, Никита.

Я закатила глаза, но ничего не ответила.

Обула туфли.

Открыла дверь, вышла в подъезд.

И тут же, едва не споткнулась.

Каблуки. Чёртовы каблуки.

Я осторожно спускалась по ступеням, держась за перила, чувствуя себя не изящной гимнасткой, а кем-то очень неуклюжим.

Едва не вылетев из подъезда носом вперёд, я наткнулась на Никиту.

Я даже не сразу узнала его.

Никита стоял передо мной, в белой рубашке, в тёмных брюках.

Гладко выбрит.

В руках он держал букет розовых пионов.

– Офигеть… – выдохнула я, делая шаг ближе. – Ты и так умеешь?

Я была в полнейшем восторге, глядя на этого красивого парня... Нет, на мужчину.

Сейчас он выглядел именно, как мужчина.

Взрослый и чертовски привлекательный.

Он улыбнулся и протянул мне цветы.

Я сразу уткнулась в них лицом. Вдохнула аромат.

Сладкий. Лёгкий.

Подняла на него взгляд и улыбнулась.

– Спасибо…

Я приподнялась на носочки и поцеловала его в подбородок.

До губ просто не дотянулась.

Он наклонился ниже, к самому уху и прошептали:

– Пиздец ты красивая…

Меня будто обдало жаром.

Я смутилась и, чтобы скрыть это, начала быстро говорить:

– Я сейчас… цветы занесу… и сразу выйду…

И почти убежала.

Когда я вновь оказалась на улице, передав маме пионы, Никита уже стоял у машины. Ждал.

Он открыл передо мной дверцу, и я села, аккуратно расправляя платье, чтобы не помять ткань.

Соколов обошёл машину и занял своё место за рулём.

– Куда едем? – спросила я, пристёгиваясь.

– Увидишь. – коротко ответил он.

Через тридцать минут он привёз меня в ботанический сад. Один из самых красивых в городе.

Я вышла из машины и оглянулась.

Воздух здесь был другим. Тёплым, густым от запахов. Цветы, трава, влажная земля – всё смешивалось, окутывая, словно мягким облаком.

– Вау… – выдохнула я почти шёпотом.

Я была здесь всего один раз. Несколько лет назад, когда сад только открыли для посещения.

Он очень изменился, разросся.

Никита закрыл машину и подошёл ко мне. Взял за руку.

Мы пошли вперёд по каменным дорожкам. Под ногами тихо шуршал гравий. Где-то щебетали птицы. Вода плескалась в небольшом искусственном пруду.

Я повернула голову и увидела лебедей.

Они плавали между кувшинками, оставляя за собой лёгкие круги на воде.

Я вертела головой, как ребёнок.

Мне хотелось увидеть всё.

Прямо сейчас.

С ним.

Неподалёку располагалась теплица с экзотическими растениями, в которую я, тут же, потянула парня.

Внутри было тепло. Даже жарко.

Стеклянные стены пропускали свет, и он ложился на листья, делая их почти прозрачными.

Влажный воздух прилипал к коже.

– Здесь как в джунглях… – прошептала я.

Мы шли по узким дорожкам между растениями.

Останавливались. Смотрели. Читали таблички и смеялись.

Сначала тихо. Потом громче.

– Смотри-смотри, медвежонок! – позвала я, указывая на очередное растение.

Ник стоял чуть в стороне, наклонившись к кактусу.

Он фотографировал табличку с его причудливым названием «Ебельмания желтошиповая».

– Подожди… подожди… – я вытерла глаза и указала на другую табличку. – А вот это вообще… «Какалия дура»…

Я уже не смогла договорить – просто согнулась от смеха.

Слёзы выступили на глазах.

Ник смотрел на меня и тоже улыбался.

– Всё, хватит, – сказал он, взяв меня за руку. – Пошли отсюда.

– Нееет… – протянула я, шагая за ним. – Мне здесь нравится…

Сразу за теплицей оказался небольшой ресторан.

Светлый, уютный. С видом на сад.

На входе нас встретила девушка-администратор и проводила к столику у окна.

Я села, сразу повернув голову к окну.

Никита сел напротив.

Я почувствовала его взгляд, но не сразу повернулась.

Почему-то, мне стало неловко.

Не так, как обычно.

Как будто мы только что познакомились.

Официант принёс меню.

Я взяла его, но ещё пару секунд просто держала в руках, не открывая.

Потом всё-таки раскрыла.

– Что будешь есть, рыжик? – спросил парень.

– Сейчас посмотрю… – улыбнулась я.

Мы сделали заказ. Официант ушёл.

Я вновь посмотрела на Никиту. .

Он – на меня.

Это было странное чувство,

Мы столько всего уже прошли.

Мы дружили два года, успели влюбиться друг в друга, улететь в Нью-Йорк, успели признаться в любви и даже заняться сексом...

А сейчас сидим напротив друг друга и не знаем, куда деть руки.

Куда смотреть. Что сказать. Как будто всё сначала.

Это было так странно и… приятно.

– Забавно, да? – тихо сказала я.

– Что? – спросил он.

– Мы уже встречаемся… а на свидании впервые.

Он хмыкнул.

– У нас вообще всё не как у людей.

– Это точно, – улыбнулась я.

Постепенно разговор пошёл.

Легче, свободнее.

Мы говорили обо всём.

О мелочах, о глупостях, о планах.

И незаметно в этих разговорах стало появляться местоимение «мы».

«Мы сделаем». «Мы хотим».

После ужина, Никита отвёз меня домой.

Он вышел из машины первым и открыл мне дверь.

Я вышла и замерла рядом с ним.

Никита положил руку мне на талию.

Чуть притянул. Ближе.

Я подняла на него взгляд.

Он наклонился и поцеловал.

Медленно. Аккуратно. Без напора. Без давления.

Только губы. Касался их снова и снова.

Я закрыла глаза. Дыхание сбилось.

Он сдерживался. Я это чувствовала.

В каждом его движении. В том, как он не углублял поцелуй. Как будто специально оставлял границу.

Я едва сдержалась, чтобы не прижаться к нему плотнее. Чтобы не впиться. Чтобы не сорваться.

Пальцы чуть сжались в воздухе, но я не дотронулась до его лица.

Сдержалась, как и он.

Когда он отстранился, его лоб коснулся моего.

– Ника… – тихо выдохнул Ник.

Я на секунду застыла, а потом отстранилась. Чтобы не сорваться и не сказать, что я хочу к нему. Остаться. Насовсем. Как он хотел.

Чтобы не отказаться от своих же принципов.

Уже у подъездной двери, я обернулась и послала ему воздушный поцелуй. Потом, не дожидаясь ответа, забежала внутрь.

Потому что если бы осталась ещё на секунду…

я бы не ушла.

30. Ник.

– Ты в курсе, что так нечестно?! – смеялась Ника, пока я раскидывал плед на траве. – Вот опоишь меня вином, а сам трезвенький останешься! Дождёшься, пока я вырублюсь и опорочишь мою честь!

– Ну во-первых, я за рулём. – ответил я, не спеша расправляя плед и приглаживая его ладонями. – Я думаю, ты не захочешь ночевать в машине в лесу, у озера.

Я выпрямился, сделал шаг к рыжику, которая в это время закидывала виноградину в рот, и коснулся губами мочки её уха.

Она вздрогнула. Почти незаметно.

– А во-вторых, порочить твою честь я буду только в трезвом виде. – продолжил я уже тише, прямо ей в кожу.

Щёки Ники сразу порозовели.

Ресницы дрогнули и опустились, пряча от меня её зелёные глаза.

Я лишь усмехнулся.

Мне чертовски хотелось забить на это второе свидание, на этот плед, на еду, на вино…

и просто увезти её к себе.

В квартиру, в которой я уже больше недели всё делал под неё.

Под её привычки. Под её мелочи. Под её присутствие.

Чтобы она зашла и не захотела уходить.

Меня иногда реально переклинивало.

Я ощущал себя каким-то первобытным долбоёбом, у которого в голове одна мысль —

закинуть свою женщину на плечо и утащить в пещеру.

И там…

Чёрт.

Лучше не думать.

С каждым днём мне становилось всё сложнее держать себя в руках.

Мысли лезли сами. Грязные. Липкие.

Стоило ей просто появиться рядом.

Я смотрел на её губы – единственное, к чему у меня был постоянный доступ.

На шею, от одного вида которой у меня внутри всё сжималось.

На грудь, которая едва заметно двигалась при каждом вдохе…

Я помнил всё. Какая она на вкус. Какая у неё кожа. Как она реагирует на мои руки

И от этого становилось только хуже.

Я не трогал её почти две недели.

Сначала – потому что ей нужно было время.

Потом – потому что я тупо боялся перегнуть.

Пиздец…

Я реально боялся.

Мне казалось, одно лишнее движение – и всё развалится.

Наши отношения, только начавшие складываться, просто разлетятся к чертям.

И я вёл себя, как идиот.

Как школьник.

Сдержанный, напряжённый, постоянно думающий, куда поставить руки и что сказать.

Пожалуй, это было единственным минусом того, что мы перестали быть просто друзьями.

Сегодня было наше второе свидание.

Я сам всё продумал. Сам выбрал место.

Потому что заметил, как её зацепил ботанический сад.

Как она потом несколько дней вспоминала его.

И я захотел повторить это ощущение.

Только по-своему.

Поэтому – озеро. Лес. Тишина.

Без людей. Только мы.

Ника уселась на плед, пока я доставал из машины вино и закуски.

Она уже держала тарелку с виноградом и, не отвлекаясь, жевала.

Закидывала в рот ягоды, одну за другой.

Я усмехнулся, подошёл ближе и опустился рядом с ней.

– Ты вообще собираешься делиться? – спросил я, глядя на неё.

Ника хитро прищурилась. Посмотрела на меня и ничего не сказала.

Просто протянула виноградину.

Я наклонился. Взял её губами.

И специально задержался, касаясь пальцев.

Медленно поцеловал их.

– Ещё. – сказал я хрипло, даже не пытаясь скрыть это.

Мне вообще не всрался этот виноград.

Я его терпеть не мог.

Но с её рук…

Я бы, блять, реально съел всё что угодно.

Лишь бы касаться её. Лишь бы чувствовать.

Она протянула ещё одну. И в этот раз, когда я наклонился, просто закинула её мне в рот, не дав дотронуться.

Я тут же перехватил её руку. Сжал.

И начал целовать каждый палец. Медленно.

Чувствуя, как кожа под губами буквально тает, словно сахар.

Я, блять, я…

Целовал чьи-то руки.

Смешно.

Если бы мне кто-то сказал это раньше – я бы в лицо рассмеялся.

Но это не «чьи-то».

Это её. Рыжика. И ей можно. Нужно.

– Ты специально, да? – тихо пробормотала Ника.

– Что именно? – так же тихо ответил я.

Она отвернулась, но я успел заметить, как снова покраснели её щёки.

– Смущаешь меня…

Я потянулся к ней. Заправил прядь волос за ухо.

Провёл пальцами по виску. Спустился к щеке.

Взял за подбородок и заставил повернуться ко мне.

– Смущаю не специально. – сказал я, глядя прямо в глаза. – Целую – специально. Потому что хочу. Потому что ты рядом. Потому что иначе никак.

Я продолжал гладить её лицо, а Ника просто смотрела на меня.

Слишком внимательно.

Потом, резко, она пихнула меня в грудь. Не ожидая такой прыти, я упал на спину, едва удержав голову на весу.

И только успел моргнуть, как она оказалась сверху.

Я реально офигел.

Не каждый день тебя заваливает кто-то весом в сорок пять килограмм.

Мои руки сами легли ей на бёдра.

– Ты в курсе, что такое «милая агрессия»? – спросила она, склоняясь ко мне.

Я отрицательно покачал головой, подаваясь ближе к Нике и целуя её губы.

Меня аж током пробило от простого прикосновения.

Он волной прошёл по моей груди, поднялся к плечам, пробежал по рукам и вышел где-то в районе кисти.

И я вдруг понял – так было всегда.

Просто я, долбоёб, игнорировал.

Ника застонала и уперлась мне в грудь, разрывая поцелуй.

Я вновь потянулся к ней, но рыжик накрыла мой рот ладошкой.

Тогда я принялся целовать её руку, потом щекотать отросшей щетиной.

Ника засмеялась и опустилась щекой на мою грудь.

Я тут же запустил пальцы в её волосы, медленно их перебирая. Чувствуя, как меня разносит.

Я не знал, что могу так.

Не знал, что во мне вообще есть столько…

чего-то тёплого. Живого.

– Так вот… – начала она, всё ещё лежа на мне. – «Милая агрессия» – это когда хочется укусить, сжать… но без вреда… от переизбытка эмоций…

– И? – усмехнулся я. – Я вот сожрать тебя хочу. Это оно?

– Думаю, да…

В следующую секунду, она резко дернулась.

Запрокинула голову. Захохотала, как маленький демон, и вцепилась зубами мне в плечо.

Я заржал.

Она прошлась зубами ниже. По руке. Потом – по животу, через футболку.

– Люблю тебя… – пробормотала она, успокаиваясь и снова укладываясь на меня.

Я закрыл глаза и просто лежал, чувствуя её на себе. Мягкую. Мою.

Потом мы долго сидели на пледе. Ника пила вино, ела виноград горстями.

Я иногда реально не понимал, куда это всё в неё помещается.

Мелкая. Хрупкая. А жрёт, как не в себя.

И всё равно – лёгкая. Как будто реально ветром унесёт.

Когда виноград закончился, она встала.

Пошла к воде. Сняла сандалии и зашла в озеро.

– Купаться будем? – крикнула она, оборачиваясь.

Я встал. Пошёл к ней. Трава под ногами была тёплой, разогретой летним солнцем.

Ника уже стояла по колено в воде.

Она развернулась ко мне, прищуриваясь от солнца.

– Ну что, чемпион? Ссыкотно? – спросила она, глядя на то, как я замер у кромки.

Я усмехнулся и зашёл в озеро. Подошёл к ней ближе, чувствуя, как вода расступается под ногами.

Ника отступила на шаг. Ещё на один. Потом засмеялась.

– Не подходи!

– Поздно.

Я схватил её за талию и притянул к себе.

Она вскрикнула, брызнув на меня водой. Та попала прямо в лицо.

Я закрыл глаза и мотнул головой.

– Всё. Тебе пиздец. – произнёс я.

– Ну и что ты мне сделаешь? – засмеялась она.

Я наклонился к ней и поцеловал.

Резко. Сразу. Без разгона.

Рыжика, как будто, выбило. Она замерла на секунду, а потом ответила.

Так же, отчаянно.

Губы у неё были горячие.

Контраст с прохладной водой – с ума сводящий.

Я сжал Нику за талию ещё сильнее. Она обвила меня руками за шею.

И всё.

Тормоза начали сыпаться.

Я углубил поцелуй.

Почувствовал, как она выдыхает мне в губы. Как пальцы сжимаются на затылке.

Вода плескалась вокруг нас.

Я провёл руками по её бокам.

Спустился ниже. И, не думая уже ни о чём, подхватил её под попу.

Ника тихо ахнула и сжала меня ногами.

И всё стало ещё хуже. Член резко дёрнулся, упираясь в её промежность.

Я оторвался от её губ на секунду, чтобы выдохнуть. И снова накрыл их.

– Ник… – выдохнула девушка между поцелуями.

Но сама же тянулась обратно.

Я не мог остановиться.

Ещё поцелуй. Ещё. И ещё.

Я целовал Нику, пока не понял, что если сейчас не тормозну – мы отсюда уже никуда не выйдем.

Я возьму её прямо здесь. В озере. Порву нахер эти короткие шорты.

Я оторвался от её губ, тяжело дыша.

– Всё… – хрипло выдохнул я. – Вылезаем.

– Почему?.. – так же сбито спросила она.

– Потому что я не железный. – усмехнулся я, вжимая её в себя так, чтобы она почувствовала в каком я сейчас состоянии.

Она тихо засмеялась, но не отпустила.

Продолжала держаться за меня, будто тоже не хотела заканчивать этот момент.

Я аккуратно вынес её из воды, чувствуя, как с её ног стекают холодные капли.

Поставил на берег.

Ника на секунду замерла, глядя на меня снизу вверх, потом отвела взгляд и потянулась за сандалиями.

Потом она плюхнулась на плед и поджала под себя ноги, обняв их руками.

Я сел рядом и притянул девушку к себе.

Она даже не сопротивлялась. Сразу уткнулась мне в плечо.

Мы сидели так долго.

Говорили о всякой ерунде. О чём-то глупом.

О чём-то смешном.

Она смеялась, иногда слишком громко, иногда тихо, уткнувшись мне в грудь, и я чувствовал, как от этого внутри становится странно спокойно.

Солнце медленно садилось за деревья.

Воздух начал остывать.

Я почувствовал это по тому, как Ника сильнее прижалась ко мне и её плечи покрылись мелкими мурашками.

Я посмотрел на неё внимательнее и подумал, что отпускать её сейчас – это просто тупо.

– Поехали ко мне. – сказал я спокойно.

Я чуть повернул голову, посмотрел на неё.

– Не хочу сегодня отпускать тебя домой. – продолжил я.

Ника чуть отстранилась и посмотрела на меня.

Прикусила губу.

Потом провела по ней языком, как будто тянула время.

В её взгляде было всё. И сомнение, и желание, и осторожность.

Затем, она выдохнула.

– Ладно.

​