Текст книги "Кулаком и добрым словом (СИ)"

Автор книги: Самат Сейтимбетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)

Гном покраснел вдвое сильнее, снова задышал тяжело, будто пробежал до столицы в доспехах и Астард еще раз подлечил его. Еще несколько стражей затопали с ними рядом, в короткой прогулке до портальной площадки за заставой. Основная дорога уходила вперед, по ущелью, прорезавшему горы прямо, словно кто-то разрубил их мечом. Обычно тут было шумно, людно, катили телеги с рудой, уже готовым мифрилом или оружием из него, шли караваны или какие-нибудь крестьяне, подработать зимой в шахте, а сейчас ущелье опустело. Две телеги, одна со скрипучими колесами, да какой-то купец с двумя телохранителями – вот и все живые.

– А ведь мы видели этого Юргуса Силача, – задумчиво произнесла Марена, – когда в Амадию прибыли и встречались с Дариусом Двенадцатым. Мы потом отправились дальше, а он с войском Дарнии остался у Ордеи.

– Так он сейчас в Стордоре! – простодушно воскликнул страж, но тут же умолк под свирепым взглядом коменданта заставы, вышедшего встречать высокопоставленных гостей.

Портал активировался, и они впятером оказались в Колябе, столице Урдара. Патриоты Урдара утверждали, что название города – это сокращенное и искаженное – Колыбель, мол, отсюда и пошли все живые на Мойне. Те, кто знал, как появился Урдар – спорная территория, которую не смогло удержать ни одно королевство – лишь посмеивались.

Население Урдара тоже было смешанным, пестрым, от великанов до кентавров, а в горах, где добывали знаменитую мифрильную руду, жило целых три общины авианов. Совсем недавно они побывали здесь мимоходом, притворяясь свитой принцессы Амали и, судя по лицу Марены, она тоже вспомнила об этом.

– Ваше Величество, королева Марена, это такая честь, – склонился еще один урдарец.

Полугном, как и Марена, да это было и понятно, все же гномы и люди составляли большую часть населения Урдара.

– Датаной Орнил, личный посланник его величества Артоя Пятого, – представился встречающий, – прошу, сейчас придворный маг его величества перенесет вас во дворец.

Гатар уговаривал Марену взять не только жреца Астарда, но и парочку магов-портальщиков, но Марена отказалась наотрез, дескать, королю они нужнее. Судя по лицу Марены, сейчас она уже жалела о той своей поспешности. Взгляд на Бранда, похоже, вспомнила слова об "уроках жизни".

Ласковость слов людей соседствовала в Урдаре с прямотой гномов, поэтому, едва они переместились, как на них направили пирамиды оценки. Бранд вспомнил Скрытника и то, что бывал в этом дворце лет тридцать назад, еще до знакомства с Ролло. Стражи, два могучих тролля, свирепо уставились на Бранда, словно вызывали на поединок.

– Королева Марена Кладис! – раздался могучий, исполненный теплоты и домашнего уюта голос. – Разрешите поприветствовать вас в Урдаре, обнять и назвать венценосной сестрой!

Артой Пятый был человеком, чуть пониже Бранда, по возрасту где-то ближе к середине пятого десятка, как раз в отцы Марене сгодился бы. Широкие черные брови, лицо, несущее на себе всю радость мира от такой встречи, крепкие руки, уверенный взгляд. Бранд невольно ожидал тихого звоночка в голове от сработавшей Особенности Несокрушимого Разума, но обошлось без нее.

– Разрешите мне выразить свои соболезнования по поводу случившегося с вашим отцом и бабушкой! Я и Плата Укротительница были хорошими друзьями, она неоднократно охотилась на различных созданий в наших горах и шахтах, помогая себе и нам и укрепляя дружбу между нашими королевствами!

Некоторые считали Урдар герцогством: и маловат, и появился на спорных территориях, и населяла его смесь живых окрестных королевств. Насколько помнил Бранд, для правителей Урдара это всегда было больным вопросом, они хотели признания и легитимности, им хотелось уже просто спокойно и твердо сидеть на месте, не играясь в дипломатию и не лавируя между соседями.

– Да, бабушка рассказывала, – просто ответила Марена.

Свита Артоя – с десяток пышно разряженных живых – внимала почтительно. Кое-кто кидал взгляды на Бранда и Феолу и тихо перешептывался, возможно опасаясь союза Дарнии и Стордора. Ему в ответ указывали, мол, это же герои, все в порядке.

– Я слышал, вы недавно гостили у другой моей венценосной сестры, Светлейшей королевы Алавии? – завел новую песню Артой.

Слышала бы его Оа, открыто усмехнулся Бранд. Сестры! Услышь она это в дурной день, так на склонах вокруг Колябы уже засели бы эльфийские лучники, а древоны таранили стены дворца Артоя. Хотя, Светлейшая мертва, теперь уже некому будет гневаться. Печаль и радость снова противоречиво охватили Бранда, соседствуя с презрением к самому себе.

– Очень ужасно то, что случилось с ней и с Королевским Лесом, но зато теперь возможно отношения между всеми нашими странами улучшатся.

Вот хитрован-проныра, беззлобно подумал Бранд, все уже сопоставил, разнюхал, придумал какой-то план.

– Я тоже искренне рассчитываю на это, – кивнула Марена.

– Тогда вы прибыли в поистине счастливый час, моя венценосная сестра! – вскричал Артой. – Но моя невежливость просто непростительна, прошу вас, следуйте за мной, я познакомлю вас, и мы насладимся вином, беседой и обществом друг друга!

Легкая заминка, оценивающий взгляд и новая улыбка.

– Разумеется, прославленные герои могут сопровождать нас, ибо герои, они, как и правители, возвышаются над остальными, но остальным придется подождать.

Феола махнула рукой и уселась в кресло, тут же закрыв глаза. Нимрод подпер стенку и уставился на троллей, те уставились в ответ, а жрец Астард обратился с вопросом к свите Артоя, не нуждаются ли они в исцелении милостью Ордалии?

Приемный зал Артоя Пятого был круглым, с купольным потолком, изящными колоннами и креслами, круглыми столиками. В общем, все тут было круглым, без острых углов, как бы заранее настраивающим на мирное решение конфликтов вместо их эскалации. Марена оглядывалась с любопытством, затем взгляд ее прикипел к креслу, самому дальнему от потушенного камина.

– Ваше Величество, королева Стордора Марена Кладис, разрешите представить вам Хранительницу Первой Ветви Бесконечного Леса дриаду Мелье.

Ого, мысленно присвистнул Бранд, Хранительница первой ветви – это же правая рука правителя, главнокомандующий или кто-то вроде главы Тайной Канцелярии. Первая Ветвь обычно обозначала королеву-дриаду и ее дочерей или листиков, или веток, тут Бранд не взялся бы сказать, как их правильно называть.

Кто-то вылепил из лошадей – кентавров, авианы считали, что драконы создали их из птиц. Дриады истово верили, что они дочери Перводерева, существовавшего на заре времен, которое корнями уходило в Бездну и тянуло оттуда ману, давало приют живым в своем огромном дупле и кроной достигало до небес. По верованиям дриад богами стали те живые, кто первыми по ветвям Перводерева забрался на небо. Эти же живые, опасаясь, что по корням Перводерева из Бездны хлынут демоны, срубили Перводерево и хлынувшие из него соки образовали океаны, а окаменевший ствол и ветки стали горами.

Еще, по верованиям дриад, они были истинными дочерями Перводерева, которое не успело создать им мужчин, поэтому им приходилось размножаться отводками. Они считали, что эльфы были созданы как слуги и садовники, и из-за этого и отношения к деревьям – дриады сами были наполовину деревьями – они постоянно враждовали друг с другом и испытывали лютую ненависть, зачастую переходящую в настоящие войны за леса и земли. Древесные тела и такой способ размножения, войны с эльфами, необходимость в обитании только в определенных местах, предопределили судьбу дриад – медленно, но верно они исчезали.

Было еще государство дриад на Кирфе, кажется в восточной его части, вроде бы в Южной части грозового океана имелся остров, населенный только дриадами, да небольшие общины на Сие и Перте, может быть кто-то еще выжил в лесах Керики, вот и все. Бранд пару раз пересекался с ними, но основную часть своих познаний о дриадах почерпнул из рассказов Оа. Бесконечный Лес граничил с Алавией с юго-востока и там постоянно шли стычки эльфов и дриад, с одобрения Светлейшей, которая использовала эту контролируемую войнушку для поддержания в тонусе своих войск. Когда-то Лес дриад граничил еще и с Ирием, другим королевством светлых эльфов, дальше на восток, но те времена давно прошли. Кентавры с одной стороны, надвигающиеся степи и солончаки с другой стороны, Лес таял и дриады вымирали.

– Ваше Величество, – проскрипела Мелье.

Дриады не носили одежд, только кору, но при этом были человекоподобны, что вызывало немало споров в соответствующих кругах. Сами дриады объясняли это просто – всех остальных вылепили с них, отсюда и сходство. Потемневшая кора, потрескивающие руки-ветви, груди и ягодицы, не вызывавшие никакого желания, ибо как можно желать кусок дерева? Бранду немедленно опять припомнилась Светлейшая, рассказывавшая с негодованием о пойманных извращенцах, пленивших дриаду и с упоением "прочищавших ей дупло". Всех троих казнили, но факт оставался фактом, кого-то дерево все-таки возбуждало.

Также Бранд вспомнил еще кое-что.

– Правда, что вас теснят древесные зайцы из Диких Земель? – спросил он.

– Неправда, – проскрипела Мелье.

Интересно, знает ли Дж`Онни матюги дриад, пришла неуместная и глупая мысль.

– Было нашествие грызунов, омонстревших грызунов, грызли кору, портили Лес. Много дочерей погибло. Нашли подземелье на солончаках в Диких Землях, уничтожили.

Подземелье, подумал Бранд яростно, неужели и тут Марденус? Дикие Земли, устье реки Пены, по которой доставляют грузы к Провалу. Так ли уж уцелели государства к востоку от Провала или хозяин, слуги его, успели дотянуться и туда? Вспомнился тот орк-лунник, убитый им ночью в степи, явно подкрадывавшийся с недобрыми намерениями. С возможностями Тайной Канцелярии Стордора легко могли организовать рассылку по всем странам, вплоть до Сии и севера Кирфа, набрать наемников, готовящих почву для будущих раздоров и ослабления, и не знающих истинного смысла своих действий.

Плохо, очень, очень плохо. Агенты хозяина могли действовать до сих пор, не зная, что наниматель их мертв.

– А как же извержение вулкана и огненные элементали?

– Не у нас. За Карбаргой.

Еще дальше к юго-востоку. Вряд ли пытались убрать Пейанга, уроженца тех мест, от Провала, скорее просто били куда попало, чтобы сеять беспорядки, облегчить потом прорывы и общее истребление. Или у меня уже старческая паранойя, подумал Бранд, во всем видеть происки Марденуса.

– Дед, кто тебе такое сказал? – изумилась Марена.

– Минт, – неохотно проворчал Бранд в ответ. – Еще при первой встрече.

– И ты ему поверил?! Минту?!

– Не поверил, – еще сильнее и упрямее заворчал Бранд, – не поверил, просто услышал. Проверил.

– Тяжелые времена пришли в Лес, – проскрипела Мелье. – Тяжелые времена повсюду.

– У нас тоже тяжелые времена, – согласилась Марена печально и вдруг оживилась, повернулась к Мелье. – Переселяйтесь к нам!

– К вам? – не поняла дриада.

Дочери Леса за свое высокомерие, скажем так, не пользовались любовью окружающих живых. За то, что не могли дарить любовь живым и размножаться вместе с ними, их тоже не любили. Дриады отвечали тем же. Бранд вдруг понял, что перебирает мысленно героев, пытаясь найти и не находя среди них чистой дриады. Мико Танцовщица? Скорее всего, как Ираниэль, приживила себе кусок дриады. Или нашелся маг, способный оплодотворить дерево и родить гибрид?

– В Стордор! – кивнула Марена. – У нас полно лесов, а в последнее время живых крайне убавилось.

Тактически – отличное решение, если дриады согласятся. Вычистят леса от остатков омонстревших тварей, наладят жизнь вокруг, деревья попрут, как на дрожжах, возможно даже заведутся мега-деревья, попутно не дающие зародиться кристаллам подземелий. Но вот потом! Дриады будут считать леса своими, не дадут их рубить, собирать в них что-то или охотиться, они не смогут раствориться среди местного населения, начнутся распри.

Снова вспыхнут не-людские настроения и вместе с ними и леса дриад.

– Мы пробовали. Вольные Земли. Холод. Драконьи горы рядом. Не выжить. Скалы Урдара плохо. Горы драконов смерть.

– Да от нас там далеко, – растерянно произнесла Марена и замолкла.

– Нет, – повторила Мелье.

Им бы за море, на материк Кирфа перебраться, подумал Бранд, влиться в тамошние джунгли. Или часть степей себе отжать, да разве орки и кентавры их отдадут?

– Все равно, мы могли бы дружить и помогать, – упрямо произнесла Марена. – Несправедливо вот так вот погибать, вдали от родины и родных. Я поговорю с новой королевой Алавии, возможно, удастся прийти к соглашению.

– Это было бы чудесно, – потер руки Артой, – и Стордор мог бы торговать с Алавией через нас, в обход Дарнии.

– А мы могли получать от вас зелья исцеления и маны, – улыбнулась в ответ Марена, – если придем к соглашению.

– О, я думаю, мы обязательно придем! Особенно, если глубокоуважаемый Бранд Алмазный Кулак поможет нам с одной маленькой, совсем малюсенькой проблемкой!

Глава 13

2 день 9 месяца 879 года, шахты в Серых горах, Урдар

Некоторые считали Серые Горы частью драконьих, как и Бирюзовый хребет, и обычно сравнивали их с двумя лапами, вытянутыми к морю. Большая часть считала их просто отдельным хребтом, выдавленным из глубин, где руды подвергались воздействию жара и маны Бездны, отчего, мол, в них и зародился мифрил. Серебристый металл, легче и прочнее железа, с большей магической проводимостью, а значит, лучше поддающийся зачарованию, мифрил и стоил больше, из-за трудностей добычи и переработки руды.

– Недостаточно просто пробить шахту вниз, – вещал гном Олбуин так, словно ругался, – как думают все эти дураки наверху, считающие, что стоит им ударить кайлом, как сразу вывалится кусок мифрила прямо под ноги! Чем ниже, тем ближе к Бездне, а значит и жар нарастает, а также концентрация маны, которую надо отводить. Стены надо крепить, мифрильная руда – хрупкая, значит, тащи бревна, а то и стальные сваи забивай, гранитом подпирай, да не простым, а самым лучшим, несокрушимым кровавиком!

– Ол, думаю мастер Бранд и так это знает! – сварливо прервала его Кармена Пробой.

Гномка из клана Полифсет, одного из гномьих кланов Урдара, Кармена всю свою жизнь развивала собственное тело (как и многие герои), а также пробивные умения, позволяющие ей пробивать стены крепостей, завалы в горах, магические преграды, что угодно. Невысокая, широкоплечая, она словно превращалась в катящийся шар, сносящий все на своем пути. Смесь профессий, от магии камня до Взломщика, сварливый характер и 239-й уровень.

Валланто Разлом бы сюда, подумал Бранд, да Моростона Марены – подкачать уровней черепахе.

– А ты меня не затыкай, – огрызнулся Олбуин, – мастер Бранд и сам скажет!

– Я знаком с основами шахтостроения Тарбада, – ответил Бранд. – Как вы отводите непригодный для дыхания воздух? Отдельной шахтой?

– У нас тут не Тарбад, несокрушимых скал нет! Чем меньше шахт, тем лучше, поэтому каждый носит с собой маску, создающую воздух и охлаждающую тело, а через ствол шахты отводятся излишки жара и маны, а также непригодный воздух!

Бранд нахмурился – насколько он помнил, из общения с Траином Молотобойцем и другими гномами, в Тарбаде такое категорически запрещалось. Прямые выбросы непригодного для дыхания воздуха, насыщенного подземной маной и жаром, убивали растительность вокруг, не говоря уже о самих гномах. Пускай концентрация маны в таких шахтах и уступала Провалу, где шло нагнетание из самой Бездны, но все же живым и растениям наверху оно точно не шло на пользу.

В подземельях все это регулировал сам кристалл, создавая циркуляцию маны и воздуха.

– Добыча и без того трудна и дорога, – проворчал Олбуин, уловив недовольство Бранда, – а если на каждую еще по три отдельных отвода бить, так вообще разоримся!

– Ты к делу давай, хорош руду впустую толочь! – вмешалась Кармена.

– А ты меня не торопи, я тут главный по добыче! Мои парни там, внизу!

– А у меня ученица! Да и мне тащить свою старую задницу за ними! – не уступила Пробой. – Или сам иди!

Мастер Олбуин и сам был немалого уровня, 202-го, если уж быть точным, но ощущалось, что он представитель мирной профессии, тогда как Кармена, наоборот, всю жизнь с кем-то да сражалась.

– Мы вначале выбираем руду и камень сверху, открытым способом, – проворчал Олбуин, все равно не желая уступать Пробой, – а затем образуется долина внутри гор, ну вроде того, что в Альбанде сделано. Затем туда вниз все и сбрасываем, все равно там одни камни. Главное – вниз не спускаться, а маги там периодически чистят все, воздух и ману рассеивают.

Бранд кивнул.

– Стало быть, шахты все выходят в эту долину, да и там внизу бывает связываем их, бьем горизонтальные штреки. А, стало быть, когда, да, на середину Зероса примерно, как в Провале и вокруг полыхнуло, да в Колябе подземелье рвануло, у нас тут тоже стало жарко.

Предупреждение Оа, переданное через принцессу Амали, спасло Урдар, хотя и не предотвратило взрыв подземелья. Собственно, без взрыва обошлось только в Амадии, то ли хозяин подземелий пожалел родную страну, то ли предупреждение Бранда за несколько дней помогло. В любом случае, Артой Пятый мобилизовал силы, собрал всех героев, буквально завалил подземелье в Колябе, а затем несколько дней шло сражение, в котором омонстревшее зверье били по частям. С потерями, конечно, разница в уровнях сказывалась, но без потери столицы и крупнейших городов.

– Прямо буквально жарко, камни раскалились, пара шахт потекла, да выбросы маны поперли, словно там внизу Провал открылся! Уж на что у меня парни крепкие и тех накрыло, пришлось прервать добычу, да звать магов и героев. Как закончили месить зверье в Колябе, так и тут разобрались, вроде стихло все, а шахты-то стояли, а когда шахты стоят, потом обычно становится нечего кушать.

– Ол! Пока ты тут будешь рассказывать, шахты от старости завалятся!

– А ты меня не торопи! – снова огрызнулся Олбуин. – Видишь, его геройство слушает?! Стало быть, стихло вроде все, а потом начали живые пропадать! Вначале решили – по неосторожности, ну бывает, где-то там мана скопилась, рудничный газ рванул или еще что. Герои спустились – проверили, никого, а шахты все стоят, руда не добывается, мифрил не выплавляется. Пошел вниз Карн Четыре Пальца и тоже не вернулся, ну тут сразу стало ясно, дело нечисто!

Олбуин с каким-то вызовом посмотрел на Бранда и Кармену.

– И твои парни разнылись, как эльфы под кустом, заплакали и побежали жаловаться!

– Эй, кто говорил, что ее ученица всех побьет одним мизинцем, а мы все слабаки?!

Бранд откашлялся негромко, Олбуин и Кармена оторвали друг от друга сердитые взгляды.

– Моя ученица, Дистена Бур, пошла с ними, – неохотно произнесла Кармена. – И три лучших скальных черепахи отправили. Все не вернулись.

– Вот! Кто тут плакса? – воскликнул Олбуин, но замялся под взглядом Бранда. – В общем, никакой завал бы их не удержал, с каждым тройной комплект артефактов шахтера, не могли они просто так пропасть. Шахтеры боятся спускаться в забой, говорят, что там внизу скала треснула и новый Провал открылся, потому гномы и пропадают.

Уставился с надеждой, что, вот сейчас Алмазный Кулак скажет, в чем там дело.

– Закончил хныкать и жаловаться? Зови своих парней, пусть…

– Нет, – перебил ее Бранд, – спустимся сами.

Если там внизу завелась опасная живность, спуск клети в шахту ее насторожит, а то и даст путь наверх. Кто не проявляет осторожности, тот долго в героях не живет, и Бранд уже неоднократно убеждался в этом за последние два месяца. Только опыт, умения и уровни выручали его, попутно демонстрируя, насколько непростительно он расслабился и размяк в Благой Тиши.

– Вот это по-нашему! – вскинула кулак Кармена.

Даже кулак ее напоминал шар, могучий, каменный, сносящий все на своем пути.

Из шахты слегка тянуло маной и жаром, спертым воздухом, демонстрируя, что артефакты системы вытяжки работают. Также Бранд ощутил движение воздуха поверху, сообразив, что гномы и тут сэкономили, совместив все внутри одной шахты.

– Часто обвалы бывают? – спросил он Олбуина.

– Обижаете, ваше геройство, – смешно надулся тот в ответ, – каждый день мастер-обходчик все проверяет, а раз в месяц я лично все инспектирую!

Бранд подошел к шахте и, активировав «Лапы Ящерицы», помчался вниз, напрягая Восприятие до предела. Следом мчалась Пробой, свернувшаяся в шар и катящаяся прямо по стене шахты, на удивление беззвучно, надо заметить. То и дело попадались распорки, Бранд сместился, помчался в углу, там, где обычно опускалась клеть.

Очень скоро они достигли дна вертикальной шахты, откуда уже расходились горизонтальные штреки, уходящие под небольшим углом вниз. Стояла пара пустых телег, в которых обычно возили руду, рядом лежал сломанный ящик и Бранд мысленно кивнул. Та же система, что в Тарбаде – ящики, расширенные магией, и та же клеть, что возила живых, поднимала их наверх, где их разгружали и везли руду уже на переплавку. Не самый удобный способ, но те же гномы Тарбада неоднократно сталкивались с тем, что из обычных шахт, полого уходящих под землю, вылезало всякое-подземное и жрало живых на поверхности.

– Обычно тут не протолкнуться, приходилось пробивать себе дорогу, – пошутила Кармена, но тут же замерла, увидев, что Бранд не реагирует на ее слова.

Бранд вскинул руку, складывая жест «тишина», но Кармена, похоже, никогда не покидала Урдара, не работала с другими героями, не учила их язык жестов. Только что думал об осторожности и так промахнулся, с досадой подумал Бранд, не договорился заранее с напарницей обо всем! Он жестами показал, что лучше не шуметь, затем указал на штрек прямо перед ними.

Обоим хватало Восприятия обходиться без света, быстро и бесшумно они передвигались вниз, Бранд впереди, Кармен прикрывала тыл. Жар, повышенный фон маны, спертый воздух, все это неприятно напоминало о недавней экспедиции в Провал, и Бранд гнал эти мысли, но все равно не мог отделаться от ощущения, что сейчас скалы вокруг и правда расколются, а перед ними вылезет сияющий от маны, багровый и втройне злой Бальбазар.

Никаких серебристых прожилок вдоль стен, руду здесь выбрали начисто.

Мифрил не поддавался обычному огню и требовал особого каменного угля, добывавшегося лишь в нескольких местах в горах. Может и договорятся с дриадами, думал Бранд, пытаясь отвлечься от видений Провала, раз мифрил не на дровах плавят, хотя нет, дриады же не любят любой огонь, вспомнил он.

Эльфы, надо заметить, к огню относились проще, может, потому что тела у них были не из дерева? Полуобнаженная Оа, насмешливые рассказы о дриадах, плавящийся в печи Траина мифрил, окутывающий, вбирающий в себя неохотно поддающийся адамантит. Подобное растворяется в подобном, так это называл Траин, а Бранд, помнится, заметил, что демоны из маны почему-то не растворяются в ней.

Он вскинул руку и Кармена замерла, чуть ли не потрескивая от напряжения, готовая взорваться боем не на жизнь, а на смерть. Когда-то и Бранд был таким же, затем пришла привычка, уверенность в своих силах, вера в команду, которая прикроет спину. Чувство Опасности ничего не выдавало, но вот расширенное до предела Восприятие что-то такое ощущало. Не то потрескивание камня где-то на глубине, не то сквознячок где-то… сквознячок!

Нет, не прохладная струя свежего воздуха сверху, скорее наоборот. Движение маны, тепло, пробивающееся сквозь трещинку в камне. Воздуха вокруг было маловато, Кармена уже начинала потеть, обычный гном возможно упал бы в обморок, но повышенная Выносливость позволяла героям действовать. Цепочка фонариков, действующих за счет окружающей маны, похоже содержала в себе и заклинания воздуха, если не рассеиватели маны, но кто-то сломал их. Охотился на артефакты?

В Провале такая система не помешала бы, подумал Бранд машинально, зная ответ, почему там не использовалось ничего такого. Демоны и их активное противодействие. Здесь, в шахтах, не было живности, места повышенной плотности маны, потенциальные пещерки для зарождения кристаллов – все это вытягивалось наружу гномьей вытяжкой. Каждый элемент ее был хрупок, но зато дешев, остальное решала избыточность и регулярные проверки, а также меры подстраховки, запасные артефакты для дыхания, отряд скальных черепах и героини вроде Пробой, всегда готовые вытащить застрявших.

– Встречалось ли тут зверье? – тихо спросил он у Кармены.

В тишине штрека все равно слова звучали слишком громко.

– Здесь – нет, в соседней скале было дело, – ответила та. – Что там?

– Если не ошибаюсь, – осторожно и тихо ответил Бранд, приближаясь к нужной точке.

Рука его привычно сложилась в кулак, Взгляд Ветерана подсказал, дорисовал по местоположению щели, откуда еле заметно сочилось тепло и мана, все остальное. Тело привычно ударило, активируя «Пробивающий Удар», и только потом Бранд вспомнил, что перчатки уже нет с ним. Боль пронзила руку, но тут же спала, система прислала сообщение о потере жизни, небольшой, тут же залеченной восстановлением.

Так недолго и руку сломать, подумал Бранд, сердясь на самого себя, где потом целителя искать?

– Ну вот, я так и думал, – вздохнул Бранд, складывая руки за спиной.

Кармена Пробой ахнула восхищенно, даже не заметив этой его оплошности, посмотрела с какой-то новой страстью в глазах.

– Вот это пробой! – выдохнула она.

Непростительно замешкалась, отвлеклась, позволила чувствам взять верх, не изготовилась сразу к защите, отметил Бранд, подбирая аргументы для отказа. Но Кармена не стала просить об ученичестве, уставилась внутрь того, что некогда было подземельем.

Вроде того, что зародилось возле Благой Тиши. Нет, не зародилось, было создано, теперь Бранд практически не сомневался в этом. Хозяин подземелий не только отрабатывал методы подчинения, как-то связанные с теми жертвоприношениями, но и посылал слуг выращивать новые подземелья. Слуг или демонов? В том подземелье тоже было совершено жертвоприношение, но пока что в записях Марденуса Бранд не встретил ни одного упоминания о подобном.

– А вот и все пропавшие, – неожиданно растерянно выдохнула Пробой.

Никакого сообщения о вступлении в подземелье, ибо его тут не было, только зародыш, мертворожденный или погибший во время общего взрыва – это объясняло бы выброс жара и маны. Впереди топталось несколько шахтеров, убитых, принесенных в жертву и восставших от выброса маны, как нежить, и за их спинами демон приносил в жертву гномку – судя по уровням, ту самую Дистену Бур – приносил в жертву внутри той же фигуры, что Бранд видел уже дважды, в подземельях возле Благой Тиши и в Таркенте!

Взлетело и упало кайло и демона окутало сиянием выброса маны.

– Займись нежитью! – крикнул Бранд Кармене, устремляясь к демону.

Глава 14

3 день 9 месяца 879 года, Коляба, столица Урдара

– Кристалл Подземелья зародился там недавно, не успел набрать уровней, – докладывала Кармена, – поэтому туннели были недоделаны, практически не имелось живых созданий, только конструкты, и выброс маны вышел мелким, жар пошел, а наружу ничего не вырвалось.

Голос ее звучал сухо, нарыдалась там внизу, над телом ученицы. Они опоздали буквально на считанные мгновения и Бранд точно так же не успевший к Плате Укротительнице, мог только сочувственно сжимать плечо Пробой.

– А как там оказался демон?

– Его кто-то призвал, – развела короткими, могучими руками Кармена, – но он так и не сказал, хотя мастер Бранд умело выжимал из него сведения. А затем его разорвало на сотню кусков.

Она покосилась на Бранда, и он ощутил, что страсть в ней и восхищение силой увяли, сменившись затаенным страхом и мыслью, что именно Кулак виноват в гибели ее ученицы. Рука Кармены дернулась, словно снова собираясь оттереть внутренности демона с лица. Артой Пятый и его руководитель Горной Безопасности (аналога Подгорной Палаты и Тайной Канцелярии) переглянулись с недоумением.

– Печать молчания, – пояснил Бранд, – там требовался демонолог, причем более умелый, чем тот, кто ставил печать.

Вряд ли сам Бальбазар возился с такой мелочью, кто-то из подручных, но все равно, уровня 300+, так что ничего ценного от самого демона они не узнали бы в любом случае. Но в то же время сам факт его нахождения там говорил о многом, во всяком случае Бранду.

– А шахтеры? И ваша ученица, Кармена?

– Демон уцелел в выбросе, что ему подземная мана, только злее стал, – усмехнулся Бранд. – Кое-что в магии он смыслил, сумел тайно выбраться наружу, окутал скрытностью вход, да начал таскать живых и приносить их в жертву. Становился все сильнее, сумел одолеть даже ученицу героини Пробой.

Только мощности все равно не хватало пробить мановый портал в Бездну и улизнуть, а отозвать его тоже было некому, Бальбазар или погиб, или ему было просто не до такой мелочи. Сам набор умений демона (да и жертвоприношение) говорил о многом: скрытность, вроде той, что окутывала подземелье возле Благой Тиши, умение совершать жертвоприношения, пробивать и расширять каналы в Бездну – то есть питать кристалл. Это не объясняло многого, но возможно Марденус и не собирался подчинять это подземелье, а выращивал его как огромную бомбу под Урдаром.

Собственно, жертв шахтеров уже не хватало – расти дальше, да и перестали живые появляться, поэтому демон рискнул, напал на ученицу Пробой. Возможно, ему удалось бы улизнуть, возможно ученица, эта Дистена Бур тоже поднялась бы, как зомби, или еще какая нежить выше рангом, сейчас можно было только гадать.

– То есть кто-то прознал о подземелье, возникшем где-то там, проник в него и вызвал демона, который его и удавил? – уточнил Артой задумчиво. – Калатин?

– У нас два демонолога уровнем выше ста и оба на месте, – немедленно мотнул тот косматой головой. – Разве что демон подрос при выбросе?

– Нет, я думаю дело тут в другом, – Артой чуть подался вперед, впился взглядом в Бранда. – По всему Мойну взорвались подземелья, в Провале было бурление и еще по слухам герои одолели какого-то хозяина подземелий. Надо полагать, очередной Проклятый безумец, в союзе с Бездной, нашедший способ не только подчинять подземелья, но и выращивать их, а?

Нет, изначально ясно было, что до конца секрет сохранить не удастся, поэтому Бранд и не скрывал особо ничего на том суде в Таркенте, но и в детали не вдавался. Именно детали и подробности случившегося они пятеро, побывавшие там, в логове хозяина, поклялись друг другу хранить в тайне, дабы не вызвать пришествия нового хозяина. Также все молчаливо согласились на то, что дневники и записи останутся у Бранда, который уж точно не отдаст их кому попало.

– Вы не понимаете, куда лезете, – медленно произнес Бранд. – Это секрет, убивающий всех, кто его коснулся.

По правде сказать, легко можно было устроить убийство самого Артоя. Придавить их волей, убить Пробой, затем добить Артоя и Калатина, и бежать из Урдара. Негероично, но надежно и бессмысленно. Просто другим хватало мозгов не лезть так открыто к этой тайне. Тайне! Пожалуй, стоило спросить Ролло, когда тот вернется с очередного задания своей богини, можно ли накинуть Покров Тайны на историю с хозяином подземелий.