332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Питер Ф. Гамильтон » По ту сторону снов » Текст книги (страница 41)
По ту сторону снов
  • Текст добавлен: 4 января 2021, 21:00

Текст книги "По ту сторону снов"


Автор книги: Питер Ф. Гамильтон






сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 43 страниц)

Бетаньева рывком обернулась. Перед дверью кассы стоял Слваста, за его спиной вплотную сгрудились Товакар, Янрис и Андрисия, еще дальше – другие вооруженные товарищи. Слваста вынул магазин из карабина, ствол которого все еще курился дымком, и подхватил текином сменный магазин.

– Что ты наделал? – завыла Бетаньева.

Хавьер пронесся мимо нее с безумным ревом, лицо искажено яростью, руки вытянуты к Слвасте. Андрисия шагнула вперед и поймала Хавьера за запястье. Гибким волнообразным движением она переместила свой вес, развернулась, оттолкнулась текином, ушла вбок – и огромное тело Хавьера каким-то образом взлетело в воздух. Совершив кувырок, он рухнул на землю с грохотом. Товакар тотчас оказался рядом и приставил ему пистолет к виску.

– Не шевелись! – предупредил он.

Слваста подошел и встал рядом с Бетаньевой, глядя на нее сверху вниз. Выражение его лица было совершенно бесстрастным.

– Почему ты не двигалась? Почему не остановила его? Вы следили за ним, вы хотели поговорить с ним так же сильно, как и я. Почему ты не спросила его ни о чем?

Бетаньева покачала головой.

– Я не смогла. Он… он велел мне не двигаться, и я послушалась. – Она вытерла слезы со щек. – Я знала: я должна, – но мне просто не хотелось. Что он со мной сделал? – заскулила она в панике. – Кто он такой?

– Я не знаю. – Слваста протянул ей руку.

После секундного колебания Бетаньева ухватилась за нее. Слваста помог ей подняться.

Она встала, слегка покачиваясь, затем рискнула взглянуть на труп. Так много крови, густой, ярко-алой, непристойно растекающейся по платформе.

Слваста повернулся к Хавьеру.

– Кулен был не человеком, – сказал он. – Ты меня понимаешь? Это новый вид паданца, он и Найджел.

Потрясенный Хавьер молча уставился на него.

Что-то было не так с трупом Кулена. Бетаньева не могла понять, что именно, но ее подсознание, все ее инстинкты прямо кричали об этом. Возможно, она так воспринимала его душу? Она присмотрелась экстравзглядом к воздуху над телом.

– Слваста!

Бетаньева отступила на шаг, прижимаясь к Слвасте.

– Что такое?

– Я все еще чувствую панцирь вокруг его мыслей.

– А?

Все повернулись, чтобы посмотреть на останки Кулена. Янрис и Товакар прицелились из карабинов, и большинство бойцов отряда Слвасты тоже.

– Дерьмо! – вскрикнула Бетаньева. – Его панцирь все еще здесь! Слваста подошел ближе.

Глаза Кулена открылись.

Бетаньева разинула рот и издала нечленораздельный звук.

– Это был отличный полог, – заговорил Кулен. – Не хуже моего эффекта сокрытия. Я не почувствовал вашего приближения. Отлично сработано.

– Паданец! – прорычал Слваста. Он сделал еще шаг вперед и приставил дуло карабина к переносице Кулена.

– Ничего подобного, – спокойно возразил Кулен.

– Тогда что ты за дерьмо?..

– Эта жизнь окончена. Для всех вас. Мы вернем вас обратно в настоящую Вселенную. Опустите оружие. Забудьте ваши конфликты. Все скоро изменится. Мы освободим вас.

– Что ты такое?! – проревел Слваста.

– Я машина. Живая машина.

– Не может такого быть!

К ним подошел мужчина. Бетаньева думала, после всего, что случилось, она уже ничего не почувствует, но при виде него она застонала в смятении.

– Зачем вам понадобились квантумбустеры моей семьи? – потребовал ответа Капитан Филиус.

– Они будут использованы для вашего освобождения. – Кулен закрыл глаза. – А теперь простите, я должен отключиться. Резервной энергии не хватит на дальнейшее обеспечение функционирования, а в меня встроена автономная последовательность разрушения – на всякий случай. Пожалуйста, отойдите, я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

– Ты когда-нибудь любил меня? – всхлипывал Хавьер.

– Мой драгоценный Хавьер, не печалься. Я возвращаю вас всех в настоящий мир. Это величайшая любовь из возможных. Я дарю ее вам.

Кожа на бледном лице Кулена начала чернеть. Слваста скривился, убрал карабин и сделал несколько поспешных шагов назад. Голову, туловище и ноги Кулена охватило пламя. Языки пламени пробивались изнутри, полыхая жаром. Бетаньева вцепилась в Слвасту, с ужасом наблюдая, как нечто, бывшее когда-то ее любимым, сгорело и обратилось в кучу пепла менее чем за три минуты. Девушка опустилась на колени, и ее вывернуло. Растерянная, Бетаньева просто потеряла способность мыслить. Ничто не имело смысла. Все происхоящее вообще не походило на реальность. Этого просто не могло случиться.

– Каковы наши дальнейшие действия, капитан? – услышала она вопрос Янриса.

– Он сказал «мы», – прорычал Слваста. – «Мы освободим вас». Он не один такой на Бьенвенидо. И я знаю, где их гнездо. Так что мы остановим их. Мы их уничтожим. Это и будет освобождение.

5

– Они в худшем состоянии, чем я думал, – сказал Найджел.

Экспресс грохотал, унося их на юг сквозь ночь. Они пролетали мимо станций; останавливались только для того, чтобы пополнить запас угля и воды для двигателя.

Квантумбустеры ехали в одном из пассажирских вагонов, после переоборудования он походил на механическую мастерскую. Оружие впечатлило Кайсандру, хотя она уже видела изображения с дрона в подвале дворца. Цилиндры с осиной талией имели более двух метров в длину и были такими тяжелыми, будто их вырезали из цельного металла. Чтобы их поднять, требовалось много сил – физических и текина. Как только орудия уложили на место, уже не составило труда текином убрать всю пыль и грязь, обнажив унылые серые оболочки, состояние которых оказалось довольно хорошим. Боеголовки располагались в нижней части головки в форме луковицы, экстравзгляд Кайсандры различал их внутри очень крепкой оболочки, плотно набитой компонентами. Но, по ощущениям девушки, задняя часть цилиндра со странными бородавчатыми выступами установки инверсной гравитации выглядела более зловещей.

Найджел, Фергюс и Валерий занимались тем, что сканировали квантумбустеры экстравзглядами и разными сенсорными модулями. К небольшим люкам доступа из малметалла подвели энергию, и они теперь открывались, а компоненты внутри можно было непосредственно подвергнуть более сложному тестированию.

– Нам не нужны двигатели и прочий хлам, – сказал Фергюс. – Силовые поля тоже ни к чему. Только боеголовки.

– Одна боеголовка, – поправил его Валерий.

– Вы можете заставить один из них работать? – спросила Кайсандра.

Найджел поднял взгляд от квантумбустера, который он исследовал. Провода и волоконно-оптические нити от нескольких модулей уходили внутрь, в открытые порты и люки. Сферические силовые элементы на полу были подключены к различным секциям с помощью сверхмощного кабеля.

– Думаю, да. Конечно, компоненты вспомогательных систем разрушились, но мы так и предполагали. Системы, которые синтезировала «Небесная властительница», должны справиться с запуском боеголовки. Мы начнем восстановление, как только вернемся домой. А вот что будет действительно сложно, так это модификация самого эффекта. Я смогу определить окончательную программу не раньше, чем окажусь в Лесу. Попав туда, я проведу точный анализ сигнатуры его поля квантовых искажений.

– И как гласит старая цитата, то, что наука может проанализировать, наука может повторить, – сказал Фергюс.

– Будем надеяться, – пробормотал Найджел. – Или нам понадобится лодка побольше.

Кайсандра опасливо кивнула.

– Понятно.

Найджел на мгновение поднял взгляд и подмигнул ей.

– Не волнуйся. До сих пор нам все удавалось, верно?

Она безрадостно улыбнулась.

– О да. Только потому, что ты знаешь все.

– Еще неделя, – пообещал он. – Может, меньше.

– Да неужели? Сколько времени нужно, чтобы восстановить боеголовку?

– Думаю, день. Максимум два. Некоторые работы мы сделаем уже в пути.

– Значит, останется только запуск?

– Ага. Марек уже должен был собрать комплект ракет-носителей.

– А ты вернешься на планету, прежде чем взорвать квантумбустер? Это безопаснее, чем оставаться в космосе. Да?

Оба АНС-дроида вдруг притихли. Взгляд Найджела оставался спокойным, но его кривоватая улыбка перестала быть насмешливой.

– Кайсандра, – неловко начал он, – мне нужно быть там на случай, если что-то пойдет не так.

– Там? Там – это где?

– Я должен управлять процессом до самого конца. Прости, я думал, ты поняла.

– Нет! – вскричала она. – Не надо! Отправь одного из АНС-дроидов. Они справятся.

– Они справятся, если все пойдет по плану. Возможно, они даже справятся, если план сорвется. Но я не могу рисковать: слишком многое поставлено на карту. Целая планета, полная людей, Кайсандра. Если случится что-то неожиданное, если по какой-то причине придется менять тактику, я буду изобретать решение на ходу.

– Но… они тоже могут это сделать!

Кайсандра с ужасом поняла, что у нее перехватило горло, а на глаза навернулись слезы. Если разговор продолжится, она в любой момент может заплакать.

– АНС-дроиды способны на многое, в том числе на перебор логических вариантов. Их биопроцессорный мозг – вершина человеческой технологии. Но если понадобится решение за пределами логики, его смогу принять только я. Я не могу допустить ни малейшей случайности, Кайсандра. В «Небесной властительнице» должен быть я лично.

– Нет!

– Если я смогу взорвать квантумбустер на расстоянии, я это сделаю. Разумеется. Но мы должны подготовиться и знать наверняка.

– Ты умрешь. И умрешь навсегда. Если квантумбустер разорвет Бездну на части, не останется Джу, куда бы ты отправился. Не будет Ядра, чтобы принять твою душу.

Кайсандра слышала свои слова и ненавидела себя за них; оказывается, ее старые укоренившиеся убеждения не были уничтожены сведениями, которые Найджел подарил ей, а лишь спрятались в глубину сознания. «Я мыслю здраво и логично. Правда. Просто это слишком…»

Найджел подошел к Кайсандре и обнял ее точно так же, как обнимал на их свадебной церемонии. Только теперь он не похлопал ее по спине, а погладил.

– Я не умру, – тихо сказал он. – Я не говорил тебе раньше, потому что не хотел тебя расстроить или запутать. Но мое тело – на самом деле клон, в который были загружены мои воспоминания и личность. Настоящий я по-прежнему там, Кайсандра. Прямо сейчас я существую во внешней Вселенной. Я жду.

– Что? Не может такого быть.

– Это правда.

– Хочешь сказать, ты – на самом деле не ты?

– Конечно, я, – фыркнул Найджел. – Но ты знаешь мое эго: я слишком важен и не могу на самом деле умереть, вот я и отправил этого меня в Бездну – сделать мою собственную грязную работу. Я никогда не предполагал вернуться обратно, хотя я и не догадывался, что мое задание окажется таким. Кайсандра, я никогда не ожидал встретить тебя. Странные вещи подбрасывает нам судьба.

Она кивнула, не позволяя себе заговорить.

– Когда-нибудь где-нибудь мы снова встретимся, – сказал Найджел. – Я тебе обещаю. И это будет самый счастливый день за все мои тысячи лет, ведь я увижу тебя, живущую настоящей жизнью, которой заслуживаешь. Вот для чего здесь все делается. Вот для чего существует эта версия меня. Позволь мне исполнить свою судьбу, чтобы я мог увидеть, как ты добиваешься своей.

– Я не хочу другого тебя. Мне нужен этот ты.

– Другой я – оригинал. Он лучше меня. Вот увидишь. Только никогда не говори ему, что я так сказал, ладно? Пусть это останется между нами.

– Ты всегда должен быть прав?

– Я таков, каков я есть.

– Я тоже хочу быть права, хотя бы раз.

– Вот моя девочка.

В Фосбери они пустили поезд по другой ветке, переведя стрелки на Южную городскую линию. Никто не осмелился противостоять телохранителям Слвасты, когда товарищи ворвались в сигнальную будку и потянули за большие железные рычаги, переводя стрелки. И неважно, что так далеко от Варлана революция не была признана. Бетаньева свернулась калачиком на одном из длинных сидений и уснула под мерное покачивание вагона.

Хавьер разбудил ее при первых признаках рассвета. Бледно-золотистый свет проникал через окна с восточной стороны. Единственной туманностью, оставшейся на небе в этот час, был Уракус – ядовитое красновато-коричневое облако с изгибающимися топазовыми ветвями, будто межзвездные пыльные бури, подобно двум гигантским космическим сорнякам, обвивались друг вокруг друга. По непонятной причине область пустоты в центре туманности сегодня казалась больше. Внизу, на земле, лежал туман, затопивший низины, как ленивая маслянистая жидкость, из которой выступали деревья и крыши хозяйственных построек ферм. Линия горизонта была смята холмами.

– Где мы? – спросила Бетаньева, потягиваясь. Все ее тело болело после сна на неудобной скамье. Но – хвала Джу – хотя бы часть усталости прошла.

– Пять часов до Диоса, – сказал Хавьер. – Только проехали местечко под названием Нормантон.

– Понятия не имею, где это. – Бетаньева помассировала основание шеи, которая затекла от того, что она спала, пристроив голову на подлокотник. – Никогда не бывала в здешних краях.

– Я жил в Сигене пару лет, но это все.

Девушка окинула взглядом вагон. Похоже, бóльшая часть отряда телохранителей спала, но те, кто не спал, были настороже. Слваста сидел на скамейке в дальнем конце вагона, между Андрисией и Янрисом. Бетаньева приложила все усилия, пытаясь не хмуриться.

– Она не заменит тебя, – тихо сказал Хавьер.

– Слваста, наверное, считает меня… ох, дерьмо! Хавьер, так кем же был Кулен?

– Не знаю, – сказал здоровяк и усилил панцирь, желая скрыть свои эмоции. – Только не паданцем, уж точно.

Бетаньева понизила голос.

– Кулен заявил, будто он был машиной. Он не был человеком. Настоящим человеком.

– Он заботился о нас, вот все, что я знаю. Чем бы он ни занимался, это намного больше, чем революция. Гораздо больше.

– Они вернут нас в настоящую Вселенную, сказал он. Что, во имя Джу, он имел в виду?

– Понятия не имею. Может, он говорил о Вселенной вне Бездны, из которой пришел Капитан Корнелий?

– Но… вернуться туда? Как? Это просто безумие.

– Да. Но он определенно не походил на нас с тобой. Я думал об этом. Я считаю, он был лучшей разновидностью человека. Он пришел в Бездну с целью помочь нам.

– Здесь ты прав, – поспешно сказала Бетаньева. – Он в самом деле был лучше нас.

Она видела, как сильно страдает Хавьер.

– Значит, ты тоже считаешь это возможным?

– Что-то в этом есть. Интересно, Найджел тоже замешан в его планах?

– Думаю, да.

Бетаньева снова осмотрела вагон и встревожилась, заметив Капитана Филиуса, сидящего напротив Слвасты.

– А Слваста спал?

– Да. Он проснулся несколько минут назад. Поэтому я тебя и разбудил.

– Хорошо. Если спал, значит, он успокоился. Мы можем попытаться вразумить его.

– Меня он слушать не станет. Только не после вчерашнего. Мы с Куленом были вместе. Слваста не поверит мне. Разговаривать с ним должна ты.

Бетаньева положила свою руку поверх его.

– Кулен всех обманул.

– Может, я и хотел обмануться. Он был… совершенством.

– Я знаю. Я помню. Так прекрасен, что я даже не ревновала, когда он оставил меня ради тебя. Я лишь радовалась его счастью. Можешь себе это представить?

– Не знаю, – сказал Хавьер дрожащим голосом. – Мне просто больно.

Девушка сжала его руку.

– Я пойду поговорю со Слвастой.

Андрисия смерила Бетаньеву оценивающим взглядом, пока та шла по проходу между скамейками. Они со Слвастой явно обменялись телепатемами. Андрисия встала с места и одарила Бетаньеву нейтральной улыбкой.

– Пойду и посмотрю, есть ли здесь что-нибудь поесть. По крайней мере, у них должен быть чай.

– Спасибо.

Бетаньева выжидательно посмотрела на Слвасту, оставаясь стоять.

В его ответном взгляде читалась робость.

– Прошу тебя, – сказал он, привставая с места.

Бетаньева уселась рядом с ним, но не смогла заставить себя взглянуть на Капитана, сидящего на скамейке напротив.

– Прости меня за вчерашнее, – попросил Слваста. – Я наговорил того, чего вовсе не думал и не хотел сказать. Прости, пожалуйста.

Бетаньева потянулась к нему и нежно поцеловала.

– Мы все были в большом напряжении. Плюс еще история с Ингмаром.

– Вот уж точно! – громко выдохнул он. – Я вообще не понимал, что происходит.

– А сейчас понимаешь?

– Честно говоря, нет.

– Так что же мы здесь делаем?

– Собираемся остановить их. Я знаю, где живет Найджел. Я был в его гнезде.

– Их – это кого, любовь моя?

– Паданцев.

– Я не уверена, что Кулен был паданцем. Он назвал себя машиной.

– Он контролировал нас, – сказал Слваста. – Людей и других паданцев. Капитан Филиус рассказал мне, у паданца с Эйншем-сквер в мозгу нашли странные нити. Кулен контролировал нас, а мы даже не подозревали. Управлял нами так, словно мы его моды. Все мы делали то, что он хотел, и думали, будто этого хотим мы сами.

Бетаньева уставилась в упор на Капитана Филиуса.

– Я по-прежнему хочу справедливости и демократии для всех. Я хотела этого до встречи с Куленом. Мое мнение никогда не изменится.

– Тогда как все, чего хотел он, – квантумбустеры из моего дворца, – парировал Капитан.

– Я не знаю, что это такое.

– Бомбы. Бомбы, которые мой предок привез с собой в Бездну, правильно это было или нет. Бомбы, достаточно мощные, чтобы взорвать всё Бьенвенидо. Какое отношение они имеют ко всеобщей справедливости?

– Вы считаете, Кулен был паданцем?

– Я не знаю, кем еще он мог бы быть. Возможно, он принадлежал к правящему классу паданцев. Их эквивалент Капитана.

Она покачала головой.

– Если бы существовали такие паданцы, мы бы потерпели поражение тысячу лет назад. Кулен и Найджел – они другие.

– Они хотят уничтожить нас. Чем это отличается?

Бетаньева откинула голову назад, на тонкую подушку. Спорить было бесполезно; она знала, Слвасту нельзя переубедить, когда речь заходит о паданцах. И она подозревала, что Капитан играет со Слвастой, используя его слабое место с целью получить преимущество.

«Уракус, я параноик? Если я сейчас стану протестовать и спорить, Слваста больше никогда не будет мне доверять. Я должна остаться с ним, чтобы помочь ему, пока мания его не разрушила. Если он не устоит, с революцией тоже будет покончено».

– Наверное, ничем не отличается, – сказала она. – Так каков наш план?

Когда экспресс прибыл на окраину Диоса, еще не рассвело, восточный край неба едва начал светлеть. Трепетные нежные туманности отступали назад в ночь, уклоняясь от солнечного света. Паровоз остановился в выбросах пара, с протяжным грохотом тормозов – поршни двинулись назад, вращая колеса в обратном направлении. В двухстах метрах впереди бледно-оранжевые огни сигнальной будки главного вокзала слабо освещали лабиринт рельсов. Внутри будки сигнальщик послушно потянул за несколько длинных рычагов, переводя стрелки. Мадлен отвела дуло карабина от его промежности.

«Путь открыт», – телепнула она.

Экспресс тронулся вперед, переходя со стрелки на стрелку, пока не оказался на линии, ведущей к Эронду. Как только поезд прошел перекресток, он снова начал набирать ход.

Три с половиной часа спустя, когда солнце уже поднялось высоко над горизонтом, экспресс подошел к небольшой сортировочной станции по соседству с пассажирским вокзалом Эронда. Торговцы и оптовики, ожидавшие утренних поставок товаров, с интересом наблюдали за прибывшим вне графика поездом. Впрочем, близко они не подходили; Рассел и другие мужчины из группировки Мамаши Улвен, в длинных плащах из дрошелка, с карабинами напоказ, встали оцеплением, следя за тем, чтобы двум паровым машинам хватило места подъехать к вагону.

Кайсандра последовала за Найджелом прочь из вагона. Свежий утренний воздух был испорчен запахом угольного дыма и горячего машинного масла. Девушка отмечала множество скользивших по ней и по машинам экстравзглядов, в основном со стороны торговцев, но не находила в толпе ни любопытствующих шерифов, ни представителей власти. Найджел основательно внедрился в администрацию округа.

За выгрузку квантумбустеров отвечал Марек, он же быстро организовал своих людей, чтобы создать вокруг оружия прочный панцирь. Под его защитой боеголовки были погружены на прицепы, буксируемые паровыми машинами. Как только их закрепили, люди Марека уселись на лошадей и машины выехали со двора.

Через двадцать минут кавалькада покинула город и добралась до новой дороги в Адеон, проложенной вдоль реки. С визгом трущихся металлических частей паровые машины прибавили скорость.

Поезд Слвасты въехал на вокзал Диоса незадолго до полудня. Сам начальник станции вышел на платформу, чтобы встретить второй за это утро незапланированный поезд. Он был охвачен праведным негодованием, но оно быстро увяло, когда его экстравзгляд обнаружил в кабине паровоза, кроме машиниста и кочегара, трех вооруженных людей. Странно только, мод-гномов, которые обычно подбрасывали уголь в топку, он там не увидел.

Последние следы уверенности в себе исчезли у начальника станции, когда из первого вагона стали один за другим выходить вооруженные телохранители. В Диосе прекрасно знали о карабинах, которые использовали революционеры. Затем на платформу спустился сам Слваста, самопровозглашенный премьер-министр Временного Народного конгресса. Мысли начальника станции стали источать страх. Если Слваста здесь, Диос ждут такие же ужасы, как в Варлане. Страх сменился откровенным удивлением, когда рядом со Слвастой он увидел Капитана Филиуса.

Сотни местных жителей рассматривали образы, непроизвольно передаваемые начальником станции. Слваста подошел к нему.

– Экспресс из Варлана остановился здесь?

– Мое почтение, господа. Нет… не совсем. Он свернул на линию до Эронда. Мой стрелочник перевел стрелки. Он был вынужден: эта женщина угрожала ему оружием.

– Значит, с поезда никто не сошел?

– Нет, сэр. Полагаю, что нет. Он остановился на пару минут.

– Хорошо. А теперь скажите, где находится штаб-квартира окружного полка?

Штаб-квартира полка округа Диос представляла собой огромное четырехэтажное каменное здание, протянувшееся более чем на двести метров вдоль улицы Фотермор в центре города. Позади него несколько акров занимали площадки, среди которых главную роль играл широкий плац. Еще там располагались конюшни, казармы, офицерские квартиры, стрельбище, магазины, даже небольшой полковой музей и, конечно, склад оружия. Все здания были выстроены аккуратно по сетке и окружены стеной трехметровой высоты. Тысячу восемьсот лет назад Капитан Кантори постановил, что все полки должны укреплять свою территорию на случай, если их округ окажется под осадой паданцев. Люди будут располагать убежищем, пока не прибудет помощь.

Полк Диоса честно поддерживал свои укрепления в течение прошедших столетий. Слваста очень хорошо помнил об этом, когда вел свой отряд по улице Фотермор. На улицах не осталось пешеходов; люди убирались с их пути с того момента, как странный отряд покинул вокзал. Весть о прибытии Слвасты пронеслась по всему городу; теперь экстравзгляды следили за ним из-за тысячи запертых дверей.

Впереди раздались громкие удары и глухой скрежет – это на окнах штаб-квартиры полка захлопнулись большие железные ставни. Огромные сплошные ворота, загораживающие в арку в середине фасада, были закрыты несколькими минутами ранее.

Когда революционеры и Капитан подошли ближе, Слваста увидел стволы винтовок, торчащие из узких прорезей в камне, – здание ощетинилось оружием. Он обратился к Капитану Филиусу:

– Давай, поговори с бригадиром.

– Может, и поговорю.

Слваста развернулся к нему в недоумении.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Мы пока еще не обсудили, что произойдет потом.

Андрисия шагнула к ним, выхватывая неприятно острый кинжал.

– Ну ты и дерьмо.

Слваста жестом остановил ее. Андрисия нахмурилась, но вернула кинжал в ножны.

– Что тебе надо? – спросил Слваста.

– Какие у тебя планы на мою семью?

– Ассимиляция.

– То есть?

– Вы начнете новую жизнь наравне с остальными людьми. Будете трудиться и зарабатывать себе на жизнь.

Капитан Филиус посмотрел на него с презрительным весельем.

– Благая Джу, ты правда в это веришь? Насколько же ты наивен?

В разговор вмешалась Бетаньева.

– Хорошо, вот наше предложение. Амнистия для всех, кто участвовал в революции, независимо от того, в чем они обвинялись. Мы освобождаем вашу семью из-под стражи, и вы оставляете за собой треть ваших владений, долей в бизнесе и тому подобного дерьма. Вы передаете истинную власть демократически избранному парламенту с письменным биллем о правах, гарантирующим гражданские свободы для всех граждан.

– Ты с ума сошла? – возмутился Слваста. – Ты позволишь ему сохранить свои деньги? Это даст ему силу.

– Отними у Капитана конституционно закрепленный статус – и его семья станет всего лишь еще одной кучкой бесполезных аристократов, погрязших в гедонизме. Мы уничтожили организацию Тревина, мои люди в этом убедились. Никто не пойдет за Капитаном, если он начнет контрреволюцию. Пусть попробует, если хочет. Он всего лишь еще быстрее истратит свои деньги.

– Нет!

– Половина моих владений, – сказал Капитан Филиус.

– Договорились.

– Я сказал нет, – отрезал Слваста. Он гневно уставился на Капитана. – Поговори с бригадиром, или вся твоя семья будет казнена.

Капитан Филиус хладнокровно вернул ему взгляд.

– Одна телепатема от меня – и все на этой улице умрут под огнем полкового оружия, включая меня самого. Вообще-то, если я не телепну им в ближайшее время, результат, скорее всего, будет тем же. Полк немного нервничает, если ты не понял. Вы трое – все, что осталось от руководства революции. Она умрет вместе с вами. Бьенвенидо поднимется и под предводительством моей родни пойдет на Варлан. Кровопролитная резня продлится долго.

– Паданцы! – закричал Слваста в агонии гнева. – У них квантумбустеры! Они убьют нас всех!

– Тогда у тебя есть три варианта. Оставить меня в живых и вернуть мне приличного размера собственность, чтобы я мог сохранить свой образ жизни, пока ты избираешь свой подлинно демократический парламент, – и полк Диоса отправляется громить гнездо Найджела. Умереть в ближайшие пару минут. Или отдать победу паданцам.

– Это не выбор.

– Ты дал клятву, капитан Слваста, клятву защищать Бьенвенидо – всё Бьенвенидо – от паданцев. От тех самых паданцев, которые манипулировали тобой и твоими друзьями, желая свергнуть мое правительство, обрушив наш мир в политический хаос, и все это – ради того чтобы они заполучили самое мощное оружие на планете. Ваша революция была мошенничеством от начала до конца. Теперь у тебя есть шанс все исправить.

Слвасте хотелось броситься на Капитана и разорвать его на куски. От ярости кровь прилила к его голове и пульсировала в ней под огромным давлением, угрожая взорвать его череп. Перед глазами у него стоял образ распластанного на платформе станции Балком Кулена, голова которого продолжала вещать с чудовищной спокойной уверенностью об их предстоящем освобождении. Его сменил бесконечный кошмар: Ингмар-паданец, победно насмехавшийся над ним из ямы.

– Мы выжжем вас из нашего мира, – сказал Слваста проклятым воспоминаниям громко и ясно. – Клянусь. И не важно, чего это будет стоить.

– Это твой ответ? – Голос Капитана звучал так спокойно, что граничил с издевательством.

– Слваста. – Бетаньева держала его за руку, ее лицо и разум отражали ее беспокойство. – Мы уничтожим капитанство. Может быть, не таким образом, как мы планировали, но сейчас произойдут изменения. У людей будет право голоса, у них будет справедливость.

– Да, – прошептал он.

– Что? – переспросил Капитан Филиус.

– Да! – возмущенно повторила Бетаньева. – Мы двинемся на гнездо Найджела. Все вместе.

– А я уже было начал переживать.

– И вы останетесь под нашим наблюдением, пока все не закончится и мы не вернемся в Варлан, где будет подписано соглашение.

– Естественно.

Капитан Филиус повернулся к пугающей стене штаб-квартиры полка. Десятки винтовок следили за малейшим его движением.

«Бригадир Дойл, – телепнул он, – не могли бы вы выйти к нам на минутку, пожалуйста?»

С ними отправились двести солдат полка во главе с самим бригадиром Дойлом. Начальник станции Диос поспешно организовал два поезда, один из них – для перевозки лошадей в длинных открытых вагонах. Только земные лошади, на этом настоял Слваста. Не прошло и часа, как оба поезда уже быстро двигались к Эронду.

Через двадцать минут после отъезда из Эронда они достигли первого моста – старой каменной арочной постройки над неширокой, но быстрой рекой. Посередине моста зиял трехметровый разрыв – там взрывчатка разнесла камни. Большинство из них упало в реку, а часть ударной волной разбросало по илистым берегам.

Оседлав лошадей, полк выехал на дорогу. Вокруг десятки людей пытались решить, что им делать. Дорога по обе стороны от моста была забита лошадьми и повозками. Слваста на своем коне двинулся ко въезду на мост, тесня людей с дороги. Он долго смотрел на разрыв. Позади него полк остановился, все пытались экстравзглядами выяснить, в чем проблема. Лошади тревожно ржали и били копытами.

– Они наверняка взорвали все мосты на пути в Адеон, – сказал Хавьер, поравнявшись со Слвастой и придержав коня. – Ты же понимаешь?

– Да. И мы не можем допустить, чтобы это остановило нас.

Без предупреждения Слваста послал свою лошадь вперед, направляя поток телепатических приказов в ее мозг. Лошадь устремилась вперед. Слвасте показалось, что разрыв расширяется по мере приближения. Затем лошадь прыгнула. Речная вода промелькнула в каких-то несчастных восьми метрах под Слвастой. Он приземлился на противоположной стороне, легко преодолев разрыв.

– Сюда! – взревел он.

С диким хохотом Хавьер бросил свою лошадь вперед по взорванному мосту.

Кайсандру сопровождали Фергюс и Марек. Они переправились через реку со стороны комплекса фермы Блэр, а затем направились по узкой тропе, которую трудолюбиво расчистили в лесу мод-гномы. Они ехали на крепких земных лошадях, и у каждого в поводу шла еще одна лошадь, нагруженная сумками.

Прежде Кайсандре не доводилось бывать в этой части местности. Здесь раскинулись неосвоенные земли. Неровности рельефа привели к тому, что болотистые долины перемежались с густыми зарослями. Никто никогда не подавал заявку на эту территорию в земельное управление округа; ее освоение заняло бы десятилетия и стоило бы больше, чем любой доход, который могла принести ферма. Далеко впереди предгорья Алгорских гор возвышались над зубчатыми скальными обнажениями, где изредка встречались одиночные деревья, изогнутые ветрами.

Они двигались довольно быстро, лошади без остановки трусили вперед через заросли низкого кустарника и луга, поросшие мягкими травами. Местность постепенно поднималась к востоку, склоны становились все круче и выше. Пара ген-орлов вальяжно парила у них над головами, осматривая территорию впереди. Вокруг почти не было живности – только несколько гнезд бусалоров и крадущийся дараван, зверь из породы кошачьих. Вспугнутые ими птицы кружились в воздухе.

Солнце склонилось низко к западу, когда они взобрались на высокий хребет, вдоль гребня которого извилистой полосой росли неприхотливые кусты радды.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю