Текст книги "Консильери (ЛП)"
Автор книги: Пайпер Стоун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)
Через несколько секунд он уложил меня на одеяло, оседлав мои ноги, и его поцелуй стал безжалостным и неумолимым, как будто этот мужчина отчаянно хотел опьянеть от моего горячего дыхания. Мысль о том, что все время остановилось, что мы – единственные люди, оставшиеся во Вселенной, промелькнула у меня в голове. Идея была безумной, но я ухватился за нее, как будто, поступая так, я могла помешать холодной реальности возродиться и утащить нас обоих в чистилище.
Когда Мэддокс, наконец, прервал поцелуй, то издал глубокий, хриплый рык, прежде чем провести языком от одной стороны моей челюсти к другой.
Я судорожно вздохнула, обхватив руками его рубашку и прильнув к нему. Я была в ужасе от того, что если отпущу его хотя бы на несколько секунд, то пойму, что он не более чем мираж. Он прикусил мою нижнюю губу, прежде чем провести кончиком языка по моей шее. Я выгнула спину, удовольствие было таким сильным, что я не могла ясно мыслить.
Мэддокс дернул за бретельки моего бикини, легко обнажая мою грудь. Развязывая тонкую тесемку у меня за спиной, легко снимая препятствие, он прошептал еще несколько непристойных слов, полных желания. Каждый звук, слетавший с его губ, каждый его гортанный вздох только подливал масла в огонь, который и без того полыхал внутри.
Я положила руки ему на плечи, провела ладонями по спине, восхищаясь ощущением его мышц под моими пальцами.
Мрачно усмехнувшись, он провел языком по моему и без того напряженному соску, посылая очередную серию жужжащих вибраций мне в живот. Как только он зажал нежную плоть между губами, посасывая и покусывая ее, с моих губ сорвалась серия тихих стонов. Мэддокс не торопился, звуки, издаваемые им, становились все более дикими по своей природе.
Мэддокс обхватил ладонью мою вторую грудь, сжимая, прежде чем зажать мой уже затвердевший бутончик между пальцами. Вспышка боли была восхитительной, заставив меня хватать ртом воздух
– О, боже.
– Моей маленькой овечке нравится немного боли. Буду иметь это в виду.
– Я не твоя.
– О да, моя. – Он опустил голову к ноющему соску и прикусил его, пока я не взвизгнула. – Вся моя. И то, что я планирую с тобой сделать, – настоящий грех. Возможно, мы отправимся за это в ад.
– Мне все равно.
Секундой позже Мэддокс устроился у меня между ног и провел языком по одной груди, затем по другой, прежде чем, не торопясь, спуститься вниз по моему животу. Его взгляд не отрывался от моего, от его горячего дыхания у меня по рукам и ногам побежали мурашки. Проведя кончиком носа по моему пупку, он осмелился опустить голову, обдавая дыханием мою гладкую киску.
– Ты такой плохой, такой очень-очень плохой, – бормотала я, покачивая головой туда-сюда.
– Ты же еще ничего не видела, милая.
В тот момент, когда его пальцы скользнули под тонкую резинку моего бикини, я закрыла глаза и прикусила нижнюю губу.
– Что ты делаешь?
– А ты как думаешь, маленькая овечка? Я собираюсь полакомиться твоей прелестной розовой киской. – Мэддокс преувеличенно глубоко вздохнул, издав еще более мрачное и опасное рычание, чем раньше.
Если он пытался так меня возбудить, то я уже была в стратосфере, неспособная связать воедино больше пары связных слов. Дышать стало почти невозможно, когда он приподнял и согнул мои ноги в коленях, опуская их на одеяло. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой беззащитной. Мой пульс участился, сердце пропускало удары. Я была в приподнятом настроении, но в то же время напугана, потрясена невероятной интенсивностью смешанного аромата желания, витающего между нами.
Я была такой влажной, моя киска пульсировала, боль вызывала прилив адреналина. Казалось, я не могла унять дрожь, когда он устроился у меня между ног, просунул руки под меня и приподнял мою попку. Каждый издаваемый им звук был животным, намеренным, а у меня кружилась голова и я сходила с ума от желания.
Когда он впился пальцами в мою кожу, открывая меня еще шире, я никогда в жизни не чувствовала себя такой уязвимой. Не было никаких колебаний, только чувство растущей потребности, которую требовалось удовлетворить. В тот момент, когда он провел языком назад-вперед по моему клитору, я издала пронзительный крик, прижимая руку к губам всего несколько секунд спустя.
Мэддокс водил языком круг за кругом, пока я не потянулась к нему, хватаясь за длинные пряди его волос.
– О, нет, ты не сделаешь этого, маленькая овечка. Никаких прикосновений, пока я тебе не разрешу.
Даже мрачность в его голосе была совершенно другой. Я парила на белом облаке блаженства, когда он провел языком по моим набухшим складочкам, едва касаясь кончиком внутри. Он был нежен, трепетен, и это почти сводило меня с ума. Он продолжал издеваться надо мной еще несколько минут. Я была такой влажной, такой горячей, что не могла перестать хватать ртом воздух. Теперь я издавала просто дикие звуки.
Когда я пошевелила бедрами, приподнимая их с одеяла, Мэддокс поднял голову. Я уставилась на него затуманенным взором, борясь с бешено колотящимся сердцем.
– Что-то не так, милая? – застенчиво спросил он, улыбка на его лице была слишком озорной.
– Ты сводишь меня… с ума.
– У тебя с этим какие-то проблемы? – сексуальный ублюдок имел наглость ущипнуть меня за клитор, пока меня не охватил новый прилив возбуждения. – Если так, скажи мне, чего ты хочешь.
– Я… – по правде говоря, у меня никогда раньше не было мужчины, который бы мной лакомился. Ни разу. Но это… это было достаточно мощно, чтобы я растерялась.
– Скажи мне. – Когда Мэддокс повел себя так, словно собирался отстраниться совсем, я закричала именно то, что мне было нужно, чтобы он сделал. – Лижи меня. Боже милостивый, лижи меня, пока я не кончу.
Выражение его лица стало более чувственным, хищным.
– Вот так-то лучше. – Он мгновенно опустил голову в мою влагу, проникая языком глубоко в мое узкое влагалище.
– О, Боже мой.
Когда Мэддокс яростно облизывал меня, я оказалась в другом измерении, оргазм на несколько секунд охватил мои пальцы ног. Когда он добавил один палец, проникая глубоко внутрь, я растворилась в этом мгновении. Не было слышно ни звука, ни дуновения ветерка, ни беспокойства о том, через что мы проходим. Только чистое удовольствие, накатывающее на меня, как приливная волна.
Я прижалась спиной к одеялу, закинув руки за голову. Пока я смотрела на яркие звезды, мерцающие в небе, мои мышцы начали расслабляться, напряжение спадало. Я почувствовала, что на моем лице появилась улыбка, приближая сладостный момент нирваны.
Мэддокс добавил второй, затем третий палец, разминая мои мышцы, когда раздвигал пальцы.
– Такая узкая. Черт возьми, ты такая тугая. – Его слова были искажены, возможно, из-за того, что у меня звенело в ушах.
Я не могла поверить в то, какое наслаждение пронзило меня, и в то, что я затаила дыхание от удивления при мысли о том, что он может сделать дальше. Он приподнял мое туловище еще выше, двигая головой взад и вперед, добавляя безумия этому прекрасному моменту каждым глубоким и хриплым звуком, который он издавал. Никто не мог бы сказать мне, что что-то настолько интимное может быть настолько приятным, но по мере того, как его действия становились все более грубыми, от оргазма у меня начали поджиматься пальцы ног, поднимаясь вверх по обеим ногам.
– Я собираюсь… О, Боже. О, да. Да.
Он лизал еще яростнее, двигаясь как сумасшедший. Я была потрясена тем, каким мощным стал оргазм, порыв вибраций был непохож ни на что, что я когда-либо испытывала раньше. Я больше не могла ясно видеть из-за обильной череды цветов, танцующих в поле моего зрения. Это было самое невероятное, что я когда-либо испытывала в своей жизни.
Когда первый оргазм перерос во второй, я была поражена электрическим разрядом, пронзившим каждую вену и мышцу. Мэддокс крепко держал меня, отказываясь отпускать, пока я совсем не перестала дрожать. Я склонила голову набок, тихо смеясь, пока он покрывал поцелуями внутреннюю поверхность одного бедра, затем другого.
Когда я внезапно почувствовала дуновение прохладного воздуха, я резко повернула голову вперед. Мэддокс стоял надо мной, как настоящий хищник, каким он и был, глядя вниз, его грудь тяжело вздымалась.
– Что ты делаешь? – спросила я, больше не узнавая свой голос.
Он не торопился отвечать, кривая улыбка появилась на его лице, пока он стягивал плавки. Мне было представлено прекрасное зрелище, от его длинного, толстого члена у меня снова потекли слюнки.
– Что я делаю? – повторил он, снимая плавки и отбрасывая их в сторону.
– Ага.
– Собираюсь трахнуть тебя. Каждую. Твою. Дырку.
ГЛАВА 17
Мэддокс
Брак по расчету?
Она что, издевалась надо мной?
Ужас, возникший в моей голове, был невыносим. Стал бы Арман делать что-то настолько нелепое, подвергая опасности собственную дочь? Осмелился бы он попытаться продать ее тому, кто больше заплатит? Во всей этой ситуации было что-то не так, подтверждая мои прошлые чувства. Тот факт, что он не сказал мне, с чем имеет дело, намекал на то, что, возможно, мои предположения были верны.
И я ненавидел себя за то, что не мог поверить в Армана в этот момент. Не затуманило ли это мои суждения, не заставило ли меня задуматься о том, чтобы сделать что-то, что могло бы разрушить нашу дружбу, которую, скорее всего, никогда не удастся залечить?
Ярость оставалась на поверхности, но интуиция подсказывала мне, что я был прав. Почему? Было ли нападение вызвано тем, что Арман не согласился установить связи? Я сделал все возможное, чтобы пока отложить это в сторону, но я вернусь к этому утром.
– Мэддокс, – прошептала Зои, возвращая меня в настоящее.
Я глубоко вздохнул, задержал дыхание и позволил своему взгляду опуститься на ее обнаженные ноги, как будто увидел ее впервые. То, что я хотел сделать, было богохульством, но пути назад нет. Мой гнев подпитывал мой член, отодвигая в сторону всякую рациональность.
Голод.
Я чувствовал сильный голод, и это не имело ничего общего с потребностью в пище. По крайней мере, моя жажда была утолена; сладкий вкус киски Зои, оставшийся у меня во рту и горле, только подтолкнул зверя из глубины души ближе к поверхности. Я облизал губы в знак признательности, изучая ее роскошное тело, делая все, что мог, чтобы сдержать тьму, растущую глубоко внутри.
Предъявляя на нее права, срывая запретную завесу, которую чтил, я еще больше подверг ее жизнь опасности. Обеспечить ее безопасность могло оказаться непростой задачей. Однако не было возможности повернуть время вспять, не было возможности стереть то, что накопилось с тех пор, как я увидел ее в Нью-Йорке.
Последствия будут тяжелыми, болезненными, но с ними я разберусь, когда это будет необходимо. Теперь мне нужно больше, настолько больше, что каждый мускул оставался напряженным.
Зои наклонила голову, ее глаза мерцали в свете огня. Она была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видел. И она действительно была настоящей женщиной, каждый дюйм ее тела, от длинных ног и округлых бедер до тонкой талии, и грудей, идеально ложащихся в мои ладони. Я имел в виду то, что говорил ей раньше. Ни один мужчина больше никогда не прикоснется к ней, иначе они столкнутся с моим гневом.
Ее тихое мурлыканье говорило о многом, а тоска в глазах была полна надежды на будущее.
Я рассмеялся, когда в первый раз напомнил себе, что нарушаю правила, но теперь я снова ощутил вкус запретного. Каким-то образом я знал, что слова, которые я произнес, собственнические чувства, которые я проявил по отношению к ошеломляющей, но раздражающей красоте, вернутся и поимеют меня.
Но мне, похоже, было наплевать. Я имел в виду то, что сказал: моя власть над ней только начиналась. Я хотел большего и возьму все, чего желаю. Я, не теряя времени, поставил ее на колени. Когда я взял ее за щеки с обеих сторон и грубо провел большими пальцами по подбородку, она с любовью посмотрела на меня.
– Ты принадлежишь мне, – повторил я, поглаживая ее лицо и удивляясь тому, как она вздрогнула от моего прикосновения.
– Навсегда?
– До скончания веков.
Я слышал, что она сказала, какие чувства она выразила. Какая-то часть меня все еще знала, что я должен продолжать отталкивать ее, делать все, что в моих силах, чтобы заставить ее возненавидеть меня. Она была слишком хороша, слишком невинна, а я, в конце концов, был подлым человеком, ебанным Бугименом, от которого ей следовало бежать, в ужасе из-за того, что я мог сделать.
Вместо этого, гравитационное притяжение между нами только усиливалось, подталкивая меня делать невыразимые и чрезвычайно порочные вещи с ее роскошным телом. Мне было трудно дышать и даже ясно мыслить, но когда я приблизил ее голову к своему ноющему члену, я почувствовал ее растущую потребность.
– Отсоси мне, малышка.
Зои провела своими длинными пальцами по внутренней стороне моих икр, не торопясь проводя ими вверх, к бедрам. Выражение ее лица было изысканным, озорным и в то же время слишком соблазнительным. Когда она осмелилась подуть на кончик моего члена, я схватил ее за волосы и прижал к себе ее губы.
– Не дразни меня. Тебе не понравится то, что произойдет, если ты это сделаешь, – произнес я дрожащим голосом.
– Может быть, понравится, – промурлыкала она, моргая, как будто маленькая лисичка полностью контролировала ситуацию. Скоро она поймет, что этого никогда не случится. Она продолжала дразнить меня, проводя языком по моей чувствительной щелке, а затем вниз. Когда она просунула руку мне между ног, обхватив и сжав мои яйца, я откинул голову назад, почти смеясь от потрясающих ощущений. Я больше не удивлялся тому, насколько мы были связаны, вспышки жара, пробегавшие по мне, напоминали лесной пожар.
Зои провела языком от одного яичка к другому, и ее движения заставили меня приподняться на цыпочки.
– Открой рот, – приказал я, опуская голову и наслаждаясь легким мерцанием огня, покрывавшим ее фарфоровую кожу.
Она сделала, как ей было сказано, но я сразу понял, что у этой непослушной девчонки что-то припрятано в рукаве.
– Теперь соси.
Я опустил ее голову, вводя в нее не только головку. Это было все, что я мог сделать, чтобы не вонзиться в ее рот, пока кончик не коснулся задней стенки ее горла. Я не мог перестать думать о том, что она сказала, когда сообщила мне, что хотела дождаться, когда я стану ее первым. Она понятия не имела, что это со мной сделало, потребность в ней возросла до безумной степени. Казалось, я не мог унять дрожь, каждый мускул моего тела напрягся, когда она провела языком назад и вперед.
В ее глазах была мольба, каждое действие, которое она предпринимала, вызывало у девушки сомнение. Как будто она не была уверена, что доставляет мне удовольствие.
– Вот так, малышка. У тебя такой горячий ротик. Ты можешь быть такой хорошей девочкой, когда захочешь.
Она открыла рот еще шире, побуждая меня взять все под свой контроль и трахнуть ее рот. Именно это я и сделал, войдя внутрь на последние несколько дюймов. Когда она плотно обхватила мой член своими сочными губами, я прижал ее голову еще сильнее. Зверь-садист внутри меня наслаждался тихими звуками ее рвотных позывов. Только тогда я откинул ее голову назад, позволяя ей сделать глубокий вдох.
– Вот так, – прошептал я, двигая бедрами вперед, пока не вошел сильно и глубоко в ее влажный рот. Это был только вопрос времени, когда я не выдержу и потеряю всякий контроль над собой. Возбуждение от того, что я завладел ее ртом, от того, что она стала моей, было таким же опустошающим, как и электрический ток, поражающий каждую клеточку моего тела. Ее рот был горячим, мы оба горели, и в тот момент не имело значения ничего, кроме как трахать ее как дикарь, которым я и был.
После того, как я еще несколько раз погрузился в ее рот, я больше не мог этого выносить и толкнул Зои назад за плечи. Я отступил на несколько шагов, вытирая предплечьем, выступивший на лбу пот.
Она преувеличенно облизала губы, и я погрозил ей пальцем.
– Такая плохая девочка.
– И что ты собираешься с этим делать?
– Возьму все, что захочу. Вот что.
Я притянул ее ближе, сбивая с ног. Ее визг разнесся по ночному небу, и когда она попыталась ухватиться за меня, я просунул одну руку ей под зад. Когда она оказалась в моих объятиях, то обхватила меня своими длинными, стройными ногами за бедра, а руки положила мне на плечи. В ее глазах была такая преданность, что каждое ее действие было попыткой доставить мне еще большее удовольствие. То, как она запускала пальцы в мои волосы, было возбуждающе, но именно соблазнительное выражение ее лица заставляло меня испытывать голод.
Наклонившись вперед, она провела языком от одной стороны моей челюсти к другой, точно так же, как я до этого делал с ней, отстранилась и издала еще одно хриплое мурлыканье.
– От овечки до котенка. Не уверен, что мне больше нравится, – сказал я ей, посмеиваясь.
– Я могу превратиться и в львицу.
– Тогда мне нужно будет приручить тебя.
Я дернул ее за волосы, заставив изогнуться дугой. Когда я прижался губами к ее трепещущему пульсу, Зои вздрогнула в моих объятиях, прижав колени ко мне. Жар наших тел был изнуряющим, течение удерживало нас обоих на самом краю. Я прикусил ее кожу, на вкус она была почти такой же сладкой, как и ее киска. Я мог бы часами исследовать, пробуя на вкус каждый дюйм ее тела, но не сегодня. Сегодня вечером мне нужно было мгновенное удовлетворение, иначе я сойду с ума. Я прикусил ее подбородок и губу, прежде чем отстраниться.
Когда я снова поднял ее на руки, ей не нужно было объяснять, что делать. Дерзкая мегера не спеша провела рукой вниз по моей груди, обхватывая пальцами мой член. Когда она прижала кончик к своим набухшим складкам, я поднял взгляд к ее глазам, лукаво улыбнулся, прежде чем насадить ее на всю длину.
– О, да. – Зои запрокинула голову, впиваясь ногтями мне в плечи, и ее прерывистое дыхание стало еще одной восхитительной наградой.
Я двигал бедрами, пока полностью не вошел в нее, наслаждаясь секундами, когда ее мышцы пульсировали, сжимаясь и разжимаясь вокруг моего члена. Я вышел из нее, снова вошел, массируя ее ягодицы, и повторил это грубое действие.
– Ты такой сильный.
– Все для тебя, маленькая овечка. – Я сделал два шага ближе к огню, оценив то, как она рассмеялась в ответ. – Хочешь большего?
– Боже, да. Я хочу всего. – Ее голос больше не звучал так, как раньше, в нем появилась хрипотца, такая же, как у меня. Когда она прижалась ко мне, я задвигался, как дикий зверь, входя и выходя в привычном ритме.
– Такая влажная. Такая чертовски горячая. – Я снова перекатился на пятки, балансировать было легко, учитывая ее вес в моих руках. Не было ничего лучше, чем держать ее так близко, прижимать к себе, пока я трахал ее, как дикое животное. – Ты снова кончишь для меня.
– Не думаю, что смогу. – Ее смех был тонким, капризным. До меня девушка никогда не испытывала, чтобы мужчина доставлял ей такое наслаждение. Я же буду делать это целыми днями.
– Да, ты сможешь. – Я толкнулся еще жестче, доводя ее до точки невозврата. Когда я упал на одеяло, она ахнула, широко раскрыв глаза.
Зои откинулась назад, положив одну руку на мягкий материал, удерживая ее в вертикальном положении, отвечая на каждый яростный толчок. То, что ее глаза не отрывались от моих, а губы изгибались, когда страсть перерастала в необузданное блаженство, было мощным стимулом. Мы были поглощены друг другом в данный момент времени, и ничто другое вокруг меня не имело значения.
– Кончи для меня, маленькая овечка. Кончи на мой член.
Ее тело непроизвольно задрожало, она нахмурилась и закрыла глаза.
– Ты такой… Не думаю, что… – когда она запрокинула голову, я повалил ее на одеяло до упора, приподнялся на руках и стал трахать ее еще сильнее. – Да. Да. Да! – ее крик в ночное небо, то, как она задрожала в моих объятиях, почти лишили меня самообладания.
Но я еще не закончил с ней.
Я трахал ее долго и жестко, доведя до очередного оргазма. Не было ничего лучше, чем наблюдать за ее лицом, за сиянием, разлившимся по ее прекрасной коже, за крошечными капельками пота, выступившими на ее сочных губах
– О-о-о-о-ох, – Зои качала головой туда-сюда, ее длинные ресницы скользнули по щекам. Когда она провела ногтями по моим плечам, впиваясь ими в кожу на спине, я запрокинул голову, хватая ртом воздух.
Ни одна женщина никогда не заставляла меня терять самообладание. Ни одна. Она же была совершенна во всех отношениях. Я продолжал трахать ее, пока ее тело не обмякло, а дыхание не стало прерывистым. Когда я вышел, она взвизгнула, широко раскрыв глаза.
– Куда ты? – ее вопрос был пронизан грустью.
Как будто у меня было какое-то намерение оставить ее.
Усмехнувшись, я вышел из нее и опустился на колени.
– Никуда, детка. – Когда я приподнял ее, легко перевернув так, что она оказалась на четвереньках, Зои ахнула, а затем рассмеялась.
– Ты такой подлый мужчина, – проворковала она, запрокидывая голову через плечо.
– Ты только сейчас это поняла? – я провел головкой своего члена вверх и вниз по ее попке. Затем я снова ввел его в ее влажную киску, несколько раз сильно и быстро протолкнувшись внутрь. В тот момент, когда я прижал головку к ее темной дырочке, Зои захныкала и осмелилась попытаться вырваться от меня.
– Не думаю, что смогу. Имею в виду, что я никогда… Ну, я…
– Тише, детка. Расслабься и дыши. Обещаю, тебе это понравится.
Я никогда не был осторожным мужчиной, те немногие женщины, с которыми я был, легко могли назвать меня садистским ублюдком, но с ней я хотел быть нежным. Я жаждал доставить ей такое удовольствие, которое она запомнила бы надолго, жаждала того, что только я мог ей дать.
Я протиснулся внутрь на один дюйм, и меня захлестнули ощущения, не похожие ни на что, что я когда-либо испытывал. Мое тело сотрясалось от прилива адреналина, от все еще нарастающей потребности. То, что я мог с ней сделать, было не просто развратным, но и греховным. Я хотел сломать ее и собрать заново. В какого монстра это меня превращало?
Я был ослеплен вожделением, глубоко и с трудом дыша, когда проталкивался внутрь еще на дюйм. Я сжал ее бедра, двигая ими медленными и равномерными движениями, все еще восхищаясь жаром, а также тем, как ее мышцы сжимаются вокруг моего толстого члена. Мои яйца болели, они так набухли, что я знал, что не смогу долго сдерживаться.
– О, Боже. Такой большой. Я просто…
– Дыши глубже, маленькая овечка. Дыши глубже, и это будет ощущаться так хорошо. Я обещаю тебе.
Зои сделала, как я сказал, и через несколько секунд ее спина перестала вздыматься, а звуки дискомфорта превратились в звуки чистого удовольствия.
Войдя еще на два дюйма внутрь, я остановился, позволяя ей привыкнуть к моему широкому обхвату.
– Ну и как тебе это, детка?
– Потрясающе. Просто… потрясающе. – Она рассмеялась, поднимая голову и выгибая спину. В тот момент, когда она пошевелилась, я ввел остаток своего члена глубоко внутрь.
– Черт. Так хорошо. Такая тугая. – Я положил руки по обе стороны от нее, прижавшись к ней всем весом своего тела. Мы двигались в гармонии, наслаждаясь моментом слияния наших тел.
Моя милая Зои поворачивала голову, словно пытаясь следить за всем, что я делаю.
– Я мог бы трахать тебя всю ночь.
– Тогда сделай это, – пробормотала она, прижимаясь ко мне.
– Будь осторожна в своих просьбах. – Звук моего смеха был почти зловещим, когда я глубоко и жестко вошел в нее, звук наших тел, соприкасающихся друг с другом, был сладчайшим музыкальным аккордом. Взять ее таким образом было первобытно, дико, но я бы сделал это снова.
И снова.
Я опустил голову, прикусив ее плечо, мое тело напряглось еще сильнее. На этот раз, когда Зои насадилась на меня, я понял, что теряю всякий контроль. В те прекрасные мгновения, когда я делал ее своей, когда клеймил то, что, как я уже знал, принадлежит мне, я понял, что даже такой жестокий мужчина, как я, может испытывать отчаянную потребность.
А также любовь.
Боже милостивый, я по уши влюбился в эту женщину.
Не в силах больше сдерживаться, я высвободился, запрокинул голову и уставился на звезды, наполняя ее своим семенем.
– Да. Да. Да.
И хотя наши совместные звуки были полны страсти, я снова услышал ее нежные слова.
– Я люблю тебя.
