Текст книги "Проблемный игрок (ЛП)"

Автор книги: Пайпер Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)

Глава 8 Истон

Глава 8Истон

– Чем планируешь завтра заняться?

Поверить не могу, что всерьез обдумываю эту затею, но, видимо, приперло меня ничуть не меньше.

Осталось меньше суток до момента, когда нужно будет явиться на тренировку. До старта сезона считанные дни, а на руках у меня полугодовалый сын, за которым нужен глаз да глаз.

– Мы собирались встретиться с братом, свести дебет с кредитом по книжному.

– А мне нужна няня.

Хедли допивает пиво и отставляет бутылку; чем больше обдумывает мое предложение, тем шире становится ее роскошная улыбка.

– То есть ты женишься на мне на год, а в ответ требуется лишь денек посидеть с ребенком?

Радуется Хедли исключительно потому, что не видит картины целиком. Терпеть не могу кого-то разочаровывать, а Хедли – тем более. Нам хорошо вместе, и она мне искренне нравится.

И дело далеко не только в постели. Мы могли бы стать лучшими друзьями; впрочем, стоит признать, задница у нее и впрямь выдающаяся.

Из груди вырывается глухой смешок.

– Нет. Но для начала сойдет.

– Ладно, только сразу предупреждаю: в детях я ни черта не смыслю.

– Ты же тетя.

– А ты дядя. И не сказать, чтобы блистал успехами, – она обводит взглядом комнату и, приподняв брови, останавливается на мне.

Живя в режиме непрерывной тревоги, я, очевидно, так и не освоил искусство уборки.

– Он же жив, разве нет?

– Ну, раз от меня требуется только сохранение жизни – где расписаться?

Присев на подлокотник и закинув ноги на диванные подушки, я подаюсь в ее сторону.

– Если окажется, что Таннер действительно мой, без помощи не обойтись.

В одиночку я это дело точно не вытяну.

– На какую сумму новый контракт? По-моему, ты в состоянии содержать целый штат нянек, – закинув ногу на ногу, Хедли глубже забирается на диван.

Уже чувствует себя как дома. Самое время вручить младенца, так ведь?

– В состоянии, конечно, но за этим потянется шлейф лишних проблем. А тебя я знаю. Тебе доверяю.

Она театрально прижимает ладонь к груди.

– Как мило. Но, если честно, в детстве я в клубе юных нянек не состояла, курсы первой помощи не проходила, да и вообще сомневаюсь, что сумею правильно надеть подгузник.

Я небрежно взмахиваю рукой в сторону пеленального столика.

– Научу.

Она склоняет голову с крайне скептическим видом.

– Истон, речь вообще-то идет о живом человеке.

– А ты говоришь о настоящем браке.

– Это другое, – качает она головой.

– Для меня брак – это серьезно.

– Так он же не по-настоящему. Мы расписываемся, но жить вместе совершенно необязательно. А потом, спустя год – бац! – не сошлись характерами, непримиримые разногласия или как там обычно говорят в суде. И вот тогда твоя следующая женитьба будет уже настоящей.

– Прямо вот так просто? – я вопросительно выгибаю бровь.

Хедли улыбается и кивает, будто окончательно решила, что план безупречен.

– А когда пронюхают журналисты? Что мы им заявим... мол, решили пожить раздельно ради социального эксперимента? Следом узнает родня. Моя необъятная, вечно сующая во все нос семейка нагрянет знакомиться и завалит вопросами, с какой стати я лишил их удовольствия погулять на свадьбе. И учти: пока мы женаты, никаких связей на стороне. Я не позволю матери думать, что та вырастила изменщика.

Хедли смеряет меня долгим взглядом.

– Знаешь, ты не перестаешь меня удивлять.

– И в чем же?

– Отношения для тебя – пустой звук, вечно твердишь, что они не сдались. Спишь со всеми подряд без малейшего желания остепениться, а тут вдруг выдаешь такие высоконравственные принципы.

– Ты о том случае после фестиваля? Ну, когда наотрез отказался трахать тебя на подземной парковке, лишь бы не содрала спину о голый бетон?

– Ты притормозил вовсе не из заботы о моей спине. Мы тогда не переспали из-за банального отсутствия презерватива: ты до одури перепугался, что однажды я заявлюсь на порог вот с таким подарочком, – она кивает, указывая в сторону квартиры Деккера, где находится Таннер.

Отличный повод вспомнить: пора спускаться и избавлять Пенелопу с Деккером от лишних хлопот. У ребят последняя свободная ночь перед стартом сезона, они имеют полное право побыть в семейном кругу.

Я подхожу к окну и, уперевшись ладонями в подоконник, окидываю взглядом чикагские улицы. В городе затишье, прохожих почти нет. Зато на следующей неделе, с началом игр, проспекты затопит людское море: фанаты «Кольтс» будут стекаться сюда толпами, чтобы праздновать победы и разделять горечь поражений.

И снова я окажусь под прицелом. В какой я форме? Впервые за всю карьеру меня гложут сомнения. Вдруг не удастся сосредоточиться на игре из-за постоянной тревоги за Таннера? Или очередная няня сбежит, не выдержав адского графика? Стоит из-за нервов накосячить на поле – клуб сразу выставит меня на трансфер, лишив мальчишку тех близких людей, которых мы обрели.

Может, сплавить его на время сезона к родне на Аляску? Пожалуй, так будет лучше всего. Только что дальше? Заберу осенью, а он меня даже не узнает. Откажется подходить. Вообще знать не захочет.

Раз уж это мой сын, значит – мой, и придется подстраивать график под нас двоих.

– Похоже, ты глубоко ушел в себя, – замечает Хедли, вырывая меня из водоворота мыслей.

Оттолкнувшись от подоконника, я оборачиваюсь и приваливаюсь плечом к стене, скрестив руки на груди.

– Понимаешь, на что подписываешься, если мы поженимся?

– Вполне, – кивает Хедли.

Голос звучит предельно уверенно, вот только меня терзают сомнения. Она ведь совершенно не знает моего мира. Да, мы пару раз тусовались вместе в вип-ложах, и изнанку жизни она видела, но в основном-то наши встречи сводились к быстрому сексу в отелях или у меня дома. Стать женой на глазах у всей публики – совершенно иной уровень.

– Охотницы за игроками, пресса и прочее дерьмо, о котором никто заранее не задумывается. Я насмотрелся, как через это проходят девушки товарищей по команде, но они-то терпели из любви к своим парням. У нас все иначе. И я не уверен...

– Понимаю.

– А значит, ты перебираешься сюда.

Она удивленно откидывает голову.

– Ценю твою заботу, но я как-нибудь сама.

– Это не обсуждается. Хочешь выйти за меня – переезжай. Ты моя жена. Я ни за что не допущу, чтобы моя супруга жила где-то еще. Разговор окончен.

– Им-то откуда знать, – Хедли небрежно взмахивает рукой в сторону окна, указывая на внешний мир.

– Плевать. К тому же, если Таннер мой сын, потребуется надежная няня.

Шумно выдохнув, она откидывает голову на диванную подушку и устремляет взгляд в потолок.

– Выходит, по рукам, если я соглашусь?

– Да, – отзываюсь я и сильнее сжимаю скрещенные на груди руки, стараясь сохранить самообладание; до сих пор не верится, что вообще всерьез обдумываю подобную авантюру.

– Значит, ты берешь меня в жены ровно на год при условии, что я перебираюсь к тебе и приглядываю за ребенком?

Я коротко киваю.

– А если придут результаты теста на отцовство, и окажется, что ребенок не твой? Что тогда?

На данном этапе тест – чистая формальность. Разумеется, подсознание то и дело подкидывает параноидальные сценарии, однако я знаю: Таннер от меня. Почти не сомневаюсь.

– Я все равно помогу.

– С чего бы? – удивляется она, словно искренняя помощь кажется какой-то дикостью.

– Я хороший парень, – губы сами собой расплываются в самоуверенной ухмылке. – Сама знаешь.

– Да уж, ты всегда заботился о том, чтобы сначала удовольствие получила я, а уже потом ты.

– А к чему прошедшее время?

Хедли тихо фыркает.

– Если подпишемся на эту авантюру, о сексе, пожалуй, придется забыть.

Преодолев расстояние между нами в два широких шага, я опускаюсь на диван.

– С какой стати? У нас всегда отлично получалось не примешивать чувства. Вряд ли что-то изменится. К тому же, раз уж станем мужем и женой, мой супружеский долг – радовать тебя и хорошенько трахать.

Хедли качает головой, не сдержав звонкого смешка.

– Боже, ты и правда самый самоуверенный тип из всех, кого я знаю.

– Это еще почему? – я придвигаюсь вплотную, намеренно вторгаясь в ее личное пространство. Хедли не отстраняется. – Ты прекрасно знаешь, насколько хорош наш секс. Придется, конечно, вести себя потише из-за ребенка, но это решаемо.

По-хорошему надо бы отодвинуться, но остановиться выше моих сил. Я утыкаюсь лицом ей в шею, покрывая нежную кожу мягкими поцелуями. Черт. Член предательски дергается. Прошедшая неделя обернулась сущей пыткой, и я жажду лишь одного – хоть на пару мгновений забыться.

– По-моему, идея так себе, – однако меня не отталкивает.

– Брось, женушка. Неужели не хочешь порадовать мужа?

Хедли ожидаемо отталкивает меня. Родная сестра и добрая половина двоюродных за подобную фразочку с ходу пробили бы мне по яйцам.

– Мы точно не спятили? – выдыхает Хедли. Еще недавно она излучала абсолютную уверенность, а теперь смотрит на меня широко распахнутыми, полными сомнений глазами.

– Весьма вероятно.

Хедли прикусывает нижнюю губу. Подобное зрелище мгновенно заводит: член рвется отдать честь.

– Будет весело, – я поднимаюсь с дивана, прекрасно понимая, что секс мне не светит. Я стягиваю через голову испачканную футболку.

– Что именно? – отзывается она, направляясь следом.

– Играть в семью, – я скрываюсь в спальне и тут же возвращаюсь, натягивая чистую футболку. – Кстати, как у тебя со стиркой?

– Работа няни подразумевает уход за ребенком, в кухарки и горничные я не нанималась, – Хедли лезет в шкафчик со сладостями и зачерпывает целую горсть конфет.

Я иду следом за ней на кухню, тоже беру горсть драже и припираю Хедли к столешнице.

– Ну так что, когда планируешь переезд?

Наши взгляды встречаются. Я всегда умел мастерски скрывать неуверенность и очень надеюсь, что маска не треснет, ведь меня до чертиков пугает авантюра, в которую мы ввязываемся.

Джаггер мне голову оторвет. Черт, наверное, стоило посоветоваться с ним, прежде чем на такое подписываться.

– Пожалуй, лучше управиться до начала сезона.

– Кровать можешь не тащить: спать будем вместе.

– Истон...

– Расслабься, я шучу. Детскую кроватку поставлю у себя, а ты забирай гостевую спальню с отдельной ванной. Правда, мыть Таннера придется именно там – в моей только душевая кабина. Так что санузел предстоит делить с мелким, уж извини.

Хедли склоняет голову.

– Ты прямо-таки не сомневаешься в своем отцовстве.

Я киваю.

– Абсолютно. Одно гложет: выяснить бы еще, кто его мать.

– Жаль, что не я, – закинув в рот остатки драже, Хедли подхватывает сумочку.

– Мне тоже.

И говорю совершенно искренне. Да, ситуация вышла бы непростой и донельзя странной, но я хотя бы знал мать ребенка в лицо. А наличие между нами некоего подобия дружбы и отношений здорово бы все упростило. Сейчас же я понятия не имею, объявится ли мамаша и чем ее возвращение обернется не только для меня, но и для самого Таннера.

Ума не приложу, как поступлю, если она вдруг заявится забрать сына. Я ведь уже успел привязаться.

– Ладно, мне пора. Во сколько завтра приходить? – отлепившись от столешницы, Хедли направляется к выходу.

– Тренировка в одиннадцать, так что давай к десяти?

– Договорились. Можно будет куда-то выходить? – она распахивает входную дверь.

Я пожимаю плечами.

– Конечно.

– Отлично, хотя дальше «Шкатулки историй» мы вряд ли выберемся. Раз уж я обзавелась мужем, пора вплотную заняться магазином.

– По-моему, сделку нужно скрепить поцелуем. Как считаешь? – я опираюсь ладонью о дверной косяк и подаюсь к ней.

Хедли прижимает ладонь к моим губам, преграждая путь.

– По-моему, обойдешься.

– Не забывай про супружеский долг, – бросаю я в шутку, но от одного ее взгляда рефлекторно хочется скрестить ноги. – Шучу-шучу!

– Знаю, – подавшись вперед, Хедли оставляет мимолетный поцелуй у меня на щеке. – Спасибо, Истон... – она заглядывает мне в глаза. – Огромное тебе спасибо, – отстранившись, сбегает вниз по лестнице.

– Прекрати дразнить, – кричу я вдогонку, спустившись на пару ступенек.

– Обещаю, твой ребенок останется в живых, – кокетливо улыбнувшись, Хедли толкает тяжелую дверь на лестничной клетке и скрывается из виду.

Тут же дверь снова распахивается, впуская Келли, Фостера и Эллис.

– Это что, Хедли? – Келли кивает в сторону, где та секунду назад скрылась.

Да откуда, черт подери, ее все знают?!

Глава 9 Истон

Глава 9Истон

– И как ты с ней познакомилась? – спрашиваю я Келли, сбегая по ступенькам к квартире Деккера.

Эллис спит на руках у Фостера: ее ручки крепко обнимают его за шею, а личико уткнулось в ключицу. Впервые в жизни эта картина кажется мне такой притягательной, словно это нечто, чего я мог бы захотеть для себя.

Что за черт? Откуда эти мысли?

Ребенок. Семья. Я еще чертовски не готов к такому «одомашниванию».

– Она работает в прелестном книжном магазинчике. Монро и Хейзел от нее в восторге, – Келли стоит у меня за спиной, словно собираясь ввалиться следом.

Я оглядываюсь, но она не замечает недоуменного взгляда.

Деккер открывает дверь.

– Отлично. Таннер готов, забирай, – он протягивает переноску.

– Ой, перестань, – из-за его спины выходит Пенелопа, бережно прижимая к себе Таннера. Малыш спит, и я бросаю на нее благодарный взгляд.

– Ты что, мутишь с мисс Хедли? – Келли бьет меня по руке, просачивается мимо и бесцеремонно входит в квартиру Дэвисов.

– Келли, я думал, мы идем наверх, – Фостер кивает в сторону лестницы, глядя на меня так,будтоя срываю ему планы на горячую ночь . – Она же спит.

– Сейчас, буквально на минутку, – бросает она и продолжает путь. Они с Пенелопой уже о чем-то болтают, углубляясь в квартиру.

Фостер шумно выдыхает.

– Как думаешь, если я не пойду за ней, каков шанс, что мы свалим быстрее?

– Нулевой, дружище, – я хлопаю его по плечу и вхожу в квартиру.

Деккер тяжело вздыхает, вторя близнецу.

– Не припомню, чтобы рассылал приглашения на вечеринку, – он захлопывает дверь. – Ну, раз пришли – располагайтесь.

– Не особо-то ты радушный хозяин, – замечаю я.

– И то верно, – поддакивает Фостер.

– Сезон на носу. Хейзел в постели, так что если вы, господа, любезно заберете своих девиц – ты, – он кивает на меня, – своего ребенка, а ты – свою невесту, – он переводит взгляд на Фостера, – чтобы я мог выкроить немного времени на качественный досуг в спальне, буду очень признателен.

– Ну, ты сам решил жить здесь, пока делаешь ремонт, – напоминаю я Деккеру, но, судя по его сузившимся глазам, стоило прикусить язык.

– Я счастлив забрать Келли, потому что у меня на руках спящий ребенок, и если не переложу ее в кроватку в ближайшие пять минут, она проснется, и я не смогу поспать со своей женой, – сквозь зубы цедит Фостер.

– Обожаю, как ты следишь за лексиконом при Эллис, – смеюсь я.

Оба брата Дэвис одаривают меня испепеляющими взглядами.

– По крайней мере, нам не придется использовать руки, чтобы получить разрядку, как тебе, – парирует Деккер. Его тон застает меня врасплох.

Обычно он самый гостеприимный. Похоже, я пересидел в гостях.

– Итак, Истон, подробности в студию, – заявляет Келли. Я поворачиваюсь и вижу: она уже вольготно устроилась в кресле, пока Пенелопа стоит рядом, укачивая Таннера.

– Подробности чего? – я прохожу в комнату и плюхаюсь на диван.

– Почему мисс Хедли была здесь. Она что, читала тебе сказку на ночь? – Келли хохочет.

Фостер шикает на нее, и та лишь закатывает глаза.

Деккер неохотно присоединяется, садясь на пуфик.

– Она что, мама Таннера?

– Вряд ли. С такой-то фигурой, – отрезает Келли.

Пенелопа кивает.

– Я то же самое сказала Деккеру. У недавно родившей девушки тело выглядит иначе.

– И не говори. Я в зале пашу как проклятая. Похоже, придется смириться с тем, что пресс уже не будет прежним. По крайней мере, не в ближайшее время, – Келли с грустью поглядывает на свой живот.

– Если мы отсюда уйдем, я докажу, какая ты горячая, – Фостер сидит на самом краю кресла, поглаживая Эллис по спинке.

– Значит, угадала, у вас ничего не было, раз ребенок напугал Хедли? – спрашивает Деккер.

Келли склоняет голову.

– Подожди, ты что, уже был знаком с мисс Хедли?

– А можно прекратить называть ее «мисс Хедли»? Просто Хедли. И да, мы... друзья.

– Друзья, которые... – Келли игриво шевелит бровями.

– Сто процентов, – Пенелопа соглашается с ходом мыслей Келли. – Оказывается, наш вечный плейбой завел себе постоянную пассию.

– Постоянную? Мы просто спим время от времени.

Но Келли и Пенелопа явно не верят ни единому слову – они продолжают многозначительно переглядываться, в то время как Фостер и Деккер обмениваются взглядами в духе «давайте уже завязывать».

– У Фостера тоже были «постоянные», – Келли кладет руку на бедро мужа.

– Можно меня в это не впутывать? – вздыхает тот.

Келли впивается в меня взглядом.

– Будет неловко, когда я приду к мисс Хедли на чтения? Ты не испортил «Шкатулку историй»? – она скидывает туфли и скрещивает ноги на диване.

Фостер стонет. Удивлен, что он не падает на колени, дабы вернуть обувь на место. Не появись Эллис, Фостер, вероятнее всего, закинул бы Келли на плечо, как пожарный, и унес в квартиру.

– Забавный факт, ребят: вы все переспали друг с другом. Это не странно? – я обвожу их пальцем. Да, я не настолько горд, чтобы не попытаться отвлечь внимание от своей персоны, даже если для этого придется поставить всех в неловкое положение.

– Отдай ребенка, Пен. Он играет не по правилам, – Деккер бросает на меня взгляд «отвали».

– Ой, да ладно. Вы счастливо живете в своем супружестве.

– Еще как счастливо, – в один голос отвечают Фостер и Деккер.

Пенелопа и Келли улыбаются друг другу, словно любуясь сценой единения братьев, которые еще пару лет назад толком не разговаривали.

– Хватит тянуть, выкладывай, – требует Келли.

– А ведь подумать только: когда-то давно я хотел переспать с тобой.

– Зверюга, если не расскажешь то, что она хочет знать, в ближайшую минуту, я передам Эллис Деккеру и вытащу тебя на улицу, – Фостер смотрит на меня с тем же выражением лица, что и его брат.

Я откидываю голову назад.

– Ладно, но я не ищу советов, ясно? Я принял решение, и рекомендации ни к чему.

Я выдыхаю, собираясь с духом, чтобы рассказать все, хотя прекрасно понимаю: скепсиса не избежать.

– Подожди! – Келли достает телефон и жмет на пару кнопок. Вскоре из динамика доносится голос Лейтон.

– Мы заняты! – кричит на заднем плане Хейс.

– У нас Истон с новостями, – говорит Келли.

Лейтон хихикает. Похоже, каждый мой товарищ по команде будет при деле, а вот Деккер прав – партнершей в постели будет только собственная рука.

– Таннер его сын? Мы знаем. Пока, – бросает Хейс.

– Он шутит, – Лейтон продолжает смеяться.

– Надеюсь, вы помните, что это последняя ночь перед началом сезона? – спрашивает Хейс.

– Помним, – хором отвечают Фостер и Дэвис.

Пенелопа и Келли снова обмениваются взглядами, словно заново влюбляясь в своих партнеров.

– Секунду, – Келли устанавливает телефон так, чтобы они видели меня по видеозвонку.

– Это действительно обязательно? – спрашиваю я, впервые в жизни не восторгаясь вниманием аудитории.

– Да! То, что мы больше там не живем, не значит, что хотим быть исключенными, – заявляет Лейтон.

Хейс втискивается в кадр – без рубашки. Твою ж мать.

– Вообще-то, мы не против быть исключенными. Расскажешь завтра, – он тянется пальцем к экрану, но Лейтон шлепает его по руке.

– Давай уже, Зверюга, – рычит Фостер.

Честно говоря, порой Фостер меня пугает. Он не особо-то терпелив – если только это не касается Келли.

– Ладно. Хедли... – Келли подносит телефон вплотную к лицу. – Мисс Хедли! Из «Шкатулки историй»!

– Напоминаю, у нас ребенок спит, – одергивает ее Деккер из-за громкости голоса.

– И твоя дочь прямо здесь, тоже спит, – добавляет Фостер.

– И мой ребенок тоже, – я улыбаюсь Пенелопе, которая все еще держит Таннера. Ставлю на то, что через месяц она снова будет в положении.

– Не может быть. Мы только что ее видели. Она так здорово озвучивала паровозики, – говорит Лейтон.

Они с Келли принимаются обсуждать, какая Хедли классная на чтениях, и где-то в глубине души я даже горжусь ею. Может, это способ осознать, что я делаю для нее что-то хорошее.

– Давайте к делу, дамы, – Деккер переводит на меня пронзительный взгляд.

Теперь все глаза устремлены на меня. Хейс и Лейтон втиснулись в один кадр. Лучше сразу выложить все как есть.

– Я женюсь на Хедли, она переезжает ко мне и будет няней Таннера.

Повисает гробовое молчание. Прекрасно. Стоит схватить Таннера и свалить, пока их реакция не изменилась.

– Почему ты женишься? – спрашивает Пенелопа. Всегда самые тихие соображают быстрее всех. Следовало ожидать.

– У нее бабушка умерла.

– И что? – Деккер смотрит на меня как на идиота.

Я выдыхаю.

Келли поднимает руку.

– Ой, подождите, можно я угадаю?

– Милая, он нам уже рассказал. Пойдем, – Фостер встает. Эллис слегка шевелится. На его лице отражается ужас, но та снова успокаивается, сонно вздыхая. Кто бы мог подумать, что такой жесткий парень будет столь нежен с дочерью? Это дает надежду, что я тоже справлюсь с отцовством, прямо как парни.

Келли полностью игнорирует Фостера.

– Мое предположение: ей нужно выйти замуж, чтобы получить магазин.

– Как ты угадала? – я в шоке хлопаю глазами.

– Она же читает любовные романы, забыл? – говорит Лейтон. Мы дружно киваем. Припоминаю, что слышал о каком-то книжном в наших краях, где продают только любовные романы.

– Я получу приз? – спрашивает она.

– Твой приз наверху, – Фостер снова кивает на дверь.

Келли поднимает палец.

– Секунду. То есть ты просто собираешься жениться?

– И она переедет к тебе? – уточняет Пенелопа.

– И будет няней? – заканчивает Лейтон.

– План – огонь. Удачи, Зверюга, – Деккер встает, всем видом показывая, что пора бы на выход. – Пен, ребенок.

Она вздыхает и идет ко мне, передавая Таннера.

– Он такой милашка, – она смотрит на него с любовью. Единственный плюс жизни здесь, – эти девушки будут любить моего сына как собственного.

– Ага, круто, Ист, созвонимся завтра, – говорит Хейс через экран.

– Нет-нет-нет, – протестует Келли. – Вы же понимаете, что это ужасная идея?

Лейтон согласно кивает.

– Хуже не придумаешь.

– А мне кажется, довольно мило. Обмен услугами, – говорит Пенелопа.

– Спасибо, Пенелопа, – киваю я с признательностью. – Наконец-то хоть одна девушка в группе видит позитив.

Келли поднимает руку.

– Ставлю двадцать, что они продержатся месяц.

– Даю три месяца, – говорит Деккер.

– К черту, неделю, – отрезает Хейс.

Я хмурюсь.

– Ставлю сорок, что они продержатся год.

Все перестают делать ставки и пялятся на меня.

– Ты должен быть женат на ней целый год? – рот Лейтон открывается от изумления.

– Да, таково условие завещания. Хедли должна оставаться в Чикаго и быть замужем год. И... думаю, это само собой разумеется, но все сказанное за пределы дома выйти не должно.

– Конечно, – говорит Хейс. – Но целый год?

– Целый год.

Они снова замолкают, и я пользуюсь возможностью смыться, подхватывая переноску с Таннером.

– Ну, раз сенсация раскрыта, можете идти и трахаться.

Я выхожу из квартиры, не дожидаясь ответа, потому что не хочу слышать никакого негатива – он лишь укрепит сомнения, которые и так есть насчет сделки.

Никто не идет следом, значит, они, скорее всего, остались обсуждать меня, но плевать. На самом деле нет. Но недостаточно, чтобы вернуться.

Как только я добираюсь до квартиры и кладу Таннера в кроватку, надеясь, что он проспит большую часть ночи, я достаю телефон – хотел немного полистать ленту перед сном. Телефон полностью заряжен.

Спасибо, Пенелопа.

Я листаю список пропущенных и проверяю почту. Вижу письмо от конторы, где делал тест на отцовство. Сердцебиение ускоряется, а большой палец дрожит, когда я нажимаю на ссылку с результатами.

Секунда – и взгляд падает на одну-единственную строку:

Предполагаемый отец не может быть исключен как биологический отец ребенка. (99.9%)

Ну вот и все. Он мой. Твою мать... я чей-то отец.