Текст книги "Туманность отражений. Валькирия (СИ)"

Автор книги: Олла Дез

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

Глава 4 Собеседование у викингов: выполните тестовый захват деревни. Мы обязательно к вам вышлем гонца!

Глава 4 Собеседование у викингов: выполните тестовый захват деревни. Мы обязательно к вам вышлем гонца!

– Битвы с чудовищами, свержение тиранов, похищение редких сокровищ, спасение дев… такого рода вещи… Вы знаете… героические вещи.

– А кто именно определяет чудовищность чудовищ и тиранистость тиранов?

Сэр Теренс Дэвид Джон Пратчетт, «Последний Герой»

Бежать по полю было приятно. Давно я так не бегала. Только в юности, должно быть… Когда была у бабушки последний раз в деревне. Я неслась по полю и вдыхала полной грудью аромат луговых трав. Жизнь прекрасна и удивительна! И я прекрасна, и вот это поле! Даже когда оно кончилось, я выскочила на место битвы и побежала по примятой траве, я все равно чувствовала радость жизни и счастье. И мой топор, который я взяла в руки, снова почувствовав себя целой, был великолепен.

Ужасным был только голос, раздавшийся за моей спиной:

– Так и думал, что ты прибежишь за ним!

Я не успела обернуться. Мне прилетел удар по голове, и я упала как подкошенная на смятую траву. Сознание я не потеряла, но боль была просто чудовищной. Мне показалось, что у меня и в самом деле искры из глаз посыпались. Я зажмурилась и еще крепче вцепилась в рукоять топора. Его я выпускать из рук не собиралась.

Но никто отнимать у меня топор и не спешил. Меня подхватили и перекинули через широкое мужское плечо. Я болталась вниз головой. Руки, сжимающие топор, свесились до задницы моего похитителя. А волосы цеплялись за траву и собирали травинки и бутоны цветов. Так меня и тащили вниз головой, а я костерила про себя одного лысого гада. Впрочем, муженька, который отпустил меня сюда одну, я тоже крыла всеми известными мене ругательными словами.

Лысый новоявленный дроттинн Якун, не помню, как дальше звучат его титулы, не запоминала, полагая что они мне не понадобятся, один был недолго. Почти сразу же нас нагнали его воины, и они все побежали к реке. Это оказалось довольно неприятно, потому что лежать на плече у бегущего воина в латах, и при этом еще и подпрыгивать, это, я вам доложу, то еще удовольствие. Меня спасал только пресс на животе, что я старательно напрягала, и кольчуга.

Бежали они, к счастью, недолго. У воды меня грубо швырнули в лодку, и мужчины стали сталкивать ее в воду. Лодок было три, воины быстро запрыгнули в них и схватились за весла.

Я села и, положив рядом топор, потерла шишку на голове. Больно было до ужаса, но голова вроде цела, и сотрясения, похоже, не было. Сознания я не теряла, и меня не тошнило. Отделалась ушибом и легким испугом.

– Как ты? Иудекс? – бросил кто-то.

– Я больше не Иудекс, – простонала я, потирая голову. – Я теперь кюна Ингвара Стурла Тордарсон.

Муженьку следует поторопиться, чтобы спасти меня. Я снова потрогала шишку. Как там говорится? Ты не будешь переживать, что кто-то отобьет у тебя девушку, если возьмешь ее уже отбитой. Вот я сейчас как раз такая и есть.

После моих слов все, кто находились в лодке, принялись быстро переглядываться.

– Он взял тебя в жены? – все же решил уточнить один из воинов очевидное.

– Да, – кивнула я. – Отец Олавир провел магический обряд бракосочетания у алтаря в монастыре.

Один из воинов громко свистнул, привлекая внимания воинов на других лодках. При этом быстро грести они не прекращали.

– Он женился на ней!

– Мы похитили не нашу законную добычу!

– Мы украли жену хёвдинга!

Дальше со всех лодок полился поток ругательств, таких отборных и качественных, что я, признаться, заслушалась. Начать, что ли, этим на жизнь зарабатывать? Собирая и записывая все эти витиеватые слова? Красиво-то как! Разбогатею, и глядишь, муж не понадобится. Ведь я всегда придерживалась утверждения, что мужчина работает, чтобы у него была девушка, а девушка работает, чтобы у нее не было мужчины. Я работала, и много. А тут работы нет, только муж. И тот фиктивный.

– Это не просто неповиновение и отказ принять наследные права Тордарсона! Теперь это война! Мы украли его жену, – процедил сквозь зубы воин, обращаясь к Якуну.

– У нас и так была война! – огрызнулся он в ответ, не переставая грести.

– Да, но у нас был шанс решить дело миром. Мы могли в любой момент это прекратить, принеся ему вассальную присягу. А что теперь? – не унимался воин. – Теперь он ее просто не примет! Мы нанесли ему оскорбление, похитив не кого-то, а жену!

– Заткнись, Торвальд! Вот просто заткнись! – огрызнулся другой воин. – И без твоих причитаний тошно!

– Кто же знал, что у него хватит ума жениться на ней!

– Он еще и взять ее успел?

– Что, прямо там, в монастыре? На полу, что ли?

Я хмыкнула, вспомнив сцену в одном из моих любимых старых фильмов о Робин Гуде. В нем и в самом деле было нечто похожее. Робин Гуд штурмовал замок, а в это время сразу после бракосочетания его противник на полу пытался консумировать брак и так горестно говорил, что у него не получается… Я сильно переживала за героиню, когда первый раз этот фильм смотрела. Она стоила того, чтобы ради нее умереть. Так, во всяком случае, говорил герой. Интересно, ради меня кто-то согласится умереть? Сильно сомневаюсь. Мой новоявленный муженек скорей всего на это не способен. Он явно обожает только свою персону. Просто рискнуть и ввязаться в драку – он, наверное, рискнет. Но отдать жизнь в заведомо проигрышной ситуации? Нет, этого он не сделает.

* * *

– Нет… Наверняка, до этого не дошло, но нам от этого не легче, – вздохнул кто-то.

Мне, так тоже. Но я благоразумно молчала и смотрела на воду.

Паники не было. Я не сильно переживала от разлуки с драгоценным мужем. Уверена, похитители не рискнут мне навредить. Я ценный заложник. И не думаю, что кто-то решит меня изнасиловать. За мной стоит и муж, и могущественная семья. Да и топор добавлял мне присутствия духа. Значит, будут торговаться. Наверняка за меня потребуют выкуп. А значит, все не так плохо. Я хотела узнать этот мир? Так какая разница, где его познавать? Можно и с этими людьми, что сейчас быстро работают веслами.

– У него нет магии!

– Он всю ее потратил в монастыре, когда с нежитью бился!

– Он не сможет нас быстро нагнать!

– Вот ему это и скажешь, когда он нас нагонит!

– Он Туманоход речного водоворота! Мы понятия не имеем, как быстро он восстанавливается.

– А тут такой стимул – жену украли!

Переговаривались воины на лодках.

Мне кажется, они ободряли так друг друга. Магии они определенно опасались. А на что, собственно говоря, способен этот Тумано-куда-то там ход? Он по воде ходит? Не думаю, что это существенно мне поможет. Да и лодка с крепкими воинами как-то понадежнее будет.

Они все гребли и гребли, один раз только кто-то из воинов отвлекся и протянул мне кусок хлеба и флягу. Я благодарно кивнула. Есть хотелось очень сильно.

– А с кем сражался муж в монастыре? – спросила я, возвращая воину флягу.

– С драугом*, – хмуро ответил он и продолжил грести.

Я смутно помнила по нашему миру, кто это такой. Кажется, вид нежити. И видимо, существо было опасным. Все эти люди были уверены, что муж сильный Туманоход, а раз он так выложился в борьбе с этим Драугом, значит, дело серьезное. Нужно узнать все об этом, и если мы вернемся в монастырь через месяц, то хочется надеяться, что моим основным оружием будут знания и ум, а не топор.

День, судя по солнцу, клонился к вечеру. Они всю ночь будут грести? Сильно сомневаюсь. Воины, конечно, сильные и мускулистые, но надолго их не хватит.

И я оказалась права. Лодки стали причаливать к берегу, судя по всему, тут было специальное убежище. Потому что они поднырнули под деревья, свисающие до самой воды и похожие на наши ивы. Если не разводить костер, то со стороны реки в стремительно наступающей темноте нас не увидеть.

Мне помогли выбраться на берег. Я подала руку, в другой крепко сжимая мой топор.

Костер и в самом деле никто разводить не рискнул. Да и лагерь в целом обустраивать никто не собирался. Это, я так поняла, была тактическая уловка. Они были уверены, что за нами погоня, и более того, нас наверняка догонят. И высадившись на берег и вытянув лодки, они собирались спрятаться и пропустить погоню вперед, чтобы потом самим отправиться в путь следом.

Они бурно ругались и спорили, что зря вообще в это ввязались. Мол, ни к чему хорошему эта затея не приведет. Половина воинов были за то, чтобы просто вернуть меня законному мужу и договориться с хёвдингом о перемирии. А то и вовсе принести ему клятву верности. Были и такие разговоры.

Я к тому моменту уже сбегала в кустики. Меня отпустили вместе с воином, предварительно вежливо попросив оставить мой топор. После этого молча уселась на поваленное дерево, жевала кусок холодного отварного мяса с хлебом, смотрела и слушала, как они спорят, и пила какую-то бурду из фляги.

В спор я не вмешивалась, только наблюдала и помалкивала. Теперь понятно было, что в их рядах и близко нет порядка и единства. С такими разногласиями они выступили против законного хёвдинга? Хотя, скорей всего, дело было в том, что я казнила их предводителя. После этого все эти шатания и начались. Без лидера им было сложно, Якуна приняли не все, и такого авторитета у него не было.

Потом они все же затаились, предварительно выставив часовых на реке, чтобы не пропустить, когда лодки с моим драгоценным муженьком проплывут мимо.

А я? А я легла спать. Торжественно встречать мужа, предлагать ему хлеб-соль и кланяться в пояс мне совершенно не хотелось. Поэтому я благодарно завернулась в протянутое одеяло, положила голову на чей-то походный мешок и закрыла глаза. Да, было жестко и неудобно. И вообще, это голая земля, а не мой ортопедический матрас, но я так устала, что кажется, и на гвоздях бы заснула.

Разбудили меня крики и шум боя. Что, опять? Как я глаза не открою, они снова воюют! Горело несколько факелов, в их свете было мало что видно. Так ведь они поубивают друг друга почем зря. И где-то тут наверняка крутится Эрик. Мальчишку могут задеть, и меня заодно.

– Всем стоять и не двигаться! – вскочив на ноги, закричала я неожиданно так громко, что мой голос заглушил шум битвы.

Признаться, и сама не ожидала от себя такого!

И что бы вы думали? Это подействовало. Я устала, не выспалась, меня душила ярость вкупе еще с целым букетом эмоций. И я почувствовала, что вместе с криком из меня что-то такое вырвалось, что пронеслось, как ветер над поляной, где все застыли.

Противники стояли в угрожающих позах, но никто не двигался.

– Твоя женушка применила Магию сдерживания и запугивания. Сильна, крошка! – раздался из темноты яростный голос Якуна.

* * *

Так. Нужно запомнить. У меня была Магия правосудия и справедливости. А вот теперь еще какая-то Магия сдерживания и запугивания. Одаренная я личность!

– Хватит! – громко приказала я. – Значит, так! Никакого боя! Будет поединок! По результатам которого остальные принесут вассальную клятву верности! Мой муж в случае победы примет у вас присягу и простит все прошлые недоразумения.

– И твое похищение? – буркнул кто-то.

– Это было не похищение. Скажем так, это была прогулка и знакомство с будущими подданными! – все так же громко сказала я. – Разошлись! – последнее я крикнула с яростью и меня снова послушались.

Они опустили мечи и попятились друг от друга.

– Жена! – раздался вопль драгоценного супружника.

Я подхватила с земли мой топор и двинулась на голос. Передо мной почтительно расступались. Понятия не имею, были ли это люди мужа, или его не подчинившиеся противники. Главное, что расступались.

Муж выплыл из темноты и окинул меня быстрым взглядом.

– Цела? – бросил он.

– Да, – ответила я.

– Значит, поединок? Пожелаешь мне удачи?

– Ты победишь, – твердо заявила я.

Муж хмыкнул и, кивнув, сделал шаг вперед на открытое пространство.

– Меня вполне устраивает расклад, – продемонстрировал свой лучший оскал «горячо любимый» муж.

Якуна поединок явно не радовал. Но выбора я ему не предоставила. Его воины не горели особенным желанием ему помочь. Это я поняла, пока они спорили. Да, до моего похищения все вроде бы его поддерживали, но после того, как сами того не подозревая, украли жену хёвдинга, ситуация в корне изменилась. Эти воины в принципе хотели принести вассальную присягу. И только Якун и несколько его друзей баламутили всех и были против. Если удалить их, то остальные будут моему муженьку, у которого каждый воин на счету, надежными союзниками.

Поляну ярко осветили. Факелы бросали танцующие пятна света на место для поединка. Ветер доносил до меня запах дыма и влажной травы.

Рядом со мной откуда-то выскочил Эрик. Я схватила мальчика за плечо. Вот на минуточку отвлечешься, и он уже непонятно где. Опустив топорище на землю и опершись на рукоять, я замерла в первом ряду, наблюдая, как два рыцаря стоят лицом друг к другу. Ряды друзей и врагов образуют полукруг, отбрасывая длинные тени на влажный песок.

Факелы выхватывают контуры доспехов. У мужа броня блестит холодным железом, а у Якуна доспех более грубый, из потемневшей закаленной стали. У обоих мечи в руках отражают огонь в ритме дыхания.

Мой муж делает шаг вперед. Он увереннее держится и первым атакует. Лично мне кажется, что исход поединка и так ясен. Муж выше, явно сильнее и моложе. На стороне Якуна опыт, но видно, что и муж не новичок.

Но вначале оба осторожны, это видно даже мне, неопытной в этом деле. Явно проверочные выпады, пытаются пробить защиту противника больше психологическим давлением и взглядами. Звуки тонкого свиста стали при мимолетных касаниях и искры от столкновения мечей.

Но вот муж наступает и делает мощный проход. Якун принимает удар на меч, клинки остаются скрещены. Руки напряжены, а ноги даже немного утопают в песке. В полумраке факелов движения кажутся быстрее. Каждая тень может скрыть намерение противника.

Оба противника тяжело дышат, их движения становятся резче. Якун идет в смелый выпад по высокой линии, а муж отвечает контратакой через низ. Муж бьет под рукоять, почти в бедро. И снова они чуть расходятся и начинают свой танец мечей.

Если честно, я ждала промаха. Была уверена, что у Якуна нога поедет на мокром песке, или рукоять соскользнет. Но все оказалось совсем не так. Муж резко и очень быстро наносит удар – короткий, острый, пронзающий. Меч входит с шипением в стык брони. Клинок прошел между фалдами кирасы. Муж выдернул меч и сделал шаг назад.

Якун стоит первые мгновения, потом роняет меч, кладет руку на рану и шумно дышит. А после он медленно падает на колени и заваливается на бок.

Со всех сторон летят громкие возгласы, воины мужа явно рады такому исходу и победе своего хёвдинга. Но муж не убирает меч, он стоит над Якуном. Он же не будет его добивать?

Я уже собираюсь вмешаться, но тут один из воинов Якуна выходит вперед и громко объявляет:

– Поединок был честным. Магию ты не использовал. Мы признаем твое наследственное право и готовы принести вассальную присягу.

Признаюсь, в этот момент я выдохнула. Все! Надеюсь, все закончилось.

– Лекаря! – громко кричит муж и убирает меч в ножны, показывая, что поединок окончен.

Эрик бросился вперед и первым прошмыгнул мимо воинов, которые подошли к мужу и стали поздравлять. Кто-то был почтителен, а несколько воинов довольно хлопнули моего мужа по латному плечу. Но муж как-то странно оглядывался вокруг. Кого он еще ищет?

Лично я вперед не стремилась. Мне там делать нечего. Пусть насладится победой. Главное, что жизнь удалось сохранить этим поединком и не одну. Мне почему-то именно это казалось важным. Я помнила, что тот старик просил спасти одну. Но когда это широкая душа на чем-то одном останавливалась?

Я смотрела, как к Якуну подошли сразу несколько воинов и начали снимать с него доспехи, а потом подняли и понесли к лодкам. Очень надеюсь, что он выживет и ничего опасного не задето.

* * *

– Жена! – вдруг раздался громовой возглас мужа, и я даже на месте подпрыгнула.

И чего он так орет-то опять? Я от этого его окрика: «Жена!» скоро заикаться начну. Но я тяжко вздохнула и поплелась к нему. Деваться мне все равно некуда. Муж, как-никак.

Передо мной расступились и муж, схватив меня за руку, притянул к себе. Он обнял меня за талию и прижал к себе.

– Я счастлив, что мы снова вместе! – громко крикнул он на всю поляну, чтобы каждый его услышал.

Я вздохнула, но сумела выдавить из себя радостную улыбку. Хорошо хоть, не сказал, что он мой спаситель, потому что это очень спорно, кто тут кого спас.

Муж какое-то время еще принимал поздравления, а потом снова громко объявил:

– Я жду вассальную присягу! Тот, кто сейчас ее не принесет, может отправляться прочь. Но если я его хоть раз увижу на своих землях и на землях своих вассалов, кара будет незамедлительная!

А дальше воины стали преклонять перед моим мужнем колено и приносить вассальную присягу. Клятвы были простые и незамысловатые, и каждый раз с наших переплетенных с мужем рук срывались крохотные искорки. Они были маленькие, и я, признаюсь, даже не сразу их заметила. Мне казалось, что это просто от факела блики. Но так казалось только мне.

– Молодец! Магии сейчас в тебе не так много, но ты подтвердила присягу всех. Спасибо, – наклонившись ко мне шепнул мне в ухо муж.

Так вот что это было! Я, оказывается, подтверждала присягу. Вот зачем он так крепко в меня одной рукой вцепился. А я все понять не могла, зачем рядом с ним стою.

В итоге тех, кто не принес присягу, набралось вместе с Якуном пять человек. Они, видимо, не рискнули преклонить колена, зная, что клятва будет ложной. Я пока не сильно в этом разобралась. Но мой муж милостиво, как и было обещано, разрешил им загрузиться в одну лодку с Якуном и отплыть.

– Будем праздновать! – громко возвестил муж после того, как лодка отчалила, увозя этих пятерых в серую хмарь раннего рассвета.

И вот тут никто таиться не стал. Был разведен костер, над ним быстро подвесили котел. Меня усадили на вытащенную перевернутую лодку, а муж стоял рядом, громко отпускал шуточки и продолжал принимать поздравления от новых воинов. Остальные развалились прямо на земле возле костра, многие даже ничего не расстелив.

Это, я так поняла, было что-то вроде братания, разделение пищи и более тесное знакомство. А что? Все логично. Несколько часов назад они чуть было не поубивали друг дружку, а вот сейчас совершенно довольные вместе пьют и едят.

Похлебка кстати была вкусной, так же, как и мясо, и хлеб, что мне вручили. А вот бурда, что я хлебнула из фляги мужа, была странной на вкус и неожиданно крепкой. Я закашлялась, но все же сделала несколько глотков. Меня внутри слегка потряхивало от пережитого, хотелось немного расслабиться и почувствовать себя защищенной.

Когда стало светать и показалось солнце, меня снова срочно потянуло в кустики.

– Мне нужно отойти, – сползла я с лодки и шепнула разгоряченному мужу.

Тот кивнул и подозвал одного из воинов. Как мне показалось, это был один из его соратников, а может даже друг? Я пока еще не слишком хорошо разобралась в этом мелькании лиц и имен. Видимо, новеньким мою персону он пока не доверял, и это было логично. Эрик уже давно спал рядом с костром, и мальчику совершенно не мешал шум, выкрики и пьяные реплики. Мальчик похоже привык вот так засыпать. Я не смогла бы здесь глаз сомкнуть, хотя устала сильно.

Далеко я отходить не стала. Мне совершенно все равно, даже если меня кто-то увидит. Безопасность – она важнее, а захотят подсмотреть – и так это сделают. Я уже навострилась со всеми этими завязочками на штанах и не путалась так сильно. Но все же жутко смущало отсутствие привычного нижнего белья. У меня просто было две пары штанов. Одни – те, что прилегали к телу, а вот вторые из более грубой ткани, были окрашены в коричневый цвет и одевались сверху. И те, и другие штаны были на завязках. Нет, я не думала, что увижу здесь молнию, но хотя бы пуговицы? А еще кольчугу приходилось задирать. Она спускалась мне до середины бедер.

Нет, я не ожидала, что будет легко, но пока все не очень радужно. Драуги, не слишком впечатляющий муж, много незнакомых людей и имен, очень туманное будущее и неопределенное настоящее. И многое мне нужно логически предвидеть. Иначе я не выживу.

Но вот чего я совершенно не чаяла, так это нападения.

*

Драуг, драугр – в скандинавской мифологии оживший мертвец, близкий к вампирам.

Часто о драугах говорится, как о стражах сокровищ могильных курганов. В то же время существуют легенды о драугах, покидающих ночью свои гробницы, чтобы скакать и прыгать по крышам домов, вселяя в людей ужас.

Страх перед живыми мертвецами в средневековой Скандинавии и Исландии был большим, о чём свидетельствуют многочисленные охранительные заговоры, написанные рунами на амулетах того времени. Также можно найти надписи на могильных плитах, которые должны были удерживать мертвеца в его могиле. Кроме того, о страхе перед драугами свидетельствует популярность этой темы в исландских сагах. Языческая вера в драугов смешивается с христианским представлением о чёрте.