Текст книги "Туманность отражений. Валькирия (СИ)"

Автор книги: Олла Дез

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц)

Пока я бежала, на меня никто не смотрел. В пылу битвы все были слишком увлечены своими противниками. А лодку наверняка вообще не заметили из-за скрывавшего ее сиреневого тумана. И вот сейчас мое появление перед этим огромным мужиком было для него полной неожиданностью. Мне было тяжело сдержать его тушу, поэтому я, отбив удар, отпустила его и отскочила в сторону, а он под действием силы тяжести стал заваливаться, открывая мне свою спину и бок. И я ударила топором несколько раз.

Била так, как будто передо мной не человек, а полено. Хотела ли я убить? Нет! Я хотела спасти себя и ребенка. О том, что я его убью, я в тот момент не думала.

Но воин неожиданно для меня пошатнулся и упал на бок. Я увидела кровь, голова слегка закружилась. Я его убила? Но он же был в кольчуге? Как я могла ее перерубить? Я специально не била по голове. Это было бы слишком для меня. А еще мне показалось, что в момент удара из топора посыпались оранжевые сполохи. Это что, так выбивается искра? От удара металла о металл? Так мы же вроде бы не в кузне? Откуда?

* * *

Но раздумывать было некогда. Я подала мальчику руку, и когда он за нее ухватился, резко дернула его и поставила на ноги. Он ошарашенно смотрел на меня, я же повернулась лицом к битве, загораживая собой пацана. Он был довольно рослым, но его выдавало совершенно ребяческое выражение лица. И хотя он был всего чуть-чуть ниже меня, было понятно, что он сильно младше. Как я и подумала, ему лет тринадцать. Ребенок совсем.

– Валькирия из рода Иудекс! – раздался за моей спиной его удивленный возглас.

Что это означает, мне пока было разбираться некогда. Мне важно было, чтобы на нас снова не напали.

Но пацан на месте стоять отказывался и с громким криком «Гарольд!» рванул в битву.

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Вот так и спасай его, – пробормотала я и побежала следом.

Я старалась ни во что не бить, и только и делала, что уклонялась от летящих стрел, падающих тел и била топором, но только рукояткой. Я отпихивала и расчищала себе дорогу. Не собиралась я никого убивать. Я хотела только спасти пацаненка. Я не выпускала его из виду и успела как раз тогда, когда он со всей силы влетел в какого-то воина, отпихивая его от другого.

Надо сказать, что ситуация была непростая. На того воина напали сразу двое. И он явно не справлялся. Наша помощь была как нельзя кстати. Вернее, скорее моя. Потому что меч у мальчика отлетел после первого же удара. А вот мой топор встретил чужой меч гордо и твердо, снова рассыпавшись оранжево-золотистыми искорками.

Воин явно не ожидал в разгар боя увидеть женщину с длиннющими рыжими волосами и с топором наперевес.

– Валькирия Иудекс, – проговорил он одними губами потрясенно.

Я же впечатала в его лоб рукоять своего топора. Я по-прежнему не собиралась никого убивать. Хотя мой удар гарантировал ему сотрясение мозга. Воин зашатался и рухнул мне под ноги. Я же нашла глазами мальчика и убедившись, что он цел, повернулась к дравшимся воинам, одного из которых он так храбро бросился защищать. Которого из них? Я опять не поняла. Этого? Или вот этого?

Мальчик уже поднял чей-то валявшийся меч, но с трудом держал его двумя руками. А вокруг нас продолжалась битва. Подобные звуки я слышала в первый раз. Столько лязганья, шума, криков, стонов и агонии.

Я посмотрела на дерущихся на мечах противников. И вдруг отчетливо поняла, что один из них должен умереть. Это знание просто пришло ко мне, и я, признаться, ошалела от него. Меня саму словно моим же топором ударило. Я отчетливо увидела, сколько зла совершил этот человек. Он заслуживал смерти. И топор в моих руках вдруг стал топором палача. Я стояла и смотрела, как мой топор становится очень тяжелым, но выпустить его из рук я почему-то не могла. Наверное, топор палача-судьи и должен быть тяжелым, как и его ноша? Топор засветился золотом и заискрил оранжевыми искрами.

И я поняла, что долго не смогу удержать топор в руках. Это слишком тяжелая для меня ноша. А значит, я должна свершить то, что должна. Правосудие. И я резко бросила свое молодое тело вперед. Я вклинилась между двумя воинами и отбила удар меча того черного человека, лица которого я и не видела толком. Для меня он был просто большой черной тенью, которую мне нужно разрубить.

– Магия правосудия и справедливости! – вдруг громко закричала я.

И ударила. Ударила со всей силы. Не знаю, откуда они, эти силы, вдруг взялись. Но руки не дрожали. Мне казалось, что упади мне сейчас на ладони бетонная плита, я легко ее откину в сторону. И мое тело было удивительно легким. Как будто крылья вдруг выросли за моей спиной.

Черный человек рухнул как подкошенный, а звуки битвы вдруг стали стихать.

– Валькирия!

– Боевая Валькирия из рода Иудекс!

– Она сразила Черного Кондрата!

– Туда ему и дорога.

– Да быть этого не может!

– У нее крылья магические за спиной! Значит, она высшая!

– Она точно настоящая?

Я настоящая? Понятия не имею. Мне сейчас почему-то кажется, что нет. И кто такая боевая Валькирия из рода Иудекс? Нет, понятно, что это я. Но непонятно, что все это означает.

Сила, что поддерживала и направляла меня, вдруг стала стремительно уходить. Точно так же неожиданно, как пришла – сейчас она меня покидала. Но и топор стал легким и уже не давил своей тяжестью. Я больше не светилась оранжевым светом, и легкость тоже стала уходить. Все тело ломило от такого перенапряжения.

Я перевела взгляд на тело у своих ног. Мой удар почти полностью лишил его головы. Я его казнила. Мамочки. Только бы в обморок не упастись. Я, кажется, убила человека. Меня вдруг затошнило, а перед глазами все потемнело.

Я зашаталась и стала падать. Но упасть мне не дали. Меня подхватили крепкие сильные руки.

*Я вдохновилась скандинавским боевым топором. Это тип боевого топора, который в основном использовался в период между эпохой викингов и ранним средневековьем. Относится к скандинавскому типу топора, у него нижняя часть лезвия сильно вытянута вниз в виде «бороды». Эта форма позволяла плотно удерживать топор в руке. А форм топора великое множество, начиная от колуна и бердыша, и заканчивая томагавком.

Глава 2 Собеседование у викингов: был ли у вас ранее опыт грабежей? Мы обязательно к вам вышлем гонца!

Глава 2 Собеседование у викингов: был ли у вас ранее опыт грабежей? Мы обязательно к вам вышлем гонца!

– Если мне надо будет, то я никого ждать не буду. Надену латы, и сама возьму крепость.

– Ты же девочка!

– Ладно. На празднование победы возьму пледик с блестками.

Врановая

Я опять лежу на чем-то жестком и глаза открывать не собираюсь. Все потому, что надо мной громко спорят и ругаются. А еще делят. Что делят? Меня делят. Делили трое.

На мне, судя по ощущениям, все еще надета кольчуга, штаны и сапоги. А вот моего топора я под рукой не чувствую. И это слегка настораживает. Я с ним уже как будто сроднилась. Раньше вот не понимала, когда в приключенческих романах описывают страдания рыцарей или мушкетеров по отобранному мечу или шпаге. Ну, отобрали и отобрали. Почему такая трагедия? А сейчас на меня накатило то самое ощущение. Ты словно голая. Как в том страшном сне, когда пришла на работу и второпях забыла надеть юбку. Вот точно так же я сейчас себя чувствовала без топора. Странные, я вам доложу, эмоции.

А спор между тем набирал обороты.

За меня никогда раньше так не спорили. Явно мужские голоса ожесточенно доказывали друг другу, кому я принадлежу. Прямо вот так и вопили. При этом один голос утверждал, что меня нужно оставить при монастыре. Каком еще монастыре? Вот это пока непонятно. Якобы, это справедливо, потому что я появилась на их земле. Второй утверждал, что я казнила их предводителя Черного Кондрата, теперь по праву принадлежу их клану и должна достаться в качестве компенсации новому дроттинну. Я так поняла, это слово обозначало вождя. Хорошо хоть лингвистических проблем в новом мире у меня не было. Только отдельные слова и понятия я не могла уместить в голове, вся же остальная речь мужчин была мне доступна.

Третий голос говорил спокойно и даже тихо. Но при этом звучал уверено и твердо. И он заявлял с какой-то даже ожесточенностью, что никому меня не отдаст. И что за это сокровище готов биться снова, несмотря на то, что стороны вроде бы заключили перемирие. Временное. На тот период, что они меня делят.

Вот такой расклад. Весело? Не то слово. Мало того, что попала непонятно куда, так меня еще и делят, не спросив, собственно, а что я сама думаю по этому поводу?

Приходилось признать, что это другой мир. Не мой. Не то чтобы я не верила, но даже тогда, когда вылетела на поле боя, я об это думала слишком поверхностно. Как о некоем сне, который вот-вот закончится. Что все это не серьезно и сказочно. Не взаправду. Тогда все было слишком быстро. События буквально проносились мимо меня с бешенной скоростью. Постепенно начало накатывать осознание произошедшего, что все всерьез и надолго. И вот только сейчас до меня окончательно дошло, что я в другом мире. И все здесь иное, и к старому возврата не будет. Я это вдруг четко осознала. А значит, нужно включать все! Весь потенциал, весь ум, что мне отмерян. И всю… логику? И постараться не погибнуть!

А еще спорящие надо мной мужчины постоянно в разговоре меня называли боевой Валькирией из рода Иудекс. Это было где-то даже приятно, но все дело в том, что я совершенно не понимала, что это, собственно говоря, означает? Мне бы лекцию небольшую? Или курсы какие? Хотя я твердо знала – чтобы править, Екатерина Великая убила своего мужа, Клеопатра брата, а Мария Тюдор тысячи протестантов. Так что если в этих курсах «Как стать боевой Валькирией» не будет отдельного блока про убийства и казни оппонентов, то наверняка передо мной очередная лажа. А в моей жизни и так сейчас слишком много всего непонятного, чтобы получать еще и непроверенную информацию.

– А может быть, она вовсе и не боевая Валькирия из рода Иудекс? – вдруг раздается мальчишеский голос.

– У нее на топоре и на кольце герб рода Иудекс. Мы все видели крылья магии, что выросли у нее за спиной в момент свершения правосудия. И девиз рода Иудекс «Внесите в это логику» просто светится у нее на лице, на лице безусловно умного человека. Огненные волосы, правильные черты лица, гордый профиль, все признаки девушки из рода Иудекс. Как она тут оказалась одна? А вот это загадка. Но я слышал, что такое случается. Обычно девушки этого рода спрятаны за семью замками. Их не то что сосватать, их увидеть не всегда удается. А тут – одна? Небывалое дело, – задумчиво протянул голос, как мне показалось, одного из монахов.

Ну хоть какая-то информация появилась. Теперь немножечко понятнее стало. Магия, значит? Ну-ну.

– Она такая красивая, – снова мальчик говорит с придыханием.

Тут явное преувеличение. Когда это я была красивой? Но пора открывать глаза и вставать. А то так меня и продать могут… Мало ли, какие у них тут порядки?

Я открываю глаза и обвожу взглядом комнату, в которой нахожусь. Неожиданно оказывается, что это вовсе не уединенное небольшое помещение. Это огромная зала с высоким сводчатым потолком. Каменные стены давят, явно видны следы сильного запустения. Да и кое-где зияют провалы. Нда… Я была совсем недавно в похожем разрушенном здании. Символично.

И тут не только те четыре человека, чьи голоса я слышала. Троих взрослых и того мальчика, что спасла. Я опираюсь на руки и сажусь. Вот почему было так жестко. Лежала я прямо на каменном полу залы. Четко посередине.

* * *

С двух сторон от меня стояли стенка на стенку воины. Стоят и молчат, сурово глядя… Нет, не на мою такую всю замечательную бессознательную тушку. Смотрят они друг на дружку, готовые в любой момент вцепиться в глотки.

Я обернулась. За моей спиной стояли семеро мужчин в фиолетовых мантиях. Судя по всему, это были те самые монахи, в монастыре которых я и очутилась. Их всего семеро? У одного из них было облачение, украшенное какими-то совершенно незнакомыми символами. Он стоял на шаг впереди, и видимо, это он принимал участие в переговорах. Это был статный мужчина лет пятидесяти с небольшой седой бородой и проницательными серыми глазами. Настоятель монастыря? Лицо отмечено глубокими морщинами, а голос низок, тверд и немного хрипловат. Было видно, что настоятель умен.

На шаг впереди воинов стояли их предводители. И признаюсь честно… Мне ни один не понравился. Вот совершенно. Оба были высокими, плечистыми и очень мускулистыми. Было понятно, что все свое время они проводят в тренажерном за… В смысле, где у них тут тренируются на мечах? У обоих меч был. И длинна у меча была очень внушительная.

Тот, что стоял справа от меня, был совершенно лысым. У него был красивый череп, сурово поджатые губы и мрачное выражение лица. На вид ему было лет сорок. Ну вот не люблю я лысых мужчин. Да, бывает, что кому-то это очень идет. Но мне не нравится. Хотя наверняка, это просто мои личные воспоминания из детства.

А тот, что стоял слева от меня, был очень высоким, пожалуй, выше всех в этой зале и уж точно выше меня. И это безусловно плюс. Но на этом плюсы заканчивались. У него были темные волосы, безупречные черты лица и пронзительные с сиреневым отливом глаза. Я таких глаз не видела ни разу. В нашем мире вообще такого не бывает. Казалось бы, что такого? Но всего этого в нем было слишком много. Слишком красив, слишком силен, слишком… смазлив! Никогда не доверяла красивым мужчинам. Все красавцы мерзавцы! С детства была в этом свято убеждена. И главное, ни разу же не ошибалась? Все они привыкли к женскому вниманию, и это всегда накладывало отпечаток. Обычно у таких мужчин куча женщин, которые заглядывают им в рот. А я в очереди за мужчиной никогда не стояла. И стоять не собираюсь! А еще, учитывая, что себя я к красавицам никогда не причисляла, то никогда не чувствовала себя с такими мужчинами хотя бы на равных. Возможно, это снова мои личные тараканы, но я такая, какая есть.

Эти мужланы не сразу и заметили, что я пришла в себя. Они сверлили друг дужку взглядами, и первым ко мне подскочил настоятель монастыря.

– Дитя мое, ты пришла в себя! Какое счастье! Хвала святому Сигдрику Рунвену!*

– Хвала, – отозвалась я, не имея ни малейшего представления, кто это такой.

Я попыталась встать, и меня подхватил под руку все тот же настоятель, а с другого бока предложил руку мальчик. Но я предпочла помощь священника. Я встала и потерла пальцами виски. Голова немного кружилась. Кольцо на пальце блеснуло, и головная боль уменьшилась.

– Это последствия сильного магического истощения, дитя мое. Там, в бою, ты потратила всю магию. Видимо, не рассчитала силы? – продолжил священник ласково.

– Не рассчитала, – кивнула я. – Где я?

– В монастыре святого Сигдрика Рунвена, в землях Стурлов Тордарсон. Я настоятель, отец Олавир Хельгест. Тебя принесло к нам течение. Ты была в лодке. Возможно ли, – настоятель сделал паузу и многозначительно продолжил, – что ты участвовала в похоронном обряде? Тебя похоронили живой? Я слышал про такое. Магический сон, насланный врагами семьи Иудекс, был такой силы, что они не смогли его распознать и приняли за смерть, – продолжал вещать настоятель.

– Да, возможно, что так и было. Я плохо помню последние события, – и я снова потерла пальцами виски.

– Да, да. Это тоже последствия насланного смертельного морока. Чудо, что ты осталась жива и оказалась в результате обряда так далеко, – покачал головой настоятель монастыря.

– Уверена, что дело тут еще и в заступничестве святого Сигдрика Рунвена, – не моргнув глазом выдала я и увидела, как довольно расцвел настоятель.

– Наверняка, вся твоя семья скорбит. Но, дочь моя! Если это так, то искать тебя не будут? Ты же это понимаешь? Ты одна, – покачал он головой.

– Занесло тебя слишком далеко от родных мест. У нас нет представителей семьи Иудекс уже очень давно. И защитить тебя некому! – прямо на меня глянул лысый бугай.

– Прискорбно, – ответила я.

– Поэтому я предлагаю свою защиту. Без нее ты долго в наших местах не протянешь. Даже несмотря на всю твою магию, которую к слову, тебе еще предстоит восстановить. А без нее ты сейчас беззащитнее глупого кролика! – рявкнул он.

Я выстояла и продолжила прямо смотреть ему в лицо. Не привыкла я отступать, даже когда на меня орут вот такие мужланы. Особенно, когда орут!

– Не нужно на меня повышать голос, – прищурившись, ответила я.

* Такого святого в нашем мире не существует.

Сигдрик – переводится как «победа» (sig) и «правитель» (rik), звучит героически и старинно.

Рунвен (Runven) – намек на руны и мистику, которые у нас будут дальше в процессе повествования, вен – «друг» или «страж».

* * *

– Тут у нас не столица! Мы все больше по-простому! – продолжил лысый. – А король и ваша семья далеко! Я говорю, как есть. Без защиты ты легкая добыча.

– Он прав, дитя мое. Как твое имя? – ласково спросил священник.

Ох. Я точно помню, что тот старик, Дормидонт Евлампиевич, что-то такое говорил, вроде бы имя следует изменить. А на что? На что мне поменять имя Инна?

– Ин…га, – выдала я.

– О! Ингвара Иудекс**. Какое сильное имя! Дочь моя, но все же я вынужден признать правоту слов Якуна Стенсона***. К моему глубочайшему сожалению, без должной защиты ты не доберешься до столицы и семьи, – покачал головой священник.

– Якуна Стенсона Черного! Я новый дроттинн! – гордо выпятил грудь лысый. – Я вырвал это в бою.

Только вот сдается мне, что это я принесла ему победу, казнив то огромное черное чудище. Но уточнять я не стала, даже не улыбнулась скептически. Скепсис, иронию, пренебрежение и язвительность я себе позволить пока не могу.

– Я советую тебе принять мою защиту! – резко вступил в разговор черноволосый красавец.

Я вскинула на него глаза. Голос у него немного хриплый и грубый, но все же очень ему подходит. Хорош, чертяка. Но не на ту напал! Где наша не пропадала? Хм… Да везде она пропадала. Особыми достижениями я не могу похвастаться, но это не повод падать к мужским ногам. А красавчик между тем продолжил:

– Меня зовут хёвдинг Гарольд Стурла Тордарсон****.

– Хёвдингом ты стал меньше месяца назад! – взъярился лысый. – Мы не признаем твою власть!

– Вы в доме божьем! Выясняйте это за пределами храма! – пресек спор настоятель.

– Да. Я согласен, что не все вассалы приняли мою власть, и сейчас я постоянно веду борьбу за укрепление положения своего рода, – хмуро подтвердил он. – Но ты должна знать, что король принял мое право преемственности и наследования. Я по праву ношу этот титул. Да, сейчас ты не чувствуешь во мне магию. Я выложился сутки назад, очищая от скверны монастырь, и магии нет. Но ты должна помнить, что я Туманоход речного водоворота, как и все в семье Стурла Тордарсон.

Ага. Я помню. Вот все-все помню. Местами случаются пробелы, но в целом дело ясное, что дело темное. Только для меня загадка. Туманоходы речного водоворота – это вообще кто? Для меня это столь же загадочно, как и боевая Валькирия из рода Иудекс.

Видимо, на моем лице все же появилось удивленное выражение, потому что красавчик продолжил:

– Да! Мы принадлежим к роду Вотан Одинсон. Его нынешний глава хёвдинг Бальдар Вотан Одинсон признал мое наследственное право. Он мой троюродный брат! А я поздравил его с рождением сына и наследника. Уверен, что до столицы уже докатились эти новости? – спросил он.

Понятия не имею, кто все эти люди! Но я сдержанно молча кивнула. А что еще остается? Он снова нахмурил темные брови, не дождавшись от меня должной реакции, и продолжил:

– Ты не можешь остаться в монастыре под защитой святого Сигдрика Рунвена и отца Олавира Хельгеста. Монахов не так много. И они сами нуждаются в защите. И не следует забывать о скверне, что поселилась в этих стенах, которую мне приходится регулярно вычищать, расходую магию.

– Ты делаешь богоугодное дело! – вскинулся отец Олавир.

– Да. Это мой долг. Монастырь стоит на моей земле, но все же это отнимает много сил, – раздраженно бросил этот Тумано-куда-то-ход.

– Монастырь стоит на святой земле, сын мой! – снова недовольно вставил отец Олавир.

– Раз так, то вы, стало быть, больше не нуждаетесь в моей помощи? И в следующий раз при появлении нежити сами справитесь? – выгнул он бровь.

– Нет, увы, сын мой. Мы как никогда нуждаемся в тебе. С каждым днем скверна все сильнее, и пока мы не можем понять ее природу и причину, – вздохнул настоятель.

– Давайте вернемся к нашей добыче! – грубо вмешался лысый Якун Стенсон.

– Добыче? – на этот раз недоуменно вскинула брови я.

– Ну да? А что? – не моргнув глазом посмотрел на меня он.

Добыча. Докатились. Хотя с другой стороны, именно с этого мы и начали.

– Да, мне бы очень хотелось, чтобы ты осталась с нами в монастыре, дочь моя. Твоя помощь была бы неоценима, учитывая наши трудности. Но я вынужден признать, что для тебя сейчас, пока ты без магии, это небезопасно, – тяжко вздохнул отец Олавир. – Ты должна принять предложение одного из воинов о защите. Мир суров для одинокой знатной девушки из такого известного рода.

– Прими мое предложение! – громко возвестил лысый.

** Имя Яку́н (Акунъ) упоминается в тексте русско-византийского договора 944 года. Мужское русское личное имя, широко распространённое в Новгородской земле. Производное от древнескандинавского имени Хакон.

*** Ингвар это все же мужское имя скандинавского происхождения. Древнерусское имя Ингвар исследователи считают повторным заимствованием скандинавского имени Ingvarr, которое в своё время послужило прототипом для ставшего на Руси династическим имени Игорь.

**** Имя главного героя я выбрала в честь Стурла Тордарсона, исландского политика, поэта, прозаика и историографа

XIII

века. Он известен в первую очередь как автор «Саги о Хаконе Старом» и «Саги об Исландцах», а также как человек, записавший одну из версий «Книги о заселении Исландии», так называемую «Книгу Стурлы».

* * *

– Разумнее принять мое! – возразил ему тот, кто ходит в тумане.

Я переводила взгляд с одного на другого, и оба мне не нравились. Вот как будто замуж выхожу! Но я же всего лишь защитника выбираю? Так ведь? И приходилось признать, что бродячий туман был предпочтительнее грубияна. Я так поняла, что несмотря на трудности, он все же знатнее, сильнее и богаче. Выбираю исключительно здравым смыслом и логикой.

– Ты должна выбрать моего брата. Пожалуйста. Я обязан тебе жизнью. И я должен отдать этот долг. Я не хочу отправляться в замок Черных, – вдруг раздался тихий голос, и подросток выступил из-за плеча Гарольда Стурла Тордарсона.

Я посмотрела на мальчика-подростка, которого спасла. Точно! Я же должна была позаботиться о нем! Я обещала спасти первого, кого смогу! Я спасла, но останавливаться на половине дороги? Стычек наверняка впереди еще много, раз они с братом борются за власть, а значит, он может погибнуть в любой момент. Я кивнула мальчику и подняла глаза на Гарольда Стурла Тордарсона.

– Я выбираю вашу защиту, – посмотрела я в его странные глаза. – Твою и твоего храброго брата.

В зале установилась звенящая тишина, а потом почти все разом заговорили. Со стороны Гарольда Стурла Тордарсона воины шумно выражали свое одобрение, а вот со стороны Якуна Стенсона доносились недовольные возгласы. Почти тут же меня схватили за руку и утащили в сторону воинов, которые сначала расступились, а потом сомкнули ряды.

– Они не подерутся. В монастыре не рискнут, – авторитетно заявил мальчик, держа меня за руку.

– Уверен? И как тебя зовут, мой храбрый защитник? – хмыкнула я.

– Эрик Стурла Тордарсон. Я будущий Туманоход речного водоворота. Моя магия тоже будет сиреневая. Жалко, что не темно-синяя, как у самого Бальдара Вотана Одинсона. Но все равно, я буду грозным воином, – вскинул он голову. – Ты слышала, что он магией дотянулся до погребальной лодки, когда она уже превратилась почти в крошечную точку на реке? Никто так не может! Слышала?

Я сдержанно кивнула. Мальчику не нужен был мой развернутый ответ.

– Наверняка до твоей лодки так же, впрочем, дотянулись. Иудекс очень сильный род, я знаю! И я смогу так же! – закивал он.

– Да? И когда? – хмыкнула я в ответ.

– Ну… Магия пока еще не появилась, но скоро! – смутился мальчик.

– А сколько тебе лет?

– Одиннадцать, – гордо ответил он и задрал подбородок.

Я чуть за голову не схватилась. Эрик высокий, плечистый, и это здорово сбило меня с толку.

– И куда тебя понесло! Ты почему в замке не остался?

– Я воин!

Я уже собиралась открыть рот, чтобы ответить все, что я думаю по поводу присутствия мальчика на поле боя, но гул все нарастал, и возгласы звучали все громче. Это уже казалось неприятным.

– Ты уверен, что они не подерутся? – взволнованно спросила я.

– Уверен. После казни Черного Кондрата не все приняли власть нового дроттинна. Они разобщены, и многие недовольны Якуном. Да и никто не захочет убивать в монастыре. Тут и так последнее время творится непонятная и неведомая жуть. Только убийства и не хватало для того, чтобы все еще хуже сделать. Хотя, как по мне, хуже уже некуда, – ответил мальчик.

– О, нет. Поверь моему опыту. Всегда есть куда еще хуже, – покачала я головой. – Ты сказал, именно казнь Черного Кондрата. А почему не просто смерть на поле боя?

– Потому что все видели, как светился твой топор и как за твоей спиной выросли огненные крылья. Такое бывает только, когда творится магия правосудия и справедливости. Я знаю. Не думай. Мой брат следит, чтобы я учился. Тебе меня не подловить каверзными вопросами! Это было легко! – гордо выдал он.

Похоже, именно так и нужно действовать. А то самой мне никогда не разобраться, что тут к чему. Буду делать вид, что проверяю уровень его образованности.

За спинами воинов я почти ничего не видела. И это было необычно. Я привыкла всегда смотреть поверх чужих голов, а тут все были выше меня. Ну, кроме нескольких монахов, настоятеля и Эрика. Но тот момент, когда воины Якуна Стенсона Черного, недовольно бурча, вышли из залы, я все же заметила.

– Я же говорил! – гордо сказал мальчик.

В зале продолжались теперь уже приветственные вопли и восторженные крики. Такое впечатление, что они, как минимум, ограбили Форт Нокс. А не взяли в плен «маленькую» меня.

Воины снова расступились, и перед нами вырос сам предводитель этих варваров, хёвдинг Гарольд Стурла Тордарсон Тумано-куда-то-там-ход речного водоворота. Рядом с ним шел настоятель монастыря с очень довольным видом. Видимо, он был рад, что все разрешилось более-менее мирно.

– Нужно позаботиться об убитых и раненых. Якун Стенсон Черный собирался забрать тела своих воинов и вождя на лодки и похоронить у себя, – говорил настоятель.

– У нас нет убитых. Только раненые, но все на ногах. Мы только начали биться, когда она появилась, – ответил ему мой новоявленный защитник. – Так что ничто не омрачит церемонию.

– Какую церемонию, сын мой? – удивленно спросил отец Олавир.

– Как какую? Я женюсь! – откинул прядь темных волос со лба красавчик.

– На ком, сын мой?

И что-то мне подсказывает, что ответ мне очень не понравится!