Текст книги "Анархия (ЛП)"
Автор книги: Оливия Льюин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)
– Что?
Я распахнул глаза и увидел Джареда по ту сторону порога; его лицо покраснело.
Я прочистил горло.
– Эм, слышал, у вас пропали ключи.
Аура Джареда взбесилась, и его рука метнулась, чтобы схватить меня за воротник футболки. Я изо всех сил старался не реагировать, но моя аура в ответ немного пульсировала, а взгляд сузился.
– Какого хуя ты об этом знаешь? – потребовал ответа Джаред.
Я усилил свою ауру и расставил ноги шире, сбросив его руку с себя с громким треском рвущейся ткани. Затем я вытянул перед собой ключи на открытой ладони, чтобы он мог их увидеть.
Тайлер протиснулся мимо своего альфы и выхватил их у меня с кислым выражением лица, осматривая на предмет малейших вмятин или царапин – хотя он их не найдет. Кресцент хорошо заботилась о ключах, которые брала.
– Это они? – спросил я.
– Да.
– А где кольцо? – спросил Джаред.
Я поморщился.
– Она… привязалась к нему.
– Что? – Джаред прищурился.
– Кольцо вроде как… – «Для ее гнезда», – сказала она. «Лучше, чем любое другое кольцо, которое у нее было. Толстое, блестящее, и его так приятно держать в руке». – …Важное… – Я осекся, увидев выражение его лица.
Я был трупом.
– Она сказала, – пробормотал я, не веря тому, что говорю, – и я цитирую: «Если они спросят про кольцо, ты можешь отдать им мои пальцы, если их это устроит».
Кольцо было не просто важным для гнезда.
Оно было ее гнездом.
– Но она над этим подумала, – добавил я со слабой попыткой пошутить. – Она предпочитает мизинцы, потому что указательные пальцы нужны, чтобы переворачивать страницы книг.
Конечно, я не собирался отрубать пальцы своей омеге – я предложил бы свои собственные.
Тишина была оглушительной, пока они таращились на меня, и я почти физически чувствовал взгляды Финниана и Люсьена на своем затылке, когда произносил это.
Наконец, с фырканьем, Тайлер сунул ключи в карман.
– Она одолжила их, и… она просит прощения, – слабо добавил я.
Ну.
Если бы я взял ее с собой, уверен, она бы не извинилась.
Она бы забыла об угрозе своим пальцам, и все ее внимание было бы сосредоточено на ключах и на том, как они важны для святости гнезда.
Но ради нее я буду лгать.
– Одолжила? – прорычал Джаред. – Ты знаешь, что мы делаем с теми, кто одалживает без спроса.
Я сжал руки в кулаки. Если я сегодня потеряю палец, ну, значит, так тому и быть. Это лучше, чем вендетта стаи Арчива против нас – потому что это стало бы концом нашей стаи.
Надеюсь, мне удастся выпутаться из этого разговорами.
– Она новенькая, – сказал я.
Тайлер усмехнулся.
– Она украла у нас.
– Если бы это была кража, я бы не стоял здесь, возвращая их.
Джаред сорвался, бросившись вперед и врезав мне кулаком по скуле. Металлический привкус крови наполнил мой рот, губа лопнула от силы удара. Я крякнул и сделал пару шагов назад, но не стал отвечать, несмотря на то, что мои инстинкты горели, умоляя хоть раз ввязаться в драку. Я махнул рукой Люсьену и Финниану, чтобы они не наделали глупостей.
– Думаете, я, блядь, хочу здесь находиться? – спросил я. – Если бы мы украли их намеренно, мы бы подождали, пока вы узнаете, кто их взял. – Я выплюнул сгусток крови, стиснув зубы. – Вы же не знали, что это мы.
Тайлер протянул руку, чтобы схватить Джареда, оттаскивая альфу назад, пока не смог обхватить его руками. Тьма в глазах Джареда отступила от близости его омеги, и я втянул свою ауру, подстраиваясь под его.
– Узнали бы, – прорычал Тайлер.
– Да, но нам здесь осталось недолго. Если бы нам были нужны ваши гребаные ключи, мы бы просто оставили их себе.
Напряжение в воздухе можно было резать ножом, и я не знал, играет ли мне на руку жесткая позиция.
Сохраню ли я свои мизинцы или нет? Я чувствовал себя участником какого-то больного игрового шоу, ожидая звоночка, который возвестит, что я проявил нужную долю напористости – или звука «ва-ва-ва», означающего, что я с треском провалился.
Тайлер и Джаред переглянулись, общаясь без слов. Когда-нибудь я смогу вот так же посмотреть на Кресцент и точно знать, о чем она думает.
А пока я был обречен пытаться ее разгадать.
– Принесите обратно книги, которые мы вам одолжили, – сказал в конце концов Тайлер.
Я вздохнул.
– Она все равно их уже прочитала. Что-нибудь еще?
Глаза Тайлера сверкнули.
– Подожди, она закончила? Все?
– Ага.
– Их было шесть, и они не были короткими.
– Она быстро читает. Я тоже удивился.
Джаред все еще был с красными щеками и злой, но Тайлер теперь выглядел скорее заинтригованным, чем сердитым.
– Приведи ее с собой, когда будешь возвращать книги.
Я прищурился, кивнув, но не думал, что приведу ее – моя скула все еще ныла от удара.
– Тебе не кажется, что так близко к вашей апелляции, ты можешь вести себя немного мягкотело? – спросил Финниан, когда мы были на полпути по коридору.
– Что это значит? – спросил я, повернувшись и увидев, как он ковыряет засохшее пятно синей краски на большом пальце. – Для омеги здесь не совсем легкая прогулка в парке.
Его глаза на мгновение метнулись ко мне. – Если бы мне пришлось справляться с двумя омегами в этом месте с так близкой апелляцией, я бы не давал им столько свободы.
Я нахмурился. Я был не в настроении терпеть жутковатую атмосферу, исходящую от стаи Уэйкфилд. Моя паранойя зашкаливала после того, как стая Лео была убита, и мне совершенно не нужно было, чтобы эти два придурка увязывались за мной.
– Особенно когда стая Редгрейв открыто встречается со стаей Деккер на площади.
Я резко повернулся к нему, в голове все завертелось.
– Что?
Стая Деккер – это та самая стая, которая казнила стаю Лео в спортзале, та, что связала темной связью омегу, которому оставались считанные минуты до побега.
– Они не союзники с Редгрейвами.
Финниан пожал плечами.
– Со стороны так не казалось.
Мой мозг лихорадочно работал. Все то время, что мы были в «Анархии», Редгрейвы не сотрудничали со стаями, желающими драться за омег. Мэтт был с ними по собственному выбору, и я всегда предполагал, что для них это было некой моральной чертой. К тому же у них было достаточно власти благодаря ключам от комнаты с контрабандой, так что им не нужно было пачкаться в грязи, казня стаи из-за их омег. Это была совершенно другая игра.
Но если они сотрудничали со стаей Деккер?
Син говорил, что союзники стаи Лео и пальцем не пошевелили, когда их убивали. Я мог бы найти этому объяснение, но что, если в этом кроется нечто большее? Что, если Редгрейвы были в этом замешаны?
А наша стая, с двумя омегами, работала с ними над защитой…
– Тебе нужно, чтобы они были в безопасности, или ты хочешь, чтобы они были счастливы? – добавил Финниан. – Потому что я не думаю, что ты получишь и то, и другое.
Я почувствовал, как шерсть на загривке встала дыбом, хотя я был на взводе по гораздо более веским причинам, чем его отношение. Но он понятия не имел, о чем говорил. – Когда тебе придется справляться с двумя омегами, вернемся к этому разговору, Финниан.
Он со смешком склонил голову набок, словно это был весь ответ, который ему требовался.
Глава 36
Три дня до апелляции
КРЕСЦЕНТ
Большую часть следующего дня мы провели в камере.
Фантом и остальные вполголоса обсуждали ограбление комнаты с контрабандой. Теперь они были настроены гораздо решительнее, поскольку Фантом получил информацию о Редгрейвах, которая изменила все.
В полдень Фантом отнес мои книги обратно в библиотеку и вернулся с новыми, так что не думаю, что он все еще злился на меня.
Конечно, он и не имел на это права – я ведь не сделала ничего плохого.
Но прошлой ночью я пряталась от него в своем гнезде, и Карма занял его место вторую ночь подряд.
Все было в порядке. Карма в любом случае был наименее сбалансированным, так что было хорошо, что он провел со мной еще одну ночь. С ним было тепло и уютно, и я лишь пару раз бросила сердитый взгляд на Фантома – что потребовало немалой выдержки.
А еще я спала, прижимая к груди это идеальное металлическое кольцо, пусть даже оно лишилось своих друзей. Он не мог его забрать.
– Нам нужно поговорить о ключах, – наконец сказал Фантом.
Был ранний вечер, и я забилась в свое гнездо, напрягаясь каждый раз, когда кто-то из них подходил слишком близко – кроме Сина, ему разрешалось. Он сейчас был в другом углу моего гнезда, сосредоточенно записывая идеи в свой альбом.
Он, Фантом и Карма весь день шныряли туда-сюда через дверь камеры, чтобы получить информацию от стаи Эмеральд.
– О ключах? – отозвалась я, чувствуя, как внутри закипает нервозность.
О чем тут было говорить?
Я покосилась на Вандла, который прислонился к одной из кроватей, но он, похоже, не собирался вмешиваться. Наоборот, он выглядел заинтригованным, словно хотел узнать, как все пройдет.
Я сжала одеяло в кулаках.
– Я… не хотела втягивать нас в неприятности… – И это была правда.
Мне просто очень нравились эти ключи. И у меня появилась связь, а значит, мне нужно было гнездо…
– Ты собираешься сделать это снова? – спросил он.
Я покачала головой.
– Скажи мне правду, Маленькая Омега.
– Я… – Я запнулась из-за команды темной связи. Черт. Мой взгляд метнулся к Вандлу, Сину и Карме. Вандл прищурился, наблюдая за нами. – Эм… – Я попыталась подавить недовольную гримасу, стараясь обойти приказ. – Я буду очень стараться этого не делать. – Мой голос был похож на шепот.
Фантом застонал, опускаясь на кровать.
– Если бы ты был вожаком стаи и твоя омега сказала тебе это, ты был бы удовлетворен ответом? – спросил Вандл.
Я обдумала вопрос, явно пытаясь его осмыслить. – Наверное… нет?
Я бросила сердитый взгляд, поймав слабую ухмылку на лице Сина после моего ответа.
Никто из них не понимал.
Мне были нужны ключи.
– Нам недолго осталось до выхода, можешь немного потерпеть? – попросил Карма.
Потерпеть?
Теперь, когда неминуемая угроза потери пальцев миновала, мои инстинкты взбунтовались.
Я не могла выбросить из головы образ ключей от библиотеки. Маленькие несовершенные зубчики – и они были такими приятно тяжелыми, как ключи от старого замка.
Самые лучшие.
Где я еще найду что-то подобное?
А теперь их нет…
Я подавила тихий скулеж.
– Я могу… попробовать. Но они… такие… красивые.
Что если… что если я смогу стащить их прямо перед апелляцией…
Никто не узнает, а потом мы будем свободны, и они навсегда останутся в моем гнезде…
– Кресцент. – Фантом поднялся на ноги и подошел ко мне. Прикосновение его большого пальца к моему подбородку вернуло меня в реальность. – Ты больше не украдешь ни одного ключа до самой апелляции.
Мои губы приоткрылись от шока. Это был приказ.
Тихий скулеж отчаяния вырвался из моей груди.
– Что?
– Ни одного? – мой голос прозвучал пронзительно.
Ни единого крошечного ключика?
– Маленькая Омега, – сказал Фантом. – Из-за тебя нас всех убьют.
Но ключи… Я обвела взглядом комнату.
– Ты… ты…? – я попыталась вырваться от Фантома, но он удержал меня на месте.
А этот особенный ключ от клетки для гона… Тот самый, когда Син заявил на меня права на глазах у всей «Анархии».
Если и его нет, принадлежу ли я ему вообще?
Я оттолкнула его, вырвавшись из хватки, и, спотыкаясь, подошла к Карме, который сидел прямо, переводя взгляд с меня на Фантома, словно не зная, что делать.
Я вцепилась в его руку, слезы выступили на глазах. – Отмени это! – взмолилась я.
Они не могли так поступить.
– Я… – Карма выглядел растерянным. – Я не знаю, смогу ли я…?
Сможет ли?
Я обернулась. Син перестал писать, напряженно наблюдая за происходящим – но и он не мог этого остановить.
Я бросилась к Вандлу, дергая его за рубашку. – Ты вожак стаи. Ты можешь… ты можешь это отменить?
Его ладонь легла мне на щеку, но взгляд метнулся от меня к Фантому.
– Альфа! – Мой голос дрогнул.
– Это всего на три дня, Принцесса. Думаю, Фантом прав.
Нет…
Все было неправильно.
Но Вандл был провидцем, он не мог ошибаться.
Тихий скулеж вырвался из моей груди, пока я пыталась осмыслить это.
Я снова посмотрела на Фантома: его загорелая, усыпанная веснушками кожа была бледнее обычного, но челюсть была упрямо сжата.
Дьявол!
Если они собираются запретить мне это, что будет дальше?
Я знала, что они перерыли мое гнездо вчера – они не положили ключи обратно так, как надо.
Что если они их заберут?
Я не могла оставить их так. Им нужно было более безопасное место.
Я отшатнулась от Вандла и бросилась прямиком ко всем своим тайникам.
ФАНТОМ
Я не совсем понимал, что вижу. Все, что я знал, – это то, что моя омега была бурей гормонов в нашей связи.
Она выкапывала ключи из самых неожиданных щелей – о существовании большинства из которых в этой комнате я даже не подозревал. Я определенно не нашел их все во время своего предыдущего обыска.
Когда ее кулачок уже едва вмещал связку, и она вытащила последний ключ из трещины в стене рядом со своей койкой, она зарылась под одеяла в своем гнезде.
Ага.
Я посмотрел на Вандла, который наблюдал за всем этим с обеспокоенным выражением лица. Карма выглядел заинтригованным, а Син сочувствующим, хотя я ни разу в жизни не видел, чтобы он вил гнездо.
Я сел на кровать. Матрас скрипнул, и из свертка рядом со мной донеслось злое тихое рычание. Я попытался приподнять одеяло, но она с силой потянула его обратно.
Она не стала сопротивляться, когда я потянул его в следующий раз, но одарила меня полным недоверия взглядом. В данный момент она нанизывала все ключи на большое кольцо, которое наотрез отказалась возвращать библиотекарям.
Она игнорировала меня за работой, хотя становилась все более нервной, чем дольше я на нее смотрел.
Это был такой гормональный срыв, какого я никогда не видел.
Наконец, закончив, Кресцент посмотрела на меня блестящими глазами, явно находясь на грани слез.
– Мне нужно больше. – Ее голос сорвался.
Эм.
О… боже.
– Я достану тебе еще, как только мы выберемся отсюда. – Я подарю ей целую комнату, набитую таким количеством ключей, что она сможет в них плавать.
Но сначала нам нужно было пережить апелляцию.
До тех пор
– Больше никаких ключей здесь.
– Но т-ты же говорил, что я в твоей стае и могу нарушать правила столько, сколько захочу.
– Я… – Моя челюсть беззвучно зашевелилась, пока я пытался переварить это.
– Это просто ключи, – сказала она.
– Тебе нужно подождать три дня, Маленькая Омега…
– Но…
– Никаких «но». Если остальная часть «Анархии» узнает, что ты воруешь…
– Перестань так говорить. Воровство – это грех. Я не ворую, это их дом.
Я сделал вдох, пытаясь подавить свой гнев. Это была не ее вина. Это исходило от страха, который я чувствовал теперь, когда мы были так близко.
Ничто не должно было пойти не так.
Но она не заслуживала того, чтобы я срывался на ней.
– Это все, Светлячок? – Син пододвинулся ближе и рассматривал кольцо с коллекцией. Она зарычала, когда один из нас коснулся их, но, конечно же, Сину это сошло с рук.
– Тебе… нравится? – спросила Кресцент, наблюдая сверкающими глазами за тем, как Син изучает ее трофей. – Я… это было и для тебя тоже.
– Для меня? – Син с любопытством посмотрел на нее.
– Ключи важны для тебя, – прошептала она. – Я видела. А ты не вьешь гнездо, поэтому я подумала… – Она замолчала, внезапно выглядя неуверенной.
Но я видел, как кровь отхлынула от лица Сина.
– Что… это значит?
Ее губа задрожала.
– Я… теперь вспомнила. Ты держал его так близко, будто он был очень важен. А потом все захотели его у тебя отобрать, поэтому я… я спрятала его в надежное место.
– Светлячок… – Син выглядел ошеломленным. – Что ты спрятала в надежное место?
Ее взгляд метнулся от меня к Вандлу и Карме, затем к Сину, и она выглядела так, будто вот-вот расплачется.
– Вы не можете его забрать, – прошептала она.
– Ты не… – Я никогда не видел, чтобы Син не находил слов. – Но клетка… нас бросили в клетку, потому что у меня его не было.
– Они не могли его забрать…
Правда медленно доходила до меня, и мои губы приоткрылись от шока.
Да… ладно.
Но моя маленькая омега-клептоманка уже рылась в кармане, чтобы достать тот единственный ключ, которого не было на кольце.
Ключ от комнаты с контрабандой.
СИН
Этот гребаный ключ… все это время был у нее?
Единственная причина, по которой мы оказались в клетке, заключалась в пропаже ключа от комнаты с контрабандой.
Наш козырь растворился в воздухе.
И все же, мы бы нашли его, если бы догадались обыскать карманы Кресцент.
Она смотрела на меня снизу вверх с таким милым выражением лица, все еще сжимая ключ в кулаке.
Я закрыл глаза, блокируя связь стаи, чтобы она не почувствовала бушующие во мне эмоции. Я не злился на нее – злиться на нее было невозможно.
Просто… черт возьми.
И я чувствовал себя виноватым. Ей ведь вообще не обязательно было проходить через этот опыт с клеткой, и, хотя она радовалась каждый раз, когда упоминалось о предъявлении прав, мне все равно было плохо.
– Спасибо, светлячок, – хрипло сказал я.
Кресцент вонзила зубы в нижнюю губу, изучая мое лицо, словно могла заметить каждый намек на разочарование.
– Я-я извиняюсь, что взяла его, не сказав тебе. Но я подумала… Я боялась, что Холден может его забрать, а ты казался таким привязанным к нему.
В пылу того напряженного момента я не заметил, как ее маленькая ручка скользнула в мой карман и вытащила этот жизненно важный кусок металла.
По крайней мере, я был не единственным, кто пал ее жертвой. Она стащила немало.
– Эм, я был привязан к нему, – успокоил я ее. Ну, из-за того, что мы могли бы за него купить, но я не собирался ей этого говорить. – Ты все сделала правильно.
– Все на меня сердятся.
Эта проклятая связь – она держала свой конец таким открытым, что закрыться от нее казалось тяжким грехом. Я бросил свирепый взгляд на своих товарищей по стае, которые не могли держать свои эмоции под контролем.
Они все были так же ошеломлены, как и я.
Мы вообще объясняли ей ту череду событий, которую повлекла за собой потеря ключа? Похоже, она еще не сложила два и два, хотя мы лихорадочно искали ключ прямо перед тем, как нас схватила стая Редгрейв, чтобы заставить устроить шоу.
Но с другой стороны… Что ж, она была далеко не так напугана, как я ожидал.
– Ты решила скрыть это от меня, зная, что ценой станет клетка?
– Нет. – Она покачала головой. – Первые несколько ключей, что я взяла… Думаю, у меня был сильный гормональный сбой из-за пропущенной течки, а потом эти наркотики…
Я нахмурился. Наркотиков было много.
– Что это значит? – спросил Фантом. Я заметил, как ее красивые золотистые глаза слегка сузились при звуке его голоса, и помолился ради Фантома, чтобы она не была злопамятной.
– Я не помню первых нескольких раз, когда брала их. Знаю, это звучит глупо, но я просто… потеряла контроль. Они были мне так нужны. Теперь я помню, но тогда – нет.
Я никогда не слышал об омеге, которая бы отключалась из-за инстинкта гнездования, но почему-то не был удивлен.
Она изголодалась по прикосновениям, ей годами запрещали вить гнездо и общаться с альфами, она пережила пять мучительных течек, никогда не чувствовала узла, ей дали препарат, вызывающий течку, а затем блокатор, чтобы остановить ее. Затем ее связали темной связью и впервые позволили почувствовать свои инстинкты.
Иисусе.
И все это началось потому, что она хотела сохранить этот ключ в безопасности для меня? В этом был только один плюс.
Проникновение в комнату с контрабандой больше не было проблемой.
Когда я впервые увидел его, я подумал о том, чтобы просто обменять его на линзы, но наши альянсы слабели, и я не хотел доверять ключевой элемент нашей апелляции кому-либо еще. Даже Редгрейвам.
Глава 37
ФАНТОМ
Был поздний вечер. День выдался долгим, и я чувствовал вину за команду темной связи, но не мог взять свои слова обратно.
Двери наконец-то были заперты, и Сину удалось собрать воедино план – что было гораздо проще теперь, когда у нас был настоящий ключ от комнаты, в которую нам нужно было проникнуть.
Ограбление состоится завтра ночью. Как только мы закончим, нам останется продержаться всего один день, а то, что мы хотели взять, было таким маленьким, что Редгрейвы вряд ли бы заметили пропажу до нашей апелляции.
Кресцент была… ну, она все еще представляла собой комок из белого одеяла, рычащий каждый раз, когда кто-то, кроме Сина, подходил близко. Спустя долгое время именно он снял напряжение. Сразу после очередного легкого витка паники в связи он вздохнул и придвинулся ближе к Кресцент.
Она вздрогнула, но не зарычала, явно распознав запах пустынного затмения как невраждебный.
– Они сказали мне, что я больше не могу их брать. – Услышал я ее шепот с другого конца комнаты, когда он привлек ее в свои объятия, и одеяло спало.
– Я знаю, – пробормотал Син, поглаживая ее по волосам.
– Не мог бы ты приказать Фантому пойти и засунуть голову в унитаз?
Бровь Сина поползла вверх от этой капризной просьбы.
– Мог бы.
– Син. – Я почувствовал резкость в своем голосе, поднимаясь на ноги.
– Тебе бы стало от этого легче, Светлячок?
Карма, который в этот момент рисовал, поперхнулся смешком, а Вандл приподнял голову от подушки, чтобы посмотреть на нас, и в его глазах плясало восторженное любопытство.
– Подойди сюда. – Команда Сина сковала меня, и это было странное чувство. Я начал действовать прежде, чем смог себя остановить, подходя к ним.
Я остановился перед кроватью, мой взгляд метался между озорными багровыми глазами Сина и ее золотистыми радужками, в которых блестело нечто гораздо более обнадеживающее.
– Жди здесь, – сказал он мне, затем посмотрел на нее. – Я придумал кое-что получше.
Трепет ужаса пробежал у меня по спине от самодовольного выражения лица Сина.
– Я не могу заставить его отменить приказ, но я могу устроить тебе месть.
Кресцент закивала, выглядя с облегчением.
Син наклонился и прошептал что-то ей на ухо. В то же мгновение по связи от нее ко мне передалась волна восторга, и она радостно взглянула на меня.
Какого черта тут происходило?
Но мой разум опустел, когда Син потянулся вниз и потянул за край ее футболки.
Затем он легко стянул ее через голову. Я взглянул на дверь, но она уже была заперта на ночь, так что здесь была только наша стая.
У нас было не так много нижнего белья для нее, и мы сами стирали свои вещи в ванной, так что на ночь она ложилась без него. Но это означало, что ее прекрасные груди оказались на виду в ту самую секунду, когда она сняла футболку, и я не мог отвести от них глаз.
Но эм… что он собирался заставить меня сделать?
Я не мог даже шагу ступить.
Кресцент пошевелилась, повернулась и отползла назад в свое гнездо, затем легла. В следующее мгновение она стянула свои мешковатые спортивные штаны.
Господи Иисусе.
Неужели он собирался снова подвергнуть меня пытке, как тогда с клеткой? Заставить смотреть, как он ее трахает – только на этот раз она была почти в пределах досягаемости.
Может, он привлечет к этому остальных.
Я подавил стон разочарования.
Я ведь только пытался уберечь ее. А остальные оказались слишком трусливы.
– Вот так, Светлячок. Ты так прекрасна.
Он навис над ней, его губы прижались к ее губам, затем скользнули вниз, к шее и груди.
След от укуса, который он оставил в клетке, все еще был там, хотя обычно укусы от омеги к омеге быстро бледнели. Этот же все еще был слегка красноватым, словно свежий.
Он опустился руками к ее бедрам, затем провел пальцами по ее киске. Кресцент слегка выгнулась, когда он погрузил в нее пальцы, и тихий вздох сорвался с ее губ.
Ее взгляд метнулся ко мне, и я увидел, как она потянулась в сторону, нащупывая в гнезде связку ключей. Она подняла ее, а затем собственнически зажала между зубами.
Син усмехнулся.
– Прекрасна. – Он погрузил в нее второй палец, слегка двигая ими. – Такая мокрая и готовая.
Мой член стоял колом, а вены горели от похоти.
Я хотел ее.
А у него она уже была.
Я чувствовал бурлящую похоть и от моих братьев по стае, и знал, что все они смотрят это шоу.
Син вытащил пальцы, слегка раздвинув ее колени. Затем поправил ее ступни на кровати.
– Посмотри на себя, готова к тому, чтобы тебя трахнули, пока твое маленькое гнездышко в целости и сохранности.
Тихое мурлыканье зародилось в ее груди, глаза заблестели от похвалы.
Мой член ныл от количества прилившей к нему крови.
Но тут, к моему удивлению, Син поднялся, выбираясь из-под верхней полки.
Он встал прямо передо мной. Иссиня-черные волосы падали на восторженные багровые глаза.
– Ты о ней позаботишься.
Я моргнул.
Я… позабочусь?
Он беззвучно произнес «не за что», прежде чем похлопать меня по щеке и отойти в сторону.
У меня ушло слишком много времени на то, чтобы справиться со штанами и взобраться на кровать над ней, стараясь не выдавать свой восторг по связи, поскольку, как мне кажется, она думала, что это возмездие.
– Он устроит тебе лучшую скачку в твоей жизни за то, что угрожал твоему гнезду, Светлячок. – Син посмотрел на меня, его голос упал до низкого рычания. – Трахни ее.
Команда завладела мной. Я перевел взгляд с поблескивающего кольца с разными ключами, которое казалось насмешкой, на полудикий, собственнический и очень торжествующий взгляд ее глаз цвета жидкого золота, когда погрузился в ее теплую киску.
Она была сущим раем.
Одной рукой я вцепился в перила кровати, другой – в ее бедро, начав в медленном темпе, желая убедиться, что ей комфортно.
Ее влажный жар обхватывал меня с каждым толчком, затягивая каждый раз все глубже, пока я не уперся до конца. Я не мог оторвать взгляд от ее тяжело вздымающейся груди, трепета светлых ресниц, ее полуприкрытых глаз, когда она смотрела на меня.
Совершенство с головы до ног, на которое я наконец-то – наконец-то – мог заявить права.
– Он достаточно жестко это делает, Светлячок?
Она затаив дыхание покачала головой.
– Ускорься. – Мое тело отреагировало прежде, чем я успел осознать, и я начал входить в нее быстрее. Я стиснул челюсти.
Слишком рано.
Она была слишком горячей, а я воздерживался слишком долго.
К счастью, Син пришел мне на помощь.
– Еще не кончай, Альфа. – Последнее слово прозвучало почти как насмешка, но команда сработала.
– Блядь. – Ругательство сорвалось с губ, когда мое тело чуть не свело судорогой, отчаянно нуждаясь в разрядке, в которой мне было отказано. Впрочем, она была слишком увлечена, чтобы заметить вульгарность.
Мои костяшки побелели от того, как сильно я сжимал перила, вторая рука все еще лежала на ее бедрах, пока я вбивался в нее.
Тихое рычание непроизвольно вырывалось из моей груди, когда удовольствие накатывало на меня волнами. Я был сверху, но не чувствовал, что доминирую над ней. Надо мной полностью доминировали мои омеги.
Думаю, это было самое возбуждающее из того, что я когда-либо испытывал.
Дыхание Кресцент участилось, ключи соскользнули ей на грудь и оказались между ее полных грудей, которые подпрыгивали при каждом толчке.
Ее губы приоткрылись, издавая милые звуки в такт тому, как я трахал ее. Затем ее глаза скосились к переносице, тело невероятно сильно сжалось вокруг меня, когда она кончила.
Я застонал, но не мог даже замедлиться, когда ощущения стали ослепительными.
– Свяжи ее узлом.
Она ахнула, когда я вошел до конца, растягивая ее тугую киску вокруг моего узла. Но я все еще не мог кончить, мои нервные окончания горели.
– Син! – прорычал я.
Мне это было нужно.
– Ты не кончишь, пока она не кончит во второй раз.
Я начал медленно двигаться, давая ей привыкнуть к ощущению того, как она сжимает мой узел. Син потянулся к ней, помогая мне: его пальцы нашли ее клитор и начали быстро кружить по нему.
– Как тебе твой первый узел, Светлячок? – спросил Син.
Ее взгляд метнулся к моему. Я был напряжен, зубы стиснуты, но полностью заворожен.
– Я чувствую себя такой заполненной, – заскулила она.
– Тебе хорошо, детка?
– Да – ах! – Она тихо ахнула, когда я снова толкнулся в нее.
Черт возьми. Гордость расцвела в моей груди, когда до меня дошло. Я заявлял права на свою истинную. Это было похоже на мечту, к которой я не смел прикоснуться слишком долго.
– Жестче, – скомандовал Син.
Я обхватил ее бедра обеими руками, беря ее, как дикий зверь.
Со вскриком она кончила снова, и, наконец, моя разрядка почти ослепила меня, когда я излился в нее. Каждый толчок уносил меня все дальше в блаженство, пока я не опустошился до конца.
Затем я рухнул на нее, чувствуя, как команды Сина разом отпускают меня.
Глава 38
ФАНТОМ
Синдром эхо-гона
Синдром эхо-гона – это состояние, при котором во время фазы восстановления альфы происходит гормональный сбой. По мере завершения гона физиологический «спад» ошибочно провоцирует химический всплеск, который запускает цикл заново, потенциально загоняя альфу в бесконечную петлю. Эта ошибка обратной связи оставляет лишь 12–24 часа ясного сознания между гонами.
Гарантированного лекарства от Синдрома эхо-гона не существует; хотя известно, что создание связи с омегой бывает эффективно, успех не гарантирован, из-за чего иногда стая остается с больным альфой.
После самого горячего траха из моих снов я притянул Кресцент к себе, укутав нас в одеяла ее гнезда и обложив подушками. Она была ошеломлена, вцепившись в меня и свои ключи, а по связи от нее исходили счастье и самодовольство.
Син, который выглядел очень довольным собой, устроился на своей новой кровати.
Карма и Вандл бросали на меня дико ревнивые взгляды, но, к моему удивлению, они оба оставили меня обнимать ее в одиночестве.
Мой узел все еще держал ее, и не похоже было, что он отпустит ее в ближайшее время. Я воспользовался этим, и мы так и устроились.
Спустя какое-то время я посмотрел на нее сверху вниз, мой голос был мягким.
– Ты… расскажешь мне о ключах, Маленькая Омега? – спросил я. – Я правда… хочу знать.
Она взглянула на меня, и в ее глазах промелькнула искорка грусти.
– Я не хочу, чтобы ты нервничала, – добавил я.
– Тогда почему бы тебе не отменить это, – прошептала она.
– Я не могу, Маленькая Омега. – Я взял ее за щеку. – Я слишком напуган.
Ее брови поползли вверх.
– Ты же альфа. Разве тебе вообще положено чего-то бояться?
Я усмехнулся.
– Определенно, когда дело касается моей истинной. Все, чего я хочу, – это вытащить тебя отсюда.
Она нахмурилась, долго обдумывая это. Однако, когда она снова прижалась ко мне, она была уже менее напряженной.
– Я расстроюсь, если буду о них говорить.
Я кивнул, притянув ее ближе и поцеловав в лоб.
– Все в порядке.
Впрочем, она была гораздо менее тревожной после того, как ее хорошенько трахнули и свершили ее «возмездие».
Син был гением.
Спустя некоторое время она снова подняла взгляд.
– Ты ведь помнишь то, что было раньше, да? – спросила она. – Когда ты был снаружи?
– Ага, – не то чтобы мне нравилось об этом вспоминать, конечно.
– Почему ты хочешь выбраться?
– Потому что здесь дерь… ужасно, – сказал я, проглотив ругательство прежде, чем оно сорвалось с языка.
– Но чего ты хочешь, когда выберешься?
– Второго шанса.
– Второго шанса?
– На… всё это. Та жизнь, что была у меня до этого, вообще не была жизнью. – Она началась только тогда, когда меня посадили сюда. И когда, спустившись с верхних уровней Хранилища, я рискнул в «Анархии», и наша стая сформировалась вокруг Сина.
