Текст книги "Своевольная невеста (СИ)"

Автор книги: Ольга Силаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 26 страниц)

– Я не могу себя не винить.

– Пытки – это ужасно, и никто не виноват, что не может их выдержать, – твёрдо сказала я. – Это я знаю наверняка.

– Это ты так думаешь. Ты женщина.

– Уверена, что Кейран тоже так думает.

– А я уверен, что Кейран никогда бы не признался, – с горечью сказал Гиллиан. – Может быть, он и впрямь больше тебя достоин, чем я.

Я шагнула к нему и положила руку на плечо.

– Гиллиан, ты достоин престола, – тихо сказала я. – Целого королевства и огромного дворца с кучей, гм, очень лояльных придворных. Или не очень лояльных, но они все под твоим крылом. Ты отвечаешь за всё это, ты сильный и честный. И ты достоин всего, что у тебя есть. Достоин, – повторила я. – По-настоящему достоин. Иначе Ассамблея ругалась бы куда дольше, прежде чем вручить тебе трон.

Гиллиан невесело улыбнулся.

– Поверь, я ещё наслушаюсь их ругани по самую макушку.

Он повернулся к столу.

– Забавно, – негромко сказал он. – Именно здесь, в кабинете моего отца, хранился обратный эликсир. Я стою здесь и ясно чувствую, что ощущал Родерик, когда пил его.

– Что? – тихо спросила я.

– Себя, – просто сказал Гиллиан. – Он знал себя, знал свои желания, свой характер, свою силу. Он не изменил себе. И никакой эликсир не смог разбить его веру и его мечту.

Грустная улыбка.

– И твою тоже. Ты оказалась такой же сильной, как и твой муж.

– Как и ты, – напомнила я. – Ты отказался от солонского эликсира. Это тоже способ не изменить себе. И достиг трона сам.

Гиллиан хмыкнул.

– С небольшой помощью от Кейрана, – поправилась я. – Очень небольшой.

Мы обменялись заговорщицкими усмешками. А потом повисла неловкая тишина.

Я немного подождала и шагнула назад.

– Мне пора идти, наверное, – нерешительно сказала я. – Всё-таки я замужем, а мы наедине. Не нужно, чтобы пошли слухи.

– Я понимаю. – Гиллиан помедлил. – Просто… трудно с тобой расстаться.

Он вскинул голову и вдруг улыбнулся мне по-настоящему.

– Будь счастлива, – произнёс он. – Кейран очень тебя любит.

«Я его тоже», – ответила я одними глазами.

– И ты будь счастлив, – просто сказала я. – И… пусть всё будет не так плохо, как при Эдарде, ладно?

– Клянусь, – серьёзно сказал Гиллиан.

Я улыбнулась ему на прощание. Юноше, который был первой любовью прежней меня. Молодому королю, с которым мы теперь увидимся наедине очень и очень не скоро.

Наверное, так и должно быть.

Я помешкала ещё несколько секунд, вбирая в себя будущее воспоминание. И, молча присев перед его величеством, вышла.

Глава 38

Я зашла в нашу спальню. И не узнала её.

Кадки с осенними деревьями окружали постель, сбросив несколько золотистых листьев на подушку. Горшки с дикими розами украшали подоконник, и вьющиеся ветви, усыпанные белыми цветами, поднимались чуть ли не до карниза. У окна белел накрытый стол, но блюда, скрытые от глаз, оставались загадкой. Лишь три белоснежные кувшинки плавали в серебристом подносе, накрывающем таинственный ужин.

Словно я оказалась в диковинном саду, который остановился у нас в спальне на пикник. И не скажу, чтобы мне это не нравилось.

– Похоже, в моём саду появилась лесная нимфа, – послышался знакомый голос от входа.

Я обернулась, не сдержав улыбку.

– Вы решили заделаться садоводом?

– Что-то в этом роде. – Кейран кивнул на кадку с серебристым клёном. – Эти деревья и цветы должны были высадить на днях в саду. Я попросил, чтобы эту ночь они провели здесь.

– Отличная идея, – искренне сказала я.

– Думаете?

Кейран подошёл ко мне. В полурасстёгнутой рубашке, с влажными после ванны волосами, мой муж выглядел усталым – и одновременно великолепно мужественным.

Мой муж. Подумать только!

– А фейерверки? – спросила я, не нашедшись, что ещё сказать. – Всё-таки Ассамблея избрала нового монарха, впереди коронация. Разве это не повод?

– Фейерверков не будет, – покачал головой Кейран. – Его величество распорядился потратить эти деньги, чтобы раздать еду по всей столице. Пироги с мясом и яблоками, чай, жареное мясо и сладости, сметанные кексы… думаю, горожане останутся довольны. И гильдия пекарей и мясников тоже – когда дворец оплатит им счёт.

– Как прагматично, – вздохнула я.

– Зато вкусно. – Его руки легли мне на плечи. – Хотя я сказал бы, что существуют гораздо более изысканные… лакомства.

Я почувствовала, что краснею. Это он о моих поцелуях?

– Хм?

Вместо ответа руки Кейрана соскользнули с моих плеч, и он подошёл к таинственному столику. Накрывавший еду поднос с кувшинками незаметно исчез со стола, переместившись на изящный комод рядом с сиреневой орхидеей, а я увидела…

Хрустальная вазочка истекала самым изысканным мороженым, которое я когда-либо видела в жизни. Под волнами взбитых сливок и дерзко-алой вишенкой переливались белые шарики с карамелью, из которых выглядывали грецкие орехи. А на дне таилось тёмное озерцо горького шоколада.

– С кухни принесут любое, какое вы только пожелаете, – серьёзно произнёс Кейран. – Я слышал, главный повар творит чудеса с ломтиками манго.

– Это вы творите чудеса, – прошептала я, не отводя взгляда от мороженого. Я протянула руку, и пальцы Кейрана легли в мои. – Вот это да!

– Вас целую жизнь не баловали мороженым. – Его губы вдруг оказались у самого моего уха. – Я планирую это изменить.

Я сделала глубокий вздох и повернулась к Кейрану.

– Блестящий план, – прошептала я.

В следующий миг вишенка, измазанная взбитыми сливками, оказалась у моих губ. Не думая, я мгновенно обхватила её губами и проглотила, ощутив на кончике языка сахарную пудру.

– А вы? – прошептала я, зачерпнув из вазочки мороженое и сливки двумя пальцами и поднося их к лицу Кейрана. – Попробуете?

– С огромным удовольствием, – в его голосе появилась хрипотца. – Если вы настаиваете.

– Настаиваю.

В следующую секунду губы Кейрана оказались на моих. С мороженым, сливками, вкусом вишни и всем остальным.

Мы целовались исступленно, самозабвенно, стоя в облаке роз и золотистых листьев, посреди рукотворного сада и собственной победы. Целовались, зная, что мы вместе, в безопасности и наконец-то можем быть счастливы.

…Целовались, потому что это было безумно приятно. И теперь я могла насладиться этим занятием по-настоящему.

Но Кейран оторвался от моих губ первым, и моё сердце вдруг подпрыгнуло: глаза его были необычайно серьёзны.

– Тиса, вы знаете, что стали моей женой под давлением, – произнёс он негромко. – Я об этом не забыл.

Ох, да! Ещё под каким давлением! Да он меня обманул, обещав дать месяц на размышление! А ещё королевой сделать обещал и угрожал, что Гиллиана не вылечит! И внаглую пользовался тем, что мои родственницы готовы были сделать мою жизнь невыносимой! Не говоря уже о Камилле, которая… к которой я… совсем не ревновала, а если да, то чуть-чуть! А ещё… ещё…

– Было дело, – только и сказала я. – Некоторая, м-м, нечестность присутствовала.

– И теперь я хочу предложить вам от неё избавиться.

Я моргнула, непонимающе глядя на мужа. Это он ещё о чём?

– Наесться мороженого вволю и простить друг друга? – уточнила я. – Я подумаю.

– Нет. Я о том, чтобы дать вам свободу.

Тут у меня окончательно отвисла челюсть. В этот момент в окно заглянула луна, и выглядела я, должно быть, чрезвычайно нелепо.

Впрочем, и ситуация была ничего себе. Накормить мороженым, украсить цветами спальню, романтически окружить постель осенним лесом – и развестись? Тонкое издевательство, нечего сказать.

– Как-то я не планировала развод на этой неделе, – задумчиво сказала я.

– Я тоже, – согласился Кейран не без иронии. – Более того, я не планировал его никогда. Я подозревал, что меня убьют. Вообще-то я был в этом уверен.

– А-а… – только и вырвалось у меня.

– Я всерьёз думал, что не выживу, поэтому этот вопрос перед нами не встанет. Но мы победили, и пора вернуться к факту, что вы вышли замуж не по своей воле.

– То есть вы всегда хотели подарить мне свободу? – уточнила я. – И наш брак был из разряда: «Вот сейчас свергнем Эдарда, а дальше хоть трава не расти»?

Кейран вздохнул, глядя на меня.

– Вообще-то, да.

От такой челюсти… то есть честности моя челюсть упала на пол окончательно.

– Я хочу остаться с вами, – его голос прозвучал так, что я вздрогнула. – Думаю, для вас не будет секретом, что я вас полюбил. Но не предоставить вам свободу было бы нечестно. Наш брак не консуммирован, что подтвердит любой целитель. Гиллиан аннулирует ваше замужество за пять минут, стоит вам об этом заикнуться. Вы будете богаты, свободны… и сможете выйти замуж за того, кого полюбите сами, без обмана и без давления.

– А если я скажу вам, что уже вас люблю и меня всё устраивает? – осторожно поинтересовалась я. – Всё равно разведётесь со мной во имя справедливости и отберёте всё мороженое? Но хоть деревья в кадках оставите?

Я, конечно, знала, что ответит Кейран. Но сердце пропустило удар всё равно.

А потом губы Кейрана вновь нашли мои, и всё сделалось неважно. Даже мороженое.

Мы очутились на постели так легко и естественно, словно дикие розы отнесли нас туда на крыльях. Расстегнуть моё платье оказалось куда труднее, но рубашка слетела с Кейрана за секунды. В этот раз я не стеснялась ни на миг – просто потому, что я приняла решение.

– Может, это обратный эликсир на меня так повлиял? – прошептала я нависающему надо мной Кейрану. – И теперь я стала полной бесстыдницей и… м-м… крайне развратной герцогиней?

– Какой позор, – покачал головой мой супруг, пока его рука бродила по кромке моего чулка. – Немедленно нужно это проверить.

– И отучить меня от плохих привычек?

– Или сменить их на ещё более худшие.

Я обвила его шею руками, едва осознавая, что мои ноги уже почти обнажены и преград между нами почти не осталось. И крепко, глубоко поцеловала.

Пахло розами, и комната кружилась, словно в шторме. Золотистый лист упал Кейрану на лоб, соскользнул мне на грудь, и мы засмеялись, пока мои пальцы скользили по позвоночнику моего красавца-мужа, а его пальцы…

У меня вырвался невольный стон. Его пальцы прекрасно знали, что делают… и делали это очень, очень хорошо. В голове загорались звёзды, и я уже плохо понимала, где верх, где низ.

– Мне кажется, на нас сейчас рухнет небо, – прошептала я.

– Пусть рушится, – прошептал Кейран в ответ. – Завтра поставим на место.

Я засмеялась, выгибаясь под его ласками, и ахнула, почувствовав, что мы оба окончательно остались без одежды.

Тьма, жаркие объятья, запах роз. Кружащиеся над головой изгибы ветвей, крик птицы за окном, лунный свет на обнажённом бедре.

И мы, законные супруги, светлости и всё остальное. И просто мужчина и женщина, любящие друг друга.

– Люблю, – прошептала я.

И получила в ответ улыбку, которую я запомню на всю жизнь.

*

Поздно ночью я уткнулась Кейрану в плечо, опустошённая, усталая и совершенно счастливая.

– Завтра обязательно сниму сорочку, – шепнула я.

– Лучше я её с вас сниму, – предложил Кейран. – Очень давно представляю себе этот момент.

Я прыснула.

– Интересно, а завтра утром у нас будет время, хм, продолжить?

– Даже и не знаю, ваша светлость, – протянул Кейран. Он весьма вольготно вытянулся на кровати и чуть ли не посвистывал. – Впрочем, если вы будете очень, очень убедительно меня уговаривать…

– Сейчас запущу подушкой в одного самодовольного герцога, – пригрозила я, не открывая глаз. – С меня станется.

Вместо ответа Кейран обнял меня крепче.

– Кажется, я никогда не был таким расслабленным раньше, – прозвучал в темноте его голос. Лунный луч скользнул по тёмным волосам и лицу, подсвечивая отрешённый взгляд. – Отец всегда твердил мне, пока я готовился к военной карьере, что семья и дети – первая помеха перед боем. Что они расслабляют, мешают тебе делать дело…

– Он ошибался, – тихо сказала я.

– Не во всём. Родерик действительно стал заниматься делами государства куда меньше, женившись. Многие обязанности он оставил мне, и я так или иначе подстраховывал его всё это время.

Я хмыкнула.

– А когда женились на мне? Тоже подстраховывали меня всё время?

– Напротив, – серьёзно сказал Кейран. – Даже расслабился немного, пока вы так мило подстраховывали меня.

Я фыркнула. Напился обратного эликсира, обманщик, и притворялся, что он теперь нежная лапочка!

Хотя он и правда стал мягче.

– Я рада, что вы – это вы, – прошептала я, поглаживая его по обнажённой груди. – И что вы открылись мне.

– И самым властным образом не дал вам поесть мороженого, – подтвердил Кейран. – Кстати, на льду ждёт ещё одна порция.

Я порывисто подскочила на кровати. Сна как не бывало.

– Так что же вы раньше молчали!

Десять минут спустя, завернувшись в шёлковые простыни, мы сидели за столом, и Кейран разливал горячий кофе, пока я нежно гладила ледяную вазочку с банановым мороженым. Вместо вишенки наверху залихватски позировал мармеладный кораблик.

– Хочу на море, – произнесла я мечтательно. – Солнце, белый парус и брызги в лицо.

– Обязательно устроим. – Кейран отпил кофе, не отводя взгляда от моего лица. – Кстати, моя прогулочная яхта называется «Герцогиня».

– Воображаю, как была бы рада Камилла, ступи она на борт, – хмыкнула я.

– Ну уж нет, – покачал головой Кейран. – Только молодые и невинные девушки, которых опоили солонским эликсиром и насильно потащили в брачную постель. Другие мне не нужны.

Я смерила его укоризненным взглядом. И рассмеялась.

– Знаете, я ведь теперь помню прежнюю Тису, – произнесла я. – Немного. Может быть, я даже захочу вспомнить больше – потом, когда буду готова. Там… не очень-то весёлые воспоминания, но они мои. – Я помолчала. – У меня были родители, которые обо мне заботились. Когда-нибудь я их вспомню.

Кейран кивнул, молча и внимательно глядя на меня.

– Но самое моё важное воспоминание – это вы, – негромко сказала я. – Когда эта зара… когда королева напоила меня обратным эликсиром, я видела картинки из прошлого и никак не могла из них выпутаться. И тут я увидела вас, обрадовалась, поцеловала… и всё закончилось. Я вернулась и осталась собой.

Кейран поднял бровь.

– Неужели я так вас вдохновляю?

– А то вы не знаете, – проворчала я.

– Знаю. – Кейран протянул руку через стол и осторожно стёр мороженое с моей верхней губы. – И очень вас люблю.

Я просияла. И немедленно потянулась, чтобы его поцеловать.

…В общем, легли мы очень не скоро.

Глава 39

Отъезд пришлось отложить ещё на неделю. В столицу для переговоров въезжали сиенские послы, и, как выразился Кейран, его величество «не мог без него обойтись».

Как по мне, так вполне мог. Достаточно было вставить в разговоре: «Это вам повезло, что вы имеете дело со мной! А ну как позову герцога Дуартского?» – и сиенцы быстренько согласились бы на что угодно.

Впрочем, возможно, я преувеличивала.

Я тоже не скучала: пока Кейран был занят будущими переговорами, я заводила знакомства, приобретая золотой опыт, которого у юной Тисы никогда не было. Леди Лонтре и леди Сторн бывали у меня в покоях каждый день, и я жадно впитывала советы госпожи Форшмит, которой, я твёрдо знала теперь, я могу довериться.

На третий день меня навестила Нора. Сестра твёрдо держалась на ногах и ступала прямо, но её пальцы всё ещё подрагивали, а под глазами запали тёмные круги.

Полчаса мы просто пили чай в тишине, обмениваясь редкими репликами. Пожалуй, ни одна из нас не знала, что сказать другой.

– Ты правда всё вспомнила? – наконец спросила Нора.

– Немного, – отозвалась я. – Думаю, могу вспомнить больше, но не сейчас. – Я улыбнулась. – Сейчас я хочу побыть счастливой.

Нора понимающе кивнула.

– А я хочу побыть богатой, – мечтательно сказала она. – И наконец пожить одной, без Камиллы! Не представляешь, как она со мной обходилась все эти годы!

Я подняла брови.

– Гм. Ты помнишь, как вы обе обходились со мной все эти годы?

Чашка с чаем дрогнула в руке Норы, и она срочно поставила её на столик.

– Ох… да. Извини.

Повисло молчание.

– Я рада, что ты избавилась от… нас, – наконец сказала Нора. – Тебе это пошло на пользу.

Тут я была с ней абсолютно согласна.

– А ты очень нам помогла, Нора, – серьёзно сказала я, глядя ей в глаза. – Ты не раз рисковала жизнью. Если бы не ты, возможно, Валери победила бы.

– Не победила бы. – Нора покачала головой. – Я сейчас уже понимаю, что все бы её возненавидели. Просто не сразу, а через год. Или через пять.

Я поёжилась. Да уж, пять лет под опекой Валери в просторном и удобном каземате! Не жизнь, а мечта! Могли и не дожить, между прочим.

– А почему ты всё-таки помогла нам и так рисковала из-за нас? – негромко спросила я.

Умница Нора долго смотрела на меня. А потом очень серьёзно сказала:

– Деньги. Я поняла, что у Валери зимой снега не допросишься. И даже если бы королева вдруг оказалась щедрой, мама с Камиллой забрали бы всё себе. Сейчас мои деньги только мои.

Н-да. Разумный прагматизм. Тут не поспоришь. К тому же, похоже, мачеха с Камиллой действительно не получат ни гроша. Я не смогла сдержать ухмылку.

– Приезжай к нам через пару лет, – предложила я. – Если захочешь. Думаю, тогда я буду готова… повспоминать детство.

Нора вдруг заговорщики улыбнулась и мгновенно просияла.

– Посмотреть на племянников? С радостью!

– Эй, эй, какие племян… – начала я, но по выражению лица Норы поняла: всё безнадёжно. Её не переубедить.

…И, возможно, насчёт племянников через два года она вполне права.

*

– Так о чём вы будете договариваться с сиенскими послами? – спросила я Кейрана, поглощая воздушный омлет на террасе.

Каждый раз, когда я смотрела на перила и вспоминала, как мой муж перекидывает через них герцога Брайского, на лице непроизвольно возникала улыбка.

– А вы не догадываетесь? – Кейран поднял бровь. – О судьбе Валери, разумеется. Будем пытаться уговорить друг друга отправить её обратно в Сиену.

Я тут же поперхнулась омлетом и отчаянно закашлялась.

Почему-то я думала, что Валери в тюрьме… ну… примерно навсегда. По крайней мере, ни Гиллиан, ни мой муж даже не пытались меня разубедить.

– А с чего бы её туда отправлять? – откашлявшись, наконец выдавила я.

– В том-то и дело. – Кейран поморщился. – Сиенцам она совершенно не нужна: для них она проигравшая, неудачница, и ни малейшего пиетета к ней они не испытывают. Но она остаётся сиенской принцессой, и честь страны требует, чтобы императорский двор сделал всё, чтобы освободить её и её приближённых.

– Н-да, – только и выдавила я.

Кейран отхлебнул кофе и пожал плечами.

– Лицемерие с обеих сторон. Сиенцы будут делать вид, что отчаянно хотят её забрать, но, похоже, у неё там не очень-то много друзей. Впрочем, притворяться они умеют.

– А мы?

– А мы будем делать вид, что отчаянно не хотим её отдавать. Авось что-нибудь и выторгуем.

– Деньги? – деловито спросила я. – Много денег?

Брови Кейрана взлетели выше.

– Надо же, какая у меня корыстная супруга, – заметил он. – Я приятно удивлён.

– Валери и Эдард здорово нас поразоряли, – пожала плечами я. – Будет неплохо, если сиенцы хотя бы частично нам компенсируют таких прекрасных монархов.

Я помолчала, хмурясь.

– Вот только… как же справедливость? Допустим, многие придворные-приспособленцы тоже получили амнистию. Но кто-то отправился в тюрьму! Кто-то вообще погиб, между прочим! А Валери, получается, прямая дорога домой, в прежнюю роскошную жизнь?

– А вы предпочли бы войну? – спокойно сказал Кейран.

Я уронила вилку.

– Есть справедливость, – произнёс Кейран мягче. – Добро и зло, правда и неправда, «должно быть так, а не иначе». А есть прагматичные политики и дипломаты, которые умеют усмирять свои желания и договариваться. Вы хотите получить мирное соглашение с Сиеной и несколько миллионов золотом? Или отрубленную женскую голову, ожесточённую соседнюю страну и наёмных убийц в постель каждую неделю?

Я открыла рот и закрыла его. Хоронить очередную партию сиенских наёмников под яблонями мне не очень хотелось. Да и с лопатой я управлялась плохо. Но…

– Эта история и сиенцам попортила немало крови, – негромко сказал Кейран. – Никто из них не подозревал, что всё зайдёт так далеко. Естественно, если бы Валери победила, всё было бы иначе, но она проиграла.

– Благодаря вам. – Я грустно улыбнулась. – Но где же справедливость?

Кейран помедлил.

– Я не мягкий человек, – произнёс он. – И никогда им не был. Но сейчас… – Он с иронией улыбнулся. – Сейчас я почти верю в снисходительность и милосердие. Мне кажется, вы на меня плохо влияете.

– Скорее уж вы на меня, – проворчала я, польщённая. – Особенно по ночам.

…Тем более что сорочку я всё-таки сняла. Для него.

Глаза Кейрана опасно зажглись.

– А остальные приспешники королевы? – быстро уточнила я, чтобы не терять нить разговора. – Вы говорили, Гиллиан простил почти всех. А Брайского?

– С Брайским будут разбираться отдельно в суде Ассамблеи. Правда, для этого его надо будет выцарапать из его поместья. Но я думаю, что Гиллиан справится. – Кейран коротко усмехнулся. – Когда мы говорили о его дяде, в лице нашего короля было некоторое… злорадство.

Н-да. Брайского стоило пожалеть. Впрочем, сам виноват, раз был соучастником переворота, ареста Гиллиана – и всего, что с Гиллианом после этого случилось.

– Отправить бы Брайского в Сиену вместе с королевой, – пробормотала я. – Без штанов.

– Кстати, отчасти ваша мечта сбудется, – хмыкнул Кейран. – Две ваши родственницы, леди Камилла и Изабелла, проявили желание отправиться в Сиену с Валери, если ту отпустят домой.

Я распахнула рот.

– Что?! Серьёзно?

– О да. Чудовищная глупость, если по мне. Впрочем, ваши родственницы не отличались особым умом, если не считать того единственного случая, когда привезли вас ко мне.

Я почувствовала, что краснею. Да уж, мои родственницы умеют сделать выбор! Впрочем, мачеха с Камиллой наверняка вернутся домой, когда поймут, что ничего, кроме издевательств, от Валери они не дождутся.

Лишь бы нас не решили навестить.

Кейран встал, обошёл стол, и его ладони на миг легли мне на плечи.

– Ждите меня вечером, – прошептал он, наклонившись к моему уху. – Постараюсь выбраться с переговоров пораньше.

– На всю ночь? – уточнила я. – Безо всяких полуночных арестов, мороженого, шпионов, визитов фрейлин и королев, переворотов и кинжалов в спину?

– Насчёт «без мороженого» не обещаю. Но в остальном…

Его нога скользнула вдоль моей под столом, и мы обменялись понимающими взглядами.

…На всю ночь.

*

Её величество уезжала рано утром.

Я знала, что могу просто выспаться и забыть сиенку Валери и её неудавшуюся власть как страшный сон. Эдард уехал в летнюю резиденцию спокойно и просто, в конце концов. История закончилась, Валери потеряла власть, Эдард отрёкся, самые злобные сиенцы сбежали, а остальные выплачивают компенсации Ассамблее, до хрипоты орут на собственные муниципалитеты и ведут себя не хуже и не лучше других аристократов. Я получила любимого мужа, а дела в королевстве пойдут немного лучше и уж точно не беднее. Да, я вполне могла поспать подольше и пропустить отъезд Валери, а заодно и мачехи с сестрой.

Но почему-то мне захотелось прийти.

Позлорадствовать?

Не знаю.

– Ты-то что тут делаешь? – произнёс полный горечи женский голос. – Тоже собралась в Сиену?

Я обернулась.

Чёрная шляпка чудесно оттеняла рыжие волосы Камиллы. Вот только злость, написанная на лице моей сестры, плохо с ней гармонировала.

– Доброе утро, – произнесла я. – Хотя лучше, наверное, сказать «прощай».

Камилла громко фыркнула и направилась к стоящей поодаль веренице экипажей. Не оборачиваясь.

Впрочем, чего я ждала? Что она полезет обниматься на прощание? Звать в гости, чтобы осмотреть сиенские темницы и содержащийся в идеальном порядке эшафот?

К слову, об эшафоте…

Один из экипажей вдруг тронулся с места. И, сделав полукруг по площади, остановился прямо передо мной.

Я невольно отступила. Если это опять мачеха…

Занавеска на окне экипажа приподнялась – и тут же была жёсткой рукой отброшена в сторону. У меня вырвался невольный вскрик.

– Всё ещё боишься? – Валери холодно усмехнулась мне из экипажа. – Правильно делаешь.

Но страха я не испытывала. Лишь призрак страха, воспоминание, тень из прошлого. Я знала, что время Валери прошло и не вернётся.

Но выглядела она всё так же по-королевски.

– Получила, что хотела? – снисходительно произнесла она. – Власть – вот она. Король ест у тебя из рук, муж держит в руках Ассамблею, а Эдард теперь жалкий изгнанник. Пользуйся… пока я не вернусь.

– Не вернёшься, – тихо сказала я.

Валери улыбнулась шире. Чёрные косы змеями обвивали её голову.

– Я не о себе. Ты займёшь моё место, глупая дурочка. Постепенно, шаг за шагом… ты привыкнешь к власти, почувствуешь её вкус и захочешь больше. Но ты глупее меня и неопытнее. Ты даже не успеешь как следует её распробовать.

Я покачала головой.

– Нет, – сказала я. – Просто нет. Я уезжаю домой. И даже там большой власти у нас не будет.

Брови сиенки взлетели.

– Почему?

Я помедлила. На гордую речь меня, кажется, не хватало, а подбирать слова для Валери я не хотела. Достаточно того, что я знаю их для себя.

Поэтому я просто снова покачала головой.

– Не может быть, – категорично заявила Валери. – Так не бывает.

– Иногда так бывает, – тихо сказала я. – Когда понимаешь, что проиграешь, раньше, чем успеешь проиграть.

Валери презрительно улыбнулась.

И, так и не сказав ни слова, откинулась на сиденье. А в следующую секунду экипаж тронулся, оставляя дворец позади. Остальные экипажи в ряду двинулись за ним.

На дороге не осталось ни пылинки: дворцовая площадь содержалась идеально. Но мне почему-то показалось, что дорогу заволокло пылью, в которой исчезли экипажи, уезжая и увозя Валери… куда? В другой мир, другое будущее? Если, конечно, оно у неё было.

Но у нас оно определённо было. Я улыбнулась.

– Проводили? – раздался знакомый иронический голос Кейрана за спиной. – Удостоверились, что все тираны и злодейки благополучно уехали?

Безошибочно я протянула руку назад и встретила пальцы своего мужа.

И обернулась.

– Да, – произнесла я, улыбаясь. – Кроме одного, самого любимого и единственного.

Белоснежный экипаж резко остановился у самых ступеней. Хлопок дверцей, и оттуда выскочил…

Герцог Брайский собственной персоной. Кажется, он куда-то опаздывал.

– С дороги! – фыркнул он на зазевавшегося лакея. – У меня аудиенция с его величеством!

– Могу проводить вас, если пожелаете, – подал голос Кейран. – Тут прекрасно можно срезать через перила. Помните, у вас уже один раз был опыт, ваша светлость?

Брайский шарахнулся от него как от чумного и бросился по лестнице вверх.

Мы с Кейраном посмотрели ему вслед, и у нас одновременно вырвались смешки.

– Здорово же он напряжён перед встречей с его величеством, – задумчиво сказала я.

– Это потому, – произнёс Кейран мне в волосы, – что он не женат на вас. Вы оказываете удивительный успокаивающий эффект на всех герцогов этого королевства, ваша светлость.

Я широко улыбнулась.

– Целиком и полностью с вами согласна, ваша светлость.

Кейран обнял меня, и я закрыла глаза.

Время было ехать домой.