Текст книги "Своевольная невеста (СИ)"

Автор книги: Ольга Силаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 26 страниц)

Вышвырнуть отсюда моих дорогих родственниц. Увы, похоже, никак.

Что ж, придётся подождать.

– Пусть никто не тревожит меня до утра, кроме приставленной ко мне леди Изабеллы, – мгновенно произнесла я. – Камиллу никто не приглашал остаться. Пусть уходит.

Леди Изабелла, усмехнувшись, покачала головой.

– Нет, дорогая Тиса. Я отвечаю за твоё поведение перед её величеством, и я желаю, чтобы твоя сестра помогала мне. Так что тебе придётся смириться с тем, что Камилла будет опекать тебя вместе со мной.

И контролировать каждый мой шаг.

– Допустим, – произнесла я сквозь зубы. – Но если Камилла попробует здесь распоряжаться или гулять по комнатам, я желаю, чтобы охрана выбросила её вон.

– Что?! – закричала Камилла.

– Леди Изабелла, – невозмутимо произнесла я, – может устроиться в соседней спальне.

– Я отдам приказания, – поклонилась мадам Форшмит. – Прошу прощения за беспокойство, ваша светлость. До утра вас не потревожат.

Я кивнула. Камилла смерила меня ненавидящим взглядом.

– Кстати, – окликнула я домоправительницу, – это правда было распоряжение герцога? То, что вы появились здесь так быстро и привели герцогиню Лонтре?

Мадам Форшмит едва заметно, так быстро, что я могла бы поклясться, что мне это показалось, улыбнулась. И, вновь надев чопорную маску, поманила Камиллу и мачеху за собой.

– Идёмте, леди, – сухо сообщила она. – Надеюсь, вы дадите её светлости спокойно выспаться. И так скандалов было достаточно.

Камилла с унылым видом поплелась за ней, но мачеха не двинулась с места.

– Я останусь, – сухо бросила леди Изабелла. – Мне нужно сказать пару слов моей падчерице.

Я вздохнула. Потрясающее завершение дня, нечего сказать. Беседа с любимой мачехой.

Но чёрт с ними, с мачехой и с моими дорогими родственницами. Я-то хотя бы на свободе, а вот Кейран…

Что с ним будет?

– Так-так-так, – голос леди Изабеллы вырвал меня из раздумий, едва за Камиллой и домоправительницей закрылась дверь. – Думаю, я решила, что мы будем делать завтра. Пожалуй, прогулка в саду – это то, что тебе нужно, Тиса. Вдали от дворца ты не сможешь никому надерзить.

И уж точно не попаду на заседание Ассамблеи, где будет решаться судьба трона.

– Мне не очень-то хочется гулять… – начала я.

И обречённо вспомнила, что леди Изабелла прекрасно это знает. Её величество велела мачехе приглядывать за мной. И зал Ассамблеи – последнее место, где меня хотят видеть завтра.

Леди Изабелла торжествующе улыбнулась.

– Уверена, мы прекрасно проведём время. Главное, чтобы её величество осталась нами довольна.

Не сомневаюсь. Меня так и подмывало сказать, куда её величество может засунуть своё недовольство, но меньше всего мне хотелось продолжать этот разговор.

Тем временем быстро и неслышно вошли две служанки и сноровисто начали перестилать мою постель. Я невольно поморщилась, увидев, как они торжественно уносят простыню с пятном крови. Наконец девушки исчезли, и я кивнула на дверь.

– Увидимся с вами завтра, леди Изабелла. Мне нужно побыть одной.

Мачеха покачала головой.

– Сначала я хочу увидеть, как ты ложишься спать. И учти, дверь между нашими комнатами будет приоткрыта. Не желаю никаких сюрпризов.

Умная женщина. Но как я тогда прочитаю письмо? Когда свет погаснет, включить лампу снова будет нельзя, иначе мачеха тут же это увидит. А провести часы без сна, ожидая, когда заснёт леди Изабелла и можно будет зажечь свет, я не смогу: и так глаза уже слипаются.

С другой стороны, если я прочитаю письмо Кейрана сейчас, чем мне это поможет? Из спальни этой ночью меня не выпустят в любом случае.

Я вежливо улыбнулась.

– Конечно, леди Изабелла. Именно этим я сейчас и займусь. Лягу спать.

Когда я положила голову на подушку, выключила лампу и дверь за мачехой наконец закрылась, я окончательно выдохнула с облегчением. Хватит с меня визитёров.

Вот только я осталась одна. Совсем одна. Хорошо ещё, горничной Агаты рядом больше нет, но утешение это слабое.

Впрочем, я забыла, что отнюдь не беспомощна.

Я сжала под одеялом замшевый чехол, врученный мне мужем.

Письмо Кейрана. Его совет. Его… тайный план, может быть?

Сейчас я не знаю ничего. А вот следующим утром, когда рассветёт и в спальне, кроме меня, никого не будет…

Я мысленно улыбнулась сама себе. И наконец провалилась в сон.

Глава 21

Меня разбудили женские голоса над головой.

– …Мама, думаешь, она его выпьет?

– У меня выпьет, – раздался ледяной шёпот леди Изабеллы. – А не выпьет, силой волью.

Я застыла, не открывая глаз до конца. Рассвет уже наступил: утреннее небо серело за стенами спальни, но до полудня ещё явно было далеко. И, кажется, я до него могла не дожить, судя по переговаривающимся над постелью женщинам.

– Если ты хочешь, чтобы она до вечера спала, влей его ей в рот сейчас! – громко прошептала Камилла. – Так надёжнее будет и королева не придерётся!

– Королева придерётся к чему угодно, – чуть слышно отозвалась леди Изабелла после паузы. – Мне нужно подумать. Отойдём, пока она и впрямь не проснулась.

Ага, то есть мачеха куда осторожнее сестрёнки. Я продолжала лежать с полузакрытыми глазами, стараясь не шевелиться и не менять ритм дыхания. Похоже, меня хотят усыпить, чтобы я проспала до вечера и не испортила королеве планы на день. Интересно, если я вдруг «проснусь», попробуют ли меня усыпить силой? Хороший вопрос.

Я лихорадочно соображала. Мне нужно выбраться отсюда и прочитать письмо Кейрана. Времени совсем немного. И что мне делать?

Мгновенная мысль осенила меня. Да проще простого!

Быстро, под одеялом, я открыла замшевый футляр, лежащий теперь рядом с моим бедром, и на ощупь достала оттуда записку. Ещё мгновение, и записка удобно лежала в вырезе сорочки среди слоёв плотных кружев.

А потом я резко выпростала руку из-под одеяла и что есть сил зазвонила в колокольчик для прислуги.

Изабелла и Камилла охнули одновременно.

– Что ты делаешь!

– Тиса, не смей!

Но в коридоре уже послышались быстрые шаги, переходящие на бег, и секунду спустя в дверь постучали.

– Нельзя! – завопила Камилла, пока мачеха метнулась ко мне, но я вскинула руку, останавливая леди Изабеллу.

– Заходите, – раздался величественный голос герцогини Дуартской. Страшно подумать, неужели это сказала я?

На пороге появилась раскрасневшаяся Аннабель. За ней, опустив глаза, скромно стояли ещё две девушки. Хм, неужели мадам Форшмит расстаралась, чтобы мои горничные были наготове?

– Я желаю знать последние новости, – произнесла я. – Король Эдард всё ещё жив? И есть ли вести о моём муже?

Девушки нерешительно переглянулись.

– Король… жив, – с запинкой произнесла Аннабель. – Иначе бы знал весь дворец. Никаких других новостей не было, ваша светлость. Простите.

– Тогда убирайтесь! – резко бросила леди Изабелла. – Не мешайте нашему разговору!

Горничные попятились. Ну нет! У меня тут хитроумный план разворачивается, между прочим!

Я остановила девушек жестом руки.

– Я желаю принять ванну прямо сейчас, – величественно произнесла я. – Аннабель, останешься со мной и поможешь мне убрать волосы наверх, чтобы не намочить их в ванной. И проветрите спальню как следует, здесь ужасно душно!

Я бросила выразительный взгляд на своих родственниц.

– Конечно, ваша светлость, – присела Аннабель.

– Ванну? – процедила сквозь зубы Камилла, глядя на мачеху.

– Окно в ванной совсем маленькое, – негромко, но так, чтобы я слышала, ответила леди Изабелла. – Не сбежит. Но на всякий случай…

Она размашистым, не очень-то подходящим для леди шагом подошла к моему гардеробу.

– Платья ты в ванную брать не будешь, моя дорогая, – холодно произнесла она. – Наряды дорогие, и я не позволю тебе их замочить, а потом ещё появиться в таком виде при дворе.

Ну да, ну да, оставьте меня в одной сорочке. Я сдержала гнев. Ладно, это меня не остановит. Тем более что пока всё шло по плану.

– Хорошо, – мирно согласилась я. – Я отправлюсь купаться в сорочке и сниму её там. Но вы останетесь здесь и не будете мне мешать. Вряд ли мне захочется, чтобы вы тёрли мне спинку.

Леди Изабелла поморщилась.

– Я не собираюсь становиться твоей тюремщицей.

– Надо же, – парировала я. – А вот Агата с вами не согласилась бы. Кстати, где она?

Теперь поморщилась уже Камилла.

– Агату пришлось отправить обратно домой, – произнесла мачеха холодно. – Твой обожаемый супруг настоял. В противном случае он обещал, – на её щеках появились пятна, – настоять на судебном расследовании против нас. Словно мы действительно плохо с тобой обращались всё это время! Как будто мы тебя мучили!

Она метнула на меня гневный взгляд.

– Ну что вы, – невинно сказала я. – Я жила среди вас, наслаждаясь каждым днём, словно в сладкой карамельной сказке. Один принц Гиллиан всё портил. Ужас, правда?

Аннабель низко присела.

– Ванну уже наполняют, ваша светлость. Разрешите помочь вам с причёской?

Я кивнула, мимоходом заметив, что мачеха сноровисто убрала бархатный халат, который я сбросила перед тем, как лечь спать. Кажется, в ванную меня всерьёз вознамерились отправить полуголой. Ну-ну.

Посмотрим, кто будет купаться последним.

Ванная комната была великолепна.

Две мраморные ступеньки вели к огромной круглой чаше, усыпанной розовыми лепестками. Горели яркие лирские лампы, несмотря на то, что в окошко уже заглядывали лучи солнца, и золотые блики играли на воде.

Отдельного внимания заслуживала тяжёлая дубовая дверь, защищённая от сырости. И со здоровенными щеколдами – одной внутри, другой снаружи.

– Отличная защита от строптивых жён, – прокомментировала Камилла, подвигав наружную щеколду туда-сюда. – Запер, и пусть себе моется без подштанников, благо далеко всё равно не сбежит.

Камилла кивнула на маленькое окошко, защищённое толстым стеклом. Да уж, чтобы вылезти отсюда, надо очень-очень постараться.

– Будьте добры, оставьте меня одну, – проронила я.

Камилла фыркнула.

– Да с радостью! Мама?

– Сначала поправим кое-что. – Леди Изабелла уверенной походкой подошла к двери. – Думаю, это тебе не понадобится, Тиса.

Щёлкнули пазы, и леди Изабелла быстро и умело сняла с двери внутреннюю щеколду. Так, чтобы я не смогла запереться от дорогих родственниц.

– Забыла? – усмехнулась она, глядя на меня. – Когда твой отец уезжал, я ставила на твою дверь щеколду, чтобы ты не бродила по дому и не мешала девочкам. И снимала щеколду снова, когда возвращался твой отец, чтобы он ничего не знал. Тебе, конечно, он не верил: мало ли что может наплести ребёнок?

Она смотрела на меня в упор. И жёстко, нехорошо улыбалась.

Страшно подумать, что ещё происходило с маленькой Тисой раньше. И как же хорошо, что я – это я.

– Спасибо вам за эту историю, леди Изабелла, – очень мягко произнесла герцогиня Дуартская, то есть я. – Я её запомню.

И шагнула в ванную.

– Камилла, запирай, – послышался ледяной голос леди Изабеллы за моей спиной. – И идём пить чай. Отсюда она не выберется.

– Не выберешься, – подтвердила Камилла со злорадной улыбкой. – Хорошо тебе вымыться, сестрёнка. Вот будет хорошо, если твоему муженьку отрубят голову, пока ты тут нежишься!

Ещё раз злорадно улыбнувшись, она потянула дверь на себя.

«Не выберешься», – отозвалось у меня в ушах.

Тяжело хлопнувшая дверь и стук щеколды подтвердили эти слова.

Я пожала плечами, придвинула ближайший табурет к двери и села на него. Так, теперь мне точно никто не помешает. Я запустила руку в кружева сорочки, зашуршала ткань, и я нетерпеливо развернула записку.

При виде почерка Кейрана у меня на сердце вдруг потеплело, словно плеча коснулась знакомая рука. Но я подавила невольную улыбку и сосредоточилась. Что же пишет мой предусмотрительный супруг?

«Моя дорогая леди Тиса,

Если вы это читаете, значит, планы её величества сработали быстрее, чем мои. Печально, но не фатально. Дышите глубоко и будьте безупречны, как всегда. Мне понадобится ваша помощь.

Во-первых, забудьте о сомнениях: что бы ни случилось, виновата королева Валери и её сиенцы. Только она могла послать сиенских наёмников за вами в моё поместье, и только сиенцы могут стоять за другими покушениями. Эдарду это не нужно: мальчишка слишком верит в свою королевскую мощь и своё право казнить и миловать. Холли и ему подобные – мелкая сошка. Что до Брайского, он не стал бы рисковать жизнью своего драгоценного Гиллиана».

– Похоже на то, – пробормотала я сквозь зубы.

Значит, виновата во всём королева. Или она вконец обнаглела и решила, что удержится у трона без поддержки венценосного супруга, или же Эдард сделал что-то, после чего королева решила, что с ножом в спине он будет смотреться куда безопаснее.

Ладно, время покажет. Вот только времени-то у меня почти и нет, поэтому нужно спешить. Так что там дальше?

«Гиллиан. Вам нужен именно он, Тиса. Если меня уже забрали, арестовали и хотят казнить, мальчишка – наш единственный шанс.

Мои вчерашние усилия принесли свои плоды, и неплохие. Вы можете ими воспользоваться. Вы даже не представляете, сколько членов Ассамблеи на моей стороне.

Читайте внимательно. Вам нужно сделать вот что…»

Я нахмурилась, вчитываясь в указания, набросанные небрежным, но уверенным почерком.

Ничего себе. Ничего себе! Кейран это серьёзно?

Впрочем, это всё равно не имеет значения, пока я заперта в ванной. Сначала нужно отсюда выбраться, а потом уже думать о том, как найти Гиллиана и сделать то, что советует герцог.

Осталось прочесть совсем немного.

«На обороте этого письма вы найдёте карту тайных ходов, которые могут понадобиться вам, если вы пожелаете попасть в зал заседаний Ассамблеи или, к примеру, навестить меня в темнице. Как видите, не только шпионы королевы могут следить за нами, но и наоборот».

Я невольно улыбнулась.

«Поспешите».

Ни подписи, ни нежных слов. Хм. Узнаю старого солдата. Впрочем, внизу я увидела быструю приписку:

«Разговор о вашей ночной сорочке мы продолжим позднее».

Я не выдержала и фыркнула. Всё-таки брачная ночь у нас получилась что надо. Интересно, Кейран писал эту записку после неё, пока я дремала, или до?

Впрочем, неважно. У меня появился план, и его нужно осуществить. А времени до полуденного заседания Ассамблеи, между прочим, больше не становится!

Я обвела взглядом ванную, горестно вздохнув при виде розовых лепестков на бликующей золотом воде. Полежать бы часик, выпить какао, закусить печеньем с корицей, которое обязательно принесли бы горничные…

В другой раз.

Я встала. Пора готовить сцену преступления.

Дубовый табурет я оставила у двери, чтобы дверь нельзя было распахнуть с первой попытки. Второй табурет стоял рядом, но я решительно пододвинула его к окну, постаравшись произвести побольше скрежета.

Я набрала воздуха в лёгкие. Ну что ж, начнём!

– Мой принц! – завопила я в пустоту. – Наконец-то! Я так вас ждала!

С той стороны двери, ведущей из спальни в ванную, послышались смутные женские возгласы. Ага, услышали!

Я вскарабкалась на табурет, повернула шпингалеты и открыла крошечные створки окна. Хм, вылезти отсюда, пожалуй, можно, но долго и непросто.

Но мне этого и не требуется. Я оторвала кусок от подола сорочки и набросила его на торчащий под окном крючок для полотенца, словно сорочка зацепилась за него.

Голоса за дверью определённо стали громче. Я тихо спрыгнула с табурета и отступила к двери.

– Гиллиан, дорогой, подождите! – заголосила я. – Уже вылезаю!

С той стороны ударили в дверь. Табурет со скрипом сдвинулся, но ненамного.

– Тиса, дрянь такая, открывай немедленно!

– А ну, открой! – раздался яростный вопль Камиллы. – Эта стерва табуретом дверь подпёрла!

Ага, ага, вот прямо сейчас возьму и открою. Я подавила смешок.

– Как хорошо, что вы привезли платье, мой принц! – воскликнула я ещё громче. – Держите его, подождите, сейчас, ещё немного!

Всё. Теперь я метнулась к двери, за которой бились мачеха и Камилла, и замерла за ней, прижавшись к стене. Наступил, момент истины.

– Тиса, открывай!! Аннабель, позови кого-нибудь!

Ответа Аннабель я не расслышала, но мачеху он явно не устроил.

– Уволю, дура! Камилла, нажми! Мы должны выломать дверь прямо сейчас!

Ещё один удар в дверь. Два тела ударились об неё одновременно.

Я прижалась к стене ещё плотнее. В следующую секунду дверь распахнулась.

Изабелла и Камилла влетели в ванную, обогнули ванну и бросились к окну. Я наблюдала за ними, скрытая распахнутой дверью.

– Сбежала! – выдохнула Камилла.

Картина преступления выглядела весьма ясно: распахнутое окно, табурет под ним, оторванный в спешке кусок сорочки…

Меня Изабелла и Камилла не видели. Но вот-вот они повернутся и…

У меня оставались секунды. Я молнией выскочила из-за двери и потянула её на себя.

Мачеха и Камилла обернулись одновременно, но я уже захлопывала дверь. Быстрее, быстрее, быстрее…

– Стой!!

Наружная щеколда вошла в пазы чётко и точно. Я услышала, как два тяжёлых тела врезались в дверь, но слишком поздно – и бесполезно.

Я уже неслась к гардеробу.

– Пока пусть посидят там, – бросила я стоящей с разинутым ртом Аннабель. – А сейчас, пожалуйста, помоги мне одеться.

Указания Кейрана гудели в голове. Ассамблея, где мой супруг готовился выступить. Где мой муж, как я понимала сейчас, собрал достаточно сторонников, чтобы в том числе не дать королеве захватить временное регентство.

…Нет, королева Валери серьёзно устроила покушение на Эдарда? Она совсем с ума сошла?

Додумывала я эту мысль, уже поворачиваясь перед зеркалом. Аннабель поспешно закалывала мне волосы на макушке.

Из ванной доносились сдавленные вопли.

– В саду ваших родственниц никто не услышит, ваша светлость, – пробормотала Аннабель, смущаясь. – Там охрана герцога, и она порой бывает… глуховата. И дворцовая стража, хм…

Что, леди Изабелла и дворцовой страже успела насолить? Или гвардейцам не понравилось, что моя мачеха – ставленница королевы, по чьей воле несправедливо упекли за решётку Кейрана, их любимого героя? Ладно, потом уточню.

Я в последний раз глянула на себя в зеркало. Раскрасневшаяся, взволнованная и сияющая девушка подмигнула мне. Кажется, кое-кто отправляется на поиски опасных приключений.

А ведь если я сейчас появлюсь у покоев Гиллиана, меня вполне могут ждать неприятные сюрпризы. Я задумалась на мгновение. Да, лучше сделать иначе.

Я прошла к бюро и быстро написала две строчки.

– Вот, – произнесла я, протягивая записку Аннабель. – Ты говорила, что его светлость принимает на службу только тех, кому он может доверять. Значит, я могу доверять тебе.

– Конечно, леди Тиса. – Аннабель выглядела бледной и решительной. – Я ваша целиком и полностью.

– Тогда отнеси это принцу Гиллиану в его покои, и пусть он встретит меня в указанном месте как можно скорее. – Я помедлила, решая, сколько я могу ей рассказать. – Вместе мы должны спасти герцога. Справишься?

На лице Аннабель проступила улыбка.

– Я уже успела пофлиртовать с камердинером принца. Ваша светлость, не беспокойтесь, всё будет сделано!

– Отлично. А моих родственниц освободишь… как-нибудь потом. – Я покосилась на дверь ванной, откуда слышались ругань и звон разбитого стекла. Неужели пытаются вылезти через окно? Ну-ну. – Мне пора.

Я накинула на голову кружевную шаль и, напоследок кивнув Аннабель, выскользнула из покоев, направляясь к ближайшему тайному ходу. Подожду Гиллиана в укромном месте: здесь оставаться слишком опасно.

Сердце колотилось, но отступать я была не намерена. Если идти до конца, то с намерением побеждать. Мне нужно вызволить мужа, чтобы он уже спас тут хоть кого-нибудь! Например, меня.

Интересно, что Гиллиан скажет по этому поводу?

Глава 22

Я стояла в нише между двумя потемневшими от времени портретами и ждала. Вот-вот настенные часы в зале напротив пробьют десять…

– Тиса!

Гиллиан, раскрасневшийся, с сияющими глазами, быстрым шагом шёл ко мне. Едва он оказался напротив меня, он мгновенно взял мои ладони в свои.

– Ты позвала меня, – произнёс он почти благоговейно. – Я не мог и надеяться. Тиса, один взгляд на тебя…

Я осторожно высвободила руки и приложила палец к его губам.

– У нас проблемы, – прошептала я. – Ты слышал об аресте Кейрана?

Гиллиан нахмурился.

– До меня донеслись слухи, но в коридорах уже говорят об опровержении этих слухов, – медленно сказал он. – Хочешь сказать, его всё-таки арестовали?

Ага. То есть наша родная и любимая королева постаралась запутать придворных, а заодно и всех возможных союзников Кейрана. А я тут в ванной нежусь.

– Эдард был при смерти этой ночью, – произнёс Гиллиан тихо. – Сейчас он вне опасности, но он до сих пор не приходит в себя. Меня к нему не пускают, и мне страшно за него. Никому бы не признался в этом, – его щёки чуть порозовели, – только тебе.

– Спасибо, – тихо сказала я.

– Но если в покушении обвиняют твоего мужа… – Гиллиан нахмурился ещё сильнее. – Тиса, как ты можешь быть уверена, что это не он?

Вообще-то… никак. Кто ж его знает, этого моего мужа! Эдарда свергнуть хотел? Хотел. Меня сделать королевой хотел? Ещё как! Два плюс два равно четырём.

Вот только Кейран в тюрьме, а я отнюдь не королева. И всё, что у меня есть, – план на листе бумаги.

– Значит, так, – твёрдо произнесла я. – Я ни в чём не уверена, кроме того, что хочу знать правду и не желаю, чтобы невинные люди пострадали. Виновна Валери. Она отправила за нами сиенских наёмников, и она устроила нападение на Эдарда.

– Тиса, это не доказательство…

– Хочешь узнать правду? – перебила я.

Гиллиан смотрел на меня, хмурясь. В его взгляде читались недовольство и неверие: как, его маленькая Тиса решительно тянет его за собой? Отдаёт ему приказы?

– Да, я хотел бы узнать, кто попытался убить моего брата, – терпеливо произнёс Гиллиан, с явным усилием вернув лицу прежнее мягкое выражение. – Но как? Тиса, это невозможно, у тебя есть лишь предпо…

Я прервала Гиллиана, протянув ему руку.

– Если хочешь знать узнать имя, – произнесла я, глядя ему в глаза, – и если хочешь найти виновного, то пойдём со мной.

К чести Гиллиана, он не медлил ни секунды. Его пальцы тут же сомкнулись вокруг моих.

– Веди, – просто сказал он.

Я улыбнулась ему с облегчением.

И, отступив, поманила его за собой в подземный ход.

*

Мы тихо, почти бесшумно, спускались по лестнице. Лирские лампы горели вверху и внизу, но совсем небольшие, антикварные, тусклые. Тем не менее ступени выглядели вычищенными и явно использовались по назначению.

– Тиса, – внезапно позвал Гиллиан.

Я обернулась.

– Это ведь неправда? – произнёс он. – Ты не провела ночь с Кейраном. Ваш брак вроде бы и подтверждён, но это какой-то трюк, верно? Это не на самом деле?

Я закусила губу, глядя ему в глаза. Лампа, нависающая над пролётом, освещала лицо принца, но моё оставалось в полутьме.

– Даже если это и так, – произнесла я наконец, – я сделала свой выбор, Гиллиан. Я замужем, и мой муж сейчас находится под арестом и в опасности. Я не собираюсь его предавать.

– Ты не любишь его, – с нажимом произнёс Гиллиан. – Ты любишь меня, Тиса. Ты любила меня. И если ты сделаешь вид, что прежней жизни не было, если ты оттолкнёшь меня и отдашь себя ему, потом ты горько пожалеешь об этом, но будет поздно.

Ну вот, снова началось. Я вздохнула.

– Давай сначала спустимся и посмотрим, что там творится, а потом уже будем обсуждать сердечные привязанности. Сейчас не до… выяснения отношений.

«Сейчас не до тебя», – чуть не сорвалось с языка. Но, судя по лицу Гиллиана, он прекрасно услышал непроизнесённую фразу.

– Хорошо, – произнёс он формально и отстранённо. – Как пожелаете, леди Тиса.

А вот пожелаю!

Указания Кейрана роились в голове. Я должна была оставаться союзницей Гиллиана, но не опускаться с ним до флирта. Да-да, легче лёгкого! Попробовал бы он сам оставаться союзником Гиллиана и не опускаться, гм, до…

Ладно. Не до шуточек сейчас.

– Нам пора… – начала я.

И тут снизу послышался крик.

Короткий, совсем короткий, не было даже слов, просто короткий крик боли. Я понятия не имела, что происходило там, внизу.

Но я узнала этот голос.

– Кейран, – прошептала я.

Гиллиан резко подался вперёд, ко мне.

– Твой муж… это был он?

Не отвечая ему, я бросилась вниз.

Один лестничный пролёт, потом другой, третий… Проклятье, что же это за лестница такая длинная! А мой брак такой невозможно короткий, недолгий, почти призрачный…

Я понятия не имела, что за человек мой муж. Я видела образ героя войны, генерала армии, защитника своей страны, аристократа и землевладельца, управляющего огромным богатством лирских шахт. Видела, как он укрыл меня от убийц и спас собственного соперника. Ощутила на собственной шкуре его гнуснейший и коварнейший обман, когда Кейран обещал мне месяц на раздумья, а сам потащил меня подписывать брачный договор немедленно.

Но именно он устроил фальшивую «брачную ночь» вместе со мной. Он предложил мне стать его союзницей, он поцеловал меня… и явно хотел очутиться со мной в постели, но не стал меня торопить. И пообещал, что у него не будет любовниц.

Я не была уверена, что испытываю к нему чувства. Но… но кажется, мне хотелось бы узнать его глубже. Узнать о нём больше.

Более того, я ощущала, что Кейран тоже хочет узнать меня лучше – меня, какая я есть. И что быть его женой – это, возможно, не такая уж и плохая участь. Особенно если вспомнить, что у него есть чувство юмора.

«Омлеты особенно прыгучи в это время года».

И вот сейчас я только что слышала его крик.

Я припустила со всех ног, сама не зная, что буду делать, когда добегу. Пойму позже, когда увижу, что происходит.

Крик не повторился. Зато, когда я добежала до крошечной площадки и замерла, дыша как можно тише и поджидая Гиллиана, слева послышался высокомерный женский голос, растягивающий слова.

Королева Валери.

Я приставным шагом двинулась по узкому проходу, ведущему налево. Карта, оставленная Кейраном, гласила, что секретный проход ведёт вдоль допросных – и именно там в эту секунду, похоже, и находился мой супруг.

– Итак, ты по-прежнему отказываешься отвечать мне, – промолвила королева неспешно.

– Отказываюсь, – произнёс спокойный голос моего мужа.

Я не обратила никакого внимания на Гиллиана, тихо и незаметно вставшего плечом к плечу со мной в узком проходе. Я напряжённо слушала.

– Как глупо, Кейран, – поцокала языком Валери. – Ты же понимаешь, что я прикажу повторить то, что только что случилось? А потом повторю ещё и ещё раз?

– Повторите, ваше величество, – раздался подобострастный женский голос, и я с изумлением узнала Камиллу. – Иначе он не признается!

У меня упала челюсть. Камилла, ты же замуж за него хотела!

– Молчать, – ледяным голосом Валери можно было замораживать молоко. – С тобой, дура, мы разберёмся позднее.

– Почему же дура? – Кейран говорил с трудом, но отчётливо и насмешливо. – Ваша новая фрейлина дала моей жене сбежать. Это или очень глупое поведение, или очень умное и расчётливое. Вы точно ставите на первое, ваше величество?

Стало быть, Камилла, упустив меня, тут же метнулась в покои королевы, и мою сестрёнку препроводили сюда. М-да. И Камилла требует, чтобы герцога продолжали пытать, хотя он ей, между прочим, родственник! Да что родственник, она за него замуж хотела! Моя отвергнутая сестрица оказалась хуже стаи голодных волков.

В следующую секунду Гиллиан сжал моё плечо. Я удивлённо повернулась к нему и, проследив за его взглядом, увидела узкую щель в стене. Щель! В которую можно взять и посмотреть! Ура!

Поблагодарив Гиллиана судорожным кивком, я немедленно приникла к щели, затаив дыхание.

И чуть не вскрикнула, увидев своего мужа.

Кейран сидел, прикованный к железному стулу, ввинченному в пол. С нижней губы текла тонкая струйка крови, но в остальном мой супруг выглядел вполне неплохо, даже одежда не была разорвана. Вот только левая рука лежала на подлокотнике как-то странно.

Я вгляделась внимательнее и похолодела: два ногтя были сломаны, и на пальцах виднелись следы игл. Вот, значит, что делала с герцогом королева, чтобы получить ответы!

Мне сделалось нехорошо.

Гиллиан тем временем прижался к соседней щели. Лирская лампа больше не освещала его и меня, до нас доставали лишь остатки света из редких щелей, но мне показалось, что лицо Гиллиана тоже побледнело.

– Право же, – спокойно произнёс мой муж, – я думаю, вам должно быть понятно, ваше величество, что ответов вы не получите. Я прекрасно знаю, что произошло этой ночью. Разве я слепой?

– Будешь, если продолжишь в том же духе, – процедила Валери. – Я отозвала палача; я могу и призвать его обратно.

Раскрасневшаяся от ярости, она расширенными глазами смотрела на беспомощного человека в кресле, и ноздри у неё раздувались, как у зверя, почуявшего кровь. Сейчас сиенский акцент в её голосе был особенно сильным. Камилла пряталась за юбками королевы, как нашкодивший ребёнок.

– Безусловно, – согласился Кейран. – Но вряд ли вам захочется сообщать палачу, что этой ночью к вам прибежал Эдард, радостный и довольный, потрясая флакончиком обратного эликсира. А потом сказал… хм, дайте угадаю… что сможет с помощью этого флакончика превратить в запуганного и покорного раба кого угодно. Даже вас.

У Гиллиана вырвался резкий вздох. Я толкнула его локтем в бок. К счастью, его никто не услышал.

– Тебя, – прошипела Валери, – там не было.

– Не было, но я прекрасно научился угадывать настроения Эдарда и его намерения. – Кейран пожал плечами. – Глупый мальчишка всегда был хвастуном. Когда он отбирал у меня эликсир, угрожая моей жене, я предупредил его, что этот флакончик не принесёт ему ничего хорошего. Так и вышло.

Лицо Гиллиана затвердело в лучиках лирской лампы. Я не видела его глаз, но губы были плотно сжаты. Таким я его ещё не видела.

– Король Эдард ещё жив, – прошуршала Камилла. Она явно была в шоке от происходящего: она смотрела на Кейрана так, словно перед ней разговаривал призрак в саване.

– После двух точных ран в спину? Ещё бы, – пожал плечами Кейран. – Редкая знатная сиенка не изучала анатомию, а нашу добрую королеву, должно быть, учили лучшие учителя. Не говоря уже о том, что лезвие наверняка было отравлено.

Он вскинул очень холодный взгляд на королеву Валери.

– Кстати, сколько ещё проживёт Эдард, ваше величество? Так, ради интереса.

Лицо Валери исказила ярость. Она взмахнула рукой, точно собираясь позвать палача, но опустила её, явно вспомнив, что палач будет ещё одним свидетелем разговора. Усмешка на лице Кейрана стала явственнее.

– Конечно, я не могу ничего доказать, – задумчиво сказал он. – Но факт один: Эдард силой вырвал у меня флакон обратного эликсира, а теперь Эдард лежит при смерти. Я знаю, что я его не убивал. Стало быть, его трофей, его заветный флакон эликсира, попал к вам. – Он поднял бровь, глядя на королеву. – И что же вы будете с ним делать?

– Сначала, – процедила королева Валери, – ты расскажешь мне, где можно взять солонский эликсир и обратный к нему!

Несколько секунд мой муж, такой расслабленный и невозмутимый, словно разговор вёлся в его собственной столовой, раздумчиво разглядывал Валери.