Текст книги "Невинная вдова для императора (СИ)"

Автор книги: Ольга Росса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Эпилог

Прошло 3 месяца

Кэйтлин

Я стояла у зеркала, разглядывая своё отражение, и не верила в то, что этот день пришёл. Время пролетело быстро.

Шумиха вокруг императорского отбора долго не утихала. Бенедикт даже провёл пресс-конференцию, чтобы лично рассказать историю о том, как мы встретились впервые, однако истинную правду он, конечно, утаил. Легенда получилась романтичной и немного грустной, но со счастливым финалом.

Расследование дела заговорщиков шло почти месяц, потом столько же длился суд. Подсудимых оказалось почти сотня – пока рассмотрели дело каждого, выявили степень причастности к преступлению, время и прошло.

Барона ди Ледра тоже судили и отправили в ссылку, конфисковав всё имущество в пользу государства. Этот хитрец пытался на допросе выторговать у Бенедикта к себе снисхождение. Дуглас грозился рассказать на суде о том, как на самом деле познакомился император с будущей супругой. Бенедикт вызвал мага-менталиста, и барону стёрли память о том событии пятилетней давности. Теперь ди Ледр не сможет шантажировать нас.

Дольше всех шли слушания по делу главаря заговора и его приближённых. Им оказался герцог Мейсон ди Гарнер, бывший однокурсник Бенедикта. В то время, когда они заканчивали учёбу в академии, юный красавчик-принц имел неосторожность отбить у Мейсона невесту, и обиженный герцог поклялся отомстить императору. Месть он вынашивал долго, собирая вокруг себя единомышленников из числа тех, кто был недоволен правлением Бенедикта Третьего.

У заговорщиков имелось два плана по устранению императора. Первый – покушение, причём не только на Бенедикта, но и на Эдварда, как на наследника. Следующим в очереди к престолу стоял дядя Бенедикта, безвольный и управляемый человек; заговорщикам было бы несложно подчинить его своим интересам, чтобы влиять на политику государства. Мейсон же рассчитывал получить пост главного советника императора.

Второй – женить правителя на нужной невесте, кем являлась Данита ди Келлей, потом по-тихому устранить Бенедикта. Мейсон грезил перспективой встать у руля огромной страны, быть эдаким кардиналом Ришелье.

Когда Шарлотта поведала любовнику, что Данита выиграет отбор, герцог не стал рисковать, зная, насколько хитрым может быть Бенедикт. Он решил разработать запасной план – устранить императора и его наследника Эдварда ди Бофорта на балу, если что-то пойдёт не так, и обмолвился, что лично будет присутствовать на маскараде.

Обо всём этом узнали шпионы Бенедикта, перехватив разговор по магическому зеркалу между Шарлоттой и её любовником, но отследить, кто же этот таинственный главарь, не удалось. Он был слишком осторожен. Тогда Бенедикт и Эдвард решили спровоцировать заговорщиков на нападение прямо на балу. Мейсон ди Гарнер всё же был тщеславным человеком, слишком самоуверенным, и лично прибыл на маскарад, чтобы насладиться триумфом.

Я ещё раз оглядела свой наряд. Тёмно-фиолетовое корсетное платье с золотой вышивкой – цвета династии Кросрейл – и глубоким декольте, которое выгодно подчёркивало грудь. Мантия из того же материала тянулась вниз от плеч и заканчивалась шлейфом. Волосы следовало просто расчесать, сооружать причёску по церемониалу не положено. Я перед свадьбой так не волновалась, как сейчас.

Месяц назад, когда преступников наказали по полной, состоялась наша с Бенедиктом свадьба. Торжество получилось грандиозным, но без излишней роскоши. Столица гуляла почти неделю. После свадьбы мы всей семьёй отдыхали две недели на море, как раз в бархатный сезон.

По возвращении все начали готовиться к церемонии коронации. Да, сегодня я стану настоящей императрицей, полноправной соправительницей своего мужа.

– Леди Кэйтлин, экипаж ждёт вас, – в гардеробную вошла моя помощница Алета. Уговаривать секретаря работать на меня во дворце не пришлось. Она тут же согласилась, обрадовавшись повышению.

– Да, погоди минутку, я скоро, – откликнулась я и сделала глубокий вдох. Алета поняла, что мне нужно побыть одной ещё немного, и вышла.

Брачное агентство я отписала две недели назад в качестве свадебного подарка Итану и Белле. Всё же друг увидел в девушке ту самую, которая была готова подарить ему искреннюю любовь. Тем более фотограф хорошо заработал на императорском отборе и смог позволить себе наконец-то жениться. Белла чуть в обморок не упала, когда на свадьбе я передала им папку с документами на бизнес. Знаю, у них обязательно всё получится.

Джуди, конечно, переехала жить к нам во дворец. Поначалу сопротивлялась, но всё же она не могла оставить двойняшек без своего присмотра и согласилась на переезд. Правда, загородный дом я не стала продавать. Пусть он останется нашим уютным семейным гнёздышком, когда захочется сбежать на денёк-другой от дворцовой суеты.

– Ты готова, любимая? – нежные руки обвили мою талию, и в отражении зеркала появился Бенедикт. Я так задумалась, что не заметила его появления. – Рэй и Никки уже ждут тебя.

– Готова вроде бы, – я положила голову на плечо любимого.

– Волнуешься? Я тоже, – улыбнулся он и поцеловал меня в шею. – Всё пройдёт хорошо.

– Ты читал мой законопроект, который я скоро представлю в парламенте? – я прикусила губу, ожидая конструктивной критики.

– Да. Очень прогрессивно, моя императрица, – честно ответил муж. – Верхняя палата точно не примет его, ты же уравняла женщин в избирательных правах. Благородные лорды будут возмущены такой дерзостью.

– И что ты предлагаешь? – с досадой поджала я губы.

– Лучше давить на них потихоньку, а не вываливать все твои иномирные идеи разом, – усмехнулся Бенедикт.

– Действовать медленно, но верно, – сделала я соответствующие выводы.

– Да. Пункт за пунктом, и, глядишь, через пять лет в нижней палате появятся первые женщины-представители.

– Ты прав, я порой хочу всего и сразу, – я повернулась к любимому и прильнула к нему, вдыхая такой родной аромат лаванды.

– Кстати, завтра в правительстве министр призрения представит доработанный проект по реформированию домов престарелых.

– Он учёл все мои замечания? – строго посмотрела на мужа.

– Сказал, что учёл. Завтра сама увидишь. Приглашаю тебя на слушание, – нежные пальцы коснулись моих волос, поправляя пряди. – А теперь нам пора. Народ ждёт тебя.

– Хорошо, поехали, мой император, – и я потянулась к любимым губам.

Как же хорошо, когда больше нечего скрывать от Бенедикта. За неделю до свадьбы я призналась любимому, что моя душа из другого мира и что на самом деле мне тридцать пять лет. На что Бенедикт усмехнулся и сказал: «Хорошо хоть не сорок, а то была бы старше меня».

В храм мы поехали на белом четырёхместном ландо, запряжённом тройкой лошадей. Торжественная процессия – незыблемая традиция Артаинской империи. Нарядные Никки и Рэй веселились всю дорогу, приветственно махая подданным. Дети быстро освоились в новом статусе. После свадьбы Бенедикт объявил сына своим наследником, правда в верхней палате парламента ему пришлось доказывать, что Рэйнард и Николь его кровиночки. Перстень блодеров ему в этом помог.

Я смотрела на толпы людей, которые вышли чествовать свою будущую императрицу. Полицейские следили за порядком. Конечно, любовь и уважение народа мне ещё предстоит заслужить, но сегодня они просто радовались тому, что у страны есть правящая чета.

Бенедикт одной рукой обнимал меня за талию, сидя рядом в экипаже, а другой махал подданным. И я следовала его примеру – мило улыбаясь, приветствовала жителей империи.

В храм простой люд, конечно, не пустили. Внутри величественного здания меня ждали лорды из парламента, члены правительства и прочие особо приближённые к императорскому двору. Все пришли засвидетельствовать мою коронацию.

– Не волнуйся, мы рядом, – ласково прошептал муж, сжав мою ладонь. Путь до алтаря я должна пройти сама, поэтому отпустила руку Бенедикта.

Заиграла торжественная музыка, и я шагнула навстречу судьбе. Аромат цветов смешался с запахом свечей, наполняя храм тяжёлым воздухом. Лорды не сводили с меня глаз, словно ждали какой-нибудь оплошности с моей стороны. Перед алтарём меня встретил жрец-архимаг в ритуальном облачении.

В висках бился пульс, во рту пересохло. Жрец прочитал молитву, восхваляя весь пантеон богов, которых чтил народ империи. Я преклонила перед архимагом колено, взяла в руки край его передника, расшитого золотом, и произнесла благодарственную молитву богам. Потом, встав на ноги, повернулась к подданным и дала клятву служить государству верой и правдой.

Жрец вручил мне скипетр, а следом надел на голову золотую корону.

– Слава императрице! – хором закричали лорды.

– Слава моей жене, – Бенедикт встал рядом со мной и, взяв под руку, повёл к выходу. Дети шли впереди нас, неся цветы.

Процессия до дворца так же тянулась через центральные улицы, народ выкрикивал поздравления. Сегодня вся столица будет гудеть допоздна.

Затем последовал торжественный ужин. Гостей пригласили так много, что еле хватило места в огромном зале. К концу трапезы я сильно устала, даже голова закружилась. Корону пришлось снять и отдать её хранителю сокровищницы.

– Кэйтлин, с тобой всё в порядке? – муж накрыл мою ладонь, словно почувствовал моё состояние.

– Устала очень, – я улыбнулась, посмотрев на любимого.

– Мы можем уйти, – Бенедикт помог мне подняться. – Пора детей укладывать спать.

Под торжественные возгласы: «Слава императору! Слава императрице!» мы покинули зал.

В покоях нас встретили камердинер и горничная, но Бенедикт отправил их отдыхать.

Я подошла к комоду, чтобы снять с себя украшения, но не смогла дотянуться до застёжки ожерелья.

– Помочь? – вкрадчивый шёпот коснулся шеи.

– Будь так любезен, раз отпустил мою горничную, – вздохнула я, млея от близости любимого.

– С превеликим удовольствием, – ловкие пальцы справились со сложным замком, и тяжёлое украшение соскользнуло вниз, но Бенедикт поймал его и уложил в бархатную коробочку.

– Всё же непросто быть венценосной леди, – я почувствовала, как плечам стало легче – мантия упала к ногам. Муж отстегнул её от платья. – Тяжёлый наряд. Хорошо, что подобную одежду я буду редко носить.

– Да, быть правителем – нелёгкая судьба, – тёплые ладони легли на мои обнажённые плечи. – Это большая ответственность, есть риск быть свергнутым или отравленным. Власть – подобна сладкому яду, который разрушает душу.

– Ты правишь страной уже десять лет, и твоя душа чиста от этого яда.

– У меня был лучший учитель – мой отец. Он всегда твердил мне, что в первую очередь император должен думать о стране, а потом о себе, – в голосе любимого прозвучали горькие нотки. – И только когда я встретил тебя, понял, что можно найти баланс между долгом перед империей и личной жизнью. Ты прекрасная жена, заботливая мать, и я уверен, будешь очень деятельной императрицей. Народ полюбит тебя. А я всегда готов подставить своё плечо и поддержать твои начинания.

Меня так растрогали его слова, что глаза вдруг защипало от непрошеной влаги.

– Спасибо, – я обернулась, и меня вдруг повело в сторону, но Бенедикт успел подхватить.

– Кэтти, с тобой всё в порядке? – нахмурился любимый, вглядываясь в моё лицо. – Ты побледнела. Может, вызвать целителя?

– Толку от них? Они умеют только работать с помощью своей магии, – слабо улыбнулась я, прикидывая в уме, когда у меня была в последний раз менструация. – Бен…

– Что? – напрягся любимый.

– Дай руку.

Муж сжал мою ладонь, ничего не понимая.

– А теперь поделись со мной немного магией, – прошептала я, улыбаясь.

– Хорошо, – Бенедикт тут же принялся понемногу вливать в мою руку магические потоки.

Я сразу почувствовала, как силы стали возвращаться ко мне. Моя догадка оказалась верна, и я прильнула к плечу мужа. Он сразу же обнял меня.

– Кажется, наш отдых на море не прошел бесследно, – прошептала я, намекая любимому на очевидное.

– Кэтти, хватит говорить загадками, – беспокойство прозвучало в его голосе. – Что с тобой?

– Нужно записаться на приём к Эвелин ди Зейнер. Она вела мою прошлую беременность, – я подняла голову и посмотрела на мужа, ожидая его реакции.

– Она целительница? Кэтти, во дворце самые лучшие целители империи, они тебе помогут… – Бенедикт осёкся, в его глазах наконец-то просияла догадка. – Хочешь сказать, что… – он не договорил и шумно выдохнул.

– Да, любимый. Мы снова станем родителями.

– Кэтти! – муж стиснул меня в объятиях. – Спасибо тебе, родная.

Бенедикт вдруг опустился на колени, обняв меня за бёдра, и принялся целовать моё платье в области живота

– Тебе нельзя носить корсеты, – встрепенулся он.

– Бен, это единственное моё платье с корсетом, – засмеялась я. – И вряд ли я его ещё раз надену. Корсеты давно вышли из моды.

– Тогда снимай его скорее, это навредит ребёнку… а вдруг у нас снова двойняшки будут…

– Бенедикт, остановись, прошу, – я запустила пальцы в его шевелюру. – Пора подумать о детях, которые ждут нас, чтобы мы уложили их спать.

– Да, конечно, – муж подскочил на ноги. – Никки и Рэй заждались уже. Скорее снимай это ужасное платье, тебе его противопоказано носить.

Он развернул меня к себе спиной и принялся за шнуровку корсета. Чую, ждут меня удивительные восемь месяцев, полные гиперопеки и любви. Хотя… я не против.

Что ещё нужно для счастья? Заботливый любимый муж и здоровые дети. А целая империя – это так, небольшой бонус от богов…

Конец