Текст книги "Невинная вдова для императора (СИ)"

Автор книги: Ольга Росса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 42. Третий тур

Бенедикт

Боги, я был зол и счастлив одновременно! Я отец! У меня двое детей! А их мать – женщина, которую я безумно люблю и которая посмела скрывать от меня важную часть моей жизни.

Да, я поступил скверно, воспользовавшись слабостью Кэйтлин, но хотелось лично услышать от неё признание. Знаю, насколько упряма графиня, она добровольно ни за что бы не рассказала, раз столько времени скрывала от меня детей.

Увидев слёзы моей ночной фиалки, я растерялся. Вся злость тут же пропала. Быстро натянул брюки, призвал магию и открыл портал. Я редко пользуюсь подобным заклинанием, так как на это уходит прорва сил, но сейчас не время думать о своём даре. Подхватил плачущую Кэтти на руки и шагнул в образовавшуюся пространственную прореху.

Оказавшись в своей спальне, я уложил любимую на кровать и принялся покрывать её лицо поцелуями, слизывая солёные слёзы.

– Прости меня, прости, только не плачь, – шептал я, нежно касаясь губами её щёк. – Ты тоже меня пойми, Кэтти, я был взвинчен, узнав, что ты скрываешь от меня.

– Это ты меня прости, – она всхлипнула, успокаиваясь, и обняла меня за шею, прижимаясь щекой к моей щеке. – Я хотела простой счастливой жизни. Ты женился, вся страна ждала новости о будущем наследнике. А потом эта трагедия во дворце, смерть императрицы… тебе тогда точно было не до меня и детей.

– Всё решила за меня, значит, – сжал я челюсти от досады. – А ведь я думал о тебе, ты снилась мне ночами.

– Откуда мне было знать. Я ведь стала дорогим подарком на одну ночь, куртизанкой, которая продала свою девственность тебе, – отчаяние сквозило в её голосе.

– Ты права, так и было. Я даже пытался подсчитать, скольких мужчин ты ещё ублажала после меня, – я горько усмехнулся. – И только недавно выяснил, что у ди Ледра ты не работала, – кроме той ночи, что провела со мной. А вчера мой безопасник доложил, что охранники не смогли зафиксировать отпечаток твоей ауры при проходе через магическую арку. И я заподозрил, что не всё о тебе знаю. Прости меня, если обидел.

Я легонько поцеловал её в губы. Эхо нашего безумия на обеденном столе ещё отдавалось эйфорией в теле, смешиваясь с раздирающими меня эмоциями. Как я сам выдержал эту сладострастную пытку, не знаю, измучил Кэтти и себя вдобавок, но такого фееричного оргазма я в жизни не испытывал.

– Я люблю тебя, моя ночная фиалка, и теперь точно никуда не отпущу, – горячо прошептал ей. – Моя страсть, моё безумие, моя любовь, мать моих детей, которых я объявлю наследниками.

– Что?! Как это? – Кэтти словно очнулась от наваждения, уперев кулачки в мою грудь. – Мы так не договаривались! Они же бастарды, и вообще у них фамилия ди Меррит и титул графский.

– Это сейчас они бастарды, но после нашей свадьбы я признаю их своими наследниками, – удовлетворённо улыбнулся я, смотря как увеличиваются глаза у моей фиалки.

– Что? Свадьбы?! Вообще-то, Ваше Величество, у вас сейчас проходит отбор невест, три претендентки ждут не дождутся финального тура.

– И что? Бывали случаи, когда на балу ни одна невеста не опознала венценосного жениха под маской морока. Жених в этом случае имел право не объявлять победительницу и оставаться холостым ещё долгое время.

– Зачем тогда вообще придумали этот бал-маскарад? – нахмурила она брови.

– Мне думается, для того, чтобы у императора была возможность отказаться от женитьбы, если его не устраивала ни одна невеста, и в то же время никого не обидеть, – приоткрыл я древнюю тайну сего действа. – Честно, практически невозможно кого-то отыскать среди толпы под магической личиной.

– Как же тогда невесты находили женихов раньше? Ведь кто-то из твоих предков женился таким образом.

– Маленькая хитрость: если император уже сделал свой выбор, то он давал знак для своей избранницы, договорившись с ней, что прикрепит к сюртуку, например, бутоньерку из ночных фиалок. Как тебе идея? – недвусмысленно намекал я.

– Правда? Так просто? – рассмеялась она. Ух, окончательно успокоилась.

– Да, так просто, – облегчённо выдохнул я.

– Ладно, с невестами разобрались. Но меня никто замуж не звал, фамильного обручального кольца не дарил, – напустила она на себя мнимую обидчивость, накручивая локон моих волос на палец.

– Да? А кто-то не ответил на моё пылкое признание в любви, – вставил я свою шпильку, внимательно смотря в омут голубых глаз.

Щёки Кэйтлин тут же вспыхнули румянцем, а ресницы смущённо опустились. Графиня томно вздохнула, веки распахнулись.

– Мне кажется, я полюбила тебя с той самой первой ночи, – без улыбки произнесла она. – Рэй и Никки – желанные дети от единственного мужчины в моей жизни. И я счастлива, что они есть у меня, а теперь и у тебя…

У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди. Я припал к желанным губам, нежно сминая их. Руки сами потянулись к алому платью, которое уже осточертело и жутко мешало.

– Не отпущу тебя до утра, даже не проси, – прошептал я под натужный треск ткани.

Мы долго ещё не спали, обнимая друг друга. Я просил Кэтти рассказать мне о детях. Она с упоением говорила о них, в её голосе сквозили неподдельные любовь и нежность.

– Мне уже не терпится увидеть моих непосед, познакомиться с ними, – вздохнул я, прижавшись сильнее к любимой, – но пока нельзя. Придётся ждать, когда арестуют заговорщиков.

– Понимаю. Зато у меня будет время подготовить их к встрече с тобой и придумать объяснение. Они ведь считают умершего Честера своим отцом, – Кэтти досадно поджала губы. – Не представляю, как они отреагируют на такую новость.

– Всё будет хорошо, милая, не переживай, – чмокнул я её в макушку. – Главное сейчас – вывести заговорщиков на чистую воду. Что ты думаешь о том, чтобы сократить отбор на один тур? На третьем этапе завтра могут вылететь либо баронесса ди Маквел, либо графиня ди Белур, останутся две невесты. К маскараду может дойти одна Данита – так нельзя.

– Если кто-то не пройдёт испытание с визитом в приют, можно в начале маскарада дать девушкам слово, пусть расскажут о своих планах по служению империи, – она сразу оживилась, как только речь зашла о работе. – Таким образом совместим четвёртый и пятый туры. Успеют твои люди вывести заговорщиков на чистую воду?

– Думаю, как раз на балу их и вычислят, – решил я приоткрыть завесу тайны.

– Прямо на балу? – удивилась она.

– Не переживай, всё под контролем, – ласково прошептал я, касаясь губами её уха и чувствуя, что снова хочу свою ночную фиалку.

Уснули мы под утро утомлённые, но безумно довольные и счастливые. Меня разбудил стук в двери.

– Ваше Величество, через сорок минут завтрак подадут, – раздался голос моего камердинера из коридора. – Вы проснулись? Я могу войти и помочь вам собраться?

– Что?! – тихо пропищала Кэтти, подскочив на кровати. – Который час? Боги! Мы проспали!

– Джером, я только проснулся! – крикнул я камердинеру. – Не входи пока, – и, улыбаясь, посмотрел на Кэтти. – Придётся тебе тайным ходом в свою комнату возвращаться.

– Как? Я заблужусь, – выпучила она глаза, прикрывая руками обнажённую грудь. – И я осталась без платья.

Я встал и через минуту закутал любимую в свой шёлковый халат и сам облачился в такой же предмет гардероба.

Открыл в стене проход и повёл свою тайную любовь по узким тёмным коридорам. Только магический светлячок, который я создал, освещал нам путь. Спальня Кэтти находилась в том же крыле, что и мои покои, поэтому добрались мы быстро.

Дверь вывела нас в ванную.

– Вот видишь, сразу в душ можно отправиться, – вкрадчиво прошептал я, заглядывая в пустое помещение. – Увидимся за завтраком.

Я обнял Кэтти, накрыв её нежные губы томным поцелуем.

– Всё, Бенедикт, хватит, а то опоздаем, – вырвалась она из моих рук. – Уходи!

Она права, пора возвращаться в свои покои, пока Джером не заподозрил неладное.

В столовую я вошёл, когда уже все собрались и ждали только моего появления, даже Кэтти пришла раньше меня. Я нахмурился, заметив, что она заняла стул за столом невест, намеренно игнорируя мой давнишний приказ о том, что место свахи рядом со мной. Ладно, её можно понять после того, что между нами произошло.

Невесты сегодня вели себя тихо и практически не разговаривали. Наверное, на них повлияло то, что Белинда чуть жизни не лишилась на свидании со мной. Вряд ли это проделки родственников Даниты – кто угодно мог подстроить магическую ловушку, чтобы избавиться от соперницы. К тому же графине ди Гейл уже подкидывали в тарелку иллюзорного таракана. Скорее всего, кто-то просто свёл с ней личные счёты. Чувствую себя словно в серпентарии. Переживаю только за мою ночную фиалку, которая оказалась в их компании.

Когда завтрак подошёл к завершению, я решил сделать объявление.

– Дорогие дамы, скоро начнётся третий тур отбора. Сегодня он будет проходить вне стен дворца, – взгляд устремил к девушкам, что так внимательно на меня смотрели. – Прошу вас одеться скромно, но достойно, соответственно вашему статусу. Через час жду вас в холле центрального входа.

Ровно в назначенное время я спустился к ним. Вся делегация была в сборе: Кэйтлин, три невесты, министры призрения и финансов, три целителя. Девушки вняли моей просьбе и надели строгие платья без лишних украшений и широкополые шляпы, но без огромных цветов или перьев, как модно сейчас носить. Умницы, всё же остались самые смышлённые претендентки. И, если бы не встреча с Кэтти, я бы точно выбрал одну из них.

– Леди, благодарю, что прислушались к моему совету, – натянул я улыбку. Девушки склонили головы, сделав книксен. – Задание будет непростым, но, надеюсь, вы справитесь. Прошу, нас ждут автомобили.

На улице лакеи помогли дамам сесть в машины. Я же еле успел поймать Кэтти за локоть, дав понять, что её место рядом со мной. Подвёл её к маг-авто. Слуга распахнул перед ней дверь, и леди села в салон.

Стоило кортежу выехать за ворота, как за нами следом пустились машины репортёров, которых заранее предупредили, что тур будет проходить не во дворце. Мы ехали в сторону самого бедного района, где располагался Центр помощи попавшим в трудную жизненную ситуацию, но народ по старой привычке называет его приютом для бездомных.

После того как миссис ди Бофорт показала мне, в каком ужасном состоянии находятся некоторые дома призрения, я стал серьёзнее относиться к социальной защите городской бедноты и сирот. Раз в полгода лично объезжал все заведения в Нербурге без предварительного уведомления о визите. Вот и сейчас мы ехали в приют, не оповестив начальство.

Кэйтлин сидела рядом, смотря в окно. Хотелось обнять её и прижать к себе, но с нами были водитель и охранник. Я не хотел рисковать, привлекая их внимание к нашим отношениям.

Когда маг-авто остановилось возле двухэтажного здания, я лично помог графине выйти из салона. Хоть за ладонь её подержал. Но леди поскорее освободилась из моей руки.

Невесты тоже вышли из машины и удивлённо смотрели на заведение. Правильно говорила Кэтти, что они будут ждать поездки в сиротский приют – любимое место для визита из предыдущих отборов, там леди проще проявить заботу о детях.

Графиня ди Белур первая достала шёлковые перчатки и натянула их на свои изящные ручки. Потом блондинка-ирбис достала из сумки ароматизированный духами платочек. Я ожидал подобные манипуляции от аристократок. Вот только в приюте было всегда чисто и никаких неприятных запахов там не витало.

– Дорогие дамы, милости прошу в Центр помощи попавшим в трудную жизненную ситуацию, – я широко улыбнулся и направился к дверям, где нас уже встречало руководство приюта. Посмотрим, как претендентки справятся с этим заданием.

Глава 43. Приют

Кэйтлин

Его Величество встретили седовласый директор Юэн Дрей и его милая жена Наина, пухленькая, небольшого роста женщина. Они приветливо улыбались и ни капли не испугались высокопоставленных гостей. Я и сама бывала в этом приюте, привозила подарки к праздникам вместе с дамами из салона леди ди Ортис, и знаю, что внутри дома всегда чистота и порядок. Живущие тут выполняют свои обязанности и подчиняются требованиям, общим для всех, таким, как запрет на употребление алкогольных напитков и тишина после одиннадцати вечера.

Приют находился на государственном обеспечении и частично на хозрасчёте. Здесь работали различные мастерские, где обучали ремеслу некоторых подопечных, чтобы потом те смогли найти себе работу и новое жильё. Не позже чем через год постояльцы отсюда уезжали, полные надежд и новых планов на жизнь. Пожилых распределяли в дом престарелых, детей в интернаты, чтобы те получили образование.

Люди императора выгружали из багажников маг-авто коробки с нужными подарками, внося их через вход со двора. Видно, что делают они это не в первый раз и знают, куда нести груз.

Бенедикт первым делом решил проинспектировать приют, ведь прибыл он сюда не только ради самого отбора, но и в качестве главного ревизора. В сопровождении директора и его жены он прошёл сначала на кухню, где повара готовили обед. Невесты следовали за ним, опасливо оглядываясь и морща носы, и не понимали, что им предстоит делать. Да, здесь не дворцовые хоромы, но вполне прилично, косметический ремонт делают исправно каждое лето, а капитальный – раз в пять лет.

Работники разом выпрямились и поклонились Его Величеству, но тут же продолжили свою работу как ни в чём не бывало. Пахло на кухне вкусно, но было немного душно от клубящегося пара и работающих печей. Просторное помещение делилось на цеха, где работали жители самого приюта.

– Что у вас сегодня на обед? – император втянул носом воздух, принюхиваясь к ароматам.

– Куриный суп с лапшой, на второе пюре с мясным гуляшом, на десерт пирог со свежей клубникой, – Наина указала на двух девушек-подростков, которые раскатывали тесто для лапши. И добавила полушёпотом: – Новенькие – сёстры Лала и Мия. Убежали из дома от пропойцы-отца, вдовца, который по пьяни хотел их продать в дом утех. Теперь вот у нас живут, ждут, когда суд лишит горе-папашу родительских прав. К осени их переведут в пансион Святой Лусии, где они будут учиться. Хотя я надеюсь, что он одумается и пройдёт специальный курс в городской лечебнице, чтобы избавиться от зависимости. Всё же девочки любят отца и переживают за него.

– Бедняжки, – невольно вырвалось у меня.

– И не говорите, леди ди Меррит. Такого они натерпелись с тех пор, как мать умерла, – вздохнула Наина.

– У вас тут, как всегда, чистота и порядок, мистер Дрей, – Бенедикт удовлетворённо разглядывал кухню, стоя на пороге.

– Ваше Величество, надевайте халат, бахилы и шапочку! Не позволю тут шастать кому ни попадя, – пробасила главная повариха, дородная дама в белом халате и колпаке, из-под которого выглядывали рыжие волосы. Затем она повернулась к уборщице, нёсшей корзину с мусором. – Олия, выдай Его Величеству всё необходимое.

– Наша Дария тут всех в ежовых рукавицах держит, – улыбнулся директор, нисколько не робея из-за того, что простолюдинка так строго обращалась с императором, видимо, дело привычное.

– Всё правильно, – кивнул Бенедикт, прекрасно понимая, что здесь не место, куда можно спокойно зайти с улицы. – Пожалуй, я сегодня ограничусь только визуальным осмотром. Как видите, я приехал не один.

Я улыбнулась – император уважает местные порядки, установленные Дарией. Говорят, в её роду были гномы. Женщина осталась в приюте шеф-поваром, когда сама сюда попала, лишившись дома за долги, которые наделал её муж, играя в карты. Они оба теперь живут тут. Её супруг работает садовником и практически не выходит за пределы приюта, боясь, что опять попадёт под влияние тяги к азартным играм. Их дети ходят в городскую школу и уже привыкли к новому дому.

– На обед останетесь, Ваше Величество? – улыбалась довольная повариха. – Могу что-нибудь для вас особенное приготовить, например, отбивную из телятины. Утром Ганс привёз с рынка свежую.

– Да. Мы останемся на обед, Дария. Спасибо, но мне подайте то же, что и остальным. Знаю, вы готовите божественно. И даже куриный суп с лапшой у вас выходит восхитительно, – Бенедикт искренне похвалил женщину, отчего та зарделась румянцем.

– Воля ваша, – она учтиво склонила голову.

– Думаю, пора посмотреть сад, – предложил директор приюта.

– Вы правы, пора подышать свежим воздухом, – согласился император, выходя из царства Дарии. И я мысленно согласилась с Бенедиктом, так как сама уже чувствовала, что на кухне слишком жарко.

Невесты с облегчением поспешили прочь из душного помещения, чуть ли не натыкаясь друг на друга.

Жители приюта разбили большой сад, точнее он делился на оранжерею и огород, где они выращивали фрукты и овощи для себя. Излишки продавали на рынке, а цветы отвозили в цветочные магазины. Вырученные деньги уходили в основном на зарплату тем, кто работал в саду.

– Как тут чудесно! – воскликнула леди Данита, вдыхая полной грудью свежий воздух, наполненный ароматами цветов. Остальные невесты тоже стали наперебой хвалить сад, чересчур наигранно восхищаясь его красотой.

На некоторых участках трудились жители приюта, пропалывая грядки. Заметив делегацию, они выпрямили спины и покорно склонили головы перед императором, приветствуя его.

– Соглашусь, сад хорош, – улыбнулся Бенедикт, идя по дорожке к небольшому фонтану с чашей в виде цветка. – Вижу, построили фонтан, как и хотели.

– Да, Ваше Величество. Использовали только средства приюта, – затараторил директор. – Так с ним теперь удобно полив организовывать. Меньше усилий затрачиваем. И люди с удовольствием работают в саду.

Прогулявшись в тени плодовых деревьев, довольный Бенедикт свернул к небольшим домикам-флигелям, где раполагались мастерские. В одном женщины шили одежду для воспитанников детских приютов, в другом мужчины изготавливали обувь, в третьем находилась гончарная мастерская, в четвёртом – столярная.

Я с интересом общалась с жильцами приюта, которые осваивали новую для себя профессию. Некоторые мастера-педагоги жили здесь на постоянной основе или приходили в качестве наёмных работников, получая зарплату.

В который раз я восхищалась тем, как государство заботилось о своих подданных, попавших в трудную ситуацию. Знаю, подобные приюты появились совсем недавно, лет пять назад, заменив собой ночлежки, где просто предлагали обездоленным бесплатную еду, минимальные медицинские услуги и койку на ночь, не решая тем самым проблемы городской бедноты, а только приучая их к иждивенчеству.

Я бросила украдкой взгляд на Бенедикта. Он беседовал с одним из учеников, который постигал науку деревообработки.

– Ваше Величество, это новая формула столярного клея, – рассказывал императору молодой парень с горящими от восторга глазами, держа в руках баночку с вязкой жидкостью. – Мастер говорит, такого прочного и быстросохнущего клея он ещё не встречал. Я хочу запатентовать рецепт, но боюсь, что мою разработку могут отклонить, объявив о том, что уже подобный клей запатентовали. В итоге моей разработкой будет владеть какой-нибудь владелец мебельной фабрики. Я наслышан о подобных махинациях.

– Вот как, – Бенедикт нахмурил брови, раздумывая. – Знаете что, приходите в бюро в понедельник к одиннадцати часам. Я тоже буду там и лично проверю, как у вас примут образец клея и его формулу. Уверен, патент будет ваш.

– Спасибо, Ваше Величество, – парень кинулся бы в ноги императору, если бы тот его не остановил жестом.

И тут я увидела другую сторону личности Бенедикта. Он не просто император, который властвует, но и заботится о своих подданных, старается им помочь. Уверена, идея построить этот центр принадлежит именно правителю. Вон как он с интересом всё тут разглядывает, слушает тех, кто обращается к нему, – поэтому его и любит народ. Вот только кое-кто из аристократов решил занять место императора.

Я взглянула на невест, которые стояли со скучающими лицами. В их глазах читался только один вопрос: «Когда это всё закончится?» Даже Данита не могла уже спокойно удерживать добродушную улыбку на лице, того гляди скулы сведёт от усердия. Леди Мирабет так вообще умудрилась прикрыть свой чуткий нос платочком. Да, в столярной пахло клеем и древесиной, но запахи не вызывали отторжения.

Когда обход мастерских закончился, делегация направилась в дом. В большой гостиной собрались несколько пожилых женщин и мужчин, пара будущих матерей и малолетних детей. Сначала жительницы приюта не заметили вошедшего императора и его свиту – они сидели на диванчиках и увлечённо о чем-то беседовали, при этом умудрялись вязать спицами. Дети собирали железную дорогу в уголке, специально отведённом для игр. Двое стариков рубились в домино за общим столом, третий сидел в кресле, отрешенно читая газету.

– Император! – старики первые узнали Бенедикта, заметив целую толпу. – Ваше Величество!

Тут и женщины раскудахтались, подскакивая с насиженных мест. Сразу видно, что это новые жительницы. Только одна старушка оставалась в кресле, держа в руках спицы и ещё незаконченный носок. Дети тоже подняли головы, но решили, что рельсы интереснее, и продолжили игру.

Директор вежливо представил Бенедикту своих подопечных, которые находились в приюте на полном иждивении, так как неспособны были к работе, потому и проводили свободное время в гостиной. Император лично поздоровался с каждым.

– Вы, наверное, слышали, что сейчас во дворце проходит отбор невест? – Бенедикт обратился к жителям приюта. Те разом закивали, как болванчики. – Хочу представить вам трёх претенденток, одна из которых может стать моей женой: леди Хлоя ди Маквел, леди Мирабет ди Белур и леди Данита ди Келлей.

Аристократки тут же встрепенулись и вышли вперёд, гордо подняв головы. Наконец-то они дождались своего часа.

– Так вот, я прошу вас, дорогие дамы и господа, не стесняться и рассказать моим невестам свои истории – о том, как вы попали в Центр помощи, – в голосе императора сквозил азарт, он улыбался. – И леди потом мне выскажут свои идеи, как вам помочь. Я же в свою очередь сделаю всё, что смогу. А пока я тихо посижу в кресле и отдохну.

Девушки обескураженно захлопали ресницами. Наверное, думали, император это сказал не всерьёз. Бенедикт как ни в чём не бывало направился к дальнему окну, где стояла пара кресел.

– Леди ди Меррит, составьте девушкам компанию. Мне будет интересно послушать и ваше предложение, – он даже не обернулся и не посмотрел на меня, но я уловила в его голосе нотку нежности.