Текст книги "Последний берег (СИ)"

Автор книги: Олег Плескач

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

Сначала спутники петляли по извилистому берегу, но вскоре нашли коллектор – широкая бетонная труба высотой с человеческий рост выступала из глины. Раззявленная бетонная пасть коллектора вела во тьму. Но вход был закрыт решеткой. Когда уже побежали к трубе, пришлось резко затормозить. Навстречу вышло двое бойцов – одеты они были не как предыдущие часовые, а в серый камуфляж. Лазутчиков они заметили и, не издавая ни звука, подняли автоматы. Но крик «фас» в последний момент сбил с ног одного, а два ствола, нацеленных в лоб, заставили замереть другого.

– Фу! – скомандовал Кирилл, когда пёс вцепился клыками в жертву. Прокусить бронежилет не удавалось, а до горла добраться хозяин псу не позволил. Этих убивать не хотелось – вроде не бандиты.

Не давая бойцам опомниться, лазутчики оглушили их прикладами и обшарили тела. Кирилл и Марта сняли с них бронежилеты и напялили на себя.

– Погодите! Гляньте! – крикнул Спиридон, когда Кирилл и Марта уже отошли от бойцов.

На груди одного из них что-то потрескивало.

Кирилл обернулся, глаза его округлились. Он подбежал, наклонился к лежащему бойцу и снял с его куртки черную штуку, похожую на кирпичик, только с тонкой трубочкой сбоку.

Марта и Спиридон переглянулись.

– Рация… Твою мать, – проговорил Кирилл в изумлении. Работающей техники он не видел уже десять лет.

– Седьмой, седьмой! – прошипел из черного кирпичика странный, трескучий голос. Кирилл уже забыл, как звучит голос через микрофон, а не в живую.

Спиридон подошел к Кириллу и показал пальцем на кнопочку. Кирилл нажал.

– Сектор «Д» – протрещал голос уже громче, – сектор «Д».

Кирилл вопросительно посмотрел на Спиридона.

– Я знаю, где это! – заявил тот, – там лаборатория и операционная. Это нейтральная территория.

– Ты там был? – спросил Кирилл.

– Или только видел? – прибавила Марта.

– Один раз мимо проходил, но внутрь новеньким нельзя. Разработки ведутся там, и материалы хранятся там. Если ваши друзья на базе, то они должны быть там. Ну, или скоро будут там.

– А зачем обычным патрульным по рации сообщать про этот сектор «Д»? – спросил Кирилл настороженно.

Спира пожал плечами.

– Значит, там что-то случилось, – предположила Марта с тревогой в голосе, – надо туда!

«Тишина в эфире!» – снова протрещала рация.

– Точно, что-то случилось! – покачал головой Спиридон, – не знаю, что, но догадываюсь, из-за кого. По ходу, еще хрен его знает, кого от кого спасать надо.

– Не смешно, – пробурчала Марта, – лучше скажи, как в трубу залезть, чтобы до этого твоего сектора доползти.

– Ну, раз там уже и так тревога, – улыбнулся Спиридон, – можно не заморачиваться.

Он снял с плеча автомат и выстрелил – засов с решетки слетел, путь в коллектор был открыт.

В коллекторе было темно, и Спиридон включил фонарик, взятый у одного из бойцов. Влажный коридор, стук капель, запах тины.

– Что-то слабовато воняет для коллектора, – заметил Кирилл.

– Он в лабораторию ведет – микроскопы не воняют, – возразил Спиридон.

– Ты же говорил, он к этим ведет, – Марта мотнула головой в сторону выхода, где остались лежать бандиты.

– В том числе, – ответил Спиридон, – но это только на полпути, а дальше есть колодец, откуда воду берут. Для лаборатории.

– Прям для лаборатории? – переспросил Кирилл недоверчиво, – такое все современное, а воду в колодце берут?

– Почему нет? – пожал плечами Спиридон, – а зимой снег плавят. В специальных огромных жбанах, по своей какой-то технологии. А летом морскую воду опресняют.

Свет в начале туннеля угас быстро, потому что пришлось сделать сразу несколько крутых поворотов.

Миша все это время шел по сырому бетону молча – след взять, видимо, пока не удавалось.

Шли долго – в какой-то момент Кириллу показалось, что Спиридон заблудился. Вдруг откуда-то из глубины туннелей путники разглядели бегающие по стенам огоньки. Раздавалось эхо приглушенных голосов. Спира выключил фонарик. Лазутчики присели на корточки и направили стволы туда, откуда раздавались голоса. Голоса раздавались все ближе, огоньки светились все ярче. Наконец, из-за угла вышло трое бойцов – двое в охотничьих костюмах, один в кожаной куртке.

– Чтоб через час их бошки в хате лежали, – рявкнул человек в кожанке, – если этих крыс не найдете, меня Филатов раком поставит, а я вас!

– Да поняли мы, – отозвался другой слегка испуганно.

– Найдем, бугор, – отозвался третий, – они эти туннели не знают.

– Ты чего, тупой? – крикнул на него бугор, – тебе же сказали, с ними местный. Он их проведет.

Вдруг один из них снял куртку и сел на бетон. Задрал по локоть рукав тельняшки, принялся сжимать и разжимать кулак.

– Охренел?! – крикнул бугор.

– Да погоди, Сева, – ответил сидящий и вынул из кармана ремешок, повязал вокруг руки, – я ж третий день без системы. Ломает – жуть!

Бугор подошел, схватил его за шиворот.

– Пока дело не сделаем – чтоб никаких! А то Филатов тебе марафет с материка в миг перекроет! Понял? Баран…

Кирилл и Спиридон переглянулись. Кирилл покачал головой, Спиридон брезгливо поморщился и сплюнул на пол. Марта смотрела на спутников в недоумении.

Бандит-наркоман цокнул языком и с угрюмым лицом поднялся с бетона.

Вскоре бандиты подошли к прятавшимся в темноте лазутчикам. Но прежде, чем успели фонарями выцепить диверсантов из темноты, двое из них наткнулись животами на ножи Кирилла и Спиридона, третьим занялся пёс.

Побежали дальше по туннелю. Через пару поворотов наткнулись еще на двух охотников за головами – прошили их очередями. Скрываться надоело.

Потом туннель перестал быть сухим – пришлось пробираться по пояс в грязной воде. Мимо то тут, то там, шныряли крысы. Воняло тиной и дымом. Затем стало еще глубже – Кириллу и Спиридону было по грудь, Марта же иногда касалась воды подбородком. Все шли, задрав кверху руки, чтобы не намочить вещи и оружие. Фонарик Спира повесил на лоб. Они вместе с Кириллом повесили на приклады лямки рюкзаков и шли, неся оружие над собой – не дай бог запачкать припасы в этой реке грязи и дерьма.

Вскоре повеяло сладковатым, но гнилостным. Послышалось жужжанье мух. Вонь с каждым шагом становилась всё сильнее. Наконец, луч фонарика упал на огромную, до самого потолка, кучу мяса. Миша плыл быстро и уверенно. Марта почувствовала, как наступила на что-то мягкое и потеряла равновесие. Взвизгнула и погрузилась в воду. Вынырнула и снова взвизгнула, сморщилась от омерзения. Кирилл заставил себя вглядеться – куча мяса состояла в основном из звериных трупов. Были тут и собаки, и волки с белой шерстью, и олени, и медведи. Пару раз мелькали посиневшие человеческие конечности. Начало подташнивать. Главное – не опускать руки, не уронить ничего в эту гнилую воду. Неподалеку булькнуло – всплыл череп, с виду не человеческий. Марта стучала зубами от холода и от страха.

– Говоришь, воду для лаборатории тут берут? – спросил Кирилл с издевкой, задирая голову, чтоб не коснуться лицом этого проклятого болота.

– Не здесь, – ответил Спира, – дальше.

– Ты просто заблудился, – заявил Кирилл, – колись!

– Нет, я знаю, что над нами пищеблок, – парировал Спиридон, – а где на нас напали те трое, там над нами была оружейная. А когда второй раз напали, мы шли под лазаретом.

– А что под пищеблоком делают человеческие кости? – не унимался Кирилл.

– Может, у блатных места в морге кончились? – предположил Спира невозмутимым голосом. Посмотрел на побледневших спутников, – вот только не надо рожи кривить. Каждый выживает, как может.

– Слишком спокойно ты об этом, – пробормотала Марта.

Наконец, за поворотом, вонь ослабла, туннель начал мелеть, пошли по пояс. За следующим поворотом вонь испарилась. Еще через пару минут было уже по колено. И вот – снова лишь ручеек на бетоне. Миша яростно отряхнулся и заскулил. Лазутчики брезгливо морщились, старались не думать, как они выглядят и пахнут. Марта, морщась, выжимала слипшиеся в грязи волосы. Дышали сугубо ртом.

За очередным поворотом увидели ступеньки и дверь.

– Вот, сюда нас не хотел вести этот, на берегу, – пояснил Спиридон и облегченно выдохнул, – но мы можем пойти дальше, до сектора «Д».

– Идём, конечно, – сказала Марта и посмотрела на Кирилла. Тот кивнул.

Дальше коллектор был сухой и чистый. Затем снова превратился в подземную речку. И на этот раз вдоль стены были выступы, по которым можно было идти, как по маленькой набережной. Рассекать грудью воду было не нужно.

– Ну, вот почему там такого прохода не было? – заныла Марта. Кирилл и Спиридон подумали о том же.

В этот раз вода, над которой они пробирались, казалась чистой и ничем не пахла. Однако, за очередным поворотом, эта подземная набережная уперлась в решетку.

Измученные долгой дорогой, а потому ничего не уже не боявшиеся путники прострелили замок и пошли дальше.

Еще пара поворотов, и они разглядели тупик и падающую сверху полосу яркого света. Вода под этим светом мерцала, как под луной.

Лазутчики дошли до тупика и глянули наверх. Люк на поверхность был метрах в трех над ними. Выше – белый потолок неизвестного помещения. Они не знали, какая глубина была под ними, между бережками этой туннельной «набережной», и как подняться наверх, тоже не знали.

Вскоре они услышали наверху шорох, приглушенные крики. Все трое нервно переглянулись.

Затем сверху раздались выстрелы – целая канонада. Кирилл направил ствол вверх, на свет. Вскоре канонада стихла.

Путники все так же стояли в недоумении и глядели то друг на друга, то наверх.

– По-моему, здесь сейчас безопаснее всего, – прошептала Марта.

Вскоре раздались крики, завыла сирена.

Затем послышались голоса. Расслышать голоса четче мешала сирена.

Вскоре им все-таки удалось вычленить обрывки разговора.

«Извини, – раздалось сверху, – ты уже слишком много узнал, я не могу тебя отпустить».

Кириллу голос показался знакомым. Вспомнить он не успел – сверху раздалось два выстрела.

«Прости!» – раздалось оттуда же.

Все трое встрепенулись – узнали голос Влада.

Но потом – снова тишина.

Кирилл уже собрался закричать, позвать друга. Но тут вклинился предыдущий голос, смутно знакомый.

«Какой красивый момент был, – произнес этот голос чуть хрипло, – эпичная победа наивного добра над волшебством от лукавого. Я на тебя не злюсь».

Громыхнул выстрел.

Кирилл, Марта и Спиридон стояли внизу, в этом колодце, и не знали, что делать. Миша тихо скулил.

Вдруг свет наверху погас, в воду сверху что-то плюхнулось. Потом что-то еще. Через секунду прогремел взрыв. Земля задрожала, на головы посыпалась пыль. Стало совсем темно. Спира включил фонарик. Наверху точно ловить нечего. Оставалось только возвращаться. Значит, всё было зря.

Марта и Спиридон в отчаянии посмотрели на Кирилла. Кирилл в темноте их взглядов не увидел и лишь думал, что делать дальше. В этот момент наверху всё осветилось яркой алой вспышкой, стало жарко. Миша заскулил и вдруг умчался в темноту.

Кирилл знал, что его пес просто так резких движений не делает.

В последнюю секунду Кирилл схватил своих спутников, и они все клубком улетели в воду. Над водой пробежала яркая огненная волна. Вода стала тепле. Под водой стало светло. Марта и Спиридон задрыгались, начали беззвучно кричать, но вместо крика из их глоток вырывались лишь пузыри. Они пытались вынырнуть, но Кирилл насильно удерживал их под водой, пока над поверхностью бушевала буря.

Наконец, Спиридон, в легких которого кислород уже закончился, изо всех сил пнул Кирилла в бок. Он под водой нацепил капюшон на голову и рванул на поверхность.

Кирилл же, перед прыжком сделавший глубокий вдох, пока чувствовал себя под водой комфортно. Из интереса нырнул вниз – проверить глубину. Нырнул метра на три, но дна так и не достал. Марта тем временем тоже вырвалась у него из рук и взмыла на поверхность. И тут Кирилл, наконец, осознал, что прямо сейчас все наверху взорвалось.

«Вот, и всё! – подумал Кирилл – и друзей не спасли, и все вещи промочили».

Кислород закончился. Хочешь – не хочешь, а выныривать придется. Он поднял глаза кверху – над поверхностью было уже почти темно.

Вынырнул.

Было жарко и мрачно – лишь небольшие костерки на бордюрах над водою едва освещали коллектор. Стены туннеля потемнели, закоптились.

Кирилл вылез на один из выступов. На бетоне сидела Марта, обхватив колени руками. Рядом с ней лежал, свернувшись ничком, Спиридон. Капюшон его куртки наполовину обгорел и дымился. Все лицо было красное, местами волдыри, волосы кое-где опалены. Ошпарился, зато не утонул.

Миши нигде не было. Кирилл понимал, что звать его смысла не было. И искать Максима с Владом – тоже. И что дальше? Зачем надо было разделяться? Зачем вообще надо было тащиться на эту базу? Можно было прийти в ту деревню днем раньше, забрать Влада и всем вместе отправиться на материк. Где лодка, кстати? На предыдущей стоянке спрятали, кажется. Надо будет вернуться за ней. А может, ну её? Может, пойти в эту деревню и сдаться? Или втроем вернуться на стоянку, забрать лодку и поплыть, куда глаза глядят? Или обратно, на свой остров?

Какое-то время сидели молча. Ни говорить, ни даже шевелиться, не хотелось.

Тишину нарушил Спиридон.

«Чего расселись? – он вскочил и принялся тормошить своих спутников, – валим! Сейчас всё обвалится!»

Все вокруг загудело. На голову посыпалась крошка. Горе-лазутчики поднялись и из последних сил поковыляли обратно. Дорогу знал только Спиридон. Зато теперь шли не в полной темноте – кое-где поблескивали огоньки, не затухшие после взрыва. Что-то тлело на бетоне. Дорога обратно заняла намного меньше времени, чем дорога туда. Река в коллекторе как будто обмелела, сверху уже не капало. Лишь гудела и дрожала земля, готовая вот-вот обрушить этот грязный туннель.

Дальше – как в тумане или в дурном сне.

Гул, шорох шагов, поворот, снова гул, снова шаги, на голову что-то сыпется, снова поворот, вода, опять гул, вода все глубже, поворот, гул, вода, глубоко, вонь горелого мяса, вода, на голову сыпется, снова поворот, вода убывает, снова сыпется, снова шаги, снова гул. Голова шла кругом от всего. Сверху уже начало падать что-то тяжелое – наверное, камни.

Наконец, услышали лай.

Сознание вернулось в движущееся на автомате тело. Миша подбежал к хозяину, лизнул в нос. Пёс прихрамывал, часть шерсти была опалена, но он выжил. Снова раздался гул, земля задрожала. Сверху опять посыпались камни. Из последних сил побежали дальше.

Наконец, за очередным поворотом, увидели свет. Прямо перед носом рухнул огромный камень и перегородил полтуннеля. Пролезли боком. Уронили что-то из вещей – плевать, надо спасаться. Еще чуть-чуть, свет уже рядом… Впереди грохнулся целый кусок бетона. Сзади еще два таких же. Еще немного! По пятам за беглецами несся беспощадный камнепад – туннель обваливался. В глаза ударило белым – яркое небо. Выпрыгнули наружу в последнюю секунду – сзади посыпались камни, куски бетона и земля. Коллектора больше не было.

Беглецы лежали на земле и тяжело дышали. Первым пришел в себя Кирилл. Отдышался, откашлялся, достал портсигар. Спиридон и Марта подошли к нему, взяли по папиросе. Весь перекур молчали.

– Ну, всё, – заявил, наконец, Кирилл, кашлянул и поднялся, – отставить унылые рожи. Сейчас вернемся туда, откуда пришли, и решим, что делать дальше.

Миша одобрительно гавкнул.

Глава 31

– Что ж ты такой неугомонный?

– Поэтому и жив ещё, – ответил Максим и сплюнул бойцу под ноги.

– Исправим, – заявил тот и посмотрел на подельника, – в расход его!

– Погоди, не стреляй…

Громыхнуло. Таня и Алина закричали.

Максим не успел даже зажмуриться, когда прогремел выстрел. Но он почувствовал, как спину и затылок чем-то забрызгало. Раздался женский крик. Через секунду – новый выстрел. Максим увидел, как новый выстрел пробил голову бойцу, стоявшему перед ним. Еще через секунду – лай, рычанье, вопль и хруст.

Наконец, Максим обернулся. Над ним стоял Кирилл с дымящимся автоматом. Рядом вилял хвостом Миша с окровавленной мордой. Шерсть у него местами облезла. От обоих пахло гарью. Потом к ним подошли Марта и Спиридон. От них разило еще сильнее.

Таня подбежала к Кириллу и Марте – все трое обнялись. Миша напрыгнул на них и радостно залаял.

Спиридон стоял в стороне и тяжело дышал. Максим валялся на земле и смотрел в небо – даже радоваться спасению сил уже не было. Алина улыбалась, но глаза были заплаканы.

Когда радость от встречи утихла, Таня отошла от Кирилла и Марты, поморщилась.

– Вы где были? Чего вы все в говне каком-то?

Вместо них ответила Алина.

– Хотели по канализации пробраться, – догадалась она.

– Это еще кто? – спросила Марта у Максима, косясь на Алину.

– Местная, – ответил Максим.

– И зачем вы ее притащили? Пусть к местным и возвращается.

– Да ладно, – махнул рукой Максим, – мы же про тебя сначала тоже так думали.

– Она медсестра, – прибавила Таня, – она нам пригодится.

– Ассис… – начала Алина, но запнулась. Если скажет, что не медик, то могут бросить здесь. А то и в расход пустят. Пусть думают, что медсестра.

Кирилл подошел к лежащему Максиму, протянул руку. Тот схватился за руку и встал.

– Слушай, – прошептал Кирилл, – зачем нам лишний рот? Ну, медсестра она – и что? Раны лечить мы и сами можем, да и лекарства у нас есть.

– Танька с Мартой тоже были лишними ртами, – возразил Максим, – но мы же дали им шанс. И этому, Спиридону, тоже. Чем нас больше, тем лучше.

– Кто за нее отвечать будет? – не унимался Кирилл, – новенький? Я ему самому еще не до конца не доверяю.

Сзади раздался голос Тани.

– Ствол брось! – велела она грозно и холодно, – до трёх! Раз…

Максим и Кирилл обернулись. Таня направила автомат на Спиридона. Тот с мольбой посмотрел на Кирилла. Однако поддержки в его глазах не нашел. Нехотя положил на землю оружие.

– Я твоих друзей из коллектора вывел вообще-то, – сказал он разочарованно, – а ты мне вот так…

– Ты их туда и завел, – не отступала Таня, – еще и пишешь там что-то. Давай сюда тетрадку свою.

– Ты чего? – поднял брови Максим, – вы поладили же вроде.

Таня передернула затвор, с мушки Спиридона не спускала. Тот покачал головой и вынул тетрадь. Протянул Тане.

– Не дури, – сказал Максим подруге, – он тоже нам пригодится.

– А чем он помог? – крикнула Таня.

Потом она опустила ствол, схватилась за голову. Поморщилась, тяжело задышала. Ее вырвало. Максим в недоумении посмотрел на нее и подошел. Забрал у нее автомат, передал Кириллу, подошел к ней.

Когда отпустило, к ней подбежала Алина с аптечкой, оттолкнула Максима.

– Где Влад? – спросил Кирилл, не обращавший внимания на девчачью суету.

Максим опустил глаза в землю. Повернулся лицом к еще горящим руинам.

Кирилл сглотнул ком в горле. Вздохнул. Марта покачала головой.

Помолчали с минуту.

– Ну, а почему все взорвалось-то? – спросил Кирилл,

– Да хрен его знает, – пожал плечами Максим, – сам понять не могу. Мы, по ходу, там шороху навели.

– Поди, кучу народу перебили, – прибавил Спиридон.

– Ну, было и было, – отмахнулся Кирилл, – так а взорвалось-то всё из-за чего? Заминировали, что ли?

– Там тревогу объявили и запустили самоликвидацию, – пробормотал Максим и снова пожал плечами, – там, в лаборатории, свалка началась, шмаляли во все стороны, перебили кучу техники. Наверное, там что-то важное было уничтожено.

– Техники? – переспросил Кирилл, – настоящей техники?

– Да, – кивнул Максим, – там компы были, настоящие, и серваки.

– Реально компы? – глаза у Кирилла загорелись, – и прямо работали?

Максим кивнул. Он думал, как будет рассказывать ему о том, что нашел в этих компьютерах. Кирилл покачал головой.

– Жалко! Ну, ладно, попортили технику – а самоликвидация-то зачем?

– Нет! – раздался спокойный голос Алины, – это не просто техника. Это что-то типа центра управления. А самоликвидация – в случае провала или повышенной опасности.

– Без обид, – прибавил Спиридон, – но не верится мне, что три еле живых туриста смогли такую опасность создать. Такую, что аж целую базу…

– Да нет, – возразила Алина уже с легким раздражением, – конечно, не из-за них. Самоликвидацию запускают, когда теряют контроль.

– Разгромили у них серверную, и от этого они контроль потеряли? – спросил Кирилл с сомнением.

– Нет, – проговорила Алина уже испуганно. Оглянулась, посмотрела на убитых бойцов, которые хотели, но не успели пустить их в расход.

Остальные посмотрели туда же.

– Я когда их увидела, – пробормотала она, – да еще и на мотоциклах, сразу поняла.

– Что поняла? – спросил Максим.

Алина подождала, словно собиралась с духом, и начала рассказ.

– Десять лет назад, когда все началось, сюда сбежали все, кто успел. На этот остров и на восточный, на Новую Сибирь.

– Мы это десять лет знаем, – перебил Максим, – давай ближе к делу.

– На «Клевере» раньше был гарнизон, – продолжила Алина, – несколько сотен человек. Во время бури кто-то успел вернуться на материк, кто-то погиб. Власти больше не было, и остатки гарнизона взяли власть на базе в свои руки. Но их немного оставалось, может, взвод, может, чуть больше. А на острове спаслись не только обычные люди, но и…

– Криминальный элемент, – сказала Марта и скрестила руки на груди.

– Да, – кивнула Алина, – причем вооруженные до зубов. Начали терроризировать спасшихся местных. На базе об этом узнали и начали что-то типа операции по защите мирного населения. Отправили отряды.

– Карательные экспедиции, – уточнил Максим.

– Типа того, – ответила Алина, – и вроде удалось их угомонить. Многих перебили, но у них нашлись фанаты среди местных. Решили захватить «Клевер», а вместе с ним и власть на острове. Собрали два отряда – одни прикинулись жертвами, которые спасаются от бандитов, пришли к самой базе. Когда к ним вышли встречать, те напали на военных. На базе забили тревогу. В это время второй отряд добрался до берега, нашел коллектор и по трубам добрался до самого центра базы. Началась резня. Вояки почти победили, но нападавшие взяли в заложники ученых, работавших на базе, и пришлось договариваться. Как-то там они добазарились и поделили базу на сферы влияния. Одно крыло – гарнизону, другое братве, третье – в совместном владении. Основная инфраструктура, в том числе центр управления, склады, пищеблок, часть техники, генераторные – под контролем вояк, а жилой сектор и арсенал – группировке. Что-то типа равновесия достигли…

– Паритет, – поправил Максим.

– Ну, да. А гарнизон базы, чтобы усилить позиции, и в будущем вернуть власть над базой полностью, начал переманивать обычных жителей. Агитировали наниматься на службу, проводили лотерею по получению жилья на базе. Многим понравилось.

– Конечно, – согласился Спиридон, – в деревнях только рыбу жрать да сидеть в деревянном сарае. А на «Клевере» не только хорошие условия, но и интересно было. Я по лотерее туда и попал.

– Так вот, – продолжала Алина, – со временем дела у гарнизона наладились – их стало больше, и жилось там лучше, но оружие у них заканчивалось. А еду и генераторы без патронов не защитишь. Скрывать это было невозможно. Бандиты об этом узнали и поняли, что это их возможность захватить базу полностью. Но нападать на военных они не решались. А военные, чтобы не появилось на островах никаких новых, как они говорили, полюсов силы, включили системы подавления – радиоэлектронной борьбы. А их ученые тем временем работали над климатическим оружием и ставили опыты на животных. Искали способы адаптироваться под новый мир на материке.

– Интересные детали, – заметил Кирилл, но не отступал, – ну, а взорвали-то базу почему?

– Когда их приняли и усыпили, – ответила Алина, кивая на Максима и Таню, – наверху сначала не знали, что с ними делать. Вояки хотели сразу всех ученым на опыты передать. Но блатные заупрямились – у них еда почти закончилась, а тут сразу полтора центнера мяса. Сказали, что для опытов ученым и одного хватит. Ну, Влада. А этих двух хотели забрать. Чуть до разборки не дошло, но в итоге гарнизону удалось отбить обоих, но с условием, что через неделю одного из двоих отдадут. Сказали, что неделю будут их обследовать и восстанавливать, а на деле просто тянули время. Неделя прошла, бандиты спросили за одного из двоих пленных. Сначала хотели Максима – он крупнее и калорийнее, но потом передумали и запросили Таню. Говорят, с нее мяса меньше, зато можно повеселиться. Только руки и ноги – на бульон, мол, они ей все равно не понадобятся…

– К делу, – перебил Максим.

– Но тут открылось два обстоятельства, – продолжила Алина немного загадочно, – во-первых, как оказалось, Таня – приемная дочь одной из шишек с соседнего острова. А во-вторых…

– Короче, взорвали почему? – не отставал Кирилл.

Алина посмотрела на Максима.

– Тебя, когда расстреливать повели, ты вырвался, побежал за своими, стрелял. Ну, а бандиты, как выстрелы услышали, решили, что начался бунт, и это их шанс взять власть в свои руки. Вооружились и пошли брать красное крыло – так они называли часть базы, которая принадлежит гарнизону. А когда Максим с Таней пришли в лабораторию за Владом, на остальной базе уже началась настоящая война. Один из руководителей разработок, Андрей…

– Кстати, – спохватился Максим и посмотрел на Кирилла, – знаешь, кто у них в лаборатории всей этой научной херней занимается? Валерьич, наш доцент! Прикинь!

– Да ладно? Он-то каким боком…

Алина продолжила рассказ.

– Когда вы устроили пальбу в серверной, ваш доцент спрятался. Видимо, тогда ему и сообщили в наушник, что базу не удержат. И он, в соответствии с инструкцией, дал команду – пусть лучше объект будет уничтожен, чем достанется бандитам. Ну, а дальше все знают.

Все молчали и только переглядывались. Первым заговорил Кирилл.

– А за пределами «Клевера» остались еще военные или бандиты?

– Не знаю, – ответил Максим, – вроде была еще одна база, «Трилистник», но мне о ней ничего не известно. Ты лучше скажи, как «Клевер» сообщался с внешним миром. Раз тут знали, что происходит на материке.

– В первое время по воде или по воздуху, – ответила Алина.

– В смысле?

– В прямом – либо на кораблях, либо на самолете сюда добирались. На это время, на несколько минут, РЭБы отключали. В это время погода резко ухудшалась – начинались вихри, вьюга, все туманом затягивало. А потом резко – снова солнце и тепло. Может, вы даже и сталкивались с таким. Но вскоре все контакты прекратились. Больше я не знаю. Но работы в лабораториях продолжались.

– Кстати, – вмешался Кирилл, – раз больше нет ни базы, ни этих глушилок, то на острове снова можно добыть электричество.

– Видимо, да, – ответила Алина.

– Давно отсюда кто-то уходил на материк? – спросил Максим.

– Давно. И те, кто уходил, не возвращались.

Кирилл наморщил лоб, вспомнил.

– Мы, когда по коллектору лезли, напоролись на бандюков. Один из них сказал, что ему с материка дурь подгоняют.

Алина подняла брови.

– А ты говоришь, контакты оборвались, – продолжал Кирилл, – а кто тогда их с материка греет?

– Без понятия, – Алина развела руками.

Максим понял, что пора рассказать друзьям правду о катастрофе. Ту часть правды, что ему удалось узнать. Надо говорить быстро, но четко. Уверенно, но не слишком напористо…

Друзья слушали терпеливо, то округляя глаза, то тоскливо глядя в землю. Когда Максим закончил рассказ, Кирилл глубоко вздохнул. Марта всхлипнула, Спиридон покачал головой и сплюнул.

Максим дал им прийти в себя, а потом спросил:

– А что там за второе обстоятельство? Ну с Таней – раз ее отказались выдавать.

– В положении она, – ответила Алина и подошла к ней.

Глава 36

В голове у Максима всё завертелось. Мир вокруг размыло, и все мысли устремились лишь в одну сторону. В мозгу словно треснуло током. Грудь наполнило волнение. Через миг страх сотней маленьких иголочек кольнул в животе. Но волнение плавно перетекло в загадочность, загадочность – в неуверенную радость. В животе уже не кололось, а щекотало. Гонгом в голове громыхнуло осознание – в нескольких шагах от него, внутри нее, засела частичка него. И эта частичка, словно зернышко в земле, должна прорасти и распуститься.

В груди потеплело. Мягкий хлопок по плечу привел в чувство.

Алина стояла напротив него и улыбалась.

– Ну, чего язык проглотил? – усмехнулась она, – вот, так оно и бывает!

Максим перевел взгляд на Таню. Она сидела на земле и, не моргая, смотрела прямо в него. В глазах ее мелькали и сомнения, и надежда, и радость. Но отчетливее всего проступали два ощущения: ожидание и страх. Во взгляде, нацеленном на Максима, пронеслись тысячи слов и сотни вопросов.

Он вдруг вспомнил, что с тех, пор как услышал эту новость, не издал ни звука, а Таня ждала его реакции.

«Вдруг она подумает, что я не рад?» – спохватился он.

Максим подбежал к ней и схватил под руки. Подбросил, словно пушинку, потом поймал и прижал к себе. Она сперва взвизгнула, но вернувшись в его объятия, звонко засмеялась. Они впились друг в друга губами.

Алина тем временем подошла к Марте. Встала сбоку, приложила ладони к ее животу и спине. Потом они зашептались о чем-то.

– Она тоже, – сказала Алина, отойдя от Марты, – где-то на пару недель дольше.

Потом Алина отвернулась и отошла от спутников, занятых друг другом. Достала самокрутку и тяжело вздохнула. Рядом шваркнуло и блеснуло – Спиридон протягивал ей горящую спичку. Папироса занялась, Алина вежливо, но холодно кивнула Спиридону, отошла еще дальше.

– Надо уходить, – сказала она, глядя перед собой, – скоро сюда придут. Да и вообще теперь никому рисковать нельзя.

– Кто придет? – спросил подошедший Спиридон.

– Из Лагеря Томления. Да и из твоей деревни тоже, – холодно ответила Алина.

– И куда уходить?

– На материк. Ты ведь туда и хотел.

– У нас лодка в схроне припрятана, – вспомнил Спиридон.

– В схроне? – подняла брови Алина.

– Да, мы там перекантовались перед тем, как сюда идти. Лодка, палатка, кое-что из шмоток и жратва.

Алина кивнула и уточнила:

– Лодка одна? Большая?

– Пятерым места хватило, – ответил за Спиридона Кирилл.

– А шестерым с собакой?

– Не знаю.

– Моторная лодка?

– Нет. На веслах, – покачал головой Спира и вдруг спросил, – слушай, а на базе разве не было больших лодок или катеров?

– Может, раньше и были, но теперь точно нет – ничего ведь больше нет.

– Погоди, – перебил Спиридон, – а на пристани? У нас же была пристань.

Алина задумалась:

– Возможно.

Спиридон тоже задумался и самому себе ответил:

– Хотя, нет – даже если там и остались катера, чем их заправлять? Бензин за десять лет высох. А НПЗ на острове не то, чтобы много.

– Ну, снегоходы-то чем-то заправили, – возразила Алина.

Сзади раздался голос Максима:

– Это электроснегоходы! Им бензин не нужен.

Он был румян и весел, глаза блестели. За ним стояла Таня. Они держались за руки.

К разговору присоединился не менее счастливый Кирилл:

– И запас хода у них километров тридцать максимум. Даже зимой по льду на них до материка не добраться.

Марта стояла рядом с ним на корточках и гладила Мишу. Миша давал ей лапу и тыкался носом ей в лицо.