Текст книги "Мертвецки влюблён в тебя (СИ)"

Автор книги: Одария Вербенова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 20

Этот момент останется в моей памяти надолго,

как странное предзнаменование чего-то невероятно ужасающего.

Валери Острозубка

Он хочет меня, а я хочу его. Не смотря на все сложившиеся обстоятельства, не смотря на мои истинные чувства по отношению к таким, как он...

Как назло, помня о вчерашнем вечере, Адам весь сегодняшний день не спускает с меня глаз, не давая мне и шагу ступить в сторону.

В наступивший между занятиями перерыв случается удачный момент для моего короткого побега. Коридоры наполнены адептами, а в толпе так легко затеряться...

С высоких потолков, свисая, мерцают светильники, создавая мистическую атмосферу, а в нишах между окнами висят портреты Изидора Листа и Амалии Ледяной, которые словно наблюдают за суетой и следят за порядком.

– Как тебе прошедшее занятие по «Особенностям разных форм жизни»? – выпаливаю я своей соседке по комнате, спонтанно подбежав к ней, пока Дикий отвлёкся на парней, но всё же поглядывает в мою сторону.

Гессия, к счастью, рядом с ней не оказалось.

– Мне нравится наш ректор, – отвечает с расширившимися от удивления глазами. – Амалия не сильно старше нас, но она и в своём стиле хороша, и в навыках оборачиваться вороном, и в преподавании. В управлении Академией, наверное, тоже.

– Да, талантлива во всём...

Мой взгляд хаотично бегает по коридору в попытке выцепить возможное присутствие Риты Цвет.

– Я не поверю в твоё внезапное дружелюбие, но подыграю, – хмыкает Златовласка. – Может обсудим наряды или косметику? Вот, например, наша ректор в этом точно хороша! Что скажешь? Как тебе её стрижка?

– Да-да, хорошая стрижка...

– Удлинённое каре и голубое окрашивание! Ты бы попробовала нечто подобное? – издевательски продолжает Эйко. – Мне вот Гессий говорит не сметь красить волосы в голубой...

Я едва поспеваю за её болтовнёй, потому что всё моё внимание обращено на шуструю толпу.

По коридору то и дело пробегают спешащие адепты, задевая других сумками с учебниками. Некоторые останавливаются перекинуться парой слов с друзьями, прежде чем разбежаться по разным аудиториям.

Риты среди них нет. Похоже, занятие у неё будет в другом корпусе.

– Голубой точно нет... – отвечаю рассеянно.

Воздух наполнен гулом голосов, смехом и едва уловимым ароматом магии из ближайшей аудитории, где часто занимаются адепты Факультета Зельеварения.

Сейчас там толпится первый курс.

Её точно здесь нет. В этот момент я особенно сильно жалею о том, что в Академии запрещено пользоваться мобильными телефонами.

Мой побег не удался – Адам вскоре освободился и снова взял меня под своё «крыло», распугивая от меня всяких Дастинов только одним своим нагловатым видом и колким взглядом.

– Сегодня пятница, а значит ты готовишься к озорным выходным, – сказал мне Дикий после окончания последнего занятия, пока мы шли по коридору учебного корпуса на выход. – Уж не знаю нашла ли ты мел после, но играться с порталами я тебе всё же не позволю.

– Я уже передумала практиковаться с ними. Успокойся, – фыркнула я.

– Не успокоюсь. Сегодня ночуешь в моей комнате и под моим присмотром.

– Ты же сам позволил мне проникнуть в кладовую и забрать оттуда шипы роз!

– Мне просто было любопытно понаблюдать за тобой.

Нет, просто он тоже что-то искал...

На совместную ночёвку я молчаливо согласилась. Прекрасно ведь понимаю, что Адам не шутит в своей угрозе помешать мне открыть портал, поэтому была вынуждена придумать ещё один хитроумный и не менее опасный план...

Дикий же решил, что я хочу быть с ним сегодняшней ночью.

Но ошибается ли он? Боюсь, что нет.

И вот уже сумерки медленно окутывают территорию Академии тёмным покрывалом. В комнате Адама царит мягкий полумрак, разгоняемый лишь тусклым светом ночника.

– Зубрилка говоришь, да? – он кидает мне в руки один из учебников. – Полистай пока, а я отлучусь ненадолго.

Дикий скрывается за дверью ванной комнаты, и оттуда вскоре слышится шум воды.

Я же сижу на краю пустеющей кровати, где мог бы спать сосед Адама, если бы он у него был, погружённая в свои мысли, а вовсе не в книгу. Страницы тихо шелестят в моих руках, когда я лениво переворачиваю их, просто чтобы занять беспокойные руки.

Внезапно тишину нарушает резкий звук. Я подняла глаза и замерла: за окном, на карнизе, сидит огромный чёрный ворон. Его блестящие крылья слегка подрагивают от вечернего ветра, а пронзительный взгляд кажется почти человеческим.

Сердце забилось чаще, а по спине проползла холодная змейка тревоги. Птица наклоняет голову, словно изучая меня через стекло, и издаёт хриплое карканье, от которого по моему телу пробежала дрожь.

Я инстинктивно забираюсь с ногами на кровать, не отрывая взгляда от зловещей птицы. Мои пальцы судорожно вцепились в обложку книги, костяшки побелели от напряжения.

Ворон, будто наслаждаясь моим страхом, делает шаг вперёд, приближая своё клювастое лицо к стеклу.

В этот момент в комнату входит Адам. С влажными волосами и в одних по-домашнему простых брюках.

– Что случилось? – его голос прозвучал спокойно, но я всё равно вздрогнула.

Указываю на окно дрожащей рукой.

– Там… там ворон…

Дикий лениво подходит к окну и смотрит на птицу.

– Обычный ворон, – пожимает плечами. – Не бойся, это точно не Амалия.

Но я с большим трудом отвожу взгляд от этой мрачной птицы. Кажется, что в её чёрных глазах таится какая-то тайна, что она знает о моих злых замыслах и осуждает меня за них.

Ворон, словно поняв, что его присутствие больше не вызывает интереса, расправил крылья и с громким карканьем взлетел, исчезнув в сгущающихся сумерках.

Я медленно выдыхаю, чувствуя, как напряжение покидает моё тело. Но в глубине души знаю, что этот момент останется в моей памяти надолго, как странное предзнаменование чего-то невероятно ужасающего.

– Можешь воспользоваться моей ванной перед сном, если хочешь, – Дикий указывает на дверь, из которой сам недавно вышел.

Только сейчас я замечаю, как невероятно соблазнительно он пахнет и выглядит. Интимный полумрак комнаты слишком эффектно подчёркивает каждый мускул мужского тела.

– Я уже приняла душ у себя, – отвечаю чуть севшим голосом.

– Тогда... ложимся спать? – подмигивает. – Ты уже определилась с выбором спального места?

Адам откидывает край одеяла на своей кровати и лениво наряет под него, с блаженным вздохом укладываясь на подушку.

Я так и сижу по-соседству, не двигаясь.

У меня есть план и... я просто хочу почувствовать, каково это – быть с парнем под одним одеялом.

– Это приглашение? – спрашиваю.

– Да.

Глава 21

Я обернулась и бросила взгляд на окно, будто пытаясь разглядеть в его отражении кого-то другого – более уверенную, более опытную.

В голове крутятся тысячи мыслей: правильно ли я поступлю? Готова ли? Что, если я сделаю что-то не так, и Адам посмеётся? А вдруг ему не понравится? Эти вопросы терзают меня, заставляя прикусить губу и нервно перебирать край рубашки.

Я встаю и подхожу к окну. Моя грудь вздымается от частого дыхания, а сердце бьётся так громко, что, кажется, его стук можно услышать в соседней комнате. Пытаюсь успокоиться, вспоминая все те моменты нежности и заботы, которые были между нами раньше.

Адам ни разу не делал мне больно, не принуждал.

За спиной я слышу шорох постельного белья, а затем приближающиеся шаги. Моё тело напряглось и вытянулось, словно струна, готовая вот-вот лопнуть.

– Думаешь? – шепчет Дикий мне над ухом.

Его крепкие руки обхватывают меня поперёк и прижимают к твёрдой широкой груди. Тепло. Волнительно. Приятно.

Отступать уже поздно. Всё, что я могу сейчас – это довериться своему желанию и тому, кто стоит за моей спиной.

– Я спиной слышу твоё сердце, – говорю едва слышно.

– Я даже дышать умею, – в его словах слышится улыбка. – Представляешь?

– И кровь по твоим венам бегает, как у человека.

– И это тоже чувствуешь?

– Чувствую, – признаюсь откровенно.

В бедро мне упирается твёрдое подтверждение тому, насколько превосходно вампиры поддерживают в себе жизнь с помощью употребления крови. Поэтому они такие хорошие притворщики – при должном старании вампира, его не отличить от человека.

– Так не честно, – тихо говорит Адам, касаясь при этом губами края моего уха, – ты про меня уже всё поняла, а я про тебя нет.

Одной рукой он медленно спускается вниз по моей груди к животу. Она скользит, подобно ручейку, ищущему себе новую дорожку. Всё ниже и ниже, заставляя меня замереть в томительном ожидании.

Рука Дикого упирается в край моих брюк и на секунду замирает. Дыхание у обоих учащается, когда пуговка расстегивается, а замок на молнии опускается вниз, являя чёрное кружево трусиков.

– Адам... – шепчу, хотя сама не понимаю, что хочу сказать.

Но точно не остановить его хочу, нет.

А он и не думает останавливается: скользит под трусики и устремляется вдоль мягких лепестков сразу вниз. Туда, где уже можно почувствовать влагу и собрать её пальцами.

Мои глаза невольно расширяются, когда я оборачиваюсь и наблюдаю за тем, как Адам вынимает руку из моих трусиков и подносит влажные пальцы к своему рту, облизав их.

– Полагаю, ты принимаешь моё приглашение, – говорит он.

На дне его глаз тьма, в голосе страстное желание обладать своей добычей.

Я молчу, и это молчание правдивее любого слова. Думаю, я своим лицом выражаю достаточно, чтобы быть уверенным в моём согласии.

Дикий тут же незамедлительно обхватил мою талию и ноги под колениями. Одно ловкое движение, и я оказываюсь у него на руках. На мгновение замираю, затаив дыхание, а потом обвиваю руками его шею, прижавшись ближе.

Он сделал шаг вперёд, другой, уверенно двигаясь к кровати. Теперь я ещё более отчётливо чувствую тепло его тела через тонкую ткань одежды, слышу, как гулко стучит его сердце...

В комнате полутемно, лишь ночник отбрасывает мягкие тени на стены. Адам остановился у кровати, и в этот момент наши лица оказались так близко, что, несмотря на полумрак, я могу разглядеть каждую чёрточку его лица.

– Так внимательно смотришь, – отмечает он.

– Нельзя?

– Можно, всё можно.

Его губы коснулись моего лба, потом щеки, и только тогда он осторожно опустил меня на постель.

Я лежу, глядя на его торс сквозь полуопущенные ресницы, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. Он склонился надо мной, отчего наши носы соприкоснулись и дыхание смешалось, а мир вокруг словно перестал существовать.

Его руки скользнули по моим плечам, нежно поглаживая, словно проверяя, всё ли в порядке, не передумала ли я. Но я отвечаю чуть заметным движением ближе, давая понять, что доверяю ему полностью.

Тогда Адам впивается в мои губы поцелуем. Более сильным и страстным, чем во все прошлые разы, что он меня целовал.

Вместе с поцелуем Дикий успевает расстегнуть на моей рубашке все пуговицы и раздвинуть её полы в стороны. Выгибаюсь, прижимаясь животом к животу парня, что сводит меня с ума прямо сейчас.

Его брови слегка взмывают вверх в удивлении:

– Вау, не ожидал, – комментирует едва слышно чёрное полупрозрачное кружево моего корсетного белья.

Тихо смеюсь, довольная растерянно-восхищённым лицом Адама, и теперь уже сама впиваюсь ему в губы.

Мы целуемся, раздеваем друг друга, общаемся взглядами, что обещают сладкое забвение на эту ночь. И всё мне нипочём сейчас, и ничего не страшно уже – так сильно разгорелся внутренний пожар, потушить который может только Дикий, только его руки, только его губы.

Он вампир, но его кожа такая же горячая, как моя. Я прижимаюсь так близко и с таким отчаянием, словно хочу погреться об него. От него вкусно пахнет гелем для душа и его особым ароматом – я вдыхаю его, прижимаюсь носом к сильной шее.

Руки Адама тем временем оглаживают мою обнажённую грудь, и соски от этих ласк затвердевают, подобно камню, что способен проткнуть и оцарапать.

Я остро и до боли хочу его. От незнакомого прежде чувства задыхаюсь, стискиваю плечи Дикого, хватаюсь за его волосы, пока он по-хозяйски раздвигает мои бёдра в стороны, чтобы удобно устроиться между ними.

Очередной поцелуй, как клеймо на мне, как печать пренадлежности ему.

Бархатистая головка упирается во влажный вход, и я инстинктивно напрягаю живот, упираясь ладонями в грудь Адама.

– Я ни разу... – не могу закончить, так как спотыкаюсь о собственное смущение, заставшее меня врасплох.

Дикий замер, чуть нахмурив брови. Его лицо застыло, пока в глубине глаз скачет целый хоровод мыслей.

– Ты никогда не занималась сексом? – спрашивает спокойно, но с едва скрываемым удивлением.

– Никогда.

Он прикусил губу, сделавшись напряжённо-задумчивым и будто даже раздасадованным.

Я уже жалею о своём признании.

– Ты же не собираешься бросить меня вот так? – шепчу.

Меня саму невероятно больно полоснуло от вырвавшегося слова «бросить». Но зато это подействовало, потому что вижу, как лицо Адама тут же расслабилось, смягчившись.

– Нет, я тебя не брошу, Валери, – отвечает, глядя мне прямо в глаза.

Меня обсыпает мелкой дрожью от этого пронизывающего взгляда и силы, прозвучавшей в голосе.

Глава 22

Он приподнимается на руках, а после, опираясь коленями о кровать между моими раскинутыми ногами, скользит ладонями мне по рёбрам, животу, опускается вниз... Опускается до тех пор, пока пальцы не встречаются с самой чувствительной точкой моего тела.

Меня тут же будто молнией пронзило, и я чуть вздрагиваю.

Синие глаза внимательно следят за каждым изменением на моём лице, ловят каждый новый вздох, а пальцы, постепенно ускоряясь, разжигают и без того полыхающий пожар.

Впервые эти движения совершаю не я сама, а кто-то другой... Это слишком горячо, чтобы смочь выдержать – особенно если смотреть в его глаза.

– Быстрее, – приказываю, приподнимая бёдра выше.

Пространство комнаты заволокло туманом моего наслаждения, так что всякие остатки смущения покинули меня к этому моменту. Я готовлюсь к взрыву фейерверка, но Адам не выполняет мой приказ.

Он резко останавливается и одаривает меня довольной усмешкой.

– Ещё не время, – говорит он.

Моё возмущение он прерывает поцелуем. Целую в ответ жадно, цепко обхватив руками за широкую спину. И чем отчётливее я ощущаю твёрдость Дикого на своём животе, тем оглушительнее бьёт пульс по вискам.

Я заведена до предела, но учащённое дыхание Адама приносит мне особенное удовольствие. Его руки стали более жадными, губы ещё более требовательными.

– А когда время? – сиплю между серией поцелуев, похожих на укусы.

Мужская рука вновь опускается по моему телу вниз, попутно оглаживая грудь, рёбра, живот, лобок... Так пальцы снова оказываются там, где я жажду их больше всего.

Счастливо стону от новых волн удовольствия, что вот вот оргазмом нахлынут на меня с головой.

– Ах! – вырывается у меня невольно, когда оказываюсь на вершине.

Моя голова запрокидывается, я изгибаюсь, прикрыв глаза и полностью отдавшись этому мгновению. Дикий пользуется открывшимся видом, засосав тонкую чувствительную кожу моей шеи своим ртом, из-за чего оргазм только усиливается.

В следующий миг меня пронзает тупая боль, и я замираю с застывшим на губах дыханием – Адам вошёл в меня. Моему взору предстаёт его сосредоточенное лицо, которое удивительным образом выглядит трогательно в сочетании с усиленно пульсирующей веной на его шее.

Мы оба не двигаемся. Он ждёт, пока я расслаблю мышцы и снова начну дышать. Его руки зарываются мне в волосы и принимаются мягко массажировать.

Это странно, но работает. Мне удаётся привыкнуть к ощущениям и расслабиться, хотя эта наполненность кажется не очень приятной.

– Дышишь? – шепчет Дикий.

– Дышу.

Он совершает медленное движение, выходя из меня, а затем так же медленно погружается вновь. После нескольких таких движений лицо Адама снова разглаживается – он уже убедился, что я не умираю от боли.

Хотя мне некомфортно. Но старательно не показываю этого, потому что искренне хочу, чтобы он продолжал двигаться во мне.

А он двигается, и каждое новое движение более смелое и быстрое. Теперь пальцы Адама не нежно массируют мне голову, а сжимают волосы у корней, чуть натягивая.

Губами он припадает к моему уху, водит по его краю языком, зубами... Перемещается к шее и всё так же водит зубами по коже. Мне даже кажется, что у него вытянулись клыки.

Я пью защиту, и Дикий знает об этом, но меня всё равно осыпает мурашками. Он же не укусит меня в порыве страсти?

Морщусь от нового резкого толчка, и одновременно с этим наслаждаюсь всем происходящим.

Адам едва ли не рычит, упираясь клыками мне в шею. Вместе с последними толчками его тело задрожало надо мной, а после тяжёлой плитой опрокинулось на меня, намертво придавив к кровати.

Не укусил.

Он тяжело дышит, спрятав клыки обратно. С минуту впитываю пот, успокаювающееся сердцебиение, дерзкий аромат мужского геля для душа и наше общее удовлетворение.

– Ты как? – приподнимается Адам на локтях и смотрит мне в глаза.

Взлохмаченный и сытый, как кот, которого покормили сметаной.

– В порядке, но ты едва не укусил меня.

– Я могу держать себя в руках, – хмыкает, – просто подумал, что тебя это заведёт.

Молчу. В глубине души стыдливо признаю, что меня действительно это завело.

– Я бы с удовольствием попробовал твою кровь, но травиться не желаю.

– Тебя останавливает только защитный порошок, который я пью?

– В том числе. Уж не узнаю, что за секретный ингридиент использует Гильдия Охотников для его изготовления, но работает эта травка жёстко.

– Ты уже испытывал его действие на себе?

– Было дело.

– Кого ты укусил? – хмурю брови, не довольная тем, как тотчас же принимается рушиться романтическая атмосфера между нами.

– Я сам его купил в ПГО и попробовал, – подмигивает, – обмакнул палец в порошок и слизал. Мне было адски плохо целые сутки.

– Зачем ты это сделал?

– Мне было любопытно, как он действует.

– Это так по-мужски, – хихикаю.

Адам с интересом наблюдает за моим случайным весельем. Всё-таки улыбаюсь я не часто, а уж тем более смеюсь.

– Ты милая, – говорит он вдруг.

Дикий коротко целует меня в лоб и вскакивает с кровати на ноги. Голый, стройный, высокий и абсолютно уверенный в своей привлекательности.

– Кто первый в душ? – спрашивает.

Он отодвигает верхний ящик своего комода и извлекает оттуда махровое полотенце, которое протягивает мне.

– Ты, – отвечаю.

– Я быстро.

О, можешь сильно не спешить...

Адам скрывается за дверью ванной комнаты, а для меня наступает ответственный момент. Настенные часы сообщают мне о том, что уже полночь. Наступила суббота и тот самый час, когда я и Рита Цвет должны встретиться.

Дикий как чувствовал, что меня нужно держать поближе к себе, но в одном он просчитался – в моей способности быть жестокой.

Тихонько встаю с кровати и нахожу свои брюки, в кармане которых прячется колба с защитным порошком.

Руки чуть задрожали.

В комнате царит тишина, нарушаемая лишь шумом воды из ванной. Босыми ногами подхожу к углу, где стоит маленький холодильник, и открываю дверцу.

Куча безликих картонных коробок белого цвета с изображением красного помидора и пометкой о том, что предназначено только для взрослых. Пластиковая трубочка в комплекте, и ни слова о том, что это не сок, а человеческая кровь.

Хитрая цензура производителя, чтобы детей не пугать и иметь право продавать такой товар в обычных продуктовых магазинах.

– То, что нужно, – шепчу беззвучно и беру одну из коробок.

Бросаю быстрый взгляд в сторону ванной комнаты, откуда доносится звук льющейся воды, чтобы убедиться, что Дикий не выйдет раньше времени.

Сердце бьётся часто-часто, словно пытаясь вырваться из груди. Я знаю, что поступаю неправильно, но обстоятельства вынуждают меня к этому шагу.

Пальцы предательски дрожат, пока нахожу стакан и переливаю в него кровь из коробки. После высыпаю порошок в напиток. Всего щепотка – я вовсе не хочу убить Адама.

Тщательно размешиваю пластиковой трубочкой содержимое стакана, надеясь, что порошок сможет полностью раствориться.

Глубоко вхдохнув, отхожу к окну, делая вид, что разглядываю ночной двор Академии. Мой взгляд скользит по тёмным учебным корпусам, но мысли при этом далеко.

Я не должна винить себя, ведь это единственный выход, другого способа добиться своей цели просто нет...

Когда шум воды стих, я снова глубоко вздыхаю, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Я поворачиваюсь как раз в тот момент, когда Адам выходит из ванной. На нём лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, а его влажные волосы блестят в свете ночника.

– Я приготовила тебе коктейль, – говорю как можно более непринуждённо, указывая на стакан «томатного сока» на подоконнике. – Ты, наверное, хочешь пить после душа.

– Ты перелила кровь в стакан? – кривит рот в ухмылке. – Я настолько впечатлил тебя?

– Просто хотела показать, что... я понимаю, кто ты.

– И всё равно переспала со мной, – крадётся ко мне.

– Это просто секс, – отвечаю сипло.

– Конечно.

Дикий улыбнулся, взял стакан из моих рук и сделал глоток, не подозревая о том, что ждёт его впереди.

Я наблюдаю за ним, чувствуя, как внутри меня борются противоречивые чувства. Этот вечер изменит многое в наших отношениях, и я не уверена, что готова к последствиям своих поступков...