Текст книги "Мертвецки влюблён в тебя (СИ)"

Автор книги: Одария Вербенова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

Глава 57

Быть человеком – иметь мужество любить.

Валери Острозубка

Тусклый свет луны пробивается сквозь рваные облака. Я лежу на холодной земле, уже не чувствая ни боли, ни страха. С каждым ударом сердца алая лента крови растекается подо мной, медленно и неотвратимо приближая к смерти.

Это конец.

Меня оставили здесь одну, истекать кровью и умирать. Я чувствую, как жизнь покидает моё тело, не оставляя ни единого шанса на спасение.

Это конец.

– Валери! – слышу едва разборчивые звуки своего имени.

Адам упал рядом со мной на колени, его пальцы крепко сжали мою ладонь. В глазах вампира плещется боль, но голос звучит твёрдо:

– Я могу провести тебя к ним, к твоим родителям. Обещаю. Я знаю тропы между мирами, Валери. Я сделаю всё, чтобы ты встретила их.

– Как?.. – шепчу почти без звука.

– Должен признаться тебе: я уже давно освоил программу факультета Ведьмовства, и уже являюсь готовым сопровождающим ведьмаком. Только диплома у меня нет, и практиковать не имею права. Но тебе я помогу, у тебя осталось мало времени. Решай!

Его слова эхом отдаются в моём сознании. Образ матери – тёплый, пахнущий ванилью и книгами; отца – с его добродушной улыбкой и руками, всегда готовыми подхватить, когда я падала в детстве... Сердце, сжалось от тоски.

– Это... и есть покой? – шепчу хрипло, глядя в потемневшие от горя глаза Дикого.

– Это скорая встреча, – тихо отвечает Адам. – Ты снова будешь с ними.

Я закрываю глаза, представляя, как шагаю по туманной дороге парка у нашего дома, а впереди – силуэты тех, кого люблю больше жизни. Мама и Папа. Мы можем снова быть вместе, уже будучи призраками. Но в тот же миг в голове вспыхивает другой образ: наши с Адамом вечера в его комнате, его смех, его руки, бережно обнимающие меня, запах его кожи и геля для душа...

– А если... – я сглотнула, подавившись, в попытке собрать остатки сил. – Если я останусь?

Адам замер. В его взгляде промелькнуло что то дикое, жадное, но тут же сменилось мучительной нежностью.

– Тогда я дам тебе свою кровь, и ты станешь такой же, как я. Ты будешь жить. Мы будем жить.

Он наклонился ближе, его губы почти коснулись моего уха:

– Но это навсегда, Валери. Ты больше не сможешь быть прежней.

– Я боюсь измениться, – отвечаю, с трудом проталкивая слова, и в моём голосе прозвучала горечь. – Но я уже изменилась. Безвозвратно. Из-за тебя. И теперь ещё больше я боюсь потерять тебя, потому что полюбила.

Он прижал мою окровавленную ладонь к своей груди, позволяя почувствовать, как под кожей бьётся его бессмертное сердце.

– Выбор за тобой, моя любовь, – говорит Адам.

Я посмотрела вверх, на звёздное небо. Оно кажется таким далёким, таким равнодушным к моим мукам. После перевожу взгляд на Адама: в его глазах надежда и боль за меня.

– Если я пойду к ним... – запинаюсь. – Ты останешься один.

– Меня будут греть воспоминания о проведённом времени с тобой. Если бы я мог пойти за тобой, то пошёл бы, не раздумывая... Но вампиры не становятся призраками, а умирают окончательно. Только человек может стать призраком. Или вампиром.

– Ты человек, – хочу протянуть руку и коснуться, но моё тело мне уже не подчиняется. – Потому что быть человеком – иметь мужество любить.

В глазах темнеет, я постепенно теряю сознание.

– Я хочу остаться, – шепчу. – С тобой. Даже если это значит... стать другой.

Адам закрывает глаза, словно впитывая мои слова. Когда он снова посмотрел на меня, в его взгляде плещется что то первобытное, голодное и вместе с тем бесконечно нежное.

– Тогда не бойся, – говорит он, наклоняясь к моей шее. – Я буду с тобой. Всегда.

И в тот миг, когда его клыки коснулись моей кожи, я почувствовала не боль, а странную, всепоглощающую полноту. Как будто я наконец нашла место, где мне суждено быть.

Где то вдали ветер шелестит листьями, а в небе медленно гаснет одна звезда, словно кто то там, наверху, тихо закрыл за мной дверь в прошлое.

Я умерла.

***

Удивительно тепло, спокойно.

– Моя милая затейница остаётся в прошлом... Она устала бедная, тревожась обо всем и ни о чём. Откровенная, озлобленная, коварно смелая... Она творила меня, как творил я её.

Веки налиты свинцом, не открываются, не слушаются моего приказала. Я ёрзаю телом, и слышу шуршание простыни подо мной.

Тёплая рука гладит меня по волосам, расправляя пряди так, чтобы они не лезли мне на лицо. Невидимый мне мужчина невесомо целует меня в лоб и продлжает:

– Приветствую, моя подруга и любовница! Моя наставница и злейший враг... Мой обременительный груз прошедших дней... Воплощение горького пепла, дрожащий страх.

Адам!

Я открываю глаза.

Дикий встречает моё пробуждение счастливой улыбкой. Он заворожённо рассматривает моё лицо, его сине-голубые глаза сияют необыкновенным теплом – должно быть именно они так согревают меня сейчас.

– Адам! – улыбаюсь в ответ.

– Наконец-то ты проснулась, – усмехается он, – я всю ночь не спал в ожидании твоего возвращения.

– Всю ночь?..

– Да.

– Какое сегодня число?

– Семнадцатое октября, ты проспала сутки. Тебе пришлось нелегко... Прости, что мне пришлось добить тебя укусом, но так нужно было, чтобы я смог вернуть тебя себе.

– Я теперь...

– Вампир.

По груди разливается жар, а желудок словно сворачивается в тугой узел. Я хочу... есть.

– Вижу, ты окончательно пришла в себя, – хмыкает Адам, всё прочитав на моём лице.

– Как прошёл праздник? – подрываюсь вверх, садясь на кровати, и обнаруживаю себя совершенно голой. – Что теперь с твоим дедом, как теперь...

– Тшш... – прикладывает он палец к моим губам. – Совет готовится издать закон против монополии на производство защитного порошка, так что совсем скоро появится много новых его производителей и продавцов, что облегчит всем людям доступ к нему. Гильдия охотников уже закрыта, будет суд. Изидор и Амалия взяты под арест, а нашим новым ректором станет профессор Лепава. Она приложила много усилий для того, чтобы справедливость и закон восторжествовали, так что все проголосовали за неё. А главное: твои родители теперь в безопасности.

– А Богдан?

– Не знаю, возненавидишь ли ты меня за это, но... Я убил его.

Вампирский закон и закон любви. Я понимаю, почему Дикий сделал это. Как бы мне не было горько, не могу винить его за это. И если признаться честно самой себе: вместе с невыносимой болью я чувствую облегчение.

– Но он же...

– Уже стал вампиром к тому времени. Видимо, его «наградили» за убийство родной сестры. Так что никакого закона я не нарушил. Вампир убил вампира – всё чисто.

– А Эйко?

– Сверкает довольной улыбкой, бодра и здорова! Гессий переехал к ней в комнату, так что им двоим скучать точно некогда. Ну и у тебя теперь много дел: учиться быть вампиршей, слушаться меня, жить со мной! Кстати, чуть не забыл: Дастина «отчислили», так как выяснилось, что среди адептов в документации он даже не числился.

– Неужели всё закончилось...

– Нет, всё только начинается, – Адам прижимает меня к себе и крепко целует, пробуждая во мне уже голод иного рода. – Теперь мы можем пить друг друга, Валери Острозубка, и на этот раз ждать разрешения не буду!

Волна возбуждения разливается по моему обновлённому телу – более сильному и выносливому. Разрешение? Да я и сама спрашивать не буду!

– Дай мне коробку «Юкона» сейчас же, – страстно целую Дикого, с удивлением слыша собственный короткий рык. Чёрт. Я готова порвать футболку на его груди от тех чувств, что меня переполняют. – А иначе я тебя сожру!

– Новая версия тебя мне нравится ещё больше, – смеётся Адам, вызывая у меня ответный смех. – С нетерпением жду наш первый вампирский секс!