Текст книги "Пятая попытка для обреченной вдовы (СИ)"

Автор книги: Ника Цезарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

Глава 5.

Под окнами моей палаты росли пышные заросли магнолий с тёмно-зелёными, блестящими листьями и крупными, нежными бело-розовыми цветками. Сейчас, когда не было ни ветерка, аромат казался сладким и насыщенным – почти до тошноты, – но именно это помогало мне сосредоточиться на настоящем, на своих ощущениях. Сложно было поверить в происходящее, но я изо всех сил старалась.

Лечебница располагалась среди пышной парковой зелени, в излучине реки. Вдали, на противоположном берегу, виднелись дома. Среди них не было ни небоскрёбов, ни советских высоток. Зато ярко сверкали шпили белоснежного дворца. Дома на набережной редко превышали шесть этажей и напоминали османские особняки Парижа, куда когда-то возил меня второй муж в медовый месяц.

Вздохнув, я бросила взгляд на руки, обмотанные бинтами. Что же меня ждёт?

После того как я пришла в себя, это были первые минуты, проведённые наедине с собой. Именно поэтому я решила встать и осмотреться. Несколько часов меня осматривали, обрабатывали, перевязывали, а затем – что было совершенно непостижимо – воздействовали на меня странным светом, исходящим из рук. Я едва сдержалась, чтобы не дёрнуться и не потерять сознание от невозможности происходящего. Разум с трудом справлялся. К счастью, моё молчание и замешательство списали на амнезию. Без этого меня бы уже давно упаковали в психиатрическое отделение.

Передвигаться было больно, но, к моему удивлению, вполне терпимо. Из обрывков разговоров я поняла: я должна была получить травмы, несовместимые с жизнью… Но я жива. И даже хожу.

Мысли роились в голове, как осиное гнездо, в то время как всё вокруг казалось чужим. Не только люди, не только город – но и само время. Мир. Эта мысль должна была бы повергнуть в ужас. Но чем больше я её обдумывала, катала в сознании, тем спокойнее становилось. Мне всегда казалось, что после смерти что-то должно быть. Не может всё просто так закончиться… Теперь энергетические шары, которыми представлялись души, и голоса тех, кто хотел «развлечься», казались реальностью.

Голоса под дверью стали громче, вызывая у меня горькую усмешку. Наглец вернулся.

– Память к ней вернётся? – знакомый голос вновь настырно добивался внимания.

– Может, да, а может, и нет, – задумчиво протянул лечащий врач.

– Давайте исходить из положительного сценария, – оборвал мужчина. Он надеялся на то, чего никогда не случится. Я не она. И уже решила: буду придерживаться сценария амнезии до конца. Не знаю, как погибла настоящая "я" в этом мире, но, судя по травмам, это выглядело вполне логично.

Яркая птичка мазнула крыльями в воздухе, привлекая моё внимание. Она летела с той стороны берега, что была мне не видна– яркая, словно пламя. Таких я ещё не встречала.

– Ух ты, какая красавица, – выдохнула я, протягивая к ней ладонь.

Доверчивая душа, она с радостью устремилась ко мне, словно поняла, что я зову её. Чем ближе она подлетала, тем больше я поражалась: перья – как живое пламя, дрожали на ветру, словно от жара, а глаза... глаза были как угли – с тлеющими красными точками в глубине.

– Ты что творишь, ненормальная?! – возмущённый крик мужчины заставил меня вздрогнуть. Я обернулась, всё ещё не опуская дрожащей руки.

Дальше всё происходило, как в замедленной съёмке. Разгневанный брюнет, лет тридцати, сбросил с руки чёрный сгусток, который пролетел в сантиметре от меня и настиг птицу, уже почти коснувшуюся моей ладони.

Но птица оказалась вовсе не птицей. Она трансформировалась в сгусток пламени – с волей, с острыми, алчными зубами, мечтавшими вонзиться в мою плоть. Чёрная масса, словно ловчий сачок, поймала её и вбила в землю. Потрясённо глядя в окно, я наблюдала, как огненное существо извивалось, растягивая смоляную ловушку. Его писк становился всё пронзительнее, срываясь на шипение, а пламя медленно, но неумолимо гасло.

Я хлопала глазами, потрясённо глядя на это зрелище, не в силах осознать ещё один шокирующий факт об этом мире. Паника нарастала. Я вцепилась в деревянный подоконник, наблюдая, как огонь тухнет, жизнь исчезает, а чёрная клякса начинает тлеть, превращаясь в пепел. На её месте остался идеально выжженный круг – ни единой травинки, ни малейшего признака жизни.

– Да! Я сказал: третий уровень! Немедленно расширьте круг оцепления и отправьте огневиков на остров Милосердия! – раздражённый голос мужчины, отдававшего приказы, неожиданно вернул меня к реальности.

Он говорил в устройство, похожее на bluetooth-гарнитуру, но с плавающим светящимся экраном перед ним, который явно был чем-то большим. Я сделала неуверенный шаг, разглядывая свечение в надежде увидеть собеседника. Напрасно – изображение исчезло слишком быстро. Может, видеть его может только тот, кто говорит? Я не успела обдумать это, как на меня уже устремился тяжёлый, препарирующий взгляд.

– Чем вы думали, госпожа Фоксгейт? Натворили дел и решили покончить с собой?

– Нет, что за глупость?! – вспыхнула я, напрочь забыв о своей неуверенности и осторожности. Мой взгляд встретился с его ярко-голубыми глазами – и не дрогнул.

– Тогда как вы объясните, что тянули руку к огненному духу второй степени? Они неразумны, но крайне опасны.

– Я не знала!

– Не знали? Не говорите чепуху. Каждый браксуриец с детства знает, насколько опасны дикие духи стихий. Это зазубривается до состояния мышечной памяти. А после вчерашнего пожара их по городу разлетелось десятки, если не сотни. У вас блестящее образование, Кристель. Не стоит притворяться глупой, – его слова били точно и резко, пока он медленно с наслаждением обходил меня, как хищник, выжидающий нужный момент.

– Возможно. Но повторю: я ничего не помню, – сказала, поворачивая голову, чтобы не упускать его из виду. – Думала, вам уже об этом сообщили.

Комната была пропитана тяжёлым пряным ароматом, исходившим от него. Он заполнял пространство, не оставляя ни одного пустого сантиметра.

– Верно. Но я не верю, – его голос стал почти зловещим шёпотом. От него ледяные мурашки побежали по спине. Когда-то я думала, что именно так касается смерть…

– Как вас зовут? Вы не представились, – укорила я, беря себя в руки.

– Лекс Блейкмор.

– Просто Лекс Блейкмор? – прищурилась, ожидая продолжения. Поведение, манеры, осанка – всё в нём кричало о власти. Следователь? Да, но, похоже, далеко не простой. Слишком наглый. Слишком уверенный. Значит – немалого ранга.

– Для славной дочери Кайроса Фоксгейта – да, – он едва улыбнулся губами, но его глаза оставались ледяными, безжизненными. Это сравнение пришло внезапно и заставило меня вздрогнуть. Так давить на незнакомку – разве это не жестоко?

– Мы случайно не встречались раньше? – спросила я, привыкшая прислушиваться к своей интуиции.

– Много раз, – усмехнулся он. – Вы и этого не помните?

– Нет… – ответила я, с недоверием вглядываясь в него, всё больше теряясь в мыслях: кто же была настоящая Кристель, и что она такого сделала, что привлекла его внимание? – Я вас обидела?

– О, боги! – он искренне рассмеялся. – Конечно же, нет.

Мужчина отступил на шаг, оценивающе оглядывая меня.

– Присядем? Вам ведь нездоровится…

– Вы так любезны, – не удержалась я от сарказма, подходя к креслу у небольшого столика.

Этот уютный уголок явно был рассчитан на двоих. Второе кресло стояло напротив, и это напрягало. Страшно, когда не знаешь, в чём виноват, а в чём тебя просто оговаривают.

– Как вы себя чувствуете? – поинтересовался он с почти заботливой интонацией, отчего я напряглась ещё больше.

– Хорошо, благодарю, – ответила, игнорируя лёгкое недомогание. Если подумать, после смерти лёгкое недомогание – и правда мелочь.

– Прекрасно. Вы что-нибудь помните о произошедшем?

– Нет, простите.

– А ведь это должно быть незабываемое событие.

– Что именно?

– Пожар, из-за которого вы оказались здесь. Существо, к которому вы тянулись – его порождение.

– Что же случилось? – сжав губы, спросила я. Девушка, жившая в этом теле, погибла, и значит, были причины. Но от осознания этого легче не становилось.

– Пожар на фабрике вашего отца.

– Причина возгорания?

– Вот и мне интересно. Почему вы не спрашиваете, что с вашим отцом?

– Я… – честно говоря, отец у меня умер так давно, что я даже не подумала о нём. Я ещё не срослась с новой реальностью. – Как он? – растерянно посмотрела на него.

– Вы были втроём на дальних складах: вы, ваши отец и жених.

– Жених? – переспросила я. Вот чего-чего, а замуж выходить больше не хотелось. Хотя… может, в этой жизни всё будет иначе?

– Да. Лорд Грейвстон. Красавец и интеллектуал, ему прочили отличное будущее в верхней палате.

– Прочили? – зацепилась я за слово, что острым ножом прошлось по моим воспрявшим мечтам.

– Он мёртв, – холодно обронил мужчина.

Я едва не задохнулась. Снова потери. Они преследуют меня из жизни в жизнь. Может, и правда я обречена на одиночество…

– Воды? – я не заметила, как согнулась, погрузившись в отчаяние. Передо мной возник стакан с холодной водой, капли сбегали по его запотевшим стенкам. Взглянув в лицо мужчины и не увидев подвоха, я потянулась за стаканом. Случайно коснулась его руки – и словно ток прошёл по коже до самого локтя. Я вздрогнула, ещё раз глянула в его ледяные глаза. Он, кажется, ничего не почувствовал, а потому, схватив стакан, я сделала несколько жадных глотков.

– А говорите, что ничего не помните, – хмыкнул он, садясь напротив.

– Потеря жениха не должна меня трогать? – вскинула я брови. – Даже если не помню его, мысль об этом ранит.

– Вам не впервой, Кристель.

– Да?

– Да. Лорд Грейвстон – ваш четвёртый жених. Удивительно, что ни один из достойнейших мужчин Браксурии так и не довёл вас до храма. Мне это всегда казалось… любопытным.

– А мой отец? Вы так и не ответили! – перебила я. Мне не хотелось слушать его домыслы. Люди всегда уверены, будто знают, что ты чувствовала, делала, переживала на самом деле…

– Он в магической коме. Восемьдесят процентов его органов пострадали. Удивительно, что сердце вообще билось. Лекари ввели его в анабиоз, чтобы постепенно восстановить тело.

Я сипло выдохнула, придавленная тяжестью узнанной информации. Губу раскатала, что здесь буду счастливой… Ага, аж дважды! Не зря те голоса шептали, что мы – двойники. Похоже, одинаково невезучие в личной жизни. Если я становилась вдовой, она и вовсе замуж выйти не могла. Но здесь у меня есть семья… отец. Это давало искру надежды.

– Можете меня оставить? Мне нужно прилечь.

– Мы не закончили. Почему вы были на тех складах? Там не хранилось ничего, ради чего хозяин фабрики пошёл бы туда с семьёй.

– Я же сказала – ничего не помню… – поднявшись, я пошатнулась. Тяжесть ситуации легла мне на плечи, давя к земле. – Мне нужно лечь.

– Ваш лекарь утверждал, что вы в полном поря… – не договорив, он резко рванул ко мне, поражая реакцией. Я только, пошатнувшись, стала валиться на пол, а он уже поймал, крепко прижав к груди.

– Лекаря! Немедленно! – рявкнул мужчина, пока я цеплялась пальцами за его чёрную рубашку. Холодный шёлк пытался ускользнуть, как и моё сознание, окутанное ароматом табака и пряностей. Перед тем как провалилась в темноту, мне показалось, что я чувствую слабый запах выглаженного хлопка. Но понять, откуда эта мысль, я не успела – тьма накрыла меня окончательно.

Глава 6.

Очнулась я от резкого терпкого запаха травяной настойки. Память возвращалась медленно, я не сразу вспомнила, что больше не в своём родном мире. Однако знакомый с детства аромат узнала безошибочно. Меня растила бабушка, которая напрочь отвергала современные лекарства. Она часто ворчала, что все болезни – проделки фармацевтических компаний, желающих содрать побольше денег с нас – простых смертных. Позже я осознала, что за этими речами скрывалась банальная нехватка денег: на лекарства не хватало, оставались только травы. Именно поэтому запах успокаивающего отвара я узнала сразу.

Я приподнялась на локтях, осматриваясь по сторонам, и этим привлекла к себе внимание.

– Лежите-лежите, госпожа Кристель, – тут же подскочила ко мне молоденькая девушка в нежно-розовом платьице и белоснежном переднике. Она провела вдоль моего тела рукой, в которой был зажат странный прибор.

– Что это?

– Не нервничайте, – нахмурившись, строго сказала та. – Вам нельзя волноваться. Меня зовут Эльна, я – помощница лекаря Варшлоу. А это – диагностик. Он помогает мне в работе. Конечно, я могла бы использовать магическое сканирование, но это нерационально: диагностик тратит гораздо меньше маны, а работает не хуже. К тому же, честно говоря, в последние дни было много пациентов – я немного исчерпала свои резервы.

Она говорила спокойно и доступно, стараясь, чтобы я всё поняла. Пусть мне и не были знакомы её термины, но я почувствовала: ей можно доверять.

– И как я?

– Хорошо. Даже удивительно хорошо. Причиной последнего обморока стало ваше эмоциональное состояние. Вам стоит избегать душевных потрясений. Физически же вы полностью в порядке. Лекарь Варшлоу поражён. Если вы не откажете, он бы хотел изучить ваш случай подробнее.

– Зачем? – я напряглась, сердце ёкнуло. Кто знает, что он может выяснить?!

– Не пугайтесь. Это до тех пор, пока не появится кто-нибудь более «необычный». А такие, поверьте, не редкость.

– У вас тут часто бывают странности?

– О, вы бы знали, насколько изобретательны бывают люди… – она усмехнулась. – Ну вот, я закончила. Вы в норме. Выпейте отвар, и я сменю повязки. После этого можно будет принять посетителей – у ваших дверей уже очередь.

– Не хочется. Я почти ничего не помню, а люди… слишком навязчивы, – мрачно пробормотала я, вспоминая одного «гостя».

– Лорд Блейкмор – приближённый нашего славного короля Ардена Решительного, – понимающе кивнула она. – Он известен своей настойчивостью… и некоторой бестактностью. Всё потому, что ему проще работать с мёртвыми, чем с живыми – он некромант. Постарайтесь быть снисходительны.

– И чем же я так привлекла его внимание? – вздохнула, поставив пустой стакан на прикроватную тумбочку. Некромант? Ну и дела...

– Вы можете не помнить, но вы – незаурядная девушка. Ваш отец – великий человек. Благодаря его оружейным разработкам мы выиграли войну. Уже много лет никто не осмеливается покушаться на наши земли. Он – гений военных разработок. Сядьте, пожалуйста. Я начну обрабатывать раны и сменю повязки.

Её движения были уверенными и мягкими. Из-под ладоней девушки исходил лёгкий холодок, приятно растекающийся по коже. Я не чувствовала боли – только слабое покалывание.

– Вы хорошо разбираетесь в… уровнях влияния?

– Мой отец – главный лекарь короля. Так что, можно сказать, я кое-что понимаю, – с лёгкой улыбкой проговорила она, после чего ахнула: – Потрясающе. Вы действительно уникальны! Кожа почти полностью восстановилась – лишь лёгкое покраснение и пара крошечных ран. Бинты больше не нужны. Это невероятно. Никогда не видела такой скорости регенерации!..

– Может, это всё благодаря вашим мазям? Они просто волшебные! – попыталась я уйти от темы, прекрасно понимая, что в действительности моё тело восстановили… голоса.

– Конечно, в их составе редкие магические компоненты. Некоторые – с Диких Земель. Но даже они не дают таких результатов. На вашем месте я бы проверила магический резерв после выписки. В деле указано, что вы не обладаете даром, но… мне кажется, в вас что-то есть. Хотите взглянуть в зеркало? Ваша красота не пострадала.

– Конечно, – ладони взмокли, и я нетерпеливо вцепилась в простынь.

Мне была важна не красота – я просто хотела увидеть, кем стала.

– Прошу, – Эльна протянула мне овальное зеркало в серебряной оправе и тактично замолчала, я же потрясённо потерялась.

Я смотрела и задыхалась. Я ожидала увидеть кого угодно, но только не себя… двадцатилетнюю. Хотя нет, даже в двадцать я не была такой. В свои сорок с небольшим я была ухоженной привлекательной женщиной, владелицей сети фитнес-центров и салонов красоты. Я не прибегала к радикальным процедурам, но никогда не считала свою внешность божественным даром.

Теперь же на меня смотрела юная девушка редкой, почти нереальной красоты. Шоколадные волосы мягко обрамляли нежное лицо с тонкими, идеально выверенными чертами. Симметричное, изящное, будто сошедшее с полотна художника. И только глаза остались моими – бледно-зелёные с карими вкраплениями. Не зря их называют зеркалом души.

Я отложила зеркало и медленно подняла взгляд на Эльну. Она, кажется, неправильно поняла моё молчание.

– Не волнуйтесь, госпожа Кристель, ваша гордость – белоснежная фарфоровая кожа – вскоре вернётся, краснота спадёт и не оставит следа. А теперь позвольте, я закончу.

В её голосе мне послышались лёгкие ноты раздражения, и, честно, я её понимала: она же думала, будто я настолько тщеславна, что страдаю по утраченной красоте.

– Лорд Блейкмор сказал, что у меня есть отец… как он?

– К сожалению, без изменений, – почти всё моё тело было обмотано повязками, которые она аккуратно снимала, не забывая обдавать открытые участки прохладным касанием. Я не могла его объяснить и пришла к выводу, что это магия. Таким образом она обезболивала участок кожи, где снимала ткань.

– Мне кажется, что я в хорошем состоянии. Мне не нужно обезболивание.

– Уверены? – с лёгким интересом во взгляде поинтересовалась Эльна, на что я согласно кивнула. – Как пожелаете…

– Отведёте меня к… отцу после осмотра? – выдохнула я, ощущая колющий дискомфорт на коже. Как бы хорошо себя ни чувствовала, это было неприятно.

– Пока нельзя, – сочувственно протянула девушка, – он сейчас в закрытом коконе. Мы пробуем восстановить внутренние органы.

– Звучит не очень…

– Мне жаль.

Дальше она работала сноровисто, но молча, да и я пока была не готова продолжать разговор, наблюдая, как сантиметр за сантиметром из плена повязок вырывается моя новая розовая кожа.

Как там, интересно, настоящая Кристель? Во мне жила непоколебимая уверенность, что она сейчас в моём теле, и я искренне желала ей удачи, надеясь, что Ленка, как когда-то обо мне, позаботится и о ней. Что девушка найдёт в себе силы смириться с происходящим и разобраться в произошедшем. Мне моя авария не виделась случайной…

– А из-за чего произошло возгорание на фабрике отца? – нахмурившись, я почувствовала, как болезненно свело кожу на лбу, и тут же приняла безучастное выражение лица. Мне слышалось эхо голосов в голове, и их «двойники» стало обрастать смыслом. Мы ведь похожи не только внешне, но и судьбой, так может, и конец у нас обеих был не столь однозначен?

– Пока ведётся расследование, но, честно сказать, за подробностями вам лучше обратиться или к юристу вашего отца, или к секретарю. Они оба в коридоре, ждут, когда вы их примете. И кстати, я закончила. Вам доставили одежду, но я бы посоветовала пока воспользоваться пеньюаром или оставить нашу сорочку; боюсь, другие ткани будут чересчур грубы для вас. И горничную сюда не пустят; пока к вам допускаются люди по списку, заверенному лордом Блейкмором.

– Да что же это такое?! – моментально взвилась я, недовольно скривившись, но вновь пожалела о своей чересчур активной мимике.

Оголённую кожу приятно обдувал прохладный ветерок, но не сидеть же мне голышом целый день?! Потому, с лёгкой руки Эльны, я нашла невесомый пеньюар, выполненный из мягкой ткани. Девушка молча выполнила роль моей горничной, не возмутившись. Я же, кряхтя, уже жалела, что отказалась от обезболивания. Вот только гордость не позволяла попросить сейчас.

– Если что-нибудь понадобится, зовите меня, – собралась уходить Эльна.

– А как?

– На вашей тумбочке есть голубой оповещатель, – указала она на шар, что я ранее приняла за лампу. Прикусив губу, принялась гадать, как он работает, но спросить не решалась. Мне казалось, что настоящая Кристель даже с амнезией бы разобралась, ведь это что-то на уровне механической памяти.

– Позовёте моих посетителей?

– Хорошо, но только не долго. Мы не хотим, чтобы вам снова стало плохо!

– Конечно…

Я не стала ждать незнакомцев в постели и прошла к окну, наблюдая чудесный закат. Яркие рыжие всполохи отражались в воде и на белых фасадах зданий на другом берегу.

– Госпожа Кристель, – откашлявшись, позвал меня мужчина, и я сразу оглянулась.

Ему было около пятидесяти: высокий, поджарый, с пухлым портфелем подмышкой. Его острый взгляд внимательно следил за моими движениями.

– Добрый день! Надеюсь, лекари предупредили вас, что я ничего не помню…

– Да, и мне очень жаль. Я – господин Леруа, юрист вашего отца, а в коридоре ожидает его секретарь. Лекарь Варшлоу велел сильно вас не беспокоить.

– И потому вы решили растянуть удовольствие… Есть ли конфиденциальные вопросы, которые нам нужно обсудить наедине?

– На данный момент нет.

– Тогда пригласите и его. Быстрее начнём – быстрее закончим.

Секретарём оказалась невысокого роста женщина – Онора. На вид ей было слегка за тридцать, но с возрастом могла и случиться загвоздка. Ведь её абсолютно не красила причёска: морковного цвета волосы были гладко зализаны в низкий пучок, и казалось, что пряди слегка перетянуты, отчего глаза начали косить, да и платье было серым и мешковатым. Она настороженно смотрела на меня, ожидая… чего? Я же ничего не знаю!

– Будет лучше, если вы присядете и начнёте первыми. Я ничего не помню, а потому будет проще, если вы будете вести в беседе.

– Хорошо, – одобрительно качнул головой господин Леруа. – Господин Фоксгейт сейчас в состоянии анабиоза, и будь состояние дел иным, я бы не потревожил ваш покой, госпожа Кристель, но вы – его единственная дочь и наследница, а дела сейчас у предприятия вашего отца не очень.

– Понимаю… пожар, – качнула я головой, ещё не до конца осознавая размах случившегося.

– Верно. Пожар затронул три цеха и два склада. Причину возгорания ещё не установили, но на месте происшествия работают лучшие маги его величества. Шепчут, что это был поджог. Уцелевшие склады на данный момент усиленно охраняют боевые маги его величества. Скорее всего, от нас затребуют перевести вооружение под королевское покровительство, что было бы не самым лучшим вариантом. Не все партии были предназначены королю, но мы будем вынуждены ему их отдать. За сегодняшнее утро я получил множество писем от поставщиков с требованиями погасить долги по договорам; они боятся, что мы не выплатим. Заказчики также отправили запросы с требованиями подтвердить сроки и в случае несоблюдения вернуть деньги.

– Это непредвиденные обстоятельства…

– Я, конечно, именно так им отпишусь и укажу на нужный пункт в договоре, но сути это не меняет – нужно действовать. И это ведь ещё не всё. Есть люди… – он перевёл дыхание и продолжил: – В пожаре погибло семнадцать человек, ещё трое умерли по пути, девятнадцать находятся в лечебницах с ранениями разной степени тяжести. Пожар затронул жилые дома около фабрики, их потушили, но несколько семей остались без жилья. Люди паникуют, ваш отец… он всегда обладал авторитетом, что успокаивал и внушал доверие рабочим, сейчас же все в панике от неизвестности. Нужно принимать меры, а управляющий не уполномочен и на половину необходимых решений, особенно теперь, когда король отправляет своих людей.

– Где управляющий?.. – сипло выдохнула я, понимая, что настоящая Кристель влипла покруче, чем я.

– Он на месте происшествия, разбирает со всеми завалы.

– Поняла, – облизав пересохшие губы, я присела на постель, собирая мысли в кучу.

– Я понимаю, что вы сами не сможете разрешить данную ситуацию, но тогда нужно решить, кого вы выберете своим представителем.

– А что по этому поводу думал мой отец?

– Ваш жених, лорд Грейвстон, в последнее время был вовлечён в управление фабрикой. В нём ваш отец видел свою замену, но, к сожалению, он погиб… Примите мои соболезнования!

– Благодарю… Он мёртв, а я в очередной раз не смогла обзавестись нормальной семьёй, – выдохнула, вспоминая свою боль, а после решительно подошла к небольшому шифоньеру, где были аккуратно отпарены и развешаны пара нарядов. Вытащив чёрное платье, я кинула его на кровать. – Я так понимаю, вы, Онора, желаете мне поведать, что все кредиторы хотят получить свои деньги, нужно организовать похороны, и всё в этом роде, так?

– Верно.

– Составьте списки, я ничего не помню и мало что запомню. К утру мне нужны все не терпящие отлагательства вопросы. Постарайтесь разместить их в приоритетном порядке. А теперь попросите зайти ко мне Эльну, а также уладьте с лекарем мою выписку, – обратилась я к женщине.

– Но как же?!.. – нахмурившись, переглянулись мои посетители.

– Я чувствую себя терпимо, а потому должна быть со своими людьми. Тем более других вариантов просто нет. Я не хочу, чтобы когда… отец придёт в себя, – а я уверена, что так оно и будет, – мысленно добавив, что он не имеет права вешать на меня такие большие проблемы, – он узнал бы, что я просрала дело всей его жизни. Ой, извините, потеряла! – не сдержала сарказм. Настроения быть вежливой не было совсем. В своей жизни у меня были вечные проблемы, но там хоть мир знакомый, теперь же попала в другой мир, а тут опять проблемы, ну что за фигня?! Разве я не заслужила хоть капельку счастья и везения?!

Больше никого не нужно было уговаривать, их моментально вынесло за дверь.

Перед тем, как дверь захлопнулась, я смогла рассмотреть в их взглядах удивление, смешанное с одобрением.