Текст книги "Пятая попытка для обреченной вдовы (СИ)"

Автор книги: Ника Цезарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

Глава 27.

– Ваша светлость, – официально приветствовала нетерпеливо подскочившего мужчину. Я видела, что в его глазах мелькнуло недовольство, но он моментально взял себя в руки. Не даром вращается при дворе. Куртуазно поклонившись, он не дал мне возможность проскользнуть мимо, а вынудил протянуть ладонь.

– Госпожа Фоксгейт, вы, как всегда, очаровательны, – произнёс мужчина, легко коснувшись губами моей ладони, обжигая кожу дыханием. Отчего я вновь упрекнула себя за промах. Перчатки доставляли мне дискомфорт, когда листала документы или подписывала их, и я несдержанно стянула тонкое кружево, забыв о приличиях. – Ваше присутствие озаряет день ярче солнечного луча, а ум и достоинство придают вам блеск, которого нынче так недостаёт многим храбрым мужам, – расплылся он в витиеватом комплименте.

– Благодарю, но смею надеяться, что ваши слова продиктованы учтивостью, а не собственным наблюдением. Иначе судьба нашего королевства под угрозой… Ум – необходимая составляющая успешного развития экономики и политики, – слегка отстранившись, я всё же отошла, решив не прятаться за столом, а пройти к дивану. Герцог одобрительно усмехнулся и последовал за мной. – Я, право, немного удивлена вашим визитом на фабрику.

– Боюсь, если бы я приехал к вам домой, то или не застал бы вас, или ваша прислуга вежливо отправила бы меня восвояси и правильно бы сделала. Я должен перед вами извиниться. У меня нет прав требовать от вас что-либо. Прошу меня простить, Кристель. Надеюсь, я не утратил права вас так называть хотя бы наедине?

– Нет, вы можете называть меня по имени, но только когда мы с вами находимся один на один, – улыбнулась я. Если он действительно признаёт свои ошибки, то цены ему нет. На это не каждый способен.

– Чудесно. Вы не приехали сегодня в парк: ваши планы изменились, или это моя вина? – спросил он без упрёка в голосе, а, скорее, со здоровой долей интереса.

– О, боги… – выдохнула расстроенно. – Я забыла, простите меня! Надеюсь, вы не долго ждали?

– Я провёл время с пользой, проветрил голову себе и своему коню. Порой это необходимо.

– Я поступила невнимательно по отношению к вам. Просто всё навалилось. Нападение на Патрисию, мой неверный жених оказался не мёртв, а труслив… – сев на диван, я действительно почувствовала себя уставшей.

– Ваш жених? – удивлённо переспросил он.

– Да, господин Кюри. Несколько лет назад я мечтала, что он поведёт меня под венец, но мужчина исчез. А буквально вчера я узнала, что он жив и прекрасно себя чувствует, женился, и у него даже появились наследники. И это всё – на деньги моего папеньки… Но разве вам не сказал об этом ваш друг, господин Блэйкмор?

– Нет. Об этом он не упоминал, – слегка нахмурившись, герцог отвёл взгляд, вынуждая задуматься. Между ними кошка пробежала? – Так вы поэтому уехали? А почему взяли его с собой?

– Во-первых, его лошади быстрее моих, – усмехнулась я, – мой бывший жених поселился в Онфлере, без его помощи я бы потратила гораздо больше времени. А во-вторых, он считает меня повинной во множестве грехов, и рассчитывал там, пожалуй, найти всё что угодно, но не живого Кюри, – я заметила, как облегчение расплывается на лице собеседника. – Что вы себе надумали, ваша светлость? – поинтересовалась, слегка склонив голову к плечу.

– Себастьян. Прошу, называйте меня по имени наедине. Я воздержусь от ответа, а то этот день станет днём извинений.

– Допустим, – согласилась я не вдаваться в его фантазии, – я так же должна перед вами извиниться. Вы поддержали Патрисию в моё отсутствие, я должна была это оценить.

– Мы с вами квиты.

– Мне бы не хотелось, чтобы мы вообще вели счёт. Настоящие друзья ведь не подсчитывают, кто кому сколько должен. А я хотела бы называть вас своим другом…

– И только? – остро взглянул он на меня, вынуждая ответить. Сама виновата: неверный пас, и теперь нужно расставить точки…

– Боюсь, на данный момент я не готова к другим отношениям. Совсем недавно погиб мой жених…

– Но вы об этом не помните.

– Но помнит общество. К тому же у меня просто нет ни сил, ни времени, я отдаю всё фабрике.

– Понимаю, но я хотел бы быть с вами рядом, когда ваши желания изменятся, Кристель, – герцог не стал сомневаться, обозначив свой интерес. Я же в ответ только неуверенно улыбнулась, отводя взгляд. Не хотелось давать ему ложных надежд, но для этого нужно разобраться в своих истинных желаниях. – Не спешите отказывать, просто подумайте. Сейчас я готов быть вашим самым преданным другом, Кристель. А, смею надеяться, вам моя поддержка пригодится.

– С этим сложно поспорить.

– Вот и чудесно. Мы с вами пока сходимся, что мы друзья, а друзья обычно проводят время вместе, – лукаво продолжил он. – Предлагаю завтра прогуляться в парке. На озере будет регата. Я бы посмотрел или даже принял участие. Думаю, вам бы пошло на пользу развеяться, заодно захватите свою дуэнью, ей нужны радостные впечатление.

Упомянув Зефирку, он надавил на больное место. Я чувствовала вину перед ней, к тому же, если он мне не нужен, то, может, ещё переключит внимание на неё. Она – женщина красивая, и чего греха таить, готовая ради него на всё.

– Вы знаете, как уговаривать, – заключила я. – С радостью принимаю ваше предложение, Себастьян.

Получив своё, он не стал задерживаться, покинув меня, и я засобиралась домой.

– Никто не тронул папку, – протянула расстроенно.

– Ещё рано делать выводы. Мы только начали охоту, нужно терпение, – ответила Ру. – Карета подана. Едем домой?

– Можно? – стук в дверь прервал нас, заставляя настороженно обернуться. Онора тихо скользнула в комнату.

– Вы ещё здесь? – искренне удивилась, незаметно подавая знак рукой телохранительнице отступить. – Вы не должны задерживаться ради меня, – посетовала я.

– Как же?! Это моя работа! Я должна быть с вами, если понадобится помощь, – на мгновение замявшись, она всё же решительно вскинулась. – Я заметила, что сегодня вы со мной были весьма холодны. Это из-за того, что вы нашли в домике в Онфлёре?

В моей голове щёлкнуло. Она специально указала мне на этот дом.

– Ваша работа – всё знать и всегда быть готовой помочь… Вы знали, что он жив! – я не смогла удержаться от упрёка.

– Никто не думал, что он просто примет условия и сбежит, – поморщилась она, но взгляд не отвела. – Но да, я знала.

– Почему решили открыть мне глаза?

– Потому что раньше я вас не знала. Думала, что вы – только…

– Избалованная дочь своего отца? – заключила я вместо неё.

– Да, но оказалось, что это не так. Вы заботитесь о фабрике, о рабочих, ищете деньги и не сдаётесь, хотя могли бы просто сложить ручки и ждать. Помимо работы на вас навалилось очередное горе… и мне показалось нечестным, что вы горюете ещё и о том, о ком не следует. Так вам хоть на капельку должно было стать легче.

– А вы, случайно, не знаете о судьбе моего третьего жениха? – похоже, Онора всё знает о проделках отца. Так почему бы не прояснить сразу всю картину?

– Нет, клянусь! Ваш отец ни при чём! Он сам был очень озабочен и огорчён его исчезновением. К тому же вы после того, как барон Ларси исчез, были в таком ужасно подавленном состоянии, что господин Фоксгейт никогда бы не решился вам врать! – с пылом защищала моего отца девушка, отчего я вновь задумалась: а нет ли между ними иных отношений? – Вы почти год прожили в Ла Напуле, приходя в себя. Он страшно по вам скучал и искренне радовался, когда вы вернулись в столицу и нашли новую любовь.

– Я очень сильно любила барона?

– Не знаю, мы с вами не были тогда подругами. Но, как мне кажется, он не оставил вам выбора, взяв напором. О нём всегда говорили, что мужчина получает то, что хочет, а он хотел вас. Удивительно, почему он сбежал…

– И мне… – озадачилась я. Было мало похоже, что его тоже подкупили. Может, с ним и вправду что-то случилось. – А как он исчез? – подхватив девушку под руку, я подвела её к дивану, где мы присели.

– Просто вы поссорились, и он уехал… По-крайней мере, так говорили вы и его матушка. Вы лучше у неё спросите, госпожа Кристель!

– Непременно! А где мне её найти?

– Я, право, даже не знаю, что стало с его матушкой. Барон Ларси был признан мёртвым, и в наследство вступил его дальний родственник.

– Можешь поинтересоваться её судьбой для меня? – задумчиво попросила я.

– Конечно! Госпожа, вы больше не сердитесь на меня?

– Я и не сердилась, просто устала, – не стала упоминать, что она, как и другие, в списке моих подозреваемых, а вместо этого предложила подвезти её домой. Девушка отнекивалась, но я была настойчива. На дворе был поздний вечер, а улицы недоброжелательны к молодым женщинам, тем более в том районе, где она жила.

– Мне казалось, что у вас хорошая зарплата, – протянула я, с подозрением выглядывая в окно и глядя на покосившийся старый дом.

– Когда у тебя пятеро детей, сложно жить с шиком на секретарскую зарплату.

– Пятеро детей?! – ошарашенно переспросила я, ведь была уверена, что она – так называемая старая дева.

– Не удивляйтесь. Я – самый старший ребёнок своего отца, родившаяся от первого брака, все остальные мои братья и сёстры значительно младше меня. Когда родители погибли, я взяла их на своё попечение. Они получают образование, чтобы в будущем устроить свою жизнь. Доброго вечера, госпожа Кристель! – попрощалась она, ловко скользнув прочь.

– Она слишком гордая, чтобы видеть в моих глазах жалость…

– Или боится, что её раскроют, – констатировала Ру, заняв место Оноры в карете. – Ей ведь очень нужны деньги, а в этом деле они замешаны. Я дам наводку своим, чтобы её проверили тщательнее. Пусть копнут там, где ещё не были… – прошептала она, в то время как я, покусывая губу, откинулась на спинку сидения, мечтая хоть об одном светлом дне. Без сюрпризов, без предателей, без стресса…

Вот только мечты-мечтами, а вернувшись домой, я засела в библиотеке, потихоньку впихивая в свою головку новые сведения об этом мире.

Я медленно листала старую книгу. Её листы были желтоватыми от времени, а кожа – гладкой и казалась почти тёплой от чужих касаний.

Это был магический учебник, и хоть для меня в нём было мало толку, но я упрямо пробиралась через дебри, чтобы в голове осели хотя бы азы. Раз уж мир, в котором я живу, – магический, то от этого никуда не деться.

Папка, с которой я таскалась весь день, была надёжно спрятана в сейфе. За ней так никто и не пришёл.

Когда перед глазами начало плыть, а значение слов перестало приходить на ум даже после третьего прочтения, я решила, что мне пора спать, и захлопнула книгу, подняв небольшое облачко книжной пыли.

Смачно чихнув, подняла взгляд, заметив тень напротив. Страх сжал мне горло. В кресле притаился мужчина, наблюдавший за мной всё это время. Страх стремительно сменился злостью, и я, не сдержавшись, выругалась.

– Какого чёрта, Блэйкмор?! Двери не для вас?

– Я тоже с утра был удивлён, но, пожалуй, так интересно не ругался... – протянул он.

– Повторить, чтобы вы записали? – едко поинтересовалась я.

– В следующий раз. Сейчас обсудим наш план.

– А он у нас есть? – сразу сбавила обороты.

– Есть.

Глава 28.

День был чудесный. Солнце жарило в меру, а по голубому небу плыли белоснежные облака. Тёплый ветер касался лица, словно любовник, ласково обводя тонкие черты. В последний раз насладившись его нехитрой лаской, я раскрыла кружевной зонтик, спасая свою фарфоровую кожу от загара и веснушек.

– Приличия, чтоб их! – фыркнула я. – Всё удовольствие убивают!

Зефирка забыла свою счастливую сумочку и вернулась, а Ру, как настоящий параноик, последовала за ней. Я сомневалась, что в головке Патрисии кроме ветра и расчёта обитает что-нибудь ещё, но, как сказала моя телохранительница, и со счетов её сбрасывать рано. Я сидела в открытом ландо, которое на днях пригнали из нашего поместья, и с удовольствием осматривала его, ведя ладонью в перчатке по гладким перекладинам и мягким бархатным сидениям. Ему обновили лак и вишнёвую краску. Как сказал дворецкий, я самолично руководила ремонтом и подбирала цвета. Получилось ярко, дерзко и очень комфортно. Вкус у моей предшественницы был, причём не такой уж скромный и целомудренный. В душе её явно угнетали рамки этого времени, и в таких мелочах просачивалась её настоящая суть.

– Вот она! – радостно проговорила Зефирка, забираясь в ландо с помощью слуги.

Пёстрая сумка с перьями павлина на удивление гармонировала с платьем девушки цвета морской волны, но вот шляпа… С полей почти на метр свисало огромное перо невиданной пичужки.

Сюзан сказала, что для водных забав, которые устраиваются в середине лета, – обычное дело, когда дамы хвастаются своими головными уборами. Шляпа сегодня – неотъемлемая часть образа. И каждая женщина мечтает переплюнуть остальных. Ведь в ближайшую неделю, а может даже и две, имена самых экстравагантных, утончённых и элегантных будут на слуху.

Я в связи с обстоятельствами своей жизни была освобождена от этой гонки. На мне было чёрное платье, чёрная шляпа-блин, чёрные кружевные перчатки и такой же зонтик. По-хорошему, мне и вовсе не стоило бы там появляться, но играть по правилам этого общества я была не согласна.

Как только Ру незаметно, словно тень, выскользнула из дома, заняв своё место рядом с кучером, а с ветки дерева, раскинувшегося около ворот, вспорхнул чёрный ворон, мы тронулись в путь.

По тому, что девушка была расслаблена, я поняла, что Зефирка никуда не лезла, только сходила в свою комнату, а потому и я улыбнулась более расслабленно. Подозревать каждого – тяжело.

Мы заехали в парк с главного входа. Кованые ворота с изображением короны чинно встретили на въезде, где выложенная белым камнем дорога уводила вдоль высоких платанов в глубь парка. Здесь не было слышно пения птиц или шуршания листьев, только гул голосов и разнообразное ржание. Я тяжело вздохнула, натягивая на лицо официальную улыбку.

Желающих проехаться в ландо или чинно выехать на своём породистом скакуне была тьма. Мы ехали со скоростью черепахи, на нас глазели, собственно, как и мы, но только самые уверенные, равняясь с ландо, заводили разговоры.

Разговоры были бессмысленные: о природе, о погоде, о сожалениях, о моих утратах… Как только собеседник отъезжал от ландо, он спешил к другому, где тут же делился узнанными им новостями. К сожалению, ничем скандальным, оттого интерес ко мне скоро поостыл.

Ровно до тех пор, пока мы не поравнялись с бирюзовым озером, окружённым пышной растительностью. Мой кучер уже начал искать место, где мы сможем устроиться на пикник, да так, чтобы видеть участников. Именно в это время позади раздался возбуждённый гул.

– Кто-то важный едет, – прошептала Зефирка, подавшись вперёд. – Кто же это? – нетерпеливо высматривала она, суматошно обмахиваясь веером.

Я не стала оборачиваться, наблюдая за дуэньей и её слабыми попытками оставаться в рамках приличия. Когда с нашими ландо поравнялись всадники, стала понятна причина местного возбуждения. Король пожаловал. Мужчина мимолётно обернулся, и его взгляд зажёгся узнаванием, он придержал коня, вынуждая поступить также и его спутников. У Зефирки чуть не случился инфаркт, когда он поравнялся с нами, как самый обычный господин в этот день.

– Госпожа Фоксгейт, рад вас видеть! – вежливо проговорил мужчина. – Как ваш отец? Корона переживает вместе с вами о его состоянии здоровья.

– Благодарю, ваше величество, – с трудом поклонившись, ответила я, – надеюсь, что всё пройдёт согласно планам лекарей, и он скоро очнётся.

– Будьте уверены, лекари сделают для этого всё, – сверкнул он взглядом в сторону незнакомого мне мужчины; услышав о заверении короля, тот нервно сглотнул, кивая, как болванчик. – Вот видите, главный лекарь со мной согласен. Не волнуйтесь по этому поводу. Но вы одна сегодня… Без защиты мужчин, я не могу этого позволить, – бросив взгляд в сторону притормозивших спутников, он нашёл взглядом кузена, стоявшего рядом со скучающим Блэйкмором; казалось, его сюда затащили насильно. Он мазнул по мне равнодушным взглядом, что неприятно кольнуло моё честолюбие. Некромант был тёмным пятном среди пёстрых одежд придворных, также как и я. – Герцог Кеннингтон, подъедьте ко мне! – велел король, и я тут же перевела взгляд на него. Его золотые пряди игривыми завитками свисали на лоб из-под цилиндра, а на лице сверкала широкая добродушная улыбка. – Я не могу допустить, чтобы дочь дорогого королевству человека была одна в этот день. Я приглашаю её к своей компании, сопроводите её!

– С удовольствием, ваше величество! – победоносно сверкнул взглядом Себастьян, смиренно склоняясь воле государя.

– Надеюсь, госпожа Фоксгейт, вы будете болеть за меня, – сказал король, натягивая поводья.

– Вы сами участвуете?! – не успела скрыть я удивление.

– Конечно! – неожиданно озорно подмигнул король и бросился прочь, а за ним и его спутники, рядом остался только герцог.

– Дамы, – приподняв цилиндр изумрудного цвета, проговорил он, – не правда ли, сегодня чудесный день?! – его вежливый голос не выдавал истинных чувств, кипевших во взгляде. Мужчина наслаждался, ведь ситуация сложилась в точности как он описал в утренней записке, велев заехать в парк без него, где сам обязательно нас найдёт и присоединится. Неужели, попросил короля?

– О, да! День просто восхитительный! – протянула Патрисия, бросив вначале осторожный взгляд на меня, а потом уже на мужчину – более открытый и восхищённый.

– Вижу, вам уже лучше, госпожа Дювон. Рад за вас!

– Благодарю!

– В чём заключается сегодняшнее мероприятие? – полюбопытствовала я. – Увы, в моей голове полный провал…

– Собственно говоря, сейчас будут соревноваться маги водной и воздушной стихий. Миниатюрные версии прогулочных яхт устремятся от этого берега к противоположному и обратно. Не каждая вернётся, ведь на воде допускаются самые изощрённые заклинания, относящиеся к ветру и воде.

– Предполагаю, что это зрелищно!

– Только отчасти. Увы, вы заклинания не увидите, но их поймут маги-одностихийники. Но после самой регаты на озере будет водное шоу, – поспешил он продолжить. – Да и множество прогулочных лодок уже ждут прекрасных дам. Я сочту за честь, если вы позволите прокатить вас по озеру…

Патрисия напряжённо выпрямила спину, обиженно глядя на меня, в то время как и герцог с еле уловимым напряжением ждал моего ответа.

– С удовольствием, – после минутной задержки, всё же ответила я. Это было эгоистично, но почему бы и нет? Я не желала сидеть на берегу, а хотела, чтобы меня кто-нибудь покатал, а раз он сам вызвался…

Разговор затих, всё, что могло быть сказано на общее обозрение, мы уже сказали, я и так чувствовала, что на моё ландо были устремлены десятки любопытствующих взглядов, потому все иные беседы мы оставили на потом.

Вскоре мы оказались около подготовленного места для пикника: здесь стояло несколько больших шатров, где дамы могли передохнуть, а на большой поляне, спускавшейся прямо к берегу, был расстелен огромный плед – дорожка, ломившаяся от снеди, приготовленной королевскими поварами.

Дамы с ещё более вычурными шляпами, чем у Зефирки, медленно расхаживали вдоль берега, красуясь перед кавалерами, которые по большей части собрались поодаль на берегу, готовя к запуску свои миниатюрные яхты.

– Почему мне кажется, что большинство магов – мужчины? – хмуро взирая на готовившихся к регате, проговорила я.

– Потому что так и есть, – протянул мне руку, чтобы я могла спуститься из притормозившего ландо, герцог, – девочки чаще всего получают основы образования, чтобы просто контролировать свои магические потоки, а мужчины обучаются в академии, оттачивая навыки.

Его замечание не порадовало меня, и я не стала этого скрывать. Зефирка, спускаясь из ландо, проявила невиданные чудеса грациозности. Руки словно крылья, взгляд с поволокой… На месте мужчины я бы уже бросила попытки обольстить меня и приударила за на всё готовой красоткой. Тем более что я видела, как его взгляд одобрительно задержался на её груди, это отозвалось в моей душе брезгливостью. Никогда не любила, когда гонятся за несколькими зайцами, и вроде между нами ничего нет, но… всё равно противно. Вспомнился Артём и то, как он прижимал к себе другую. Боль острой иглой впилась в сердце. Нет уж! Больше мне такие любвеобильные мужчины не нужны!

Уловив перемены во мне, Себастьян озабоченно взглянул мне в глаза, но я только наигранно улыбнулась и двинулась вдоль берега, подхватив Зефирку под руку. Ему не оставалось ничего другого, как пойти рядом.

– Вам, наверное, нужно готовиться, – с намеком протянула я, – мы с Патрисией сами найдём себе место.

Дуэнья хоть и взглянула на меня возмущённо, но согласилась.

– Не сегодня. Когда я говорил, что буду участвовать, то не знал, что и король соберётся тоже.

– Он не любит проигрывать? – заключила я.

– А кто любит? Но не в этом дело. Он – более сильный стихийник, чем я. Его соперниками на сегодняшних соревнованиях будут: старший отпрыск графа Корсака и маркиз Монталь. Они оба из семей с сильным водяным даром. Среди представителей Корсаков только в наши дни: действующий адмирал морского флота, контр-адмирал и штук шесть капитанов, – усмехнулся Себастьян. – Вода течёт в их жилах вместо крови, как и стратегия боя – в умах. Монталь тоже не так прост, его предки были выдающимися героями и не раз вели нашу флотилию к победе. Но он хитёр и часто отдаёт свою победу королю, что бесит кузена.

– Ему не нравится, когда специально проигрывают?

– Нет. Потому Монталю никогда и не перепадает от короля лакомых кусков, а ведь могло бы. Просто Арден не уважает тех, кто не ценит свои победы и свои силы. Но сегодняшняя гонка может быть интересной…

– Почему? – уже с долей азарта я вглядывалась в лица стартующих.

– Потому что молодой Корсак – серая лошадка. Он первый раз участвует в заплыве. Кто он? Гордость семьи или всего лишь пешка? Он будет изо всех сил стараться показать себя. Монталь не допустит, чтобы тот его обогнал, и тоже будет гнать свой корабль. А Арден… он очень любит эти гонки и будет стараться выжать из них и из магов, участвующих в них, по максимуму, чтобы знать, что ожидать в дальнейшем, ну и получить победу, – подмигнул герцог.

– Похоже, это не просто гонка, но целое политическое шоу… – протянула я задумчиво.

– Так и есть.

– А ваш друг… Почему он здесь? Кажется, он не собирается участвовать в заплыве? – случайно найдя взглядом Блэйкмора, я отметила, что тот предпочёл обособиться от стартующих и теперь оживлённо беседует с неизвестной мне женщиной. Ей было слегка за сорок. Высокая, статная, но будто бы отстранённая. Глаза обоих оставались холодны.

– Для Лекса это всего лишь ещё одна деловая арена. Он у нас никогда не расслабляется, – с долей раздражения произнёс герцог. – Вот и сейчас общается с послом Альбиона, а не отдыхает.

– Женщина-посол? – искренне удивилась я. Похоже, в этом мире всё же есть капля равноправия.

– Увы, нравы в Альбионе стали весьма свободными после того, как на престол взошла королева. Неслыханное дело. Ради неё её отец переписал правила наследования.

– Вам это не нравится?

– Скорее непривычно. Да и посол Бирон не способствует принятию этого факта. Скользкая, как рыба, – склонившись к нам, прошептал он.

– Интересно, в Альбионе дамы тоже носят шляпы? А то я у неё не вижу. Простоволосая! Ужас, как неприлично! Надеюсь, если она всё же наденет, то её перо будет не такое роскошное, как у меня, – с лукавой улыбкой заметила Зефирка, будто невзначай поправляя шляпку и переводя тему на более лёгкий тон.

– Ваше перо эринды никто не затмит! – тут же заверил её Себастьян. – Уверен, многие дамы локти кусают от зависти. У вас разве ещё не спрашивали вашего поставщика? – то ли в шутку, то ли с истинным интересом спросил он.

– Даже если бы и спросили, я бы промолчала, – довольно улыбнулась она, – мне после смерти мужа хоть и не досталось состояние, но остались связи, а они порой важнее.

Я уступила место в беседе Зефирке, ведь участники выстроились к старту, и предвкушающе поспешила к ним. Мне было до ужаса любопытно, как проходит магическая регата.