Текст книги "Пятая попытка для обреченной вдовы (СИ)"

Автор книги: Ника Цезарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

Глава 25.

К сожалению, ландо мы оставили у друга Блэйкмора, в его пустующем особняке. Как я поняла, его семья ещё была в столице и к морю отправится только через пару недель. Пока же он любезно предоставил свой дом в наше полное распоряжение. Жаль, что всего на одну ночь.

Лошади стремительно мчались прочь, унося нас подальше от лжеца и морского побережья.

После случившейся истерики я хотела бы извиниться, вот только Блэйкмор был занят. Тот самый артефакт, что я видела у него при первой встрече, постоянно мигал красным и противно жужжал, напоминая о своём существовании, потому мужчина не снимал его с уха, отдавая указания и увиливая от ответов о своём местоположении. Вырваться со мной в другой город для него было сложной задачей, и оттого мне ещё больше становилось стыдно за своё поведение.

Перестав придерживаться манер, я закинула ноги на сидение и прислонила голову к деревянной стенке экипажа. Полумрак делал своё дело, и мысли медленно текли, вырисовывая картину жизни моей предшественницы. К её папеньке у меня было много вопросов, которые я непременно ему задам, стоит мужчине очнуться. Я размышляла о фабрике, о стройке, а также о Блэйкморе… Мой взгляд по собственной воле то и дело скользил по его сосредоточенным чертам лица, по упрямо поджатым губам, по заломам задумчивых морщин на лбу... непременно вновь возвращаясь к губам. Мне понравилось, как он назвал меня: «Крис». Запоздало я понимала, что это обращение мягким рокотом отзывалось в моей душе. Хотелось проверить, так ли оно хорошо из его уст ещё раз, когда я не буду захлёбываться в слезах и соплях.

– Придушу за ваши мысли, – внезапно произнёс Блэйкмор, который уже некоторое время молчал и ловил на себе мои взгляды.

– Что? Простите… – растерялась я.

– Да-а… Юмор у некромантов не очень, – иронично подметил он, – я всего лишь поинтересовался, о чём вы думаете.

– О переговорном артефакте, – быстро нашлась я, – почему у меня его нет?! Это бы упростило мне жизнь в разы! Нужно озадачить Онору.

– Не торопитесь. Вы не сможете посылать импульсы, необходимые для отправки сообщений. Пока это подвластно магам или тем, у кого есть хотя бы минимальная магическая искра. В вашем деле сказано, что вы – человек с нулевым потенциалом.

– И как только так вышло, при моём-то папеньке? – озадаченно буркнула я.

– Я бы не расстраивался, согласно вашей карте, у вас высокая вероятность родить магически одарённого ребёнка. Если ваш супруг будет человеком, то вероятность шестьдесят четыре процента, а если магом, то девяносто семь процентов.

– Это что ещё за карта? Вы что, наизусть знаете моё дело? – взвилась я.

– Это родильная карта, её просчитывают при рождении во всех аристократических и магических семьях. Так проще в дальнейшем подобрать жениха или невесту своему чаду с высокой вероятностью приумножить семейный дар.

– Селекция хренова, – проворчала я еле слышно, но по тому, как сузились его зрачки, поняла, что он меня услышал. – А что касается моего дела? – тут же переключила его внимание. – Вам не кажется, что вы ко мне предвзяты?

– Нисколько. Я тщательно подхожу к выполнению собственных обязанностей, – не задумываясь ни на секунду, ответил он, чем натолкнул меня на мысль, что врёт. Будто заранее заготовил ответ или, может, сам себя им успокаивал. – Я бы советовал вам немного отдохнуть, вздремните! – мужчина переключил своё внимание и включил артефакт. – Слушаю!

Прищурившись, я некоторое время прислушивалась к неизвестному разговору, а потом послушалась его совета и медленно прикрыла веки. В столице что-то случилось, и я искренне надеялась, что это не связано со мной.

Я пару раз уплывала в царство снов, но каждый раз на лихом повороте или же когда просто теряла способность управлять своим телом, больно прикладывалась головой о деревянную стенку. Мои жалкие попытки продолжались до тех пор, пока Блэйкмор не скинул пиджак и не подложил мне его под голову в виде подушки. Приоткрыв веки, я пару минут наблюдала за ним. Его движения были автоматическими, словно он каждый день возит в своей карете бедовую девушку и делится с ней своей одеждой, чтобы ей было удобнее. Он продолжал беседу, даже не глядя на меня. Зато я, вдохнув аромат свежего белья, моментально провалилась в сон. Мягкий, обволакивающий и такой родной.

* * *

– Кристель, очнитесь, – мягко тряс меня за плечо Блэйкмор, – мы уже едем по улицам столицы. Вам нужно привести себя в порядок.

Сонно моргнув, я села и взглянула в окно. Мы действительно ехали по знакомым городским улочкам. Солнце клонилось к закату, освещая белокаменные стены.

– Благодарю, – хриплым ото сна голосом протянула я. – Благодаря вам я управилась за сутки. Не думаю, что за моё отсутствие что-то приключилось, я ведь переживала, что оставляю дела на несколько дней…

– Кстати, об этом, – задумчиво проговорил Блэйкмор, тут же насторожив меня.

– Что-то случилось?

– Может быть, но вы, главное, не нервничайте. Я займусь расследованием, как только высажу вас.

– Блэйкмор! Что случилось?!

– На вашу дуэнью напали, – нехотя произнёс он. – Когда она возвращалась вчера вечером домой после визитов, несколько человек настигли её и избили.

– Избили? Зефирку?! Да кому она могла навредить? Только если заговорить до смерти… Как она?! – прошептала я.

– Её осмотрел лекарь и оставил на домашним лечении, а это значит, что опасных для жизни повреждений нет. Но… «Зефирка»? – уточнил некромант.

– Да, я так её называю. Её речи такие же сладкие, да и наряды такие же пышные… Настоящий десерт.

– А что это за десерт? – поинтересовался он, и я впервые поняла, что у них может и не быть такого лакомства. Я испуганно вскинула на него взгляд, словно мышь, загнанная котом в угол.

– Вы не пробовали? Я скажу своему повару, чтобы вам приготовили.

– Буду благодарен.

Откинувшись на спинку своего сидения, Блэйкмор оказался в тени, и только улыбка чеширского кота отчётливо сверкнула на его лице.

Мне бы о ней задуматься, но я суматошно отряхнула помятую юбку и надела шляпку. Мы подъезжали к моему особняку.

Прощание вышло скомканным. Блэйкмор спешил по делам, как и я жаждала увидеть бедную женщину. Была уверена, что в нападении на неё виновата я. Не вняла указаниям и не искала новый артефакт отца, а надо было…

Взлетев по ступенькам, я столкнулась с опущенными взглядами слуг. Они избегали смотреть на меня. То ли обвиняя, то ли сочувствуя.

Поднявшись на жилой этаж, я столкнулась со спешившей мне навстречу горничной.

– Сюзан, как она?

– Ох, госпожа, – вскинула она на меня свой заплаканный взгляд, – в, из кармана которого торчало зеркальце на серебряной ручке. – Это она попросила, – заметив мой взгляд, предугадала вопрос девушка. – Хочет быть красивой…

– Где она?

– В гостиной…

Дальше я уже не слушала, спускаясь обратно. Сердце трепетало в груди, пока фантазия рисовала мрачные картины, как бедная измождённая женщина полулежит на диване, страдальчески постанывая, или то, как она с переломами не может пошевелиться… И ни в одной из вырисовывающихся картин не было герцога.

– Патрисия? – вопросительно выдохнула я, распахнув дверь.

– О, моя дорогая Кристель! – простонала она с лёгким придыханием в ответ, в то время как разъярённый мужчина встал из кресла, стоявшего около дивана, на котором, собственно, как раз чинно сидела моя дуэнья, и в несколько шагов сократил расстояние.

– Где ты была, Кристель?! – требовательно рыкнул он.

– Какое вы имеете право рычать на меня и задавать такие вопросы? – тут же завелась, не став закрывать глаза на его тон. Это он только после одной прогулки такой резкий, а что будет, если ему дать повод? Велит мне не дышать и отчитываться за каждый вдох?!

Обойдя нависшего надо мной мужчину, я приблизилась к Зефирке и присела на край дивана.

– Как ты? – я скользила по ней взглядом, отмечая синяки под глазом и под тонкими кружевными перчатками, и то, как бережно она баюкала руку. Видела боль в её глазах, которую та еле сдерживала.

– Всё почти хорошо. Через неделю я буду в прекрасной форме.

– Ты запомнила, кто это сделал?

– Их было трое, такие мрачные типы… Воспитанной женщине не пристало запоминать такие лица, – отвела она взгляд, явно недоговаривая.

– Ну хоть что-нибудь?

– Всё что помнила, госпожа Дювон рассказала следователю. Если бы вы были здесь, то знали бы, – вставил непрошенную шпильку герцог Кеннингтон. Я недовольно сверкнула на него взглядом, отмечая, как обиженно он поджимает губы и насупленно смотрит на меня из-под нахмуренных бровей. Право, ребёнок, а не взрослый мужчина. А ведь у нас с ним вроде налаживалось общение… Зачем он так?

– Ваша светлость, – обратилась я официально, отчего его глаза недовольно сузились, – я вам очень благодарна! Но не могли бы вы оставить меня наедине с госпожой Дювон? Она травмирована и очень устала, – женщина явно хотела возмутиться, но под моим тяжёлым взглядом сдулась.

– Да, – с сожалением проговорила она, – я бы с удовольствием прилегла… Но буду рада, если вы завтра меня вновь навестите, – поторопилась закончить с надеждой, что явственно читалась в её глазах.

– Непременно, госпожа Дювон. Поправляйтесь, – хоть он и обращался к ней, но смотрел в упор на меня, намекая, что разговор не закончен.

– Ах, какой мужчина! Тебе нужно быть с ним более благосклонной… Он явно испытывает к тебе интерес.

– Боюсь, сегодня я поняла, что мне он не подходит, – скривилась в ответ, – но не будем о нём. Лучше о тебе. Как ты?

– Ужасно. Всё тело ломит, вздохнуть не могу, – приложила она тонкий платочек к уголкам своих чудесных глаз. – Но это не важно… Я ведь не всё сказала следователю, – бросив испуганный взгляд на дверь и убедившись, что нас не подслушивают, она сжала мою ладонь, – у них было послание для тебя…

– Какое? – внутренне я похолодела, понимая, что сбываются мои самые страшные предположения.

– Они сказали, что если ты не начнёшь искать, то в следующий раз они… они… – она всхлипнула. – Убьют меня! А я не хочу-у умирать! Я только жить начала-а! – истерично завыла Зефирка, вытирая быстро намокающим платком слёзы и сопли. Сейчас она была похожа не на тонкую аристократку, а на самую обычную женщину, которая очень хотела жить. Я же была практически сломлена. Обезопасила себя, но сколько вокруг людей, которые могут из-за меня пострадать или даже погибнуть, а я на это никак не повлияю. Нужно как-то переломить ситуацию в свою пользу.

– Ай! – всхлипнула она, хватаясь за бок. Слёзы тут же высохли, гримаса боли озарила её лицо.

– Что там?

– Ребро сломано. Лекарь дал заживляющую настойку, сегодня-завтра зарастёт, но мне бы полежать…

– Конечно-конечно, пойдём, провожу. Зачем ты вообще встала? – спохватилась я, желая быть хоть чем-то полезной.

– Герцог, – обронила она, как само собой разумеющееся, – ради такого мужчины я и со смертного одра встану. Кстати, если он тебе не нужен, может, я попытаю счастье? – с облегчением облокотилась она на моё плечо.

– Конечно, дерзай. Но, думаешь, он на тебе женится?.. – с лёгким сомнением протянула я.

– Вряд ли. Но ради него я готова стать и его любовницей. Какой мужчина! Красивый, богатый… О таком такая как я может только мечтать!

– Ты очень красива, – нахмурилась я, не понимая её низкой самооценки.

– Моя мать была горничной, а отец – учителем. Мне повезло выйти за господина Дювона. Он был толстый и старый, зато обласкан светом. Это подняло меня на ступеньку выше, чем та, на которой я родилась и должна была жить. Любовница герцога Кеннингтона – кузена короля – так же выше, чем та, на которой я сейчас нахожусь – приживалка в богатом доме.

– Но это навсегда закроет тебе двери в знатные дома…

– Когда ты выйдешь замуж, думаешь, у меня будет много шансов устроиться в другой знатный дом? Я – красавица! Как думаешь, много дам допустят, чтобы я вертелась перед глазами их сыновей и мужей? Ты не видишь во мне изъяна, потому что сама очень красива, а отец твой помешан на изобретениях… Но такая удача – капля в море. С герцогом я хоть временно, но буду счастливой, – мечтательно вздохнула она, – к тому же говорят, он – щедрый любовник. Может, даже какой скромный коттедж подарит?..

Убедившись, что Зефирка в своём репертуаре, я довела её до кровати, где передала на руки горничной.

– Но как же твои поиски?.. – шёпотом задала она вопрос, ухватив меня за руку и с силой притягивая к себе.

– Не волнуйся. Я знаю, что им надо, и знаю, где это искать.

– Правда? – удивилась она.

– Правда. Спи! – велела я, поднимаясь и выходя за порог. Там меня поджидала Ру.

– Ты не виновата, – поспешила она меня успокоить.

– Виновата. Нужно было догадаться: они меня не тронут, ведь я им нужна, но вот других…

Глава 26.

Лекс Блэйкмор

Как пролетел день я и не заметил. Дела навалились скопом. И под вечер я мечтал только о куске сочного мяса желательно с кровью и бокале терпкого вина.

– Какого дикого вепря я в своё время согласился на предложенную должность?! Лучше бы нежить на кладбище поднимал или экспериментировал с управлением личей, – сетовал я, вчитываясь в отчет по делу о нападении на госпожу Дювон. Нападающих след простыл и кажется, мне, что если мы что и найдем, то только пепел. Почему-то в этом деле мне только он и достаётся. Трудно что ли хотя бы одну гиблую душёнку оставить? Я бы поднял её. На худой конец подчиненные и сами бы справились.

– Ты просто очень хороший друг и не мог бросить меня разгребать всё это в одиночку, – Арден с распущенным шейным платком и парадном сюртуке на плечах, зашел в кабинет и обессилено упал в кресло напротив, – как же меня достали эти дипломатические приёмы! Собрать бы всех послов и пульнуть их в направлении их стран, чтоб мозг мне не выносили.

– Кто отличился?

– Альбионцы со своей манерой ходить вокруг да около. Бесят! А я ведь в этот раз считывал на более приятное времяпрепровождение. Как-никак они впервые прислали женщину-посла, к тому же красивую… вот только стоит ей открыть рот, как её красота меркнет, – скривился он.

– Нуда, – не удержался я от сарказма, глядя на холеное лицо друга и на его расшитый драгоценностями костюм, – тя-яжелая ноша.

– Хочешь поменяться? – оскалился он.

– Нет уж, вот это как-нибудь без меня! – открестился я от такой радости. Корону я никогда не хотел.

– Что там у тебя? Есть подвижки касательно нашей дорогой госпожи Фоксгейт.

– И да, и нет, – уклонился я от ответа. Видно зря. Арден, словно собака, почуявшая добычу, тут же напрягся. – А если подробнее?

– Нашелся её второй жених…

– Труп поднять можно? – деловито осведомился он.

– Тьфу на тебя. Живой он! К сожалению… – гораздо тише закончил я, поднимаясь.

За окном медленно загорались звёзды, а значит можно на сегодня заканчивать. Поднявшись, я потянул спину, разминаясь.

– Кайрос купил его отказ жениться на своей дочери.

– Вот это номер… а почему тот просто не разорвал помолвку?

– Трус. Точнее меркантильный трус. Так его работы, вилите ли, лучше продаются…

– М-да… Запретить, что ли его творчество? – задумчиво протянул король. – С другой стороны, теперь-то ты успокоился? Девица никого не убивала и даже не нанимала!

– Остался ещё один. Кому-кому, а ему исчезать нет толку. Он был богат и щедро магически одарён.

– Был?

– Он не прикасается к своим счетам уже пару лет. Так что он точно «был», – задумчиво крутил я бокал, не решаясь наполнить его.

– Ты же помнишь, что он был порядочной мразью? Корона не почувствовала утраты…

– То, что он мразь не значит, что от него можно избавиться. По-крайней мере без благонадежного предлога, – добавил я, видя, как Арден насмешливо вздёрнул бровь.

Было в моей жизни несколько ситуаций, где я поступался законом, во благо так называемой справедливости и короны. Будь у меня другая жизнь я бы никогда на такое не пошёл.

От спуска к тёмным истокам моей души меня спасла дверь, что чуть не разбилась на куски, явив пьяного Себастьяна. Он стоял ровно, в прекрасно сидящем костюме, вот только я, как никто другой, знал, что он пьян. Его выдавали глаза и эмоции. Их в этом состоянии он никогда не умел сдерживать. С брезгливостью я отставил стакан и предпочел вернуться за стол. Я видел, что он ищет драки.

– Какого дикого вепря ты поперся с ней?! – тяжело дыша, герцог в пару шагов достиг стола. – Ты же винил её во всех грехах! А теперь увиваешься?! Поздно! Она моя! – рычал он, – Слышишь? Она моя! В этот раз я не упущу женщину!

– Мне кажется, у девушки есть право выбора. По-крайней мере, она так считает. Удивлён, что ты не заметил… – медленно тянул я, наблюдая, как Себ закипает. Ему бы выпустить пар, пока он не наделал делов.

– А ты значит заметил? Это насколько близко вы успели с ней познакомиться? И куда ради богов ты её возил?

– В Онфлёр, – лаконично ответил я, что добило его. У него там было поместье, в которое он любил возить своих любовниц. Сейчас алкоголь застил ему глаза, и он накладывал картинку происходящего на свой опыт.

Себастьян попытался схватить меня за шиворот через стол, вот только я не зря сел сюда. У меня здесь было полно сюрпризов в виде тайных ящичков, что открывались при моем касании.

Сон-порошок ему в лицо подействовал мгновенно, поймав его над столом. Тот повалился на него, раскидав по пути часть документов.

– Он будет всё также зол, когда проспится, – констатировал Арден, что до этого притаился и с любопытством следил за претензиями кузена.

– Что поделать. У меня завтра несколько встреч, ходить с синяками мне не с руки, как и прибегать к лекарской магии. Завтра мой потенциал должен быть чистым. А он бы парой ударов не удовлетворился, ему хотелось разбить кулаки в кровь.

– Ты мог бы просто сказать, что она тебя не интересна, но не сказал… – констатировал Арден, с большим, чем нужно вниманием смотря на меня. С его-то даром улавливать эмоции и управлять ими, это был нежелательный интерес.

– Мог, – лаконично ответил я, вызывая секретаря.

– Но не сказал…

– Не сказал, – не стал отрицать очевидное.

– Пожалуй, это будет забавно, – констатировал король, широко улыбнувшись.

И почему меня всегда трясет от этой его улыбки – предвестницы больших для меня неприятностей?

Кристель Фоксгейт

– Сюзан, я кое-что нашла среди отцовских документов. Очень важное. Так что весь день буду работать над этим. Хочу вникнуть в его разработки, – громко разговаривая, я спускалась по лестнице, не забывая стрелять глазками, чтобы удостовериться, что меня слышат и другие слуги. В руках у меня была папка с документами, что я крепко прижимала к груди, – Времени на ланч не будет, попроси повара приготовить мне что-нибудь и привезти мне. Сейчас я еду на фабрику, а потом заберу документы домой, чтобы на выходных с ними спокойно ознакомиться в его кабинете. Папенька должен прийти в себя в понедельник, хочу, чтобы он понял, как я серьезно подошла к своим обязанностям в его отсутствии!

Ру, стоявшая у подножия лестницы, недовольно сверкала глазами, прожигая меня. Была бы её воля она бы, наверняка, воткнула мне кляп в рот.

– С каких пор вы так громко рассказываете о своих планах? И что, во имя дикой бездны, вы нашли? – прорычала она мне на ухо, стоило нам сесть в карету.

– Я ничего не нашла. Но нехорошие типы, что не дают мне спокойно жить, говорили, что когда я найду, то они сразу узнают. Откуда? В моем окружении шпион! А значит сегодня я всем и каждому буду говорить о своей находке… – потрясла я папкой, что утром втихаря нашла в отцовском кабинете. Конечно, она была пуста, но знать об этом никому не обязательно.

– Которой нет, – прошипела телохранительница.

– Нет, – согласилась я с очевидным.

– Зачем?

– Будем ловить на живца.

– Какого еще живца?! – взвилась она.

– Меня.

– А предупредить? Разработать план? Блэйкмора поставить в курс дела?

– Вперёд! Я верю в вас, – широко оскалилась я. – Думаю, у вас не меньше времени, чем у них. К тому же у меня есть ты. Красивая, сильная, смертоносная… – добавила я каплю лести, чтобы подсластить пилюлю, – Ты мне вздохнуть без своего присмотра не даешь, так что я уверена, что со мной всё будет хорошо!

На самом деле этой уверенности у меня не было, зато была другая, если я бы рассказала о своем плане, меня бы отговорили, не разрешили рисковать или же затянули на долгий срок. Я же не могла рисковать чужими жизнями! И хотела поскорее со всем этим покончить. В любом случае, они будут действовать.

– Их поджимает срок, они наверняка, планируют получить информацию до того, как отец придет в себя.

– У меня такой уверенности нет! Если они не прикончат вас, госпожа Фоксгейт, я сама отправлю вас к праотцам!

После она вытащила переговорный артефакт и быстра начала отдавать указания, оставив Блэйкмора напоследок. Его рык был слышен и мне на сидении напротив. Он был зол, жаждал моей крови, а мои умственные способности приравнивал к развитию слизня. Дважды он сказал – «глупая», трижды – «безответственная», бесконечное множество раз, что придушит меня собственными руками.

От его напора мне значительно полегчало, исчезли сомнения, оставив только легкий мандраж. Если некромант хочет сам меня отправить на тот свет, значит другим это сделать не позволит.

Именно потому день для меня пролетел для меня незаметно. Я посвятила себя работе, заглянула в уцелевший цех, где работала кипела и днем, и ночью, переговорила с рабочими и их супругами. Поговорила с детской бригадой, что занималась упаковкой, сердце облилось кровью, но с этим признаком времени я пока ничего не могла поделать. Ланч же, что доставили мне из дому, я разделила с Жанной.

– Я так рада, что ты согласна со мной! Образование важно, оно может дать детям шанс на лучшую жизнь!

– Не спорю. Но сегодня я хотела с тобой обсудить другое. Помимо школы, я подумала о детском саде для малышей.

– Что это?

– Это учреждение, где будут заботиться о маленьких детях, которые ещё не могут учиться. Работницы будут оставлять их здесь и идти на работу, в течение дня они несколько раз смогут посетить ребенка, если нужно покормить его грудью и идти на работу.

– Но это же ужасно… ребенок оторван от матери!

– За него будут присматривать. Он будет накормлен, чист, уложен спать. К тому же я предполагаю занятия и для таких малышей, в дальнейшем это позволит им легче освоиться в школе.

– Но зачем?

– С одной стороны это рабочая сила, с другой стороны…это дает матерям некую свободу от пеленок, к том уже, это позволит мне уменьшить рабочие часы. До аварии работники работали двенадцать часов. Жанна, это много! Но если уменьшать рабочие часы, то работники потребует повышение зарплаты, я это не могу себе сейчас позволить. Учреждения для самых маленьких позволит, матерям выйти на работу. Я не предлагаю равноценную нагрузку, к примеру, пять часов на моей фабрике, это позволит уменьшить рабочие часы для основной смены. При этом по деньгам такие семьи даже выиграют.

– Не знаю, мне кажется, это сложным, – протянула девушка, задумавшись.

– Но за этим будущем, – давила я. – Подумай, может у тебя возникнут идеи. Я видела, что дети к тебя тянутся, а уроки у тебя выходят интересными, может и для малышей, что придумаешь?

– Хорошо, – решительно качнула она головой, а я довольно улыбнулась, уверенная, что от неё будет толк. В своей прошлой жизни, у меня с малышами не срослось и я, не сказать, что сильно интересовалась чужими, поэтому помощь мне пригодилась бы.

Дальше я диким кабанчиком понеслась к месту будущей стройки, туда стали свозиться материалы и инструменты. К сожалению, папеньку Жанны, я там не застала, а ведь и в его голову мне хотелось подкинуть пару идей. К примеру, о том, что мои рабочие живут практически в трущобах -следах ушедших веков. Их жилища требовали перестройки, а в месте с тем проекта… Конечно, ещё нужно было разрешение от мэра? А скорее даже короля.

Об этом я задумалась, понимая, что в моих знаниях об этом мире всплыл очередной пробел, когда Онора тихо подкралась ко мне.

– Госпожа Кристель, давайте я отнесу документы к вам в кабинет, – тихо протянула Онора, а в моей голове всплыло: «И ты Брут!»

Я таскала папку за собой весь день и даже сейчас крепко сжимала её. Девушка смутилась, отступив, под моим тяжелым взглядом.

– Я искала вас, чтобы сообщить, что вас дожидается герцог Кеннингтон. Сказать, что вы уже уехали?

Бросив взгляд на небо, я неожиданно поняла, что сгущаются краски. Вечер вступает в свои права.

– Я встречусь с ним, – решила не прибегать к уловкам, хоть и очень хотелось.