Текст книги "Предчувствие (СИ)"

Автор книги: Наташа Джейсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 41 страниц)

4.3

Мы продолжаем путь, сворачивая с основной дороги влево и проезжая мимо школы еще раз. Сквозь деревья и кустарники проглядывают стены школы из красного кирпича. Так хочется поскорее привыкнуть ко всему, что окружает! Пока что такое ощущение, будто кто-то придавил все внутри тяжелым грузом. С трудом заглушаю красные маячки-мысли: «Домой! Хочу домой! Не сюда!»

Вдох. Выдох. Это нормально. Нужно привыкнуть. Потребуется время, но это нормально. Моя зона комфорта осталась далеко отсюда, но я справлюсь. Должна справиться. Ведь наше путешествие, наше приключение только начинается. Редко кому выпадает такой шанс. Этот учебный год запомнится на всю жизнь. Поэтому надо приложить все усилия, чтобы не было никаких сожалений.

– Лия?..

Я вздрагиваю, когда кто-то меня касается, и резко перевожу взгляд на Дерека.

– Все нормально? – стандартная фразочка заставляет улыбнуться, и я киваю в ответ.

– Я предложил поехать к реке позавтракать в кафе.

– Нам нужно будет еще заехать в супермаркет, – спохватившись, вспоминаю я.

– Сначала поедим, а потом все остальное, – успокаивающе проговаривает парень, выезжая вновь на главную дорогу.

Машина мчится вперед, девочки о чем-то рассказывают нашему водителю, а я вновь отключаюсь от реальности, погружаясь в мир за окном. Невысокие дома, не выше двух этажей, которые выглядят такими легкими, будто при дуновении ветерка стены сложатся как в карточном домике. Кажется, школа – единственная, что представлена в городе Ф из камня. Как же это странно! Хотя, конечно, в русской деревне можно встретить множество домов из дерева, но они скорее сделаны в виде сруба, стены при одном взгляде на них никогда не вызовут ощущения легкости, что возникает здесь. К этому тоже придется привыкнуть.

Пять минут – и мы оказываемся на побережье. Арки моста кажутся такими знакомыми, если смотреть на них сбоку. Мост с похожими арками есть в нашем городе, ноя не уверена – так редко бывала в том районе.

В этой части города людей значительно больше. Дерек ведь говорил о длинных выходных. Кажется, они как раз начинаются. Люди просто всюду! Внутри кофеен и за столиками снаружи, на скамейках, на пледах у самой воды. Неужели американцы так не любят готовить по утрам? Я всегда представляла себе утро в Америке с оладьями и кленовым сиропом или в крайнем случае с вкуснейшими хлопьями.

Однако оладьи подают и в кафе «У Мо» на завтрак, о чем я узнаю немного позже. Пока что я с трудом продвигаюсь следом за Кирой, стараясь не потеряться в толпе голодных людей. Мы чудом находим свободный столик. Сандра, Кира и мальчики отправляются делать заказ. Через несколько минут небольшая стопка пухлых и ароматных панкейков возглавляет центр стола. Желудок предательски сводит, и, пожелав всем приятного аппетита, пробую заветное лакомство. Блины как блины, разве что маленькие и пухленькие, как оладьи. А вот кленовый сироп оказывается необычным, но, безусловно, приятным на вкус.

– М-м-м, блаженство, – мурлыкает себе под нос Яна, обмакивая кусочек в сироп.

Закончив завтракать, мы отправляемся разведывать город дальше. Как оказалось, большая часть жизни города сосредоточена в местном универмаге. Пятиэтажное здание едва ли не единственное высотное строение. Супермаркет располагается на первом этаже, оператор сотовой связи – там же. Я скрупулезно изучаю флаер с тарифами, несмотря на то, что Дерек учтиво переводит написанное там, и лишь после этого выбираю самый выгодный.

Поход за продуктами и вовсе представлял собой один сплошной стресс. Цены в несколько раз выше, чем у нас дома, и я должна привыкнуть к этому. Теперь та сумма, что была указана в программе в качестве нашей стипендии, уже не кажется такой высокой. Я даже начинаю сомневаться, что на эти деньги вообще возможно прожить обычному человеку. Если бы за наш дом и коммуналку изначально не платили спонсоры – можно было бы сразу покупать билеты обратно.

Мы возвращаемся домой лишь затем, чтобы оставить продукты, а после вновь отправляемся в путь. Сегодня я впервые увижу океан.

Совсем недалеко от нашего дома начинается дорога, полностью окруженная лесом, как на трассе ранее, хотя здесь машин совсем не видно. Штат Орегон вообще едва ли не весь состоит из леса. Он довольно близко подступает и к нашему дому.

Пустая дорога, зелень вокруг, болтовня подруг на заднем сидении. Я словно оказываюсь во сне или фильме. Все это до сих пор кажется нереальным. Вот она я – девочка из другой страны, которая еще несколько месяцев назад радовалась тому, что смогла одержать победу и получить шанс пожить в Германии хотя бы несколько недель. Которая не могла мечтать о большем. И вот я здесь. И не одна, а в компании всех своих лучших подруг. А теперь я еду смотреть на океан, а слева от меня сидит парень и уверенно ведет эту огромную машину. Дерек очень аккуратный водитель, он не разгоняется, тормозит мягко перед различными препятствиями, которые возникают на дороге – ветки, камни. Мне хочется доверять ему, и это немного пугает меня.

Я с интересом наблюдаю за дорогой, получая удовольствие от одного только движения. Все-таки машина – прекрасное изобретение человека, которое благотворно влияет на состояние нервов таких людей, как я, которые любят движение.

Еще поворот – и мы оказываемся на открытом пространстве. Впереди виднеется тоненькая кромка песка. А дальше – бесконечное слегка затянутое облаками небо, которое сливается с водой.

Две машины паркуются на обочине. Людей на пляже не так много – вдали виднеется еще несколько человек.

Это выглядит немного абсурдно – отдых на пляже в сентябре. В России всегда в начале осени становится холодно, дождливо. Ходить на пляж не принято и не хочется. Однако смотря на этих людей вдалеке, я понимаю, что дело во взглядах. Для нас пляж – место летнего отдыха, а не прогулок. Что делать на пляже озера осенью? Наверное, американцы смогли бы найти себе занятие.

Ветер на грани между холодным и теплым веет со стороны воды, и я глубоко вдыхаю соленый воздух. Подруги бегут вперед, весело хихикая и что-то выкрикивая, но я, не сводя взгляда с горизонта, отстраняюсь от реальности, пытаясь понять свои чувства. Почему-то не приходит осознание того, что этот момент является значимым в моей жизни. Он должен остаться в памяти как особенный, но в этот миг во мне нет ни одной эмоции.

– Ты ведь впервые видишь океан?

Дерек останавливается рядом, засунув руки в карманы.

– Да, – говорю я на выдохе, продолжая смотреть на воду. Если бы не знала, что это океан, могла бы принять его за море.

– И как?

– Еще не осознала. Ничего не могу почувствовать. Потрясающе, наверное. Но я скажу лучше позже.

Парень смеется.

– Я живу здесь всю жизнь, океан уже не вызывает никаких эмоций. Вода и вода. На серфе особо не покатаешься, не поплаваешь – здесь очень холодно. И пляж обычный, небольшой, хоть и длинный. И солнца не так много. Океаном, но другим, здорово наслаждаться где-нибудь в Майами. Местные ребята рвутся туда.

– Наверное, так везде. Мы не замечаем то, что всегда окружало нас.

– А что насчет тебя? Ты скучаешь по дому?

Поворачиваюсь к нему, и наши взгляды встречаются.

– Нет. Я ничего не чувствую, кроме стенки, – перевожу взгляд на подруг, которые находятся уже совсем возле воды. – Постучишь – и там дом, семья, откроешь дверь – и уже на месте. Кажется, что ее преодолеть легко, пока не начнешь пытаться это сделать…

Яна снимает обувь и пытается поймать волну, чтобы потрогать воду. Сандра и Катя оказываются рядом с ней, пытаясь следовать ее примеру. Едва вода касается их ступней, они с визгом разбегаются, а после, как ни в чем не бывало, возвращаются и, перекинувшись парой слов, начинают брызгаться.

– Она же ледяная, – низким голосом проговаривает мой собеседник. Это срабатывает во мне словно пружина, и вот уже я бегу к ним.

– Заболеть решили⁈

– Ой, Тусик, присоединяйся. Это весело!

Яна резво хватает меня за руку. Рывок вперед. Шаг. Шаг. Нога ступает на неровность, но инерция тянет вперед, и… холодно! Ой, мамочки! Я падаю в воду, раздаются крики, но я ничего не слышу и не вижу. Холодно! Слишком холодно и мокро. Ледяная волна ударяет в спину, и я промокаю до последней нитки. Как все это могло случиться всего за две секунды⁈

4.4

Кто-то берет меня за руки и так же рывком поднимает и вытягивает на пляж. Дерек. Ветер дует в спину, и в одно мгновение я перестаю контролировать свое тело. Зубы начинают отбивать такт. Дрожь проходит по всему телу. Слух и зрение постепенно возвращается, я начинаю концентрироваться на том, что окружает. Меня поспешно ведут к машинам. Скай что-то ищет в багажнике своей импалы.

– Сейчас включим печку, – слышу успокаивающий голос Дерека, но ответить не получается из-за чечетки, которую устроили мои зубы.

Девочки передают плед, который, вероятно, и искал блондин. Выглядят подруги обеспокоенными ипритихшими.

Меня укутывают в плед и сажают вперед. Вместе со мной в машине оказывается Кира. Кажется, мы сейчас поедем очень быстро.

– А… ос-сталь-н-н-ные? – с трудом проговариваю я в момент, когда Дерек заводит машину и резко трогается с места.

– Они приедут позже, – объясняет Кира.

– Скай их вернет домой, – добавляет Дерек. Он нажимает что-то на приборной панели, и я начинаю чувствовать теплый воздух. Блаженство!

– Расслабься, так быстрее согреешься, – гладит меня по плечу Кира, и я, следуя ее совету, чувствую, как же сильно были напряжены мои мышцы.

Машина словно летит по пустынной дороге. Наверное, в другой ситуации мне было бы страшно, но сейчас я не хочу смотреть на датчик скорости.

– Теперь впечатления об океане точно останутся. Ну как, потрясающе? – усмешка слетает с губ нашего водителя, и я, вспомнив наш разговор, отвечаю ему преувеличенно весело-восторженно:

– О да! Не то слово!

Но это правда. Теперь океан мне точно не забыть.

* * *

Пока я привожу себя в порядок, Кира и Дерек хозяйничают на кухне. Спустившись к ним, я ловлю себя на мысли, что эти двое смотрятся гармонично. За время моего отсутствия они слаженно приготовили горячие бутерброды и макароны с котлетами – быстро, простенько, но очень вкусно. А еще они выглядят… непринужденно счастливыми? Между ними словно не было никаких барьеров из разряда «знакомы совсем недавно». Напротив, они мило болтают и постоянно подкалывают друг друга, весело хихикая. Мое появление они замечают сразу, и оно нисколько их не смущает, по крайней мере, Дерека – он оборачивается и машет мне рукой, другой переворачивая последнюю котлетку на сковороде. А вот Кира, как мне кажется, натягивается как струна, хотя улыбка так и остается на ее лице.

Мы не успеваем приступить к еде, как возвращаются остальные. Приходится поспешно доставать столовые приборы для всех.

Эта мелочь заставляет меня еще раз осознать, насколько удивительна наша программа. Казалось, организаторы предполагали заранее, что в доме может собраться большая компания, поэтому они успели позаботиться о большом количестве посуды. Или просто этим таинственным спонсорам было все равно, на что тратить деньги?

Во время обеда я узнаю «потрясающую» новость.

– Кира, ну как? Записала? – в глазах Яны плещутся хитринки.

– Что записала? – перевожу взгляд с одной подруги на другую.

– Ага, – Кира, с опаской поглядывая на меня, что заставляет волну паники внутри подняться, протягивает свой смартфон.

Внутри что-то рушится, мне хочется спрятаться.

Теперь понятно, почему Кира стояла в стороне и не принимала участия в плясках у воды. Они решили записать свое веселье на камеру, чтобы после получился видео-блог или хороший момент для нарезки клипа. Медленно сгорая от стыда, я слежу за действием на экране и, стремясь скрыть свое состояние, пытаюсь искренне смеяться. Это и правда было бы смешно. Если бы не я падала в воду! Как же неловко!

А после обеда мальчики уезжают – и это понятно. Не могут же они проводить с нами все свое свободное время, наверняка, у них есть и другие личные дела. Все-таки, это длинные выходные, но вместо того, чтобы проводить их в свое удовольствие со своими близкими и друзьями, они вынуждены всюду сопровождать нас.

– Вечером на площади у реки будет праздник. Карусели, конкурсы и все в таком духе. Если захотите сходить – позвоните, мы тоже собирались туда.

Обменявшись номерами телефонов, мы выпроваживаем мальчиков за дверь.

Свободные до вечера часы мы с подругами решили провести за разбором вещей. Удивительно, как мне удалось уместить в один чемодан всю мою прошлую жизнь. Привычным вещам я пыталась найти в комнате новое место. Учебники успешно разместились на полке над столом. Раньше мне приходилось складывать их в выдвижные ящики шкафа так, что они едва закрывались, или просто оставлять в разных частях квартиры – похвастаться идеальным порядком я вряд ли бы смогла. Поэтому глядя на эту мечту перфекциониста мне хочется улыбаться.

Кроме учебников большую долю места в моем чемодане занимала обувь. От множества полок в гардеробной разбегаются глаза. Для уверенности включаю даже видео в интернете. И все верно – часть этих поверхностей американцы действительно используют для обуви. Не очень-то практично, но удобно.

А вот одежды я взяла с собой не так много – несколько свитеров, футболок, одно платье и джинсы с брюками, которые после глажки (утюг после долгих поисков был найден в чулане, примыкающем к ванной на первом этаже) разместились на вешалках. Однако многие из них остаются висеть пустыми, и я пытаюсь не забыть напомнить Яне о походе по магазинам – шоппинг подруга любит.

Последней в чемодане остается моя любимая игрушка – плюшевый заяц небесно-голубого цвета, пятки которого сшиты из зеленой и желтой ткани. Его я получила в подарок в пять лет на новый год. Было время, когда он надоедал мне и долгое время просиживал на полке над кроватью. Однако однажды произошло то, что заставило меня засыпать только с ним.

4.5

С самого детства мне регулярно снятся кошмары, настолько реалистичные, что кажется, что ночи я провожу не в своей кроватке, а на месте событий. Когда я была помладше, я просыпалась от своего собственного крика – жутко видеть детально, как страдают неизвестные мне люди в моих снах. Все, кто знал об этом, не раз дарили ловцы снов, но они не помогали, кошмары продолжали сниться. Одной такой ночью я увидела ужасную аварию: огромная фура врезалась в автобус с детьми, которые ехали в детский лагерь. Крики, кровь, искореженный металл. По моим щекам текли слезы, но я не могла ни проснуться, ни подойти ближе – ужас сковал, меня трясло, не переставая, ноги дрожали. Сон не прекращался. Крики становились все громче. Я зажмурила глаза, закрыла уши и пыталась перекричать свои собственные мысли – обычно это срабатывало, и я начинала кричать в реальности. Но не в этот раз. В голове возникла мысль: а возможно ли упасть в обморок во сне? Как вдруг что-то резко вырвало меня в реальность. Открыв глаза, я почувствовала на своем лице мех моего голубого зайца, который неизвестным мне образом так удачно спрыгнул с полки. С силой обняв игрушку, я заплакала от облегчения.

Из утреннего выпуска новостей в тот день я узнала, что на юге нашей страны произошла авария. Дети и фура. Это были даже не холодные мурашки по всему телу. Это был кошмар наяву. Что делать в такой ситуации? Я боялась. Боялась сказать родителям, подругам. Ведь это не единичный случай, когда кошмар становился реальностью, хотя такие случаи все же были редки. Однажды я увидела тонущий паром, а на следующий день все новости были посвящены только этому.

Подругам мне все же пришлось рассказать. Мы были в кафе, в котором по телевизору кто-то включил новости. Я просто встала и выбежала на улицу, тяжело дыша. Как рассказали подруги, я вмиг побледнела и изменилась в лице. Странное поведение не могло остаться без внимания. Выслушав рассказ, девочки отреагировали по-разному. Катя рассмеялась, назвав меня Трелони. Яна ушла недалеко и заявила, что я поттероманка до мозга костей. Кира склонялась к версии с совпадением, а Сандра попросила рассказать, если такое случится еще раз, а еще лучше записывать свои сны. Первое время я так и делала, послушно описывала каждый свой сон, но новости молчали. Все повторилось лишь после крупной авиакатастрофы.

– Может, просто другие происшествия маленькие, поэтому по телевизору мы их не видим? – предположила тогда Сандра.

– Или происходят вообще в другой стране, – добавила скептично Яна.

Очень хотелось узнать правду, но искать в интернете происшествие, которое произошло неизвестно где, было практически невозможно, поэтому я смирилась. Постепенно я привыкла к этой странности и больше не подскакивала от ужаса при пробуждении, но заяц теперь постоянно находился рядом – сидел на спинке кровати, лежал рядом с подушкой или в обнимку со мной.

Закончив с вещами, я приступаю к подключению техники. С компьютерами я на «ты»: даже если возникает какая-либо проблема, мне интересно ее решить, как головоломку. Когда только было принято решение создать группу и публиковать в интернете наше творчество, возникла проблема с музыкой. Девочки умели только перебирать струны по нотам, о сочинении своих произведений не могло быть и речи. Мой плейлист на девяносто процентов состоит из мелодий, я получаю удовольствие от звучания, слова оказываются не столь важны. Решение попробовать создать что-то свое было принято спонтанно. Упорно просиживала не по одному часу за компьютером, скрупулезно подбирая каждую ноту. Первая мелодия получилась короткой и совсем не подходила для написанной подругами песни, поэтому так и не вышла в свет. Однако я загрузила ее в свой плейлист. Очень долгое время я не слушала ее, а однажды, перемешав треки, попала на незнакомое удивительное звучание, которое задевало каждую струну моей души. Разблокировав экран, чтобы увидеть название, я удивилась. Моя прекрасная мелодия. Разве ее придумала я? А после усмехнулась. Подобное случается уже не впервые. Раньше я активно писала рассказы, но едва история подходила к концу, я откладывала ее, и, случайно открыв спустя время, получала такой же результат: история казалась прекрасной, и я не верила в свое авторство. Сейчас я уже и не припомню, что же это были за истории, но оно же к лучшему. Перечитывать идеально написанные для себя самой рассказы – это волшебно.

Музыка начала занимать все больше места в моей жизни. Я осваивала программы, подбирала ноту за нотой без перерывов на еду. Творческий процесс увлекал и дарил такие редкие необычные эмоции.

Не удивительно, что программы для создания музыки были установлены на новый компьютер в числе первых.

Пока очередная программа распаковывает свои файлы, я встаю со стула и потягиваюсь, бросая взгляд в окно. Лес подступает к дому очень близко, но среди деревьев слишком много пространства, будто их сажали вручную. Лишь спустя несколько метров дальше они становятся ближе, превращаясь в одну сплошную непреодолимую стену.

Сквозь деревья у дома из-за их редкого расположения можно легко рассмотреть небо. Этим летом в Германии я смогла заметить, что небо там ближе. Возможно, причина находилась в расположении страны на какой-то возвышенности, но это давало интересный эффект. Здесь же, в Америке, небо было таким же далеким, как и дома, и это почему-то успокаивало. Словно десяти часовых поясов и не существовало, и на самом деле я находилась в частном секторе в пригороде, а не за тысячи километров.

Закончив с делами в комнате и выключив компьютер, отправляюсь еще раз рассматривать дом, а после – смотреть, чем заняты подруги. Яна, прихватившая едва ли не весь свой гардероб, задумчиво изучает пестрые вешалки и стопки в огромной гардеробной.

– Слишком много свободного места, да, Тат? – оборачивается она ко мне.

Мое имя, кажется, не склонял только ленивый. Однажды мы с девочками изучали характеристики имен, там же были предложены различные вариации. Яне понравилась форма Тата, Сандра остановилась на Тусе. Кстати, и Сандра тогда же стала Сандрой, а не бесцветной Сашей.

– Можно будет зайти в ТЦ на днях, – предлагаю ей, вспомнив свои не менее пустые полки.

– Сомневаюсь, что в этом захолустье будет что-то стоящее. У нас-то город не маленький, а вечные проблемы с магазинами. А тут что тогда? Мне уже дурно, – картинно вздыхает подруга, прикрывая дверцы шкафа.

– Может, тут не все так плохо… – начинаю я.

– Как думаешь, нам разрешат одним поездить по стране? До Портленда? А лучше до Лос-Анджелеса, он же как раз на этом побережье, – вдохновленно говорит Яна, присаживаясь на кровать.

– Ага, только штат другой, – напоминаю ей, садясь рядом. – Тут законы другие. Сомневаюсь, что все будет легко.

– Ой, Тат, судя по фильмам, у них с этим все просто. С шестнадцати за руль сажают. Интересно, а мне можно сдать на права? Восемнадцать будет в декабре, у нас-то можно заранее начать учиться. И даже если до дня рождения нельзя будет, так все равно мне уже скоро.

– Ой, а машину ты тоже собралась покупать? – усмехаюсь.

– А почему бы и нет? Ты видела, сколько ехать до школы? Это тебе не на троллейбусе проехать пару остановок! В этой дыре даже общественного транспорта нет! – зло возмущается Яна, активно жестикулируя руками. – Наверняка, все на машинах разъезжают. Мы хуже что ли? Можем сложиться и купить на стипуху, она все равно не маленькая. Я не собираюсь весь год ходить пешком. И ездить в платьях на каком-то там велосипеде тоже не собираюсь. А представь теперь, как зимой будет «классно». Нет уж, мальчики так просто от меня не отвертятся, – ее коварная улыбка дала странную ассоциацию. Подруга на какой-то миг стала один в один как парень из фильма «Один дома 2», когда он узнал, что карточка Кевина украдена. Тогда же показали зеленое лицо Гринча, не менее довольное. Я захихикала.

– Чего хохочешь? Это реальность, сама увидишь, – убежденно проговаривает подруга, откидываясь на кровати.

После и остальные подружки подтягиваются к нам. Разлегшись на огромной кровати, мы болтаем обо всем и ни о чем одновременно. Когда настало время для ужина, мы спускаемся на кухню и заставляем возмущающуюся Катю приготовить для всех нас что-нибудь вкусненькое. Чтобы остальные не сидели без дела, подруга сует нам упаковку теста, яйца и клубничное варенье.

– Слойки хоть сделайте к чаю, хватит просто так над душой сидеть!

Получился весьма веселый процесс. Из нас пятерых принцип готовки опять-таки знает только Катя. Дома я не замечала за собой желания готовить, поэтому знала лишь несколько рецептов: как испечь тортик и блины.