Текст книги "Предчувствие (СИ)"

Автор книги: Наташа Джейсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 41 страниц)

12.3

– Я потом вернулась к девчонкам, а он минут через десять ушел домой. Не думала, что он успел все так быстро накатать. Хотя если у него все уже было сделано… – заканчивает Сандра, спуская с меня глаз. От ее рассказа хочется провалиться сквозь землю. Девочки пристально наблюдают за мной и как будто бы уже все для себя решили.

– Как это мило, – протягивает Джейн, обнимая лицо ладонями. – Дэн и Ната. Дэната. О, у вас даже имена складываются в название парочки, – хихикает подруга, выводя меня из себя.

– Ой, всё. Хватит уже, – возмущаюсь, беря бутерброд. – Собирайтесь, такси приехало.

– Кстати, Наташ, – я поворачиваюсь на оклик Киры уже в дверной арке. – Завтра выступление. Сегодня надо будет точно репетировать.

Школа в Америке после выматывающей недели вновь показывает, что все здесь неспроста. Прошло, казалось бы, так мало времени, но я совершенно забыла, что в пятницу здесь сокращенные уроки. И это словно подарок, который я так долго ждала, совершенно обессилев.

Однако в пятницу учителя оказываются более требовательными, чем обычно. Они спрашивают домашнее задание на каждом уроке. В какой-то момент даже кажется, что им очень не хочется проверять работы на выходных, поэтому они решили проверить их все вместе, в классе. На каждом уроке я проклинаю Дэна за то, что теперь вновь испытываю к нему благодарность. С ним самим я пересекаюсь только на совместном уроке, однако ни до, ни после него он не дает мне шанс сказать свое «спасибо», быстро растворясь в толпе и заставляя думать о себе все свободное время.

Озарение происходит лишь под конец перерыва. Осознавая всю свою недалекость, я вспоминаю о существовании мобильной связи – мы же не в средневековье! Стоя возле открытого шкафчика, долго смотрю на мелькающий курсор ввода сообщения, а после, не давая себе засомневаться, набираю короткое «спасибо». Едва сообщение улетает, волнуясь, отключаю телефон и оставляю его внутри, спешно закрыв дверцу. Теперь мне не надо его искать.

Я не включаю технику даже после уроков, хотя, сидя на собрании издателей, мысленно то и дело возвращаюсь к смартфону в сумке. Я настолько отключена от реальности, что Долону несколько раз приходится звать меня по имени, чтобы привлечь внимание.

– Все в порядке? – спрашивает он, когда взгляды всего немногочисленного клуба направлены прямо на меня.

Я только киваю.

– Завтра ты свободна? Будет вечеринка у Саманты, она разрешила пофоткать на вечере… – говорит Долон.

– Это у нее день рождения? – переспрашиваю, превращаясь вся во внимание.

– Да.

– Мы завтра будем выступать у нее. Так что только если после… —произношу неуверенно.

– Вы будете петь⁈ – Аманда подскакивает на стуле.

– О, круто! Тогда я сам пофоткаю, – констатирует Долон воодушевленно. – Завтра все равно увидимся, получается.

Дома подруги дают мне только быстро перекусить, прежде чем мы начинаем готовиться к выступлению. Выбор песен едва не заставляет нас переругаться. У нас и текстов-то не так много, а ведь некоторые из них не приспособлены для исполнения вживую из-за различных обработок голоса, которые накладывались в программе. Джейн так хочет исполнить любимую песню, что едва не заставляет меня идти редактировать инструменталку и добавлять бэки. Но любимые песни есть у каждой, и каждая тянет одеяло на себя, настаивая на исполнении ее композиции. Спор разрешается в тот момент, когда Кира, не выдержав, звонит будущей имениннице и узнает время выступления. Девушка готова хоть весь вечер предоставить под личный концерт AB0, но мы к такому не готовы, поэтому ограничиваемся лишь пятью композициями, которые в дальнейшем сокращаем и вовсе до трех.

На этом споры не прекращаются. Подруги ничего не исполняли вживую со времен записи, поэтому после каждого исполнения мы говорим, что нужно исправить. Но они не готовы слышать критику. Я хочу в сердцах все отменить после того, как взрывается самая терпеливая из всех – Кира. Позвонить Саманте и отказаться от выступления кажется единственным верным решением. Песни, которые всегда нас объединяли, теперь становились просто ненавистными.

Положение смог спасти диктофон. Включив его, подруги услышали все свои дефекты и, недовольные, перестали спорить.

В одиннадцать часов ночи, плюхнувшись на кровать, я вспоминаю про оставленный в рюкзаке телефон. Я включаю его, не давая себе времени передумать. Сердце ухает куда-то вниз, когда на экране вижу уведомление о новом сообщении.

«Одним „спасибо“ не отделаешься».

Откидываю руку с телефоном в сторону, рассматривая потолок. Стоит ли выполненная домашка похода на бал в сопровождении Дэна? Зачем это ему вообще нужно?

12.4

День рождения Саманты по суматохе напоминает мне отъезд из России. Множество мелких деталей и дел взрывают сознание. У меня буквально опускаются руки, когда Кейт напоминает о подарке, которого у нас еще нет. Джейн и Сандра спешно собираются, уезжают в торговый центр и пропадают там на три часа, не беря трубку. Нервы начинают шалеть еще сильнее после того, как именинница звонит и словно невзначай предупреждает про сломанные микрофоны у караоке. Подруги все еще игнорируют наши звонки, и я уже готова сама ехать в магазин или снова послать все к чертям, когда Кира предлагает привлечь на помощь Дерека. Его мягкий уверенный голос мгновенно успокаивает меня. Парень обещает привезти и подключить свою технику, снимая с моих плеч огромный булыжник проблем.

Я пропускаю дедлайн сдачи работ в русской школе и, поспешно и немного небрежно доделав домашку, отправляю ее с извинениями учителям. Вздохнув от облегчения, я наконец-то разрешаю себе заняться внешним видом. Осмотрев скудное содержание гардероба, задерживаю взгляд на черном платье с юбкой-солнце. Тянусь к вешалке, когда раздается писк электронной почты. Я возвращаюсь в комнату, склоняясь к экрану. Имя классной руководительницы мгновенно вызывает испуг – обычно она так быстро не отвечает. Сглотнув, кликаю мышкой и пробегаюсь глазами по многочисленным строкам. Настроение падает вниз, но вовсе не из-за того, что меня ругают за нарушенный дедлайн.

Недолго думая, я с горящими глазами спускаюсь вниз, где сталкиваюсь с Кирой у самой лестницы.

– Ты чего? – девушка медленно проходит в гостиную, придерживая обеими руками горячую чашку с кофе.

– Мне наша классная написала, – начинаю я, внутренне сжимаясь, отчего голос становится неестественно высокий.

– И что она хочет? – вскидывает бровь Кейт, сидящая на полу возле журнального столика, на котором разложены листы с текстами песен.

– Вы все не прислали домашку на прошлой неделе. И на этой еще тоже.

– Ну и ладно, – отмахивается подруга, беря в руки очередной исписанный лист.

– Не «ну и ладно»! – возмущаюсь, скрестив руки. – Меня отругали из-за вас, – я продолжаю наблюдать за ними, надеясь увидеть раскаяние, но замечаю лишь безразличие, которое словно подкидывает дрова в огонь.

– Вы меня слышите?

– Ой, не приставай сейчас с этим, – кривится Кейт, со стуком опуская на столешницу руку. – Когда надо будет, тогда и сделаем. Это не твоя забота.

От ее слов я буквально обалдела. Шумно выдыхаю и, сама того не замечая, добавляю словам горький привкус.

– Но летит вся эта хрень на меня, а не на вас! – порывисто делаю пару шагов, а после разворачиваюсь и иду обратно, чувствуя, как закипает все внутри. – Мне это вообще не сдалось! Своей домашки хватает! Я не могу еще и за вами следить!

– Так не следи, – хмыкает Кейт, излучая ядовитое спокойствие.

– Наташа, послушай, – привлекает мое внимание Кира, которая, поставив чашку, подходит ко мне. – Успокойся. Мы не будем тебя подставлять. И себя подставлять не будем. Мы делаем по чуть-чуть, но тоже ничего не успеваем, – спокойно поясняет девушка. Она неожиданно обнимает меня и говорит совсем тихо. – Они не имели право вешать это на тебя. Ты наша подруга, а не надзиратель. Не принимай все так близко к сердцу.

Она возвращается на диван, а я чувствую, как негатив и раздражение исчезли, оставив после себя пустоту.

– Ладно. Делайте что хотите. Не буду ничего ей отвечать, – говорю примирительно, подходя к столику. – Что делаете?

Мы обсуждаем некоторые детали предстоящего выступления, когда в дом с шумом вваливаются Сандра и Джейн. Десяток бумажных пакетов шуршат и мнутся, сопровождаемые восклицаниями и смехом. Когда мы выглядываем в коридор и видим заставленный пол, на котором негде даже ступить, мне хочется сделать фейспалм. Девочки не просто сходили за подарком. Решив, что для первого выступления им нечего надеть, подруги купили наряды себе и нам.

– Идемте, вам надо все примерить! Если что-то не угадали с размером, еще успеем поменять, – тараторит Джейн, ставя пакеты прямо на оставленные листы. Кейт едва ли не с шипением заставляет их поднять вновь, чтобы убрать все со стола.

– Наташа, я тебе выбрала такое платье! Сама бы надела, но у меня тоже неплохое, – хихикает Джейн, доставая пурпурно-розовое нечто из пакета.

Я округляю глаза, а ответ моментально срывается с губ.

– Ни за что! – мотаю головой, поднимая вверх руки в протесте.

– Размер точно твой, я мерила! Так что не отвертишься! – Джейн кидает мне платье, которое чудом не падает на голову стоящей рядом Кире.

Придерживаю ткань руками, приподнимая наряд на уровень глаз. Платье словно сшито из множества лент, которые попеременно оголяют разные части тела.

– Не дождешься! Сама носи! – броском возвращаю одежду подруге и с победной улыбкой, махнув на прощание рукой, исчезаю на втором этаже. Брюки, кофточка – и никаких неудобных или постыдных платьев.

12.5

К выходу из дома я готова сильно заранее. Расхаживая по комнатам, то беря в руки вещи, то ставя их обратно, я постоянно бросаю взгляд на часы, цифры на котором почти не меняются. Волнение, тревога и нервозность возвращаются с новой силой. В голову постоянно начинают лезть навязчивые мысли, которые почти не удается прогнать прочь. А вдруг мелодии на флешке не записались? И я иду, включаю вновь компьютер, чтобы убедиться. А вдруг, мелодии не те? И я включаю каждую, проверяя звучание. А вдруг, компьютер Саманты не увидит флешку? И вот я уже складывают ноутбук и думаю о том, где взять колонки помощнее. А вдруг? А вдруг? Кейт не выдерживает наблюдать за мной, расхаживающей туда-сюда и постоянно срывающейся с места. Она буквально силком выталкивает меня на улицу, попутно вызывая для нас с ней такси.

Мы подъезжаем к двухэтажному белоснежному дому Саманты уже через 10 минут, хотя находится он в противоположном конце этого городка. Дом кажется огромным снаружи – перед ним даже есть отдельна подъездная дорожка и парковка на три машины рядом с закрытым гаражом. Кейт присвистывает, когда выходит из такси и ступает на выложенную из красного камня дорожку.

– С таким домиком народу набьется тьма, – бормочет подруга, останавливаясь у кустарника с белыми цветами.

– Или наоборот мало, – возражаю, обходя ее. – На прошлой неделе все были как кильки в бочке. А здесь места навалом.

– Ну да, такой кучности не будет. Но это если людей будет столько же. А вот если больше…

– А будет ли больше? Тут же город небольшой, – я подхожу к входной двери и замираю в поисках звонка, который в упор не вижу. Уже хочу стучать в дверь, когда подошедшая Кейт жмет куда-то, разнося по всему дому переливчатый звон, слышимый даже за дверью.

Однако открывает ее нам вовсе не хозяйка дома, а неизвестный парень. Он машет нам рукой и исчезает в глубине дома. Повсюду горит свет и ходят туда-сюда люди, нося в руках различные вещи. Они напоминают мне муравьев, таскающих добро в свои дома. Здесь тоже ожидается своеобразный муравейник.

Мы проходим в комнату и не сдерживаем восторженных вздохов. Белоснежный квадратный зал, выполняющий роль гостиной, теперь практически очищен от мебели – вероятно, здесь будет одно из главных мест предстоящего торжества. Однако восхищает нас вовсе не пространство, а спускающаяся сюда такая же белоснежная лестница с перилами из темного дерева. Она проходит у одной из стен с небольшим закруглением, как будто из сказки. Это не наша прямая лестница, а уж про те, что есть у нас в домах в России, я вообще молчу.

Сверху, на втором этаже перила лестницы продолжаются деревянной оградой, которая образует что-то в виде смотровой площадки или балкона.

Интересно, каково это – жить в этой сказке?

Мои мысли прерывает появление хозяйки вечера. Саманта, уже одетая в ярко-желтое, солнечное платье, выплывает откуда-то справа и сразу начинает тараторить. Девушка отводит нас к зоне караоке и оставляет разбираться с техникой.

Ее микрофоны действительно сдохли. Один и вовсе разлетается в руках, и я осторожно откладываю его обратно в коробку.

– Ну и зачем вообще звать на концерт, если условий нет? Снаружи такое вау, а внутри вообще не лакшери, – хмыкает Кейт, листая меню.

– Ладно хоть сообщила заранее, – примирительно говорю, набирая номер Дерека.

Парень обещает скоро прибыть с техникой, однако его все нет и нет.

– Хватит уже смотреть на время, – Кейт отбирает телефон у меня из рук, когда я начинаю нон-стоп то включать экран, то гасить его вновь.

Я нервно перевожу взгляд на открывшуюся дверь, однако вновь вошедшим оказывается вовсе не Дерек.

– О, привет, Лия! – машет мне рукой Долон, на ходу расстегивая висящую на боку сумку из-под фотоаппарата. – Не двигайся!

Парень быстро что-то нажимает, настраивая технику, пока я усталым взглядом наблюдаю за ним. Пару мгновений – и он наводит камеру на меня. Щелк, щелк.

– Улыбнись, чего какая кислая, – Долон отрывает от лица фотоаппарат. – Ну-у-у же!

Переглядываюсь с Кейт и начинаю хохотать, выпуская усталость и волнение.

Щелк. Щелк. Щелк.

– Так-то лучше.

Куратор подходит к нам и тут же обращает внимание на мою подругу.

– Привет! Кажется, мы с тобой не знакомы. Ты тоже из России? – говорит парень, садясь на подушку рядом с нами.

– Ага. Я Кейт, – подруга смело протягивает руку парню.

– Красивое имя. А я – Долон. Куратор Лии.

– Так вот на кого ты променяла Дэна, – хитро смотрит на меня подруга, заставляя вспыхнуть. – Неплохой выбор.

– Благодарю, – парень делает шутливый поклон, вызывая улыбки.

Долон не отходит от нас вплоть до начала вечера. Сделав несколько кадров, он, узнав о нашей проблеме, начинает копаться в технике и даже заставляет работать один из хозяйских микрофонов. Парень помогает нам установить одну из наших камер повыше, чтобы мы смогли транслировать или записать предстоящий концерт. Кейт и Долон так спелись, что уже спустя несколько минут едва ли не продолжают фразы друг друга. Наблюдая за ними, я забываю о времени и вообще о предстоящем выступлении.

– Всем привет!

Я аж подскакиваю на месте, когда слышу знакомый голос. Дерек подходит к нам, держа в руках картонную коробку. Я мельком бросаю взгляд на висящие на стене часы и забываю о смехе. За его спиной вижу яркие пятна нарядов подруг и остальных кураторов. Они приехали к самому началу.

– Ну вы и долго, – вздыхаю, не давая ядовитым фразам прорваться наружу. Парень, видимо, не понял меня, но у меня нет права злиться. Дерек мог и не помогать нам. Это ведь не учебная проблема.

– О, классные микрофоны принесли, – Долон забирает коробку, оценивающе осматривая картинку на ней. – Сейчас все подключим и настроим.

Видя, как юноша без боязни орудует с техникой, пусть и не такой значительной и сложной, я расслабляюсь. Уверенность, что все закончится хорошо, окутывает меня, и я наконец осматриваюсь вокруг. Джейн в кислотно-розовом платье привлекает внимание, но вызывает боль в глазах. Сандра на ее фоне в своем пастельном платье выглядит бледно, но более приятно. А вот Киру заставили надеть нежно-голубой сарафан, который та постоянно одергивает за край вниз.

В коробке оказывается всего два микрофона, поэтому отремонтированный третий оказывается как никогда кстати. Я хлопаю в ладоши, не скрывая благодарной улыбки. Долон отмахивается – и щелк! – Кейт делает кадр из камеры, которую тот оставил на тумбе. Дружный смех привлекает внимание остальных гостей, которых становится все больше. Я не обращаю на них внимания, однако, случайно повернув голову, натыкаюсь на пронзительный взгляд Дэна. От этого я смущаюсь и резко отворачиваюсь, натягивая улыбку.

Гостей становится все больше и больше. Ребята большими компаниями прибывают друг за другом в течение первого часа. Казавшийся недавно немаленьким дом теперь как лабиринт, в котором среди людей можно потеряться. Я держусь возле подруг, прося их не отходить далеко.

– Ну что, вы готовы? – подходит ко мне именинница, и от ее слов по рукам проходит легкая дрожь. Удары сердца начинаю ощущать сквозь грудную клетку.

12.6

– Что, уже сейчас? – удивляется Долон, надевая на шею ремешок камеры. – Сейчас здесь будет толпа. Мне нужна хорошая точка для съемки.

– Эм-м, – тянет растерянно Саманта, оглядывая нас. – Стул? Или со второго этажа? – девушка указывает пальцем на лестницу.

– И то, и то было бы отлично, – удовлетворенно кивает парень.

– Тогда сначала на кухню, а потом начнем.

Подруги уже стоят возле меня. Джейн притихла, а Сандра и вовсе побледнела. Она беглым взглядом осматривает каждую из нас, ища поддержки. Кира, перекатываясь с ноги на ногу, сцепила пальцы в замок и не сводит взгляда с лежащих на тумбе микрофонах.

У меня внутри что-то сжимается от волнения, а руки и вовсе потеют.

– К черту все, – произношу решительно, обнажая зубы в улыбке. – Давайте просто сделаем это. Для себя. Как всегда и делали, – голос срывается, но я замечаю, как глаза подруг постепенно оживают.

– Пусть их кровь закипит! – кровожадно дергает бровями Кейт. Мы не сдерживаемся и дружно хохочем, однако вместе со смехом я отпускаю ситуацию на самотек. Действительно, к черту все.

– Только если от восторга! – добавляет сквозь хохот Кира, и настроение возвращается окончательно.

Едва Саманта подходит к нам, я отключаю эмоции и ухожу за компьютер, надевая наушники. Рядом – Кейт, которая едва именинница берет микрофон в руки, уменьшает громкость уже играющей по всему дому музыки. Я почти не слышу ее слов, но нажимаю на кнопку, едва Кейт кивает, говоря: «Давай». Гости плотным полукругом обступают нас. Кто-то, как и наш фотограф, взобрался на мебель, кто-то просек фишку и наблюдал с лестницы. Гул голосов и перешептываний сковывает, и я рада, что стою сейчас с техникой, а не перед этой ожидающей толпой.

– Привет, ребята! – начинает Джейн, заполняя пустоту, пока играет вступление мелодии. – Спасибо, что поддержали нас!

– Мы поздравляем главную звезду этого вечера! Саманта, с Днём Рождения! – подхватывает Кира, крепко сжимая микрофон.

– Поехали! – восклицает Сандра в последнее мгновение перед началом слов.

Мы начинаем с самой популярной на нашем канале песни, которая набрала около 30 миллионов просмотров и немалое количество прослушиваний в разных сервисах. Ее тут же узнает толпа, одобрительно начиная гудеть. Я сосредотачиваюсь только на дорожке на экране компьютера, но Кейт тычет в бок, заставляя отвлечься.

– Смотри!

Я перевожу взгляд на подруг, которые умудряются на небольшом квадратике пространства еще выполнять смутно-знакомые движения.

– Это танец из клипа, – подсказывает Кейт, и я удивленно хмыкаю.

– Когда только успели? – говорю ей на ухо.

– Наверное, пока нас не было. При мне они не репетировали.

Гостям нравится то, что они видят. Кто-то поднял руки вверх – и я даже вижу рокерскую козу в воздухе. Кто-то подпевает, кто-то качается в такт музыке. Пробегаясь взглядом по слушателям, я чувствую, как меня накрывает волна восторга. Никогда не представляла себе живое выступление. О таком я не могла даже мечтать.

С толпы я постепенно переключаю внимание на звучание. Голоса подруг мелодичные, нежные и сильные. Не зря они репетировали накануне почти до хрипоты. И все же в некоторых местах слышна фальш, для исправления которой требовалось значительно больше, чем одна репетиция. Натянув улыбку, я переглядываюсь с Кейт, но все же поднимаю палец вверх, делая вид, что все в порядке. Девочки замечают это и расплываются в улыбках.

Вторая песня начинается почти сразу же, но подруги вступают вовремя, вновь вызывая восторги. Я поворачиваюсь к Кейт, и мы ударяем ладонями. Щеки начинают болеть от улыбки, которую я не в силах убрать с лица. Адреналин в крови делает все вокруг ярче. Когда третья и последняя песня завершаются, я пробуждаюсь из сладкой неги только после того, как меня резко сжимает в объятиях стоящая рядом Кейт.

Лица подруг раскраснелись. Под аплодисменты они еще раз поздравляют Саманту и поют ей вместе со всеми собравшимися «Happy birthday».

Но даже после девочек не отпускают. Мы с Кейт проталкиваемся сквозь толпу, чтобы отдать им бутылки воды, но вместо этого и нас затаскивают в бесконечную фотосъемку. Кто-то дает микрофон Долону, и тот объявляет общий снимок, который решает проблему.

Когда в следующий раз мне удается пробраться к компьютеру, я выключаю трансляцию, которая шла все это время.

Закрывая крышку ноутбука, я все еще не могу поверить, что это все наконец-то закончилось.