Текст книги "Предчувствие (СИ)"

Автор книги: Наташа Джейсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 41 страниц)

25.6

А потом мы действительно погружаемся в подготовку к Хэллоуину. Кейт и Сандра узнают в секретариате, что афиши вечеринок в школе под запретом. Работники удивлены нашей наглостью, да и не только они. После публикаций в соцсетях о праздновании дня рождения Киры ко мне, да и к остальным девочкам, постоянно подходят ребята из школы. В их числе – и Лейла, которая перехватывает меня между уроками.

– Вы совсем отчаянные! – восклицает она, беря меня под руку. – Такая шумиха пошла. Смотрите, теперь к вам точно заявится полиция и будет следить за всем.

Ее предупреждение оказывается очень кстати. Рассказав об этом дома, я сначала вижу недовольство Джейн, которая уже успела придумать, как протащить на вечеринку бочки с пивом.

– В нашем случае полиция как никогда кстати. Если что-то случится, они будут рядом, – успокаиваю ее я.

– Ага, конечно! Еще бы кто пришел на вечеринку с полицией, – бухтит подруга, но сделать все равно больше ничего не может.

То, что вечеринка привлекает всеобщее внимание, мы понимаем, когда Дерек подходит к нам в один из дней во время ланча. Между нами повисает напряжение. Я ничего не могу с собой поделать – в памяти тут же всплывают слова Дэна о том, что Дерек еще не определился. Очень тяжело воспринимать его пропитанные дружелюбием рекомендации. Он продолжает играть роль человека, который ничего не знает.

– Зря вы не посоветовались с нами. Все учителя уже в курсе, что вы прямо в середине недели собрались устроить пьянку, и готовы принимать меры.

– В чем проблема? Мы будем отмечать тематический день рождения нашей подруги, – спрашивает с невинными нотками Джейн, облокотившись о стол. – Разве это запрещено? Нет, мы уже ходили на дни рождения.

Парень замирает, как будто не зная, что с нами делать.

– Как я вам могу помочь с подготовкой? – вздохнув, участливо спрашивает он. Джейн тут же расплывается в улыбке. Конечно, она тут же предлагает ему вместе с Филом помочь украсить территорию.

Я до последнего думаю, что ничего не получится, но, возвращаясь в тот день после тренировки с Кирой, мы застаем перед нашим домом толпу ребят. Дерек, Эрик, Скай, Фил и даже Джарви на стремянках наверху и внизу пыхтят, чтобы установить на фасаде нашего дома конструкцию с огромным мохнатым пауком, повисшим на паутине. От одного его вида мне становится дурно, хотя раньше такой фобии у меня не было. Внизу командует «парадом» Джейн, которая, словно издеваясь, просит мальчиков «чуть-чуть подвинуть вбок, но не туда и не настолько».

– Привет, девочки! Как дела в школе? – участливо спрашивает Ксения Александровна, замершая на пороге дома и следящая за порядком.

Директриса почти всю неделю никак не мешает нам. Она приходит в школу вместе с нами, а если и возвращается домой днем, то потом снова куда-то уходит, занятая своими делами. Видя ее деловой настрой, я начинаю понимать, как ей удалось возглавить школу уже сейчас. В чем-то мне даже близко ее отношение к своим обязанностям. При этом она оказывается очень тактичной – даже будучи взрослой и обязанной за всеми приглядывать, она делает это крайне непринужденно, ничем не выделяясь. Это не мешает ей держать контроль над ситуацией.

Но на украшении фасада дома все не заканчивается. В пятницу Джейн снова приглашает Фила, а также его друзей – Мэтта, Шейна и его девушку Тесс, но теперь уже для приведения в порядок внутренних помещений. Ребята оказываются компанейскими. Вместе за несколько часов и пять съеденных пицц мы успеваем все сделать, полностью обессиленные под конец. При свете дня все эти гирлянды, устрашающие тыквы, летучие мыши, гробы и прочая потусторонняя атрибутика выглядит скорее смешно – кроме лестницы. Перила теперь обтянуты белым материалом, напоминающим ошметки паутины. Туда Джейн очень щедро высыпала банку искусственных и съедобных пауков, которые повисли на ткани как настоящие. Даже проходить мимо этого было мерзко, а подруга вместе с Кейт еще демонстративно снимает «насекомых» и съедает на моих глазах, что меня аж передергивает.

Сюрреализм ситуации я успеваю полностью прочувствовать уже в субботу, ведь в этот день школа и весь город на сутки полностью забывает о Хэллоуине ради школьного матча. Сначала я не хочу идти с подругами, хотя зовут и они, и Лейла. Неприятные воспоминания о первом посещенном матче все еще не потускнели в памяти, но вдруг я понимаю – Дэн ведь в команде! В желании его увидеть я не могу признаться даже самой себе, но, как оказалось, все всё и так поняли. Оказавшись на трибуне, я высматриваю номера игроков, ища тот самый…

– Тренер не запланировал его участие в матче. Официально он то ли болеет, то ли отсутствует по семейным обстоятельствам, —тихо говорит Джейн, когда по стадиону разносится гимн. Я поднимаю на нее глаза, на лице подруги улыбка сожаления. – Мне Фил сказал, но я не стала тебя расстраивать.

Я усмехаюсь, делая вид, что все в порядке, но на самом деле это не так. После слов подруги интерес к игре действительно тает, и я уже больше наблюдаю за черлидершами, чем за игроками на поле.

В воскресенье Ксения Александровна во время вечернего кинопросмотра зовет меня и Киру к себе в комнату «по учебным делам». Кейт усмехается, но ничего не говорит – мы так и не сказали директрисе, что все в курсе подготовленного плана. Возле двери комнаты висит белая простыня с глазами – аля приведение. Совершенно не понимаю, зачем оно в этом закутке.

Когда Кира закрывает дверь, директриса достает со стола билеты и разъясняет план дальнейших действий. Три пересадки (Портленд – ЛА – Москва – наш город), чуть меньше суток в пути. Подруга будет уезжать налегке, взяв с собой только ручную кладь с самым необходимым. Я вспоминаю наши переполненные чемоданы во время отправления сюда и не могу представить, что бы я могла оставить здесь. Учебники? Возможно. Какую-то одежду и обувь еще. Если бы был срочный отъезд, можно было бы взять только себя и документы. Но синего зайца оставить? А технику? Это кажется немыслимым.

По лицу подруги мне непонятно, готова ли она к этому. Хотя в аэропорту в ЛА тогда она была с минимумом вещей.

– Я пока не говорила твоей маме о твоем возвращении – мы позвоним ей в дороге, чтобы не волновать. Ну и тогда она уже не сможет препятствовать нашим передвижениям, – предупреждает Ксения Александровна.

– Вот так сюрприз будет, – замечаю я.

– Иначе быстро ничего сделать будет нельзя. Твоя мама все еще является твоим опекуном, потому что ты еще не окончила школу. Ты можешь уехать из этой страны, но чисто теоретически твоя мама может подать на меня в суд и заставит вернуть тебя сюда, – разводит руками директриса.

– Нет, она так не сделает, – убежденно говорит Кира.

– Но может. Так что немного переключим ее внимание на всякий случай.

Вернувшись в свою комнату, я пытаюсь в очередной раз за эту неделю связаться с Дэном, но его телефон молчит, а в соцсетях и мессенджерах сообщения не значатся доставленными. Его отсутствие сопровождается тревогой. Я видела его дважды после того, как ему запретили видеться со мной, но это не успокаивает. С тех пор его могли раскрыть, с ним могут что-то сделать, а я даже не узнаю об этом. Вдруг наш план тоже раскрыт? Всю неделю я слежу за Дереком, который, как и все остальные, начинает держаться от нас на расстоянии. Лицо парня не говорит ни о чем, что могло бы случиться.

В понедельник нервы натягиваются еще сильнее. Остался всего один день, а кураторы не приходят вообще в школу. На уроках я вижу только Долона. Парень замечает мой взгляд в классе, приветственно кивает, но держится отстраненно. А ведь именно он что-то рассказал Кейси. Он может быть в курсе того, что происходит, но играет он не на нашей стороне.

Внутреннее настроение совершенно не совпадает с тем, что царит в школе. Когда на перемене ко мне подходит Лейла и что-то спрашивает про завтрашнюю вечеринку, я даже не сразу понимаю, что к чему. Часть ребят уже сегодня пришла на занятия в костюмах. Все заняты праздником, даже Джейн. Подруга продолжает снимать контент для соцсетей, подбадривая за кадром:

– Тат, ну не к похоронам же готовимся! А ну-ка улыбнись!

Но на душе слишком тяжело от неизвестности.

– Еще чего. Все получится, – произношу убежденно и забираю телефон у подруги, становясь оператором.

Я держусь уверенно, но меня саму подбодрить некому, кроме меня самой.

25.7

И все же 31 октября наступает. Очнувшись утром после традиционных кошмаров, я чувствую, как волнение возвращается. Оно словно обхватывает горло и стягивает его, душа. К завтраку я спускаюсь в пижаме и оказываюсь первой. Чтобы немного растормошить себя, приходится самой себе сварить овсянку. Достать маленькую кастрюльку, залить воды, подготовить крупу, сахар и соль. Пальцы дрожат, и я переворачиваю коробку с кашей на столе. В тот момент, когда я беру тряпку, в кухне появляется Кейт.

– О нет, а ну не подходи, я все сама уберу, – тотчас указывает подруга, проходя к столу. – Я сама сварю. Сказала бы вчера, что хочешь. Ты одеваться не собираешься?

Только сейчас я обращаю внимание, что Кейт уже принарядилась. В кудрях на голове я замечаю гребешок и заколку в форме морской звезды, которая сочетается с подвеской-звездочкой на ее шее. Сиреневый топ с ракушками на талии переходит в длинную юбку, силуэтом напоминающую аквамариновый русалочий хвост.

– Зачем сейчас? Вечеринка после школы все равно, – начинаю я и бросаю взгляд на дверь, где появляются Джейн в черном открытом коротком платье с шляпой ведьмы на голове и Кира в обычных джинсах. – Вот, будем вдвоем без костюмов.

Джейн аж останавливается, а на лице Киры расцветает улыбка.

– Сдурела? Иди давай одевайся! – злится подруга, показывая пальчиком на дверь. – Ты же два костюма купила. Вот отдай один ей.

– Я же уезж… – со вздохом начинает Кира.

– Ты хочешь привлечь к себе внимание? Сегодня? Показать всем, что вечеринка тебя мало волнует? А у тебя вообще праздник, ты должна затмевать всех, – Джейн серьезна как никогда.

Переглянувшись, мы все же идем с Кирой ко мне, по пути встретив директрису. Ксения Александровна выглядит эффектно. Белая блузка, испачканная в бутафорской крови, пыльная юбка-карандаш до колен, серые колготки с пятнами, как будто она извалялась на земле. Но лучше всего ей удались укладка – торчащие в разные стороны, как будто свалявшиеся, волосы – и грим с кровью и пылью на лице.

– Вау, – не сдержавшись, говорю я, и директриса благодарно кивает.

В гардеробной на комоде я нахожу купленный костюм с формой из Хогвартса, которая все еще лежит в пакете, снимаю вешалку с подготовленным платьем и выхожу к Кире, усевшейся на кровати.

– Кем хочешь быть – нимфой или студенткой Гриффиндора? —спрашиваю, вертя вещи в руках.

– О нет, сама иди в своем платье, – смеется девушка, протягивая руку к пакету. – Вот точно никогда бы не подумала, что этот день я начну так.

И я тоже. Когда подруга уходит к себе, я проверяю прогноз погоды. Серые тучи за окном и облетающая листва не обманывают – в городе Ф уже абсолютно осенняя погода. Покупая свой наряд, я не собиралась надевать его в школу. Я осматриваю юбку-шорты. Ткань и покрывающие ее листья выглядят прочными. Застегнув сбоку еле заметную молнию, я осторожно присаживаюсь то на кровать, то на стул, проверяя прочность и качество материалов. Даже не заметно, чтобы что-то помялось.

Прихватив свою черную куртку, я спускаюсь вниз, ем свою овсянку, которую волшебница Кейт смогла сделать в меру сладкой и воздушной. Когда к нам спускается Кира, подруги одаривают ее комплиментами, хотя девушка чувствует себя словно не в своей тарелке. Рукава мантии своей длиной закрывают полностью кисти рук. Ладно хоть подол не волочится по земле, хотя мы с ней не сильно отличаемся в росте.

А после, традиционно вызвав такси, мы едем в школу. Идя к машине, я еще переживаю, что выгляжу нелепо, но успокаиваюсь, когда вижу за рулем нашего автомобиля мужчину в наряде клоуна.

– Жутковато, – комментирует Кейт. Девушка собиралась ехать в машине со мной, Кирой и Ксенией Александровной, но в итоге уходит к Джейн и Сандре.

А уж на территории школы я полностью расслабляюсь. Кого тут только нет! Корейская музыкальная группа, персонажи аниме, Майкл Джексон, пирамида Хеопса и даже бутерброд. Кажется, что все себя чувствуют уверенно, поэтому я решаю не отставать от них. Директриса, помахав нам рукой, снова уходит по своим делам, а мы отправляемся на занятия. Уже в классе английского мы с Кирой удивленно округляем глаза. Мистер Эндрюс, наш учитель английского, тоже принарядился. Кепка необычной круглой формы, больше напоминающая шлем пожарного, длинный коричневый в мелкую клеточку плащ и лупа, лежащая на столе – ну просто вылитый Шерлок Холмс. Педагог замечает наши оценивающие взгляды, а кто-то из одноклассников в костюме динозавра отвешивает ему комплименты.

Уроки проходят на удивление весело. Атмосфера праздника ощущается везде. К нему привязывают все темы уроков, даже на точных науках мы начинаем изучать дома ведьм, считать скорость полета метлы и «варить зелья». В кафетерии нас тоже ждет тематический обед с желейными призраками, шоколадными тараканами, «отрыжкой монстра» из тертой морковки и капусты, фигурными наггетсами, волосами-спагетти ведьмы и другими специфическими названиями. Набрав всего, что только можно, я занимаю свое место за столом и, достав телефон, делаю фото. Впрочем, не я одна – подруги тоже делятся своими снимками в соцсетях, а Джейн и вовсе уходит с камерой и включает трансляцию у раздатка. Мы ей не мешаем – этим, да и всем вокруг, очень хочется поделиться со всеми.

Во время обеда, на переменах и даже во время занятий с помощью записок ребята с совместных уроков то и дело спрашивают про вечеринку. Как болванчик, я то и дело повторяю однотипные ответы и, все же не выдержав, пишу Джейн с просьбой сделать еще один пост в соцсетях со всей информацией. После уроков сегодня никто из нас не идет на кружки. Мы же единодушно решаем и не идти на школьный праздник. Когда я возвращаюсь домой, решив пройтись пешком, там уже кипит жизнь. Да что там, дверь нашего дома мне открывает Мэтт-вампир, за спиной которого болтается плащ – если бы не стоящий у горла воротник, я бы приняла его за обычную тряпку.

Парень, оказывается, заметил меня в окне, когда шел в гостиную. Там футболисты помогают подвинуть мебель к стенам, чтобы высвободить немного пространства для танцев, а Кейт снова возится с музыкой, чтобы она играла и на втором этаже тоже. Джейн расставляет всюду тарелки с закусками, которые на кухне наполняют Кира и Тесс – девушка в платье с рукавами-крыльями летучей мыши, которые то и дело пытаются попасть в тарелку. Я оставляю сумку в своей комнате и впервые жалею, что на двери нет замка – все предыдущие вечеринки успели доказать, что обычные двери никого не остановят. На всякий случай я убираю компьютер в выдвижной ящик стола – единственный, который можно закрыть на ключ.

Я присоединяюсь к ребятам в подготовке и не замечаю, как пролетают несчастные два часа. Уже в пять вечера раздается звонок в дверь, и после этого она больше по сути не закрывается. Приходят ребята из школы и те, кого они с собой приводят за компанию. Приходят дети с родителями и просят традиционные конфеты – для них в углу у двери мы поставили стул с ведерком, которое в начале вечера наполнено доверху всевозможными сладостями.

Музыка играет так громко, что она почти полностью перекрывает звук звонка. Когда я, услышав снова что-то похожее на пение птиц, спускаюсь вниз, я впервые понимаю, насколько мал наш дом и насколько огромной была пиар-компания Джейн. Я буквально протискиваюсь между людьми, которым даже некуда расступаться.

На кухне тоже оказывается полно ребят. Пустые и не очень красные стаканчики валяются всюду, начиная от входа. Мусорное ведро, предусмотрительно выдвинутое из-под раковины ко входу, переполнено – кто-то уже успел достать большой мешок для мусора и поставил рядом.

– Эй, Лия! – машет мне Лейла, которую я замечаю возле холодильника. Пройдя к ней, я оценивающе изучаю ее наряд, который ранее видела во время примерки. Корсет и короткую юбку черного платья словно опутала многовековая паутина, такая же вуалью-фатой окутала лицо девушки, ставшей устрашающей невестой. Подведенные черным глаза сделали образ еще более мрачным.

– А ты чего без макияжа? – спрашивает она, и я вдруг вспоминаю, о чем совершенно забыла в этой суете. Мое признание действует как спусковой крючок. Девушка, захватив с собой бокал с соком, берет меня за руку и просит отвести в «более подходящее место» – мою комнату. Поднявшись по лестнице под восклицания девушки, я вмиг теряю праздничное настроение, когда вижу открытую дверь. В моей комнате действительно сидят несколько парней и девушек – прямо на полу разложив какую-то настолку. Протиснувшись мимо них к своей тумбочке, я достаю косметичку. Ее скудное содержание не впечатляет Лейлу, но из того, что есть, она творит магию – зеленый, черный, блестки. Смотрясь позже в зеркало, я не могу отвести глаз от своего отражения.

– Когда вы собираетесь выступать? – вдруг спрашивает Лейла, когда мы вновь выбираемся в холл на втором этаже. – Многие ребята пришли ради этого.

– Но мы не анонсировали концерт. Мы не собираемся развлекать остальных. Скорее, это вечеринка-прощание, – признаюсь я.

– Прощание? Кто-то уезжает? – переспрашивает Лейла, и я замираю, поняв, что сболтнула лишнего.

– У Киры же день рождения. Она становится совершеннолетней. Прощается с детством, – выкручиваюсь я.

Лейла понимающе кивает, а я про себя выдыхаю от облегчения и вдруг вижу у окна в холле Дэна. Волнение и счастье взрываются внутри, губы расплываются в улыбке, а потом он тоже видит меня. Его синие глаза излучают такое тепло, что я едва ли не бегом преодолеваю расстояние между нами, забыв про то, где мы и с кем мы, и бросаюсь к нему в объятия. Теплый, живой. Его руки обнимают плечи, касаются спины, и я наконец-то чувствую себя спокойно.

– Я тоже по тебе скучал, – слышу его голос у своего уха.

Отстранившись, я все еще не могу отвести от него глаз.

– Я уже думала, что ты больше не появишься, – говорю тихо, и в этот момент парень переплетает наши пальцы.

– Дерек пытался меня остановить, но понял, что сегодня ничто не сработает. Красивая.

Парень кружит меня вокруг своей оси, осматривая мой наряд, а я смущена настолько, что только после этого замечаю его наряд. Один рукав белоснежной рубашки весь в крови, а штанины джинсов порваны так, как будто их кто-то отгрыз.

– У тебя тоже реалистичный… костюм, – замечаю я, но парень лишь хмыкает. – Остальные, получается, тоже пришли?

Дэн кивает, и в правдивости его слов я убеждаюсь, когда мы спускаемся вниз. Уже с лестницы я вижу Дерека, замеревшего у входной двери. Его лицо напряжено, хотя он одет в костюм-тройку с изображением костей, как у скелета. По привычке я сначала хочу помахать ему, но потом вспоминаю – его присутствие для нас не хорошо.

С Дэном мы идем сначала на кухню – меня угораздило признаться ему, что я толком не ела дома. Не обращая внимания на присутствующих, парень по-хозяйски достает таперы с картошкой пюре и котлетами и, наложив еду, греет ее в микроволновке. Сначала мне смешно, но потом кто-то из ребят тоже лезет в холодильник, и Дэну приходится вмешаться. Закуски, которые мы успели подготовить, уже почти заканчиваются. Словно почувствовав мои мысли, на кухню заходит какая-то тревожная Джейн.

– Вот говорила я вам, что мало набрали. Закусок почти нет. И что нам делать? – истерит девушка, доставая последнюю коробку с тематическим печеньем.

– Давай закажем пиццу, – предлагает Дэн, и тут же напряжение спадает. Пока парень и девушка составляют список для закупки, я убираю тарелку в посудомойку и чувствую вибрацию телефона в кармашке. Будильник. Почти восемь. Ничего не сказав, я поднимаюсь наверх в комнату Киры, где подруга уже успела переодеться в обычную одежду и теперь застегивает свой небольшой рюкзак. На другой стороне кровати сидят сверх меры веселая Кейт и совсем притихшая Сандра. Обстановка неожиданно начинает давить, слезы накатывают, но я сдерживаю их, моргая чаще обычного.

– Уже надо спускаться, – говорю я, и голос надламывается.

– Ну что вы, как будто это надолго, – Кира подходит и обнимает меня, другой рукой подзывая остальных. – Скоро снова будем вместе сочинять песни во дворе Кати.

– Скорее уж дома, на улице наверняка уже дубак, – замечает подруга, присоединяясь к нашей капусте.

– Ладно, все, идемте, а то я сейчас действительно разревусь, – командует Сандра, первой выходя из комнаты.

Кира волнуется, но на ее лице я вижу какое-то облегчение, и только это заставляет меня поверить, что все сделано правильно. Подруга накидывает на плечо рюкзак и в последний раз смотрит на свою комнату. Кейт выходит, а я лезу в карман и, пользуясь последней возможностью, достаю коробочку, которую давным-давно приготовила.

– С наступающим!

Подруга явно не ожидала этого. Девушка обнимает меня, а после открывает подарок. На мягкой подушечке лежит кулон с выгравированными буквами «Ab0».

– Спасибо, – снова обнимает она меня, а после просит застегнуть подвеску. На глаза снова выступают слезы. Наконец, вспомнив про время, подруга выходит, а я иду следом за ней, уже чувствуя пустоту в сердце. Но это действительно только начало. Вернуться домой надо всем.

Мы спускаемся по лестнице друг за дружкой, проскальзываем на задний двор, куда гости тоже успели забраться, а оттуда – через калитку, выходим на площадку у дома. Возле соседнего дома я вижу заведенную черную машину и Ксению Александровну, стоящую возле водительской двери тоже уже в обычных джинсах и плаще.

– Я сейчас позову Джейн, – тихо говорю я и возвращаюсь в дом. Дэн и Джейн все еще на кухне – что-то выбирают, уткнувшись в телефон.

– Тебя Кира зовет, – говорю подруге, и та все понимает.

– Давай тогда двадцать для начала, потом если что еще дозакажем, – бросает подруга и уходит.

– Двадцать пицц? – переспрашиваю я, садясь на свободный стул.

– Ага, с сыром, – Дэн что-то нажимает, а потом смотрит на меня. – Ты плакала?

– Волос в глаз попал. Я все размазала? – я тянусь к своему телефону и включаю фронталку.

– Нет, просто красные.

Когда Джейн возвращается к нам через пять минут, я понимаю, что все сделано. Кира уехала. К счастью, к нам заглядывает Фил, и Дэн не замечает, что и ее глаза немного опухли.

Сделанный заказ нам приходится ждать больше часа. За это время в доме становится немного свободнее – ушли те, кто пришел ради концерта, который никто не объявлял. Кейт снова возвращается к контролю за музыкой. Дэну удается вытащить меня на «танцпол» – центр нашей гостиной. Парень делает смешные движения руками и ногами. Под смех и я немного раскрепощаюсь, и к покачиваниям бедрами присоединяются руки.

Все разрушается со звонком в дверь. Парень уходит встречать курьера. Пока он идет забирать коробки, я продолжаю качаться на волнах музыки, но уже не так активно.

– Лия, где Кира?

Дерек появляется словно из неоткуда. Его серьезный взгляд и сдержанный тон сначала пугают, но лиш на мгновение. Если «они» ее потеряли, значит, все хорошо.

– Не знаю, – пожимаю плечами, стараясь не подавать вида.

Дерек поднимается по лестнице наверх, но не задерживается надолго. Дэн заносит последнюю партию коробок, когда он нагоняет его в коридоре. Я пристально наблюдаю за ними и вижу, как улыбка уходит с лица Дэна. Он ставит коробки на ведерко с конфетами и идет ко мне.

– Наташа, где Кира? – спрашивает он, взяв меня за плечи.

– Я не…

– Ты знаешь, где она? – перебивает он, пока Дерек стоит рядом.

Кивок.

– Там, где она была, ее больше нет. Ваш план не сработал. Она у Кейси.

Теперь я знаю, как выглядит разбитая вдребезги реальность.