Текст книги "Предчувствие (СИ)"

Автор книги: Наташа Джейсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 41 страниц)

15.3

Девушка продолжает как ни в чем не бывало перечислять пункты программы, а я стою, оглушенная, не зная, что делать. Я отчаянно смотрю на Долона, но он совершенно спокойно продолжает делать заметки.

– Подожди, – наконец произношу дрожащим голосом.

– Ну что еще? – девушка раздраженно поворачивается ко мне. – Твои подруги уже дали добро, через неделю вы танцуете. Что не так?

– Все не так! Я не соглашалась и говорила это в прошлый раз. И когда вообще они успели согласиться? Ни сегодня, ни вчера, ни на этой неделе они ничего не говорили об этом мне!

– Ты думаешь, мы лжем? – вторая девушка возмущенно поджимает губы. – Никто не виноват, что вы не общаетесь между собой. Пробный прогон вальса уже в среду. Только не говори мне, что вы еще не репетировали.

– Я вот даже не в курсе была, что должна научиться танцевать.

Слезы подступают к глазам от обидных фраз. Я отворачиваюсь к сцене, почти невидящим взглядом нахожу свой телефон, лежащий у бортика. Сглотнув подступивший ком, я вновь поворачиваюсь к остальным.

– И с кем мы должны танцевать? – пытаясь изобразить спокойствие, я даже не замечаю, как больно впиваюсь ногтями себе в ладонь.

– С кураторами, нет? Ну или с кем пожелаете, – пожимает плечами одна из организаторов.

Горькая усмешка слетает с губ. Я смотрю в пол, но краем глаза замечаю, как подскочил от неожиданности Долон.

– Эй, исключено! А кто снимать это будет тогда?

Я не слушаю, что они говорят. Даже стиснутые зубы больше не помогают удержать слезы. Я выхожу из помещения, судорожно ища на экране смартфона телефоны подруг. На улице прямо перед входом я вижу, как мне на встречу идут футболисты и черлидеры. Я лавирую между ними, желая поскорее найти тихое место. Прижимаю телефон к уху, слушая долгие гудки, когда замечаю проходящего мимо Дэна. Тут же перевожу взгляд и ухожу в сторону, пытаясь стереть из воспоминаний вопрос на его лице.

Однако слезы все же начинают течь во время разговора с Сандрой, которая уже вместе со всеми остальными находится дома и разговаривает со мной по громкой связи.

– Да они подошли к нам, когда мы ставили пьесу, – тараторит как ни в чем не бывало Джейн. – Это же круто!

– Мы сразу согласились, – поддакивает Сандра. – Вечер и так почти в нашу честь.

– Я тоже не «против». Хочу попробовать на репетициях что-нибудь вытянуть из Дерека.

– Могли бы не решать за меня! Или предупредили бы хотя бы.

– Я от Ская узнала, – хмыкает на заднем фоне Кейт, и я бросаю трубку.

15.4

После услышанного возвращение обратно в зал кажется невозможным. Одна мысль о танце, который я только видела на экране, заставляет мурашки бежать по коже от страха.

Я сажусь на бетонный бортик клумбы, собираясь с силами. Ветер приятно обдувает щеки, а солнце все еще греет, хотя уже близится конец сентября. Я запрокидываю голову, откинувшись назад, закрываю глаза, подставляя лицо лучам и замираю, проживая лишь это мгновение.

Не думать о плохом. Не думать.

Намного ли сложнее было бы остаться в России? Я никогда не узнаю ответ на это.

– Вот ты где.

Я приоткрываю глаза и медленно сажусь ровно, пока Дэн подходит ко мне и садится рядом.

– Тебе уже сказали. Я хотел заехать сегодня вечером и рассказать, правда, – парень нервно взлохмачивает волосы, наблюдая за моей реакцией.

И он все знал. Значит, это он – мой партнер в танце?

Наверное, ему и сказали о планах с вальсом, а он согласился за меня. Неужели он поэтому перестал докучать? Потому что совместный танец все равно гарантирован?

Я смотрю перед собой и не вижу ничего.

– Я не буду танцевать, – твердо произношу, набираясь решительности.

– И подведешь всех.

Он нажимает на самые больные точки. Как жестоко. Чертов манипулятор.

– Я не могу танцевать, пойми же! Я не умею! – голос взлетает вверх, как и я сама, но парень тут же поднимается следом.

– Это не проблема. Научимся.

Научимся?

– Ты тоже не умеешь, – открытие обескураживает. Меня начинает душить нервный смех.

Но парень словно не замечает абсурдность ситуации. Он подходит ближе, сокращая расстояние между нами.

– Ну да. Но я посмотрел пару уроков, порепетировал. Мы справимся.

Хихиканье все же слетает с моих губ.

– Что? Я серьезно.

– Нет, – я отхожу от него на метр и поворачиваюсь. – Тогда мне точно надо танцевать с Долоном. Он хотя бы не сможет снять этот позор.

– Да брось, – парень отфутболивает камешек, который примостился на дороге. – Ты слишком серьезно ко всему относишься.

Его слова вновь поднимают волну раздражения. Слишком то, слишком се. Это я.

– Я просто откажусь от этого танца – и проблема решена.

Я направляюсь к двери, уставшая переливать из пустого в порожнее. Разобраться с вопросом – и стресс уйдет. Но только мне не дают вновь двинутся с места.

– Постой!

Он осторожно хватает меня за руку, останавливая, и тут же встает на моем пути.

– Хватит убегать. Ты три недели в этом чертовом городе. И за это время ты ни разу не дала себе нормально повеселиться. Никому на этом гребаном балу не нужен твой идеальный танец. Это просто развлечение. Остановись. Дай себе просто повеселиться. Не хочешь со мной – окей, пусть будет этот Свин. Дай себе отдохнуть. Насладись моментом. Кто знает, может, завтра произойдет взрыв – и нас уже не будет? Невозможно смотреть, как ты просиживаешь свое лучшее время в четырех стенах.

Парень говорит запальчиво, страстно, искренне. Солнце ослепляет его, из-за чего он жмурится, однако это не мешает ему. Я слушаю его и впервые слышу. Каждое его слово проникает под кожу. После такой речи я должна противостоять ему, поднять гордо нос и уйти, сделав все по-своему. Но… я не хочу.

– Ладно. Я попробую. Когда будем репетировать? И где?

Дэн ошеломлён и пару мгновений лишь хлопает глазами, уставившись на меня, явно не ожидав такой поворот событий.

– Да хоть сейчас, – бодро предлагает он, внезапно положив руку мне на талию, вставая в позицию. – Правда, после трени я немного выдохся.

– Не здесь, – я решительно откидываю его руку в сторону и иду в зал, у входа в который замечаю Долона.

– Все в порядке? – интересуется он, заглядывая мне за спину.

– Да. Мы уходим, – я прохожу внутрь, где уже вовсю кипит работа, хватаю свои вещи и запихиваю их в рюкзак. Листы в блокноте мнутся, но уже поздно что-то исправлять. Когда я вновь оказываюсь у входа, парни молча стоят, испепеляя друг друга взглядами.

– Могу я воспользоваться своим положением? – обращаюсь к Долону, которого мои слова немного озадачивают.

– О чем ты?

– Положением твоей подопечной, куратор, – слова даются нелегко, но Долон довольно расправляет плечи, услышав их. – Пожалуйста, не фотографируй меня. Даже если я споткнусь и расквашу себе нос. А? Пожалуйста.

– Не переживай.

Это ни да, ни нет, однако я доверяю этому парню. По крайней мере, он не играет со мной в холодно/горячо.

Махнув всем рукой на прощание, я первой выхожу из зала, но уже спустя пару метров замедляю шаг в нерешительности.

Школа в пятницу вечером должна быть свободна. Но есть ли там класс без парт? Кабинет клуба издателей маленький для вальса, даже если сдвинуть стол… А в голове – картинка из сериала Glee. Есть ли хоровой кружок в этой школе? И есть ли у них что-то похожее?

– Каков план? – Дэн быстро догоняет меня. Он придерживает правой рукой ремень своего рюкзака, который висит лишь на одном плече.

– Найти пустой просторный класс. Или коридор.

– У меня есть идея получше.

Теперь уже он впереди меня, а я семеню следом, едва поспевая за его широкими шагами. Солнце прячется за облака, отчего я поеживаюсь – воздуху не хватает буквально пары градусов, чтобы быть комфортной температуры. К счастью, парень сворачивает к ближайшему – главному – корпусу школы. Возле двери он останавливается, открыв ее, и ждет меня.

– Куда идем?

– Скоро узнаешь.

И действительно. Уже спустя пару минут я оказываюсь возле знакомых дверей актового зала, в котором Джейн так усердно занимается на репетициях.

У двери нет замочной скважины. Дэн без каких-либо усилий открывает ее и заходит внутрь. Щелк – и в помещении загорается тусклый свет. Я осторожно, в душе чувствуя себя воришкой, заглядываю в дверной проем и нахожу разгадку освещения. Парень включил лампочки лишь на сцене – зрительный зал остается погруженным во тьму.

– Сегодня зал свободен, как я узнал, – Дэн кидает рюкзак на одно из сидений у прохода и оборачивается ко мне. – Ну как?

– Нас точно отсюда не выгонят? – закрыв тихонько за собой дверь, я с тревогой оглядываю пространство.

– Школа и все кружки закрываются в восемь. Разве что тогда.

Я достаю телефон и смотрю на время, загоревшееся на экране. Больше шести часов.

– Этого должно хватить, – выношу сама себе вердикт.

До этого момента мне удавалось не думать о том, что предстоит сделать. Другие действия отвлекали. Но теперь, оставшись наедине с Дэниелом в этом огромном и пустом зале, я паникую, совершенно неготовая к обучению. Я забываю про веселье и удовольствие и снова ищу отговорки.

Можно ведь психануть, бросить все – и не испытывать этот стресс. У них неделя на поиск другого человека. Можно предложить Лейлу… Или вообще могут обойтись четырьмя парами танцующих.

– Иди сюда, – зовет меня за собой Дэн. Парень уже почти находится у сцены и, обернувшись, ждет.

Я кладу рюкзак на ближайшее кресло и заставляю себя медленно двинуться вперед.

Дэн наблюдает за мной и в итоге, вздохнув, быстро возвращается ко мне.

– Идем же, – ворчит он, беря меня за руку.

Он тянет меня за собой, заставляя ускориться. Парень проводит меня по основному проходу до сцены, а затем сворачивает налево, пересекая весь зал. С этой стороны с краю сцены находится лестница, которая из-за маскировки совершенно незаметна издалека.

Шаги по ступеням отдаются глухим эхо. Сама сцена и вовсе заставлена всевозможным реквизитом театральной студии.

Когда мы оказываемся наверху, Дэн отпускает меня, не придавая случившемуся значения. Я с опаской смотрю в зрительный зал. По коже бегут мурашки, я представляю, как сотни глаз сверлят меня, хотя сейчас там никого нет. Прогнав наваждение, я иду следом за парнем.

В самом центре сцены оставлена деревянная конструкция, напоминающая стену дома с улицы. Дэн первым делом отправляется к ней. У конструкции есть колесики, и этот сумасшедший подходит к ней и толкает, желая подвинуть. Постройка со страшным скрежетом трогается с места, опасно шатаясь, и я испуганно подлетаю к ней, пытаясь придержать ее.

– Отойди! – грубо прикрикивает Дэн, но вместо этого я добираюсь до другого края.

– Она тяжеленная же, ты один не удержишь! – возражаю возмущенно.

Конструкция прекращает дрожать, и мне становится спокойнее. Я пытаюсь незаметно тянуть ее на себя, помогая, но все движется и без меня намного легче, чем кажется со стороны.

Мы заводим ее за кулисы, а после быстро раскидываем по углам реквизит. Когда последний стул оказывается у стены, волнение и неловкость возвращаются. Теперь мы должны взаимодействовать не предметами, а друг с другом. И притом очень близко.

15.5

Дэн решает не переходить сразу к танцу. Подозвав меня к себе, он достает телефон и включает видео. Я подхожу ближе и несмело заглядываю в экран, на котором двое – парень и девушка – рассказывают азы и показывают самые простые движения.

– Давай пока потренируем позицию, – предлагает Дэн. – Все говорят, что она важна.

– А мы что, на балу просто встанем, включится музыка – и начнем танцевать?

Раньше по телевизору показывали танцы со звездами, и они там разыгрывали целые истории. Это, конечно, немного другое, но все же заставляет сомневаться и переживать еще больше.

– Я особо не шарю в танцах, – напоминает парень, но я его перебиваю.

– И нас пять пар. Вдруг мы столкнемся?

Дэн лишь пожимает плечами.

– Можно будет всем вместе устроить групповую репетицию. Ладно, хватит болтать. Потом разберемся.

Он берет меня за руку и притягивает к себе, объясняя мне мое положение. Левая рука ему на плечо, другую сжимает он. Спину немного прогнуть назад, его рука должна касаться лопатки. В танце мы не должны смотреть друг на друга – головы у обоих партнеров поворачиваются налево. Однако ведет в вальсе Дэн, и только он будет видеть, куда мы будем двигаться. От такой перспективы расслабиться не удается. С доверием у нас проблемы, и я сильно сомневаюсь, что это удастся исправить.

– Я смотрел видео, и там танцоры балльники в танце стояли очень близко, соприкасались животами, – и прежде чем я начинаю возмущаться, продолжает:

– Я не знаю, насколько это важно – в некоторых видео так не делают, но все равно стоят близко. Но если у нас не будет получаться так…

– Все получится, – уверенно произношу, переминаясь с ноги на ногу. – Не думаю, что пару веков назад на балах такое приветствовалось. Ну что, долго мы будем так стоять?

На тренировку шагов мы тратим много времени. Сначала по отдельности отрабатываем самый простой набор шагов, но едва мы оказываемся в паре – начинается катастрофа. Мы даже не пытаемся включить музыку. Под мерный счет «раз, два, три» мы постоянно спотыкаемся, я наступаю Дэну на ноги, которые на мое счастье обуты в плотные кроссовки, в которых он ничего не чувствует. Однако в один прекрасный момент я и вовсе запутываюсь в шагах. Ноги переплетаются не в нужной последовательности, я задеваю одну другой – и почти лечу назад. У парня оказывается отменная реакция – не зря он занимается футболом. Он резко прижимает меня к себе, предотвращая падение. Мы стоим в этих случайных объятиях несколько мгновений, приходя в себя.

– Ты в порядке? – спрашивает Дэн, отстраняясь, и садится на корточки, касаясь пальцами моей правой икры. – Ноги не болят?

– Нет, – я силой вытягиваю его наверх, заставляя продолжить.

Мы так и не переходим к музыке. Все окна в зале закрыты, поэтому мы совершенно не представляем, что происходит на улице. А там уже почти закат. Это выясняется случайно, когда, прервавшись, чтобы попить воду, Дэн параллельно решает включить еще какое-нибудь видео и, наконец, смотрит на время.

– Уже поздно. Наверное, на сегодня хватит.

Я в отчаянии смотрю на парня. Так мало остается времени, а прогресса нет. Отказаться – самый легкий способ сбежать с тонущего корабля. Но мы ведь уже начали свое движение.

– Ты сможешь завтра? – спрашиваю, спускаясь снова в зрительный зал.

– Во сколько ты хочешь начать? – его согласие дает мне силы не сдаваться так быстро.

– Утром, днем, вечером. Мне все равно. И в воскресенье. И на неделе после уроков.

Я подхожу к оставленному в кресле рюкзаку и останавливаюсь, дожидаясь собеседника.

– Ты хочешь тренироваться каждый день? – уточняет Дэн, подходя ко мне.

– Да, пока наши движения хотя бы отдаленно не начнут напоминать вальс. И пока ты можешь.

Стоя снаружи, дожидаясь, пока Дэн выключит свет, я подхожу к окну и смотрю на небо. Солнца уже не видно на горизонте, облаков нет, небо становится все темнее и темнее.

По пути к машине мы больше не обсуждаем вальс – его за эти часы нам хватило с лихвой. Мы быстро определяемся со временем и дружно решаем не ходить на украшение зала.

Не спрашивая меня, Дэн поворачивает машину не на ту дорогу. Я, конечно, не говорила, что мне надо домой, но это же подразумевалось.

– И куда мы? – интересуюсь я, сдерживая недовольство в голосе.

– За едой. Я голодный, ты – тоже.

Я замираю, вспомнив, что действительно давно ничего не ела. Ладно, в этот раз все разумно.

Мы доезжаем до знакомого фастфуда. В этот раз парень интересуется моими предпочтениями. Получив заказ, он останавливается на парковке, решив в этот раз не есть на ходу.

Играющая по радио музыка заполняет возникшую тишину. Я не тороплюсь, смакую каждый кусочек. Лишь увидев бургеры, я чувствую что-то похожее на голод.

– Все равно мы сегодня неплохо продвинулись, – комментирует Дэн, который первый приканчивает свой огроменный бургер и теперь уплетает наггетсы и картошку. – Еще пара дней – и мы будем не хуже профессионалов.

– Почему тебя поставили со мной? Почему не Долон? Он же мой куратор.

Этот вопрос будоражит мое сознание уже несколько часов, и лишь здесь, во время еды, я решаюсь его задать, почему-то уверенная, что парень будет честен со мной.

– Потому что я поддержал эту идею и убедил организаторов, – как ни в чем не бывало, выдает парень.

– Что⁈ – его слова ошеломляют. Я тут же прекращаю есть. – Не могу поверить, что мое предчувствие меня не обмануло. Ну ты и козел…

– Но ведь весело же. Вот что бы ты делала сегодня? Пришла домой и села за домашку?

Гнев рвется наружу. Он дает мне все карты для того, чтобы отступить. Это его нечестная игра. Но… я уже представляла себе, как расскажу маме о подготовке вальса, поною и поделюсь результатами. Я не хочу признавать, но эта подготовка действительно становится интересной.

– Только не думай, что из-за вальса я пойду на бал с тобой. Станцуем – и я буду фотографировать дальше.

– Я и не думал, но теперь обязательно подумаю… Ладно, шучу, – добавляет он, заметив мой предупреждающий голос.

По пути до моего дома парень пытается увлечь меня разговором, но я лишь отмалчиваюсь или отвечаю односложно. Мы быстро проезжаем по пустынным улицам и оказываемся на месте. Я отстегиваю ремень безопасности и в последний момент медлю. У меня есть еще один вопрос, который не дает мне покоя.

– Почему… – начинаю я, привлекая его внимание. – Почему ты сказал не влюбляться в тебя?

Я смотрю в его синие глаза, даже не замечая, как перестаю дышать в ожидании.

– Чтобы ты не избегала меня, – отвечает он совершенно серьезным тоном. – Хорошие девочки, которые не влюблены взаимно, хотят прекратить общение. Чувствуют вину, что не могут дать то, что нужно другому. Я в порядке, что ты не любишь меня в ответ. Я хотел, чтобы ты знала, что я не сделаю тебе больно. Просто не отдаляйся.

Дэн ждет, пока я дойду по дорожке до двери. Когда я оборачиваюсь напоследок, вижу, как он машет мне рукой, и захожу внутрь, закрыв дверь.

Я не чувствую вину. Мне ведь было все равно. Но не могу не признать, что он бывает нормальным. Приятным. Он был таким, когда мы только познакомились. И таким он был на этой тренировке.

15.6

Пока я раз за разом обступала ноги Дэну, Джейн тоже не теряет зря время. После уроков девушка отправляется на стадион на тренировку футболистов, встретив по пути миллион знакомых и не очень ребят. На трибунах вместе с ней оказывается не так много людей. Чтобы не скучать в ожидании Фила, девушка развлекает себя сама. Она фотографирует поле с занимающейся командой и, подкрутив фильтры, тут же отправляет фото в сеть, уже предвкушая реакцию тех, кто остался дома. Посидев еще немного, Джейн вновь начинает скучать – и теперь в сеть летит уже видео, а также наклейка для вопросов. Она тщательно выбирает те, на которые ей интересно отвечать – и вот уже время пролетает со скоростью света. В последний момент она успевает включить камеру и заснять, как игроки покидают поле, а после, распрощавшись со всеми в соцсети, в нетерпении спускается вниз.

Стоя возле дверей в раздевалку, девушка успевает пожалеть, что так быстро распрощалась со всеми. Вопросы все еще летят, но она сдерживает себя, убирая смартфон в сумку. Вскоре из дверей начинают постепенно выползать уставшие спортсмены. Они собираются небольшими группками и, судя по подслушанным разговорам, собираются идти еще куда-то.

Филипп появляется еще минут пять спустя, когда терпение девушки уже достигает своего предела. Он выходит вместе с другом и, заметив Джейн, подходит к ней.

– Нас сейчас отправляют снова помогать украшать зал, – с ходу оправдывается Фил, ошарашивая девушку. – Наверное, сегодня не получится. Мы заканчиваем очень поздно обычно…

– Ничего не хочу знать. Мы тоже должны готовиться к балу, и тебе надо помочь мне в этом, – с милой улыбкой девушка выделяет интонацией слова, делая свою речь безапелляционной, а после поворачивается к Мэтту. – Если будут возбухать, так им и скажешь, ладно?

– Без проблем, – хмыкает парень и, похлопав друга по плечу, уходит.

Фил, почувствовав себя более свободным, расправляет плечи. Вместе с Джейн он идет к машине и традиционно едет вместе с ней к себе домой, где в будние дни, как обычно, никого нет. По дороге они заезжают к соседке, которая присматривает за Остином – младшим братом Фила, пока тот играет с ее сыном, учащимся с ним в одном классе начальной школы. Родители мальчиков предлагали женщине деньги за ее помощь, однако соседка наотрез отказывалась. В итоге каждый месяц миссис Блэквуд, мама Фила и Остина, приходила к ней в гости, принося с собой испеченный собственноручно пирог в качестве благодарности.

На этот раз Остин неохотно уходит из гостей – с другом он не успел достроить дом из лего. Однако увидев Джейн, стоящую возле открытой двери машины брата, мальчик тут же, зардевшись, расплывается в улыбке. Дома он увлеченно рассказывает девушке про урок физкультуры, на котором их класс играл в баскетбол.

– А я как кинул мяч Питеру. А тот добежал и как кинет. Я думал, промажет. А мяч как прокатился по кольцу и упал внутрь! – тараторит мальчик, эмоционально жестикулируя в ожидании, пока брат разогреет поесть.

– Да ты что! Круто! – поддерживает разговор Джейн, облокотившись на барную стойку. Девушка то и дело стреляет глазками в сторону Фила, который, закатав для удобства рукава кофты, раскладывает по тарелкам приготовленную заранее лазанью.

После обеда мальчик отправляется на второй этаж к себе в комнату делать уроки. Услышав, как захлопывается наверху дверь, Джейн тут же оказывается на ногах.

– Ну что, начнем?

Включив фоном звуки различных известных вальсов, парень и девушка повторяют раз за разом шаги. Визги, смех и просто хорошее настроение. Парень и девушка в какой-то момент даже забывают, что это вальс. В очередной раз они сталкиваются и замирают, тяжело дыша от смеха. Ее рука в его, живот к животу. Глубоко дыша, они замирают. Фил, поддавшись порыву, наклоняется вперед и касается губ девушки, преодолевая последние сомнения и расстояние между ними. Джейн как будто только этого и ждала. Ее руки удобно обвивают его шею. Она отдается вся этому моменту, чувствуя себя самой счастливой.