Текст книги "Свеча в буре (ЛП)"

Автор книги: Морган Хауэлл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 25 страниц)

36

Покинув постель лорда Бахла, Йим подошла к отброшенному плащу и надела его. Затем, бросив взгляд на Бахла, чтобы убедиться, что он еще спит, она выскользнула из его комнаты. Когда она спускалась по винтовой лестнице, боль и кровотечение между ног и усиливающийся озноб напоминали о бурном завершении поисков всей ее жизни. Йим не могла отделаться от чувства горечи, вспоминая свое первое видение и то, как Карм улыбнулся ей. Я была еще ребенком, когда она назвала меня Избранной. Йим почувствовала, как по бедру потекла струйка крови. И вот что она имела в виду! Йим с болью осознала, что богиня знала, куда приведет ее путь. Знала ли об этом Мудрая женщина? Провидица? Старейшие?

Йим поняла, что, если она хочет пережить эту ночь, ей следует выбросить из головы подобные вопросы. Она остановилась на лестнице, чтобы успокоиться. Это было нелегко, но она справилась. Глубоко вздохнув, Йим вышла в коридор и проскользнула в комнату Яуна. В комнате стоял запах горелой плоти и потусторонний холод, хотя духи уже ушли. Йим мельком взглянула на почерневший предмет в камине и быстро отвела взгляд. Затем она принялась обыскивать комнату. Ей нужна была не только одежда, но и плащ, и ее непрочное платье не годилось, даже если бы оно осталось целым.

Йим рылась в аляповатом гардеробе Яуна, пытаясь найти что-нибудь подходящее, и вдруг взглянула на груду тряпья. Среди них была женская одежда. Йим подошла к ней и обнаружила, что все тряпки были женской одеждой. Осмотрев их, она обнаружила, что они порваны и испачканы кровью. Йим почти не сомневалась, как они попали сюда. После долгих поисков она нашла домотканую фуфайку и мешковатую серую блузку, которые не были полностью пропитаны кровью. Обе были порваны, но в сочетании с одеждой прикрывали ее. Затем она нашла самые простые брюки Яуна и натянула их поверх сюртука и блузки, воспользовавшись ими, чтобы заправить в широкий пояс. Штаны были слишком тонкие для крестьянской одежды, но Йим надеялась, что в темноте это не будет бросаться в глаза. Взяв из коллекции орудий пыток Яуна ножницы, испачканые кровью, Йим срезала меховую оторочку с темно-коричневого плаща графа. Затем она разрезала окровавленную тряпку и сделала из нее повязку, чтобы обмотать голову и спрятать волосы. Все оружие в покоях Яуна было заметно украшено драгоценными камнями. Йим не взяла ни одного из них, поскольку единственная надежда на спасение заключалась в том, чтобы смешаться с оборванной крестьянской армией Бахла.

В таком виде Йим вошла в тусклый коридор. Он был пуст, но она слышала шаги стражников, совершавших обход. Йим прислушалась. Казалось, звуки доносятся из-за поворота коридора. Она бросилась к лестнице, ведущей на нижний уровень, босые ноги почти не шумели.

Лестница выходила в темный банкетный зал, где Йим с тревогой заметила трех закованных в броню солдат с факелами. Они шли вдоль вертикальных столбов и осматривали нанизанные на них тела. За ними следовала дюжина или более крестьянских отрядов.

– Мы должны снимать только спелых, – сказал ведущий солдат с факелом. – Выбирайте их по запаху.

– Фу! Они все воняют, – сказал другой солдат.

– Заткни свою глотку! – сказал первый. – Ты отличишь свежий труп от несвежего.

Третий солдат рассмеялся.

– Да, мы их уже достаточно наделали.

Все трое остановились перед белокурой женщиной, насаженной на шест рядом с головой стола, и посмотрели на ее безжизненное тело.

– Эта птичка может полетать еще одну ночь, – сказал главный солдат. Он перешел к следующему колу. – Фух! Эта сука отправляется на свалку.

Он повернулся к солдатам-крестьянам.

– Снимайте!

Услышав это, крестьяне принялись вытаскивать столб из железного гнезда. Пока они пытались это сделать, солдаты с факелами пошли дальше по ряду. Оставаясь в тени, Йим подобралась к ним как раз в тот момент, когда они опускали шест на пол. Никто из них, казалось, не хотел прикасаться к серому, неподвижному телу, и это дало Йим возможность схватить его за лодыжку. Затем трое мужчин ухватились за другие конечности, чтобы сдвинуть тело с кола. Даже освобожденный от деревянного столба, труп сохранял согнутую позу, что делало его неудобной ношей для Йим и тех, кто его поднимал.

Один из солдат с факелом крикнул.

– Уберите его отсюда!

Йим помогла вынести мрачную ношу из пиршественного зала, по коридорам хранилища, через двор, мимо стражников у сторожки и на залитое лунным светом поле с разбросанными лагерями. Хотя Йим проходила через это поле всего один раз, она сразу же заметила изменения. Она больше не ощущала злого присутствия, и, хотя она сомневалась, что оборванцы могли заметить перемену, они, похоже, реагировали на нее. Мужчины казались взволнованными. Несмотря на поздний час, многие из них были на ногах. Спящие ворочались. Они просыпались все чаще, пока Йим наблюдала за ними.

Люди, которые несли труп вместе с Йим, направились к большой куче тел в центре поля. Дойдя до гниющего кургана, они остановились и бросили на него мертвую женщину. Когда они повернулись, чтобы идти обратно в крепость, Йим опустилась на землю в тени кучи и лежала неподвижно.

– Где еще один парень? – спросил один из мужчин. – Тот, что с повязкой.

Йим быстро стянула ткань с головы, прежде чем другой мужчина успел ответить.

– Не знаю. Он только что был здесь.

– Может, его оттолкнула вонь. Этого достаточно, чтобы заткнуть себе рот.

– Раньше тебя это не беспокоило.

– Нет, но сегодня я чувствую этот запах. Сегодня я чувствую себя по-другому.

– Да, я тоже, – сказал другой голос. – Этот парень все правильно сделал. Я тоже не вернусь.

– Но лорд Бахл...

– Убить лорда Бахла.

Наступила тишина, и Йим пришлось побороть желание поднять голову и посмотреть, что происходит. Затем она услышала истеричный смех.

– Убить лорда Бахла. Посмотри не него. Убей его!

– Тише! Вы не смеете так говорить!

– Почему нет? – сказал другой голос, – Я тоже говорю, что надо покончить с Бахлом. Я устал от его дерьма. Разве вы тоже не устали?

– Да, но...

– Тогда уходи. Уходи со мной. Гниющие девицы на столбах! Что это такое? Я больше не буду его собакой!

Йим услышал еще один голос. Он был полон ужаса.

– Что мы наделали? О Карм, что мы наделали?

Затем она услышала тихие всхлипывания.

Другие солдаты-крестьяне начали всхлипывать, и рыдания распространились. В лагерях просыпалось все больше мужчин, и каждое пробуждение подстегивало новых. Вскоре Йим стало казаться, что угрызения совести, словно ветер, проносятся над полем, сотрясая каждого человека. Ночь наполнилась шумом причитаний. Горе было доминирующей эмоцией, но были и другие. Среди плачущих мужчин были и те, кто проклинал, молился или кричал от ярости.

Когда Йим подняла голову, чтобы оглядеться, крестьянская армия предстала перед ней преображенной. Больше не управляемая единой волей, она погружалась в хаос. Все больше и больше людей метались вокруг. Они выглядели растерянными, словно внезапно очнувшись от лунного оцепенения. Их число быстро росло, пока Йим не оказалась посреди возбужденной толпы.

Йим спрятала волосы под повязкой и встала. Она была напугана и насторожена, ибо опасалась, что те, кто оказался в глубине души под чарами лорда Бахла, все еще полны ненависти и могут никогда от нее не освободиться. Она видела, как вспыхнули смертельные схватки, когда некоторые мужчины ополчились на своих товарищей.

Кроме того, она знала, что у Бахла есть солдаты, которые сражаются за него добровольно и остаются верными. Вполне вероятно, что он бросит их на всех дезертирующих крестьян. Пока он этого не сделал, она должна бежать.

Когда Йим начала убегать, хаос усилился. Казалось, ни один человек не остался незатронутым. Лагеря разбегались, как перевернутые муравьиные гнезда. Повсюду валялись оборванные солдаты. Большинство из них бесцельно бродили в темноте, а многие были опасны. Один огромный парень шел, размахивая покрытым кровью топором, рубя всех, кто попадался ему на пути. Только что, убив человека, он повернулся в сторону Йим. Она бросилась от него и столкнулась с кем-то еще.

Испуганный мужчина выругался и замахнулся на Йим. Она увернулась, но удар задел ее голову и сорвал с нее повязку. Мужчина уставился на длинные волосы и безбородое лицо Йим. Затем он усмехнулся.

– Да ты девка! – Прежде чем Йим успела вырваться, он схватил ее за руку. – Давненько у меня не было девушки.

Он уже потянулся к ее поясу, когда другой мужчина оттолкнул его в сторону. Йим думала, что ее спасли, пока второй мужчина не схватил ее за свободные штаны и не стянул их ниже колен.

Юбка сюртука Йим упала вниз, прикрывая ноги, и это, похоже, ненадолго сбило нападавшего с толку. Прежде чем он успел среагировать, первый мужчина схватил его за плечо и оттащил в сторону. Двое начали бороться. Пока они катались по земле и наносили друг другу удары, Йим пыталась убежать, но споткнулась о штаны Яуна. Падая, она увидела, как один из дерущихся достал кинжал. Затем кто-то попытался стянуть с нее штаны. Ему было трудно, потому что его правая рука была изуродована. Йим попыталась ударить его ногой, но ткань на лодыжках помешала ей.

– Не двигайся! – крикнул мужчина. – Ты не сможешь бежать, когда у тебя на ногах такое.

Йим позволила мужчине стянуть с себя штаны. Когда она освободилась от них, он снял свой побитый шлем, надел его ей на голову и поднял ее на ноги. Затем он схватил ее за руку и потащил в толпу, как раз в тот момент, когда бой закончился смертью одного человека. Победитель встал и обвел взглядом толпу, держа в руке окровавленный кинжал. Третий мужчина, все еще крепко державший Йим, поспешил с ней в толпу. Йим не сопротивлялась, хотя и не знала, кто он – ее спаситель или следующий нападающий.

Оттащив Йим подальше, мужчина огляделся по сторонам, а затем отпустил ее.

– Похоже, мы от него убежали, – сказал он.

– Спасибо, – сказала Йим.

– Я не заслуживаю благодарности, – ответил ее спаситель. – Я злой человек.

– Тогда почему ты помог мне?

– Я совершил ужасные, ужасные вещи. – На глаза мужчины навернулись слезы. – Я просто хочу... чтобы...

Он начал рыдать.

Йим заглянула в эти полные слез глаза и увидела, что этот человек совершил под властью лорда Бахла. Она также видела его страдания и раскаяние. Это заставило Йим вспомнить ее видение замученных людей, совершающих ужасные поступки. Тогда она в полной мере осознала всю глубину беззакония Бахла. Человек перед ней был такой же жертвой, как и те, кого он убивал. Сердце ее сжалось, как и у несчастного священника. И хотя Йим больше не считала себя Носителем и не обладала для этого никакой силой и властью, она коснулась лба мужчины и сказала:

– Я знаю, что ты сделал, и я прощаю тебя.

Мужчина посмотрел на Йим сначала с удивлением, затем с благоговением. Это отразилось в его голосе, когда он спросил:

– Что ты здесь делаешь?

– Бегу от лорда Бахла.

– Я и сам не прочь сбежать. – Он печально покачал головой. – Странно, что я раньше об этом не подумал.

Взглянув в его глаза, Йим убедилась, что ему можно доверять.

– Тогда пойдем со мной. Мы убежим вместе.

– Да. Конечно.

– Я буду рада твоей компании, – сказала Йим. – Я... Я Мириен.

– Я Хендрик. У меня была ферма и семья, пока мой граф не сделал меня солдатом. Может быть, и сейчас есть.

– Твоего графа звали Яун?

– Да, будь он проклят.

– Его деяния сделали это. Теперь он мертв.

Хендрик впервые улыбнулся.

– Это облегчает мое сердце. Пойдем, Мириен, я найду тебе штаны. Они привлекут меньше внимания, чем твоя одежда.

Вдвоем они пробирались среди кипящей массы мужчин, останавливаясь лишь тогда, когда Хендрик сдирал с трупа потрепанные штаны. Йим удалось надеть их под прикрытием плаща. Темнота и всеобщее смятение помогли ей сделать это незаметно.

Даже когда Йим была замаскирована, они постоянно находились в опасности, поскольку насилие вспыхивало без предупреждения. Иногда трудно было продвинуться вперед, не столкнувшись с кем-то или не получив толчок. Однажды, когда Йим случайно задела человека, тот взвился в воздух с клинком в руке и убийством в глазах. Когда Хендрик убил его мечом, никто не обратил на это внимания. Повсюду убивали людей без видимых причин. Опасность уменьшалась лишь по мере того, как толпа редела все дальше от крепости.

В конце концов Йим и Хендрик вышли на опустошенную местность, где остальные дезертиры разошлись в разные стороны. Казалось, они намеревались только сбежать, и Йим расслабилась. Она сбросила свои штаны, которые оказались слишком свободными и длинными. Без них Йим шла легче. Они с Хендриком бежали до тех пор, пока небо на востоке не начало светлеть. С приближением рассвета Йим снова забеспокоилась.

– Думаю, нам лучше спрятаться где-нибудь, – сказала она. – Кто знает, что принесет этот день.

***

Хонус наблюдал за светлеющим небом с вершины холма, с которого открывался вид на ворота Тора.

– Генерал, – сказал офицер рядом с ним, – как вы думаете, Бахл перейдет сегодня в наступление?

Хонус ничего не ответил.

– Мы уже два дня удерживаем позицию, сэр.

– Что? – спросил Хонус.

– Люди, сэр. Они держат позиции уже два дня и три ночи.

– Я не знаю планов Бахла, только его привычки, – сказал Хонус. – Он должен выдвинуться, и когда он это сделает, это единственный маршрут, по которому он может пойти. Мы остаемся на месте.

– А что, если мы не убьем всех его разведчиков? Даже если убьем, не удивится ли он, почему никто не вернулся?

– Бахл будет наступать, даже если узнает, что мы здесь, – сказал Хонус. – Он небрежно относится к жизни своих солдат. Ради них он не станет задерживать нападение.

– Но у нас не будет преимущества внезапности.

– Верно, и это сделает тяжелый бой еще тяжелее, – сказал Хонус. – Но не лучше ли тебе вернуться домой и ждать Бахла там?

– Нет, сэр. – Младший мужчина помолчал немного, а затем спросил: – Есть новости о твоем Носителе?

Хонус повернулся и уставился на мужчину.

– Какое отношение она имеет к чему-либо?

– Никакого, сэр, – ответил офицер, сдерживая гнев своего командира.

– Просто поддерживаю разговор.

– Ты здесь не для того, чтобы разговаривать. Иди проверь посты.

Пока Хонус смотрел, как тот торопливо уходит, его мысли вернулись к Йим. Почему она ушла? Этот вопрос мучил его уже два дня, но ответа он так и не нашел. Ее уход не выглядел вынужденным: не было ни следов борьбы, ни странных отпечатков ног. Казалось, она просто ушла. Обязанности Хонуса не позволяли ему выследить ее, поэтому ему оставалось лишь размышлять о том, что она взяла и что оставила после себя.

Аккуратная стопка одежды Носителя наводила на тревожные выводы, но больше Хонуса беспокоил клочок ткани. Он отчетливо вспомнил тот день, когда Йим пришла за ним. Это от свадебного платья, которое подарила ей сумасшедшая. В то утро Йим была в гневе, а потом сбежала. Хонус боялся, что этот клочок – знак того, что он снова разозлил Йим. Как? Она сказала, что любит меня. Она сказала, что я должен стать отцом ее ребенка. Тем не менее, Йим бросила его, не сказав ни слова. Хонус боялся, что она изменила свое мнение, и оставила клочок в знак этого.

Хотя вывод Хонуса был логичен, он не верил в него. Иногда ему казалось, что он отвергает эту идею только потому, что не может смотреть правде в глаза. Иногда он сомневался в своих предположениях и думал, не упустил ли он какую-то важную подсказку. Хонус размышлял, почему пропали шлем и плащ Кронина. Он гадал, что делает Йим, что на ней надето и куда она направляется. Она не выходила из его мыслей, даже когда он готовился к кровавой битве. С каждым днем он боялся, что Йим все дальше от него, и все больше впадал в уныние.

37

Руки схватили лорда Бахла и потянули его прямо с постели. Он открыл глаза и увидел Святейшего Горма. Затем священник сильно ударил его по потному лицу. Удар был шокирующим, но он померк по сравнению с призраком ярости священника. Бахл никогда не видел Горма в таком состоянии, и это вызвало у него новое чувство – страх.

– Дурак! Дурак! – закричал Горм и снова влепил ему пощечину. На этот раз Бахл почувствовал вкус крови. – Где она?

– Кто?

– Сука, которая украла твои силы.

– Никто этого не делал.

– О! Разве ты не чувствуешь перемен? Разве ты не слаб и не пуст?

С приливом паники Бахл понял, что это правда.

– Но она была шлюхой. Не девственница.

– Тогда объясни свое превращение. Ты был почти богом, но теперь ты просто смертный. Ты всего лишь оболочка лорда Бахла. С сегодняшнего утра истинный лорд Бахл пребывает в утробе. Где он?

– Но этого не может быть! Яун первый ее поимел!

Горм снова ударил Бахла.

– Не спорь со мной! Ты забыл, кто я такой. Что касается Яуна, то он – пепел в собственном камине. А девушка... Где она?

– Зачем спрашивать меня? Твои магические кости должны открыть ее местонахождение. Они должны были предупредить тебя до того, как это случилось.

– В последнее время их предвидения были не совсем верными.

– Тогда зачем винить меня в этом бедствии?

– Потому что это ты поимел девственницу. Разве ты не видишь разницы?

– Я никогда раньше не трогал девственниц. Откуда мне было знать?

Лорд Бахл вздрогнул, когда Горм схватил его, но священник не ударил его снова. Вместо этого он устало вздохнул.

– Мы были так близки. Сейчас это не имеет значения. Одевайся и собирай Железную гвардию. Только их, твои крестьянские отряды ничего не стоят. Гвардия должна найти девушку и найти ее быстро.

– Ты уверен, что она сбежала?

– Она сбежала. Это не случайность.

– Но кто мог замыслить такое? Только мы знаем этот секрет.

– Когда мы найдем девушку, мы узнаем ответ. А сейчас поторопитесь.

***

Рассвет застал Йим и Хендрика в обгоревших руинах хижины. Почерневшие стены закрывали провалившуюся крышу, и они спрятались под ней. В тесном пространстве между обугленными стропилами и черепицей и земляным полом было слишком мало места, чтобы сидеть прямо. Йим легла рядом с беглецом и попыталась отдохнуть, но это было трудно. Под обломками что-то гнило, и вонь от этого была тошнотворной. Кроме того, Йим не только замерзла, но и хотела пить, а пепельный воздух усиливал сухость в горле.

– Хендрик, – сказала Йим, – поскольку все колодцы, похоже, отравлены, не знаешь ли ты ручья, до которого мы могли бы добраться, когда солнце сядет?

– Я ничего не помню о своем походе сюда. Для меня это лишь страшный сон.

Йим вздохнула.

– Ну, мы не можем искать воду при свете дня.

– Почему? Разве умереть от жажды лучше, чем погибнуть от меча?

– Они не станут убивать меня, если я попадусь, – сказала Йим. – По крайней мере, не сразу. Моя участь будет гораздо хуже.

В голосе Хендрика отразилось сочувствие.

– Ты одна из женщин графа?

– Да.

– Тогда тебе повезло, что ты осталась жива.

– Думаю, да, – ответила Йим без всякой уверенности.

– Если мы сбежим, что ты будешь делать? – спросил Хендрик. – Поедешь домой?

– У меня нет дома.

– У меня есть, но я не знаю, где он находится. Как будто я шел сюда с закрытыми глазами.

– Недалеко отсюда есть проход через горы, – сказала Йим. – Он называется Врата Тора. Там ждет армия, чтобы сразиться с лордом Бахлом. Если ты бросишь оружие и покажешь, что настроен мирно, думаю, они помогут тебе найти дорогу.

– Мы пойдем вместе.

Йим представила себе Хонуса, и эта мысль стала невыносимой. Меня осквернили! Ее любовь к нему была так же сильна, как и прежде, но и стыд был не менее силен. Хотя она унизилась из достойных побуждений, это не изменило результата.

– Я не могу, – сказала Йим. – Мой путь ведет меня в другое место.

– Но вы сказали, что у вас нет дома.

– Я должна найти его. Где-нибудь далеко-далеко.

– Я хотел бы помочь тебе, если смогу.

– Ты не можешь. Никто не может.

– Даже Карм?

– Особенно она.

***

Железная гвардия знала о переменах еще до того, как собралась в главном зале замка. Большинство ее солдат происходили из семей, служивших Железному дворцу на протяжении многих поколений. Поэтому им приходилось слышать рассказы о подобных событиях. Когда крестьянские отряды начали массово дезертировать, поползли слухи, что Пожиратель оставил своего повелителя. Некоторые из старейших стражников были рядом, когда то же самое случилось с предыдущим лордом Бахлом. Они предупреждали своих младших товарищей, что впереди их ждут тяжелые годы. Повелитель, которому они служили, больше не был непобедим, и поток грабежей сойдет на нет.

Генерал Вар стоял в авангарде гвардии и пребывал в черном настроении. В этот раз все должно было быть иначе, думал он. Эта кампания должна была закончиться Возрождением. Вместо того чтобы стать генералом повелителя мира, он закончит свои дни, служа провинциальному лорду. Злость Вара усиливалась от осознания того, что – если рассказы были правдой – он мог предотвратить катастрофу. Говорили, что Владыку Бахланда всегда сбивала с пути женщина. Если это правда, то вчера вечером в дверь генерала постучалась виновница гибели Бахла. Я должен был проводить ее обратно к Яуну! Если бы Вар знал, что намерена сделать девушка, он бы задушил ее на месте. Но было уже слишком поздно, и ему придется смириться с последствиями.

Когда лорд Бахл вошел в зал, он заметно изменился. Его кожа приобрела более румяный оттенок. Он утратил уверенную походку, вместо этого он шел как человек с похмелья. Глаза лорда Бахла тоже стали другими. Генерал Вар недоумевал по поводу изменений, пока не понял, что радужные оболочки глаз Бахла стали более заметными. Они были серыми. В общем, его лорд выглядел ничтожным рядом с сопровождавшим его сердитым священником.

О Святейшем Горме ходило множество историй. Дед Вара клялся, что жрец не постарел за всю свою жизнь. Когда-то генерал сомневался в этом, но опыт подтвердил его правоту. Годы обтекали человека, не оставляя следов. Священник по имени Горм служил первому лорду Бахлу в Лувейне, и многие верили, что это тот самый человек, который только что вошел в зал. Среди них был и генерал Вар.

Именно Святейший Горм, а не лорд Бахл, обратился к Железной гвардии. Его голос гремел, разносясь эхом по всему залу.

– Знайте все, что лорд Бахл произвел на свет наследника и что милость Пожирателя перешла к этому нерожденному ребенку.

Он сделал паузу, наблюдая за тем, как среди собравшихся мужчин распространяется ропот. Затем он заставил их замолчать, нахмурившись.

– Девушка, которая носит этого ребенка, теперь беглянка, и мы не покинем это место без нее. Лорд Бахл поручает вам найти ее. Знайте, что от вашего успеха зависит будущее королевства.

– Девушке, которую вы ищете, около восемнадцати зим от роду. Она симпатичная, с темными глазами и волосами цвета ореха. Тот, кто приведет ее к нам, будет богато вознагражден. Того, кто причинит ей вред, постигнет такая участь, что он начнет жаждать смерти. Нет ничего важнее, чем найти эту девушку. Генерал Вар, организуйте поиски и начинайте их немедленно. Держите меня и лорда Бахла в курсе происходящего.

С этими словами Святейший Горм покинул комнату, а Бахл последовал за ним по пятам. Генерал Вар наблюдал за их отъездом, нисколько не сомневаясь в том, где находится истинная сила. Предыдущей ночью он дрожал перед лордом Бахлом, но тот превратился в пустую шелуху. Именно Пожирателя я боялся по-настоящему, думал Вар. Теперь его сила заключена в священнике. И в этой проклятой девчонке! Генерал повернулся, чтобы повести своих людей на ее поиски.

Полуденное солнце светило на обугленную крышу, превращая пространство под ней в печь. В горле у Йим так пересохло, что стало больно дышать. И все же она была рада жаре: она не давала ей замерзнуть. Когда она вызывала духов с Темной тропы, то испытывала подобный холод. Но если то, что находилось внутри нее, было из Бессолнечного Пути, то это была ничья отлетевшая душа. Поэтому ее холод был знакомым, но в то же время и другим. Йим не просто чувствовала холод, она стала его сущностью. Ее холод был состоянием души, а не просто ощущением.

Затем холод внутри Йим всколыхнулся, и она внезапно забилась в судорогах. Боль была настолько сильной, что ей захотелось закричать. Боясь, что ее услышат, она замерла, задыхаясь и ожидая, когда пройдет агония. Но она не проходила. Вместо этого она превратилась в ледяное присутствие, острое и интенсивное, как осколок стекла, глубоко внутри нее. Йим никогда не испытывала ничего подобного. Ощущение выходило за рамки простого холода: казалось, будто в ее утробе поселилась частичка Темного Пути.

В этот момент Йим поняла, что зачала. Она знала, что ее ребенок будет мальчиком, как знала и то, что злобная сущность в лорде Бахле покинула его, чтобы войти в нее. Боль Йим постепенно утихла. Хотя общий озноб уменьшился после сосредоточения в ее утробе, он не исчез совсем. Скорее всего, это навсегда, подумала она, по крайней мере до тех пор, пока я не рожу ребенка. Она боялась, что холод не исчезнет и тогда. Холод был неприятным, но вполне терпимым. Йим не дрожала: ее тело словно чувствовало, что дрожать бесполезно.

Трудности Йим не разбудили Хендрика, который с самого утра крепко спал рядом с ней. Йим старалась не дремать, потому что каждый раз, когда она засыпала, в ее сны вторгалось что-то нечистое. Это было нечто с перевала Карваккен и из разрушенного храма Карм, и оно вызывало жуткие видения резни. Они казались настолько реальными, что Йим казалось, будто она стоит среди них. Однако тварь больше не стремилась уничтожить ее – она стала ее сосудом. Больше всего Йим боялась, что попадет под его влияние. Возможно, я убью этого беднягу рядом с собой. Эта мысль уже мелькала в ее голове – темный порыв, возникший случайно. Возможно, я отдамся этому священнику. Йим чувствовала себя так, словно шла в темноте, преследуемая смертоносной тенью. Но тень была внутри нее, и она не могла от нее убежать.

Эти мрачные размышления прервал стук копыт и топот ног. Мужчины перекликались между собой. Йим представила себе их шеренгу, равномерно растянувшуюся под пристальными взглядами конных офицеров. Ищут! – подумала она. Ищут меня!

– Проверьте дом, – услышала она чей-то голос. – Там можно спрятаться.

Йим в ужасе прислушалась: звук сапог по пропеченной земле становился все громче. Затем послышался хруст обугленной черепицы.

– Фу! – сказал один голос. – Здесь что-то гниет.

– Да, но это ничего не меняет. Будьте осторожны.

Йим повернулась к проснувшемуся Хендрику с расширенными от страха глазами. Она поднесла палец к губам, а затем легла совершенно неподвижно. Судя по звуку, солдаты раскидывали черепицу, чтобы обнаружить то, что лежало под ней. Шум становился все громче по мере того, как искатели приближались к тесному убежищу Йим. Затем раздался грохот, и Йим почувствовала, как на ногу ей упали обломки. Она оглянулась назад и увидела, что солнечный свет освещает ее пепельную ногу и ступню. Затем она снова легла неподвижно и стала ждать худшего.

Рука схватила ее за лодыжку.

– Ну, что тут у нас? – Лодыжку Йим приподняли, а затем быстро отпустили. – Ха! Я нашел этот труп. Эта нога холоднее рыбы!

– Пойдемте, – сказал второй голос, а затем крикнул: – Господин! Здесь ничего нет!

Когда Йим услышала, как мужчины уходят, она почувствовала запах мочи Хендрика.

***

Хонус молча наблюдал, как люди идут между холмами. Его второй помощник прошептал ему на ухо:

– Мне подать сигнал к атаке, сэр?

– Пока нет, – ответил Хонус. – Это меня озадачивает. Они ведут себя не так, как войска Бахла.

– Может, это какая-то уловка?

– Ловкость не присуща Бахлу. Кроме того, его крестьянским войскам не хватает дисциплины для ухищрений. Пусть отряд захватит нескольких из них живыми и приведет ко мне.

Офицер отправился выполнять задание, оставив Хонуса размышлять над новым событием. Все шло не так, как он ожидал. Бахл довел свои крестьянские отряды до безрассудного безумия, а затем использовал их в массовых нападениях. Люди на перевале не выглядели ни безумными, ни безрассудными. У них был настороженный и испуганный вид дезертиров, хотя никто и никогда не дезертировал из армии Бахла. Его хватка была слишком сильна, и единственным спасением была смерть. Озадаченный, Хонус решил допросить пленников.

Через некоторое время офицер привел трех оборванных мужчин. Похоже, они пришли добровольно, поскольку офицеру не понадобилось сопровождать их. Все трое упали на колени, когда остановились перед Хонусом.

– Помилуйте нас, сир, – сказал один из них, его глаза были залиты слезами.

– Мы совершили ужасные поступки, но не по своей воле.

– Да, – сказал второй. – Мы пробудились от дурных снов и обнаружили кровь на своих руках. Мы раскаиваемся, хотя и не знаем наверняка, что мы сделали. Милосердия, господин. Ради Карм, проявите милосердие.

Третий мужчина склонил голову.

– Убейте меня, если хотите. Я не заслуживаю лучшего.

– Я считаю, что для Карм лучше всего подходит терпение, – сказал Хонус. – Я не стану лишать вас жизни. Более того, я кое-что знаю о твоей судьбе и о том зле, что охватило тебя. Как вы освободились от него?

– Это случилось прошлой ночью, – сказал второй мужчина. – Проснувшись, я обнаружил, что управляю собой по собственной воле. До этого казалось, что я обитаю в каком-то темном месте и наблюдаю, как кто-то другой управляет моими руками. Что они творили! О, Карм, прости меня!

– Так было и со мной, – сказал первый мужчина. – Я жил в Лурвике и не знаю, как попал сюда. Я не помню ничего, кроме кошмаров.

– Со многими ли такое случалось? – спросил Хонус. – Или вы один из немногих счастливчиков?

– Все вокруг нас пострадали, – сказал первый мужчина, – хотя не все стали мирными. Некоторые обезумели от ярости и убивали всех, кого могли, пока не были убиты сами. Те, кто остался в живых, думают только о побеге, но многие растеряны.

– А Стража охотится за нами, – сказал второй человек, – и убивает всех, кого поймает.

– Кто-нибудь из вас видел молодую женщину в ту ночь? – спросил Хонус. – У нее должны быть темные волосы и глаза.

– Я не видел никакой девушки, – ответил первый мужчина. Остальные сказали то же самое.

Тогда Хонус обратился к солдату.

– Отведи этих людей в тыл и передай офицеру эти приказы: Он должен помочь этим людям по мере наших возможностей, но вскоре ожидать новых. Возможно, их будет гораздо больше. Соберите их и расспросите каждого о местонахождении моей Носительницы. Если он услышит о ней, то должен немедленно доложить мне.

После того как солдат ушел с людьми, к нему обратился второй командир Хонуса.

– Генерал, говорят, что могущество Бахланда то растет, то падает. Может быть, это начало ее увядания?

– Возможно, – ответил Хонус. – Эти вести звучат хорошо, но я хочу их проверить. Прикажи людям пока оставаться на месте. Затем собери сотню опытных бойцов и приведи их ко мне. Я намерен провести разведку за воротами Тора.

Был полдень, когда Хонус провел своих солдат через ворота Тора. Он надел кольчугу и шлем, ведь даже если крестьянские отряды Бахла растаяли, Железная гвардия осталась. У нее была грозная репутация, которую она вполне заслужила. Хонус прошел совсем немного, прежде чем стало очевидно, что лагеря вокруг крепости опустели. Судя по количеству пустых палаток и укрытий, Бахл собрал грозную силу. Если бы она ворвалась через Врата Тора, сопротивление Хонуса было бы нелегким.