Текст книги "Шиповник. Часть 1 (СИ)"
Автор книги: Милена Мшинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 25 страниц)
– Не против компании? – спросила Ева, застёгивая молнию и садясь рядом.
Илья, затянувшись, неловко улыбнулся. Закинул вверх подбородок и выпустил новое облако дыма в небо над головой.
Они помолчали. Ева смотрела на друга Яра, застывшего глазами на сумеречном небе, и думала, что же он испытывает сейчас, когда с ночного «приключения» прошёл почти целый день, когда он уже несколько часов спокойно общался и шутил с Алисой.
Илья вдруг перехватил её взгляд и тихо спросил:
– Будешь?
– Нет, спасибо, – Ева виновато улыбнулась, натягивая капюшон. – Я бросила несколько лет назад.
Он покивал головой:
– Понятно. А почему?
– Приоритеты сменились, – уклончиво ответила Эвелина, переведя взгляд на двор, выглядевший неаккуратно после дневной снежной возни. Крош с одним ухом стойко держался на вечернем морозе, в отличие от разломанной кучи с правой половины двора.
– Ясно. Я вообще тоже не курю обычно… – Илья тяжело вздохнул. – Ты поговорить хотела?
Он вновь затянулся.
– Да, – подтвердила Ева. – Спросить. И поговорить.
– И всё про Алису, – с горечью в голосе подметил Илья, пуская вонючий дым в сторону Звёздной.
– Увы, – Ева пожала плечами, улыбнулась. Задумалась на несколько мгновений, с чего бы ей начать. И сказала: – Ярослав пересказал мне свой совет.
Ева хмыкнула и посмотрела Илье в глаза. В вечерней предтемноте не было понятно, что крылось за пеленой карией радужки, потому она продолжила.
– Знаешь, Алиса… – Девушка замялась. – Понимаешь, она не я. Я знала, что хочу прервать отношения с Ярославом после нашего, хм… столкновения.
Илья усмехнулся:
– И где ты сейчас?
– Это неважно. Забавно, но неважно. Я хочу сказать, что Лиса…
– Не знает, чего хочет?
Илья затянулся. Выдыхая, он протянул руку с сигаретой вперёд, туша её о снег. Окурок убрал обратно в пачку.
– Не совсем… – произнесла Ева. – Она, скорее, больше стесняется, чем не знает, чего хочет.
– Стесняется? Алиса? Ты же шутишь, да?
– Я уверена, что так как вчера с тобой, она ни с кем себя не вела, – резко выдала Ева своё предположение.
Она не знала наверняка, но решила, что так хотя бы увидит его искреннюю реакцию. И она последовала незамедлительно: Илья замер, саркастическая улыбка испарилась с его лица, в глазах блеснуло что-то похожее на изумление, он тут же отвернулся от Евы, сложив локти на коленях и уставившись в даль.
– И когда утром получила «холодный приём», то растерялась. Она не понимает, как ты относишься ко всему этому и не знает, как подступиться.
Он долго молчал, прежде чем ответить, а Эвелина долго вглядывалась в его профиль, пытаясь угадать чужие мысли. Получилось слабо.
– То есть ты считаешь, что я должен подойти к ней первым.
– Да.
Он снова хмыкнул, поёжился.
– И что я должен ей сказать? Что думаю о вчерашнем?
– Скажи ей то, что хотел бы на самом деле ей сказать.
Илья снова надолго замолчал. В тишине он достал новую сигарету, покрутил её в руках, а затем убрал обратно. Тяжело вздохнул.
– Она не жалеет о том, что было?
– Я не знаю. Мне кажется, что нет. А ты?
– Не знаю. Я думал весь день, почему произошедшее меня так разозлило. Пришёл к ответу, что это рушит то, что могло быть между нами. И окончательно запутался. Чего же между нами я хотел? Дружбы? Просто лёгкого ничего не значащего флирта? А, может, я бы хотел чего-то значащего?
Он повернулся к Еве, и она неловко улыбнулась. Неожиданно слышать такие искренние и личные мысли от практически незнакомого человека. Возможно, она даже позавидовала ему, ведь сама бы ни за что такое не сказала кому-то вроде Ильи.
– Знаешь, может, меня всё это злит потому, что я слишком серьёзно к этому отношусь? Ну было и было, с кем не бывает, верно? Алиса же занимается сексом с теми, кто ей безразличен, чем я хуже? Ярослав вообще два года спал с Настей просто по приколу и ничего. Один я завёлся. Кретин…
Ева ошеломлённо поморгала, неловко хмыкнула в ответ на услышанное. Илья тем временем встал и отряхнул джинсы.
– Давай, пошли обратно в дом, тут холодно.
Едва они открыли дверь, как Ева услышала Алисино:
– О, идут.
– Вы там вместе? – послышался вопрос Ярослава. Ева скинула с себя куртку, Илья галантно повесил её сам, попутно отвечая Яру.
– Да, а что?
Голова Ярослава высунулась в коридор.
– Да ничего, – Горный презрительно сощурился, разглядывая Эвелину и Илью, одновременно разувшихся. Взгляд его накрепко вцепился в друга.
– Не волнуйся, я не пытался её у тебя увести, – ответил Морозов.
Ярослав в ответ как-то чересчур нервно хмыкнул и спрятал голову в коридоре.
– Лис, ты слышала?
Ева зашла в комнату вслед за Ильёй и столкнулась с насмешливо-презрительным взглядом подруги. Она сидела на диване, скрестив руки на груди и вскинув подбородок.
– Да, они всё это время молча подслушивали за нами, – произнесла она.
Эвелина глянула на Илью, он, как оказалось, сделал то же самое с точно таким же недоумением в глазах. На свету было очень хорошо понятно, что он чувствует.
Ярослав с Алисой рассмеялись. Ева стала ещё меньше что-либо понимать и жалобно уставилась на друзей в поисках поддержки и объяснений. Лиса сжалилась, опустив руки на колени и расслабив мышцы лица:
– Мы с Ярославом минуту назад пошутили, что Илья вернётся в гораздо лучшем настроении и уведёт тебя трахаться с ним.
Ева прыснула, хотя усмешка её была очень неловкая. Она снова глянула на Илью. Тот улыбался и качал головой.
– Вы не актёры, вы клоуны несчастные и безработные, – сказал он. И тут же, гораздо серьёзнее и мягче, добавил: – Пойдём, Лис, поговорим.
* * *
Илья увидел, как Алиса напряглась от его предложения и постарался ободряюще улыбнуться.
Да, он просто кретин, который накрутил себя до тупого истеричного состояния из-за секса, которого даже не было. Когда он произнёс те слова Еве, то сразу же понял, что это именно тот ответ, который он искал. Всё стало кристально ясно. Даже то, что он хотел бы попробовать остаться с Лисой друзьями. Просто друзьями. Забыть об этом, как о неудачной шутке, и жить дальше.
Поэтому, когда он шёл впереди неё до спальни, в которой ночевал, он знал, что должен ей сказать.
Илья открыл дверь перед Алисой, пропуская её вперёд, предложил ей сесть. Она опустилась на край кровати, а он рядом.
Он на миг задумался, уверен ли в том, что хочет ей сказать, глубоко вдохнул, кивнул сам себе и начал.
– Извини меня за сегодняшнее. Я, кажется, перегнул палку.
Она тут же пролепетала:
– Нет, это ты меня прости! Я…
Илья поднял ладонь, призывая её к молчанию.
– Подожди, Лис, – мягко сказал он. – Дослушай. – Илья дождался, пока Алиса, уже начавшая нервно кусать губы, кивнёт, чтобы продолжить. – Я придал слишком большое значение тому, что произошло между нами ночью. Для меня было неестественно то, что случилось, так как мы не… встречаемся? Ну и… знаешь, я… Твою налево, я до вчерашнего не знал, чего вообще хочу от нашего общения, а тут это всё… И дело не только в моих принципах, есть ещё кое-что… Но, сейчас это неважно. Наверное…
Он сбился. Ляпнул лишнего. Илья совершенно точно не собирался говорить, что не знал, для чего написал ей тогда. Ведь это глупо. Он сам заварил эту всю кашу с «добрыми утрами» и «сладкими снами», чтобы сейчас сказать, что не знает зачем. Да, не знает!
«Соберись, кретин, – сказал он сам себе. – Ты хочешь предложить забыть это и остаться друзьями».
«А если она думает по этому поводу совсем иное? Ты ведь решил подумать о её чувствах, о обиде, которую нанёс ей, так, может, спросишь сначала, чего она хочет? Чего добивалась?» – ответил его же голос.
Илья тяжело вздохнул.
Он вдруг запаниковал.
«Твою налево, ты же только что был само спокойствие!»
Алиса открыла рот, чтобы что-то сказать, но Илья снова поднял ладонь.
Он закрыл руками лицо, потёр глаза и признался:
– Всё, я запутался. Кажется, я нанёс какой-то херни и то, что хочу сказать, будет ещё большей хернёй.
Алиса тихо рассмеялась.
– Может, тогда я скажу?..
Илья поглядел на неё сквозь пальцы и не смог не заметить кровь на нижней губе, как и многочисленные веснушки на носу, словно звёзды, как и то, как красиво её лицо с серьёзным выражением, появляющимся на нём крайне редко…
Он кивнул, отрывая ладони от головы.
– Я вчера тоже перегнула палку. Кажется, я была слишком возбуждена и разум совсем отключился от мысли, что я могу заполучить секс с новым мужчиной. Я не жалею о том, что произошло, но мне жаль, что я не остановилась. Это… м-м-м, двояко ощущается, правда? Наверное, я тоже не знала, чего хочу от нашего общения…
Илья постарался не обратить внимание на то, что она «не знала », и слушать дальше, но сердце вдруг заходило, как сумасшедшее, кровь загудела в ушах, и следующие слова он вообще с трудом расслышал.
– Поэтому, наверное, – она вдруг замялась, что вернуло Илью в реальность, но совсем не так, как он хотел, ведь ко всем кровяным помехам в придачу, у него ещё и голова закружилась. А он ведь даже не посмел подумать, что она хочет быть ближе не только телом, но и душой, и всем-всем, и… соберись!
– Наверное, я хочу предложить забыть всё это и… быть друзьями. Ну или начать с просто дружбы… Вот…
Илья разрубил в себе желание примкнуть к её губам своими, едва она замолчала. Она сказала всё, что он не решился спросить и предложила то, что собирался он сам.
Алиса всё поняла.
Он судорожно выдохнул, глубоко вдохнул, умоляя сердце успокоиться и стучать помедленней. Кивнул Лисе. Протянул к ней руку, касаясь пальцами тыльной стороны её ладони, немного сжимая.
Снова кивнул. Ещё несколько раз вздохнул, смотря на соприкосновение рук и боясь поднять глаза. Находится с ней рядом… Просто неадекватно.
Его тянет на откровенную тупость.
Он усмехнулся мыслям. Смело поднял глаза.
– Да, именно это я и хотел сказать, спасибо, – Илья снова усмехнулся тому, о чём подумал. – Будем просто друзьями.
Они помолчали, рассматривая лица друг друга, вместе неловко улыбнулись. Морозов убрал свою ладонь подальше от Алисы. Пора было идти обратно.
– А в чём вторая причина того, что ты… не дал мне? – тихо спросила Лиса. – Или это секрет?
– Знаешь… Скоро поймёшь.
Когда они вернулись в кухню-гостиную, то увидели, как Ева и Ярослав выкладывают пиццу на несколько длинных абсолютно плоских тарелок.
Алиса тут же подскочила и стала громко причитать:
– Так, разойдитесь! – скомандовала она и принялась расставлять и крутить тарелки с половинами пицц.
Когда она остановилась, то две пиццы, изначально созданные в достаточно странной форме, составили общую композицию, при взгляде на которую, Илья смог выдавить только:
– Какая-то хуёвая у нас пицца получилась.
– Не то слово, – подхватил Ярослав, рассматривая явно прослеживаемый рисунок члена.
– Алиса, ты импровизируешь, или всё-таки планируешь заранее? – спросила Ева, хмыкнув.
Лиса многозначительно промолчала.
Пицца была разрезана для более удобного поедания, и едва первые куски были распробованы, новоиспечённая «просто подруга» Ильи произнесла:
– Ну что, будем играть в «Я никогда не»?
Все покивали. Илья, преисполненный уверенности и парочкой козырей, сказал:
– Знаете, а я намерен победить.
[1] Л. Н. Толстой, «Война и мир»
[2] Нервы – Батареи
Глава 31
Глава 31
– Правила все помнят или повторить для идиотов? – весело спросила Алиса, хватаясь за новый кусок пиццы.
– Повтори для уёбков, пожалуйста, – сказал Илья, покосившись на друга.
– Очень смешно, – саркастически выдал Ярослав.
– Мне – да, – Илья усмехнулся.
Он заметил, как девчонки посмотрели на них с непониманием, поэтому произнёс:
– Не обращайте внимание, я просто издеваюсь над ним.
Ева с Алисой пожали плечами.
– Повторю, даже если вы думаете, что помните, – продолжила девушка, положив откусанный кусок на тарелку. Руки и лицо её были измазаны в соусе. – Мы по очереди называем то, что с нами никогда не происходило, например: «Я никогда не прыгала с парашютом», а вы загибаете пальцы, если у вас такое было. Побеждает тот, у кого меньше всего загнутых пальцев.
– Может мы будем очки на листочки записывать? – предложил Ярослав, бесцеремонно отпихивая мопса от своего стула. – Нет, Кисель, нельзя. Не дам ничего.
Илья проследил взглядом за псом, направившемся на другую сторону стола. Он явно не терял надежды.
– Думаешь, забудешь, сколько пальцев загнул?
– Думаю, что да, так как я всё ещё одной рукой в пицце. И не только я.
– Лады, будут вам листочки, – Лиса поднялась из-за стола, набивая рот тестом, и пошла из кухни.
Вскоре она пришла с блокнотом, уже заляпанным её грязными руками. Хлопнула себя по лбу, измазываясь ещё пуще, и ушла обратно. Спустя минуту выдала каждому по ляпанной ручке.
Илья не сдержался от осуждающего выгибания брови.
– Могла бы и помыть руки, – сказал он и, заметив, что она стала открывать блокнот, выхватил его грязной ладонью, чтобы открыть и оторвать чистые листки чистой.
– Ой, ладно тебе, – расслабленно сказала она, усаживаясь, – всё равно через десять минут всё будет перепачкано.
– Это не значит, что нельзя пытаться сохранить порядок.
Ева с Ярославом дружно молчали, пользуясь моментом забрать в личные тарелки побольше еды. Конечно, Илья заметил. Просто не подал виду.
– Кто первый? – спросила Лиса, хватаясь за ручку и притягивая ближе к себе листочек.
– Ну давайте я. Я никогда не ездил в такси экономом.
– Ой, да ездил! – сразу же недовольно воскликнула Алиса, ставя на своём листке первую чёрточку. Она сидела напротив, поэтому он хорошо видел все её «очки». – Ты же не с самого начала был богатым! Ты говорил, что твои родители не миллионеры.
– Нет, не миллионеры, – мягко улыбнулся Илья. – И нет, не ездил. Потому что я ездил на автобусах, потом не ездил никуда, а потом вдруг понял, что могу позволить себе «комфорт плюс». С него и начал.
– Мажоришко! – Алиса вздёрнула подбородок и с уверенностью схватила последний свободный кусок пиццы.
– Нет, я просто много и усердно работал. Считаю, что заслужил.
Илья заметил, что Ярослав, сидевший справа, и Ева, сидящая напротив Ярослава, также поставили чёрточки. «Это будет легко», – решил Илья.
– Теперь моя очередь, – вставил Ярослав, до сих пор молчавший. – Я никогда не ездил в такси «бизнес-классом».
– Ах ты чёрт! – Илья рассмеялся и поставил у себя первую палку.
– Нечего нас всех принижать.
Он почувствовал себя оскорблённым.
– Я просто хочу сказать, что каждый может ездить бизнесом, если будет усердно стараться… – оправдался он, оглядев не сильно счастливые лица товарищей.
– Я никогда не дарила деньги на дни рождения, – поспешила сказать Ева, улыбнувшись.
– Это нечестно, – Илья снова рассмеялся, но в этот раз неловко.
– Ну вообще это необычно, – сказал Ярослав. – Деньги ведь «золотой стандарт».
– Обычно я дарю индивидуальные подарки, – пояснила Эвелина. – Справедливости ради скажу, что иногда это были сертификаты.
После этих слов она удалилась к раковине.
– Я никогда не… – Алиса задумалась. – Никогда не красила волосы.
– Яр, поставь за меня, – попросила Ева, намыливая ладони.
Ярослав отметил за себя и за Эвелину. Илья тоже наградил свой листок новой чертой.
– Ы кгаси воосы⁈ – промычала Лиса.
– Дожуй, ради бога! – сердито произнёс Морозов, хотя сам почему-то перестал сердиться на неё. – И да, красил. Лет в тринадцать. В красный. А на следующий вечер меня постригли под «ёжика», потому что утром не пустили в школу. Мама, конечно, закатила им всем скандал, но… В общем, с тех пор я решил больше не баловаться.
– С ума сойти, – подытожила Лазарева.
Ева села за стол и бумажным полотенцем протёрла свою ручку. Теперь Яр посеменил к раковине. Звёздная протёрла и ручку Горного. Илья, пока думал над тем, что же он «никогда не», доедал свой кусок.
– Илья, твоя очередь, – поспешила напомнить Лиса.
– Думаю, – он кивнул. Не хотел раскрывать все карты разом. Точнее, сейчас, поуспокоившись, ему хотелось обойтись без раскрытия своей постыдной тайны.
Яр, с мытыми руками, собрал грязные тарелки в одну горку и унёс на столешницу гарнитура. Сел на своё место под тихое Евино «спасибо». Алиса грустно оглядела пустой стол и пошла умываться.
– Я никогда не… – Что же объединяет их всех троих, чем сильно отличается Илья? Ах, да. – Никогда не учился на актёра.
– Илюш, ты хоть думай, что ты говоришь, а? – Ярослав начертил свою полоску и тут же произнёс: – Я никогда не учился на программиста.
Все рассмеялись. Ева услужливо подрисовала Лисе чёрточку за «актёра», которая в это время трясла мокрыми руками и возвращалась за стол.
– Твою налево, Алиса, ты всё ещё вся чумазая, – произнёс Илья и встал из-за стола. – Сил моих нет, иди сюда.
Она промолчала. Послушно вернулась к раковине. Илья быстро сполоснул ладони в тёплой воде и смело обхватил Алису за подбородок, чтобы приподнять её лицо. Свободной рукой он принялся тереть её щеки, нос и уголки губ.
Заметил, что в кухне вдруг воцарилась тишина, начавшая сдавливать виски. Даже Кисель, недовольно шаркающий до этого когтями по полу, притих у дивана. Ещё явственнее он ощутил смущённый взгляд больших карих глаз, тёмных, как шоколад, бегающих по нему, теплоту дыхания на своей руке и нежность кожи под мокрыми пальцами.
На мгновение он замер, думая о том, что она специально измазала себя пиццей, чтобы он отмыл её своими руками. Но зачем? Глупо же. Странно. Не просто-по-дружески.
Он заметил покраснение на лице. Едва удержался от того, чтобы не прикусить губу. Отпустил её лицо и оторвал почему-то дрогнувшими руками бумажное полотенце. Вернул взгляд на Алису, на веснушки, нежные губы, влажный нос… И принялся тереть всё насухо.
Знал, что на них смотрят.
Голос Евы чуть не застал его врасплох: Илья еле удержался от того, чтобы вздрогнуть.
– Хм… Я никогда не вытирала полотенцем лицо другого человека, – сказала она.
– Очень смешно, – заметил Илья, смутившись. Обратился к Алисе: – Свободна.
Они вернулись за стол, и по пути Илья увидел, как Яр наградил листок новой чертой.
– Приходилось, – ответил Яр на удивлённый взгляд.
– Да, Ева, вышло не очень остроумно, я тоже вытирала, – подметила Лиса, хватая ручку и садясь.
Илья сначала хотел спросить, кому же выпадала такая честь, отрывая глаза от своего счёта, а следом вспомнил: у неё несколько младших. Конечно, она хотя бы раз в жизни утирала моську какой-нибудь младшей сестре или брату.
– Я никогда не была в серьёзных отношениях.
Илья не удивился, услышав это от Алисы. Сам же поставил черту. В одной лодке с ним оказалась лишь Ева. Она спросила, обратившись к Яру:
– У тебя не было серьёзных отношений?
– С одной стороны они всегда были не серьёзные. Угадай, с какой? – Ярослав грустно улыбнулся.
– А сколько были самые длинные? – вклинилась Лиса.
Илья никогда не спрашивал это у друга. Сейчас этот вопрос показался достаточно интересным. Наверное, потому, что Алиса могла бы с ним поконкурировать.
– М-м-м… месяц где-то?
– Ха, – победоносно выдала Лиса. – Я выдержала три месяца в несерьёзных отношениях.
– Прямо-таки выдержала? – вырвалось у Ильи с насмешкой.
– Ну-у, – протянула девушка, наматывая рыжий локон на палец. Илья почему-то сглотнул. – Мы не любили друг друга. Были вместе потому, что хотелось секса. А потом он начал меня ревновать… И пришлось это закончить.
«Улизнула от серьёзных отношений», – сделал Илья свой вывод и задумался над своим «никогда». Он не хотел переводить игру в романтичную тему, но все мысли вдруг стали лишь о влюблённости, отношениях, поцелуях…
– Не влюблялся в одноклассницу или одногруппницу, – сказал Илья. Тут же добавил: – Ну или одноклассника, одногруппника.
В этот раз все трое поставили полоски. А Ярослав, пустив в Еву помутневший взгляд, шутливо произнёс:
– Я был первым?
– Извини, но как-то раз я по уши втрескалась в одноклассника.
– Да ну? – Яр приуныл.
– Ага, но он об этом так и не узнал.
Друг разочарованно опустил глаза на листик. Затем пошуршал взглядом по Илье, Алисе, и программист проследил, как Ярослав зацепился за её локоть. Предплечье украшали листья и бабочки.
– Не набивал себе тату, – сказал Яр.
Илья хмыкнул. Черканул ручкой по бумаге.
– У ТЕБЯ ЕСТЬ ТАТУИРОВКА⁈ – прогремел голос Алисы.
– Есть, – произнёс Морозов как можно спокойнее.
– КАКОГО ЧЁРТА ТЫ МНЕ НЕ СКАЗАЛ⁈ – Лиса ударила кулаком по столу. Смотрела разъярённо. Лицо тут же покрылось красными пятнами. О, да, он знал, что она рассердится. Ей надо знать всё обо всех. А тут уже который раз за вечер удивляется. Тем более они уже обсуждали татуировки, и про свою он тогда не сказал.
Он прыснул.
– Ну ты не спрашивала, – Илья пожал плечами, а сам подумал, что же станет с её лицом, когда она узнает, что он девственник.
– Где⁈
– Не скажу.
В смысле «когда узнает»? Хотя, даже если не сегодня… Наверное, узнает.
– Ты лучше покажи, – ответила Лиса.
Ага, так прям он и показал ей татуировку под левой ключицей в виде лягушки с пиццей и пивом. Он с мольбой посмотрел на Еву. Мол, её очередь.
– Я никогда не работала, – сказала Ева.
Все, кроме неё, пририсовали себе по баллу. Алиса тут же выдала:
– Никогда не пользовалась вибратором.
– Ах ты… – Эвелина вдруг залилась густой краской, Илья отчётливо увидел, как краснеют её уши, и поставила на листке новую полоску. Закрыла лицо руками.
– О мой бог… – прошептала Алиса. Илья сидел с невозмутимым видом. Ну пользовалась и пользовалась…
– Давайте мы не будем это обсуждать, ладно? Просто примем как факт? – Ярослав поглядел на Лазареву, глаза которой уже горели интересом.
– О, ну конечно, тебе-то она потом расскажет, – она закатила глаза.
– Ну это потом, – сообщил Яр.
– Я не спал с соседкой, – выдал Илья, пытаясь сменить тему.
Ева всё ещё прятала лицо за руками, хотя сквозь пальцы был виден её стыдливый взгляд, который она старалась не обращать на Ярослава. Илья хмыкнул.
– Ах так? – Яр повернулся прямо к Илье. Кажется, Илья это зря сказал… – Мне хотя бы не изменяли.
– Это не та игра, Яр, – произнесла Ева, опуская руки.
Но было поздно. Илье уже стало неприятно. Даже больно. Да, ему изменяли. И, да, смириться с этим было тяжело. И вообще-то тут не только ему изменяли!
– Чёрт, извини, Илья, – сказал Яр, оглядев Морозова. – Перегнул.
– Ничего, я первый начал.
Они виновато улыбнулись друг другу. Затем Яр произнёс:
– Мне тоже изменяли.
– Правда? – этого Морозов не знал.
– Ну, конечно. У меня было отношений… десять? И все короткие. В основном потому, что я слишком добрый и милый. Не подходил под статус плохого парня. И вообще, кому из нас не изменяли?
– И мне изменяли, – произнесла Эвелина.
– И мне, – поддержала Лиса.
– Дружно рисуем чёрточки? – хмыкнул Морозов.
– Не, я другое лучше назову, – сказал Яр. – Например… Я никогда не целовался на первом свидании.
Ева засмеялась. Алиса задумчиво почесала бровь. Черканула в листке. Илья тоже задумался. Кажется, Дашу он целовал на втором… или даже на третьем… Ох, это было так давно и так больно это вспоминать…
Вдруг в голову влезли поцелуи сегодняшней ночи: жаркие, требовательные, возбуждающие, взбудораживающие до мурашек… Он тряхнул головой.
– Я никогда не… была на гончарном свидании?
– А ты бы хотела? – тут же выпалил Ярослав. Кажется, он выглядел расстроенным.
– Да. Мне кажется, это очень мило.
Ярослав тяжело вздохнул, опустил взгляд от Евы и тихо произнёс:
– А могла бы прибавить себе балл. Если бы тогда…
Ева побледнела. Прикрыла рот рукой:
– Ты бронировал на ту субботу гончарное свидание?.. – с нотками отчаяния в голове спросила она.
– Да, – Ярослав кисло хмыкнул. – Ты не представляешь, как я боялся, что тебе не понравится.
– Мне теперь ещё больше жаль… – донёсся её расстроенный голос. Она опустила ладонь от лица.
Они посмотрела друг на друга. Ярослав вдруг повеселел:
– Ладно. Забронирую ещё раз.
И Ева, с которой едва сошла краска, снова порозовела.
– А?..
– Пойдёшь со мной на свидание? – более официально спросил Горный. – Гончарное.
Она опустила глаза, спрятала улыбку. Илья вдруг понял, что Ева очень мила, когда смущается. Неловкий румянец делает её даже завораживающе-красивой. «А Лиса… интересно, насколько же она тогда будет краше?»
– Пойду, – неловко выдала Ева, а Илья уже вовсю смотрел вперёд себя, пытаясь представить Алису с таким же красным от смущения лицом.
– Даже не думай, Морозов, – весело сказала Алиса.
– Что?
– Что? – она рассмеялась. – Ты так посмотрел на меня, будто хотел предложить пойти с ними.
Илья помотал головой.
– А я никогда не занималась сексом в машине, – сказала Алиса.
Морозов засмеялся. Ева пуще покраснела и взялась за ручку.
– Ого, и как? – спросила Алиса.
– Неудобно, – выдала Эвелина.
– А я никогда не занимался сексом до первого свидания, – сказал Илья.
«Раз уж этой темы не избежать…»
– Да ну быть не может. Все так делали! – снова Алиса. И снова все поставили полоски.
– Если бы тот вечер ты согласилась признать первым свиданием…
– Ну тогда мы бы в другом месте потеряли баллы, так что нет разницы, – Ева показала ему язык.
– Хорошо, любовь моя. Никогда не… занимался сексом, когда в квартире были другие члены моей семьи или партнёрши, партнёра.
Девчонки отметили новые баллы на своих листках.
– И как? – спросил Яр.
– Весело, – ответила Лиса.
– Нервно, – сказала Ева. Пожала плечами. – Никогда не занималась сексом вне… хотя, нет, вру… Х-м. Никогда не… а обязательно про секс?
Все засмеялись.
– Нет, конечно, – сказал Яр. – Но прошлое договори лучше, а то я не так тебя пойму.
– О… Я хотела сказать, что не занималась сексом не в отношениях, но это неправда. Мы же… ну…
– Понял, – он коротко кивнул.
Илья знал, что Ярославу неприятно даже думать о том, что они с Евой ещё не вместе. Хотя, судя по тому, как она краснеет от каждого вздоха Яра в её сторону, они будто самая настоящая пара. И вполне могли успеть ею стать, пока Илья пытался поспать сегодняшним утром.
– Так вот… – продолжала думать Ева. – Я никогда не… О! Не занималась сексом в душе.
Снова смех.
– Так ты же не хотела про секс, – Ярослав улыбался, пуская в неё заворожённые взгляды. Он что, раздевает её глазами? Твою мать…
– Это неважно, – отмахнулась Эвелина.
Илья заметил, как Алиса и Яр отмечают свои листки.
– Никогда не занималась анальным сексом.
Ничья рука не дрогнула.
– Что ж, это была просто проверка.
– Да уж, ничего не скажешь… – пробормотал Ярослав.
– Никогда не занимался сексом в ближайшей отсюда комнате.
Алиса, Ярослав и Ева рассмеялись.
– Очень смешно! – сказал Яр, двигая ручкой и улыбаясь. – Никогда не занимался сексом в отелях. Чёрт, Ева…
– Один раз всего было! – виновата прикрикнула девушка.
– Не переживай, Ярусик, в отелях не очень классно, – отмахнулась Алиса, вступаясь за подругу.
– Смотря в каких, – выпалил Илья.
– Ой, ну ты, конечно, водишь дам в самые классные, – бестия закатила глаза и сморщила свой красивый вздёрнутый нос.
– Не-а. Не вожу, – Илья растянулся в улыбке.
– То есть… У тебя не было в отеле?
– Не было, – «У меня вообще не было».
Ярослав вдруг глянул на Илью. И едва их взгляды встретились, как они синхронно засмеялись. О, да, Яр, тебе тоже нравится это представление!
– Никогда не дарила или не принимала секс как подарок.
– О, блин, Ева! – сказала Алиса, смеясь. – Было!
– Поддерживаю, – отозвался Яр.
– Реально? – Ева удивлённо вскинула брови.
– У меня было. Много. Девушек. Конечно, чёрт возьми, кто-то додумался.
– Я была по другую сторону, – вставила Алиса.
– Не было, – сказал Илья, глянув на друга. У того вдруг задрожали плечи.
– С ума сойти… – выдала Алиса. – Никогда не занималась сексом в своей квартире!
Яр прыснул от смеха. Илья толкнул его локтем.
– Ты явно врёшь! Да не может такого быть! – Алиса вдруг вскипела.
Ей явно хотелось задеть хоть что-то, что он делал в сексе. Илья сдерживал хохот вместе с Яром. До ужаса забавно! Это лицо – лучше, чем смущение. Лучше всех выражений и всех лиц, что он когда-либо видел!
И вдруг стало не смешно.
«Что ты подумал, кретин? – наругал себя Илья. – Совсем крыша едет?»
– Может, – ответил он, вглядываясь в пушистую рыжую гриву. – Я переехал в свою квартиру после того, как расстался со своей последней девушкой.
Алиса недовольно цокнула языком.
– Не занимался сексом с блондином или блондинкой, – тем временем выдал Илья.
– Крашеные считаются?
– Да, брат.
– Тогда точно было.
И Алиса, и Ева нарисовали новые чёрточки. Илья ловил разъярённый взгляд Лазаревой.
– Ладно, тогда я никогда не дарил или не получал букет больше, чем из тридцати роз.
– О, чёрт! – саркастично расстроился Илья, рисуя черту в листке. – Ты тоже на меня зуб точишь?
– Ну а чё ты сидишь тут с таким лицом довольным? – спросил Яр.
– А чё, нельзя что ли?
– Да можно, просто ты офигел немного со своим стремлением к победе.
– Ой, завидуй молча, принцесса, – сказал Илья.
– Ой, блядь, кто бы говорил, – отпарировал Ярослав.
– Сука.
Илья отвернулся от друга. Уставился в свою бумажку. Затем на Еву. Замер в ожидании.
– Никогда не целовалась с девушкой.
– Ничего себе ты выдала! – Илье показалось, что Яр от возмущения задохнулся.
Алиса с непроницаемым лицом поставила черту. На вопросительный взгляд Горного ответила:
– Многие девочки учатся целоваться с подругами. Это, конечно, постыдное прошлое, но с кем не бывает… – Нахмурилась и произнесла, чеканя каждое слово: – Никогда не дрочила кому-то другому. – И сама поставила черту.
Илья рассмеялся.
– А толку? Все поставили, ты ничего не поменяла.
– Я хотя бы убедилась, что ты не девственник, – сказала она.
Ярослав предательски заржал.
– Блядь, заткнись, – Илье, кажется, стало душно. Смех рвался наружу, плечи тряслись.
«Вот бы увидеть твоё лицо, когда ты узнаешь…»
– Я никогда не занимался сексом… – Илья выдержал паузу, – с рыжими.
Алиса закатила глаза. Справа разразился новый взрыв хохота.
– Я никогда не занимался сексом без защиты.
– Может, мы сменим тему, а? – дрожащая рука Евы провела новую полоску счёта. – Я никогда не… ох… не знаю… Ярослав, не смотри на меня так, я не буду это комментировать… Никогда не… просила у родителей собаку.
– Серьёзно? – это был не менее удивлённый Ярослав.
– Да, мне казалось, что это будет тяжело. Хотя сейчас думаю о том, чтобы завести какого-нибудь радостного пушистика.
– Ох, а я долго просила собаку, – призналась Алиса. – Но вместо собак мама рожала мне сестёр.
Все рассмеялись.
– Я тоже не просил, – подал голос Илья. Он вспомнил о том, о чём давно думал, находясь на грани одиночества и представляя друга и его шерстяные спортивки. Думал о том, что дом слишком пуст, чтобы в нём не хотелось пить. – Мне было не нужно. Но… как будто, я даже согласен с Евой. Смотрю на Киселя и думаю… Почему бы и нет? Да, это ответственность. Да, нельзя болеть. Но… когда дома никто не встречает… Заведу собаку. Обязательно.
– Что ж, прекрасно, каждый заведёт по собаке и будем вместе носиться в парке, – сказал Яр.
– Звучит заманчиво, – Алиса кисло хмыкнула. – Но мать меня убьёт.
– Ну, три собаки тоже неплохо.
