Текст книги "Шиповник. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Милена Мшинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

– Он сказал, что трогал меня для того, чтобы проверить, выйду ли я из роли…

– Чего? – Яр оторвался от добавления холодной воды в чай и глянул на старосту едва ли не со злостью.

Ева пересказала диалог полностью, теперь сомневаясь в том, стоило ли ей вообще это всё говорить. Ей не нравилось видеть Яра злым.

– М-да, – он подал Эвелине горячую чашку. – Ну и тварь.

– Ты думаешь, – она замялась, всматриваясь в коричнево-красноватый напиток и чувствуя знакомый запах, – он… выдумал это на ходу?

– Да. – Сказал, как отрезал. Он выглядел рассерженным. Очень. Но почему-то ей не было страшно или неловко, а… наоборот?

– Но мы не можем знать наверняка, что у него в голове, – промямлила она.

– Во-первых, – она услышала, как Ярослав скрипнул зубами. – Это животное —педагог

актёрского искусства , чёрт возьми. Нам нужно постараться, чтобы узнать, что у него в голове. А во-вторых, насрать мне, о чём он думает. Ты сказала, что тебя не устраивают его блядские руки, а он начхал на это. Для меня этого достаточно.

Горный сел на край кровати и поймал взгляд Евы, наклонив голову. Нахмуренные брови образовали складки над переносицей, губы сжались в тонкую полоску. Она закусила нижнюю губу и отвернулась. Рой сомнений только усиливался. То, что делал Евгений Геннадиевич в мастерской, и то, как он это назвал, составляло сюрреалистичную, но убедительную картину. Эвелина тяжело вздохнула.

– Я… Наверное, я хочу верить ему. Потому что…

– Страшно? – предложил Яр, когда пауза затянулась. Морщины злости на его лице разгладились, и он выглядел мягко и безобидно, как обычно. Еве вновь стало стыдно за всё, что она сделала. Как она посмела сделать больно ему? Яр придвинулся к ней ближе, Ева неосознанно подалась навстречу, и они оказались плечом к плечу.

Словам Федотова хотелось верить. Не поверить – значит, признать, что стала жертвой. Ева не жертва. Она кивнула и попробовала чай, что так манил её чем-то отдалённо знакомым. Один глоток развеял все сомнения: шиповник и мята.

– И часто ты пьёшь такой чай? – спросила она полушёпотом, чувствуя, как её накрывает.

Этот вкус всегда был особенным, напоминал о бабушке, домике в деревне, зимних вечерах одновременно с летними. И сейчас Еве вдруг стало так хорошо, так тепло, спокойно, что она вдруг прослезилась.

Эвелина так давно не ездила в гости к бабушке! И когда в последний раз она пила чай с шиповником?

– Всегда. Люблю шиповник с мятой. Это напоминает мне о даче.

– И мне… Это очень вкусно, спасибо.

Яр улыбнулся. Ева, растроганная вкусом детства, забралась на кровать с ногами, скрещивая их по-турецки. А он, наблюдая за ней, постепенно омрачался вновь.

– Разочарован… – Ярослав покачал головой. – Грёбаный манипулятор.

Эвелина хмуро промолчала. Спустя несколько минут мрачной тишины Яр завёл новую тему:

– Ты выбираешь фильм.

– О-у, – ответила Ева. В голову залез только один. Тот, что она смотрела недавно. Тот, что видела миллион раз вместе с Димой.

Она вздрогнула. Имя, что пришло в голову, казалось таким… далёким, инородным… Сколько она уже не думала о нём? Три дня, неделю? Что сегодня за число? Двадцать шестое февраля, кажется. Уже…

Она сглотнула, понимая, что день его смерти уже на днях. А этот год наконец високосный. Первый раз с того ужасного дня она будет смотреть на те же самые цифры на экране телефона. И опять вспоминать то, что было. Может, снова вспомнит их первый раз? Когда он предложил ей выпить под романтичное кино, а потом она увильнула от него, уехав домой… А на следующий день он без спросу раздел её, встретившись у него после школы, уложил на спину и…

Ева тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Хватит уже! Крепче сжала чашку, согревая охладевшие ладони.

– Ев? – мягкий голос Яра вернул в реальность безотказно. – Ты плачешь…

Она моргнула, отгоняя мокрую пелену, затем смахнула воду со щёк пальцами правой руки, освобождая от воспоминаний и боли.

Яр взял кружку из её рук и поставил на стол. Сел близко, охватил её пальцы своими – горячими, желанными.

– Не любишь смотреть фильмы? – спросил он, заглядывая ей в глаза, криво улыбнувшись.

Ева шмыгнула носом и усмехнулась. Покачала головой.

– Люблю, просто… дело не в них.

Он поджал губы, сохраняя улыбку, и кивнул.

– Что ты чувствуешь?

Она не сразу нашлась с ответом, потерявшись в летнем небе – его глазах, добрых, нежных…

– Яр… кто мы?

Он отвёл взгляд. Нервно усмехнулся, закинул ладонь за голову, потирая шею. Обдумывал что-то. Или собирался с мыслями?

– Пока я ждал тебя в коридоре, я смог подумать над этим вопросом. Вспомнил всё, что ты говорила. И… Я хотел предложить тебе… – Ева забыла, как дышать. Неужели он сделает это сейчас? – Быть друзьями. – От разочарования она чуть не потеряла сознание. Стоп, разочарования⁈ – Я помню, что ты не хочешь отношений. И понял, что не интересую тебя, как парень. – Какой же ты дурак, Яр! – Тем более, для нас важно хорошо учиться. С другой стороны, если бы я был твоим парнем, и все бы знали об этом… Не знаю, может, это могло бы поумерить пыл Федотова. Но думаю, что тебе будет некомфортно, если мы будем встречаться так, чтобы об этом все знали.

Она не знала, что и ответить. В голове крутилась фраза: «Если ты не знаешь, что выбрать, подбрось монетку. И если результат тебя не устраивает, значит, ответ очевиден». В данный миг Эвелина переживала все стадии принятия этой мысли. Но понимала, что Яр ужасно прав в одном – важно хорошо учиться. Если они начнут встречаться… Чёрт побери, да у неё уже едет крыша! Почему именно сейчас она вдруг до смерти захотела поцеловать его⁈

– А что насчёт тебя?.. – тихо спросила она, поняв, что про свои чувства Яр ничего не сказал.

– Что? А… ну… Понимаешь, я… – Хочет быть ей парнем? Любит? – Рад быть рядом. И я хочу быть рядом. Я был бы счастлив, если бы… – Ярослав, ты безнадёжен! – Ты доверяла мне. По-настоящему.

Эвелина сглотнула ком, подступающий к горлу. Ей нужно собраться. Неужели она сейчас не сдержится и бросится на этого придурка? И что она с ним сделает? Придушит, очевидно.

Ева едва сдержала горькую усмешку. Он прав. Он предлагает, основываясь на её же словах. Но неужели его чёртова эмпатия не работает прямо сейчас⁈ Неужели он не понимает, что она сейчас задохнётся от грёбанного возмущения⁈

– Всё в порядке? Ты покраснела.

– Я… – Ева прокашлялась. – Да. Хорошо. Будем друзьями.

Ну и идиотка. Ты же хочешь его!

– Судя по твоему лицу, ты не особо довольна, – подметил Яр.

– Я… просто мне не нравится, что ты в первую очередь подумал обо мне. Я уже говорила, что тебе стоит почаще о себе думать.

«Надеюсь, поверит», – подумала Ева, понимая, что сейчас её уши заливаются краской.

Яр, как будто читая мысли, глянул на её голову. И на уши, тщательно скрытые распущенным каре.

– Боюсь, думая о себе, я нарушу хрупкую дружбу между нами. В первую очередь, я дорожу тем, что ты открыта со мной. И не ледышка.

Он снова взял её ладони в свои. Опять заглянул в самую душу, тепло улыбаясь. Ева вздохнула.

– Давай что-нибудь из классики.

– «Один дома», «Унесённые ветром», «Бойцовский клуб»? – Яр явно был не в восторге от слова «классика» и пытался разгадать его смысл. – «Стражи Галактики»?

– Ни за что! – Наверное, она возразила слишком громко… Но точно не боевик!

– А что тогда?

– «Один плюс один».

– Не слышал о таком.

– Тогда решено, – Ева была уверена в своём желании пересмотреть одну из любимых картин.

– Как скажешь.

Вскоре приехала доставка. Ярослав поставил пакет прямо на кровать перед носом Евы и направился к столу. По пути приказал Киселю оставаться на полу, пригрозив тапкой. Отодвинул своё кресло в сторону, чтобы монитор было хорошо видно, и включил компьютер. Ещё несколько минут он блуждал по интернету в поисках сайта, который покажет фильм в нормальном качестве, сопровождая экспедицию красочными ругательствами, пока Эвелина доставала невероятно пахнущие упаковки, открывала их, ставила на откинутые крышки соусы и выкладывала палки.

Возможно, сейчас она была счастлива, наконец разобравшись в их взаимоотношениях. Когда есть границы, их легче соблюдать. Ну и роллы.

Наконец он сел рядом с Евой, запустив фильм. Части ужина уже не было.

– Уже жуёшь? – он вскрыл свои палочки.

– М-м-м? – промычала с набитым ртом. Она так давно не ела роллов! А эти запечённые – просто манна небесная! Горный, увидев её лицо, рассмеялся.

– Приятного аппетита!

Ярослав увлёкся просмотром, чем Эвелина с удовольствием воспользовалась, поскорее съедая самые вкусные кусочки (все из «самых вкусных» были запечённые). А когда он глянул вниз – разразилась война. Еве пришлось отбивать своих любимцев палочками и пользоваться грязными приёмами, например: «Яр, там смешная шутка!» Когда он на миг отвлёкся, то Эвелина отобрала у него палки. К сожалению, его это не остановило, ведь есть можно и руками…

Спустя сет вкуснейших роллов они смогли полностью погрузиться в фильм. Девушка поняла, что ей этого не хватало.

Он наклонился к её уху:

– Тебе холодно? – без спросу он вдруг коснулся ладонью её носа. – Нос холодный. Накрыть тебя?

– Мне не холодно, – ответила Ева, повернув к нему голову. Их взгляды зацепились друг за друга, заставляя их обоих на несколько мгновений выпасть из реальности: звуки фильма ушли на второй план, всё внимание было приковано к душам, таким хрупким и взволнованным.

Поцеловать. Ей надо поцеловать его. Сейчас. Срочно. Ева разомкнула губы. «Просто друзья!» – вспомнился уговор, звучащий как проклятие.

Тогда почему же он смотрит так, что голова начинает кружиться, а тело не слушаться разума? Они не могут переспать снова!

А почему нет?.. «Потому что у вас едва началась дружба, идиотка!» Обидно. Зачем она вообще сказала ему, что не хочет отношений?..

Ева тяжело задышала.

«Нет, я должна. Ради мечты. Ради себя. Моя цель – учёба. Не любовь. Не отношения. Мне это не нужно. Мне это не…»

Яр наклонился к ней ближе и спустя секунду крепко обнял.

– Ты очень холодная, – произнёс он, прижимая Еву к себе.

Так они и сидели до конца фильма, в обнимку. Эвелине было тепло, и в последние двадцать минут она начала засыпать, в ответ обхватывая его руками и утыкаясь носом в его шею.

– Чёрт, – выругался Ярослав, подхватывая её на руки.

– Яр! – смущённо взвизгнула Ева, сталкиваясь с ним носами.

– Тише, а то концовку пропустим, – прошептал, сверля её помутневшим взглядом, и отвернулся.

А Звёздная, хоть и пыталась себя заставить, не слезла. Так было ещё теплее.

Глава 20

Глава 20

– Ев? – что-то ласково гладило её по щеке.

Ева зарылась носом глубже в кудрявые локоны и промычала что-то сквозь сон.

Стоять.

Сквозь сон? Она, что, уснула у него на руках⁈

Эвелину словно окатило холодной водой. Она выпрямила спину и спустя миг слезла с колен Горного.

– П-п-прости! – покраснела с ног до головы. Было такое чувство, что даже корни волос окрасились в красный.

– Всё в порядке, – Яр улыбнулся только губами.

За окном успело потемнеть. Сколько же сейчас? Ева нашла свой мобильный на одеяле и глянула на время. Почти семь. С ума сойти! На экране блокировки показывалось уведомление от Алисы.

Ева развернула мессенджер.

Алиса: «Ну ты как? Всё окей?»

– Алиса спрашивает, как всё прошло, – Эвелина нервно хмыкнула. Напечатала ответ: «Завтра расскажу».

– Скажи, что фильм классный, только ноги, кажется, можно ампутировать, – пошутил Ярослав, за что немедленно получил подушкой по голове.

– Ты сам меня на колени усадил! – Ева снова покраснела. Ну куда сильнее? – Я тебя об этом не просила!

– Зато как сладко ты на них спала, – он лукаво улыбнулся.

– Ты извращенец! – Ева демонстративно отвернулась, сложив руки на груди.

– То есть я – извращенец, а Федотов – педагог? – изумился парень.

Ева снова стукнула его подушкой.

– Эвелина, если ты сделаешь это снова, то мне придётся тебя проучить, – Яр погрозил ей пальцем.

– Извращенец!

– Я просто… – он шумно вздохнул. – Как скажешь.

Ева бросила злосчастное оружие на кровать и с чувством плюхнулась на него лицом. Спустя пару мгновений по её спине прошёлся Кисель.

– Дурень, у тебя совесть вообще есть? – захохотал Горный.

– Яблоко от яблони, – заявила Ева, подняв голову. – Ни у кого из вас двоих её нет.

– Твои слова ранят меня в самое сердце, – он показательно сжал футболку на груди.

– Какой чувствительный! – она закатила глаза, улыбаясь.

И такой успокаивающий… Его улыбки и шутки заставляли Еву греться изнутри и забывать о проблемах. Особенно сейчас. Особенно в те дни, когда было больнее всего вспоминать прошлое. Эвелина почувствовала, как сердце у неё сжалось, а затем затрепетало. Она уже смирилась, что пропала. Но она ведь не просто «пропала», она, кажется…

– Метель началась, – Яр перебил её мысли.

Ева повернула голову влево. И правда. Они синхронно встали с кровати и подошли к окну. Воздух покрыло пеленой снега, и всё за плотным стеклом стало белым.

– Может, ещё чаю? – предложил Ярослав.

– Да… – Ева продолжала смотреть на улицу. – Давай.

Они, словно дети, не отлипали от подоконника несколько долгих минут, а затем занялись чаем.

Ева устроилась в кресле одногруппника с кружкой в руке и сделала глоток. Снова в мыслях появилась бабушка. Эвелина так давно не ездила к ней в гости. Не гладила её кошку, не помогала накрыть на стол, не ела домашнюю еду… У мамы никогда не было времени готовить. А Ева… не любила это.

– Слушай, – вкрадчиво начал Яр, смотря Эвелине куда-то на кончик носа. – А что там у Алисы с этими двумя стряслось в итоге?

– Оу, – Ева совсем забыла, что Ярослав до сих пор был не в курсе. И кратко рассказала то, что знала сама.

– Ого, – сказал он, когда рассказал закончился. – Ну и ну. Я слышал как-то в раздевалке, что Егор расстался с девушкой, когда начал общаться с Лисой.

– Что⁉ – Ева чуть не захлебнулась. Отставила чашку на компьютерный стол.

– Да, – Яр кивнул, его взгляд блестел от обсуждения сплетни. – Он бросил её по переписке, но оправдался тем, что просто разлюбил. И я сейчас подумал, что это очень подходит по времени на начало их с Алисой секса по дружбе.

– Какой кошмар, – это было ужасно, но Ева отчего-то не могла унять улыбку. – Получается, она его увела, сама того не зная.

– Да. И просто использовала.

– Лучше не говори ей об этом. Алисе и так плохо оттого, что Ник с Егором поругались.

– Кстати, насчёт увести кого-то, – начал Яр, но вдруг захлопнул рот, ударив по губам ладонью. Его глаза округлились от нескрываемого ужаса.

– Что ты хотел сказать?.. – Эвелина прищурилась. Ярослав ляпнул что-то, не подумав? С ума сойти! Это должно быть что-то явно тревожащее его.

– Забудь, – он сделал глоток чая, и кружку от лица не убрал.

– Нет, – строго сказала Ева. Что он хотел сказать? – В чём дело?

– Правда, это не стоит внимания, – кружка оказалась рядом с Евиной.

– От того, что ты так говоришь, я делаю вывод, что очень даже стоит! – завелась она от вспыхнувшего любопытства. Его взгляд предупреждал об опасности. О том, что тема не из приятных.

– Тебе не понравится этот вопрос, – подтвердил он её мысли.

– Тогда тем более говори, – выпалила она.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

Она была совершенно не уверена. Но зажглась любопытством и сгорала им до обморока.

– Хорошо. Недавно я столкнулся на улице с Настей. И она в порыве очередной злости сказала, что…

Что сказала? Ева совершенно не понимала, к чему ведёт Яр, хотя он смотрел так, будто ждал, что она закончит предложение за него.

– Э-э-э… Ты точно хочешь услышать? – вновь засомневался он, видимо понимая, что Ева не продолжит.

– Да, – со всей серьёзностью заявила Ева.

– Сказала, что ты увела у неё Диму.

Сначала Ева не поверила в услышанное. Затем рассмеялась. А потом вдруг помрачнела.

– Это неправда. Я его не уводила. Ну или не знала об этом…

В голове пролетели сотни воспоминаний, заворачивая вокруг Евы смерч из всего, что происходило пять лет назад: Ева, Настя, Дима и ещё несколько парней год были в одной компании. Гуляли, пили, веселились. И Настя была не особо рада тому, что Ева и Дима начали встречаться. Не может ли это значить, что бывшая подруга была неравнодушна к Диме? Нет. Почему тогда на факт его смерти отреагировала так спокойно?

– Надеюсь, что я не уводила его. Во всяком случае, Настя не говорила, что они вместе. Или что он ей нравится…

– Мне она сказала, что они встречались.

– Настя не могла встречаться с ним тайно от меня, – пробормотала Ева. – Это странно, мы были лучшими подругами.

– Ну, значит, она соврала, – подытожил Ярослав и выдохнул. Неужели он выдохнул облегчённо?

– Ты верил ей⁈

– Я… Я не знал, верить или нет. Мне казалось, что ты мягкая, раненная, нежная и неспособна на плохие поступки. Ровно до твоих слов в машине. И я стал сомневаться буквально во всём, что думал о тебе. Однако сегодня… Я опять запутался. Не могу найти причины, по которым нуждающаяся в тепле девушка пойдёт на использование кого-то.

Эвелина не знала, что ему ответить. Она шокировано хлопала глазами, не понимая, что он от неё ждёт. Ева даже и не представляла, что Яр будет так много думать о том, кто Ева. Ведь даже Ева не вполне понимала себя. Особенно сейчас, когда вдруг почти всерьёз осознала, что влюблена в него по уши.

– Возможно, ты и сама не понимаешь, почему это случилось, – сказал он. – Или ты переспала со мной, думая, что я нравлюсь тебе, а потом оказалось, что это не так, и решила оградить себя от меня… В общем, я ещё думаю над этим и не требую, чтобы ты объяснялась передо мной. Просто сейчас я осознаю, что ты всё же та, за кого я тебя принял изначально. И от этого мне легче. И то, что сказала Настя… Забудь. Это не так важно. Сейчас это не имеет значения для меня. Мне важно, чтобы мы доверяли друг другу. Хорошо?

Ева кивнула, переваривая услышанное. Она заглянула ему в глаза, встречаясь со светло-голубой радужкой и впитывая его переживания. И она вдруг подумала, что ей очень нужно сказать ему что-нибудь хорошее.

– Знаешь, – её голос дрогнул от смущения, – я так восхищаюсь тобой.

– А? – Яр выпрямил спину и снова посмотрел на неё так, будто она только что произнесла какую-то нелепицу.

– Я имею в виду, что ты невероятен. И я очень рада, что узнала тебя получше.

Вскоре они сменили тему. Говорили о детстве, дачах, бабушках и дедушках. О тёплом и приближающемся лете, о запахе леса, о вредных комарах. О том, что такое – дышать природой.

Ева вернулась домой в десять вечера. И по пути, когда Ярослав отвозил её на машине, она вновь вспомнила то, что сказала ему Настя. Затем припомнила, что бывшая подруга безжалостно растрепала о смерти Димы, и разозлилась. Она понимала, что уже давно зла на неё. И хочет высказаться. Последние пару дней произвели на неё небывалое впечатление, Ева чувствовала себя совсем другой Евой. Не то, что пришла к Ярославу домой с тетрадками. И этой, новой Еве, хотелось говорить.

Она попрощалась с Яром, забежала домой, поздоровалась с родителями, сказала, что с ней всё в порядке и она не голодна и закрылась в своей комнате. Она долго думала, какое сообщение должно стать первым, печатала и стирала, печатала, стирала. И, наконец, в пустой переписке появилось следующее:

Ева

: «Привет! Как ты могла рассказать ему?»

* * *

Был поздний вечер, когда телефон Насти завибрировал от уведомления. Она, только что пожелав Илье, тому самому красавчику-клиенту, сладких снов, выключила свой айфон и поставила его на зарядку. Но, увидев на часах тот самый никнейм, подскочила, как ужаленная.

Уставилась на сообщение, отправленное некогда подругой через плашку уведомления и не могла поверить в то, что Ева действительно ей написала. Спустя почти две недели после того, как Слава её бросил!

Воздуха стало не хватать. Захотелось курить. А она всё смотрела на него и смотрела. Всё перечитывала. Конечно, она ожидала, что Ева появится. Это было определённо в стиле старой Евы. В стиле Ли. Бойкой, не терпящей унижения, всегда готовой постоять за себя и близких.

И теперь она против Насти. Её передёрнуло.

«Удалить сообщение? Заблокировать её? Что же ей ответить? Извиниться?» Съязвить. В это мгновение, переполненное тревогой и болью, колкий ответ показался Насте лучшим вариантом. «Она бросила меня. Забыла меня. Она заставила Славу бросить меня. Я ничего ей не должна».

Не думая, она напечатала сообщение и сразу же нажала на «отправить». Перечитала то, что вышло:

Настя

: «А что, твой дружок узнал о тебе правду и смылся?»

Захотелось добавить: «Так тебе и надо», – но отчего-то Котова передумала. Теперь она тупо глядела не на одно, а на целых два сообщения. Глупых. Злых.

«Так тебе и надо», – повторилось у неё в голове.

Настя тяжело вздохнула, выключила телефон, бросила его на кровать. Она редко прибегала к «тяжёлой артиллерии», но сегодня ей было это нужно: она подошла к столу, выдвинула нижний ящик и выудила оттуда пачку сигарет и запасную зажигалку. Подожгла один конец прямо здесь, в спальне, держа губами другой, и затянулась. Почувствовав лёгкое головокружение, она улыбнулась кончиками губ. Да, так лучше. Так спокойнее.

Настя облокотилась о стол, выпуская изо рта дым.

Надо бы, по-хорошему, хотя бы открыть окно, чтобы запах не оставался надолго, но ей было плевать. Сейчас существовала только она и тлеющая тонкая сигарета.

Настя бросала. Долго, упорно и безрезультатно. Хотя последние дней десять она почти не курила. Всё из-за Ильи. Он нежданно ворвался в её жизнь, изменил её реальность за считанные дни. Вот она страдала от потери Ярослава, а на другие сутки мысли мерцали совсем в другую сторону, и на сердце вспышки были отнюдь не из-за соседа. Сейчас их невинный флирт понемногу достигал апогея. Ещё немного, и Настя совсем потеряет голову.

В этом парне сошлись все её мечты: высокий, симпатичный, с большим заработком, сепарированный от родителей, шутник. Она привязывалась к нему стремительно. Уже не хотелось думать о мести за Славу. Хотелось просто жить. И наслаждаться, утопая в новых чувствах. Просыпаться и засыпать с мыслями об Илье, хотя лучше с Ильёй. Но это потом, это впереди.

Но это сообщение… Она запрещала себе курить дома, однако сейчас было просто необходимо.

Свидание с никотином оборвало новое жужжание уведомления. И ещё одно. Настя подошла к кровати, не хотя щекотать нервы часами, и открыла диалог.

Ли

: «Это не имеет значения.»

Ли

: «Зачем ты это сделала?»

Настя судорожно вдохнула сквозь сигарету. Мозг напрягся, придумывая ответ. В голову ничего не лезло, кроме «Извини». Но извиняться она не собиралась. Ещё чего! Сама виновата! Нечего было уводить Славу!

Настя

: «Затем, что плохо воровать чужих парней».

Ева ответила стремительно.

Ли

: «Кстати об этом! Что за чушь? Никого я у тебя не воровала. И Диму тем более».

Да, это была безбожная ложь. Насте никогда не нравился Дима. Но сейчас её порадовало, что Ева взбесилась по этому поводу. Значит, это внесло семя раздора в их с Ярославом счастье. Только вот… Почему она пишет только сейчас? Почему не взорвалась сразу? Неужели Слава смолчал?Или они поругались, и Эвелина так вымещает злобу?

Настя хихикнула, снова затягиваясь.

Настя

: «Ну насчёт Димы ничего не могу сказать, это было так давно! А вот Славу ты у меня увела».

Ли

: «Вы даже не встречались! У вас был только секс».

Ли

: «Он сделал это для твоего же блага».

Настя

: «Ты попросила его это сделать. И он тебя послушал. Из-за тебя он не дал мне шанса!»

Ли

: «Я просто хотела защитить тебя.»

Настя

: «Я тебя об этом не просила!»

Настя: «Мы вообще с тобой не подруги!»

Настя: «Нашлась Мать-Тереза!»

Она хотела добавить: «Себя лучше защищай!», – но не успела допечатать. Новое сообщение от Евы звучало так:

Ли

: «Я знаю. Я тебя тоже не просила рассказывать ему о Диме. Но ты это сделала. Хотя ты знала, что я не делюсь ни с кем своей жизнью. Ты поступила так назло мне. Хотела усложнить мне жизнь.»

Настя

: «И у меня получилось, раз ты написала мне в личку.»

Ли

: «К твоему сожалению, нет.»

Настя

: «И что тогда тебе от меня надо?»

Настя бросила телефон. Отключила его. Всё. В задницу. Завтра прочитает. А вообще, стоило бы добавить её в сраный «Чёрный Список»!

Следующее утро Насти началось с просмотра одного-единственного сообщения от бывшей подруги по пути на работу.

Ли

: «Я хочу, чтобы ты извинилась. Ты нарушила мою конфиденциальность. Я злюсь.»

Что ж, клоунада продолжается.

Настя

: «Мало ли чего ты хочешь. Я вот хотела, чтобы Ярослав был со мной, хотя бы как друг».

Отправив это сообщение, Настя вдруг поняла, что не так уж Ярослав ей и нужен. Потому начала печатать от всего сердца то, что не сломило даже следующее сообщение от Евы:

Ли

: «Мне очень жаль, но останься вы друзьями тогда – тебе было бы больнее потом».

Настя, перечитав, отправила.

Настя

: «Хотя знаешь, Слава уже мне не нужен. Я нашла лучше. И с превеликой радостью отдаю его тебе. Делай с ним, что твоей душе угодно.»

Вернулась к сказанному Эвелиной. Котова понимала, что, возможно, если бы Ярослав начал встречаться с Евой, оставаясь другом Насти, она бы учинила огромный скандал. Это было бы самым большим и жестоким предательством. Ведь Настя долгое время была совсем одна, и Слава стал первым спустя несколько лет, кто захотел быть ей другом. Таким, который всегда поддержит и выслушает. Не бесконечно болтающим только о своих проблемах, как привычно в женской дружбе.

Она снова укололась этим чувством потери. Сердце больно сжалось от мысли, что у неё больше нет такого друга. И она так глупо потеряла его, даже не борясь.

Пришло новое сообщение, но у Насти совсем не было желания его читать.

Ли

: «Что ж, я рада, что ты не переживаешь».

Ли

: «Я бы хотела удостовериться, что ты больше не станешь врать ему про меня».

Настя

: «А что такое? Боишься, что он тебя бросит?»

Ли

: «Нет, просто это слишком низко для тебя».

Эвелина не ответила, вместе они или нет. Она явно увернулась от ответа. Но Настя хотела убедиться в том, что Ева именно что увела Ярослава у неё. Она не знала, зачем ей это. Просто слышала вчера их голоса, когда возвращалась домой. Он опять держал окно открытым. Как вообще в такую холодину можно держать окно открытым⁈

Настя

: «То есть вы встречаетесь?»

Да, она спросила напрямую. А почему нет? Узнай, что да, станет ли Насте больно? Возможно, именно это она и хотела узнать.

Ли

: «Мы просто друзья.»

Точка в конце. Она явно врёт!

Настя: «Это смешно. Вы трахаетесь».

Ева долго ничего не отвечала. Настолько долго, что Настя успела добраться до работы и переодеться. Глянув на до сих пор непрочитанное сообщение, Настя взъелась, сама не понимая отчего, и написала ещё пару сообщений.

Настя

: «Ты не дождёшься от меня ничего».

Настя

: «Ты уже давно мне не подруга».

Пару нажатий на экран, и бывшая подруга оказалась в «Чёрном Списке». Началась смена.