Текст книги "Истинная для врага Дракона (СИ)"

Автор книги: Милана Вейр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 15

Глава 15

Король изо всех сил старался втянуть меня в разговор и, кажется, пустил в ход все свое обаяние.

С горечью я думала о том, как раньше замирала от одного его умения заинтересовать собеседника. На балах, стоя где-нибудь позади тех, кто входил в близкий круг Адриана, я часто удивлялась, как легко он захватывает внимание окружающих. С ним разговор становился живым, легким, почти праздничным. Его всегда окружали люди: не только придворные гуляки, но и поэты, писатели, художники, философы.

Адриан умел найти общий язык с каждым.

И вот теперь, сама того не желая, я оказалась втянута в оживленную беседу. К ней присоединился и Кайран, а я вдруг поймала себя на неприятной мысли: несмотря на ненависть к королю, мне нравится с ним говорить.

Впервые я была не за чьей-то спиной, а рядом с ним, в центре его внимания. И это чувство мне нравилось, как бы яростно я ни пыталась убедить себя в обратном.

Я вспомнила книги, которые когда-то читала только потому, что слышала: они нравятся Адриану. Теперь у меня появилась возможность поделиться впечатлениями. И он слушал с таким неподдельным интересом, что мне хотелось говорить еще и еще.

Странное наваждение рассеялось, когда неподалеку раздался грубый голос одного из воинов:

– Пошла прочь, побирушка!

Я вздрогнула и оглянулась.

Лиора, почти не участвовавшая в разговоре и украдкой смотревшая на Кайрана, указала в сторону:

– Какая-то нищенка просит еды.

Кайран и Адриан тоже повернули головы.

Неподалеку разворачивалась отвратительная сцена.

Совсем молодая женщина, не старше тридцати, в грязном платье и с растрепанными волосами стояла перед солдатами и что-то жалобно им говорила. Через плечо у нее был перекинут узел с младенцем. Лица ребенка не было видно – только неясные очертания под грязной тканью. Малыш не подавал ни звука.

– Пожалуйста, дайте хоть что-нибудь. Я три дня не ела, – повторяла женщина, обводя мужчин мутными глазами.

Вид у нее был настолько измученный, что смотреть становилось больно.

Один из солдат выругался и попытался прогнать ее. Тогда она упала на колени.

– Я заплачу чем угодно… только дайте еды. Умоляю!

– Да на тебя смотреть тошно, – бросил солдат и отвернулся.

Зато другой – коренастый, с тяжелым лицом – мерзко ухмыльнулся.

– Ладно. Пошли к кустам.

– Нет, этого я не вынесу, – вырвалось у меня.

Я посмотрела на Адриана и Кайрана.

– Почему мы не можем дать ей еды?

– Она все равно обречена, – равнодушно ответил Адриан. – Днем раньше, днем позже. Если раздавать припасы каждому встречному нищему, мы далеко не уедем.

Вспомнив, сколько просителей мы встретили в пути, трудно было не понять его логику.

Постоянные стычки между повстанцами и королевскими войсками, карательные рейды, грабительские шайки, набеги оборотней, воспользовавшихся смутой, – все это оставляло после себя людей без дома, еды и надежды.

Но вид этой несчастной голодной женщины с ребенком на руках задел меня за живое.

– Тогда я поделюсь с ней своей порцией.

Я вскочила, схватила со скатерти хлеб и сыр.

– Эй, подождите! – крикнула женщине, которая уже готова была идти за солдатом.

– Позвольте мне, – мягко сказал Кайран и перехватил мою руку.

Он взял еду и направился к нищенке.

Я перевела взгляд на Адриана. Он хмурился, но не возражал.

Когда Кайран был уже в нескольких шагах от женщины, перед моими глазами все поплыло.

Дар вспыхнул неожиданно.

Я увидела ее ауру: мутную, рваную, испещренную черными пятнами. Они пульсировали, росли, расползались, будто болезнь прогрызала ее изнутри. Я уже видела такое однажды – в обители, когда один из служителей заболел и его пришлось изолировать.

– Лорд Тангрид, стойте! Не приближайтесь! – закричала я. – Вы все, отойдите от нее!

Собственный голос дрожал от волнения, но я продолжала:

– Она заражена сухим мором!

Кайран замер. Сначала посмотрел на меня, потом на женщину.

А та вдруг рассмеялась. Безумно. Злобно.

Прежде чем кто-то успел ее остановить, она сорвала с груди узел с телом младенца и бросилась на Кайрана.

Он едва успел отскочить.

Женщина снова кинулась на него с диким визгом. Я услышала пронзительный крик Лиоры, в ужасе наблюдавшей за опасностью, угрожавшей человеку, которого она любила.

Солдаты повскакивали с мест, обнажая мечи.

Кайран тоже выхватил клинок.

Но женщина замерла сама, едва не наткнувшись на острие, и с ненавистью уставилась на него.

– Это все ты виноват! – закричала она. – Проклятые королевские псы! Ты убил моего мужа три года назад. А теперь из-за вас я снова потеряла все. Дом. Семью. Ребенка. Если заберу тебя с собой на тот свет, меня встретят там с радостью!

У меня помутилось в голове, когда я поняла, о чем она.

В поселения, поддерживавшие повстанцев, приходили карательные отряды короля. Скорее всего, ее дом сожгли в наказание. Боги-драконы знают, что эта женщина пережила, прежде чем в довершение всех бед заразилась сухим мором.

Неудивительно, что ее разум помутился.

И пусть она едва не подвергла Кайрана смертельной опасности, я испытывала к ней только жалость.

Эта несчастная словно олицетворяла мою землю: изувеченную и больную. Бьющуюся в агонии, но все еще сопротивляющуюся.

Наверное, похожие мысли бродили и в голове Кайрана. Он стоял неподвижно, хотя мог одним движением покончить с ней.

Но солдаты его колебаний не разделяли. Они медленно смыкали кольцо, держа мечи наготове.

– Прикончить эту бешеную, и делу конец! – выкрикнул тот самый солдат, что собирался воспользоваться ее отчаянием и только теперь понял, чего избежал.

– Пожалуйста, остановите их, – выдохнула я, глядя на Адриана.

Он пристально посмотрел на меня.

Потом пожал плечами:

– Хорошо. Не трогать ее.

На негнущихся ногах я двинулась к женщине, словно меня тянула неведомая сила.

Что-то внутри подсказывало: я могу ей помочь.

Может, я не спасу всех, кто нуждается. Но ее – смогу.

Я шла как в тумане. Звуки и очертания реального мира отступили. Остались только вспышки ауры, смутные силуэты людей, черные пятна болезни, пульсирующие вокруг женщины.

Кажется, Адриан окликнул меня, но я не разобрала слов. Я продолжала приближаться. Женщина настороженно следила за мной. Приступ безумия схлынул, и теперь она напоминала загнанного зверя, который уже не верит ни в жалость, ни в спасение.

Я смотрела на черные пятна в ее ауре и представляла, как они исчезают. Как будто зашивала прорехи на ткани, делая ее снова цельной. Пот выступил на лбу от напряжения.

Влиять на эмоции – одно. Пытаться исцелить телесный недуг – совсем другое. Я не знала, смогу ли. Но знала: должна попробовать.

С тихим, едва слышным шипением чернота начала отступать. На ее месте вспыхнули зеленые искры. Женщина вздрогнула всем телом и завороженно посмотрела на меня. Я поняла: она чувствует, что с ней что-то происходит, даже если не понимает что.

Кто-то грубо схватил меня за руку, когда я была уже в двух шагах от нее.

Ощущение нереальности исчезло. Я успела заметить, как зеленые вспышки в ауре женщины сами продолжают бороться с чернотой, – и видение оборвалось. Вернулся привычный мир. Я резко обернулась и увидела недовольное лицо Адриана.

– Вы вообще понимаете, что делаете? – прошипел он. – Нельзя приближаться к зараженным сухим мором.

Я уже хотела выпалить, что драконья кровь защищает меня от болезни, но вовремя прикусила язык, поймав предостерегающий взгляд Кайрана.

– Зачем вы подошли к ней? – спросил Адриан.

– Хотела дать еды, – солгала я, пытаясь вырваться из его хватки. – К тому же я уже болела сухим мором и теперь не могу заразиться. Отпустите. Мне больно.

Адриан с явной неохотой разжал пальцы, но не отошел.

Он велел одному из солдат дать женщине еды. Ей бросили хлеб, мясо и сыр. Она настороженно смотрела на нас, явно не понимая, где ловушка.

Игнорируя недовольный взгляд Адриана, я все же подошла ближе и тихо сказала:

– Когда-нибудь все изменится, слышите? Те, кто виноват в ваших несчастьях, получат по заслугам.

– Для меня это уже не важно.

Женщина криво усмехнулась и болезненно посмотрела на тело ребенка, лежавшее поодаль.

– Это все, что у меня осталось. А я умру, так и не забрав с собой ни одного из этих палачей.

Она плюнула в сторону солдат.

Некоторые отшатнулись, и женщина насмешливо рассмеялась.

– Вы не умрете, – тихо, почти шепотом сказала я, приблизившись настолько, чтобы слышала только она. – Я обещаю. У вас будет шанс начать сначала. Как и у всей Земли Льда.

Женщина некоторое время молча смотрела на меня.

Потом криво улыбнулась и кивнула.

– Не знаю почему, но я вам верю.

Она подняла с земли еду и тело ребенка. Потом ушла, не оглядываясь. На миг ко мне вернулось особое видение. Я увидела, что вокруг нее больше нет черноты. Болезнь отступила. Не знаю, много ли значит одна спасенная жизнь в масштабе всего мира, но на душе стало легче.

Глава 16

Глава 16

– Откуда вы узнали, что та женщина заражена, леди Велея? – голос Адриана, прозвучавший за спиной, хлестнул, как кнут.

Я обернулась и заставила себя посмотреть ему прямо в глаза.

Это далось нелегко, но я выдержала его взгляд. Даже нашла в себе силы ответить спокойно:

– Я заметила признаки болезни. Ведь я уже переболела сухим мором, как вам известно.

– Допустим, – он прищурился. – Но почему мне кажется, что вы недоговариваете?

– Не знаю, почему вы так думаете, ваше величество, – ответила я с подчеркнутой почтительностью и перевела взгляд на Лиору. – Нам не пора отправляться?

Никто не возразил. Вскоре мы покинули место привала.

В карете Лиора долго молчала. Сидела напротив, сцепив пальцы на коленях, и время от времени бросала на меня тревожные взгляды. Наконец осторожно спросила:

– Что на самом деле произошло, Астерия? Когда ты подошла к той женщине, ты выглядела странно. Словно была не здесь. И все вокруг будто оцепенели. Только король успел отреагировать.

– Мой дар, – я устало откинулась на спинку сиденья.

Только теперь почувствовала, как сильно вымоталась.

– Кажется, он развивается.

– Ты говорила, что иногда видишь чужие эмоции. Так ты поняла, что она хочет навредить Кайрану?

– Не совсем.

Я замялась.

Потом все же решилась произнести вслух то, что сама еще не до конца осознала:

– Теперь я вижу больше, чем эмоции. Физическое состояние тоже. У той женщины в ауре были черные пятна. Они росли. И я… смогла их убрать.

Глаза Лиоры расширились.

– Ты хочешь сказать… ты ее вылечила?

– Я не уверена до конца. Но когда она ушла, черноты больше не было.

Подруга помолчала, обдумывая услышанное. Потом сказала с тревогой:

– Тебе нужно быть осторожнее, Астерия. Если кто-то из людей короля или он сам узнает о твоих способностях…

– Знаю.

Я потерла пульсирующие виски.

– Постараюсь больше не рисковать. Но тогда я не могла не попытаться.

– Я понимаю.

Лиора ободряюще улыбнулась и накрыла мою руку своей.

– Хотя за то, что эта женщина чуть не сделала с Кайраном, я бы ее не пожалела.

Я только покачала головой.

– К слову об осторожности, – добавила я с легкой усмешкой, – если ты будешь и дальше так смотреть на лорда Тангрида, Адриан тоже может что-то заподозрить.

Щеки Лиоры вспыхнули.

– Так заметно?

– Ты весь обед пожирала его глазами.

– К счастью, король смотрел только на тебя, – парировала Лиора с лукавством. – Так что почти ничего не заметил. И я этому только рада.

– Он все еще тебя пугает? – спросила я с сочувствием. – Сегодня он вел себя вполне прилично.

– С тобой – возможно.

Я не нашлась, что ответить.

Меня снова кольнула вина. Лиоре приходилось терпеть то, что предназначалось мне. Не сомневаюсь: знай Адриан, кто я на самом деле, он вряд ли проявлял бы такую благосклонность. Для него Астерия – лишь орудие мести. Нежеланная жена. Напоминание о прошлом.

От этой мысли почему-то стало горько. И настроение окончательно испортилось.

Когда вечером мы снова остановились на привал, я решила не поддаваться ложному обаянию короля. У костра устроилась между Лиорой и Кайраном, подальше от Адриана.

Тот выглядел недовольным, но возражать не стал. Он несколько раз пытался втянуть меня в разговор, однако я отвечала коротко и сухо. Наконец, оборвав очередную фразу, он спросил прямо:

– С вами все хорошо, леди Велея?

Я заметила, как Кайран напрягся.

Но тут же взяла себя в руки.

– Да, ваше величество, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Днем вы были разговорчивее.

– Просто устала. Дорога изнурительна.

– Не думаю, что дело только в дороге, – прищурился Адриан. – Вы так впечатлились встречей с той нищенкой?

– Возможно.

Я подняла голову и встретила его взгляд. Накопившееся за день напряжение вдруг прорвалось.

– И мне кажется, вас, как правителя этой земли, тоже должно беспокоить жалкое состояние ее народа.

– Леди Велея… – предостерегающе начал Кайран.

Но Адриан раздраженно махнул рукой.

– Все хорошо. Я сам дал ей право говорить.

Он перевел все внимание на меня.

– Прежде чем навешивать на меня ярлык никчемного правителя, стоит посмотреть на ситуацию шире, милая леди. Народ Земли Льда до сих пор не желает признать меня своим королем, а это вынуждает прибегать к жестким мерам. Иначе экономика здесь уже начала бы восстанавливаться, как в исконных владениях Земли Огня. Но кучка упрямцев, считающих себя борцами за правое дело, предпочитает сеять смуту и разрушать то, что можно было бы собрать по кусочкам. Так почему бы не винить в бедах тех, кто вас так волнует, – повстанцев? Тех, кто придумал сказку о Тени Северицы и успешно дурит головы простым людям?

– Повстанцам не пришлось бы этого делать, если бы вы с самого начала не настроили людей против себя, уничтожая все на своем пути.

Я уже не могла сдерживаться.

Ненависть к этому человеку, разрушившему все, что я любила, захлестывала с головой.

– Как, по-вашему, они должны относиться к тому, кто убивал даже женщин и детей?

– Это война, леди Велея, – вмешался Кайран, пытаясь разрядить обстановку. – На войне случается разное.

– Мне жаль, что ярость настолько застилала мне глаза и я допустил подобное, – неожиданно глухо произнес Адриан.

Мы замерли.

Даже огонь в костре будто стал трещать тише.

Адриан смотрел на меня. Усталость на его лице вдруг показалась настоящей.

– Все, чего я хочу сейчас, – попытаться исправить то, что еще можно исправить. Вернуть мир этой земле. Сделать так, чтобы она снова могла жить и процветать в составе моей державы. И какими бы ни были мотивы мятежников, сейчас они оказывают местным жителям медвежью услугу. Женщина, которую мы встретили сегодня, – лучшее тому подтверждение.

Он поднялся.

– Не буду больше испытывать ваше терпение, леди. Дорога и правда изнурительна. Нам всем не помешает отдохнуть.

С этими словами он направился к своей палатке, оставив нас в недоумении.

Лиора первая нарушила тишину:

– В его словах что-то есть. По большому счету простым людям неважно, кто сидит на троне. Лишь бы их дома и семьи были в безопасности.

– Как ты можешь так говорить? – возмутилась я.

Хотя в глубине души понимала: она права.

Именно это злило сильнее всего.

Я не верила, что Адриан искренне раскаивается. Скорее, он просто пытается заслужить благосклонность Велеи. Мою благосклонность. Все его красивые слова не стоят ломаного гроша.

– А вы что думаете, лорд Тангрид? – робко спросила Лиора.

Щеки ее порозовели. Кажется, она сама удивилась собственной смелости.

– Есть вещи важнее сытости и благополучия, – черные глаза Кайрана вспыхнули мрачным огнем. – Иногда важнее собственной жизни. Иначе чем мы отличаемся от животных, заботящихся лишь о выживании и продолжении рода?

Больше он ничего не добавил. Да и не требовалось.

Его позиция была ясна: для Кайрана нет ничего важнее долга и дела, в которое он верит. Ради этого он пожертвует всем. Даже собой.

Я невольно пожалела Лиору.

Ей, кажется, так и не суждено занять первое место в сердце этого человека, даже если она сумела пробудить в нем чувства.

Той ночью я долго ворочалась в палатке, вспоминая слова Адриана.

Мысль о том, что он мог быть искренним, отзывалась тупой болью в висках. Месть и ярость действительно способны толкнуть на страшные поступки. Но может ли человек потом раскаяться? И если может – что тогда?

Главный вопрос был в другом.

Что можно простить, а что – нет?

И готова ли я когда-нибудь простить Адриана?

Назвав себя глупой рыбой, которая сама тянется к наживке, я попыталась отбросить мысли о короле и наконец уснуть.

Глава 17

Глава 17

На следующий день Адриан проснулся явно не в духе.

Он даже не смотрел в мою сторону и почти ни с кем не разговаривал. Почему меня это вообще интересовало, я не понимала. Но, сидя в карете, то и дело косилась на широкоплечего всадника, ехавшего во главе отряда.

Напряженного. Мрачного.

Солдаты чувствовали настроение короля и старались лишний раз не попадаться ему на глаза. Вели себя тише обычного, даже почти не переговаривались. Кайран несколько раз пытался заговорить с Адрианом, но тот отмахивался, не желая объяснять причину дурного настроения.

Впрочем, был и плюс: на привалах Адриан не приставал ко мне с разговорами и не пытался очаровать. Его близость, от которой меня по-прежнему бросало в дрожь, теперь переносилась легче.

Мы с Лиорой и Кайраном вели неторопливые беседы на нейтральные темы, изредка поглядывая на задумавшегося короля. О причинах его перемены можно было только гадать. В конце концов я решила не забивать себе голову.

Но к вечеру настроение Адриана так и не улучшилось. Ужин прошел в той же гнетущей тишине, и меня это начало тревожить.

Еще вчера он явно оказывал мне знаки внимания, прощал даже дерзости. Сегодня же между нами словно выросла стена. Я почти решилась спросить, что случилось, но в последний момент промолчала.

Закончив ужин, Адриан встал и мрачно посмотрел на Лиору.

– Сегодня вы будете спать в моей палатке, леди Астерия.

Подруга вздрогнула, словно ее ударили.

Хлеб выпал из ослабевших пальцев. Она беспомощно перевела взгляд с меня на Кайрана.

Лорд Тангрид отвернулся. По сжатым челюстям я поняла: он не остался равнодушен к намерению короля. Просто открыто возражать не станет.

– Простите, что вмешиваюсь… – начала я, чувствуя, как холодеют пальцы. – Леди Астерия еще не совсем здорова и…

Адриан повернулся ко мне так резко, что я вздрогнула. От его жесткого, давящего взгляда внутри все сжалось.

– Вы полагаете, что имеете право вмешиваться в то, что вас не касается, леди Велея? Вашему опекуну стоило бы лучше обучить вас правилам придворного этикета.

Эти слова обожгли, и сразу все расставили по местам.

Вот он какой. Вот настоящий Адриан. Как же я ошибалась, когда на миг решила, будто этот человек способен измениться. Для него важны только собственные желания. И он не потерпит, чтобы ему указывали.

Я ведь с самого начала знала, кто он такой. Так почему удивляюсь?

Наверное, потому что вчерашний день показался мне другим. Самое отвратительное – мне понравилось, как он со мной говорил. Как слушал. Как смотрел так, будто я действительно была важна.

Глупое самообольщение.

Король просто сменил тактику. А когда понял, что она не работает, перестал стараться.

– Извините… – прошептала я, обращаясь к Лиоре.

Девушка медленно поднялась.

Ссутулилась, будто стала меньше ростом, и, ни на кого не глядя, пошла за Адрианом к его палатке.

А я в этот момент почти задохнулась от ярости и горечи.

Слезы подступили к глазам, готовые пролиться. И не только от жалости к подруге.

Было что-то еще. Такое горькое, болезненное, постыдное.

Мысль о том, что Адриан сейчас прикоснется к чужому телу, что будет там, в нескольких шагах от меня, с той, кого считает своей женой, оказалась невыносимой.

Я знала о его многочисленных любовницах, но все это было далеко. Где-то при дворе, в слухах, в пересказах Кайрана, в моем воображении.

А теперь он собирался сделать это почти у меня на глазах. Наверное, это просто собственническое чувство. Ведь, несмотря ни на что, Адриан – мой законный муж.

Но попытки разобраться в себе только усугубляли боль. Внутренний протест и непонятная горечь выбивали из равновесия. Мне хотелось броситься туда, в палатку, где они остались вдвоем, и остановить это.

Слезы снова навернулись на глаза. Не выдержав, я поднялась и направилась к нашей с Лиорой палатке.

– Я пойду спать, – бросила Кайрану, чтобы не отвечать на лишние вопросы.

Он пожелал спокойной ночи, но я уже не могла ответить.

Слезы душили. Подойдя к палатке, я обернулась.

Кайран пристально смотрел в ту сторону, где скрылись Адриан и Лиора. Солдаты тоже не обращали на меня внимания.

И тогда, повинуясь неосознанному порыву, я свернула к деревьям.

Природа всегда действовала на меня успокаивающе. Пройдусь, остужу голову, приду в себя. Да и там меньше вероятности, что кто-то услышит мой плач.

Я углубилась в лес, почти не разбирая дороги, стараясь уйти подальше от людей.

Слезы уже катились по щекам. Я едва не спотыкалась о корни, цеплялась за ветки, но все равно шла вперед, пока между мной и стоянкой не осталось только темное дыхание леса.

Остановилась у небольшого озера. Его поверхность таинственно мерцала отражениями звезд.

Я подошла к воде и села прямо на берег, не заботясь о платье. Зачерпнула ладонями прохладную воду и плеснула в лицо. Потом еще раз. И еще. Пока кожа не онемела от холода, а слезы наконец не перестали литься.

Я старалась не думать о том, чем они были вызваны на самом деле.

Получалось плохо.

Сейчас Адриан должен быть с моей лучшей подругой. Все идет по плану. Он считает ее законной женой и ведет себя соответственно.

Я не думала, что будет так трудно это принять. А то, что он явно потерял ко мне интерес, пробудило во мне какой-то непонятный протест.

Я боялась признаться даже себе, что вчерашний день был одним из самых светлых за последние годы. Я чувствовала себя живой, купаясь в лучах его внимания. Говорила, спорила, злилась, смеялась почти по-настоящему.

Почему я такая дура? Почему чувствую это, продолжая его ненавидеть?

Шорох за спиной заставил меня очнуться. Ну что я наделала? Ушла в лес одна, даже ножа с собой не взяла.

Я вскочила и повернулась на звук, мысленно прикидывая, не поздно ли кричать. Вдруг мои спутники все же услышат, хоть я и ушла далеко. Крик застрял в горле. На берег вышел Адриан. Я застыла, глядя на него с открытым ртом.

Почему он здесь? Как нашел меня? Не успела я опомниться, как он бросился ко мне. Как хищник, наконец настигший добычу, которую искал весь день.

В его глазах, горевших золотом в темноте, не было ничего, кроме желания. Но это желание не было холодной прихотью победителя. Оно было слишком живым, слишком голодным, слишком отчаянным.

Будто он тоже долго сдерживался. Будто его привело сюда то же безумие крови, от которого я пыталась бежать.

Мир исчез.

Я задохнулась в его руках и ощутила вкус его губ – жестких, властных, обжигающих. Пальцы запутались в моих волосах, запрокинули голову, заставляя раскрыться навстречу поцелую.

Этот поцелуй был безумным. Неистовым. Почти злым.

Что-то во мне ответило с той же силой. Я не нашла в себе сил сопротивляться. Не потому, что не могла вырваться, а потому, что в тот миг и не хотела этого. Я не думала ни о Лиоре, ни о плане, ни о мести, ни о том, что должна ненавидеть этого человека каждой клеткой тела. Я могла думать только о том, что он здесь.

Со мной. Не с кем-то другим.

Со мной.

На миг мне показалось, что я сошла с ума. Или уснула на берегу озера, и все это лишь сон. Ведь Адриан должен быть сейчас с той, кого считает своей женой.

А если это сон… Можно позволить себе маленькую слабость.