Текст книги "Истинная для врага Дракона (СИ)"

Автор книги: Милана Вейр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

Глава 34

Глава 34

Я злилась на Адриана.

Даже не так.

Я была в ярости.

Как я вообще могла решить, что мне удастся приручить этого дикого зверя и заставить плясать под свою дудку? Моей наивности можно только позавидовать.

Внешне, конечно, он соблюдал все правила приличия. На публике не позволял себе ничего лишнего. Не касался меня без необходимости, не задерживал взгляд дольше, чем следовало, не выделял из остальных дам так откровенно, чтобы это нельзя было списать на обычную светскую любезность.

Но придворные не глупы.

Они все поняли уже на следующий день после бала, когда король пригласил сразу троих моих самых активных поклонников на тренировочный поединок.

К концу этой «тренировки» Радомир, Мирослав и Борислав едва выползли с импровизированной арены.

У Радомира была сломана рука.

У Мирослава – нога.

Борислав получил такое сотрясение, что пришел в себя только через несколько дней. Не говоря уже о синяках, рассеченных бровях и прочих отметинах королевского недовольства.

Никто не сомневался: Адриан вымещает на них злость.

Обычно он был куда снисходительнее к тем, кто выходил против него на тренировках. Мог ударить жестко, мог поставить на место, но не калечил без причины. А тут причина была понятна всем.

После этого всех моих поклонников будто ветром сдуло.

Мужчины обходили меня десятой дорогой. На балах я снова чувствовала себя невидимкой – только теперь не из-за прежней неприметности, а потому, что никто не хотел стать следующей жертвой королевской ревности.

Со мной общались только Лиора и фрейлины.

Адриан же, подлец, даже не подавал виду, что в чем-то виноват.

Наоборот, он вел себя безупречно.

Показательно.

Танцевал со мной не больше двух раз за вечер, говорил ровно, держался подчеркнуто вежливо, а в остальное время бесстыдно флиртовал с Раяной и другими дамами.

И прекрасно знал, что мне это неприятно.

Я видела это по коротким взглядам, которые он иногда бросал в мою сторону. Будто проверял, задело ли.

Задело.

Конечно, задело.

Это злило сильнее всего.

Оставалось только бессильно кипеть от того, что при дворе не нашлось ни одного смельчака, готового проявить ко мне внимание вопреки возможному недовольству короля.

Единственное хорошее за эти две недели – отношения Кайрана и Лиоры становились все крепче.

Тангрид часто проводил время с нами, и я находила предлоги оставить их наедине. То уводила фрейлин за лентами для новых платьев, то просила принести книги, то вспоминала о неотложных распоряжениях для дворецкого.

Лиора первое время краснела и пыталась меня остановить. Потом перестала.

Четыре дня назад она призналась мне с сияющим лицом, что между ними снова все случилось. Они больше не смогли сдерживать чувства.

И Кайран наконец дал понять, что она ему дорога.

Не признался в любви прямо – вот же чурбан! – но для Лиоры и этого оказалось достаточно. Подруга была на седьмом небе от счастья. Особенно после того, как Тангрид все-таки отвадил от себя Селесту Вейран. Не грубо, конечно. Не открыто. Но так ясно, что даже эта настырная особа поняла: продолжать бесполезно.

Я радовалась за Лиору. Правда радовалась. Но чем счастливее становилась подруга, тем сильнее меня раздирали противоречия.

С одной стороны, меня бесил произвол Адриана. Его самоуверенность. Его привычка решать за меня, что можно, а что нельзя. Его уверенность, что весь мир должен подчиняться его желаниям.

С другой стороны…

Ночи с ним были потрясающими. И это было самым унизительным признанием из всех возможных.

Мое тело настолько привыкло к нему, что буквально томилось в ожидании новой встречи. Стоило стемнеть, как внутри просыпалось тревожное, сладкое ожидание. Я ловила себя на том, что прислушиваюсь к шагам за потайной дверью, злюсь, если он задерживается, и ненавижу себя за облегчение, когда он наконец приходит.

Я воспринимала это как тревожный знак.

Особенно сейчас, когда Кайран тайно готовился к реализации нашего плана. Через доверенных людей он передавал распоряжения, восстанавливал связи с повстанцами, уточнял, кто из знати Земли Льда готов выступить в решающий момент. С каждым днем вокруг нас натягивалась невидимая сеть.

Я понимала: скоро придется действовать.

И не была уверена, хватит ли у меня духу.

Смогу ли я своими руками убить человека, на руках которого узнала настоящее удовольствие?

Человека, который то приводил меня в бешенство, то заставлял забывать обо всем на свете?

Который следил, чтобы я ни в чем не нуждалась, окружал вниманием, присылал лучшие ткани, книги, редкие фрукты, какие я любила в детстве. Который, сам того не понимая, все чаще делал именно то, что заставляло сердце предательски теплеть.

Даже Раяна не решалась открыто вредить мне, видя, как пристально король следит за моей безопасностью.

Я намеренно разжигала в себе гнев из-за разных мелочей. Вспоминала сломанные судьбы. Убитых. Отца. Брата. Разоренную Землю Льда. Первую брачную ночь. Каждое унижение.

Но возненавидеть Адриана настолько, чтобы снова желать ему смерти, не получалось.

Хуже того – иногда я ловила себя на чудовищном желании, чтобы случилось что-то, что вернет прежнюю ненависть.

Что-то, после чего рука уже не дрогнет.

Но не зря говорят: бойся своих желаний. Ничто не предвещало такого поворота. Именно поэтому он оказался особенно страшным.

Глава 35

Глава 35

В тот вечер во дворце снова давали бал.

Я собиралась провести его в привычном скучном созерцании чужих развлечений. Стоять рядом с Лиорой, следить, чтобы к ней не подобралась Раяна со своей стаей, перекидываться парой фраз с фрейлинами и делать вид, что мне безразлично, с кем танцует Адриан.

Получалось плохо, но я старалась.

В разгар торжества раздался громкий голос распорядителя, объявившего о прибытии нового гостя.

Имя заставило все взгляды обратиться ко входу.

Даже музыканты умолкли, поддавшись общему напряжению.

Адриан, что-то шептавший на ухо одной из придворных дам, замер и с удивлением посмотрел на вошедшего в зал.

Варлен Острогор, любимый, хоть и внебрачный, сын царицы Земли Заката Миреи Острогор.

Он почти никогда не покидал пределы своего государства. Возможно, считал, что только там может рассчитывать на должное уважение. Хотя вряд ли кто-то в здравом уме рискнул бы отнестись к нему без должного почтения.

И не только потому, что царица Мирея Острогор, фактически правившая единолично, перегрызла бы горло любому, кто посмел бы оскорбить ее сына.

Варлен считался одним из сильнейших воинов драконьих земель. Он участвовал во многих битвах и каждый раз выходил победителем. Превзойти его в силе мог, пожалуй, только Адриан.

К тому же он был безупречно красив.

Придворные дамы с жадным любопытством рассматривали роскошного красавца, появившегося на балу в традиционных закатных цветах своего рода. Его темно-красный камзол резко контрастировал со светлыми, почти седыми волосами, свободно падавшими на плечи.

Бледность придавала его лицу странную, почти болезненную изысканность. На этом фоне яркие, чувственные губы невольно притягивали взгляд. Но сильнее всего впечатляли глаза – темно-фиолетовые, похожие на драгоценные камни.

Ими можно было бы восхищаться как произведением искусства, если бы не холод.

Жестокий.

Злой.

Предупреждающий: тому, кто подойдет слишком близко, может не хватить времени пожалеть об ошибке.

Я смотрела на Варлена не менее пристально, чем остальные.

В моем случае интерес был оправдан сильнее: именно ему суждено было стать моим мужем после того, как я убью Адриана.

От этой мысли по спине прошел холодок.

Не сменю ли я одного тирана на другого?

И с чем связано появление Варлена здесь, при дворе Адриана?

Я невольно перевела взгляд на Кайрана. Тот смотрел на принца, слегка приподняв брови. Удивление на его лице было едва заметным, но я успела его уловить.

Тангрид не ожидал, что Варлен приедет в Северицу.

С тревогой я наблюдала, как белокурый красавец проходит сквозь почтительно расступившихся придворных прямо к Адриану.

Вокруг него будто мерцали красные отблески – может быть, от камней на одежде, может быть, от свечей, а может, просто потому, что сама его фигура казалась сотканной из опасности.

Чувственные губы чуть искривились в надменной улыбке.

И все же что-то подсказывало: это лишь маска. Выученная поза человека, который привык заранее защищаться от чужого сомнения в его праве стоять среди равных.

Я сосредоточилась.

Мне нужно было понять, что творится внутри этого человека. Давно я не пользовалась даром при таком количестве людей, но сейчас стоило рискнуть. Варлен должен был сыграть важную роль в моих планах. Я обязана была знать, чего от него ждать.

Перед глазами замелькали цветные всполохи – ауры присутствующих.

Я подавила головокружение и сосредоточилась на одной фигуре.

И тут же едва не вскрикнула от разочарования.

Вокруг Варлена, как и вокруг Адриана, стоял мощный защитный кокон, не пускавший меня внутрь. Только оболочка принца была не золотой, а густо-красной, почти кровавой.

Зрелище завораживало и одновременно вызывало жуть.

Словно вся фигура Варлена была залита кровью.

Я моргнула, возвращая обычное зрение, и снова сосредоточилась на происходящем.

Адриан вежливо улыбнулся гостю.

Варлен приветствовал короля коротким кивком, давая понять, что считает себя равным.

– Поздравляю, Адриан, – разлился по залу мелодичный голос, плохо вязавшийся с холодом его глаз. – Надеюсь, вы не будете против моего вторжения. Я решил немного попутешествовать по драконьим землям и заехал в вашу столицу.

– Жаль, что вы не сообщили о визите заранее, – Адриан растянул губы в улыбке. – Мы приготовили бы для вас более торжественную встречу. Но не сомневайтесь, вам здесь всегда рады. Добро пожаловать в Северицу. Чувствуйте себя как дома.

– Благодарю за гостеприимство.

Варлен чуть прищурился, глядя на Адриана.

Король сделал знак музыкантам продолжать, а гостям – вернуться к танцам. Затем взял Варлена под руку и повел через зал, обмениваясь с ним безупречно вежливыми фразами.

У меня внутри все сжалось, когда я увидела, что они направляются к нам с Лиорой.

Фрейлины, составлявшие нам компанию, поспешили отойти на почтительное расстояние. Я бы с удовольствием последовала за ними, но совесть не позволила оставить подругу наедине с двумя хищниками.

Поэтому я осталась рядом, приняв максимально почтительный вид.

– Позвольте официально представить вам мою жену, – сказал Адриан, подходя к Лиоре. – Хотя вы, должно быть, уже знакомы. Леди Астерия бывала в Земле Заката.

– Без сомнения, я помню ее.

Варлен поднял глаза на Лиору, и бедняжка под его холодным взглядом тут же сжалась.

– Осмелюсь заметить, вы невероятно похорошели с нашей последней встречи.

Он изобразил более добрую улыбку и даже поцеловал дрожащую руку Лиоры.

А потом резко перевел взгляд на меня. Так резко, что я не успела бы отвести глаза.

Но и не стала бы.

Что-то подсказывало: если я хочу быть с ним на равных в будущем, нельзя проявлять слабость. Ни сейчас, ни потом.

Я смотрела прямо в его темные фиолетовые глаза, холодным блеском напоминавшие змеиные.

Выражение лица Варлена стало хищным.

Его ноздри едва заметно дрогнули.

– Осмелюсь спросить, кто это очаровательное создание? – спросил он тихо, почти завораживающе.

– Подопечная одного из моих доверенных людей – лорда Кайрана Тангрида. Леди Велея Ладор, – ответил Адриан.

Голос его был сух.

Я на миг отвела взгляд, чтобы посмотреть на короля.

Янтарные глаза метали молнии. Было ясно: ему не нравится представлять меня другому мужчине.

И это только сильнее вдохновило меня продолжать.

Я улыбнулась максимально очаровательно и, чуть растягивая слова, произнесла:

– Для меня большая честь встретиться с вами, принц Варлен. Я слышала о вас много интересного.

– И что же именно вы слышали, очаровательная леди? – спросил Острогор, продолжая смотреть на меня хищно. – Может быть, расскажете во время следующего танца? Если, конечно, вас еще не пригласили.

– Я совершенно свободна, принц.

Я произнесла это мягко, почти ласково, игнорируя ярость, исказившую лицо Адриана.

– Тогда, с вашего позволения, Адриан, леди Астерия, я на время вас покину.

Варлен подарил им светскую улыбку.

Не знаю, что собирался сказать король, но принц не дал ему шанса. Он взял меня за руку и повел в середину зала.

Впервые я чувствовала себя скованной во время танца.

Не из-за партнера – нет. Варлен вел уверенно, четко, почти идеально. Но на нас смотрели все. Каждое движение, каждый поворот головы, каждая улыбка становились частью игры, которую придворные тут же разберут на сплетни.

Пришлось вести непринужденную светскую беседу вместо того, чтобы сразу спросить о цели его приезда.

И все же я не выдержала.

Улучив момент, когда музыка стала громче, я тихо сказала:

– Зачем вы здесь? Вы должны были ждать письма от Кайрана и только потом подходить с войском к границе.

– Полагаю, вам не нравится, когда все идет не по плану, – спокойно ответил Варлен. – Но то, что вы оказались здесь, тоже весьма далеко от изначальных договоренностей. Поэтому, как только я узнал об этом, решил лично проверить, все ли у вас хорошо.

Нельзя было отказать ему в чутье.

Каким-то непостижимым образом Острогор понял: план может разрушиться – и трон Земли Льда ускользнет от него.

– Вам не стоило беспокоиться, – осторожно сказала я. – Да, возникли непредвиденные обстоятельства. Но в целом все идет как надо.

– Рад это слышать, – иронично ответил Варлен. – Но я должен был лично убедиться, что в решающий момент у вас хватит духу довести дело до конца. Насколько я слышал, раньше вы были влюблены в короля.

Меня словно окатило жаром.

Вот что его тревожило.

Он боится, что я снова потеряю голову от любви и нарушу договоренности.

– Должен признать, вы сильно изменились, – задумчиво произнес Варлен. – Был удивлен, когда увидел вас.

– Спасибо, – ответила я, стараясь скрыть тревогу.

Меня вполне устраивало, что принц не испытывает ко мне никаких чувств. Наш будущий брак должен был стать взаимовыгодным партнерством. Не больше.

Хотя о чем я?

Судя по слухам, этот человек в самом деле напоминал рептилию. Я знала о его жестокости по отношению к женщинам. Он не испытывал ни к кому теплых чувств, а тех бедняжек, которым «посчастливилось» соблазниться его красотой, потом выносили из спальни едва живыми.

Так что я вовсе не хотела быть объектом его любви.

Если интерес Варлена приобретет такой характер, нам придется сразу обсудить границы. Я не собираюсь становиться его настоящей женой. Максимум – родить будущего наследника Земли Льда.

И все.

– Хотел бы я знать, о чем вы сейчас думаете, – улыбнулся Варлен, не отводя от меня фиолетовых глаз.

– О том, что нам многое нужно обсудить, – спокойно ответила я. – Но не здесь и не сейчас.

– У нас будет возможность.

Он кивнул.

– Я должна вас предупредить.

Я быстро взглянула на Адриана. Король сверлил нас взглядом и, кажется, едва сдерживал гнев.

– Мне пришлось стать любовницей Адриана, чтобы осуществить наши планы. И вряд ли он в восторге от того, что вы проявляете ко мне интерес.

– Что ж, так даже веселее.

Варлен усмехнулся.

– Трое мужчин, которых Адриан чуть не убил за попытку ухаживать за мной, могли бы с вами поспорить.

Принц рассмеялся.

– Я вижу, он серьезно увлечен вами. Но это только на руку нам. Человек, ослепленный ревностью, редко способен трезво мыслить. А мы тем временем будем просчитывать каждый шаг.

Меня покоробили эти слова.

Хотя я не могла не признать: Варлен в чем-то прав.

И все же стало мерзко от мысли, что я играю на чувствах Адриана.

Тут же устыдилась этой слабости.

С чего я решила, что король не играет со мной точно так же?

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – сказала я.

– И я надеюсь, что в нужный момент вы проявите решимость. Но если не сможете – доверьте это мне.

Глаза принца опасно блеснули.

Я вздрогнула.

Он предлагал устроить ловушку для Адриана. Расправиться с ним вместо меня.

Почему же на душе стало так мерзко, если разум твердил, что это правильный путь?

Долг.

Месть.

Возвращение трона.

Земля Льда.

Я повторила это про себя, как заклинание.

Но внутри драконья кровь глухо завыла.

Не смей. Не отдавай пару на смерть чужим рукам.

Я едва не сбилась с шага. Нет, я не буду слушать зверя.

До конца вечера Варлен открыто оказывал мне внимание, доводя Адриана до состояния, близкого к бешенству. Даже самые недогадливые из придворных не могли не заметить эмоций короля.

В воздухе назревала буря, и я понимала: она не закончится ничем хорошим.

Не знаю, что было бы, останься Варлен во дворце. Вполне возможно, его ждала бы встреча с разъяренным Адрианом. Но принц снял дом в городе и отправился туда сразу после бала.

Я надеялась, что гнев короля за ночь утихнет.

Даже собиралась быть с Адрианом особенно ласковой. Погасить ревность, отвлечь, снова заставить его верить, что все под контролем.

Но эти намерения обратились в прах, как только он ворвался в мои покои.

Я как раз сняла бальное платье с помощью горничной и собиралась немного отдохнуть в ванной до его появления. Но, увидев глаза Адриана – с вертикальными, звериными зрачками, – поняла: мой план не сработает.

Перепуганная служанка, даже не понявшая, откуда взялся король, застыла с открытым ртом.

– Вон, – рявкнул Адриан.

Девушка вскрикнула и выбежала.

Я не могла ее винить.

В таком состоянии он мог выместить злость и на ней.

Мы остались одни.

– Вам не кажется, что вы нарушаете условия нашего соглашения? – холодно сказала я, стараясь не показать страха.

– Плевать я хотел на соглашение, – прошипел Адриан, надвигаясь на меня. – Я больше не позволю выставлять меня дураком.

– Тогда я немедленно покидаю дворец. Можете считать, что наши отношения закончены.

Это был единственный довод, который мог на него подействовать.

Но сегодня не подействовал.

– Ты никуда не уйдешь.

Я с ужасом заметила, что черты его лица начинают меняться. Скулы заострились, челюсть стала тяжелее, пальцы искривились, превращаясь в подобие когтей.

Ему мало было ярости.

Он срывался в боевое перевоплощение. Вот до какого состояния довел его Варлен.

Я впервые ясно поняла: Острогора с самого начала следовало отправить к демонам вместе с его хитроумными планами.

Расплачиваться теперь придется мне.

– Ты моя, – Адриан почти прорычал это слово. – Моя. Запомни раз и навсегда.

– По какому праву вы считаете меня своей собственностью?

Я пыталась сохранить видимость спокойствия, хотя едва сдерживалась, чтобы не отступить в угол.

– Что я такого сделала? Просто развлекалась на балу, как и все ваши подданные.

Слова не возымели действия.

– Мне льстит внимание принца, не более, – попыталась я звучать убедительно. – Благодаря вам все остальные обходят меня стороной, как зачумленную. Мне тоже иногда хочется повеселиться.

– Тогда повеселимся.

Его лицо исказила страшная улыбка.

Я сглотнула.

Внутри все похолодело.

Не выдержав, я отступила и инстинктивно выставила руку вперед, будто могла остановить его одним жестом.

Ошибка.

Адриан, сейчас больше похожий на дикого зверя, воспринял это как слабость.

А слабую добычу зверь не слушает.

Он хватает.

Я не успела моргнуть, как Адриан вцепился в мою руку и рывком притянул к себе. Только теперь я почувствовала резкий запах спиртного. Вспомнила, как часто во время бала слуга обновлял бокал в руке короля, и страх усилился.

До пьяного Адриана было не достучаться.

– Я покажу тебе раз и навсегда, кто диктует условия в наших отношениях.

Его голос стал ниже. Грубее. Почти нечеловеческим.

Мне было страшно смотреть на него.

Казалось, еще немного – и он разорвет меня на части.

Сильные руки, напряженные стальными мышцами, разорвали тонкую ткань домашнего платья, будто это была старая тряпка. Белье постигла та же участь. Я даже не решалась шевельнуться, боясь наткнуться на когти.

Адриан рычал мне в лицо, демонстрируя силу.

Я физически ощущала зверя, бушующего внутри него. Зверя, который хотел заявить права на самку, которую считал своей, но которая посмела улыбаться другому.

Как показать ему, что это не так? Как успокоить, пока он окончательно не потерял себя?

– Адриан, пожалуйста, остановись.

Просить было унизительно, но выбора не осталось. Я упала на колени и склонила голову.

– Мне нужен только ты, слышишь? Прости, что обращала внимание на другого. Больше такого не повторится.

Голос дрожал. Слезы застилали глаза.

Какое-то время казалось, что мои слова не произвели на него никакого впечатления. Но потом жуткие очертания его фигуры начали смягчаться. Когти укоротились, дыхание стало чуть ровнее, звериный оскал исчез.

Из груди вырвался хриплый вздох облегчения.

Вскоре передо мной снова стоял обычный мужчина.

Но ярость не ушла.

Просто стала человеческой.

А от этого – не менее страшной.

– Хорошо, что ты наконец все поняла.

Адриан схватил меня за плечи и одним рывком поднял с пола.

– Никаких дурацких договоренностей больше не будет. Я и так слишком много тебе позволил. Ты моя, нравится тебе это или нет. И пусть все об этом знают. Когда я захочу тебя, ты придешь без возражений. Все ясно?

Он грубо встряхнул меня.

Я, захлебываясь слезами и вновь проснувшейся ненавистью, кивнула.

И в этот миг поняла: я убью его. Не дрогну. Не остановлюсь.

Эта мразь ответит за все мои унижения. За боль. За страх. За то, что снова заставил меня почувствовать себя вещью в его руках.

На меня напало странное оцепенение.

Будто я смотрела со стороны, как меня разворачивают и заставляют опуститься на колени. Будто это происходит не со мной. Не с Астерией, наследницей Земли Льда. Не с женщиной, которая клялась больше никогда не быть жертвой.

Адриан показал, кем хочет меня видеть.

И от того, что раньше наша близость была совсем другой, это воспринималось особенно горько.

Боль ослепила. Я вскрикнула, но он не остановился. Не сейчас.

В нем говорила ярость. Желание наказать. Подчинить. Доказать, что я принадлежу ему и только ему.

Каждое движение отдавалось болью, унижением, бессилием.

Я больше не пыталась искать в нем того мужчину, который вчера мог быть нежным. Не пыталась понять, что именно его ранило. Не искала оправданий.

Внутри снова проснулась ненависть без примеси жалости.

С каждым новым толчком, с каждой вспышкой боли она становилась сильнее.

Я вспомнила, как сама хотела, чтобы произошло что-то, что вернет мне решимость.

Горький, мучительный смешок едва не сорвался с губ.

Получила сполна.

Когда все закончилось, я почти не чувствовала тела. Только боль и ледяную пустоту.

Адриан поднял меня и бросил на кровать. Матрас прогнулся под тяжестью его тела. Он лег рядом, прижал меня к себе, обвил руками и ногами, будто боялся, что я исчезну.

И вскоре уснул.

А я полночи не могла сомкнуть глаз. Молча глотала слезы и вздрагивала от душевных мук.