Текст книги "Истинная для врага Дракона (СИ)"

Автор книги: Милана Вейр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 23 страниц)

Глава 25

Глава 25

Я проснулась позже всех.

После ночи у Адриана тело казалось тяжелым, будто меня всю ночь держали в огне, а потом бросили в холодную воду. И проснулась я только потому, что Лиора почти растолкала меня, шепча, что все уже встали и скоро нужно выезжать.

Быстро приведя себя в порядок, я вышла из палатки в самом скверном расположении духа.

Настроение стало еще хуже, когда я поняла: на меня смотрят все.

Адриан стоял у телеги с припасами и о чем-то говорил с одним из солдат. При моем появлении он замолчал и широко улыбнулся. Так довольно, так самоуверенно, что мне тут же захотелось подойти и ударить его по лицу.

От воспоминаний о ночи кровь прилила к щекам.

Я отвернулась от его непристойно довольного взгляда и направилась к костру, где сидели Лиора и Кайран.

Проходя мимо нескольких солдат, услышала приглушенный шепот и заметила сальные ухмылки. Они наверняка обсуждали то, что доносилось ночью из королевской палатки.

Один из них имел наглость сказать достаточно громко:

– Слышали, какая горячая штучка? Я бы от такой тоже не отказался.

Я готова была провалиться сквозь землю.

Как низко я пала, если всякое отребье позволяет себе говорить обо мне такие вещи и даже не боится, что я услышу?

В следующий миг я замерла.

Адриан оказался рядом с болтуном почти мгновенно.

Солдат даже не успел отступить.

Король схватил его за подбородок так резко, что тот захрипел от боли. Блеснул кинжал. Все произошло слишком быстро, чтобы кто-то успел вмешаться.

Кровавый крик разорвал утренний воздух.

Я содрогнулась всем телом.

Адриан повалил солдата на землю, вытер руку о его же плащ и мрачно сказал остальным:

– Надеюсь, это послужит предостережением.

Что именно служит предостережением, уточнять не пришлось.

Солдаты поспешно склонили головы. Теперь никто не смел смотреть в мою сторону.

Я стояла, ошеломленная, и с ужасом смотрела на Адриана.

Человек, который только что улыбался мне, за несколько секунд превратился в безжалостного карателя.

Холод прошел по спине.

Теперь я по-настоящему понимала Лиору, которая боялась его до дрожи. И я правда думала, что смогу застать такого человека врасплох и довести свой план до конца?

А если в решающий миг он сам свернет мне шею раньше, чем я успею пошевелиться?

– Окажите ему помощь, – властно бросил Адриан другим воинам и направился ко мне.

Его лицо было непроницаемым и суровым. В глазах еще горел яркий внутренний огонь, страшный и холодный. Но, взглянув на меня, он словно смягчился. Когда подошел, выглядел уже почти обычно.

Только это не помогло мне взять себя в руки.

Перед глазами все еще стояла картина: быстрый блеск кинжала, кровь, хриплый вой наказанного солдата.

Адриан нахмурился.

Наверное, прочел в моих глазах что-то, что ему не понравилось.

– Я чувствую страх в твоем запахе, – сказал он едва слышно, почти вплотную приблизившись ко мне. – Ты ведь понимаешь, что я никогда не причиню тебе вреда?

– Почему-то трудно в это поверить, – прошептала я. – После того, что я только что видела.

– Он заслужил наказание, – спокойно ответил Адриан. – Проявил неуважение к моей женщине. А значит, и ко мне.

– Но это жестоко.

– Женщины иногда слишком сострадательны, – он пожал плечами. – Этот негодяй тебя оскорбил, а ты жалеешь его.

– А я, по-вашему, должна радоваться? – возмутилась я. – Из-за меня человек стал калекой.

– У него был слишком длинный язык, – раздался спокойный голос Кайрана, подошедшего к нам. – Его действительно следовало укоротить.

Я повернулась к нему, возмущенная до глубины души.

Черные глаза Тангрида сверкали опасным блеском. И я поняла: он в самом деле так думает. Вполне возможно, на месте Адриана поступил бы так же. А то и хуже.

Пойму ли я когда-нибудь мужчин?

– Он вас обидел, – сказал Кайран, отвечая на мой взгляд. – И полностью заслужил то, что получил.

Не желая больше разговаривать ни с одним из них, я направилась к Лиоре.

Подруга тоже выглядела потрясенной. Ее трясло, она старалась не смотреть туда, где раненому солдату оказывали помощь.

Хоть у кого-то нормальная реакция.

Я села рядом и обняла ее за плечи, помогая успокоиться не только ей, но и себе.

– Леди Велея, – раздался командный голос Адриана, и мы с Лиорой невольно вздрогнули. – У вас есть десять минут на завтрак. Затем выступаем.

– Можем ехать сейчас, – ответила я, не глядя на него. – У меня аппетит пропал надолго.

– Как скажете.

Я услышала раздраженный выдох и с облегчением перестала чувствовать на себе его взгляд.

В карете, которая везла нас к Северице, до дневной остановки царило гнетущее молчание.

Мы с Лиорой были подавлены случившимся. На нас давило осознание того, в каком жестоком мире мы живем. Обитель Семи Огней слишком расслабила нас. Там можно было поверить, что тишина и покой существуют не только за стенами святого места.

А теперь пришлось вернуться к реальности, где действовали звериные законы.

Этот мир принадлежал тем, кто понимает только язык силы.

Смириться с этим было непросто.

Особенно с мыслью, что мне самой придется научиться смотреть на вещи иначе, если я не хочу всю жизнь оставаться чьей-то марионеткой. Я тоже должна стать сильной. Жесткой. Безжалостной, когда потребуется.

И все же, как бы я ни пыталась настроить себя на это, во время дневного привала сердце ухнуло в груди, когда Адриан без лишних объяснений увлек меня за деревья.

Он не обращал внимания на то, что подумают остальные.

Я видела, как наши спутники старательно отводят глаза, опасаясь, что король сочтет их взгляды неуважительными.

Сама я тоже боялась, не зная, чего ждать от него в следующую минуту.

И все же внутри клокотало негодование.

Я ведь просила не выставлять наши отношения напоказ. А он утащил меня в лес на глазах у той, кого считает своей женой, наглядно показывая, как мало уважает ее. И даже не подумал, что чувствую я.

Ведь Лиора моя подруга.

– Мне казалось, мы договорились соблюдать приличия, – выдавила я, когда мы остановились.

Адриан прижал меня к стволу широкого дуба, не грубо, но так, чтобы я не могла отступить.

– Я решил, что нам нужно поговорить, – напряженно произнес он, глядя тяжелым непроницаемым взглядом.

– Теперь это называется так? – язвительно спросила я и попыталась высвободиться.

Это только ухудшило положение.

Меня прижали крепче.

– Мне не нравится напряжение между нами после утреннего случая.

– Мне тоже многое не нравится, но я же молчу, – процедила я. – Отчасти опасаясь, что за неуважение вы и мне что-нибудь отрежете.

Король усмехнулся и запустил пальцы в мои волосы, вынимая шпильки.

Я дернула головой от негодования, пытаясь убрать его руки.

– Я хочу, чтобы ты кое-что поняла, моя милая, – выдохнул Адриан мне в ухо. – Да, иногда я жесток. Но только с теми, кто посягает на то, что принадлежит мне. А теперь ты моя. Нравится тебе это или нет. Но ты не должна меня бояться. Я не причиняю вреда женщинам. Я хочу, чтобы ты это знала.

– Ваша жена могла бы с этим поспорить, – с горечью воскликнула я.

Он чуть вздрогнул.

Отстранился и внимательно посмотрел мне в лицо.

– Похоже, моя драгоценная жена очень вам доверяет, раз посвящает даже в такие подробности.

– Она мой друг, – выпалила я и тут же прокляла свой длинный язык.

Что, если из-за моей несдержанности гнев Адриана обрушится на невинную Лиору?

Но король не разозлился. Некоторое время молчал, будто решая, стоит ли продолжать.

– У нас с Астерией все очень сложно, – наконец сказал он.

Я выдохнула с облегчением.

И в то же время поднятая тема всколыхнула во мне то, что все еще болело, как бы глубоко я это ни прятала.

– Конечно, сложно, – голос дрогнул от нахлынувших чувств. – Вы понятия не имеете, как сильно она вас любила.

Я вспомнила медальон, который теперь не решалась носить на груди, боясь, что Адриан увидит. Вспомнила, с каким трепетом когда-то разглядывала его портрет. Как ждала случайной встречи. Как мечтала, что однажды он посмотрит на меня иначе.

И как жестоко оказалось прозрение.

– Она была готова простить вам гибель отца и брата, – слова вырывались сами. – Отдать всю себя, лишь бы быть рядом. Дарить любовь, поддержку, верность. А вы… вы просто растоптали ее чувства.

На глаза навернулись слезы, и я уже не различала выражения лица Адриана.

Упреки, так долго копившиеся внутри, вырывались неудержимым потоком.

– Я понимаю, что вы не любили ее. И сострадание, как я уже убедилась, вам не слишком свойственно. Но почему нужно было быть таким жестоким? Зачем было ломать ей жизнь? Зачем говорить, что у нее нет будущего, что она не сможет быть матерью своим детям? И самое страшное – зачем обещать уничтожить собственного ребенка, если он родится не с той кровью?

– Послушай…

Он осторожно привлек меня к себе.

На этот раз действовал мягко. Погладил по спине, пытаясь успокоить. Но от этой ласки стало только больнее. Я прекрасно понимала: если бы он знал, кто на самом деле стоит перед ним, вряд ли был бы так нежен.

– Я доверю тебе то, чего не рассказывал никому, – Адриан тяжело вздохнул и крепче прижал меня к себе, не давая поднять голову и посмотреть ему в лицо. – Может, ты удивишься… но у меня когда-то были чувства к Астерии.

Я вздрогнула, словно от удара.

Наверное, ослышалась.

– Это была не любовь и даже не страсть, – продолжал Адриан, задумчиво гладя мои волосы. – Скорее тепло. Симпатия. Что-то тихое, непонятное. Я должен был приказать убить эту девушку, как и всех, в ком текла кровь ледяных драконов. Или сделать это сам. Но не смог. Даже в том состоянии.

Он замолчал на несколько секунд.

– Ты не представляешь, что со мной тогда творилось. И не можешь представить, потому что в тебе нет драконьей сущности. Тогда зверь взял надо мной верх. Инстинкты, ярость, боль – все смешалось. Вместо того чтобы подавить это, я дал всему полную волю. Убивал, уничтожал, выплескивал гнев и думал, что так станет легче. Но даже тогда не смог навредить Астерии так, как собирался. Не знаю почему. Мой зверь воспринимал ее как что-то близкое. Это удивляло меня. Бесило. Я ничего не мог с собой поделать. Все, что я тогда ей наговорил, было неправдой. Я хотел причинить ей боль хотя бы словами, раз не мог сделать иначе.

О боги-драконы.

Надеюсь, он не слышит, как стучит мое сердце.

Я не могла поверить.

Это игра?

Если да, Адриан играл искусно. Слишком искусно. Бил точно в то место, где рана так и не затянулась.

И все же я поддавалась, хотя проклинала себя за это. Впитывала каждое слово. Они лились на израненное сердце, как бальзам.

– Но той девушки больше нет, – голос Адриана вернул меня к реальности. – Когда я увидел ее три года спустя, не почувствовал ничего. Наверное, то тепло было ответом на ее чувства. А теперь Астерия меня ненавидит и боится. Прежнего не осталось ни с моей, ни с ее стороны. Но в одном ты можешь быть уверена: я не причиню вреда твоей подруге. Она останется моей королевой. Станет матерью моих детей, что бы я к ней ни чувствовал.

– И вы не собираетесь уничтожать детей, если в них проснется кровь ледяных драконов? – недоверчиво спросила я.

Адриан задумался.

Я не могла понять, что происходит у него внутри.

– Нет, – наконец сказал он. – Но у них не будет таких же прав, как у детей с кровью огненных драконов.

Гнев снова всколыхнулся во мне.

Значит, дети с кровью ледяных драконов все равно будут для него неполноценными. Даже если это его собственные дети.

Разве такое можно простить?

– Ты снова злишься на меня, – нахмурился король. – Я не понимаю, что у тебя в голове.

– Должно ли вас это волновать? – горько ответила я. – Я думала, я нужна вам не для душевных разговоров.

Адриан нахмурился. Глубокая складка прорезала лоб.

Похоже, на этот раз я его действительно задела.

Хотя не понимала, чем. Я просто сказала правду: я для него всего лишь тело, с которым можно приятно провести время.

– Ты вообще слышала, что я тебе только что сказал? – сердито спросил он, снова прижимая меня к дереву.

Я невольно вскрикнула от боли в спине.

– Предпочитаешь считать меня чудовищем – твое право. Больше не стану тебя переубеждать.

Он не дал мне ответить.

Поцелуй был резким, почти злым. Он легко преодолел мое сопротивление, но в этой близости уже не было того тепла, что несколько минут назад. В ней говорила обида. Ярость. Желание наказать.

Сквозь ошеломление мелькнула мысль: он ведь только что открылся мне. Пусть неловко, пусть по-своему, но открылся. А я будто плюнула ему в душу. Нашла новый повод для ненависти вместо того, чтобы попытаться понять.

И именно это его разозлило.

Я попыталась вырваться, сказать хоть что-то, что могло бы остановить происходящее. Но Адриан уже принял мои правила игры. Если я вижу в нем только жестокого завоевателя, он и будет таким.

Вряд ли он снова позволит мне увидеть что-то другое. Почему от этой мысли так больно? Гораздо больнее, чем от его грубых рук.

Дальше все произошло резко, почти без слов.

Он не пытался быть нежным.

Не пытался вернуть мое желание.

Только взял то, на что, как считал, имел право.

Я сжалась, пережидая его злость, чувствуя, как внутри снова просыпается ненависть. Никакого удовольствия на этот раз не было. Только боль, обида и беспомощный протест.

Я больше не пыталась понять его мотивы.

В этот миг снова ясно вспомнила, зачем нахожусь рядом.

Месть.

Только месть.

Когда все закончилось, Адриан отстранился и отвернулся.

– Теперь будет только так, – холодно бросил он. – Приведи себя в порядок. Пойдем к остальным.

Сдерживая рыдания, я кое-как поправила платье и попыталась собрать волосы. Шпильки рассыпались по траве, а из-за слез я почти ничего не видела. В конце концов просто заплела волосы в косу.

Адриан пошел вперед, даже не сомневаясь, что я последую за ним.

Мне хотелось сделать назло и убежать.

Но я отбросила эту мысль как бессмысленную. Чего добьюсь? Даже если сумею скрыться от него, в чем сильно сомневаюсь, в лесу меня может ждать опасность куда страшнее.

Всему свое время. Сегодня он празднует победу, но однажды все изменится.

Я верила в это. Только эта мысль придавала сил.

Лиора изменилась в лице, когда увидела меня, идущую вслед за королем к стоянке. Наверное, вид у меня был слишком жалкий.

Остальные спутники старательно отводили глаза.

Кайран нахмурился, но ничего не сказал. Я представляла, что творится у него в голове. Наверное, он только укрепился в решении однажды отправить Адриана на тот свет.

И я была с ним полностью согласна.

Сидя рядом с Лиорой, я смотрела в пустоту, пытаясь справиться с вихрем эмоций.

– Поешь чего-нибудь, – мягко сказала подруга и протянула миску с кашей и мясом. – Ты с утра ничего не ела.

– Спасибо, но не хочется.

Я покачала головой.

Она только вздохнула.

Адриан сидел в отдалении, злой и мрачный, и механически ел. Он вообще не смотрел в мою сторону, словно меня не существовало.

И это почему-то злило еще сильнее.

Я вздохнула с облегчением, когда мы снова тронулись в путь.

Надеялась, что вечером король не потребует моего присутствия и я смогу немного прийти в себя.

Напрасно.

Сразу после ужина, который я все же съела, хотя и без аппетита, Адриан встал и приказал мне следовать за ним.

Мерзавец. Я едва сдержалась, чтобы не закричать ему в спину. Но пришлось подняться и пойти. Иначе он мог сорвать злость на Лиоре.

Как только полог палатки опустился за нами, Адриан развернулся, схватил меня за плечи и притянул к себе.

Взгляд у него был странный. Какой-то тяжелый. Почти растерянный.

– Ненавидишь меня? – спросил он, сжав челюсти.

Я так удивилась, что не сразу нашлась с ответом.

Закусив губу, стояла и смотрела на него, пытаясь понять, чего ждать.

– Ты разозлила меня днем, – сказал он глухо. – Я не сдержался.

Каждое слово давалось ему с трудом.

Неужели он извиняется?

Во мне смешались горечь, злость и еще что-то, чему я не могла найти объяснения.

Почему он такой? Сначала все разрушит, потом вдруг будто сам пугается того, что сделал.

– Может, тебе станет легче, если я скажу, что мне самому противно от того, как я поступил.

Адриан криво улыбнулся и прижался лбом к моему лбу.

Некоторое время мы стояли так.

И я чувствовала, как напряжение между нами постепенно слабеет. Как где-то внутри снова просыпается опасное тепло.

– Если вам правда жаль, просто отпустите меня, – тихо сказала я.

Я боялась собственных эмоций, потому что они снова тянули меня к нему.

– Ты правда этого хочешь?

Он коснулся губами моего виска. Потом щек. Потом уголка губ.

И когда его губы наконец накрыли мои, так нежно, так осторожно, что у меня подкосились ноги, я едва не возненавидела себя за слабость.

Что же он со мной делает? Неужели достаточно капли нежности, чтобы я снова начала таять?

– Да, хочу, – выдавила я из последних сил.

Адриан отпустил.

И я сама вцепилась в него, не в силах ничего с собой поделать.

Как же приятно было ощущать силу его объятий именно так. Когда в них можно спрятаться. Когда они не ломают, а защищают от мира.

Адриан понял без слов. Не заставляя меня озвучивать капитуляцию, он поднял меня на руки и отнес на кровать. Осторожно опустил на себя, начал покрывать лицо и шею нежными поцелуями, неторопливо освобождая от одежды.

Кажется, он извинялся каждым движением. За грубость. За злые слова. За боль, которую причинил. И мое тело откликалось, наполняясь чувством, которого я боялась сильнее ненависти.

Разум еще пытался сопротивляться. Напоминал, кто он. Что он сделал и чего я должна добиться, но против зова крови, против этой странной, невозможной нежности он оказался почти бессилен.

Когда Адриан снова стал ближе, я на время потеряла ощущение реальности.

На этот раз все было иначе. Так осторожно, медленно. Будто он пытался не взять, а вернуть мне то, что сам же днем разрушил.

Казалось, мы сливаемся воедино. Будто у нас одно дыхание, один ритм, одно сердце на двоих.

Я обхватила его руками и ногами, прижимаясь изо всех сил, пытаясь удержать это чувство. То, что происходило сейчас, словно заживляло раны. Смывало часть тьмы, что так долго копилась внутри.

Удивительное чувство. Я точно знала, что все равно пожалею о нем.

Но это будет завтра.

А сегодня существовали только мы и эта ночь. Прекрасная, невозможная.

Ночь, которой я снова не смогла сопротивляться.

Глава 26

Глава 26

Наше путешествие подошло к концу.

Впереди показалась Северица – столица Земли Льда, мой родной город, который теперь Адриан считал одной из своих резиденций.

Я приближалась к ней с противоречивыми чувствами.

С одной стороны, радовалась: каждый следующий день во дворце приближает момент, когда я смогу покончить с этим фарсом. С другой – чувствовала совершенно нелогичную печаль.

Дни, проведенные рядом с ненавистным любовником, что-то изменили во мне.

Многое в Адриане раздражало и злило: жесткость, властность, резкость, привычка распоряжаться всем и всеми так, будто мир создан лишь для исполнения его воли. Но я узнала его и с другой стороны.

Он мог быть нежным, чутким, почти заботливым.

Жаль только, что эту часть своей натуры он показывал в основном наедине.

Мое тело настолько привыкло к его ласкам, что, как бы я ни пыталась обмануть себя, отрицать очевидное больше не получалось. Я наслаждалась минутами нашей близости не меньше, чем Адриан. И уже не могла относиться к нему как прежде.

Теперь я совсем не была уверена, что смогу нанести удар в решающий момент.

Мне нужно обрести силу духа. Отступить сейчас – значит предать все, во что я верила и чем жила последние три года. Нельзя обманываться насчет Адриана.

Наверное, другие его фаворитки тоже поначалу чувствовали себя особенными. Он умел смотреть так, будто весь мир в эту минуту сужался до одной женщины. Умел говорить, касаться, заставлять забывать о здравом смысле.

Это всего лишь иллюзия. Пока я ему не надоела, нужно воспользоваться моментом и довести дело до конца.

– Ты скучала по Северице? – голос Лиоры отвлек меня от тяжелых мыслей.

Ей было трудно скрыть волнение: губы побелели, пальцы нервно теребили складку платья. И ее нельзя было винить.

Скоро она окажется под прицелом цепких взглядов. Каждую деталь внешности, каждое неосторожное движение, каждый вздох придворные будут оценивать так, будто от этого зависит ее право стоять рядом с королем.

Наверное, при дворе ни для кого не было секретом, при каких обстоятельствах состоялась свадьба Адриана. Его жену воспринимали как опальную королеву, в жилах которой течет кровь ненавистных ледяных драконов.

Придворные, как стая голодных собак, не упустят ни единой возможности укусить добычу, если поймут, что она беззащитна.

Оставалось надеяться, что у Адриана хватит совести заступиться за жену. Если нет, я сама не позволю унижать Лиору.

Пусть даже меня сочтут невоспитанной выскочкой.

– Да, – тихо ответила я. – Здесь прошло мое детство.

– Очень красивый город, – слабо улыбнулась подруга, с восторгом рассматривая Северицу из окна кареты. – Я почти никуда не выезжала из нашего замка. Для меня даже поездка в Обитель Семи Огней была настоящим приключением. А тут – дворец…

Она вздохнула.

– Я волнуюсь. Как мне вести себя при дворе?

– Я буду рядом, моя дорогая.

Я нежно сжала ее руку.

– Главное – держись уверенно. Никому не показывай слабости. С самого начала нужно дать понять: ты королева, а не пленница.

– Это будет сложно.

– Ты справишься. Я уверена.

Я постаралась говорить твердо, чтобы Лиора поверила в свои силы.

Я могла бы многое рассказать ей о нравах, царящих при дворе, но не стала. Иначе подруга окончательно упала бы духом.

При отце такого не было.

Да и мама, пока была жива, умела создать вокруг себя атмосферу тепла и искренности, которая невольно передавалась окружающим. Интриги, расчетливые улыбки, разврат и жестокие игры у нас не поощрялись. Тех, кто переходил черту, быстро изгоняли из высшего общества, и со временем это стало привычным порядком.

При дворе огненных драконов все было иначе.

Ложь, лицемерие и скрытая злоба легко угадывались за сладкими улыбками и потоками лести. Когда люди Адриана захватили власть в наших землях, они быстро принесли сюда свои порядки.

Мне все это было ненавистно.

Но я прекрасно понимала: пока не верну себе трон, не смогу ничего изменить.

– Я так рада, что ты поселишься во дворце рядом со мной, – выпалила Лиора, слабо улыбнувшись. – Не знаю, что бы я делала без тебя.

Я невольно поморщилась.

Эта тема вызвала у нас с Кайраном ожесточенные споры. Лорд Тангрид настаивал, чтобы я поселилась в его столичном особняке как его подопечная. Адриан же не хотел со мной расставаться и требовал разместить меня во дворце, сделав главной фрейлиной королевы.

Он обещал, что все правила приличия будут соблюдены. Как будто я уже не знала цену его обещаниям.

Окончательное решение оставалось за мной. И оба мужчины делали все, чтобы я выбрала именно их вариант.

Адриан злился и пытался продавить волю силой. Кайран, напротив, приводил разумные доводы и действовал убеждением.

Очень хотелось назло королю отправить его к демонам и выбрать дом Тангрида. Но просьба Лиоры оказалась решающей.

Я не могла оставить подругу одну.

В конце концов выбрала дворец.

Адриан после этого ходил с таким самодовольным видом, что очень хотелось заехать ему по челюсти. Он явно считал, что сумел на меня повлиять.

Я не стала его разубеждать.

Пусть думает, что хочет.

Король заранее послал гонца с известием о нашем прибытии. Поэтому к тому времени, как процессия торжественно въехала в городские ворота, у дороги уже собралась толпа.

Народ приветствовал правителя и его жену радостными криками, желал здоровья, мира и скорого рождения наследника.

Лиоре пришлось улыбаться и махать людям, хотя я понимала, каких усилий ей это стоит. Она всегда была скромной, не привыкшей к такому вниманию.

Но держалась достойно.

Пока мы подъезжали к дворцу, я с волнением рассматривала улицы родной Северицы.

В последний раз город выглядел куда хуже. Следы войны, пожаров, штурма, растерянные лица людей – все это еще стояло у меня перед глазами. Но за прошедшие три года Северицу успели восстановить.

Дома снова были выкрашены свежей краской. На площадях работали лавки. Из пекарен тянуло хлебом. У фонтанов смеялись дети. На окнах появились цветы.

Новое доказательство того, что Адриан не такой уж плохой правитель, раздражало.

Я вспомнила его слова о том, что простым людям часто нет дела до того, кто сидит на троне, лишь бы в доме был хлеб и крыша над головой.

Живое подтверждение этому я видела сейчас в довольных лицах горожан.

Похоже, здесь короля действительно принимали.

Адриан благосклонно улыбался людям и ехал впереди процессии с видом хозяина, возвращающегося домой.

Я поймала себя на том, что невольно любуюсь его безупречной осанкой, широкими плечами и черными волосами с золотистым отливом, свободно падавшими на спину.

Сердито отвернулась.

Нужно гнать прочь малейшее тепло к этому человеку.

Когда мы остановились у дворца, я напряглась и тихо предупредила подругу:

– А теперь приготовься. Нас ждет встреча с местной знатью. Помни, что я говорила. Держись уверенно.

– Постараюсь, – прошептала Лиора, нервно поправляя волосы.

Придворные уже собрались во дворе, желая лично приветствовать короля и королеву.

От блеска нарядов и украшений рябило в глазах. Похоже, за то время, что я провела в Обители Семи Огней, мода при дворе изменилась в сторону вычурности. Каждый будто пытался превзойти другого количеством драгоценных камней, яркостью тканей и сложностью прически.

Мне все это казалось дурным вкусом.

Мишурой, за которой пряталась пустота нынешней власти.

Увидев вышедшую вперед девушку с рыжевато-каштановыми волосами, я едва скрыла поднимающийся гнев.

Раяна.

Судя по тому, как она держалась, это существо чувствовало себя здесь хозяйкой. На ней было алое платье с откровенным вырезом, больше подходившее для закрытого приема, чем для официальной встречи королевы.

За Раяной стояла кучка таких же ярких красавиц, слишком явно демонстрировавших восхищение и поддержку королевской фаворитке.

Что-то подсказывало: именно этих придворных хищниц Лиоре стоит опасаться больше всего.

Скорее всего, они попытаются превратить жизнь молодой королевы в ад.

Процессия остановилась, мужчины спешились. Раздались оглушительные приветственные крики.

Я занервничала, но быстро надела на лицо вежливую улыбку.

Дверца кареты открылась, и Адриан лично протянул руку жене.

Лиора судорожно сглотнула, вложила ладонь в его руку и вышла на всеобщее обозрение.

Я воспользовалась помощью Кайрана и следом выбралась из кареты.

В ту же секунду почувствовала на себе заинтересованные взгляды придворных. Но почти сразу они снова обратились к Лиоре.

Для них она была последней наследницей ледяных драконов и будущей матерью наследника престола.

Мне стало неловко от того, как пристально ее оценивают.

Недалеко от нас с Кайраном прошептали:

– А она не такая дурнушка, как говорили.

– Ты просто не видел ее раньше, приятель, – усмехнулся второй. – Жалкое было зрелище. Но сейчас, надо признать, принцесса Астерия сильно похорошела.

Адриан тем временем уверенным звучным голосом поблагодарил придворных за теплую встречу и официально представил жену.

Я заметила, как многие пытаются прочитать по лицу короля, как теперь следует обращаться с королевой. Стоило ему проявить хоть немного неприязни или презрения – и судьбе Лиоры не позавидуешь.

Она стала бы объектом насмешек еще до того, как переступила порог дворца.

Но Адриан проявлял к ней сдержанное уважение.

Раяна, судя по всему, решила немедленно проверить границы дозволенного.

Громко, так, чтобы услышали все, она обратилась к симпатичной брюнетке рядом с собой:

– Внешне, конечно, она стала приятнее. Но на вкус в одежде это никак не повлияло.

Брюнетка хихикнула, и остальные дамы из свиты Раяны тут же подхватили смех.

Лиора побледнела и опустила глаза к носкам туфель.

Адриан сделал вид, что не заметил реплики проклятой дикарки. Судя по всему, он не счел это настоящим оскорблением.

Но его невмешательство развязывало придворным руки.

Я так просто этого не оставлю.

Игнорируя предостерегающий взгляд Кайрана, верно оценившего выражение моего лица, я шагнула вперед и громко сказала:

– Если при королевском дворе хороший вкус путают с нарядом для дешевого кабака, то лучше уж выглядеть скромно. По крайней мере, это говорит о воспитании.

Во дворе воцарилась тишина.

Я оказалась в центре всеобщего внимания. Адриан повернул голову в мою сторону.

Я смело встретила его взгляд, готовая выдержать недовольство. Но, к удивлению, увидела на лице короля лишь довольную улыбку.

Он подмигнул мне и слегка ироничным тоном объявил:

– Позвольте представить вам главную фрейлину королевы – леди Велею Ладор. Прошу любить и жаловать!