Истинная для врага Дракона (СИ)

Текст добавлен: 21 августа 2026, 13:30

Текст книги "Истинная для врага Дракона (СИ)"

Автор книги: Милана Вейр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

Глава 8

Пробираться тайным ходом – тем более в чужую келью, чтобы подглядывать за тем, что должно происходить между мужчиной и женщиной наедине, – было ниже моего достоинства.

Я знала это и все равно не смогла удержаться.

Мне нужно было понять: Кайран окажется таким же, как Адриан? Или я ошибаюсь, когда приравниваю всех мужчин к нему?

Я мысленно ругала себя последними словами, но все же открыла потайной глазок в стене комнаты Лиоры. К счастью, ее еще не было. Я успела занять место раньше и замерла у узкой щели, стараясь почти не дышать.

Лиора вошла через несколько минут.

Никогда прежде я не видела ее такой взволнованной. Она мерила келью шагами: то садилась, то вскакивала, то прислушивалась к каждому звуку за дверью. На столике у кровати стояла знакомая бутыль с темно-зеленой настойкой – средством, предотвращающим беременность. Его рецепт мы с Лиорой выучили у местной травницы почти наизусть.

Когда шаги в коридоре стихли, девушка замерла, прижав ладони к груди.

Она выглядела трогательно: хрупкая, взволнованная, с распущенными волосами и сияющими от тревоги глазами.

Мне вдруг пришла странная мысль: Кайрану, наверное, даже не придется заставлять себя исполнять этот «долг». Лиора была слишком красива в своем доверчивом страхе.

Хотя он, разумеется, не покажет, если почувствует хоть что-то.

Раздался осторожный стук. Лиора глубоко вдохнула, дрожа, подошла к двери и открыла. Кайран вошел, запер дверь на ключ и медленно повернулся к ней.

Девушка стояла у стола, вцепившись пальцами в край столешницы, и не решалась поднять взгляд.

– Леди Лиора, – голос Кайрана звучал ниже обычного. – Я понимаю, как трудно порядочной девушке решиться на такое. Но обещаю: в будущем я сделаю все, чтобы устроить вашу судьбу как можно лучше.

Я едва не задохнулась от возмущения.

Только пусть попробует сейчас сказать, что найдет ей достойного мужа. Я сама выйду из стены и придушу его голыми руками. Девушке и так тяжело, а он собирается лишить ее даже тех крошечных надежд, за которые она цепляется.

К счастью, Кайран, кажется, что-то прочел в ее глазах и замолчал.

– Я постараюсь сделать все быстро, – сказал он после паузы, глядя на нее уже внимательнее.

– Почему? – голос Лиоры, обычно мягкий, прозвучал неожиданно твердо. – Я вам настолько неприятна?

Я вздрогнула от такой прямоты. Кайран, кажется, тоже опешил.

– Нисколько, – ответил он тихо.

Он подошел ближе и осторожно убрал прядь волос с ее лица.

– Вы красивая и невероятно обаятельная девушка. Думаю, любой мужчина был бы счастлив оказаться сейчас на моем месте.

Ого.

Значит, и каменный Кайран Тангрид не совсем чужд человеческим слабостям. Или просто решил подсластить пилюлю несколькими комплиментами?

– Я рада, что сейчас рядом со мной именно вы, а не кто-то другой, – сказала Лиора.

Она осторожно коснулась его лица и убрала темную прядь, упавшую ему на лоб.

Я невольно залюбовалась ее смелостью. На ее месте я вряд ли смогла бы проявить столько достоинства.

Кайран не отстранился.

Наоборот, перехватил ее руку и поднес к губам. Коснулся поцелуем пальцев, потом ладони – медленно, почти благоговейно.

Внутри у меня заскребла горечь.

Почему у меня все было иначе?

Хотя чему я удивляюсь? Как сказал сам Кайран, Лиора – красивая девушка. А какой была я? Лысая, бледная, слабая после болезни. Та самая «немощь», с которой собственный муж смог лечь в постель только пьяным.

Невольно мелькнула мысль: изменилось бы что-нибудь, если бы тогда я выглядела так, как сейчас?

Я тут же отогнала ее. Нет. Даже если бы я была самой прекрасной женщиной на свете, это не оправдало бы Адриана. Ни его жестокости, ни презрения, ни того, как он растоптал меня.

Кайран, ледяной и расчетливый Кайран, сейчас хотя бы пытался дать Лиоре почувствовать себя желанной.

А Адриан…

Почему я снова думаю о нем?

Я заставила себя вернуться к тому, что происходило в комнате.

И увиденное заставило меня закусить губу.

Это было красиво.

Тихо. Осторожно. Почти нежно.

Кайран медленно перебирал волосы Лиоры, касался ее лица, плеч, талии так, будто боялся спугнуть. Его темные глаза, обычно холодные и непроницаемые, теперь смотрели иначе – пристально, глубоко, почти завораживающе.

Лиора дышала часто, прерывисто.

Когда он накрыл ее губы своими, из ее груди вырвался едва слышный звук – не страх, а удивление. Будто она сама не ожидала, что может ответить.

Она робко обвила руками его плечи и прижалась к нему.

Такая хрупкая рядом с ним. Такая тонкая на фоне его силы.

Но Кайран держал ее так бережно, что у меня не осталось сомнений: он не причинит ей вреда.

Память услужливо подкинула другую картину. Грубые пальцы Адриана. Синяки. Холодный голос. Тяжесть чужого тела, в котором не было ни капли жалости.

Я оперлась ладонью о стену, чтобы не пошатнуться.

В комнате поцелуй становился глубже, смелее. Кайран уже не казался бесстрастным. В его взгляде вспыхнуло то, что он, наверное, предпочел бы скрыть от всего мира. Лиора раскраснелась, взгляд ее затуманился, будто она забыла, где находится и зачем все это началось.

Он помог ей расстегнуть платье, не спеша, каждый раз будто спрашивая разрешения. Лиора не сопротивлялась. Только дрожала, но уже не от страха.

Когда платье соскользнуло на пол, Кайран на мгновение замер.

В его лице было столько сдержанного восхищения, что у меня сжалось сердце.

Потом он подхватил Лиору на руки и перенес на кровать.

Я почувствовала, что краснею.

Наблюдать за этим было неловко, неправильно, почти постыдно. Но я не могла отвести взгляд. Не из низкого любопытства – по крайней мере, я хотела так думать. Мне нужно было увидеть, что бывает иначе.

Что близость не всегда означает унижение. Кайран не спешил.

Он будто забыл, зачем пришел, и позволил себе просто быть рядом с девушкой, которая так доверчиво тянулась к нему. Он целовал ее плечи, волосы, ладони. Говорил что-то тихо, слишком тихо, чтобы я могла разобрать слова, но по лицу Лиоры было видно: эти слова успокаивали.

Она постепенно перестала сжиматься. Перестала ждать боли.

Стала отвечать ему – робко, неумело, но с такой искренностью, что у меня снова защипало в глазах.

Я поймала себя на недостойной мысли: как бы мне хотелось, чтобы со мной когда-нибудь обошлись так же.

Не обязательно с любовью. Хотя бы с бережностью.

Хотя бы так, будто я не вещь, не добыча, не наказание для чужого врага.

Когда Кайран склонился к Лиоре и заговорил с ней совсем тихо, она кивнула. Он снова поцеловал ее – долго, глубоко, уже не скрывая желания, но все еще удерживая себя в руках.

Я поняла, что сейчас должна уйти. Дальше смотреть было нельзя. Но ноги не слушались.

Я осталась еще на несколько мгновений и увидела только главное: когда Лиоре стало больно, Кайран сразу замер. Не раздраженно, не с досадой – бережно. Он прижал ее к себе, дал привыкнуть, шептал что-то успокаивающее и двинулся дальше только тогда, когда она сама потянулась к нему.

Я закрыла глаза. Этого было достаточно. Когда я снова решилась взглянуть, все уже закончилось.

Кайран не встал и не ушел.

Он лежал рядом с Лиорой, прижимая ее к себе. Гладил по волосам, по спине, что-то тихо говорил. Лиора прятала лицо у него на груди, и на ее губах дрожала слабая, почти неверящая улыбка.

Я стояла у стены и чувствовала, как внутри разрастается пустота.

Лиора оказалась права. Кайран не такой, как Адриан.

Даже если между ними будет только эта ночь, у нее останется воспоминание, не запятнанное горечью и унижением.

С трудом оторвавшись от щели, я закрыла потайной глазок и побрела прочь.

Ненависть к Адриану разгорелась с новой силой.

Он не просто был жесток. Он унизил меня так глубоко, что я разучилась верить в другое. Он сделал из меня калеку, неспособную поверить, что близость с мужчиной может быть иной.

Глава 9

Вернувшись к себе, я достала медальон и долго смотрела на портрет Адриана.

В голове снова и снова всплывали картины, от которых хотелось сжать зубы до боли. Наверное, сейчас он развлекается с очередной любовницей. Смеется, пьет вино, принимает ласки – и ни на миг не вспоминает о той, кого сделал своей женой.

О той, чью жизнь сломал.

Я сжала медальон так сильно, что острые края впились в ладонь.

– Я хочу, чтобы ты умер, Адриан, – прошептала я. – И чтобы перед смертью ты успел понять, что такое боль.

Утром я долго не решалась выйти из кельи.

Мне было стыдно за ночную выходку. За тайный ход. За потайной глазок. За то, что я позволила себе увидеть чужую близость, пусть даже из страха за Лиору.

Но Лиора постучала сама.

Когда я открыла дверь и увидела ее лицо – сияющее, счастливое, почти прозрачное от внутреннего света, – то невольно улыбнулась.

– Все прошло хорошо? – осторожно спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Астерия, я так его люблю! – выдохнула она и закружилась по комнате.

– Это я и так знала, – усмехнулась я.

– Нет, теперь еще сильнее! – Лиора прижала ладони к груди и мечтательно закрыла глаза. – Раньше он казался мне недостижимым. Почти чужим. А теперь…

– Ты уже не называешь его «лорд Тангрид», – заметила я. – Рада, что ты перестала его идеализировать.

– О нет! – возмутилась Лиора. – Я по-прежнему считаю его идеальным мужчиной.

– Кто бы сомневался, – проворчала я.

Она даже не услышала моего тона.

– Просто теперь мы стали ближе. Он был совсем другим, Астерия. Не таким, каким кажется всем.

Я посмотрела на нее и почувствовала укол зависти.

Неприятный, мелкий, недостойный. Но настоящий.

– Я рада за тебя, – сказала я. И это тоже было правдой.

Лиора замялась.

– Астерия…

– Что?

– Раньше я и мечтать не смела, что между нами может что-то быть. Но теперь, после этой ночи… Как думаешь, он может захотеть большего?

Я уже открыла рот, чтобы посоветовать ей поумерить восторг и не строить воздушных замков. Но вспомнила то, что видела ночью.

Кайран не был равнодушен.

Как бы старательно ни прятал это под маской долга и расчета.

– Не знаю, – честно ответила я. – Время покажет.

Разговор прервала Северина. В приемной ждал Кайран.

Лиора схватила меня за руку и шепнула на ухо:

– А вдруг он захочет отказаться от наших планов?

– Тогда я скажу, что ты была права, – серьезно ответила я. – И признаю, что не все мужчины негодяи.

Она покачала головой, но улыбнулась. Слабо. С надеждой.

Мы надели платы и спустились.

Лиора почти летела по коридору. Но стоило нам переступить порог приемной и наткнуться на холодный взгляд Кайрана, как ее радость погасла.

Ничто в нем не напоминало того человека, каким он был ночью. Ни мягкости, ни тепла. Ни следа той бережности, с которой он касался ее волос и шептал что-то успокаивающее.

Перед нами снова стоял лорд Тангрид: собранный, бесстрастный, опасно спокойный. Он кивнул нам и сразу перешел к делу. Начал обсуждать детали плана, инструктируя каждую из нас, как вести себя после приезда Адриана.

Чем дольше он говорил, тем сильнее тускнел взгляд Лиоры. На нее было больно смотреть.

В этот момент я едва не возненавидела Кайрана. Как он может быть таким жестоким? Неужели не понимает, что причиняет ей боль?

Она надеялась на другое. Что он откажется от плана. Что не захочет отдавать ее другому. Что увезет из Обители Семи Огней, назовет своей, женится, защитит не только от Адриана, но и от всего мира.

Но все вышло так, как я и боялась. Для Кайрана Лиора все еще оставалась частью замысла. И тем жестче казалось то, что ночью он дал ей надежду на большее.

Хотя… давал ли?

Может, он просто попытался быть бережным. Сделать неизбежное менее страшным. Подарить ей хотя бы немного тепла перед тем, как снова вернуть в холодный мир расчетов.

А Лиора истолковала это по-своему.

Теперь возвращение к прежней дистанции ранило ее почти так же сильно, как грубость.

Остаток разговора она просидела неподвижно, словно сломанная кукла. Даже Северина с тревогой поглядывала на нее, но спрашивать напрямую не решалась.

Когда все наконец закончилось, Лиора первой вышла из приемной.

Я двинулась следом, но на пороге обернулась – и замерла.

На лице Кайрана на миг проступила такая мука, что я невольно остановилась. Вина. Боль. Бессилие. Все это мелькнуло и исчезло. Заметив мой взгляд, он тут же вернул себе маску равнодушия. Но было поздно. Я поняла главное: он действительно заботится о Лиоре. Только это не заставит его нарушить план. Стоит ли сказать ей? Наверное, нет. Это ничего не изменит. Только даст новую надежду, которая, возможно, окажется еще больнее прежней.

Я догнала Лиору у двери ее кельи и вошла следом. Обняла ее.

– Как ты?

– Все хорошо, – ответила она вяло. – Можем не говорить об этом?

Она легла на кровать, свернулась калачиком и уставилась в пустоту.

Над ней клубились фиолетовые всполохи – боль, проступавшая сквозь все остальные эмоции. Они тянулись от нее тонкими нитями, будто живые щупальца, цеплялись за воздух и дрожали.

Что-то заставило меня протянуть руку.

Я будто хотела схватить эти фиолетовые нити, сжать их, убрать прочь.

Закрыв глаза, я вспомнила редкие мгновения спокойствия. Теплую ладонь Северины на моем лбу во время болезни. Слабую улыбку Лиоры, когда она впервые назвала меня просто Астерией. Тихий свет свечи у алтаря, когда в обители было еще мирно.

Я собрала это ощущение внутри себя и направила к подруге. У меня перехватило дыхание. Фиолетовый цвет начал тускнеть. Сквозь него пробились мягкие зеленые искры. Я резко опустила руку. Неужели это сделала я? Неужели я могу влиять на чужие эмоции? Стоило мне отстраниться, как фиолетовые всполохи снова стали набирать силу.

– Хочешь, я побуду с тобой? – спросила я, отгоняя мысли о новой способности.

Об этом я подумаю позже.

– Не надо, – тихо ответила Лиора. – Я хочу побыть одна.

– Мне жаль, – сказала я.

Больше ничего не нашлось.

Я вышла, прикрыв за собой дверь. На сердце было тяжело. И я чувствовала: легче не станет.

Адриан приехал на следующий день после обеда.

Размеренная жизнь Обители Семи Огней мгновенно взбаламутилась, как вода в пруду, куда бросили камень. Всех встревожил визит столь высокого гостя. Сестры переговаривались шепотом, служительницы спешили по двору, кто-то нес свежие ткани, кто-то растирал каменные плиты у входа, будто чистота могла защитить нас от того, кто приближался.

Мы с Лиорой стояли у окна моей кельи и молча смотрели вниз.

Обычно в эту святую обитель не пускали мужчин. Но когда речь шла о короле, даже древние запреты становились удивительно гибкими.

Я не могла оторвать взгляда от всадника, ехавшего впереди.

Отсюда лица было не разобрать, но я узнала бы его из тысячи.

Адриан.

Сердце забилось так сильно, что стало трудно дышать.

Ненависть поднялась волной – горячей, черной, обжигающей. И вместе с ней, к моему ужасу, во мне дрогнуло что-то еще. Как будто кровь узнала его раньше разума. Как будто глубоко внутри проснулся зверь, поднял голову и прислушался.

Я стиснула пальцы на подоконнике.

Нет. Не сейчас. Не он.

На этот раз Адриан был без боевых доспехов. Темно-коричневый дорожный костюм с кожаными вставками, никакого шлема. Черные волосы с золотистым отливом свободно падали на плечи.

И все же даже так он казался воплощением силы.

Дикой. Какой-то звериной.

Он выглядел спокойным. Разговаривал с Севериной без прежней открытой враждебности, передал поводья солдату и направился к дверям обители.

– Ну каков он? – спросила я Лиору, когда Адриан скрылся внутри.

Девушка выглядела напряженной.

– Он меня пугает, – призналась она.

– Главное – не показывай этого, – сказала я. – Такие люди, как он, чувствуют страх. И любят его.

– Думаю, это будет нелегко.

Лиора вздохнула и отошла от окна.

– Единственное, что меня успокаивает: лорд Тангрид будет рядом.

Я тревожно посмотрела на нее.

Кажется, она пыталась смириться с тем, что Кайран останется для нее недостижимой мечтой. Но легче от этого ей явно не становилось.

– Как мне держаться с королем? – спросила она, словно прочитав мои мысли.

– Притворись покорной овечкой, – я попыталась улыбнуться. – Пусть он будет уверен, что от тебя не стоит ждать подвоха.

– Думаю, это получится, – слабо ответила Лиора. – Я вряд ли смогу вымолвить при нем хоть слово.

– Вряд ли он ждет от жены светской беседы.

Я обняла ее за плечи.

– Ему нужно другое.

И тут же пожалела.

Лиора побелела. Я мысленно выругалась.

Бедная девочка. Даже мысль о близости с кем-то, кроме Кайрана, была для нее мучительна.

В дверь постучала Северина.

– Он хочет видеть свою жену, – сказала она, глядя на нас обеих. – В храме.

Лиора вздохнула и взяла меня за руку.

Мы были готовы к такому повороту, но волнение не уходило. Адриан не глуп. Он хотел лично убедиться, что вместо жены ему не подсунули самозванку.

Кровь ледяного дракона, пролитая на алтарь, должна была проявить свою силу. Значит, он проследит, чтобы к нему пришла именно Астерия.

Но Кайран предвидел и это.

На пальце Лиоры было кольцо с тайной полостью, куда мы поместили мою кровь. Несколько капель заставят алтарь отреагировать как нужно. А Кайран постарается отвлечь Адриана хотя бы на мгновение, чтобы Лиора успела сделать свое дело.

– Все будет хорошо, – сказала я, стараясь придать ей уверенности.

Она кивнула и направилась к выходу, но Северина остановила ее:

– Плат не нужен. Король все равно прикажет снять.

– Конечно, – усмехнулась я. – Ему же нужно убедиться, как сильно изменилась его страшная жена.

– Ты будешь в храме? – с надеждой спросила Лиора.

– Обязательно, – заверила я и решительно надела плат.

Пусть Кайран думает, что мне лучше не попадаться королю на глаза. Я не могла оставить подругу одну.

Как только они вышли, я бросилась к тайному ходу.

В храме я оказалась раньше них и затерялась среди сестер, собравшихся посмотреть на высокого гостя.

Мужчины стояли у алтаря, высеченного в виде огромной головы дракона. Кайран что-то говорил Адриану с вежливой улыбкой. Тот кивал и рассеянно оглядывал светлое каменное убранство храма.

Я отметила, что он не привел с собой солдат.

Странная деликатность для человека, который три года назад не гнушался ничем.

Со стороны входа послышались шаги.

Все взгляды обратились туда.

У меня перехватило дыхание, когда я увидела хрупкую фигуру Лиоры, величественно идущую к алтарю. Только крепко сжатые пальцы выдавали ее волнение. Она держалась с достоинством, как подобает королеве, но в огромном храме, под пронзительным взглядом правителя Земли Огня, казалась маленькой и беззащитной.

На красивом, суровом лице Адриана ничего нельзя было прочесть.

Его взгляд скользнул по Лиоре с головы до ног, не пропуская ни одной детали.

Я зажмурилась.

Когда снова открыла глаза, дар проснулся. Над людьми заклубились разноцветные волны.

Я попыталась сосредоточиться на тех, кто был мне важен. Над Лиорой вспыхнули бледно-желтые искры страха. Тонкие, дрожащие, почти прозрачные.

А когда я перевела взгляд на Адриана, то застыла.

Его аура не походила ни на одну из тех, что я видела прежде.

Она напоминала золотой кокон: сияющий, ослепительный, плотный. Непроницаемый.

Так действует кровь огненных драконов?

Жаль, я не могу увидеть себя со стороны.

Я попыталась проникнуть сквозь внешнюю оболочку, разглядеть, что скрывается под этим золотым сиянием. Хотела понять, что он чувствует, глядя на «жену», которую не видел три года.

И тут меня отбросило. Не телом – чем-то глубже.

Будто невидимая сила ударила прямо в грудь, выталкивая из чужого пространства. Не позволяя приблизиться. Не позволяя коснуться.

Я едва не задохнулась. В тот же миг драконья кровь внутри меня вспыхнула таким жаром, что по коже прошла дрожь.

Адриан вдруг повел плечами, словно почувствовал чужое прикосновение, и резко оглядел присутствующих.

Я поспешно погасила дар и опустила голову, боясь привлечь внимание.

Сердце билось слишком громко.

Через несколько секунд я рискнула поднять глаза.

Дар снова спрятался. Адриан уже сосредоточился на Лиоре. А я стояла среди сестер, сжимая пальцы в складках плата, и впервые за три года боялась не только его жестокости.

Я боялась того, что во мне самой откликнулось на него.

Глава 10

– Что ж, Тангрид не солгал, – раздался знакомый, чуть раскатистый голос.

От одного этого звука во мне все перевернулось.

Я с трудом заставила себя не шевельнуться, не поднять голову, не выдать бурю, которая поднялась внутри.

– Вы и вправду изменились к лучшему.

– Благодарю, – едва слышно прошептала Лиора.

Адриан взял ее за руку и подвел к алтарю.

– Нужно соблюсти формальность, – сказал он, останавливаясь перед каменной драконьей головой.

С ритуального блюда он взял тонкий нож.

Лиора побледнела.

Адриан повернул ее руку запястьем вверх и полоснул по коже. Девушка тихо вскрикнула, а я едва удержалась, чтобы не броситься вперед. Затем он поднял ее окровавленную руку к пасти дракона и замер в ожидании.

Как она подменит кровь, если он не сводит с нее глаз⁈

Внезапно сбоку раздался грохот.

Я резко перевела взгляд и увидела, что ритуальный штатив рядом с Кайраном опрокинулся. Тот развел руками с безупречным сожалением:

– Простите, задел нечаянно.

Я мысленно поблагодарила его и снова посмотрела на Лиору.

Глаза каменного дракона вспыхнули холодным ледяным пламенем.

Значит, она успела.

– Отлично, – удовлетворенно сказал Адриан, отпуская ее руку. – Завтра рано утром выезжаем в Северицу. Будьте готовы.

– Как прикажете, ваше величество, – прошептала Лиора, глядя на рану, из которой все еще сочилась кровь.

И вдруг пошатнулась.

Адриан едва успел подхватить ее, прежде чем она осела бы на каменный пол.

По храму прокатился взволнованный шепот. Северина и Кайран бросились к девушке, бессильно повисшей на руках короля.

– Что с ней? – недовольно спросил Адриан.

– Позову травницу, – быстро сказала Северина. – Думаю, это обморок от волнения. Лучше перенести Астерию в ее келью.

Я вздрогнула, услышав свое имя, обращенное не ко мне.

Странное, почти болезненное ощущение.

Но сейчас важнее было состояние Лиоры. Пусть это будет просто обморок. Пусть не наказание богов за нашу ложь, не кара за святотатство у алтаря.

Я поспешила к тайному ходу и затаилась в своей келье.

Когда Северина наконец нашла минуту зайти ко мне, я набросилась на нее с вопросами:

– Как Лиора?

– Травница говорит, все от нервов, – вздохнула тетя. – Неудивительно.

– Но с ней все будет хорошо?

– Ее привели в чувство, но начался жар. Уложили в постель, напоили отваром. Надеемся, к утру ей станет легче. Адриан недоволен. Он не хочет задерживаться.

– Мерзавец, – вырвалось у меня. – Ему плевать на нее, лишь бы его планы не нарушились.

– А чего ты ждала? – Северина устало покачала головой.

– Но он же не повезет ее в таком состоянии?

– Повезет. В карете.

– Прекрасно, – язвительно бросила я. – Заставит больную трястись по ухабам. Кто-нибудь поедет с ней, чтобы ухаживать?

– Адриан попросил выделить одну из сестер.

– Все равно мерзавец.

Я заметалась по комнате.

– Могу я увидеть Лиору?

– Сейчас опасно, – сказала тетя. – Адриан может навестить ее в любую минуту. Его люди ходят по коридорам. Если увидят тебя, начнут задавать вопросы. Жди ночи, когда все успокоятся, и иди тайным ходом.

Я кивнула.

День тянулся бесконечно.

Когда стемнело и шум в коридорах стих, я прокралась к келье Лиоры. Сначала заглянула в глазок, убедилась, что посторонних нет, и только потом скользнула внутрь.

Подруга спала глубоким, тяжелым сном. Худшее, видно, миновало.

В комнате пахло травами. Этот горький, влажный запах болезненно напомнил мне покои матери перед смертью. Я отогнала воспоминание и села на край кровати, взяв Лиору за руку.

– Прости, – прошептала я, глядя на ее спокойное лицо. – Прости, что ты проходишь через все это из-за меня.

Она что-то неразборчиво пробормотала во сне и снова затихла.

Я гладила ее волосы и молилась всем богам-драконам, чтобы с ней все было хорошо. Если уж за нашу ложь должно прийти наказание, пусть оно падет на меня. Это моя война. Моя месть. Моя вина.

Я так глубоко ушла в мысли, что не услышала, как открылась дверь. Очнулась только от удивленного мужского голоса:

– А это еще кто?

Меня словно иглами пронзило.

Я медленно повернула голову и тут же мысленно прокляла себя за то, что сняла плат.

Адриан стоял на пороге.

На нем были только темные штаны, заправленные в мягкие сапоги, и расстегнутая рубашка. Видимо, он уже готовился ко сну, но решил навестить жену – убедиться, что завтрашний отъезд не сорвется.

Внутри все вскипело.

Он и правда пришел проверить, достаточно ли «жена» здорова для дороги? Даже сейчас?

Ненависть поднялась во мне горячей волной. Но вместе с ней вспыхнуло что-то еще – острое, болезненное, пугающе живое.

Адриан был слишком близко.

Мы впервые за три года оказались почти наедине. Больную Лиору он, похоже, за свидетельницу не считал.

И я всем существом ощутила его давящую, хищную силу.

Передо мной стоял красивый зверь в человеческом облике. И его взгляд, скользнувший по мне с головы до ног, был полон нескрываемого интереса.

В голове мелькнула паническая мысль: он может решить, что вправе взять желаемое прямо здесь, у постели собственной жены.

И хуже всего было не это, а то, что вместе с отвращением и яростью во мне поднялся странный, чужой жар.

Я ужаснулась себе. Неужели ночное наблюдение за Кайраном и Лиорой так повлияло на меня? Или дело вовсе не в этом?

Я напомнила себе, чего можно ждать от Адриана. Грубости. Боли. Его желания, его воли, его власти – и ничего для меня.

Это отрезвило. Я больше не позволю ему повторить прошлое.

Медленно поднявшись с кровати, я выпрямилась и приготовилась закричать, если он сделает хоть шаг ко мне.

Но Адриан просто стоял и смотрел.

Так, что уже через несколько мгновений я забыла, как дышать.

Горло пересохло от его молчаливого, почти гипнотического взгляда. Обостренные чувства уловили его запах – терпкий, пряный, с дымной горечью и чем-то горячим, опасным, почти пьянящим.

Я с ужасом поняла, что жадно вдыхаю его снова и снова.

Словно тело узнало то, чего разум знать не желал. Внутри поднялась волна жара.

Раньше, даже когда я любила его до безумия, ничего подобного не было. Тогда мое чувство было почти детским. Чистым, мечтательным, бесплотным.

А сейчас…

О боги, что со мной происходит?

Неужели пробудившаяся драконья кровь так реагирует на близость сильного дракона? Делает нас ближе к зверю, чем к человеку?

Отвратительное открытие. И ужасно несвоевременное. Особенно, когда речь идет о том, кого я ненавижу больше всех на свете.

Адриан сделал шаг ко мне. Я резко вскинула руку.

– Не подходите.

– Не буду, – его губы тронула хищная усмешка. – Если скажешь, кто ты, что здесь делаешь и как прошла мимо охраны.

Что ответить на последнее? Если расскажу о тайном ходе, выдам секрет обители. Придется выкручиваться.

– Меня зовут Велея Ладор, – сказала я, удивляясь собственному спокойствию. – Я подопечная лорда Тангрида. Мы с госпожой Астерией подружились за эти три года. Я пришла проведать ее.

– Почему не навестила раньше, если так волновалась? – прищурился Адриан.

Свет единственной свечи играл на его лице, создавая резкие тени. Я не могла оторвать взгляда от его фигуры, от открытого ворота рубашки, от золотистого отсвета на коже.

В памяти всплыло, как его тело давило на меня в брачную ночь.

И почему-то теперь это воспоминание, вместо прежнего ледяного страха, вызвало непрошеную вспышку жара.

Нет.

Я поспешно перевела взгляд на его лицо – и снова попала в ловушку. Янтарные глаза будто удерживали меня на месте, лишая возможности думать ясно.

– Лорд Тангрид сказал, что мне лучше оставаться в своей комнате, – выдавила я.

– Мудрый человек, – усмехнулся Адриан. – Теперь я понимаю, почему он не хотел показывать мне такое сокровище.

Три года назад я была бы счастлива услышать от него подобные слова.

Теперь они вызвали только панику.

Что, если он захочет развлечься со мной? Покориться и надеяться, что он быстро потеряет интерес? Ни за что. Я буду сопротивляться.

– Мне пора. Уже поздно, – напряженно сказала я и шагнула к двери.

Мы почти поравнялись.

И тогда произошло невозможное. Меня словно ударило током. Железным и неумолимым.

Будто между нами натянулась невидимая нить, и стоило подойти слишком близко, как она дернула нас друг к другу.

Огонь чужого желания отозвался во мне так резко, что я потеряла равновесие. Не успела опомниться, как оказалась в крепких объятиях. Я замерла, парализованная не столько его силой, сколько собственной реакцией.

Что это?

Его запах ударил в голову. Я хотела прижаться к его коже. Вдыхать глубже. Коснуться губами шеи, груди, плеча. Уткнуться лицом в горячее тело, тереться о него, пока это безумие не отпустит.

Это был не мой голос, не моя воля.

Какой-то звериный порыв, которому разум сопротивлялся из последних сил.

– Как ты пахнешь… – услышала я над ухом его изменившийся, хриплый голос.

От горячего дыхания по коже побежали мурашки.

Глухой, предательский звук сорвался с моих губ раньше, чем я успела его сдержать.

Адриан провел носом по моей шее, втягивая воздух, и я с ужасом поняла: с ним происходит то же самое.

Наши тела реагировали так, будто были созданы друг для друга.

Кровь драконов.

Зов пары.

То, о чем говорили легенды. То, что старшие называли милостью богов, а я в этот миг воспринимала как проклятие.

Так было с отцом Адриана и моей матерью?

Впервые я задумалась: а по своей ли воле мать вышла за моего отца? Или кровь говорила в ней громче, а род заставил забыть того, кого она могла любить по-настоящему? Если бы не долг, не союз, не чужие решения, могла бы она быть счастлива с человеком, который любил ее до безумия?

Опасные мысли. У нас с Адрианом все иначе.

С его стороны – лишь похоть и охотничий азарт.

С моей – безумие крови. Никакой любви. Никаких прежних чувств. Только наваждение, которое я обязана подавить.

Его руки тем временем скользнули по моей спине, по талии, будто изучали каждый изгиб. Прикосновения были совсем не такими, как тогда, три года назад.

Не грубыми. Не злыми.

Чувственными. Почти нежными.

От этого становилось еще страшнее.

Я собрала остатки воли и вырвалась.

– Отпустите! – почти закричала я, отталкивая его. – Я не ваша очередная игрушка. И это происходит у постели вашей жены.

Адриан замер.

Взгляд его постепенно прояснился.

Он тяжело дышал, но все же разжал руки и отступил на шаг, глядя на меня с удивлением.