Текст книги "Том 10. Письма. Дневники (с иллюстрациями)"
Автор книги: Михаил Булгаков
Жанр:
Классическая проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 37 страниц)
Современная драматургия, 1986, № 4. Печатается и датируется по указанному изданию.
[Закрыть]
Москва 15 августа 1933 года
Госпоже Марии Рейнгардт
Madame!
Настоящим письмом я выражаю свое согласие на предоставление Вам права перевода на французский язык и исполнения на французском языке моей пьесы «Зойкина квартира» (L’apparttment du Zoika) на условиях, предложенных Вами мне в Вашем любезном письме от 5 июля 1933 года есть четыре процента (4%) мне авторских с каждого представления в драматических театрах, а для кино на французском языке ― пятьдесят процентов мне с тех сумм, которые будете получать Вы.
Срок действия нашего договора предлагаю считать в двухлетний (со времени этого письма) для драматических спектаклей, а для кино – один год, считая со времени премьеры в Париже в драматическом спектакле.
Считаю долгом известить Вас о том, что, согласно моему разрешению от 7 октября 1928 года, издательство И. Ладыжникова в Берлине (е. Ladyschnekoff Verbig, Berlin W 50, Rankestrasse 33) напечатало на немецком языке в Берлине «Зойкину квартиру» с пометкой о закреплении права переводов и постановки за собой, и тем самым получая право на постановку и охраны пьесы за пределами СССР.
Ввиду того, что с тех пор издательство Ладыжникова не давало мне ничего знать о пьесе, а по моим сведениям, кроме того, прекратило свое существование, я полагаю, что никаких препятствий для непосредственного заключения моего соглашения с Вами нет.
Но я прошу Вас принять меры к тому, чтобы выяснить этот вопрос для того, чтобы не было никаких недоразумений или юридических столкновений.
В случае если бы я ошибался и Ладыжникова издательство имеет право на «Зойкину», может быть, нам нужно заключать соглашение через него?
Одновременно с этим письмом я пишу моему брату, доктору Николаю Афанасьевичу Булгакову, проживающему в Париже (Docteur Nicolas Boulgakow, 11, rue Jobbe Duval, Paris 15), с просьбой побывать у Вас для детальных переговоров обо всем, в том числе и по вопросу о Ладыжникове. На Н.А. Булгакова прошу смотреть как на моего поверенного в этом деле, и те суммы, которые будут причитаться мне по моему соглашению с Вами, вручать ему.
Мне было бы очень приятно получить французский текст «Зойкиной квартиры», а от Вас получать известия о дальнейшей судьбе этой пьесы.
Прошу Вас принять выражения моего уважения к Вам.
М.А. Булгаков ― Н.Н. Лямину [611]611Булгаков.
Творчество Михаила Булгакова, кн.З. С-Пг. 1995, с. 212-213. Печатается и датируется по первой публикации.
[Закрыть]
Москва. 23 августа 1933 г.
Дорогой Коля!
Устав от Мольера и находясь в состоянии отдыха, диктую последнее летнее письмо тебе.
Вчера началась зима – в театре произошел съезд. Зима принесет свои заботы, планы и прочее, а сейчас Люся и я стараемся ликвидировать все летние заботы. Люся превратилась в великомученицу из-за ленинградских гастролей. Эти подлецы, эти ленинградские театральные сукины дети, конечно, денег авторских не заплатили до сих пор. Люсина жизнь превратилась в кутерьму. Она встает со словом «Ленинград» и с этим словом же ложится, вроде как бы с молитвой. Какие-то письма, кого-то в Ленинград посылали, какие-то телеграммы приходили, – словом – это наглые арапы! Бедная доверенная Люся!
Впрочем, это все не интересно для тебя. Обидно то, что сорвали всякую работу, в особенности в последние две недели. Дальше получается чепуха: поставили в глупейшее положение, а тут еще Любашин ремонт [612]612
После развода с Л.Е. Белозерской (3 октября 1932 г.) Булгаков сохранял с ней хорошие отношения и помогал материально.
[Закрыть]. Сволочи проклятые!
Буду уговаривать Люсю, чтобы она ни за что не делала драматурга из Сережки. Но, кроме шуток, я серьезно начинаю задумываться...
В самом деле, в оркестр саживали зрителей, вызывали усиленные наряды милиции, накормил я всех этими Турбиными! И вот – спасибо! Ну, черт с ними!
Сережа поправляется. По-видимому хромать не будет. Сегодня узнаем точнее у врача.
Живем по-прежнему, за исключением этого ленинградского безобразия, в тишине, согласии и в мечтах.
Как поживает миловидная болгарка?
Ну-с, итак, семейство наше Тату и тебя целуем.
М.А. Булгаков ― Н.А. Булгакову [613]613Твой М.
Письма. Публикуется и датируется по машинописной копии (ОР РГБ, ф. 562, к. 19, ед. хр. 14, л. 8-11).
[Закрыть]
Москва, 30 августа 1933 года
Дорогой Коля!
Твое письмо от 25 августа 33 г. получил сегодня утром. Прежде всего, сердечно благодарю тебя за то, что ты так быстро и обстоятельно ответил. Далее по пунктам:
1. Положение вещей изложено тобой в совершенно понятной для меня форме.
2. К этому письму прилагаю копию моего письма от 8 октября 1928 года в Издательство Ладыжникова. Как видишь, это не постатейный договор, а письмо, а также, как видишь, в письме не указан пропущенный мной, очевидно, в спешке срок действия этого письма.
Примечание: Захар Леонтьевич Каганский – тот самый, который проделал ряд махинаций с романом БЕЛАЯ ГВАРДИЯ и пьесой ДНИ ТУРБИНЫХ за границей, что-то начал проделывать и с переводом и выпуском ЗОЙКИНОЙ КВАРТИРЫ, о чем меня предупредило Издательство Ладыжникова, вследствие этого фамилия Каганского и попала в письмо.
Попутно предупреждаю тебя, что Каганский – квалифицированный мошенник, причем в сферу его деятельности входит не только Берлин, но, сколько мне известно, и Париж, и возможно, и другие города.
3. Что делать с Ладыжниковым – решайте в Париже сами. Я же завтра попытаюсь посоветоваться с юристом, может быть, что-нибудь узнаю здесь.
4. Охотно предоставляю тебе все права на ЗОЙКИНУ за границей, и завтра же попрошу засвидетельствовать мою подпись на доверенности. Лишь только она будет засвидетельствована – доверенность вышлю тебе.
5. Возможно ли получить от меня текст ЗОЙКИНОЙ КВАРТИРЫ? Нет, полагаю, что это невозможно.
6. Ясно, что ЗОЙКИНА ходит за границей в одном из тех экземпляров, которые неизвестным для меня способом какие-то лица, возможно, что через Ригу или Берлин, пустили в обращение.
Я не знаю, в каком виде этот текст, и, конечно, возможно, что он в неряшливом виде.
7. Совершенно необходимо сделать наоборот; чтобы Рейнгардт выслала бы мне срочнейше копию своего французского перевода – (заказным, натурально) – или копию того русского текста, с которого она переводила. Я жду этого.
8. Если бы эта высылка была невозможна (хотя я не знаю, почему) или бы задержалась, – мне совершенно необходимо, чтобы ты мне в письме выслал бы опознавательные какие-либо признаки рейнгардтовского экземпляра (перечень действующих лиц, указание количества картин и актов, начало и концовки картин), – я хотя какое-нибудь представление составлю о том, что она перевела. Жду этого срочно.
Примечание: под началами и концовками я понимаю выписку нескольких реплик, ну, вот, например, берлинский экземпляр (ладыжниковский немецкий) кончается репликой Зои:
«Будьте мужчиной, Павлуша. Я не оставлю Вас в тюрьме. Прощай, прощай, моя милая квартира!»
Сверивши реплики, я прикину и определю, какой это, примерно, вариант пьесы?
9. Очень рекомендую выписать из Берлина, если это возможно, экземпляр ладыжниковский «ЗОЙКАС ВОНУНГ». Может быть, сравните.
10. Относительно эскизов костюмов и декораций – это, по-моему, нельзя, потому что нельзя фотографировать постановку Вахтанговского театра в Москве, нельзя же ее копировать. Нужно другое: авторские точные указания относительно костюмов и декораций, и эти указания, если нужно, я Вам дам.
Вот пока все. Как видишь, я тебе отвечаю в тот же день, как получил письмо. Жди теперь моих следующих писем. Завтра же будем просить о заверении моей подписи.
Устал – у меня грипп. На этом кончаю письмо. Обнимаю тебя, а Елена шлет тебе привет. Твой Михаил.
М.А. Булгаков ― А.И. Гришину [614]614Булгаков Михаил. Дневник. Письма. 1914―1940. М, СП, 1997. Печатается по машинописной копии (ОР РГБ, ф. 562, к. 19, ед. хр. 38, л. 65).
[Закрыть]
Москва, 13.9.1933 г.
В театр Русской Драмы в Риге
А.И. Гришину
Многоуважаемый Александр Ильич!
Настоящим прошу поступить во всем, как написано в письме доверенной моей, жены моей Елены Сергеевны Булгаковой от 13.9.1933 г., то есть перевести А.А. Нюренберг 26 лат 63 сан., а остальной мой гонорар по «Зойкиной квартире» положить в Банк в Риге, открыв счет на мое имя.
Примите мой привет.
Уважающий Вас
М.А. Булгакову – Н.А. Булгакову [615]615М. Булгаков.
Письма. Публикуется и датируется по автографу (ОР РГБ, ф. 562, к, 19, ед. хр. 14, л. 12-13).
[Закрыть]
Москва 14.IX.1933
Дорогой Коля!
Вчера получил твое письмо от 8 sept. 1933. Спасибо тебе за хлопоты! Надеюсь, что ты поможешь мне по «Зойкиной квартире». Я буду извещать тебя обо всем, что будет у меня известно по поводу этой пьесы. Жду копию экземпляра Мари Рейнгардт, а тебе вышлю копию ее французского письма ко мне, как только Елена Сергеевна его перепишет.
Ты, надеюсь, понимаешь, что от дел с моими пьесами у меня голова идет кругом. Никоим образом, стоя у окошечка на Пироговской, нельзя управиться с заграничными вопросами. И происходит чертова, по временам, кутерьма. Тут всё: и путаница в сношениях с издательствами, и появление разнобойных текстов одних и тех же вещей, по временам фортеля, которые выкидывают некоторые субъекты типа знаменитого Каганского, словом, все прелести. Впрочем, я не только надеюсь, но и убежден, что ты понимаешь все трудности моего положения, почему и не буду распространяться на эту тему.
Я счастлив тем, что Елена взяла на себя всю деловую сторону по поводу моих пьес и этим разгрузила меня. Я выдал ей нотариальную доверенность на ведение дел по поводу моих произведений. В случае, если бы она написала тебе вместо меня, прошу ее сообщения договорные или гонорарные принимать как мои.
Да, еще по поводу «Зойкиной»: вскоре после предложения Рейнгардт, издательство С. Фишер радостно известило меня, что оно насчет «Зойкиной» заключило договор в Чехии. Все это очень мило, но я им написал, что Ладыжников уже выпустил пьесу, так что при чем здесь Фишер? Словом: надо играть в Париже, надо, чтобы ты, сколько можешь, привел вопрос о «Зойкиной» за пределами СССР в порядок [616]616
В письме от 27 сентября 1933 г. Николай Афанасьевич сообщал о том, что присланные документы он «перевел и легализовал по закону», а 26 сентября 1933 г. подписал соглашение с Марией Рейнгардт. К письму Н.А. Булгаков приложил французскую копию и перевод этого соглашения.
[Закрыть].
Сообщения газет о том, что в МХТ пойдут «Мольер» и «Бег», приблизительно верны. Но вопрос о «Мольере» так затягивается (по причинам чисто внутренне театральным), что на постановку его я начинаю смотреть безнадежно, а «Бег», если будет судьбе угодно, может быть, пойдет к весне 1934 года. В других театрах Союза обе пьесы, по-видимому, безнадежны. Есть тому зловещие знаки. В «Беге» мне было предложено сделать изменения. Так как изменения эти вполне совпадают с первым моим черновым вариантом и ни на йоту не нарушают писательской совести, я их сделал.
Сейчас мне срочно нужно быть в МХТ, поэтому это письмо отправляю, а продолжение напишу немедленно (завтра отправлю).
Целую тебя
Михаил.
Вот подпись Елены Сергеевны, чтобы ты ее знал:
Милый Никол,
можно Вас так называть? По рассказам Миши, чувствую к Вам большую симпатию. Было бы очень радостно, если бы Вы прислали нам свою последнюю карточку. Со своей стороны, обещаю, что все наше святое семейство скоро снимется и тоже вышлет Вам свои фотографии. Мое письмо похоже на письмо из «Брачной газеты». Но это уж не моя вина. Шлю сердечный привет.
М.А. Булгаков ― Н.А. Булгаковой-Земской [617]617Елена Булгакова.
Письма. Публикуется и датируется по автографу (ОР РГБ, ф. 562, к. 19, ед. хр. 25, л. 5).
[Закрыть]
1.Х. 33. Москва
Дорогая Надя!
Извини, что я не поздравил тебя вчера. Это не потому, что я забыл тебя. Я все время нездоров и собираюсь выходить только с завтрашнего дня. Передай, пожалуйста, твоим ребятенкам 100 рублей по случаю вчерашних именин твоих. И поцелуй.
Я и Люся сейчас с головой влезли в квартирный вопрос, черт его возьми. Наша еще не готова и раздирает меня во всех смыслах, а Любе я уже отстроил помещение в этом же доме, где и я живу сейчас. Итак, не сердись на меня за то, что редко даю знать о себе. Люся просит поздравить тебя!
Пишу сейчас мало, потому что весь расклеен еще [618]618
Отовсюду до Булгаковых доходили слухи об арестах, среди арестованных были и близкие знакомые. А в это время Булгаков писал новую редакцию романа о дьяволе. Так что портил настроения не только квартирный вопрос.
[Закрыть].
М.А. Булгаков ― Н. А. Булгакову [619]619Твой Михаил.
Письма. Публикуется и датируется по автографу (ОР РГБ, ф. 562, к. 19, ед. хр. 14, л. 14-16).
[Закрыть]
Москва, 4 октября 1933 г.
Милый Никол!
Вчера утром пришло твое письмо от 27.IX—33 г. В конверте – шесть листов и приложение: Статю де ля Сосьете.
Отвечаю тебе по пунктам твоего обстоятельного, понятного и милого письма.
1. Благодарю за переписку текста.
2. Жду текста адаптасьон франсэз. Твой экземпляр – скорректированный экземпляр, содержащий некоторые искажения и многочисленные опечатки. Конечно, если бы была какая-либо возможность, хорошо было бы мне до адаптасьон получить копию и русского текста, но если это невозможно, ничего не поделаешь. Я немедленно вооружаюсь одним из своих экземпляров ЗОЙКИНОЙ, полагая, что он точно такой, как твой, и вышлю тебе поправки, стараясь исправить неряшливости, чтобы не искажать смысл. Прежде всего, я прошу фамилию Обольянинов заменить фамилией – Абольянинов, а китаец называется – Ган-Дза-Лин, (Манюшка называет его Газолин). Дальнейшие поправки в следующем письме.
3. Спасибо за копию соглашения и русский его перевод. В дальнейшем, если не будет времени переводить, посылай без перевода, – переведу.
4. Рад твоему вступлению в Сосьете.
5. С юристом я говорил. Он того мнения, что я с Ладыжниковым могу считать себя уже не связанным. Нотариальная доверенность мною Ладыжникову НЕ БЫЛА ДАНА.
С юристом я говорил больше для очистки совести. Отсюда он мне ничем помочь не может, а самому мне юридическое положение ясно не меньше, чем ему. Тебе – также. Это видно по прекрасному разбору дела, данному в твоем письме.
Да, мне придется написать Ладыжникову о том, что я дал тебе доверенность, и прошу расторгнуть со мною соглашение. Напишу.
6. О Фишере: оказывается, что он имеет отношение к «Зойкиной квартире», как он утверждает. В письме от 19.IX.33., в ответ на мое предупреждение о том, что Зойкина у Ладыжникова, Фишер пишет: «Мы 10 декабря 32 года заключили с издательством Ладыжникова соглашение о том, что распространение этого произведения за границей мы берем на себя», и прибавляет, что дело, таким образом,– «ин орднунг», то есть в порядке.
Нет, тут нет особенного порядка. Ладыжников ни звуком меня не известил о том, что он передал Фишеру распространение Зойкиной, как вообще ни о чем не извещал. Прими все это к сведению. Фишеру же, конечно, я немедленно напишу о том, что доверенность у тебя, попрошу его урегулировать с тобою вопрос о Чехии, и всех корреспондентов по Зойкиной квартире буду направлять к тебе.
Я понимаю, как важно внести порядок в это дело, я отлично понимаю все юридические тонкости и сложности. Я полагаю, что я совершенно верно устанавливаю и тип моих корреспондентов и характер их действий, но до соглашения с тобой я был лишен физической возможности установить какой-нибудь порядок. А ты можешь его установить, в чем я всячески тебе помогу.
7. Рад переговорам с театром.
8. Список действующих лиц, характеристика, одежда, бытовые условия идут немедленно в следующем письме.
9. Прошу тебя, милый Никол, немедленно по получении этого письма передать профессору д’Эрель, что я чрезвычайно рад буду видеть его у себя, что я с удовольствием сделаю все, чтобы ознакомить его с нашими театрами, и вообще буду очень доволен, если чем-нибудь буду еще полезен ему в Москве. Мне будет приятно повидать твоего шефа, с которым ты связан научной работой, услышать что-нибудь о тебе. Я думаю, что он, даже если его время и будет занято официальной частью приезда, какими-нибудь визитами или научными сообщениями, – вполне найдет возможность увидеться со мной. Мой телефон: Арбат 3-58-03. И я, и жена говорим по-французски.
У меня вообще сейчас французская полоса. Сижу над Мольером (я продолжаю его изучать), а недавно беседовал с Эррио [620]620
Видный государственный и политический деятель Франции Эдуард Эррио (1872—1957) находился в это время с визитом в СССР. В дневнике Е.С. Булгаковой имеются записи о посещении Эррио МХАТа и о состоявшейся его беседе с Булгаковым. Приводим эти записи:
«5 сентября (1933 г.) [...] Вечером у нас Яков Л(еонтьевич) Леонтьев, Оля с Калужским. Уговаривали М. А. прийти завтра на „Турбиных“ – будет Эррио, кот[орый] просил поставить завтра эту вещь. Миша отказывался.
6 сентября. М. А. получил из Театра официальный вызов на спектакль. Ушел. Я – дома. Звонок телефонный Оли:
– Ну, Люся, ты должна все простить Владимиру Ивановичу (у меня к нему счеты за М. А.). Знаешь, что он сделал?!... Спектакль сегодня идет изумительно, по-моему, никогда так не играли. Может быть, оттого, что смотрит В. И. Ну, и Эррио, конечно... Уже после первого акта Эррио стал спрашивать про автора, просил познакомить, но Мака куда-то исчез. После „гимназии“ Вл. Ив. увидел Маку в ложе, стал выманивать. Мака с Судаковым подошли. Эррио, Литвинов, [...] мхатовцы – в первом ряду. После знакомства, видя внимание публики ко всему этому, Вл. Ив. сделал жест, знаешь такой округлый, как он всегда делает, и сказал интимно, но так, что вся публика услышала: „А вот и автор спектакля“, – и тут все зааплодировали в театре, была настоящая овация. Мака очень хорошо кланялся. – Эррио в восторге от спектакля, Влад. Ив. тоже: „это настоящий художественный спектакль: замечательная пьеса и замечательная игра актеров“. На принос Николки Влад. Ив. не пошел: „Если пойду, заплачу непременно“. Вообще подъем необыкновенный в Театре.
Тут подошел домой Миша, рассказал мне: моментально вынырнул переводчик. М. А. отказался. Эррио – „Mes compliments...“ {60} Спросил, писал ли М. А. по документам?
– На основании виденного.
– Talberg est un traitre? {61}
– Конечно.
– Кто такие петлюровцы?
(Со стороны вопрос: сколько вам лет?)
– Скрываю...
Вопрос Литвинова: какие пьесы вы еще написали?
– „Зойкину квартиру“, „Мольера“...
Эррио:
– Были ли когда-нибудь за границей?
Jamais {62}.
Крайнее удивление.
– Mais pourquoi?! {63}
– Нужно приглашение, а также разрешение Советского правительства.
– Так я вас приглашаю!
Звонки.
– Au revoiri {64}.
В следующем антракте Немирович задумчиво:
– Может быть, я сделал политическую ошибку, что вас представил публике?
– Нет».
[Закрыть], который приехал в МХТи смотрел «Дни Турбиных».
Спешу отправить это письмо, поэтому ничего больше не сообщаю. Жди немедленно следующего. Ответ на это прошу срочный.
Целую тебя и Ивана. Скажи ему, пожалуйста, что я несколько раз уже брался за перо, чтобы написать ему по поводу его стихов, но до сих пор не мог выкроить времени. Я напишу ему тотчас же, как сплавлю деловую переписку, которая задержалась из-за болезни Люси. Она шлет тебе самый горячий привет.
М.А. Булгаков ― в редакцию «Жизнь Замечательных Людей» [621]621Творчество Михаила Булгакова, кн. 2, С.-Пг., 1994, с. 177. Печатается по указанному изданию.
[Закрыть]
Ввиду того, что ко мне поступило предложение дать для напечатания отрывки из сочиненной мною для «Жизни замечательных людей» БИОГРАФИИ МОЛЬЕРА, я прошу Редакцию в срочном порядке дать мне письменное согласие на напечатание таких отрывков.
А также прошу Редакцию известить меня относительно того, будет ли Редакция печатать биографию Мольера или же отказывается от этого [622]622
17.11.1933 года А.Н. Тихонов извещал, что «со стороны редакции нет возражений против того, чтобы Ваша книга „Биография Мольера“, написанная для серии биографий, была издана в каком-либо другом издании, так как в нашей серии она, к сожалению, выйти не может».
Впервые художественная биография булгаковского Мольера была издана в 1962 году в серии «Жизнь замечательных людей». Затем несколько раз переиздавалась. Но, к сожалению, это был далеко не полный текст, отредактированный «по абзацам, фразам и словам». Полный авторской текст биографии Мольера был издан в книге «Кабала святош» в 1991 году в издательстве «Современник». Составители В.И. Лосев и В.В. Петелин.
[Закрыть].
М. Булгаков.
Москва, 14 октября 1933 г.
М.А. Булгаков ― В.В. Вересаеву [623]623М.А. Булгаков ― драматург и художественная культура его времени. М., 1988. Печатается и датируется по указанному изданию.
[Закрыть]
1933.17.Х.
Дорогой Викентий Викентьевич,
помнится, один раз я Вас уже угостил письмом, которое привело Вас в полнейшее недоумением.
Но так всегда бывает: когда мой литературный груз начинает давить слишком, часть сдаю Елене Сергеевне. Но женские плечи можно обременять лишь до известного предела. Тогда – к Вам.
Давно уже я не был так тревожен, как теперь. Бессонница. На рассвете начинаю глядеть в потолок и таращу глаза до тех пор, пока за окном не установится жизнь – кепка, платок, платок, кепка. Фу, какая скука!
Так в чем же дело? Квартира. С этого начинается. Итак, на склоне лет я оказался на чужой площади. Эта сдана, а та не готова. Кислая физиономия лезет время от времени в квартиру и говорит: «Квартира моя». Советует ехать в гостиницу и прочие пошлости. Надоел нестерпимо. Дальше чепуха примет грандиозные размеры, и о работе помышлять не придется.
Нарисовав себе картину выселении, судов, переселений и тому подобных прелестей... [624]624
Обрыв текста. Письмо не было отправлено.
[Закрыть]
Булгаков Михаил. Дневник. Письма. 1914―1940. М., СП, 19997. Публикуется и датируется по машинописно-рукописной копии с подписью-автографом (ОР РГБ, ф. 562, к. 19, ед. хр. 38, 77).
[Закрыть]
30 ноября 1933 г.
Многоуважаемый г. К. Марил!
Ваши любезные письма от 20 и 23 октября с. г. и извещение о зачислении на мой счет 45 марок от 14 ноября с. г. мною получены.
Прошу Вас не отказать в любезности взять с моего счета 40 марок (сорок марок) и перевести их Emmy Lieven [626]626
В этот же день Е.С. Булгакова известила Э. Ливен о переводе на ее адрес 40 марок. В надежде, что деньги будут переданы ее матери.
[Закрыть]; Berlin, Fürtherstrasse, 10/III.
Заранее благодарю Вас, прошу принять уверение в моем полном уважении.
М.А. Булгаков ― Л.Н. Замятиной [627]627М. Булгаков.
Русская литература, 1989, № 4. Печатается и датируется по первому изданию.
[Закрыть]
31 декабря 1933. Москва.
Милая Людмила Николаевна!
Еще несколько часов, и пробьет «12». Говорят, что все это условности. Возможно. Но все-таки, всякий раз, как ждешь боя часов, внушаешь себе, что вот явится Фортуна, обольстительно улыбнется. Она, конечно, не явится, все это чепуха, но ждать никому не запрещается.
Итак, поздравляю Вас с Новым годом. Так как мне точно известно, что нужно для счастья человека, то этого и желаю Вам: 1) здоровья, 2) собственная вилла, 3) автомобиль, 4) деньги.
Все прочее приложится.
Себе желаю только одного: как можно скорее переехать в Нащокинский переулок. Больше мне ничего не нужно.
Есть затрепанная, тусклая, заношенная надежда, что это случится в январе. Но если не случится, то гражданин, которому наша Пироговская квартира уже сдана, отравит мне окончательно жизнь.
Но недаром я жду полночи – улыбнется богиня – авось переедем.
Ваше письмо от 3.XI.33 получено...
М.А. Булгаков ― Н.А. Булгакову [628]628Письма. Публикуется и датируется по автографу (ОР РГБ, ф. 562, к. 19, ед. хр. 15, л. 1).
[Закрыть]
Москва,29 января 1934 года
Николаю Афанасьевичу Булгакову
II, rue Jobbe Duval
Paris XV
(место службы: 75,
Olivier-de-Serres
Téléphone: Vaugirard 55-82)
Дорогой Коля!
Г-н Юджин Лайонс (Eugene Lyons), корреспондент американской прессы, проживавший в Москве, а теперь направляющийся в Америку, выразил интерес к моей пьесе «Зойкина квартира» [629]629
Е.С. Булгакова зафиксировала в своем дневнике и это событие: «3 января (1934 г.) Вечером американский журналист Лайонс со своим [...] спутником Жуховицким. Им очень хочется, чтобы М. А. порвал свои деловые отношения с издательством Фишера (кот[орый], действительно, маринует пьесы М. А.), и передал права на „Турбиных“ Лайонсу. М. А. не любит таких разговоров, нервничал.
Жуховицкий за ужином:
– Не то вы делаете, Михаил Афанасьевич, не то! Вам бы надо с бригадой на какой-нибудь завод или на Беломорский канал. Взяли бы с собой таких молодцов, которые все равно писать не могут, зато они ваши чемоданы бы таскали...
– Я не то, что на Беломорский канал, – в Малаховку не поеду [...] 8 января. [...] Днем я обнаружила в архиве нашем, что договор на „Турбиных“ с Фишером закончился, и М. А., при бешеном ликовании Жух(овицкого), подписал соглашение на „Турбиных“ с Лайонсом».
[Закрыть]. Ввиду того, что доверенность на эту пьесу у тебя, я направлю г. Лайонса к тебе.
Может быть, ты найдешь возможным вступить с ним в переговоры и договорные отношения относительно «Зойкиной квартиры» для Америки. Я с ним (ввиду того, что мой договор с Фишером на Дни Турбиных кончился) заключил договор на Дни Турбиных для всей заграницы сроком до конца 1934 года (на английском языке для театров и на всяком языке для кино). В начале февраля я меняю свой адрес в Москве, но точно его еще не знаю. Поэтому впредь до сообщения его тебе, прошу писать мне заказным по следующему адресу:
Москва, Проезд Художественного Театра. Московский Художественный Театр. Михаилу Афанасьевичу Булгакову.
М.А. Булгаков ― В.В. Вересаеву [630]630Твой Михаил.
Знамя, 1988, № 1. Затем: Письма. Печатается и датируется по второму изданию.
[Закрыть]
6.III.34 г.
Дорогой Викентий Викентьевич!
Адрес-то я Вам не совсем точный дал. Надо так: Москва 19, Нащокинский пер., д. 3, кв. 44. До 10-го я позвоню Вам, и мы условимся, как быть с билетами. Я искренно опечален тем, что Вы сообщили о Вашем доме. Подтверждается ли это? Я от души желаю Вам, чтобы Ваше новое пристанище в случае, если придется уезжать, было бы хорошо.
А об этом кабинете сохраню самые лучшие воспоминания [631]631
Булгаков часто беседовал с Вересаевым в его кабинете на квартире, которая располагалась на углу Смоленского и Шубинского переулков. Ныне на этом доме установлена мемориальная доска В.В. Вересаеву.
[Закрыть]. Я становился спокойнее в нем, наши беседы облегчали меня.
Свое жилище я надеюсь Вам вскоре показать, лишь только устроюсь поуютнее.
Замечательный дом, клянусь! Писатели живут и сверху, и снизу, и сзади, и спереди, и сбоку.
Молю Бога о том, чтобы дом стоял нерушимо. Я счастлив, что убрался из сырой Пироговской ямы. А какое блаженство не ездить в трамвае! Викентий Викентьевич!
Правда, у нас прохладно, в уборной что-то не ладится и течет на пол из бака и, наверное, будут еще какие-нибудь неполадки, но все же я счастлив. Лишь бы только стоял дом.
Господи! Хоть бы скорее весна. О, какая длинная, утомительная была эта зима. Мечтаю о том, как открою балконную дверь.
Устал, устал я.
Итак, приветствую Марию Гермогеновну, Вас обнимаю, а Елена Сергеевна просит Вас поблагодарить за приглашение и так же, как и я, приветствует Марию Гермогеновну.
Ваш М. Булгаков.
P.S. Елена Сергеевна перенесла грипп в серьезной форме.
