Текст книги "Там, где живет истина (ЛП)"
Автор книги: Миа Шеридан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)
ГЛАВА 16
Рид смотрел, как Лиза исчезает в своей комнате вместе с Марией. Затем повернулся и тяжело вздохнул. Это было последнее место, где он ожидал оказаться сегодня вечером, и при обстоятельствах, которые все еще пытался понять.
– Мы останемся, пока Мария работает, – сказал Фостер. – И проследим, чтобы все было заперто, когда уйдем.
– Спасибо...
Раздался стук в дверь. Рид повернулся, гадая, не прислали ли еще одного криминалиста, чтобы ускорить процесс. Но когда открыл дверь, там стоял Чад Хедли, его одежда была влажной, волосы мокрыми и откинутыми назад, как будто он только что пробежал через весь город под дождем.
Мужчина удивленно посмотрел на Рида.
– Офицер Дэвис.
Рид проигнорировал неправильное обращение. Почему-то ему показалось, что это было сделано специально, чтобы как-то принизить его. Самодовольный засранец.
– Доктор Хедли, – сказал он, посторонившись, чтобы мужчина мог войти.
– Я говорил с Лизой. Мне показалось, что я ей нужен. С ней все в порядке?
По спине пробежала дрожь того, что Рид не хотел называть и уж точно не имел на это права.
– Она в шоке, но в порядке.
– У вас есть какие-нибудь предположения кто это был?
– Нет. Лиза сначала подумала, что он похож на ее отца, но это невозможно, поскольку он умер. Вы можете назвать пожилого мужчину, возможно, того, с кем вы работаете, у которого была бы причина проникнуть в дом доктора Нолан?
– Нет. Без понятия. – Но мужчина вдруг стал выглядеть обеспокоенным.
– Чад? Что ты здесь делаешь? – Лиза стояла в коридоре с дорожной сумкой в руках и смотрела на них.
Хедли бросился к ней и взял ее за руки.
– Я так волновался.
– Я же сказала, что со мной все в порядке. Чад, правда, тебе лучше уйти.
Рид двинулся к ним, протягивая руку за сумкой Лизы, но она лишь покачала головой.
– Мне еще нужно кое-что взять из ванной.
– Куда ты идешь? – спросил Хедли с ноткой обвинения в голосе.
Лиза, очевидно, тоже это услышала, потому что сделала паузу, сузив глаза.
– Я иду в отель. Ри… Детектив Дэвис отвезет меня туда.
Хедли бросил на Рида быстрый взгляд.
– Я могу тебя отвезти. А еще лучше, ты можешь остаться у меня. Зачем жить в отеле, если у тебя есть друг, Лиза?
– Спасибо, Чад, но нет. Пожалуйста. Тебе лучше уйти. – Лиза оглянулась в сторону своей спальни. – Мария поможет мне собрать еще несколько вещей. – Она посмотрела на Рида. – Я буду готова через пять минут.
Хедли открыл было рот, чтобы заговорить, но Гэррити прервал его, выйдя в коридор.
– Мисс Нолан, прежде чем уйдете, мне нужно получить от вас еще несколько сведений для отчета.
– Хорошо. Я соберу свои вещи, а потом подойду к вам. – Она взглянула на Рида. – После этого я буду готова идти. – Затем перевела взгляд на доктора Хедли. – Спасибо, что пришел, Чад. И за то, что передашь мое сообщение на работе.
Лиза направилась в свою спальню, а Чад Хедли повернулся к Риду. Он натянуто улыбнулся, но в его челюсти дергался мускул, а во взгляде читалась враждебность, когда он оценивающе смотрел на Рида. Он разозлился. Что это было? Какой-то дурацкий поединок «У кого член больше?»?
– Могу я поговорить с вами наедине, детектив?
Отлично, как раз то, что мне нужно.
– Конечно. – Он повернулся и пошел к нише у кабинета Лизы, остановившись перед входом в комнату, которую нужно было проверить на отпечатки пальцев. Ему стало интересно, есть ли здесь отпечатки Хедли. Очевидно, он был знаком с местом, где жила Лиза.
Остынь, Дэвис.
Хедли оглянулся через плечо, а затем снова посмотрел на Рида. Наклонился ближе.
– Послушайте, я чувствую себя обязанным упомянуть кое-что о Лизе.
Рид сохранял нейтральное выражение лица, но внезапно насторожился. Он инстинктивно понял, что ему не понравится то, что скажет этот человек.
Хедли снова быстро оглянулся.
– Я бы ничего не сказал, но... ну, вы упомянули, что она думала, будто видела своего отца в квартире сегодня вечером, и... – Он вздохнул. – У Лизы есть опыт вызывания мертвых людей. Она разговаривает со своей сестрой. Притворяется, что та жива. Ведет с ней целые беседы. С сестрой, которая умерла пятнадцать лет назад.
– Что вы хотите сказать?
– Я просто хочу знать, уверены ли вы, что сегодня вечером в ее квартире действительно кто-то был.
За углом ниши послышалось движение, а затем в арочный дверной проем вошла Лиза, широко раскрыв глаза от того, что Риду показалось... предательством. Ее взгляд был устремлен прямо на Хедли.
– Как ты мог? – спросила она срывающимся голосом.
– Лиза. – Он двинулся к ней, протянул руку, но девушка отступила назад, подальше от него.
– Я доверяла тебе, – сказала она так тихо, что Рид едва расслышал слова.
Черт. Мысли в голове закружились. Что это было?
Хедли снова потянулся к ней, но Лиза подняла руку, и он остановился.
– Не надо, – сказала она и посмотрела на Рида. – Я готова.
Хедли выдохнул и начал что-то говорить ей, но Рид заговорил раньше, чем он успел.
– Думаю, будет лучше, если вы оставите ее в покое на эту ночь, доктор.
На минуту показалось, что мужчина собирается возразить, поскольку смотрел то на Рида, то на Лизу, но затем его плечи опустились, и он кивнул.
– Вы позаботитесь о том, чтобы ее поселили в безопасном гостиничном номере?
– Обещаю.
Он посмотрел на Лизу.
– Позвони мне, если что-нибудь понадобится.
Она отвернулась, и Хедли со вздохом повернулся и вышел из ее квартиры.
– Готова? – спросил Рид и, когда девушка кивнула, вывел ее в коридор, двигаясь медленно, чтобы у Хедли было достаточно времени добраться до своей машины и уехать, прежде чем они выйдут из здания.
Они подошли к внедорожнику Рида, припаркованному прямо у входа, и забрались внутрь. Лиза выглядела бледной, слегка потрясенной, а ее руки дрожали на коленях. Он оставил ее наедине с ее мыслями, прокручивая в голове свои собственные вопросы.
«У Лизы есть опыт вызывания мертвых людей. Она разговаривает со своей сестрой. Притворяется, что та жива. Ведет с ней целые беседы. С сестрой, которая умерла пятнадцать лет назад».
Рид не знал, что и думать.
Она никак не могла представить себе своего отца сегодня ночью... ведь так? Он посмотрел на нее: тело напряжено, волосы рассыпались по плечам, обрамляя лицо. На ней все еще были леггинсы и толстовка, в которых она, должно быть, легла спать. Лиза выглядела очень молодой и очень испуганной.
Кто ты, Лиза? Что с тобой случилось?
– Я не сумасшедшая, – прошептала она, ее взгляд метнулся в его сторону, хотя голова оставалась обращенной вперед.
Рид вздохнул.
– Лиза, ты не обязана мне ничего рассказывать, если только это не играет роли в том, что произошло сегодня вечером.
Девушка покачала головой и посмотрела на свои руки, лежащие на коленях.
– Я знаю, что моя сестра мертва. Я знаю это, Рид. Я не обманываюсь, поверь мне. – Она повернула голову в его сторону, и ее взгляд был таким невероятно мрачным.
Ох, Лиза. Черт.
Она выглядела несчастной. Пристыженной.
– У меня... у нас... было трудное детство. Моя сестра... она... умерла, когда мне было тринадцать. Я винила себя. Иногда до сих пор виню. – Она снова посмотрела в лобовое стекло, казалось, слова давались ей с трудом. Если она и произносила их раньше в той или иной форме, то, насколько мог судить Рид, это случалось очень редко. Это была не отработанная история, и даже не та, которую она, казалось, знала, как рассказать. Лиза подбирала слова, и он был уверен, что пропускала некоторые моменты. И это было нормально.
Внутри него все замерло, он слушал, впитывал.
– В общем, я... иногда с ней разговариваю. – Она покачала головой. – Когда испытываю стресс или не уверенность. Выражать мысли через нее... помогает мне... не знаю... прояснить ситуацию. – Она тихонько засмеялась, но в конце поморщилась. – Она была единственным хорошим человеком в моей жизни, когда я росла, человеком, которого я защищала и к которому обращалась, и… полагаю, я делаю это и сейчас. Даже если ее... нет. Не могу представить, как это звучит для тебя, но... Я не сумасшедшая.
Снаружи снова пошел дождь, забрызгивая лобовое стекло, и Рид включил дворники. В течение нескольких минут был слышен только тихий шум дождя и успокаивающее поскрипывание щеток стеклоочистителя. Парень на мгновение задумался о том, что она сказала, и его охватила грусть от ее признания. Все, что он знал о Лизе Нолан, смешалось в его голове, когда он попытался составить более полное представление об этой женщине. Врач, стремящийся помочь тем, кто пережил травму. Девушка, у которой самой было трудное, возможно, даже травмирующее детство. Женщина, которая боялась темноты. И у которой были сексуальные проблемы, с которыми она пыталась справиться, знакомясь со случайными мужчинами в барах.
– Наверное ты думаешь, что я не имею права лечить пациентов, – сказала она, пытаясь привнести в свой тон немного юмора, но у нее ничего не получилось.
– Я так не думаю. – Рид посмотрел на нее, любуясь очертанием ее профиля, в отражение дождя и света за окном, заставляющее узоры вихрем кружиться на ее щеке. – Необязательно быть идеальной, чтобы хорошо выполнять свою работу. Может быть, даже лучше, что это не так.
Лиза посмотрела на него, и он мог поклясться, что увидел в ее глазах искру чего-то чертовски похожего на надежду. И это вызвало в нем прилив желания защитить ее.
– Я далеко не идеальна.
Он слабо улыбнулся ей.
– Полагаю, это помогает тебе в общении с пациентами. Знаешь, не зря так много консультантов в реабилитационных центрах для наркоманов сами являются бывшими наркоманами. Кто может помочь кому-то лучше, чем человек, побывавший на их месте? Кому больше доверяет человек, испытывающий боль? Тому, кто никогда ее не испытывал, или тому, кто был там и перешел по мосту на другую сторону?
Лиза опустила взгляд и некоторое время возилась с кольцом на указательном пальце, но ее плечи, казалось, немного расслабились.
– Наверное, правильнее будет сказать, что я одной ногой на мосту, а другой – на очень зыбкой почве.
Нет, если можешь шутить на эту тему. Даже если делаешь это с болью. Ты сильнее, чем думаешь, Лиза.
Рид улыбнулся.
– Хорошо, но ты осознаешь себя. Ты знаешь, над чем тебе нужно работать, и активно это делаешь. – Рид хотел спросить ее, помог ли он ей в этом. Помогла ли ей та ночь, которую они провели вместе. И если да, то он был бы рад этому, несмотря на цену, которую заплатил – отказ и разочарование, – и считал бы это жертвой, которую стоило принести. Но сейчас было не время поднимать эту тему. Не сейчас и, возможно, никогда.
– Но это всегда самое сложное, не так ли? Научиться смотреть в лицо своим демонам, а затем идти до конца.
– Ну, если то, что ты делаешь, не очень хорошо работает, может, тебе нужно попробовать что-то другое?
Лиза посмотрела на него. Взгляд был усталым, но улыбка была нежной и даже немного дразнящей.
– Предполагается, что я здесь психолог.
Рид усмехнулся в ответ на реплику, которую она произнесла, когда впервые встретила его в «Лейксайде».
– Да, но ты все еще человек, – сказал он, повторив свою фразу. – И даже врачи не могут оперировать самих себя.
Лиза рассмеялась и, казалось, была почти удивлена этим фактом.
– Как ты вообще можешь быть таким идеальным, Рид Дэвис?
Он взглянул на нее, его лицо стало серьезным. В ответ она тоже стала серьезной. Рид снова посмотрел на дорогу.
– Я тоже далеко не идеален. – Он сделал небольшую паузу, поглаживая большим пальцем строчку на руле. – Возможно, ты удивишься, узнав, что мой отец был серийным убийцей.
Он почувствовал на себе ее взгляд в тусклом свете машины, но не посмотрел в ее сторону.
– Ты... шутишь?
Рид шумно выдохнул, что, по его замыслу, должно было означать смех.
– К сожалению, нет.
– Как... Я имею в виду... тебя вырастил серийный убийца?
– Нет. Меня вырастили любящие родители прямо по ту сторону моста, в Кентукки. Мой биологический отец похитил мою биологическую мать и почти год жестоко обращался с ней. В результате появился я, и она родила меня, прикованная к стене подвала в заброшенном здании.
Лиза уставилась на него, открыв рот от изумления. Черт, эти слова все еще шокировали его. Их суровая правда. Зверство, которое они вызывали. Его все еще шокировало то, что он был там, хотя, очевидно, ничего не помнил об этом.
– Мой биологический отец забрал меня у нее и отдал супружеской паре, которая меня вырастила. Джози, моя биологическая мать, нашла меня позже, но отказалась от родительских прав.
Лиза смотрела вперед, словно переваривая то, что он ей только что рассказал. Через минуту спросила:
– Когда ты узнал об этом?
– Когда мне было четырнадцать. До этого родители сказали мне, что меня усыновили, но как бы обошли стороной обстоятельства моего рождения. Они решили, что в четырнадцать лет я уже достаточно взрослый, чтобы узнать всю правду. Я познакомилась с Джози, моей биологической мамой, когда мне было восемнадцать. Она... замечательная. Она пожертвовала всем ради меня, чтобы у меня была нормальная жизнь. Любящий дом.
– Вау. Это... трудно переварить. – Лиза наклонила голову, изучая его какое-то мгновение. Дождь за окном превратился в легкий туман. – Так вот почему ты такой благородный?
– В каком смысле?
Она пожала плечами.
– Ты совершенно не похож на своего биологического отца. Если он был типичным плохим парнем, то ты его полярная противоположность. Ты хороший парень, Рид Дэвис. И я думаю, что это как-то... важно для тебя.
Он изобразил гримасу.
– Ой. Хороший парень. Разве они не всегда заканчивают последними?
Лиза рассмеялась и покачала головой.
– Только не ты, – сказала она, и в ее голосе прозвучало что-то мягкое, что он надеялся услышать снова.
Ладно, она и сама была хорошим детективом. Лиза правильно его поняла, увидела в нем потребность как-то компенсировать грехи отца. Это было важно для него. Хотя он и не справлялся с этой задачей снова и снова.
– Я не такой уж благородный, – пробормотал он.
– Да, ты такой и есть, – сказала она, и в ее голосе прозвучала улыбка, прежде чем она подняла руку, прикрывая большой зевок.
– Ты устала, – сказал Рид, когда светофор, на котором они стояли, переключился с красного на зеленый и он проехал перекресток.
– Да, – ответила она. – И я заметила, что ты ездил кругами по центру города. У тебя есть на примете какой-нибудь отель? – Она подняла бровь и улыбнулась ему.
Он улыбнулся в ответ.
– Да. Я отвезу тебя в тот, что расположен недалеко от моей квартиры, так что, если тебе что-то понадобится, я смогу быстро приехать. Мне просто было приятно провести с тобой время. Поговорить.
– Мне тоже, – тихо сказала она. – Спасибо.
Он заехал на парковку большого отеля в центре города и занял свободное место. Заглушил двигатель и повернулся к ней.
– Могу я задать тебе последний вопрос? Это кое-что личное.
Лиза слегка улыбнулась ему.
– Хорошо. Я задала тебе столько личных вопросов. Думаю, будет правильно, если отвечу тебе тем же.
– Смотри, кто теперь благородный.
Она рассмеялась, и у Рида все затрепетало внутри. Боже, что же такого было в ее смехе, что так задевало его?
– В чем дело, детектив?
– Этот шрам, – тихо произнес он, его взгляд скользнул по бледно-розовой полоске на ее шее, едва заметной в тусклом свете автостоянки. – Он как-то связан с потерей твоей сестры?
Ее рука бессознательно метнулась туда, но также быстро девушка, казалось, осознала это движение, и ее рука опустилась на колени. Лиза переплела пальцы, сглотнула и кивнула.
– Мой брат... убил моего отца. Затем... пытался убить и меня, но я выжила. Он недостаточно глубоко прорезал. – Она снова сглотнула, ее взгляд скользнул куда-то за его спину, словно заглядывая в прошлое. – Он поджег дом, и моя сестра умерла внутри. Я пыталась... спасти ее. Я пыталась, но огонь был слишком горячим... слишком... сильным. Было так много дыма. Я... ничего не видела.
О, боже.
– Мне так жаль, Лиза, – сказал Рид, его голос был хриплым, как будто он каким-то образом вдохнул немного дыма, о котором она говорила.
Девушка одарила его слабой улыбкой.
– Спасибо. – Она потянулась и коснулась его руки. Электрический разряд пробежал между ними. Он почувствовал это и по выражению ее лица понял, что Лиза тоже это почувствовала. Она встретилась с ним взглядом и убрала руку. – За все. Ты был... добрее ко мне, чем я того заслуживаю.
– Ты заслуживаешь большего, чем думаешь. – Их взгляды задержались на несколько мгновений, прежде чем он отвел глаза. – В любом случае, ты, наверное, устала. Давай я помогу тебе подняться в номер, а потом оставлю тебя, чтобы ты немного поспала.
Пятнадцать минут спустя, держа в руках ключ-карту, они поднялись на лифте на этаж, где находился ее номер. Они ехали в молчании, и Рид вспомнил, как они впервые ехали в лифте вместе. Лиза взглянула на него, ее щеки раскраснелись, и он подумал, что она, вероятно, думает о том же. Когда дверь открылась, он протянул руку.
– После тебя, – сказал он, его голос звучал глубже, чем он хотел, из-за воспоминаний о той ночи.
Рид проводил ее до двери номера и стоял в стороне, пока Лиза открывала ее. Затем девушка внезапно обернулась.
– Рид, ты... веришь мне, да? Что кто-то был в моей квартире сегодня ночью?
– Конечно, я тебе верю.
Лиза облизала губы и кивнула. Перевела дыхание.
– Завтра я собираюсь навести справки, узнать, не было ли в этом районе других взломов или чего-то подобного. Дай мне свой номер, и я позвоню тебе, если будут новости.
– Хорошо. – Она полезла в сумочку и достала визитку с логотипом больницы «Лейксайд». – Указанный номер для звонков в нерабочее время – это номер моего мобильного телефона, – сказала она, когда он взял у нее карточку. – Спасибо, Рид, за... за все.
Он кивнул.
– Входи и запри дверь. Я подожду, пока не услышу, как защёлкнется замок.
– Хорошо. – Она начала поворачиваться.
– Подожди, – сказал он, прислонившись плечом к дверному косяку. – Еще один последний вопрос.
Лиза обернулась, между ее глазами пролегла морщинка.
– Да?
– Где находится озеро?
На мгновение она выглядела растерянной, но затем понимание осветило ее лицо, и она рассмеялась. Поднесла пальцы к губам, словно стирая улыбку, и бросила на него обеспокоенный взгляд.
– Вы не видели озеро, детектив? – Она наклонила голову, постукивая пальцем по губам.
Боже, какая же ты красивая.
– Нет. Не видел.
– Хм. Это очень тревожный знак. Может, вам стоит записаться на прием утром?
Рид ухмыльнулся, оттолкнулся от дверного косяка и отступил на шаг. Их взгляды встретились.
– Может, и стоит. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. Приятных снов. – Она скрылась внутри.
Парень подождал, пока не услышал щелчок замка, за которым последовал звук задвигающейся цепочки, и пошел обратно к лифту. Ему не хотелось оставлять ее, он чувствовал ее притяжение даже в кабине спускающегося лифта, и, черт возьми, ему было приятно заставить ее улыбнуться хоть на мгновение. Но Рид знал, что должен уйти, знал, что так будет лучше.
ГЛАВА 17
– Присаживайтесь, пожалуйста. – Сержант Валенти прошел в переднюю часть комнаты и повернулся к Риду, Рэнсому и трем другим детективам, которые собрались, чтобы разобраться с убийствами Стивена Садовски, Тоби Резника и Марго Уайтинг.
– Детективы Дэвис и Карлайл ведут эти дела, но нам понадобятся несколько человек, чтобы проверить все зацепки. Это дело может быстро обостриться, и мы хотим по возможности опередить его.
– Сэр, мы полагаем, что имеем дело с серийным убийцей? – спросил детектив Роб Олсон.
– Возможно. Обычно мы не решаемся назвать подозреваемого серийным убийцей, пока не будет трех жертв, но, несмотря на то, что почерк одной из жертв, – он замолчал и указал за спину, где висели имена жертв, их фотографии и вся необходимая информация по каждому делу, и постучал по фотографии Марго Уайтинг, – отличается, общее клеймо указывает на то, что это один и тот же убийца. И мы имеем дело с человеком, который испытывает ненормальное психологическое удовлетворение от своих убийств. – Он огляделся по сторонам. – Пока что мы будем исходить из того, что убийца – один человек и что он прогрессирует в своих преступлениях. Мы будем считать, что он нанесет новый удар.
В комнате послышалось негромкое бормотание. Детектив Дженнифер Пэджетт подняла руку, и сержант кивнул в ее сторону.
– Сэр, есть ли какие-нибудь признаки того, что три жертвы как-то связаны между собой?
Сержант посмотрел на Рида, жестом показывая, что тот должен присоединиться к нему, и Рид встал, отвечая на вопрос детектива Пэджетт.
– На данный момент у нас нет никаких фактических данных, подтверждающих наличие определенной связи. Однако мы знаем, что мистер Садовски работал в сфере психического здоровья, Тоби Резник каким-то образом получал лекарства, которые обычно прописывают людям с психическими расстройствами, а у Марго Уайтинг в квартире был рецепт на антидепрессант. Связь с психиатрической сферой налицо, хотя и не прямая. Есть еще вопросы по тому, что мы имеем на данный момент? – спросил Рид.
– Почему разные способы убийства?
– Мы не знаем. Но предполагаем, что Марго Уайтинг чем-то отличается от двух других жертв, убитых удушением. Но нельзя исключать возможность того, что мисс Уайтинг прыгнула, пытаясь убежать от подозреваемого, или что он случайно толкнул ее.
– Как предположение – она отличается от других, поскольку ее глаза все еще находятся в голове? – спросил детектив Олсен.
Раздался рокот смеха, который быстро стих.
– Да. Может быть. Хотя, опять же, это может быть косвенным или случайным. Если ее смерть наступила не так, как планировал убийца, возможно, он не успел провести энуклеацию.
Дверь открылась, и все присутствующие повернулись к Заку Коупленду. Рид улыбнулся ему и махнул рукой, чтобы он проходил вперед.
– Уверен, что вы все знаете лейтенанта Коупленда. Я попросил его прийти сюда сегодня, чтобы описать человека, которого мы ищем.
Сержант Валенти быстро пожал руку Заку, когда тот проходил мимо него, и вышел из комнаты. Зак встретил Рида и повернулся к остальным детективам, приветствуя их. Он прислонился к столу у входа и скрестил руки на груди, пока Рид продолжал:
– Лейтенант Коупленд имеет степень магистра в области криминалистики и за свою карьеру был ведущим детективом более чем по ста пятидесяти делам, несколько из которых касались серийных убийств. – Рид не дрогнул, произнося эти слова, хотя внутри у него учащенно забилось сердце. Все присутствующие в комнате были прекрасно осведомлены о связи Зака и Рида, и он был уверен, что все они подумали о том факте, что один из тех серийных убийц был биологическим отцом Рида. – Думаю, он сможет помочь нам понять, кого мы ищем.
– Спасибо, детектив Дэвис, – сказал Зак и повернулся к остальным детективам. – Я перейду сразу к делу. Мы имеем дело с высокоорганизованным подозреваемым. Тот факт, что ему удалось не оставить ДНК и скрыться от камер, размещая жертв в определенных местах, говорит о том, что его преступления тщательно спланированы и стратегически продуманы. Скорее всего, он работал над этим месяцами. У него интеллект выше среднего, он работает, возможно, даже в технической сфере, хорошо образован и очень сдержан. – Он сделал паузу, оглядывая присутствующих. – Такие преступники обычно дружелюбны, даже обаятельны и умеют вести себя в обществе.
– Похоже на весь список моих друзей на Facebook, – сказал детектив Олсон.
Зак усмехнулся.
– Да, за исключением того, что этот конкретный человек убивает людей и удаляет им глаза. Но ты правильно заметил, именно поэтому таких подозреваемых бывает очень трудно найти. Они сливаются с толпой. Они хорошо маскируются, очень хитры.
– Это-то и пугает, – сказала детектив Пэджетт, качая головой.
Рид не стал спорить. Его мать доверяла его отцу до того, как он похитил, изнасиловал и пытал ее. Он был ее другом.
– Что касается самих преступлений, то, судя по тому, что мы знаем сейчас, образ действий убийцы может быть иным. Однако в двух случаях, когда он душил жертв и удалял им глаза, ему необходимо было иметь уединенное место для нанесения этих увечий. Если он женат или сожительствует с кем-то, это может быть где-то на его территории, куда ходит только он, или, возможно, на каком-то рабочем объекте.
– Значит, клеймо – это часть его образа действий, как и энуклеация? – спросил детектив Олсон. – Есть какие-нибудь идеи о причинах таких действий?
– На самом деле это подписи, – сказал Зак. – Убийца может изменить свой почерк, если решит, что что-то другое работает лучше, но он почти наверняка не изменит свою подпись. Подпись – это часть фантазии убийцы, и она служит глубокой эмоциональной или психологической потребности. Фантазии развиваются медленно, с течением времени, и зарождаются задолго до первого убийства.
– Какого рода фантазии могут сопровождать удаление глазных яблок? – спросил Рэнсом, протягивая руку вперед, хватая один из пончиков из коробки, стоящей посреди стола, и уничтожая половину одним укусом.
Зак разжал руки и положил ладони на стол позади себя.
– Ну, это ведь не просто так, верно? У вас есть фотография одной из энуклеированных жертв? Нам нужно иметь как можно больше наглядных изображений на доске.
– Есть, – сказал Рид, открывая лежащую перед ним папку и передавая Заку большой лист размером восемь на десять.
Зак обошел стол и прикрепил фотографию к доске. Все посмотрели на жуткую фотографию безглазого лица Стивена Садовски, черная краска застыла в глазницах и стекала по щекам.
– Господи, – пробормотал детектив Олсон.
– Фантазия этого убийцы включает в себя не только удаление глаз. – Зак постучал пальцем по фотографии. – Эта черная краска тоже означает что-то важное для него.
– Черные слезы, – пробормотал детектив Олсен.
Зак посмотрел на него.
– Может быть. Как бы то ни было, эта краска означает что-то важное для этого человека. Он рассказывает вам историю. Вы должны понять, что это за история.
На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина, пока они переваривали услышанное.
– Мы точно мужчину ищем? – спросила детектив Пэджетт, глядя между лейтенантом Коуплендом, Ридом и Рэнсомом.
– Почти наверняка, – ответил Рид. – Сила, необходимая для того, чтобы задушить сзади двух взрослых мужчин, должна быть немалой. Садовски не был крупным мужчиной, а вот Тоби Резник – да. А с добавлением адреналина он был бы еще сильнее. Кроме того, оба мужчины были помещены в определенные места, отличимые от тех, где они были убиты и энуклеированы. Это означает, что подозреваемый должен был нести или перемещать тела убитых, по крайней мере, на некоторое расстояние.
– Значит, он большой ублюдок, – заметил Рэнсом.
Зак улыбнулся.
– Я не имею в виду, что вы ищете снежного человека. Просто хочу сказать, что если бы вы столкнулись с ним лицом к лицу, то были бы под стать, детектив Карлайл.
Рэнсом усмехнулся, подняв одну руку, чтобы продемонстрировать свои бицепсы.
– Есть еще вопросы ко мне, пока я здесь? – Прозвучало несколько ропотов, но никто не заговорил. – Хорошо. Если что-нибудь придумаете, обращайтесь ко мне. Я буду рад провести мозговой штурм.
Все поблагодарили Зака, и Рид встал, провожая его до двери.
– Большое спасибо, что нашел время прийти сюда, – сказал он, протягивая руку.
Зак взял ее и обхватил обеими руками, улыбаясь.
– В любое время. Я всегда готов помочь.
– Я ценю это. Больше, чем ты думаешь. – Он кивнул Заку, и тот повернулся, направляясь к выходу.
– Мы уже что-то говорим СМИ? – спросил Олсон, когда Рид вернулся в комнату.
– Пока нет, – ответил Рид. – Мы надеемся, что не придется этого делать, но, если придется, хотелось бы иметь возможность предоставить общественности что-то более солидное.
– В смысле? – спросил Олсон, когда сзади открылась дверь и в комнату вошел сержант.
– В плане того, на что следует обратить внимание, на кого нацелился этот парень и так далее.
– К сожалению, – сказал сержант Валенти, быстро проходя в переднюю часть комнаты, – возможно, нам придется обнародовать это скорее раньше, чем позже. – Он посмотрел на Рида. – Нам только что позвонили. Еще один труп на парковке в центре города, тот же почерк, что и у двух мертвецов на доске.
– Черт, – выругался Рэнсом, встал, сунул блокнот под мышку и взял в салфетку два пончика. – Я очень надеялся, что мне больше никогда не придется смотреть на другого мертвеца, подходящего под эти описания.
– Не повезло, друг мой, – сказал сержант с мрачным выражением лица. – Не повезло, черт возьми.
