Текст книги "Там, где живет истина (ЛП)"
Автор книги: Миа Шеридан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц)
ГЛАВА 3
– Йоу, Дэвис.
Обернувшись, Рид увидел, как его напарник, Рэнсом Карлайл, закрывает дверь своей личной машины, а затем бежит к нему трусцой с пакетом фастфуда в руках. Белая рубашка опасно натянулась на его мускулистых плечах, и когда он поднял руку для кулачного приветствия, Рид почти ожидал, что это движение будет сопровождаться громким звуком рвущейся ткани.
Он стукнул кулаком по кулаку своего партнера.
– Случайно надел рубашку Сиси этим утром?
Рэнсом издал цокающий звук и поднял руку, напрягая мышцы и еще больше натягивая ткань.
– Может, у меня и не такое красивое лицо, как у тебя, но за этим бицепсами леди выстраиваются в очередь.
– Да? Сводишь с ума любительниц парней со значками?
Рэнсом хмыкнул.
– Мужик, это как ловить рыбу в бочке.
Рид фыркнул. Напарник мог плести что-угодно, но его интересовала только одна «леди», и это была его жена. Рэнсом был одним из самых счастливых женатых мужчин, которых Рид когда-либо встречал.
– Сержант рассказал какие-нибудь подробности о месте происшествия?
– Нет, – ответил Рид, продолжая идти через парковку участка, Рэнсом следовал за ним.
Он открыл водительскую дверцу машины, выданной городскими властями, и забрался внутрь. Рэнсом скользнул на пассажирское сиденье рядом с ним.
– Все, что я знаю, это то, что в больнице «Лейксайд» на Гамильтон-авеню был найден убитым сотрудник.
Рид выехал со стоянки, направляясь к месту преступления, о котором сообщили как раз перед его приездом на работу. Он позвонил Рэнсому, который был в пяти минутах езды, и они договорились встретиться на парковке.
– Серьезно? Психушка? – Напарник развернул то, что выглядело как буррито, и откусил кусочек. – Должно быть, кто-то из своих, а?
Рид вытер щеку и бросил на напарника взгляд, полный отвращения.
– Фу. Ты можешь прожевать еду, прежде чем говорить и брызгать мне в лицо?
– Все эти агрессивные психи бегают вокруг? Рано или поздно кого-нибудь прикончат. – Рэнсом откусил еще кусочек от своего буррито. – Когда Сиси училась в школе медсестер, она проходила практику в психиатрическом отделении и рассказала мне несколько историй, от которых тебя бы вывернуло наизнанку. – Парень доел последний кусочек своего буррито. Очевидно, что истории, на которые он ссылался, ничуть не умерили его аппетит. – Но настоящие психопаты? Те, которых держат в «Лейксайде». – сказал он, дожевывая еду. – Им даже не нужно изготавливать оружие из предметов. Они с таким же удовольствием используют свои собственные тела – экскременты, ногти, зубы. Они набросятся на тебя как Ганнибал Лектер, если дашь им хоть малейший шанс. Сожрут твое лицо. И никаких угрызений совести.
Рид принял сознательное решение свернуть разговор с темы поедания лиц.
– Как Сиси?
– Хорошо. Злится, что ты отменил наш ужин на прошлой неделе. Я сказал ей, что в последнее время у тебя было очень дерьмовое настроение, и она все равно не захотела бы проводить с тобой время.
Рид бросил на него взгляд.
– У меня не было дерьмового настроения.
– Может, для обычного человека и нет. Но для тебя? Да, дерьмовое. С того самого дня после мальчишника ДиКресченцо. Что вообще произошло той ночью? Ты надрался? Потому что с тех пор у тебя похмелье.
Рид вздохнул. Похмелье. Можно и так сказать. А секс с прекрасной незнакомкой не должен был вызывать таких ощущений. Его раздражало, что за последние две недели думал о ней очень часто. Он был взрослым мужчиной, и его чертовски раздражало, что было больно от того, что женщина, с которой провел одну ночь, явно не хотела его снова видеть.
– Ты снова это делаешь.
Он взглянул на Рэнсома.
– Что делаю?
– Прожигаешь взглядом. Это выглядит так. – Рэнсом наклонился вперед, и выражение его лица напомнило чернокожую, мускулистую Круэллу Де Виль.
Рид рассмеялся, разгоняя напряжение, нараставшее внутри него. Он заехал на парковку больницы, заметив несколько городских машин, фургон криминалистов и множество патрульных машин.
– Все так плохо, да? – Он заехал на свободное место у входа.
– Похоже на то.
Они оба вышли из машины и быстро направились к главному входу. Показали свои значки охраннику, стоящему у металлодетектора, и он махнул им рукой, пропуская внутрь, и открыл вторую пару двойных дверей сразу за ними.
Их встретил безошибочный запах больницы: дезинфицирующие средства, лекарства, скрытый запах... болезни, на что бы это ни было похоже. Все это навевало мысли о человеческих страданиях. В «Лейксайд» отправляли, когда тебя предавал твой собственный разум.
Несколько сотрудников прошли через вестибюль, направляясь в другие части больницы. Они нервно взглянули на Рида и Рэнсома, а затем отвели взгляд. Прямо перед ними была высокая полукруглая стойка регистратуры, и они подошли к ней, снова показав свои жетоны. Женщина за стойкой подняла глаза и моргнула, но не улыбнулась.
– Детективы Рид Дэвис и Рэнсом Карлайл. Мы...
– Третий этаж, – сказала женщина, указывая на ряд лифтов в конце короткого пустого коридора.
Другой охранник сидел на стуле, уткнувшись в какой-то материал для чтения, лежавший у него на коленях. Женщина взяла телефон, когда они кивнули и пошли прочь, а когда подошли к охраннику, он с помощью карточки пропустил их в один из лифтов. Двери закрылись, и лифт начал подниматься. В маленьком помещении зазвучала негромкая музыка.
– Эта песня чертовски жуткая, – сказал Рэнсом.
– Тема из фильма «Летнее место», – заметил Рид. – Классическая мелодия для лифта.
– Много времени проводишь в лифтах?
– Стоматологические кабинеты, продуктовые магазины. Невозможно прожить жизнь, не зная этой песни.
– Поверь мне, можно. – Рэнсом закатил глаза и нахмурился. – Знаешь что? Я бывал здесь раньше, и это место вызывает у меня… странные ощущения.
– Это лиминальное пространство, – сказал Рид.
– Что это, черт возьми, такое?
Рид наблюдал, как меняются номера этажей по мере того, как кабина поднималась.
– Это пространство, в котором ты чувствуешь себя не в своей тарелке, как будто находишься в альтернативной реальности. Пустые аэропорты ночью, школьные здания в нерабочее время...
Лифт звякнул, и двери раздвинулись.
К ним сразу же подошла невысокая женщина с темно-рыжими волосами с проседью и протянула руку.
– Детективы. Рада, что вы здесь. Я Марла Торн, администратор «Лейксайда». – Она выглядела слегка запыхавшейся, как будто только что бежала к ним на встречу к лифту. Скорее всего, это симптом выброса адреналина. Казалось, женщина пребывает в легком шоке.
Они пожали ей руку и последовали за ней в небольшую приемную, где за окном сидела другая женщина в медицинской одежде.
– Это ужасно, просто ужасно. Невероятно. Его тело там. – Дрожащей рукой она указала на двойные двери. – Я знаю, что вам нужно осмотреть место преступления. Я просто хотела сообщить вам, что наши охранники и полицейские, прибывшие первыми, охраняют все выходы. Сразу после обнаружения мистера Садовски в больнице начался обыск, который продолжается до сих пор, но пока на всех этажах все в порядке. – Она сцепила пальцы, словно не зная, что делать с руками.
– Мистер Садовски, вы сказали? Какова его роль здесь?
– Он здесь директор… был… – Румянец на ее щеках стал ярче, когда она исправилась на прошедшее время. – Я понятия не имею, кто мог это сделать. Понятия не имею.
– Хорошо. Спасибо, мисс Торн. Мы пойдем посмотрим. Пожалуйста, попросите кого-нибудь сообщать нам новую информацию. Позже нам нужно будет задать вам несколько вопросов.
– Да, конечно. Просто попросите кого-нибудь из администраторов позвонить мне на внутренний номер или вызвать меня, если понадобится.
– Отлично. Спасибо.
Мисс Торн кивнула женщине-администратору за стеклом, и двойные двери с жужжанием распахнулись. Рид и Рэнсом вошли в другой коридор. Больничный запах усилился, над головой зажужжали флуоресцентные лампы. Рэнсом остановился, чтобы выдавить на руки немного прозрачного антибактериального геля из дозатора, висящего на стене, и медленно размазать его.
– Вот и еще один коридор, как в фильме ужасов. – Он драматично вздрогнул.
Рид криво усмехнулся и поджал губы.
– Определенно.
Полицейский, в котором Рид узнал новичка из Пятого округа, где работал Зак, вышел из-за угла, кивнув в знак приветствия. Он выглядел бледным и, возможно, больным, но при виде них почувствовал облегчение.
– Туда, – сказал он, жестом указывая назад, где Рид мог слышать гул голосов. – Это... нехорошо.
На секунду Риду показалось, что парня сейчас вырвет. Черт.
– Вы были первыми на месте происшествия?
– Да, я и Мэллори. Мы не сильно спешили. Было очевидно, что жертва умерла. – Парень наклонился к ним, словно делясь секретом. – Это первый труп, который я когда-либо видел.
Рид чуть было не сказал ему, что станет легче, и это было правдой. Но ему было неприятно, что это так, и это не слишком утешило, поэтому он ничего не сказал.
– Где сейчас Мэллори?
– Он с врачами, которые нашли погибшего. Еще несколько парней помогают охранять выходы, пока они завершают обыск и убеждаются, что того, кто это сделал, нет в здании.
– Но в здании полно психов. Как они собираются кого-то исключить? – спросил Рэнсом.
Полицейский пожал плечами.
– Полагаю, они ищут любые несоответствия.
Рэнсом потер глаз.
– Господи. Ладно.
– Коупленд сегодня работает? – спросил Рид, размышляя, стоит ли ему ожидать появления Зака на месте преступления.
– Выходной.
– Хорошо, спасибо.
Полицейский мотнул головой и быстро оглянулся назад, снова выглядя больным. Рэнсом похлопал его по плечу, проходя мимо.
– Мы поговорим с тобой после того, как осмотримся. Подыши немного, парень. – Когда они проходили мимо него, Рэнсом пробормотал: – Новичок.
Они зашли за угол и направились в конец коридора, где два криминалиста сидели на корточках возле трупа, наполовину прислоненного к стене.
– Льюис, – поприветствовал Рид криминалиста, с которым они работали раньше.
Мужчина повернулся, приветствуя Рида и Рэнсома, и тогда они увидели лицо мужчины-жертвы.
– Святые угодники, – пробормотал Рид, наклоняясь ближе. – Что, черт возьми, здесь произошло?
– Стивен Садовски, бывший директор этого учреждения. Под «бывшим» я подразумеваю по состоянию на несколько часов назад. И ему сделали энуклеацию, – сказал Льюис.
Энуклеация. Хирургическое удаление глаза. Или, в данном случае, обоих глаз. Боже правый.
Рид опустился на корточки рядом с телом и уставился на жертву, а Рэнсом остался стоять, возможно, в данный момент сожалея о том, что недавно ел буррито. Это было что-то из ночного кошмара: рот открыт, словно в беззвучном крике, на месте глаз зияют две пустые дыры, из которых капает черная субстанция.
– Определили, что это за вещество в глазницах?
– Мы думаем, что это масляная краска, хотя это нужно подтвердить, – сказала второй криминалист.
Парень взглянул на ее рубашку, на которой была вышита фамилия «Сайдлер». Он кивнул и снова посмотрел на безглазое лицо, по исхудалым безжизненным щекам которого словно текли черные слезы. Рид достаточно долго занимался этой работой и повидал практически все виды смерти, поэтому его уже мало что пугало, но он не мог побороть мурашки, которые бегали по позвоночнику, словно тысячи шевелящихся пауков под кожей.
– Как думаете, глаза были удалены до или после смерти? – спросил Рэнсом.
– Мы как раз обсуждали это, – сказал Льюис, взглянув на Сайдлер. – Мы думаем, что после.
– Почему вы так решили? – спросил Рид. Обычно отсутствие крови позволяло сразу определить, была ли рана нанесена до или после смерти, но, поскольку черная краска заполняла зияющие дыры и капала из них, было неясно, есть там кровь или нет.
– Мы не можем сказать наверняка. Но даже с краской не видно крови, ни капли, и не похоже, что мышцы сокращались во время энуклеации.
Снова эти мурашки.
– Причина смерти? – спросил Рид, вставая, чтобы получше рассмотреть тело в целом. На мужчине были костюмные брюки, рубашка на пуговицах и галстук, но без пиджака.
Рэнсом сделал шаг назад, освобождая ему место.
– Похоже, причиной смерти стало удушение каким-то шнуром или проволокой. – Льюис пальцем в перчатке оттянул воротник мужчины, показав глубокую красную отметину на его горле. – Похоже, это сделали сзади.
– Значит, кто-то подкрался к этому парню сзади, обмотал вокруг его шеи проволоку, задушил до смерти, а потом вырезал глаза и залил их черной краской?
Льюис пожал плечами и тоже встал.
– Я всего лишь собиратель, мой создающий теории друг. Но мое лучшее предположение? Этот человек был убит не здесь. – Он поправил очки на носу и взмахнул рукой, указывая на область вокруг тела. – Слишком аккуратно. Если бы убийца провел энуклеацию здесь, остался бы беспорядок. Мы только начали собирать материалы, еще многое предстоит обработать. Но если судить только по внешнему виду, здесь слишком чисто.
Рид огляделся и заметил камеру в конце широкого коридора.
– В этом месте должны быть глаза повсюду.
– Теперь на одну пару меньше, чем раньше, – заметил Рэнсом.
Рид проигнорировал его. Черный юмор. Необходимость в работе, которую мало кто понимал, если не был на их месте. Иногда это помогало сохранять рассудок перед лицом зла, но он не собирался продолжать в том же духе, когда у его ног лежит мертвец. Мужчина, у которого могут быть жена и дети, не знающие, что их любимого убили и изуродовали. Он был уверен, что есть кто-то, чья жизнь сегодня в какой-то момент будет разбита вдребезги. И, возможно, именно ему предстоит это сделать.
Он прошел по коридору, присматриваясь к камере. Похоже, она была направлена в сторону трупа, но скорее на дверь слева с надписью «Выход», чем на угол, где находилась жертва. Им нужно было получить записи и поговорить с персоналом, чтобы определить, какие камеры могли зафиксировать что-то, что можно было бы использовать для опознания человека, который это сделал.
– Знаете что-нибудь о двух врачах, которые нашли его? – обратился он к Льюису и Сайдлер.
Льюис склонился над телом, укладывая что-то в бумажный пакет для улик. Сайдлер оглянулась через плечо.
– Нет. Макдугал и Мэллори были первыми на месте происшествия. Когда мы приехали, врачей уже не было.
Рид кивнул и направился за угол, Рэнсом шел за ним по пятам. Макдугал сидел на пластиковом стуле возле двери, ведущей в вестибюль. При их приближении он встал.
– Транспорт судмедэксперта застрял в пробке в час пик в центре города, – сообщил он. Парень все еще выглядел нервным, испуганным. Теперь, увидев тело, Рид понимал, почему. Это был чертовски не приятный первый опыт с трупом.
– Криминалисты в любом случае задержатся, – сказал Рид. А жертве торопиться уже некуда. – Где врачи, которые его обнаружили?
Макдугал указал на двойные двери, ведущие в вестибюль.
– Вообще-то его обнаружил только один врач. Но с ней был еще один, когда мы приехали. – Он потянулся в карман и развернул небольшой листок бумаги с неровными буквами. – Доктор Элизабет Нолан и доктор Чад Хедли. Именно доктор Нолан обнаружила его. Доктор Хедли услышал ее крик. Она была сильно потрясена. Мэллори отвел их в комнату отдыха персонала. Они ждут там.
– Ладно. Хорошо.
Двери лифта открылись, и через стекло Рид увидел, что прибыли еще несколько криминалистов и еще один офицер. Они с Рэнсомом подождали, пока их пропустят с другой стороны, и поприветствовали их, после чего спросили у сотрудников на стойке регистрации, как пройти в комнату отдыха для персонала.
– Я провожу вас туда, детективы, – сказал охранник, вставая. – Понадобится кто-то с картой-ключом, чтобы пропустить вас.
Они прошли за охранником по нескольким коридорам, и он пропустил их через две двери.
– Это этаж для пациентов? – спросил Рэнсом, когда они оба заглянули в дверь со стеклянным окном, которая, по-видимому, была кабинетом.
– Нет, на этом этаже в основном офисы. Несколько комнат групповой терапии для пациентов низкого уровня.
– Значит, Ганнибала нет?
Мужчина криво улыбнулся.
– У нас здесь нет мистера Лектера. Но если бы был, его бы разместили на пятом этаже. Это комната отдыха для персонала. – Он указал на дверь, открыл ее и придержал для них.
Рид вошел первым. За круглым столом в центре комнаты сидели двое. Женщина сжимала в руках белую чашку, а рука мужчины лежала на ее плече. Она подняла глаза, и Рид замер.
ГЛАВА 4
Доктор Элизабет Нолан – Лиза. Ее взгляд поразил его, словно миллион крошечных бомб, детонирующих в его клетках. Их глаза встретились. Время замедлилось. Древние плиты, лежащие глубоко под землей, сдвинулись, и Рид почувствовал, как эхо подземных толчков прокатилось по его телу.
– Доктор Нолан и доктор Хедли, это детективы из полиции Цинциннати, – сказал охранник.
Лиза смотрела на них со смесью шока и растерянности на лице. Голубые глаза расширены. Милый ротик приоткрыт. На щеках появился румянец, как тогда, когда она кончила под ним две недели назад.
Полицейский – Мэллори, сидевший на стуле возле двери, встал.
– Детективы.
Рэнсом поприветствовал его.
– Спасибо, что остался. Дальше мы сами. – Он повернулся к охраннику у двери. – Проводите офицера Мэллори к его напарнику?
– Конечно.
Другой врач, мужчина лет тридцати с небольшим, похожий на ученого, в очках со строгим пробором набок, встал и протянул им руку.
– Мы так рады, что вы здесь, детективы. Это такой шок. Ужас. Я только что сварил кофе, если кто-то из вас хочет выпить чашечку, – сказал доктор...
Рид никак не мог вспомнить как же его зовут, хотя услышал его имя несколько секунд назад.
Лиза внезапно пришла в себя, ее тело дернулось, выражение лица сгладилось, и она встала. На ней была прямая серая юбка, облегающая стройные бедра, шелковистая белая блузка и жемчужное ожерелье на шее. Ее волосы были зачесаны назад и собраны в тугой пучок на затылке. Она выглядела стильно и профессионально – утонченный двойник той свободолюбивой девушки, которую он встретил в баре две недели назад.
– Детективы, – сказала она, протягивая руку, голос ее был лишен эмоций, хотя пальцы слегка подрагивали.
Рид заставил себя двигаться, шагнул вперед и взял ее руку, мысленно вспоминая, как та же рука ласкала его член. Ее взгляд метнулся к их соединенным рукам, на щеках появился свежий розовый румянец, и он каким-то образом понял, что ей в голову пришла та же самая мысль.
– Детектив Рид Дэвис, – произнес он с запинкой.
– Элизабет Нолан, – пробормотала она, разрывая зрительный контакт и быстро отдергивая руку.
– Детектив Рэнсом Карлайл, – представился его напарник, подавшись вперед и пожимая ее руку. Губы девушки слегка изогнулись в улыбке, когда она приветствовала его, но это не коснулось ее глаз. – Я выпью чашечку кофе, – обратился он к мужчине-врачу.
Хедли, его фамилия Хедли.
Мысли Рида прояснялись, шок рассеивался. Элизабет Нолан была врачом в больнице «Лейксайд», которая только что нашла изуродованное мертвое тело своего босса. На данный момент это было все. Ему нужно было сосредоточиться не только ради себя, но и ради нее, и ради человека, который пережил ужасное, жестокое преступление и теперь лежал в углу неподалеку, окруженный командой криминалистов. И все же он не мог перестать смотреть на нее. Казалось, что он только что встретился лицом к лицу с призраком. Или сном.
Рид почувствовал на себе пристальный взгляд Рэнсома. Тяжелый. Вопросительный. Его напарник, с которым он проработал три года, хорошо знал Рида, поэтому неудивительно, что он заметил, что происходит что-то, не имеющее никакого отношения к преступлению, которое они расследовали. Рид оторвал взгляд от Лизы и подтащил к себе стул. Ножки громко заскрежетали по полу, и Лиза издала тихий возглас удивления. Она коротко и нервно рассмеялась и села за стол.
Доктор Хедли налил чашку кофе и протянул ее Рэнсому.
– Расскажите нам, как вы нашли жертву, доктор Нолан? – Напарник открыл свою черную кожаную папку и достал ручку, которую держал внутри.
Рэнсом всегда делал заметки. Рид предпочитал держать все свое внимание на допрашиваемом человеке, чтобы не пропустить ни единого проблеска или выражения, которые могли бы что-то означать, или дать им понять, что линия допроса направлена в сторону, которая позволит получить максимум информации. Вдвоем они охватывали все детали. Но прямо сейчас ему действительно хотелось заняться чем-нибудь другим, кроме как пялиться прямо на Элизабет Нолан.
– Я… я только пришла на работу.
– В котором часу? – спросил Рэнсом.
– Семь утра, может, чуть раньше. У заднего входа есть камера, которая покажет точное время. – Ее веки на мгновение дрогнули, как будто собственное заявление заставило ее что-то вспомнить.
Рид ждал, что девушка продолжит, но она промолчала.
– Нам нужно поговорить с мисс Торн, чтобы получить доступ к записям с камер наблюдения в больнице?
Лиза сделала паузу, затем кивнула головой и сглотнула.
– Дело в том, Ри... – Она моргнула, опустила взгляд, стала теребить салфетку, лежавшую рядом с кружкой, из которой она пила. – Детектив Дэвис, на этом этаже не так много камер наблюдения, поскольку он в основном административный. – Она взглянула на доктора Хедли, как бы желая подтвердить свои слова. Он кивнул, ободряюще улыбнувшись ей.
– Есть камера, направленная на дверь рядом с тем углом, где вы нашли мистера Садовски.
– Да, это дверь на лестничную клетку, через которую я вышла в коридор. – Она снова посмотрела на Хедли, и Рид почувствовал, как в его груди закипает раздражение. Он изо всех сил постарался подавить его. – Этот черный вход используется только персоналом. – Лиза затеребила край салфетки, и Хедли, остановил ее движение, положив свою руку поверх ее и сжав. Она подняла взгляд и улыбнулась ему.
Мышцы Рида напряглись. Все это было как-то неправильно. Странно. Как будто он жил в одном из этих лиминальных пространств, а не просто ощущал его на мгновение.
Расслабься, Дэвис. У тебя есть работа, которую нужно делать.
– Вы сразу увидели жертву?
– Да. – Она поморщилась и покачала головой, словно отрицая образ, который, должно быть, возник у нее в голове, когда вспоминала тот момент.
Ему безумно захотелось утешить ее – эту женщину, которая выскользнула из его квартиры, как ночной вор, а потом притворилась, что никогда в жизни не видела его. И он захотел пнуть себя.
– Я… уронила портфель и телефон. Закричала. Я была так... Это было... – Она снова покачала головой. – Через минуту прибежал Чад.
Чад.
– Где вы были, когда услышали крик доктора Нолан? – спросил Рэнсом.
– Я уже был в своем кабинете в конце коридора. Я воспользовался главным входом примерно за полчаса до этого.
– Записи с камер наблюдения это подтвердят? – спросил Рид.
Доктор нахмурился и сделал паузу, глядя на Рида.
– Конечно. – Он прищурился и наклонил голову. – Мы ведь, – он взглянул на Лизу, – не считаемся подозреваемыми?
– Нет, – легко ответил Рэнсом. – Нам просто нужно расставить все точки над «и». Вы хорошо знали жертву? – спросил он, глядя то на Лизу, то на Хедли.
– Мистер Садовски занял пост директора больницы всего три месяца назад, – ответил Хедли. – С тех пор весь персонал тесно сотрудничал с ним, но прошло совсем немного времени. – Он взглянул на Лизу. – Хороший парень. Компетентен в своей работе. Никаких жалоб.
– Есть идеи, кто мог напасть на него?
Они оба покачали головами.
– Но ведь это больше, чем просто нападение, не так ли? – спросил Хедли. – То, что сделали с его лицом... – Он поморщился. – Ужасно.
– Есть шанс, что мы ищем пациента? – спросил Рид. – Кого-то, кто хорошо знаком с этой больницей?
Хедли покачал головой.
– Ни в коем случае. Наши самые жестокие преступники находятся под пристальным наблюдением. Нет ни секунды в сутках, чтобы персонал не знал об их местонахождении. Невозможно, чтобы кто-то из этих пациентов исчез на время, необходимое для совершения преступления, подобного тому, что было совершено против мистера Садовски. Пятый этаж – это, по сути, тюрьма строгого режима.
– А как насчет одного из ваших пациентов, за которыми ведется менее пристальное наблюдение? – спросил Рэнсом.
Лиза покачала головой.
– Эти пациенты не склонны к насилию.
– Люди не всегда логичны и предсказуемы, доктор. Они постоянно ведут себя нехарактерно. Уверен, вы знаете это даже лучше меня.
Она задержала на нем взгляд на какое-то время, потом опустила глаза.
– Д-да. – Лиза прочистила горло и снова посмотрела ему в глаза. – Вы правы, люди не всегда предсказуемы, но мы говорим о тех, кто никогда в жизни не совершал актов агрессии, тем более жестоких убийств. И хотя у этих пациентов больше свободы, чем у пациентов пятого этажа, за ними тоже хорошо следят. И в большинстве случаев они получают хорошее лечение.
– Но они страдают от диагностированных психических расстройств, – сказал Рэнсом.
Лиза перевела взгляд на него.
– Да, верно.
Рид откинулся на спинку кресла.
– За пациентами постоянно следят камеры?
– Нет. Вам нужно уточнить у мисс Торн, но, по-моему, с помощью камер мы контролируем только главный вход и две двери черного хода, а также несколько коридоров рядом с постами медсестер. В больнице решили, что постоянное видеонаблюдение является неэтичным и навязчивым по отношению к пациентам с психическими расстройствами.
– Так разве невозможно, что кто-то из них на время ускользнул?
– Не на то время, которое нужно, чтобы сделать что-то вроде... этого. И если бы кто-то улизнул, нас бы уже уведомили. Чад… доктор Хедли, пока мы ждали вас, проверил охрану на каждом из этажей, и на данный момент нет ни одного пропавшего пациента, а по результатам утреннего подсчета никто не пропал. Тем не менее, в больнице ведутся всесторонние поиски.
Да, именно так сказала мисс Торн. Они продолжат разговор с ней позже.
Лиза взглянула на Хедли, и Рид позволил своему взгляду на мгновение задержаться на ней. Он вспомнил, что считал ее загадкой, и теперь понял, почему. Та Лиза, которую она ему показала, была совсем другой, чем эта застегнутая на все пуговицы докторша, на которую он смотрел через стол. И ему стало интересно, почему. Была ли это та ее сторона, которая ходила выпить и найти мужчин для случайного секса? Был ли он одним из многих? Способ выпустить пар после напряженной работы?
Рид отвернулся, когда девушка снова повернула к нему голову.
– Нам нужно знать, кого уведомить о смерти мистера Садовски, – сказал Рид.
Лиза кивнула, но как-то нерешительно.
– Он не был женат. Но я могу предоставить вам его личные данные.
Хедли снова положил свою руку на руку Лизы.
– Доктор Нолан может прислать эту информацию по электронной почте.
– Мы бы предпочли получить ее сейчас, – вмешался Рэнсом. – Детектив Дэвис сопроводит ее туда, где находятся записи. Если вы проводите меня в офис мисс Торн, чтобы я мог получить необходимые записи с камер видеонаблюдения, мы будем вам очень признательны. Чем раньше мы начнем просматривать эти записи, тем лучше.
Хедли сделал паузу, казалось, раздраженный тем, что кто-то другой отдает распоряжения, но затем кивнул и встал.
– Прошу вас следовать за мной, детектив.
