Текст книги "Там, где живет истина (ЛП)"

Автор книги: Миа Шеридан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 24 страниц)

Спустя несколько долгих минут он издал грубый рык и резко развернул ее. Она рассмеялась, когда ее спина коснулась матраса, а он навис над ней, его губы изогнулись в улыбке, хотя в глазах пылало желание. Рид достал презерватив, и она узнала марку. Это был один из тех, что она оставила в ту ночь, которая теперь казалась миллион лет тому назад. Девушка наблюдала за тем, как он раскатывает его, а затем просунул руку под ее бедро, и мускулы его бицепса напряглись, когда обхватила его бедра ногами. Он медленно вошел в нее, и их взгляды встретились. Лиза даже не моргнула.

Его голова слегка наклонилась вперед, как будто она вдруг стала слишком тяжелой для его шеи.

– О, боже, Лиза, – выдохнул он, двигаясь внутри нее, его губы разошлись, а глаза закрылись от удовольствия.

Девушка почувствовала, как ее переполняет радость, каждое нервное окончание гудело, когда она с трепетом наблюдала за чистым блаженством на его лице. Раньше она всегда отворачивала лицо, потому что не хотела, чтобы ее видели, но при этом никогда не наблюдала и никогда не наслаждалась тем, как выглядит мужчина в муках экстаза.

Это было прекрасно. Он был прекрасен.

Она подняла руку и поднесла ее к его лицу, большим пальцем провела по скуле, по темной брови, по полуоткрытым губам. Он взял ее большой палец между зубами и стал посасывать его, не сводя с нее глаз, пока ритм его движений нарастал. Она издала звук, наполовину вздох, наполовину стон – звук поощрения, когда волна горячего возбуждения пронзила ее насквозь.

Когда они кончили, это произошло одновременно, их глаза были широко открыты, сердца бились в унисон. Когда оба опустились на землю, Рид прижался лбом к ее лбу.

– Ты слышала этот громкий взрыв? – спросил он, задыхаясь, прижимаясь к ее губам.

Лиза моргнула, глядя на него и улыбаясь в ошеломленном замешательстве.

– Звук, с которым еще один человек повержен в прах. – Он поцеловал ее один раз, нежно, быстро. – Я, – прошептал он.

ГЛАВА 35

Рид распахнул дверь в небольшой магазинчик, над головой звякнул колокольчик, и в нос ударил запах пыли и старой бумаги. Он оглядел стеллажи с комиксами, выстроившиеся рядами в центре большого помещения, полки вдоль стен, заставленные книгами, и прилавок в глубине, за которым стоял молодой человек, склонившийся над чем-то перед собой. Парень оглянулся через плечо на Рида, отложил в сторону то, над чем работал, и поправил очки на носу.

– Детектив Дэвис?

– Да. Так очевидно, да?

– Скажем так, вы не похожи на моего обычного клиента. – Он указал на огнестрельное оружие, спрятанное за курткой Рида. – К тому же, вот это. Меня зовут Кайден.

Рид подошел к прилавку высотой до пояса.

– Приятно познакомиться.

– Я нашел те комиксы «Скорбь», о которых вы спрашивали. – Он потянулся за спину и взял небольшую стопку комиксов со стола у стены.

Внутри Рида воцарилась странная неподвижность, несмотря на то что его сердце бешено колотилось. На обложке были изображены трое мужчин, идущих треугольником в деловых костюмах и с портфелями в руках, с безжизненными, зомби-подобными выражениями лиц, с черными дырами глаз, из пустых глазниц которых сочились смолистые потеки. Пустые глазницы. В стороне женщина умоляла о помощи, мужчина тащил ее за волосы, по щекам текли слезы, а в углу кричала группа детей, огонь охватил их ноги.

– Господи, – выдохнул Рид. – Я возьму их, – сказал он, и голос его звучал отстраненно.

– Вы хотите их все? Это коллекционные экземпляры, и они недешевы.

– Да. Все, пожалуйста.

Парень пожал плечами и положил их на прилавок, взяв первую и пробив цену на кассовом аппарате.

Щелчок старомодных клавиш вывел Рида из полуобморочного состояния, в котором он находился.

– Вы упомянули, что у вас не все издания. Не подскажете, где я могу найти остальные?

– О, да. – Кайден пододвинул к себе блокнот и записал два веб-сайта. – Если зайдете на эти форумы, у кого-то должны быть остальные издания на продажу. Возможно, придется искать нескольких продавцов, но думаю вы сможешь найти их все. По моим подсчетам, вам не хватает всего трех. Я мог бы заказать их для вас сам, но у меня нет времени заняться этим до вечера, и я бы взял за это большую цену. – Он одарил Рида широкой улыбкой.

– Ничего страшного. Думаю, я справлюсь.

– Не забудьте поторговаться, – подсказал Кайден, продолжая пробивать комиксы в полиэтиленовых обложках. – Эти ребята постараются вытянуть из вас как можно больше.

– Я запомню это, спасибо.

Кайден достал бумажный пакет, положил в него стопку комиксов и поставил на прилавок.

– Восемьсот пятьдесят два доллара и девятнадцать центов.

Рид уставился на него.

– За комиксы?

– Как я уже сказал, коллекционные издания. Состояние почти идеальное.

Ого. Рид шумно выдохнул. Когда-то он был ребенком и мог ценить хорошие комиксы, как и любой другой парень. Но это? Сто долларов за штуку? Люди платят такие деньги? Рид положил кредитку на стойку. Это не имело значения. Они были ему нужны.

Выйдя из магазина, он быстро пошел к своей машине, припаркованной в квартале дальше по улице. Сел в машину, опустил окно и раскрыл пакет, вытащив лежавший сверху комикс и вынув его из полиэтиленовой обложки.

Пробежался глазами по началу истории, сердце колотилось все быстрее и быстрее.

Вот черт.

**********

Рид держал комикс перед аудиторией, медленно двигая его слева направо, чтобы все могли его увидеть. Здесь была вся команда, включая детективов, занимающихся другими делами, которые случайно оказались в офисе. Это было нечто грандиозное. И что-то такое, чего они никогда раньше не видели. Все хотели оказаться в первом ряду.

– «Скорбь», – сказал он, и его кровь, казалось, забурлила быстрее, когда он произнес это название. Это было оно. То, что им было нужно, чтобы понять этого убийцу, который держал в напряжении весь город. – Это не очень известная серия, хотя и пользуется популярностью у настоящих поклонников комиксов. – Он передал книгу Рэнсому, чтобы тот начал передавать ее по комнате. – И это настольная книга нашего убийцы.

По комнате прокатился ропот, и сержант Валенти поднял руку, призывая всех к тишине.

– У нас будет время задать вопросы, – сказал он собравшимся. – Сначала детектив Дэвис введет нас в курс дела.

Рид приподнял одно бедро, наполовину сидя, наполовину опираясь на угол стола.

– Я расскажу сюжет в общих чертах. Общую концепция такова. – Он слегка наклонился вперед: – Нет отдельного рая, и нет отдельного ада. По крайней мере, не за пределами земной сферы. Когда Земля была создана, она была разделена на две половины, Рай и Ад, хотя обе сосуществуют одновременно, и каждая взаимодействует с другой.

– Они оба здесь, – добавил Рэнсом. – Прямо здесь. Переплетенные.

Рид слегка кивнул. Рэнсом и Пэджетт читали комиксы вслед за Ридом, так что они были хорошо знакомы с материалом и могли обсудить его.

– Некоторые люди живут в Аду, некоторые – в Раю. Те, кто живет в Аду, осознают, где они находятся, но не все живущие в Раю осознают это. Некоторые блуждают, ничего не видя, не замечая демонов вокруг и не обращая внимания на страдания других. – Он сделал паузу, чтобы они могли осмыслить сказанное. – Они служат лишь своим эгоистичным интересам. Если кто-то признается таковым – человек, который демонстрирует свою слепоту, игнорируя боль тех, кто находится в аду, или способствуя ей – он должен быть уничтожен.

Рид изогнулся всем телом, постучал по доске с тремя энуклеированными жертвами, затем взял в руки другой выпуск «Скорби» и продемонстрировал обложку, на которой были изображены трое мужчин, идущих в треугольном строю, а по бокам от них – молящие о помощи, которых игнорируют.

– Вот черт, – выдохнул кто-то сзади.

В точности мои мысли.

– А еще есть сами демоны, – продолжал Рид, – те, кто должен пасть, чтобы Рай правил безраздельно. – Рид повернул туловище в противоположную сторону и указал на список упавших жертв на доске. – Мы считаем, что наш убийца воспринял это указание буквально.

Он снова указал на безглазые жертвы.

– Это слепые. Эгоисты. Жадные. Эксплуататоры. По мнению этого убийцы. – И по мнению Рида тоже, если честно, хотя это не имело никакого значения. Он указал в другую сторону на упавших жертв. – Это демоны. Настоящие мучители. Он разыгрывает всю эту историю.

В глубине комнаты послышался негромкий гул, и сержант снова поднял руку.

– Детективы Карлайл, Пэджетт и я просматриваем все издания, и я заказал те, которых не было в наличии. Там много всего, и есть сюжетная линия, прослеживающая судьбы пяти ангелов, которые по ошибке были отправлены в царство Ада. У каждого из них своя история, но их объединяет общая связь.

Рид повернулся к сержанту, и тот кивнул. Рид оглядел присутствующих.

– Мы продолжаем читать материал, так что, возможно, что-то еще станет очевидным. Если это произойдет, мы поделимся с вами. – Он оглядел комнату. – У кого-нибудь есть вопросы?

Детектив-новичок, сидящий сзади, поднял руку.

– Те ангелы, рожденные в аду? Кто они для него?

– Мы не знаем наверняка, – сказал Рид. – Они могут быть конкретными, а могут просто указывать на тип людей, например, жертв жестокого обращения. – И если это так, то к ним относится и Лиза.

– Значит ли это, что он один из них? – спросил тот же детектив. – Жертва насилия? Кто он в этой истории?

– Опять же, у нас пока нет ответа на этот вопрос. Возможно, он никем не является. Возможно, он просто использует эту историю, чтобы добиться справедливости для тех, кого, по его мнению, обидели.

– Это библейская история?

– Нет. По сути, в ней утверждается, что Библия ошибается. Что этот сценарий, – он коснулся книги комиксов, – более точный.

– Вы обсуждали, какой может быть цель разыграть все это? – спросил детектив Даффи, переводя взгляд на Рида, Рэнсома и Дженнифер.

Рид покачал головой.

– Мы не знаем, кроме удовлетворения, которое он получит, следуя этому сценарию, который он воспринимает как Евангелие. Он верит, что в его власти сделать так, чтобы воцарился Рай, что бы это для него ни значило. Возможно, праведность. Ясно только, что он верит в то, что это правда. Он верит в этот мировой порядок.

– Это просто история, – сказал Даффи.

– Не для него, – ответил Рид. – Для него это реальность.

– Значит, он псих, – сказал Даффи.

– Но мы это уже знаем, – ответила Дженнифер.

Псих. Конечно. Но это нечто большее. Это дает этому парню смысл и цель. Контроль.

– На самом деле дело не в том, что он псих...

– Да ладно, Дэвис. Этот парень – псих, который ради спортивного интереса устраивает жертвам рай и ад, – заявил Даффи.

– Для нас да, – сказал Рид, вспомнив, о чем они говорили с Лизой, о чем она советовала ему подумать. – Но мы должны помнить, что этот парень думает не так, как мы. Для него все это имеет смысл. Для него это правосудие.

– Черт. Как будто наша работа и так не тяжела. У нас есть парень, возомнивший себя богом, – пробормотал Даффи.

– Видишь, Дэвис? Псих, – сказал Рэнсом, подмигнув.

Рид криво улыбнулся.

– Ладно. Пока что «псих» вполне подходит, – согласился Рид, оглядывая комнату.

– Есть еще вопросы? – спросил сержант Валенти.

Послышался общий ропот, но никто больше не поднял руки.

– Ничего из этого не было опубликовано в средствах массовой информации, поэтому я настаиваю, что вы не должны обсуждать все это за пределами этой комнаты? Понятно?

Собравшиеся кивнули в знак согласия.

– Не стесняйтесь приносить нам все, что сочтете нужным, – сказал Рид. – Мы работаем над этим так быстро, как только можем, чтобы понять, как остановить этого парня, и будем благодарны за все, что может помочь в достижении этой цели.

Остальные детективы встали и, собрав свои вещи, направились к двери.

Все вышли, оставив в комнате Рида, Рэнсома, Дженнифер, Олсена и сержанта Валенти.

Сержант Валенти встал.

– Через полчаса у меня встреча с шефом, – сказал он. – Так что я тоже пойду. Позвоните мне, если что-нибудь выяснится.

Они поблагодарили его, и он тоже вышел из комнаты.

– Что-нибудь еще, прежде чем мы вернемся к чтению? – спросил Рид.

– Я только начала глубже изучать историю Сабрины Макфи. Ее воспитывали тетя и дядя, после того как ее забрали из дома. У меня пока нет подробностей, – сказала Дженнифер.

Рид издал шипящий звук сквозь зубы.

– Вот она. Связь между Элизабет Нолан, Майло Ортисом и Сабриной Макфи.

Дженнифер кивнула.

– Я позвонила в «Службу занятости и семьи», чтобы получить ее дело. Сообщу, как только получу его.

– Отлично. Слушай, они обычно не торопятся. Пока ждешь, проверь, не пропал ли ее отец или дядя, может быть, брат, или бывший муж, или их давно не видели? И если да, давай проявим инициативу и посмотрим, сможем ли мы раздобыть стоматологические карты.

– Чтобы сопоставить с неизвестным с клеймом?

– Именно.

– Заметано. Но у меня есть кое-что конкретное, – сказала Дженнифер, взяв в руки небольшую папку, лежащую рядом с ней на столе. – Я наконец-то получила полный список постояльцев из приюта.

– Это заняло у них достаточно много времени.

– Ну, в их защиту могу сказать, что он довольно обширный, поскольку составлен за пять лет. И похоже, что у них крайне мало сотрудников. И они неоднократно напоминали мне, что могли бы потребовать от нас ордер. – Она кивнула на папку. – Я просмотрела его, но ничего не бросилось мне в глаза. – Она передала его Риду. – Может, когда-нибудь пригодится.

Рид кивнул, взяв папку из ее протянутой руки.

– Мы тоже посмотрим. А пока давайте продолжим читать эти комиксы. Может быть, сможем понять, к чему это может привести. – Хотя у них еще не было трех последних книг. Он зашел в интернет и заказал их за бешенные деньги у какого-то парня на форуме комиксов.

Они вернулись на свои рабочие места, Рэнсом сел, положил ноги на стол и начал читать выпуск «Скорби», который Рид дочитал прямо перед этой встречей. Он решил, что ему нужно немного отдохнуть от демонов и адского пламени, и вместо этого открыл папку перед ним на столе.

– Мужик, хочешь знать кое-что забавное? Я почти поверил, что это правда. Может, чувак из комиксов был прав, и то, что мы считаем реальностью, не более чем идея.

Рид взглянул на экземпляр «Скорби», которую смотрел Рэнсом, и поднял одну бровь.

– О-о...

Рэнсом хихикнул.

– Нет, серьезно. Подумай об этом. Для некоторых людей вот здесь, – он провел пальцем вниз, а затем обвел им вокруг, указывая на Землю, – это ад. Подумай о тех случаях, которые мы сами видели, о том, какую жизнь ведут люди. Думаешь, они боятся озер с огнем и серой? Нет, для некоторых это, наверное, звучит как тропический отпуск.

Рид провел зубами по нижней губе. Он подумал о работнике санитарной службы, которого он допрашивал у него дома, Майло Ортисе. Тогда Рид думал о том, что пришлось пережить парню, когда его собственная мать предлагала его в качестве сексуального удовлетворения растлителям малолетних. Воспоминания, которые он, должно быть, переживает... горе, которое, должно быть, испытывает из-за того, что его предали таким образом... внутренняя борьба, которую продолжает вести. Он подумал о Лизе, о Джози, о сотне жертв, с которыми беседовал, выслушивая, какие травмы они пережили, иногда с трудом. Как человек может бояться ада, когда ад окружает тебя со всех сторон?

Если уж на то пошло, ад был вокруг каждого из них, не так ли? Ведь на самом деле от него отделял один телефонный звонок, один несчастный случай, одна трагедия.

– А другие, – сказал Рэнсом, – испытывают рай прямо здесь. И я говорю не о голливудских знаменитостях или членах королевской семьи. Я говорю о среднестатистическом Джо, который родился в любящей семье, у которого достаточно еды и есть безопасное место, которое он называет домом. А субботним вечером можно посмотреть Netflix и расслабиться. Я говорю о...

– Тебе и мне, – сказал Рид.

Рэнсом сделал паузу.

– Да, – согласился он. – Я говорю о нас с тобой.

Напарник вздохнул.

– Но мы не слепые, – продолжил Рэнсом. – Мы видим ад. Видим, насколько он близок. Мы видим страдания. Именно поэтому мы делаем то, что делаем. Но есть люди, которые ни черта не видят. Они отворачиваются в другую сторону или используют тех, кто слабее их, ради наживы. Только подумай, с какими злобными ублюдками мы сталкивались.

Рид сразу вспомнил нескольких. Он почесал челюсть.

– Да, это хорошая концепция. А в любой хорошей концепции есть элемент правды. Сопоставимость. Но все хорошее можно извратить.

– Ты прав. – Рэнсом наклонил голову. – Знаешь, говоря об извращениях, я думал о том, что такое лиминальное пространство. – Он сделал небольшую паузу. – Знаешь, какие универсальные чувства вызывают у нас описания этих мест?

Рид кивнул, слушая почти завороженно. Рэнсом указал одной рукой на свой живот.

– Это сжатие под ребрами. Озноб по всему телу. Знаешь, к чему сводятся все эти ощущения? К одиночеству. Быть оставленным в незнакомом месте. Ощущение этого. – Он слегка наклонился вперед. – Мы созданы для того, чтобы быть связанными с другими людьми. А все остальное кажется чужим, чуждым, словно нас забыли в месте, где нам не место.

Пять ангелов, по ошибке отправленных в ад.

Так ли чувствовал себя убийца? В этом ли заключался смысл всей этой затеи? Отчаянное бегство из любой формы ада, в которой он оказался, потерянный и одинокий? Забытый?

– Черт возьми, Карлайл. Ты можешь изрыгать всякое глубокое дерьмо, когда твой рот не набит едой.

Рэнсом усмехнулся.

– Мне ли не знать? – Затем он поднял комикс и вернулся к чтению.

Рид несколько секунд наблюдал за ним, а затем снова взял в руки папку и начал с первой страницы.

В приюте были достаточно щедры, чтобы перечислить имена в алфавитном порядке и указать всю имеющуюся у них информацию о жильце – его прежний адрес, номер телефона, если таковой имеется, и даты проживания.

Список имен начинался за пять лет до этого и продолжался до текущей даты. Рид читал их очень быстро, перелистывая страницы в надежде, что какое-нибудь из имен бросится ему в глаза, но не ожидая, что это произойдет. Дойдя почти до конца, он приостановился и снова провел пальцем по имени, которое чуть было не пропустил, поскольку его мозг был поглощен заданием лишь наполовину.

– Эверетт Дрейпер? – пробормотал он.

– А? – спросил Рэнсом, подняв глаза от комикса.

– Дрейпер, – сказал он, нахмурившись. Рид выпрямился, отодвигая папку подальше от того места, где она лежала на краю его стола. – Внук Гордона Дрейпера. Бывшего директора больницы «Лейксайд».

– Чувак, который звонил по поводу комикса?

Рид кивнул, задумавшись. Старик ничего не говорил о том, что его внук жил в приюте, да и зачем ему это? Гордон Дрейпер не знал, что это место было частью их расследования. А его внук был мертв. Он покончил с собой. Рид не стал спрашивать, как и почему, это было не его дело. Очевидно, старик все еще переживал по этому поводу. Впрочем, в этом был смысл: если его внук страдал каким-то психическим расстройством, он должен был когда-то жить в приюте или где-то в подобном месте.

Мысли Рэнсома явно шли в том же направлении, потому что он сказал:

– Хорошо. Значит, у парня, который жил в приюте, был дедушка, работавший в больнице, где нашли одну из жертв.

– Да, – рассеянно сказал Рид. – Но он мертв.

– Покончил жизнь самоубийством.

– Да.

– Мне кажется, или в этом деле у нас много самоубийств? Я знаю, что теперь мы можем считать смерть от падения как убийство, а не самоубийство. Но у нас все еще есть София Миллер, девушка, которая выдвинула обвинения против Садовски… Внук Дрейпера...

Рид взглянул на Рэнсома.

– Не думаю, что это так уж неожиданно. Среди душевнобольных высок процент самоубийств.

Рэнсом пожал плечами.

– Верно.

Рид пожевал внутреннюю сторону щеки, размышляя.

– Говоря о Софии Миллер, ее мать сказала, что она встречалась с кем-то в этом приюте, верно?

– Да. Так и было.

– Как думаешь, возможно, что это был Эверетт Дрейпер?

– Возможно. И это была бы еще одна связь.

– Да, – пробормотал Рид, хотя что это могло означать, оставалось неясным. – Думаю, нам нужно еще раз поговорить с Дрейпером.

Рид взял телефон, просмотрел принятые накануне звонки и набрал номер Дрейпера. Старик взял трубку на четвертом звонке.

– Мистер Дрейпер? Это детектив Дэвис.

– Здравствуйте, детектив. Это сюрприз. Чем я могу вам помочь?

– Я просмотрел комикс, о котором вы мне рассказывали. Он оказался очень полезным. Спасибо. – Он не хотел говорить о том, насколько полезным оказался совет старика, пока не хотел. Это было то, чего не было у средств массовой информации, и о чем убийца тоже не подозревал. В данный момент им нужно было держать все в секрете.

– А. Значит, вы его прочитали. Интересный материал, не так ли? Если не сказать, немного мрачноватый. Это нравилось моему внуку.

– Да, вообще-то я звоню по поводу Эверетта. Его имя фигурировало в списке жильцов реабилитационного центра, который всплыл в ходе нашего расследования.

– О?

– Да. Вы знали, что ваш внук жил в приюте прямо перед своей смертью?

– Да. У Эверетта были проблемы, детектив. Я ясно дал понять, что у него всегда был дом здесь, но, к сожалению, он предпочел не жить по моим правилам, какими бы разумными я их ни считал. – Он сделал паузу. – Я надеялся, что приют пойдет ему на пользу. Живя среди своих сверстников, он обрел некоторую независимость. Нашел смесь лекарств, которая позволила ему функционировать на более высоком уровне.

– Мистер Дрейпер, вы не знаете, встречался ли Эверетт с кем-нибудь, кто жил в том доме?

– Встречался? Нет. Простите, но я не знаю. Эверетт не делился со мной подобными вещами.

– Хорошо. Если вы вспомните что-нибудь еще, что может быть важно на счет Эверетта, позвоните мне?

– Конечно. – Он сделал паузу. – Дело, над которым вы работаете, та еще головоломка, не так ли? Мне жаль, что я больше не могу помочь. Но я верю в тебя, сынок.

– Спасибо, сэр. Я ценю это.

Рид положил трубку и несколько минут сидел, уставившись в пустой экран компьютера.

Несмотря на то, что у них было с чем работать, обнаружив комикс, все казалось еще сложнее, чем раньше, и Рид боялся, что не успеет собрать все кусочки воедино. Он думал о Заке и о том, что тот, должно быть, чувствовал то же самое все эти годы, когда пытался восстановить справедливость в отношении Джози и других женщин, ставших жертвами Чарльза Хартсмана. Но опоздал.

Рид чувствовал, что время идет к какому-то неопределенному, но неизбежному концу.