Текст книги "Там, где живет истина (ЛП)"

Автор книги: Миа Шеридан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

ГЛАВА 44

Мышцы Аррин напряглись, когда человек по имени Аксель поднялся по короткой лестнице и шагнул обратно в комнату, где они находились. Один. Он был один. Девушка судорожно втянула воздух, когда он подошел к ней, лежащей на полу, все еще прикованной наручниками к стулу. Она видела, как Чарльз Хартсман что-то дает Лизе ногами, смотрела, не веря своим глазам, как та использовала маленький инструмент, чтобы освободиться, и сердце Аррин колотилось от ужаса. Лиза сделала это. Каким-то образом ей это удалось, и когда побежала к лестнице, ведущей в нижнюю часть того ада, в котором они оказались, а Аксель пустился в погоню, Аррин, используя пальцы ног в качестве опоры, бросила свое тело перед ним, столкнулась с крупным мужчиной, и они оба рухнули на землю.

Он поднялся и побежал за Лизой уже через десять секунд, но Аррин дала ей небольшую фору. Хотя бы это. И вот он здесь без Лизы, значит, все получилось? Она сбежала? Или Аксель причинил ей вред?

Пожалуйста, пусть это будет не так.

Девушка с ужасом и ошеломлением наблюдала, как Чарльз маневрирует своим истекающим кровью телом, явно пытаясь сбежать за те несколько минут, что Аксель отсутствовал. И хотя ему удалось поднять ноги ко рту, схватив что-то зубами, но не смог освободиться. Теперь он просто висел на цепях, на его груди блестел пот, несколько бисеринок скатились по лицу.

Так вот почему он передал инструмент Лизе? Потому что ей требовалось меньше времени на его использование, а Чарльзу нужно было отвлечь Акселя, чтобы попытаться освободиться?

Аксель легко поднял Аррин, поставив ее стул вертикально. Кровь прилила к голове, отчего она закружилась. Девушка наблюдала за ним, пока он стоял прямо, бормоча что-то нечленораздельное. Затем повернулся, окинув взглядом каждого из присутствующих по очереди.

– Глупо, – сказал он. – Так глупо. Но что сделано, то сделано.

– Где она? – спросила Аррин, боясь услышать ответ.

Он повернулся к ней, прищурившись.

– С ней все в порядке. Она забралась в старую канализацию. Мне пришлось запереть ее там. Она не оставила мне выбора.

Запер? В старой канализации? Аррин тяжело сглотнул.

О, боже, бедная Лиза.

– Не волнуйся, – сказал он как бы сам себе, устремив взгляд на стену. – Она будет освобождена, как только мы закончим.

Аксель пробормотал еще что-то, чего Аррин не смогла разобрать. Он был безумен. Этот парень был сумасшедшим, и собирался сжечь их всех заживо в этой пещере под землей, и она понятия не имела почему. Ей хотелось плакать, кричать, но она не стала этого делать. Она должна быть сильной, ведь она дочь своей матери.

Дело в том, что... Аррин узнала его – Акселя. Она где-то видела его, и в этот момент поняла, где именно. Она столкнулась с ним по дороге на занятия, когда мчалась с парковки через кампус. Девушка уронила учебники, все бумаги в ее руках разлетелись вокруг, когда они столкнулись, и, хотя она опаздывала, все равно рассмеялась и сказала ему, что все в порядке, пытаясь подбодрить этого большого, похожего на медведя мужчину с широко раскрытыми испуганными глазами.

– Без Лизы ничего не получится, – сказал Чарльз Хартсман.

Аррин перевела взгляд на него, мужчину, который выглядел как старшая версия ее брата. Она чувствовала себя такой растерянной, такой испуганной, ее мозг все еще был затуманен наркотиком, который вкачал в нее Аксель. Она боялась этого человека, всегда боялась, но... он помог Лизе освободиться. Почему? Она не понимала этого. Вся эта ситуация казалась нереальной, словно ужасный кошмар, от которого она никак не могла очнуться.

– Она не шелохнется, – ответил Аксель. – Не стоит беспокоиться. Она останется на месте. Да, ей страшно, но мы все боимся. – Он посмотрел на парня по имени Майло и девушку – Сабрину, и на его лице появилось нежное выражение. – Она будет прятаться там, пока Небеса не откроются. Она все еще здесь, с нами. В подземном логове. Она никуда не ушла.

– Может быть, она не такая, как ты думаешь, – сказал Чарльз. – Может, она нечто большее. – Он слегка приподнял голову.

Аксель пристально посмотрел на него. На мгновение он выглядел смущенным, но затем покачал головой.

– Тьма – ее самый большой страх. Она управляет ею. Вот в чем суть, Чарли. Речь идет о том, чтобы освободиться. Там, куда мы идем, нам нечего бояться, совсем нечего.

Аксель прислонился к стене, на его губах появилась легкая улыбка.

– Иногда люди побеждают свои страхи, – сказал Чарльз. – Иногда они делают все, чтобы эти страхи больше никогда не взяли над ними верх.

Но Аксель, очевидно, не слушал его.

Чарльз Хартсман посмотрел на Аррин. Он выглядел слабым, почти изможденным, словно слабел с каждой минутой. Но когда она взглянула на него, уголок его губ приподнялся, и он подмигнул ей. Взгляд Аррина метнулся к Акселю, который снова взял одну из своих канистр с бензином и поливал стены. Он уже обработал периметр комнаты, дверь, а теперь обливал стены. Что еще оставалось, кроме них? Когда чиркнет спичкой, все вокруг вспыхнет ярким пламенем.

Аррин выпрямилась изо всех сил, решив сделать все возможное, чтобы оттянуть этот момент.

«Помоги мне, папочка», – мысленно повторяла она, молясь, чтобы отец услышал ее из того места, где она находится, и уже был на пути к их спасению. Но на данный момент все, что у нее было, это люди в этой комнате. Отец всегда говорил ей, что она – сила, с которой нужно считаться. Воспоминания о его словах укрепляли ее и уменьшали страх. Да. Она будет такой, даже здесь, в глубинах ада, где ей суждено умереть.

– Я знаю, кто ты, – громко сказала она Чарльзу.

Мужчина опустил голову и теперь поднял ее, снова встретившись с ней взглядом. Аксель тоже поднял глаза, отвлекшись от своего бормотания на их разговор.

– Я смотрела дело своей матери, когда была моложе. То, что ты с ней сделал... ты чудовище.

Чарльз наклонил голову, словно обдумывая ее слова.

– Ты поверишь мне, если скажу, что сожалею об этом? – спросил он хриплым голосом.

– Нет, – прошипела она.

Он пожал плечами, слегка пошевелив связанными руками.

– Татуировка, – сказала она, кивнув головой к его груди. – Это не его имя. Не имя моего брата.

Чарльз снова посмотрел на нее, выражение его лица было спокойным.

– Это его имя. Его дала ему твоя мать. – Его шея слегка подергивалась, как будто он слишком устал, чтобы удерживать голову. – Я должен был убедиться, что они сохранят его. Это была моя ошибка.

– Ты не заслуживаешь того, чтобы на твоем теле была хоть какая-то его часть, – сказала она. – Мой брат хороший, добрый и благородный. Он самый лучший человек, которого я когда-либо встречала, и он не имеет к тебе никакого отношения.

Чарльз одарил ее усталой улыбкой.

– Ты настоящая заноза в заднице, не так ли?

Аррин издала звук отвращения и отвернулась.

Аксель подошел к Сабрине и Майло и легонько похлопал их по щекам, хотя глаза у них уже были открыты. Сабрина тихо всхлипывала, а Майло шептал ей слова, которые Аррин не могла расслышать.

– Пора, Ангелы. – Он достал из кармана спичечный коробок.

У Аррин свело живот, страх сжимал каждую мышцу ее тела. Она не хотела умирать таким образом. Только не так.

– Аксель, – позвал Чарльз. – Ты не думал о том, что все это неправильно?

– Замолчи, демон, – сказал Аксель.

– Может, не я демон, а ты. Может, я ангел, а ты демон. Или, – сказал он, – может быть, мы оба. – Его голос стал ниже, мягче, в нем больше не было того язвительного задора, что прежде. Мужчина становился еще слабее.

Аксель придвинулся ближе к Чарльзу, обращаясь к нему.

– Пытаешься манипулировать мной, Чарльз? Это не сработает. Ты, как никто другой, должен понимать, что такое зло. Тебе, как никому другому, не следовало обращаться к нему. Ты взял свой самый глубокий страх и переложил его на других. Ты не должен был этого делать. Это и делает тебя демоном. Ты мог бы вознестись вместе с нами.

– И это говорит тот, кто убил, – он прищурился, – по моим подсчетам, шесть человек, и это только те, о ком мы знаем.

– Я уничтожаю зло. Кто-то должен это делать.

– Мы похожи больше, чем ты думаешь, Аксель. Но ты потерял рассудок и не можешь мыслить логично, – прохрипел Чарльз.

Аксель слабо улыбнулся и вытащил спичку из коробки.

– Мы уже говорили об этом. Время для разговоров прошло. – Он издал хриплый вздох. – Я больше не могу жить в этом мире. Я хочу домой. Мы все заслужили право вернуться домой.

Парень повернулся кругом, обращаясь ко всем присутствующим.

– Это будет всего лишь несколько мгновений боли, а потом мы все будем свободны.

А затем Аксель чиркнул спичкой, уронив ее в лужу бензина. Раздались крики, и огненный шлейф метнулся к стенам и мгновенно начал подниматься вверх. Быстро распространяясь, он охватил комнату золотым и оранжевым пламенем. Инферно разрасталось.

А в центре всего этого стоял безумец, откинув голову назад и с восторгом ожидая, когда же он сгорит.

Позади него Чарльз коснулся ногами земли. Выпрямился, оскалив зубы, когда Аксель развернулся. И один демон оказался лицом к лицу с другим.

ГЛАВА 45

Рид вздрогнул, опустив ногу на землю, и в замешательстве повернулся. Он готов был поклясться, что услышал свое имя, доносившееся из леса прямо за его спиной.

– Рид! – Он услышал его снова, на этот раз более отчетливо, и его сердце подпрыгнуло.

Лиза?

– Стой!

Он обернулся и бросился на ее голос. Мгновение спустя она появилась из-за деревьев, перепачканная и... окровавленная, по ее лицу текли грязные дорожки от слез, дыхание было прерывистым.

– Лиза! – Он бросился к ней и заключил в объятия, а она прижалась к нему, плача и дрожа, вцепившись в него.

– Рид, Рид, Рид, Рид, – повторяла она между вздохами и рыданиями.

– Все хорошо. Детка, с тобой все в порядке, – сказал он, чувствуя, как внутри него все клокочет от смятения.

– ...крысы, змеи и... – бормотала она, пока по ее телу одна за другой пробегала дрожь. – Чарльз помог мне освободиться... он дал мне инструмент... а потом туннель и...

Чарльз? Нет, что? Он отстранил ее от себя, чтобы посмотреть на нее. Его взгляд скользил по ней, пытаясь определить, где она пострадала, а разум слепо пытался понять, что происходит, откуда она взялась и как освободилась. Ее глаза слегка остекленели от шока, но она смотрела на него, а не сквозь него, и это было хорошо. Что бы она ни пережила, девушка держала себя в руках.

– Ты была у него, Лиза? Аксель?

Она кивнула, выпрямившись, его слова, казалось, придали ей новые силы.

– Они все у него, Рид. И у него Аррин. – Она указала ему за спину, на полуразрушенный дом. – Там. Он собирается устроить пожар. В любую минуту. В любую минуту, Рид.

Рид отпустил Лизу и потянулся за пистолетом.

– Хорошо. Оставайся здесь. Нужно вызвать подкрепление, но я не могу ждать. Я должен войти.

– Нет! – Лиза начала качать головой и теперь, переводя дыхание, вцепилась в его куртку. – Нет, Рид, нельзя. По периметру взрывчатка.

– Взрывчатка? – Какого хрена?

– Да. Там, где заканчивается забор. Одна прямо там. Я не знаю, где остальные, но их больше.

Рид оглянулся через плечо, сглотнув. Вот дерьмо. Он уже собирался шагнуть за ограду, когда услышал, что она зовет его. По коже побежали мурашки. Лиза только что спасла ему жизнь и, возможно, конечности.

– Хорошо, – выдохнул он, его мысли кружились в голове. Придется вызывать пожарных. У них есть группа по обезвреживанию взрывных устройств. Рид почувствовал, как на спине выступил пот. Но на это не было времени. Его сестра находилась там с маньяком, который намеревался сжечь ее заживо.

Звук позади них заставил Рида обернуться и поднять оружие, когда Зак и Рэнсом появились из леса с той же стороны, с которой пришел Рид. Его плечи опустились, и изо рта вырвался вздох облегчения. Он опустил пистолет.

– Господи, как я рад видеть вас двоих.

Их взгляды метнулись к Лизе и дому за ним, и Рид увидел замешательство на их лицах. Но они пришли. Они ответили на его призыв. Они были здесь, а все детали можно обсудить позже.

– Он держит их в том доме, – сказал Рид, кивнув через плечо.

Оба мужчины достали оружие, которое было у них на поясе, и приготовились к штурму.

Он повернулся к Лизе.

– Моя машина в той стороне, – проинструктировал Рид. – Прямо через эти деревья. – Он протянул ей свой телефон. – Используй его как фонарик и позови на помощь. Вперед!

Лиза кивнула, начала поворачиваться, а затем обернулась, обхватила его лицо и быстро поцеловала в губы.

– Я люблю тебя. Я так сильно тебя люблю, – выдохнула она. А потом повернулась и снова побежала в темноту.

– Пошли... – начал говорить Зак, делая шаг вперед.

Рид положил руку ему на грудь, останавливая, и рассказал о взрывчатке.

– Черт! – выругался Зак, схватившись за голову, и пошел по кругу, с отчаянием глядя на дом, который был так близко и в то же время так далеко. – О, боже, – выдохнул он и убрал руку от головы, его глаза расширились.

Рид обернулся. О, боже, о нет. Дым валил из-под фундамента дома, черные облака сгущались, пока они стояли и смотрели. Беспомощно. Он обернулся. Быстрее, чем через забор, к дому было не подобраться. Можно было спуститься к реке и вернуться другим путем, но на это пришлось бы тратить минуты, которых у них не было. К тому же Лиза сказала, что там есть и другие взрывные устройства, местонахождение которых им неизвестно.

– Нужно привести в действие взрывчатку, – сказал Рэнсом, наклоняясь и поднимая камень. – На все остальное нет времени.

Ладно, да. Хорошо.

Рид тоже наклонился и поднял камень.

– Есть одна где-то у края забора! – крикнул он, когда Рэнсом двинулся вперед.

Напарник прицелился и со всей силы швырнул камень. Тот приземлился с тихим стуком, но без взрыва.

Черт, черт, черт!

С грохотом ломающихся деревьев из-под земли вырвалось пламя, искры полетели в небо, освещая ночь. О, нет. О, боже. Они были там, заперты внутри.

С криком ярости Зак швырнул камень в край ограды, и тот с грохотом разорвался на земле. Рид поднял руки, защищаясь, когда в них полетели осколки, крошечные гранулы, которые врезались в кожу и дождем посыпались вокруг него. В ушах зазвенело, когда он открыл глаза и шагнул вперед: воздух очистился, дым от взрыва почти рассеялся.

– Давай! – услышал он голос Рэнсома, хотя его уши все еще были бесполезны из-за взрыва.

Дом превратился в пылающий ад, пламя вырывалось высоко в ночь, все строение рушилось. У Рида перехватило дыхание, когда к нему вернулся слух: от грохота и рева огня ему захотелось упасть на колени от страха. Поднялся нечеловеческий крик, пронзительный вопль, от которого у Рида кровь стыла в жилах. Никто не мог выжить после того, что предстало перед ним. Никто.

О, боже, Аррин.

Тем не менее, трое мужчин побежали к дому, жар от огня накатывал волнами. Они обогнули охваченное пламенем строение, ища способ проникнуть внутрь, хоть какую-то надежду для тех, кто был внутри. Рид услышал, как Зак что-то крикнул, резко свернул в сторону от огня и упал в траву, а затем увидел их – трех человек, прижавшихся друг к другу на земле, лежащих в стороне от пламени, которое безжалостно полыхало всего в сотне футов от них. Все они кашляли и задыхались, прикрывая руками рты, пытаясь втянуть свежий воздух. Зак поднял на руки... Аррин, это была Аррин. И побежал вместе с ней, неся девушку к остаткам каменного фундамента, который, возможно, когда-то был подвалом или амбаром в нескольких футах от них.

Рид обернулся. Майло и Сабрина. Двое других людей были Майло и Сабрина. Рэнсом помог Майло подняться и обхватил его за плечи, помогая добежать до места, где находился Зак.

– Ты можешь идти? – спросил Рид Сабрину, которая выглядела ошеломленной.

Она покачала головой, все еще кашляя, по щекам текли слезы. Рид помог ей подняться и как можно быстрее, учитывая хромоту Сабрины, направился к остальным.

Через несколько секунд совсем рядом послышался вой сирен.

Отличная работа, Лиза. Молодец. Она должна была предупредить их и о взрывчатке. Спецы должны были приехать подготовленными.

– Мы не можем рисковать двигаться дальше, пока не появятся взрывотехники, – крикнул Зак, перекрикивая грохот пожара.

Там, где они находились, было прохладнее, и пламя, похоже, полностью ограничивалось старым домом, а близлежащие деревья находились достаточно далеко, чтобы искра могла их поджечь.

Аррин прижалась к отцу, по ее щекам тоже текли слезы.

– Как ты выбралась? – спросил Зак, притягивая дочь ближе.

Рядом с собой Рид слышал, как Рэнсом звонит по телефону, сообщая их местонахождение, но все внимание было сосредоточено на Аррин.

– Чарльз освободил нас, папа, – сказала она.

Зак отстранился, глядя в глаза дочери. Сердце Рида подпрыгнуло. Лиза тоже упоминала Чарльза. Его ранили. Аксель привез его сюда.

– Расскажи, что случилось, – потребовал Зак.

Аррин судорожно вздохнула.

– Чарльз дал Лизе какой-то инструмент, с помощью которого освободилась и сбежала. Потом Аксель устроил пожар. У него был бензин. Все вокруг начало разгораться. Чарльз... как-то освободился. У него был другой инструмент или что-то в этом роде. – Девушка покачала головой. – Все кричали. Я не знаю. Было жарко. Очень жарко. – На секунду ее глаза стали безумными, но потом она, кажется, взяла себя в руки. Зак сжал ее руку, и Аррин, сделав еще один вдох, продолжила: – Он дрался с Акселем. Аксель загорелся. – Она на секунду зажмурила глаза. – Чарльз освободил нас и вытащил наружу.

Рид пошатнулся и тяжело опустился на край каменного сооружения, у него перехватило дыхание. Почему? Что происходит?

– Где он? – спросил Зак.

Аррин указал на деревья неподалеку.

– Он пошел в ту сторону. Прямо туда. Он ранен. Довольно сильно, я думаю.

– Уверена, что он пошел туда? Там взрывчатка...

– Да. Он прошел там. Я видела.

– Зак, – сказал Рид, указывая пальцем на размокшую землю, где были видны глубокие отпечатки ног.

Зак проследил за пальцем Рида, а затем встретился с ним взглядом, поджав губы.

Рид начал подниматься, открывая рот, чтобы сказать Заку, что он пойдет с ним. Дождь шел почти весь день. Следов будет больше. Они могли бы пойти по следам Чарльза и выйти с участка, тот явно избежал взрывчатки. Но, глядя на напряженное выражение лица Зака, медленно сел обратно.

– Иди, – проворчал Рид. Он подвинулся и обнял Аррин за плечи, чтобы Зак мог встать. – Иди сейчас же.

Это была битва Зака. Та, которую он ждал два десятилетия.

Зак выдохнул, а затем повернулся и побежал по тому же пути, что и Чарльз Хартсман.

ГЛАВА 46

Держа оружие наготове, Зак бежал по следам, глубоко утопленным в грязи, наступая на те же места, где ступал Чарльз. Он был ранен. В него стреляли несколько часов назад, и он, должно быть, потерял много крови. И не мог быть слишком далеко впереди. Не более пяти минут.

Следы свернули влево, к реке, и Зак последовал за ними, пробираясь сквозь заросли тростника так быстро, как только мог, дыхание вырывалось с трудом. Вдалеке слышался вой сирен – пожарные машины приехали на место возгорания, и, как он надеялся, патрульные машины выехали на поиски Чарльза. Примерно через десять минут или около того он заметил раненого сквозь деревья в сотне футов от себя.

– Стой, Хартсман! – позвал он, но тот продолжал бежать, удивительно быстро и ловко для человека, получившего пулю, сражавшегося с сумасшедшим, вдыхавшего дым и вытащившего трех человек из горящего здания.

Зак перепрыгивал через камни и заросли, следуя за Чарльзом по пятам, хотя беглецу удавалось сохранять между ними разрыв. Река проносилась мимо, когда Чарльз подвел Зака ближе к воде. Один раз он поскользнулся на краю берега, но поднялся на ноги и продолжил путь.

– Ты не можешь бежать вечно, Чарльз, – позвал Зак, задыхаясь от напряжения, когда тот направился вверх по склону, к въезду на мост Комбс-Хел.

Куда он, черт возьми, направляется?

Грудь Зака вздымалась, когда он взбежал за ним на холм и ступил на обочину моста. Вой сирен становился все ближе. Несколько машин пронеслись мимо, пересекая границу между Огайо и Кентукки. Впереди Чарльз замедлил шаг, споткнулся, но удержался на ногах и, прихрамывая, пошел дальше.

Зак поднял пистолет.

– Стой, или я буду стрелять! – крикнул он, и его голос эхом разнесся в неподвижном ночном воздухе.

Сердце Зака колотилось о ребра, пока он пытался отдышаться. Чарльзу Хартсману некуда было деться. Он поймал его.

После стольких лет. Он поймал его.

Чарльз подошел к краю моста, шагнул в пролом между бетонными ограждениями и прислонился к стальной балке. Зак замедлил шаг, подняв оружие.

– Бежать некуда, Чарльз.

Хартсман переступил с ноги на ногу, приняв непринужденную позу, хотя его тело заметно дрожало от глубокой усталости. Его грудь была залита кровью из пулевого ранения в плечо, правая рука и половина бока покраснели и покрылись волдырями, кожа местами слезла. Он был обожжен. Сильно. Лунный свет омывал его, черные буквы татуировки резко выделялись на фоне болезненно-серой кожи.

Калеб.

Зак почувствовал, как что-то сжалось у него в груди и отмахнулся от этого чувства, не сводя глаз с серийного убийцы, терроризировавшего его жену. Его жену, которая все еще носила физические и эмоциональные шрамы от того, что сделал с ней этот человек.

Чарльз одарил его усталой улыбкой.

– Лейтенант Коупленд.

– Встань на колени. Не заставляй меня стрелять в тебя, потому что я не буду колебаться.

Чарльз прищурился.

– Знаю, что не будешь. И не собираюсь заставлять тебя, Зак. Могу я называть тебя Заком? Мне кажется, что сейчас мы можем называть друг друга по имени. – Он на мгновение закрыл глаза, его грудь вздымалась и опускалась, когда мужчина судорожно втягивал воздух. – Мне надоело бегать, – устало сказал он. – Всегда на шаг впереди. – Он снова хрипло выдохнул, сильнее прижимаясь к балке. – Кстати, ты чуть не поймал меня в Париже. Если бы твой человек вошел в аэропорт через другую дверь, то увидел бы меня. Он был так близко. – Мужчина снова улыбнулся и на несколько секунд закрыл глаза. Из раны хлестала кровь, стекая по коже.

Зак сделал несколько шагов вперед.

– Больше никакого бегства, Чарльз.

– Да, – согласился он, вздохнув. – Больше никакого бегства.

Кровь забурлила в жилах Зака. Момент казался сюрреалистичным. Сколько раз он надеялся на такой исход? Сколько сотен часов работал, чтобы поймать этого человека? Чтобы свершить правосудие? Но у него были вопросы. Так много вопросов, и он чувствовал, что Чарльз готов говорить прямо сейчас, но может не захотеть позже.

– Ты знал, что Гордон Дрейпер – чудовище. Почему не сообщил нам об этом? Прислал бы ноутбук? Позволил нам арестовать его?

– Он убил мою мать, Зак. Она была проституткой и наркоманкой, но любила меня. Она пыталась. Да, у нее многое не получалось. Но потом она... ушла и... не вернулась. Они отправили меня в тот дом, а она так и не пришла за мной. И все это время... – Он позволил словам угаснуть, уставившись куда-то за спину Зака. – Комфортная тюремная камера для старого ублюдка? Трехразовое питание? Разве это справедливость? – Он снова встретил взгляд Зака.

– Не твоя работа – вершить правосудие. Твое чувство справедливости искажено, – проворчал Зак.

– Я знаю это. Думаешь, не знаю? – Он улыбнулся. – Но Калеб не такой. В нем нет ничего искаженного.

Зак вздохнул.

– Да, – согласился он. – Калеб хороший человек.

Чарльз кивнул, покачнулся и скорчил гримасу, поднеся пальцы к ране.

– Не ожидал, что он выстрелит в меня, – сказал он с небольшим, болезненным смешком. – Я этого не ожидал.

Наблюдая за ним, Зак думал о том, что сказала Аррин. У него был инструмент. И не один. Один он отдал Лизе, а другой использовал, чтобы освободиться самому, а затем освободить остальных. Потом вспомнил, что он сказал Джози перед тем, как потерял сознание и Аксель вытащил его.

«Все будет хорошо».

– Ты позволил ему схватить себя. Почему?

– Я не знал, куда он их отвез, – пробормотал Чарльз. – У него была твоя дочь.

– И что?

Глаза Чарльза открылись, и он пронзил взглядом Зака. Несколько мгновений они молчали.

– Все эти годы... ты относился к моему сыну как к своему собственному. Я наблюдал за вами. На каждой церемонии... ты был рядом, болел... за него. Ты не обязан был это делать. Мог бы... ненавидеть его, смотря на него, и видя меня, но... ты этого не сделал. Я не мог позволить твоей дочери умереть, – пробормотал он, качая головой. – Не мог позволить дочери Джози... умереть.

Зак сглотнул, его охватило смятение.

«Чарльз освободил нас, папа».

Он крепко сжал оружие.

– Я благодарен. – Но это не значит, что тебе не место в тюрьме.

Чарльз не сводил с него глаз.

– Думаю, ты знаешь, что я не могу сидеть взаперти, – сказал он, словно прочитав мысли Зака. – Больше никогда.

Больше никогда.

Зак подошел ближе, держа пистолет направленным на человека, от которого родился Рид, – Калеб, – который был воплощением всего того, чем никогда не был его биологический отец. Перед ним был безумец, который каким-то образом сохранил в своей душе остатки человечности и спас четыре жизни.

– Я не могу тебя отпустить. Ты знаешь это, – прохрипел он.

– Да. Знаю. И не жду от тебя этого.

С обеих сторон моста сирены завыли громче, несколько полицейских машин резко затормозили, из них выскочили офицеры, перегородив проезжую часть и направив оружие в сторону Чарльза.

Он посмотрел на них, потом на Зака, и выражение его лица не изменилось. Мужчина сделал шаг влево и отступил назад, к краю моста.

Зак шагнул вперед.

– Не двигайся, – потребовал он.

Но лицо Чарльза оставалось бесстрастным и спокойным, даже когда он сделал еще один шаг назад, на самый край.

Зак слышал топот ног офицеров, бегущих к ним с двух сторон. И вскинул руку, повел ее влево, затем вправо, сдерживая их, пока те не остановились. Его сердце билось где-то в горле.

Чарльз одарил его последней усталой улыбкой.

– Скажи Калебу... – начал Чарльз, его голос был едва слышен, а глаза начали закрываться. – Скажи ему, что я... очень горжусь им.

А затем мужчина широко раскинул руки, запрокинул голову к небу и сделал последний шаг назад. Зак бросился вперед, плюхнулся грудью о землю, свесившись головой через край, потянулся вперед, пытаясь ухватить, но не успел. С сильным шлепком Чарльз плюхнулся в воду внизу, а затем его безжизненное тело всплыло на поверхность.