Текст книги "Там, где живет истина (ЛП)"

Автор книги: Миа Шеридан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц)

ГЛАВА 2

Десять лет спустя

Рид обошел своего чересчур увлеченного коллегу, чтобы не наткнуться на него, и сошел с небольшой площадки, которую в баре использовали в качестве сцены для караоке.

– Еще одну! – услышал он крик Бройера, направляясь к бару. – Вот черт, у них есть «Пурпурный дождь»¹. Давайте, ребята. «Пурпурный дождь»!

Ни хрена подобного. Рид рассмеялся через плечо, подняв руку и показав жестом «я закончил». Он присоединился к ребятам в бурном исполнении: «Еще один повержен в прах»² только потому, что это был мальчишник его коллеги ДиКресченцо, и его практически заставили петь. Это не было... так уж ужасно, но, опять же, Рид выпил пару бутылок пива с тех пор, как приехал час назад, а другие парни не меньше восьми, а сейчас была уже почти полночь. Он не планировал догонять их, но если собирался удержаться от того, чтобы уйти пораньше, как ему хотелось, то для этого нужно было выпить как минимум еще одну, а может, и три.

Пробравшись сквозь небольшую толпу, Рид нашел свободное место у барной стойки и наклонился вперед, чтобы увидеть, что бармен занят наливанием мартини из серебристого шейкера на другом конце стойки. Девушка в топе с леопардовым принтом, стоявшая перед стойкой с напитками, подняла руки и издала громкий визг. Три девушки, окружавшие ее, последовали ее примеру.

– Это было нечто.

Рид повернул голову, увидев, как блондинка рядом с ним сделала глоток белого вина из бокала, который держала в своих изящных пальцах. Опустив бокал, она повернулась к нему лицом, и у него пересохло во рту. Господи. Словно что-то сильно ударило его в живот, едва не лишив воздуха. Незнакомка была похожа на ангела. Пухлые губы, невероятные голубые глаза и нежная кожа. Она что-то сказала ему. Что она сказала? «Это было нечто». Секунду Рид не мог понять, о чем она, но потом до него дошло, что она, должно быть, наблюдала за ним и парнями на сцене.

Он ухмыльнулся.

– Спасибо.

– Это был не комплимент. – Фраза прозвучала сухо, хотя в ее широко раскрытых голубых глазах появился дразнящий огонек.

Рид разразился удивленным смехом, и улыбка сменилась гримасой, когда он приложил руку к сердцу.

– Ай... – Он повернулся к ней лицом. – Значит, под «нечто» ты подразумевала...

– Катастрофу. Вызывающую мигрень.

Рид сжал губы, сдерживая очередную улыбку. Очевидно, он был настроен оптимистично относительно качества исполнения. Парень кивнул, показывая, что соглашается, а затем протянул ей руку.

– Я...

– Подожди, дай угадаю, – сказала незнакомка, затем прикоснулась пальцем к своим пухлым губам, изучая его черты.

Боже, она действительно была такой невероятно красивой. Риду захотелось остановить время и смотреть на нее, не отрываясь, как смотрят на прекрасное произведение искусства, позволяя видению заполнить пустоту, прежде существовавшую глубоко внутри. Парень слегка покачал головой. Черт, возможно, он был пьян сильнее, чем думал.

Как по команде, появился бармен.

– Что я могу вам предложить?

Он посмотрел на незнакомку, указывая на ее бокал, но она покачала головой.

– «Сэм Адамс», пожалуйста. – Бармен отвернулся и снова Рид посмотрел на женщину, которая только что закончила набирать что-то в телефоне и возвращала его в сумочку на коленях. – Ты собиралась угадать мое имя.

Она кивнула, на секунду поджав губы.

– Спенсер. Но все зовут тебя Спенс.

Рид притворился удивленным.

– Ты тоже детектив? Почему я никогда не сталкивался с тобой в участке?

Незнакомка рассмеялась как раз в тот момент, когда бармен поставил перед Ридом пиво, и он протянул ему десятку, велев оставить сдачу.

– Нет, не детектив. Ясновидящая, – сказала она.

Он наклонился ближе, приложив ладонь к уху.

– Прости, ты сказала «психопатка»³?

Девушка только что сделала глоток вина, поднесла руку ко рту, сглотнула, а затем рассмеялась.

– Ничего не обещаю.

– Хорошо. – Он сделал глоток пива. – В эту игру могут играть двое. Позволь мне угадать твое имя.

Рид позволил себе медленно осмотреть ее. Его взгляд переместился с ее черных туфель на каблуках на узкие черные джинсы, обтягивающие стройные ноги, на свободный черный топ с высоким воротом. Этот топ каким-то образом был безумно сексуальным и в то же время совершенно скромным, старомодным, с маленькими перламутровыми пуговицами по бокам высокой горловины. Он встретился с ней взглядом. На фоне черного цвета ее светлые волосы и кремовая кожа выглядели еще более потрясающе. Что он действительно прочитал о ней? Приверженка правил с тайной, бунтарской стороной, чем-то провокативным и темным, о чем она не говорила со своими друзьями. Женщина, достаточно уверенная в себе, чтобы в одиночку сидеть в переполненном баре и завязывать разговор с незнакомцем, но с определенной... невинностью в глазах. Хм. Она была загадкой. Головоломка, которую он хотел бы собрать воедино, понять, где и почему соединяются ее части. Рид всегда любил трудные задачки. Это была одна из причин, почему ему так нравилась его работа. Однако он не стал ничего говорить об этом. Они играли в игру, и ему нравился звук ее смеха.

– Бриттани. Но твои сестры из сестринства в университете начали называть тебя Банни по причинам, которые ты раскрываешь только близким друзьям или после того, как выпьешь слишком много коктейлей, и это прижилось.

Девушка рассмеялась, издав тихий фыркающий звук, который заставил Рида тоже рассмеяться.

– Потрясающе. И с первого раза.

Рид отпил пива, перестав улыбаться ровно настолько, чтобы сделать глоток. Позади него зазвучали первые ноты «Пурпурного дождя».

О, боже, Бройер, не делай этого. Не делай этого, чувак.

Оглянувшись через плечо, он увидел явно пьяного Бройера, сидящего на стуле на сцене, склонив голову и поднеся микрофон ко рту, готовясь спеть первые строки культовой песни. И когда он это сделал, Рид вздрогнул. Если бы он не был так занят своей нынешней компанией, то бросился бы туда и увел своего коллегу, спасая его репутацию, но Рид был занят, поэтому Бройер был предоставлен сам себе. Учитывая, что телефоны были наготове, чтобы запечатлеть эту катастрофу, бедняга никогда не переживет унижения.

Когда он повернулся к девушке, она тоже как раз отвернулась от сцены.

– Что ж. Это навсегда останется в памяти как песня, которая мне когда-то нравилась.

Рид рассмеялся.

– Думаю, тут я с тобой согласен. Ладно, Банни, стало ясно, что мы с друзьями не умеем петь. Но ты должна признать, что наши танцевальные движения были великолепны.

Она повернулась к нему лицом, прядь шелковистых волос коснулась ее щеки, и Риду захотелось ощутить их текстуру между пальцами. Он отмахнулся от неуместного порыва и вместо этого постучал пальцами по барной стойке.

Девушка пожала плечами.

– Я не видела. Была слишком занята поисками того, что можно засунуть в уши.

– А это ложь. Как бы ты еще узнала, что я один из тех парней, если бы не смотрела?

Она рассмеялась, покачав головой.

– Ладно, ты меня поймал. Я подглядывала. Ты хороший детектив.

– Именно поэтому город Цинциннати платит мне большие деньги.

– Хм, интересно. Так раскройте мне эту тайну, детектив. Почему мужчины женятся, если считают, что это пустая трата времени?

– Я открою тебе секрет. – Он оглянулся через плечо, притворяясь обеспокоенным тем, что его могут подслушать. – Видишь ли, есть правила. Если мы не будем хотя бы притворяться, что нас силком тащат к алтарю, то нам придется сдать нашу мужскую карточку в Бюро по мужским делам.

Она широко раскрыла глаза.

– О. И когда же вам рассказали об этих правилах? В детском саду, полагаю?

– Нет, не так рано. Мы называем их заповедями, акцент на «мужчина»⁴, и их передают нам на тайной церемонии, когда достигаем совершеннолетия.

Девушка поморщилась от его неудачного каламбура, но в ее глазах заплясало веселье.

– О, понятно. Церемония, значит. Очень официальная. Полагаю, там много битья в грудь и...

– Отвратительных телесных звуков, хрюканья...

– Чесание причиндалов?

Рид рассмеялся.

– Когда все сказано и сделано, ни у кого нет зудящих яиц, да. Откуда ты знаешь? – Он приподнял бровь. – Ты каким-то образом обнаружила подземный бункер, где проводится церемония, и пробралась туда, чтобы понаблюдать?

– Нет, нет. Просто ткнула пальцем в небо. Полагаю, ты не должен был рассказывать мне об этой секретной церемонии. Стоит ли мне теперь опасаться за свою жизнь?

Он покачал головой.

– Учитывая, что ты сама призналась, что ты психопатка, не думаю, что кто-то тебе поверит.

Девушка рассмеялась, и он усмехнулся, их взгляды встретились, и между ними забурлила энергия. В воздухе словно вспыхнули невидимые искры. Боже, как это было приятно. Рид чувствовал себя живым, сосредоточенным. Его давно, а может, и никогда так не тянуло к женщине, и он наслаждался этим чувством. Позволил себе погрузиться в него.

Кто-то позади них издал громкий крик, и незнакомка рядом с ним вздрогнула. Обернувшись, они увидели молодую женщину, обнимавшую подругу в пьяном приветствии. Они посмотрели друг на друга, и блондинка начала вставать. Разочарование охватило его, как и смутное чувство паники. Она уходит. Рид посторонился, чтобы дать ей место, и мысленно пытался придумать, что сказать, чтобы заставить ее остаться или найти способ увидеться с ней снова.

Попросить номер телефона. Я должен попросить ее номер.

Но девушка заговорила раньше, чем он успел это сделать.

– Давай уйдем отсюда, Спенс.

На мгновение его разум отключился.

– Хорошо. Да. – Он поставил бутылку на барную стойку. – Дальше по улице есть кофейня, где...

Она натянула кожаную куртку, висевшую на спинке барного стула, и перекинула сумочку через плечо.

– Я не хочу кофе, Спенс. – Она повернулась и направилась к двери, а он лишь на мгновение задержался, прежде чем последовать за ней. Я не хочу кофе...

Они пробирались сквозь толпу, мысли Рида путались, пока он держал блондинку в поле зрения. Это было последнее, чего он ожидал, когда прямо с работы направился в бар, чтобы отпраздновать скорую женитьбу своего коллеги.

Как раз в тот момент, когда в его голове пронеслась мысль о ДиКресченцо, парень чуть не врезался в него.

– Уже уходишь, приятель? – невнятно пробормотал он.

– Да. Я... – Блондинка протиснулась между двумя мужчинами и скрылась из виду, и его снова охватила паника. Рид взял руку ДиКресченцо в свою. – Мне пора домой. Рад за тебя, парень. Она хорошая женщина.

ДиКресченцо кивнул.

– Я люблю ее. Это самое… лучшее, понимаешь? Я реально… – На мгновение он выглядел растерянным. – Реально люблю ее. – Парень засмеялся, слегка покачнувшись, и Биллингс, другой коллега, подошел к ДиКресченцо и поймал его, прежде чем тот упадет.

– Эй, здоровяк. Ты в порядке? Мы обещали доставить тебя сегодня домой в целости и сохранности.

– Мне нужно отлить, – сообщил ДиКресченцо.

– Я держу тебя, дружище, – сказал Биллингс. – Уже уходишь, Дэвис?

Рид снова повернулся к двери, но женщины нигде не было видно.

– Да. Увидимся завтра. – Он кивнул на ДиКресченцо. – Проследишь, чтобы он нормально добрался до дома?

– Конечно.

Рид повернулся в другую сторону, когда Биллингс повел спотыкающегося ДиКресченцо к мужскому туалету. Обойдя людей, преграждавших ему путь, он толкнул дверь и вышел в прохладный ночной воздух. Посмотрел направо и налево, но не сразу заметил женщину. А потом увидел мелькнувшие светлые волосы и понял, что она нырнула в черный внедорожник, стоящий в конце квартала. Рид направился к нему, теперь уже неуверенно. Он ничего не понимал в этой ситуации и, по правде говоря, был совершенно не в своей тарелке.

– Ты едешь? – крикнула женщина из открытой задней двери машины. Значит она заказала такси. Должно быть, именно это набирала в своем телефоне в баре. Впрочем, это произошло всего через минуту после того, как они начали болтать. Когда же она решила попросить его поехать с ней?

Рид колебался всего мгновение, прежде чем подошел к машине. Забравшись внутрь, он закрыл дверь, и машина отъехала от обочины.

– Какой у тебя адрес? – спросила она.

Парень заколебался, но затем назвал адрес своей квартиры в центре Цинциннати, в историческом здании, превращенном в кондоминиум, всего в пяти минутах езды.

Блондинка наклонилась вперед, обращаясь к водителю.

– Можете отвезти нас по этому адресу?

Водитель кивнул и ввел адрес в свой GPS-навигатор. Она откинулась на спинку сиденья, придвинулась к Риду и наклонилась к нему. В тусклом свете салона их взгляды встретились, и он мог поклясться, что заметил неуверенность, промелькнувшую на ее лице. Но, прежде чем успел убедиться, что это не просто обман зрения, девушка прижалась губами к его губам, и его разум отключился. Рид открылся ей. Это был даже не выбор, а почти инстинкт, как будто он был создан для того, чтобы отвечать ей, и она скользнула языком между его губами. Сначала девушка целовала его почти робко, а затем с растущим желанием, когда он встретил ее язык своим, поцелуй стал более глубоким, головокружительным.

– Ты пьян? – спросила она, задыхаясь, у его губ, когда они разорвали поцелуй, чтобы глотнуть воздуха.

Пьян? Черт, он чувствовал себя пьяным. Только почти не пил сегодня. Это было похоже на опьянение, только без затуманенности сознания.

– Нет, – ответил он, и у него возникло странное чувство, что это был не тот ответ, на который она рассчитывала.

Такси остановилось, и, подняв голову, Рид увидел, что они находятся перед его домом. Незнакомка открыла дверь, и он последовал за ней из машины, кивнув в знак благодарности явно смущенному водителю.

– Повеселитесь, – сказал молодой мужчина и ухмыльнулся, когда Рид закрывал дверь.

Взяв девушку за руку, Рид повел ее к своему зданию, ввел код и подвел к открытому лифту. Дверь за ними закрылась, и она шагнула к нему, прижавшись всем телом, когда он отступил к стене. Он улыбнулся ей в губы и сказал: «Вау», но слово было украдено теплым прикосновением ее полных губ. Боже, она была такой вкусной. Тепло, вино и какая-то женская сладость, которую он не мог описать лучше, чем это. Кровь пульсировала у него в паху. Ему хотелось замедлиться и ускориться, очень хотелось понять эту женщину и узнать, о чем она думает.

Это глупо, Дэвис. Просто наслаждайся этим, чем бы оно ни было.

Но это был не он. Рид никогда не ходил домой с незнакомкой из бара. Блондинка провела рукой по его промежности, обхватила его, продолжая ласкать его язык своим, и он застонал от чистого удовольствия. От интенсивности. Раскаленное добела вожделение пульсировало в его венах. И почему? Почему это не мог быть он? Только сегодня. Только с ней. Рид хотел попробовать на вкус ее прекрасное тело. Хотел видеть ее, прикасаться к ней. Эта прекрасная незнакомка, которую он желал так сильно, что было больно.

Лифт звякнул, и они оба вздрогнули, рассмеявшись, когда выскочили из кабины. Он потянулся в карман за ключом, легко вставил его в замочную скважину и открыл дверь. Она щелкнула выключателем на стене, заливая коридор светом. Он закрыл дверь, и их рты снова встретились, руки блуждали, тела прижались друг к другу. Великолепно.

Все произошло так быстро, что Рид отстраненно подумал, не снится ли ему это. Он почувствовал себя не в своем теле, не в своем уме и попытался взять себя в руки, чтобы выбраться из глубин того места, куда она его завела, места чистых ощущений и ничего более.

– Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? – спросил он.

Девушка с улыбкой выдохнула, стягивая с себя куртку и позволяя ей упасть на пол.

– Нет, спасибо. Мне и так хорошо.

Он слегка откинулся назад, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Почему? – пробормотал он. – Почему я?

Их глаза встретились в свете маленькой прихожей. Ее губы изогнулись, хотя улыбка, появившаяся минуту назад, покинула ее глаза.

– Ты когда-нибудь смотрелся в зеркало?

Он выдохнул. Рид знал, что привлекателен. Зачем притворяться, что это не так? Он был бы дерьмовым детективом, если бы не замечал взглядов, которые бросали на него женщины, и возможностей, которые открывались благодаря его лицу и ничему другому. Но он никогда не использовал это в своих интересах. Чарльз Хартсман это делал, и у Рида были некоторые опасения по поводу того, что он выглядит точь-в-точь как дьявол, который передал ему свои гены, но он на время отбросил эти мысли.

Парень слабо улыбнулся ей.

– Должна быть причина получше.

– Неужели? – спросила она.

Они смотрели друг на друга, и он не мог понять, что было в ее глазах. Надежда? Вызов? Неуверенность, которую, как ему показалось, он заметил в такси? Или там просто светилось то же желание, что и его собственных? Парень попытался избавиться от разочарования, которое вызвал ее ответ. Он надеялся на большее. Кто ты?

Рид наклонился и поцеловал ее медленно, нежно, запустив руки в ее волосы и перебирая их. Шелк. Как он и думал. Ее волосы на ощупь были как шелк. Ему показалось, что она слегка покачнулась, и он убрал руки с ее волос, потянулся вниз и переплел свои пальцы с ее, удерживая девушку неподвижно, пытаясь замедлить процесс. Блондинка снова прильнула к нему, поцелуй стал более глубоким, более интимным, чем те, что они разделили в такси или лифте. Более интимный, потому что не было никаких рук. Только дыхание, губы и языки, и ровный стук их сердец. Оторвавшись от ее губ, он хрипло прошептал:

– Я хочу, чтобы это было больше, чем небрежный секс.

– Тогда давай не будем делать это небрежно.

– Я имею в виду, что хотел бы узнать, кто ты.

Ее взгляд смягчился, и девушка убрала прядь волос с его лба. Она начала что-то говорить, но потом передумала и снова наклонилась к нему, их рты встретились. Через минуту блондинка уже тянула его за собой по коридору.

– В какой? – спросила она, и только через секунду он понял, что она спрашивает, где находится его спальня.

– Вторая дверь справа.

По мере того, как двигались к его комнате, они срывали одежду друг с друга. Сначала ее топ, пришлось повозилась с мелкими пуговицами, затем его рубашка, потом ее джинсы упали на пол, и он перешагнул через них, входя в свою комнату. Девушка щелкнула выключателем и закрыла за ними дверь. Когда оглянулась, Рид вздрогнул от увиденного зрелища: неубранная постель, простыни свисают на пол, подушки как попало, разбросанная одежда.

– Прости, я не ожидал... этого. – Тебя. – Давай просто притворимся, что ты этого не видела, – шутливо сказал он, выключая яркий верхний свет.

Когда комната погрузилась в темноту, девушка напряглась в его объятиях, из ее горла вырвался тихий стон. Она потянулась к выключателю и щелкнула им снова, при внезапном освещении выражение ее лица было напряженным и испуганным. Рид нахмурился, застигнутый врасплох, но она покачала головой и тихонько засмеялась, наклонившись и поцеловав его.

– Я хочу тебя видеть, – прошептала она.

Парень на мгновение замешкался, но затем повернулся и подошел к комоду, где стояла небольшая лампа. Включил ее, а затем наклонил абажур к стене, так что в комнате остался лишь неясный отблеск тусклого желтого света.

– Так хорошо? – спросил он, вернувшись к ней и снова выключив верхний свет.

Девушка кивнула, улыбнувшись ему, и опустила взгляд на его обнаженную грудь. Провела руками по его грудным мышцам и прессу, заставив его зашипеть. Не встречаясь с ним взглядом, расстегнула молнию на его джинсах и засунула руку внутрь, поглаживая его, и они оба наблюдали, как ее большой палец размазывает бусинку жидкости на кончике его члена. Рид был беспомощен. Безволен. Был готов сделать все, что она попросит. Парень застонал и потянулся к ней, но она отодвинулась назад, присев на край кровати, а затем легла на спину, ее бледная кожа светилась переливами жемчуга и янтаря. Она предлагала ему свое тело. Каждую часть. И тут Риду вдруг кое-что пришло в голову. Он провел рукой по волосам и слегка поморщился.

– У меня нет презервативов.

Блондинка на мгновение уставилась на него, а затем посмотрела мимо него на дверь его спальни.

– В моей сумочке. Она в коридоре.

Он кивнул, вышел из комнаты и взял у двери ее маленькую сумочку. Отнес ее к ней, и девушка открыла защелку, достала презерватив и бросила сумочку на пол. Он наблюдал за ее действиями с того места, где стоял в изножье кровати, и улучил момент, чтобы посмотреть на нее, впитать ее. Такая красивая. У него защемило в груди. В ней было что-то уязвимое, несмотря на то что она была инициатором всего этого, и что явно пришла подготовленной. Что это было? Он не мог сказать. Просто смутное ощущение, которое иногда возникало у него, когда он работал над делом. Что-то, что его инстинкты заметили раньше, чем разум смог дать объяснение. Незнакомка увидела, что он наблюдает за ней, и когда их взгляды встретились, девушка поманила его рукой, кивнув на джинсы, и по ее лицу пробежала нервозность. Рид быстро снял джинсы и присоединился к ней на кровати, их обнаженная кожа встретилась, тепло слилось воедино, атомы соединились.

– О чем ты думаешь? – прошептал он, когда лег рядом с ней на кровать, целуя округлость ее груди, проводя пальцем по белому кружеву лифчика.

Она удовлетворенно вздохнула.

– Я надеюсь, что это у тебя получается лучше, чем танцы.

Парень рассмеялся, и этот смех перешел в стон, когда девушка рукой обхватила его эрекцию и стала поглаживать ее все сильнее. Боже, он мог бы умереть от удовольствия прямо сейчас.

Рид расстегнул переднюю застежку ее лифчика, и ее груди высвободились. Полные. Красивые. Розовые соски так и просились в его рот. Этим утром он побрился, но знал, что если поднять руку и потрогать челюсть, то она окажется огрубевшей от щетины. Он легонько провел ей по чувствительной коже ее груди. Девушка задрожала, откинув голову на подушку и сжимая в кулаках простыни, а он успокаивал ее губами, целуя, посасывая, переключаясь с одной груди на другую, пока она не начала извиваться под ним.

Рид спустил трусики с ее бедер, и она приподняла бедра, чтобы он мог быстро снять их и бросить на пол. Он двинулся вверх по ее телу, один раз поцеловав ее в губы, а затем отстранился, погружая палец между ее ног, используя скользкую жидкость, которую там обнаружил, чтобы помочь пальцам медленно скользить по тому месту, которое заставляло ее задыхаться и стонать, прижимаясь к его руке, желая большего.

– Скажи мне свое имя, – прошептал он.

Ее лицо было отвернуто от него, волосы разметались по щеке, нижняя губа зажата верхними зубами. По ее телу пробежала короткая дрожь, а затем девушка повернулась, приподнимаясь, и он переместился вместе с ней, так что она оказалась на четвереньках, а он склонился над ней.

– Трахни меня, Спенс, – выдохнула она.

Рид на мгновение замешкался. Он хотел смотреть на нее, когда они будут заниматься сексом. Хотел видеть ее лицо. Хотя бы в этот первый раз. Но он не стал настаивать на этом. У них была целая ночь, и ему важнее было дать ей то, что она хотела. Все, о чем она просила. Он схватил презерватив, лежавший рядом с ними, и, разорвав фольгу зубами, натянул на эрекцию. Склонился над ней, прижимаясь к ней всем телом, его твердость уперлась в мягкое, влажное местечко, которое она ему предлагала. Девушка застонала, выгнув спину. Просьба. Трахни меня.

– Меня зовут Рид.

Она снова застонала.

– Приятно познакомиться, Рид. А теперь трахни меня.

Парень откинулся назад, наблюдая за тем, как медленно входит в нее, его пальцы на ногах поджались, когда ее горячее, скользкое тело плотно обхватывало его.

– Боже, как хорошо. – Он обхватил ее бедра и начал двигаться. Постепенно. Медленно. Вид их соединения вблизи усиливал возбуждение, и его мозг затуманился, когда ощущения закрутились и покатились внутри него, накладываясь друг на друга, конкурируя, сливаясь, а затем разделяясь.

Девушка ухватилась за изголовье кровати и подалась назад, заставляя его увеличить скорость, и их секс стал диким. Первобытным. Шлепки кожи, капли пота, стоны и вздохи – его, ее, он не знал, – смешивались с отрывистым скрипом каркаса кровати. Симфония секса, каждая нота которой приближала их к крещендо. Он потянулся вперед, пальцами стимулируя ее клитор, замедляя темп, чтобы сдержать свой оргазм, и поглаживая ее в такт своим толчкам, его палец был покрыт ее соками.

Он не хотел, чтобы это заканчивалось. Это был рай. Чистый, эйфорический рай.

– О, боже, – выдохнула она, и он увидел, как побелели костяшки ее пальцев, сжимавших изголовье кровати. – Я сейчас кончу. Я кончу, – повторяла она. В ее голосе было что-то такое, что он не смог распознать, потому что не видел ее лица, а его собственное наслаждение нарастало и закручивалось, достигая пика. Удивление? Благоговение?

Девушка кончила с гортанным криком, отпустив изголовье и опустившись на локти, уткнулась лицом в подушку. А потом Рид последовал за ней. Все его тело напряглось, он толкнулся вперед, обхватив ее бедра, пальцами впившись в ее мягкую плоть, когда кончил с бурной интенсивностью, которая обрушилась на него, пройдя сквозь тело, как приливная волна блаженства.

Они рухнули друг на друга, Рид наполовину лежал на ней, оба тяжело дышали от напряжения. Он выскользнул из нее и приподнялся, подтолкнув ее так, что они оказались лицом к лицу. Их взгляды встретились, и он снова почувствовал ее уязвимость, хотя в ее глазах было сонное удовлетворение, а губы изогнулись в милой улыбке. Он прижал ее к своей груди, и девушка напряглась. На секунду показалось, что ее мышцы готовы к бегству, но он мягко притянул ее к себе.

– Ш-ш-ш, – прошептал он. – Только на минутку. Позволь мне обнять тебя на минутку.

Позже Рид проснулся, и она все еще лежала в его объятиях, теплая и мягкая. Взглянув на часы, он увидел, что уже четыре. Он наклонил голову к ней, вдыхая аромат ее волос. Лимоны и свежая трава, а еще мускусный запах их секса. Их. Боже, ему это нравилось. Это вызвало в нем вспышку желания. Девушка тихо застонала во сне, прижимаясь ближе. Его кровь лениво забурлила, и она снова издала горловой звук, только на этот раз он был глубже, насыщеннее, как будто даже во сне ее тело реагировало на изменения в нем. Он откатился в сторону, нащупал на полу ее сумочку и обнаружил в ней презерватив. Надел его, перекатился к ней, и она открылась ему навстречу, обхватив рукой его задницу и притягивая его к себе. На этот раз они занимались любовью медленно, полусонные, их глаза встретились в тусклом свете приглушенного фонаря. Их взгляды не отрывались друг от друга, пока их тела мягко раскачивались, достигая вершины наслаждения, и не только ее тело стало мягче, но и ее глаза – что-то, чего не было раньше, или, возможно, что-то, что она не позволяла ему увидеть до этого момента.

– Скажи мне, как тебя зовут, – попросил он шепотом, уткнувшись ей в шею.

И хотя она помедлила, в конце концов прошептала в ответ:

– Лиза.

– Лиза, – повторил он, поднимая голову и встречаясь с ней взглядом. – Привет, Лиза.

Она моргнула, глядя на него, такая красивая, что его сердце екнуло.

– Привет, Рид, – тихо сказала она, обхватив ногами его бедра, и, хотя они провели вместе большую часть ночи, и он был внутри нее, у него было такое чувство, будто они встретились впервые. А еще у него возникло странное желание успокоить ее, сказать, что все будет хорошо. Но почему? Он не знал.

Рид потянулся вниз и обхватил нижнюю часть ее бедра, приподнимая ее ногу, чтобы войти глубже. Она издала звук удовольствия, который вызвал у него вспышку возбуждения, побудив двигаться быстрее и сильнее.

Он смотрел, как она разбивается вдребезги под ним, а затем последовал за ней через край, и их вскрики слились воедино и угасли, растворившись в наступающем рассвете. Быстро приведя себя в порядок, они снова прижались друг к другу, и через несколько минут Рид снова погрузился в сон без сновидений.

Когда проснулся в следующий раз, он был один. Он сел, дезориентированный, провел рукой по лицу и взглянул на прикроватные часы. 7:23 утра. Черт, ему нужно было собираться на работу. Он провел пальцами по взъерошенным волосам и оглядел комнату. Лампа все еще горела, абажур был наклонен к стене. Сумочки Лизы на полу больше не было, хотя пара презервативов, которые, должно быть, выпали из нее, лежали на ковре, словно неудачная версия туфельки Золушки. Он быстро встал и голышом вышел из своей комнаты, оглядываясь по коридору в сторону входной двери. Его одежда осталась, разбросанная тут и там, прокладывая отчаянный путь к его кровати, но ее одежда исчезла.

Парень прошел на кухню, огляделся, заглянул в гостиную и ванную, а затем вернулся в спальню и посмотрел на те места, где она могла бы оставить записку – комод, вторую тумбочку. Но там ничего не было.

Она ушла, даже не попрощавшись.