Текст книги "Там, где живет истина (ЛП)"
Автор книги: Миа Шеридан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)
ГЛАВА 5
Рид и Лиза шли по коридору, и единственным звуком, который нарушал тишину, было цоканье ее каблуков по линолеуму персикового цвета. Она нервно взглянула на него. Слабое жужжание все еще звучало в ее голове, независимо от постоянных проблем с электричеством, с которыми сталкивалась больница. Девушка помассировала виски, отголоски шока, который обрушился на нее, когда Рид вошел в комнату отдыха персонала за двадцать минут до этого, вызвали головную боль.
Это было нереально.
Ничто в этом дне не казалось реальным. Возможно, она все еще лежала в своей постели, погруженная в какой-то причудливый кошмар. Только... мужчина, идущий рядом с ней, не был кошмаром. Он был сном, к которому она часто возвращалась в течение последних нескольких недель: ее тело дрожало от воспоминаний о его прикосновениях, а в голове возникали образы его обнаженного совершенства.
– Я думала, ты пошутил, когда сказал, что ты детектив.
– Я не шутил.
Она издала звук, который мог бы сойти за короткий смешок, если бы в этой ситуации было что-то хотя бы отдаленно смешное.
– Очевидно.
Парень посмотрел на нее, и у нее перехватило дыхание. Боже, он был невероятно красив. Она была ослеплена им, как и в тот раз, когда смотрела, как он поет ту дурацкую песню на сцене караоке с кучкой пьяных, спотыкающихся идиотов.
Она думала, что он тоже такой. Просто красивый мужчина с подтянутым телом, который с радостью согласится на секс на одну ночь без обязательств. На самом деле она даже не планировала проводить с ним ночь, всего лишь час, может быть, два. Но потом все приняло неожиданный оборот… Он был не только великолепен, но и мил. Она так расслабилась, что заснула и...
Проклятье.
Ее рука дрожала, когда она поднесла ключ-карту к считывающему устройству.
– Лиза, – пробормотал он, обхватывая пальцами ее запястье. Она повернулась к нему, затаив дыхание. – Ты в порядке?
В порядке ли она? Нет. Она только что видела мертвого человека с черными пустыми дырами на месте глаз. Кошмар. Что-то прямо из ада. Видение, которое материализовалось из темноты и направилось к тебе, протягивая руки, пока ты стоишь, парализованный. Беспомощный.
– Да, в порядке.
Взгляд Рид на секунду задержался на ее лице, и ее сердце сжалось от увиденного в его глазах. Беспокойство. Он беспокоился о ней, а она не заслуживала этого.
– Никто бы не стал тебя винить, если бы это было не так. Может, тебе стоит взять выходной до конца дня?
Лиза кивнула, сделав отрывистое движение.
– Да, но... Я не могу. Мне нужно встретиться с пациентами. Они наверняка слышали о случившемся. В таких местах слухи распространяются быстро. – Она посмотрела в сторону. – Мне нужно будет их успокоить. Они будут расстроены. Встревожены. – Дом все равно не был ее утешением. Ее всегда спасала работа. Работа позволяла ей забыться, когда это было необходимо.
Девушка опустила руку, и Рид отпустил ее. Слава богу, потому что иначе она могла бы упасть на его крепкую грудь и уткнуться в нее головой. А она не позволила бы себе этого. Не могла. И в любом случае он бы не хотел этого. Парень прекрасно понимал, что она использовала его, и даже если раньше ему было интересно узнать ее, она сомневалась, что он все еще испытывает те же чувства. Он имел полное право строго судить ее.
Боже, она думала, что перестанет дышать, когда Рид вошел в комнату отдыха персонала двадцать минут назад.
Девушка пропустила их через дверь, и он последовал за ней в комнату для хранения документов, где работали клерки. Там стояли три стола и ряд картотечных шкафов у задней стены. Только один из столов был занят, и когда они вошли в комнату, Дорис, седовласая миловидная старушка лет шестидесяти с короткой стрижкой, обошла стол и бросилась к Лизе.
– Я слышала, что случилось. Полиция наводнила здание. – Она прижала руки к щекам. – Я слышала, что это вы нашли его. Вы в порядке?
Лиза похлопала женщину по плечу.
– Я в порядке, Дорис. Спасибо. Полиция собирается выяснить, кто это сделал. Но тем временем детективу Дэвису нужна личная информация Стивена Садовски, чтобы он мог оповестить тех, кого нужно оповестить. Могу я получить ее для него?
– Ох. – Она взглянула на Рида, быстро моргнула, а затем снова посмотрела на Лизу. – Да, конечно. Возьмите сами. Все записи о сотрудниках ведутся в алфавитном порядке. Если понадобится помощь, просто крикните.
Лиза кивнула и, услышав за спиной шаги Рида, повела его к двери в задней части комнаты. Она вела в небольшую комнату, заставленную шкафами с документами, и Рид закрыл за ними дверь. По коже Лизы побежали мурашки, и она почувствовала легкий прилив тепла от того, что осталась с ним наедине в этом маленьком пространстве. Мужчина стоял у нее за спиной, и она ощущала его присутствие как десятитонную тяжесть. Она открыла один из шкафов и начала рыться в папках. Через минуту нашла то, что искала, и повернулась, протягивая Риду папку.
Он молча взял ее. Открыл, просматривая основную информацию о мужчине.
– Не женат. Детей нет, – пробормотал он. – Экстренный контакт – мать, которая живет в Спокане. Я позвоню ей, когда вернусь в участок. – Он закрыл папку и посмотрел на нее. – Спасибо.
Лиза кивнула, и между ними повисла неловкая пауза: воздух был наполнен всем тем, что не было сказано, но оба знали, что сейчас не время. Возможно, для них просто не было подходящего времени. И, черт побери, сожаление и разочарование вибрировали внутри нее, как тогда, когда собрала свою одежду и направилась к двери Рида, пока он спал у себя в кровати. Она едва не повернула назад, едва не написала для него записку со своим номером, а ведь раньше ей и в голову не приходило сделать подобное.
Рид наклонил голову.
– Значит ты психиатр?
– Психолог. – Она переместилась, прислонившись бедром к картотеке, стоявшей прямо за ней, нервничая и волнуясь. Это было так непохоже на тот первый раз, когда они разговаривали, смеялись, наслаждались друг другом. Тогда было легко, весело. Но этого уже не вернуть. А разве не в этом был смысл? Было легко, потому что это была одноразовая сделка. Легко, потому что он не знал, кто она на самом деле. – Я защитила докторскую диссертацию два года назад. Я здесь не так давно, но... Мне нравится. Бывает сложно. Иногда трудно.
Она посмотрела в сторону, и холодное спокойствие, с которым она держалась – по крайней мере, внешне – в комнате отдыха для персонала, разлетелось вдребезги.
– Лиза.
Девушка зажмурила глаза. Боже, зачем она назвала ему свое имя? Рид все равно узнал бы его, независимо от того, встретила бы она его в тот вечер и пошла бы с ним домой или нет. Но он называл бы ее доктором Нолан или, может быть, Элизабет. Но не Лизой. И, кроме того, как бы он ее ни называл, она не должна была представлять, как он впервые произнес это прямо ей на ухо, голосом, полным такого гортанного удовольствия, его жар был повсюду вокруг нее, внутри нее.
– Мы выясним, кто это сделал. Столько хороших людей работают над этим прямо сейчас.
Она кивнула, радуясь, что он не понял причину ее расстройства. Не то чтобы она не была расстроена убийством. Но сейчас чувствовала себя как бы оцепеневшей... Ее охватил шок. Неверие.
– Я знаю. – Она встретила его взгляд. – Я вижу здесь много плохого, детектив. Слышу много печальных историй. Я... то, что люди делают друг с другом... – Ее голос затих, и она на мгновение отвела взгляд, а затем снова посмотрела на него. – То, как эти вещи могут исказить разум человека. – Может быть, их души, хотя Лиза не была уверена, что души существуют. Может, все они были просто тканями, костями и синапсами. Все то, что однажды превратится в пыль, унесенную ветром, водой и землей. И в самом деле, разве это не облегчение – верить, что так оно и есть? Кто вообще хочет существовать вечно?
Мужчина сделал паузу, пристально глядя на нее. Он все читал, этот мужчина. Этот детектив. Видел то, чего не видели другие люди. Что было в его прошлом, что могло послужить причиной такой чувствительности?
Нет, она не хотела этого знать.
– Я испытываю то же самое в своей работе, – сказал он. – Я знаю. Это может заставить любого чувствовать себя одиноким. Видеть доказательство худших черт человеческой натуры. Это может показаться тяжелым бременем. То, что ты увидела сегодня, останется с тобой. Ты должна этого ожидать.
Лиза почувствовала, как с ее плеч спадает напряжение. От его слов ей стало легче. Он заставил ее почувствовать себя лучше. Спокойнее. Она не смогла удержаться от призрачной улыбки, которая появилась на ее губах.
– Предполагается, что я здесь психолог.
Он улыбнулся – той милой улыбкой, которую дарил ей, когда обнимал в своей постели.
– Да, но ты все еще человек.
– Могу я задать тебе вопрос об... убийстве?
Мужчина кивнул.
– Зачем кому-то это делать? Я имею в виду его глаза?
Рид отвел взгляд, выглядя задумчивым.
– Это что-то значит для него. – Он снова посмотрел на нее. – Я не знаю, что именно, пока. Но это что-то определенное.
Дверь открылась, заставив их обоих слегка вздрогнуть. В комнату заглянула Дорис. Она взглянула на Рида, и румянец залил ее щеки. Лиза сдержала улыбку. Старушка похоже запала на этого мужчину. Она была уверена, что Рид Дэвис привык к такой реакции.
– Вы смогли найти нужную папку?
Рид поднял ее в руках.
– Да, я нашел то, что мне нужно.
– Хорошо, – сказала Дорис, нахмурившись, отчего на ее лбу появилось еще больше морщинок, чем было. – Полагаю, вам предстоит сделать несколько сложных звонков.
– Да, – сказал Рид и посмотрел на Лизу. – Спасибо за помощь.
Дорис выскользнула из комнаты, а Рид достал из заднего кармана бумажник и вынул визитку. Мужчина подошел к Лизе и протянул ей карточку. Она взяла ее за край, но, прежде чем отпустить, он тихо спросил:
– Ты с самого начала собиралась уйти, не попрощавшись? Таков был план?
На мгновение их взгляды задержались, прежде чем Лиза опустила глаза на визитную карточку, на которой простым черным шрифтом были напечатаны его имя, должность и номер телефона, как рабочего, так и сотового. Затем снова встретилась с ним взглядом.
– Да.
Выражение его лица изменилось незначительно, но в его взгляде появилось неохотное согласие. Он кивнул один раз.
– Если вспомнишь еще что-нибудь, что может помочь, теперь у тебя есть мой номер. – И с этими словами мужчина повернулся и вышел из комнаты.
Лиза прислонилась спиной к шкафу. Ей вдруг неожиданно захотелось заплакать, а она никогда не плакала. Больше не плакала.
ГЛАВА 6
Лиза закрыла за собой дверь квартиры и выдохнула, закрывая замок, а затем сняла туфли на каблуках.
Ей казалось, что прошел миллион лет с того утра, когда она вышла из дома с дорожной кружкой кофе в руке и думая только о назначенных встречах.
Она справилась с оставшейся частью рабочего дня, выполнила все необходимые действия, встретилась со своими пациентами, попрощалась с коллегами и поехала домой. Но почему-то все еще чувствовала внутреннюю дрожь, хотя ее тело и руки перестали дрожать несколько часов назад. Девушка хорошо помнила эту форму дрожи. Жила с ней годами. Ощущение, что надвигается что-то плохое. Плохое всегда приближается. Она избавилась от этого чувства, по крайней мере от его постоянной составляющей, но теперь оно вернулось, и, хотя оно могло быть временным – она ведь вернет себе равновесие, не так ли? – воспоминания остались.
Лиза стояла в прихожей, поглощенная тишиной, а в груди звенела тревога. Здесь не было ни отвлекающих факторов, ни расписания, ни пациентов, которых нужно было успокаивать. Возможно, ей следовало остаться на работе. Но нет... Каждый раз, проходя по коридору, где нашла мистера Садовски, она снова представляла его, и ей нужно было отдалиться от того места. Хотя бы на время. Завтра все будет в порядке.
– Выше нос, Лютик.
Лиза улыбнулась.
– Привет, сестренка, – сказала она, голос сестры был как раз тем, что нужно, чтобы отвлечь ее от кружащихся мыслей.
Она шагнула вперед.
– О чем так напряженно думаешь, что твое тело такое же бесполезное, как и мое? – Лиза закрыла глаза, но услышала дразнящие нотки в голосе Мэди и представила себе блеск в ее голубых глазах.
Ей удалось улыбнуться.
– В тебе нет ничего бесполезного. Ты идеальна. – Она подошла к дивану и опустилась на него, откинув голову на спинку и уставившись в потолок. Услышала тихое жужжание инвалидной коляски сестры, когда та подъехала к ней, и почувствовала успокаивающий запах маленькой девочки.
– Что-то не так. Поговори со мной.
Лиза колебалась, но разговор с Мэди всегда помогал, и она рассказала ей о том, как нашла труп директора больницы, о том, что сделали с его глазами, и о том ужасе, который все еще проникал в нее.
– Глаза, – тихо сказала Мэди. – Зачем кому-то это делать?
– Рид говорит, что они что-то значат для убийцы, – пробормотала она, вспомнив его слова. – Я согласна. Это... что-то символизирует для него. – Но что? Что за человек был способен на такое? Ранее она задала Риду этот вопрос, чтобы узнать его мнение как детектива, но что она сама думает об этом? Если бы ей пришлось провести психологическую экспертизу, что бы она показала?
– Правильно, – пробормотала Мэди. – Сделай шаг назад. Отстранись. Взгляни на все беспристрастно. Это всегда помогает, не так ли?
– Да, – сказала Лиза, но почему-то это прозвучало неубедительно даже для нее самой.
– Итак, – продолжила Мэди с дразнящей ноткой в голосе, – что еще сказал Рид?
Лиза вздохнула.
Рид, Рид, Рид.
– Я не могу думать о нем, – сказала она.
– Не можешь, и все же думаешь.
От Мэди ничего не утаишь.
– Ты никогда не думала о мужчинах так, как о нем. Кажется, ты всегда была рада, что с ними покончено.
Да... И почему сейчас иначе? Что в нем было особенного? Кроме... ну, очевидного. Но это было еще не все. Лиза не могла понять, в чем дело. Все, что она знала, это то, что с той ночи две недели назад она чувствовала себя опустошенной и беспокойной. Как в клетке.
Совсем не то, что она ожидала почувствовать после случайного секса.
Лиза вздохнула, встала и подошла к кухонному столу, куда в течение последней недели бросала почту, даже не заглядывая в нее. Теперь она бездумно просматривала ее, отбрасывая в сторону всякий хлам и раскладывая перед собой счета, чтобы отнести их в свой маленький домашний кабинет, где оплатит их по интернету в выходные.
Она прервала сортировку и нахмурилась при виде официального письма из штата Огайо. Дрожь пробежала по ее телу, когда открыла конверт, пробежала глазами по строчкам, а затем бросила письмо на стол. Оно ударилось о край и упало к ее ногам.
– Они рассматривают возможность выпустить его.
– Что? Как? – спросила Мэди. – Ему же еще пять лет сидеть.
Лиза сглотнула.
– Условно-досрочное освобождение. – О, боже, они могут выпустить его. Ее брата, который оказался таким же злодеем, как и их отец.
Лиза почувствовала запах дыма, жар, покрывающий ее кожу волдырями. Она крепко зажмурилась, как будто это могло избавить ее от воспоминаний. Ее рука непроизвольно потянулась к горлу. Крови не было, только жемчужное ожерелье. Она провела пальцем по одной из бусин, гладкая текстура придавала ей уверенности.
– Они не выпустят его.
На мгновение воцарилась тишина, а затем Мэди озвучила то, во что Лиза не хотела верить.
– Я в этом не уверена.
ГЛАВА 7
Лиза прочистила горло, улыбнулась Саймону Маллнеру и наклонила голову, пытаясь заставить молодого человека встретиться с ней взглядом.
Его плечи подались вперед, и он продолжил грызть ноготь большого пальца.
– Как дела, Саймон?
Парень пожал плечами. Его глаза были стеклянными, расфокусированными.
Она попросила доктора Хедли снизить дозу лекарств, и он снизил ее на некоторое время, но потом у Саймона случилась пара вспышек, когда он бился головой о стену, пока санитар не остановил его, и тогда дозу снова повысили.
Разве это состояние лучше, чем вспышки? Конечно, было легче, но Лиза должна была верить, что там, где была вспышка гнева, были и эмоции, которые были доступны. Иначе как она могла помочь ему, если не могла получить доступ к его эмоциям?
Она увидела это, вспышку боли, промелькнувшую в его глазах. Не только увидела, но и прочувствовала ее внутри себя, распознавала ее. В его глазах были призраки, которые начнут лязгать цепями, как только действие лекарства закончится.
– Я хочу помочь тебе, если ты позволишь. Поговори со мной, Саймон.
Парень посмотрел на нее, сжав губы.
– Говорить, говорить, говорить, это все, что ты хочешь делать, – сказал он медленно, слегка невнятно.
Лиза откинулась в кресле.
– Я... да, пока что. Я не знаю, как тебе помочь, если ты не доверишься мне.
– Почему я должен? Ты не можешь понять, каково это – быть мной. – Его взгляд скользнул по ее скрещенным ногам к туфлям на каблуках, а затем обратно вверх. – Ты в своем красивом костюме, с красивыми волосами и красивой жизнью. Ты уходишь отсюда, возвращаешься домой и улыбаешься, улыбаешься, улыбаешься... а меня преследуют. Просто... преследуют... – Он замолчал, когда его взгляд остановился на солнечном луче, пробивающемся сквозь окно.
– Что? Что тебя преследует?
Его колено начало подпрыгивать, и парень снова принялся грызть ноготь большого пальца.
Лиза открыла его папку.
– Ты жил с матерью до того, как приехали сюда?
Колено Саймона ускорило движение.
– У вас хорошие отношения? Я вижу, она не навещала...
Парень молниеносно вскочил со стула и схватил ее за плечи. Удивленный крик Лизы разнесся по комнате, когда он встряхнул ее. Саймон наклонился к ней, с дикими глазами и летящей изо рта слюной, когда закричал:
– Ты не видишь, не видишь, не видишь!
Дверь с грохотом распахнулась, и в кабинет ворвался один из санитаров, схватил Саймона и с легкостью оттащил его от Лизы. Она вскочила на ноги и пошатнулась, пытаясь перевести дыхание. По лицу парня текли слезы.
– Ты не видишь! – продолжал кричать он.
Санитар, мускулистый мужчина по имени Джон, без видимых усилий заломил Саймону руки за спину. Парень выглядел осунувшимся, разбитым, как будто на эту вспышку ушла вся его энергия.
– Вы в порядке, доктор Нолан?
– Да. Да, я в порядке. Я…
– Лиза, что, черт возьми, произошло? – В дверях появился Чад, переводя взгляд с нее на Саймона, который стоял неподвижно. Его губы сжались в тонкую линию. – Отведите его в его комнату, – сказал он Джону.
Санитар кивнул и вывел Саймона.
Чад подошел к Лизе.
– С тобой все в порядке?
Она глубоко вздохнула.
– Да. Я буду в порядке. Он просто... застал меня врасплох.
Чад взял ее за руки и подошел ближе.
– Ты не должна оставаться наедине с пациентами, которые уже доказали свою склонность к насилию.
Лиза нахмурилась.
– Но он не проявлял жестокость. – А если и проявлял, то только в попытках причинить вред себе. Она вспомнила, что произошло за несколько минут до этого. Саймон тряс ее и кричал, напугал ее – да, но был ли он действительно жесток с ней? Причинил ли ей вред? Нет.
Что он говорил? «Ты не видишь, не видишь». По ее позвоночнику пробежала дрожь.
– Лиза, – мягко произнес Чад, отрывая ее от размышлений.
Она снова сосредоточилась на нем. Мужчина стоял очень близко, и она начала отступать, пытаясь отдалиться от него. Но он притянул ее к себе и обхватил руками. Лиза напряглась, но позволила обнять себя. Они были друзьями; она говорила ему, что они могут быть только друзьями.
Чад погладил ее по спине медленными круговыми движениями.
– Я так переживаю за тебя, Лиза. Не хочу, чтобы ты пострадала. Если одно из этих животных причинит тебе боль...
Лиза отстранилась, издав горловой звук, выражающий несогласие.
– Они не животные, Чад. Саймон не животное. Он ребенок. И он очень обижен, сбит с толку...
– Болен.
Лиза отвела взгляд в сторону.
– Возможно.
– Ему нужны лекарства.
– Не могу не согласиться, Чад. Возможно, лекарства необходимы, особенно сейчас. Но есть и еще что-то. Другие причины его поведения. Я могла бы помочь ему, если бы он доверился мне. – Лекарства лучше всего помогают в сочетании с терапией. Они дополняли друг друга.
Чад убрал прядь волос с ее щеки, и его взгляд смягчился, когда мужчина посмотрел ей в глаза.
– Ты слишком сильно сочувствуешь своим пациентам, Лиза. Я понимаю, почему, но... Я не хочу, чтобы это в конечном итоге сделало тебя слепой к тому, на что способны эти люди. Они очень больны.
– Это не пятое отделение, Чад. Я не имею дела с психопатами.
– Нет, но они все равно непредсказуемы.
Она выдохнула, отведя взгляд в сторону. Разве Рид Дэвис не говорил что-то подобное, когда допрашивал ее? Но вопрос Рида был адресован ей. Он намекал на ее собственное поведение...
Рид. Почему одна мысль о нем вызывала электрический трепет в животе?
Движение заставило ее вновь обратить внимание на Чада, и в этот момент его лицо приблизилось к ней, а губы встретились с ее губами. Он обхватил ее голову руками и наклонил, чтобы углубить поцелуй. Когда его язык коснулся ее сомкнутых губ, девушка отпрянула, отстраняясь от него. Его глаза распахнулись, язык частично высунулся изо рта, придав лицу комичное выражение, вызвавшее у нее нервный смешок.
Лиза прикрыла рот рукой, когда мужчина нахмурился.
– Прости, – выдохнула она. – Я... прости. Просто... – Лиза покачала головой. – Чад, мы уже говорили об этом. Ты и я – не лучшая идея. Мне жаль.
Гримаса на его лице сменилась угрюмостью.
– Ты даже не дала нам настоящего шанса.
– Мы коллеги, Чад. Я… я очень тебя уважаю. И не хочу разрушать это, пожалуйста.
Он снова шагнул к ней, поигрывая все той же прядью волос, выбившейся из ее пучка.
– Ты не испортишь. Кто еще знает все твои секреты, Лиза? Кто еще принимает тебя такой, какая ты есть? Со всем, что с тобой случилось?
Ее охватил гнев и стыд. Он использовал то, о чем она рассказала ему, как средство убедить ее встречаться с ним? Лиза уже пожалела, что встретилась с ним несколько раз, когда они только начинали работать вместе, и что доверилась ему как психиатру и другу – не во всех подробностях своей истории, конечно, но достаточно. В самом начале, когда она верила, что они настоящая команда. Она поделилась своим прошлым, думая, что он сможет взглянуть на него с клинической точки зрения, как пыталась сделать она сама с тех пор, как начала изучать психологию, и успокоить ее, чтобы она не чувствовала себя мошенницей, которой не пристало лечить душевнобольных. И у него это получилось... в некотором роде. Чад прописал ей успокаивающее средство, которое она перестала принимать, когда у нее возникли проблемы с концентрацией внимания на своих пациентах. Он сказал ей, что есть и другие, которые она может попробовать – иногда нужно было найти подходящую смесь препаратов, – но она отказалась. Была полна решимости сначала попробовать несколько других способов.
– Я ценю твою поддержку. Ты хороший друг, Чад – Она добавила в свой голос немного стали, выделив слово «друг».
В его взгляде промелькнуло раздражение, но мужчина отступил назад, вздохнув и пригладив волосы.
– Просто береги себя, Лиза. – Чад повернулся, чтобы уйти. – И впредь проводи свои сеансы терапии где-нибудь в более людном месте.
Он ушел, закрыв за собой дверь и Лиза закатила глаза. Ну да, ведь пациенты просто горели желанием поделиться своими самыми сокровенными секретами, сидя посреди кафетерия. С громким вздохом она опустилась на кресло за своим столом. По крайней мере, ее перестало трясти. Но после выброса адреналина, который испытала, когда Саймон набросился на нее, она почувствовала себя опустошенной.
Она была разбита. Боже, она была потрясена до глубины души с тех пор, как открыла дверь на лестницу два дня назад. Мистер Садовски... возможное освобождение ее брата... сеанс с Саймоном...
Лиза скрестила руки, положила их на стол и опустила на них голову, делая глубокие, успокаивающие вдохи. Зазвонил телефон, напугав ее, она схватила его и с придыханием ответила.
– Здравствуйте, доктор Нолан?
Ее желудок подпрыгнул.
– Детектив Дэвис.
Последовала короткая пауза.
– Да, – сказал он, казалось, удивленный. Возможно, тем, что она так легко узнала его голос. И, возможно, она тоже была немного удивлена этим. Почему она не могла выбросить его из головы? Его выражение лица, его смех, его голос... – Надеюсь, я не сильно тебя беспокою, но я только что получил журнал использования ключ-карт. К сожалению, он охватывает только несколько дней, так как информация часто стирается, но у меня возникли некоторые вопросы, на которые... э-эм, – Лиза услышала шелест бумаги, – Майк Хендерсон, предоставивший журнал, не смог ответить.
Лиза выдохнула и улыбнулась.
– Система карт-ключей здесь, мягко говоря, слабовата. По правде говоря, не думаю, чтобы за нее отвечал какой-то один человек. Майк, вообще-то, работает делопроизводителем.
– А, ну тогда понятно.
Лиза улыбнулась.
– Я постараюсь ответить на твои вопросы.
– Отлично. Итак, похоже, что Стивен Садовски покинул больницу около шести тридцати вечера в понедельник. Его можно увидеть на нескольких камерах. Судя по записям, Садовски была выдана ключ-карта в день его приема на работу, и эта карта была использована один раз для доступа на заднюю лестницу, где нет камер, вчера утром.
– О, – выдохнула Лиза, и по ее коже побежали мурашки.
Рид сделал секундную паузу.
– Самое странное, что ключ-карта, которая соответствует видеозаписи его ухода в понедельник вечером, это другая карта, зарегистрированная на Гордона Дрейпера.
– Это бывший директор.
– А, понятно. – Рид сделал паузу. – Есть идеи, почему Стивен Садовски использовал карточку Гордона Дрейпера в дополнение к своей?
– Хм. Ну, как я уже сказала, системе не помешало бы управление. Полагаю, что мистеру Садовски выдали старую карточку бывшего директора и новую, но старая так и не была официально переведена на его имя. Мистер Дрейпер может располагать более подробной информацией на этот счет. Он живет в Гайд-парке. У меня есть его адрес, минутку. – Она отодвинула в сторону несколько бумаг и нашла стикер, на котором записала его адрес, который получила в административном отделе. – Я посылала ему цветы несколько месяцев назад. В его семье произошло несчастье, – сказала она, и в ее голос закралась грусть.
– Очень жаль это слышать, – сказал Рид. – Я запишу его адрес.
Лиза зачитала ему адрес, и Рид снова сделал паузу. Девушка почувствовала тяжесть молчания в телефонной трубке. Она крепче сжала трубку и закрыла глаза, почему-то зная, что на его лице было то самое наполовину обеспокоенное, наполовину задумчивое выражение, которое вызывало у нее желание разгладить морщинку беспокойства между его бровями.
Ты несешь на своих плечах всю тяжесть мира, Рид Дэвис, и что-то заставляет меня думать, что ты счастлив делать это.
– Можешь ли придумать какую-нибудь причину, по которой старый директор мог желать зла мистеру Садовски?
Лиза тихонько рассмеялась.
– Нет. И если пообщаешься с ним лично, думаю, ты поймешь, почему это невозможно.
– Хорошо. – Она услышала улыбку в его голосе. Снова эта тяжелая пауза, что-то весомое между ними, не поддающееся расстоянию. – Как ты? После того, что случилось?
Лиза откинулась на спинку кресла. Она могла бы дать ему стандартный ответ, в котором пыталась убедить всех вокруг, что с ней все в порядке. Но это было не так... и она... доверяла Риду. Удивительно, ведь другой человек, которому она доверяла, только что пытался манипулировать ею с помощью общей правды.
– Нормально. Потрясена. Может быть, немного напугана.
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти ответы, и тебе больше не придется бояться.
И Лиза ему поверила.
– Спасибо, детектив.
– Хорошего дня, доктор.
Она снова услышала улыбку в его голосе, а когда положила трубку, поняла, что тоже улыбается.
