Текст книги "Дождь теней и концов (ЛП)"

Автор книги: Мелисса Рёрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 43 страниц)

ГЛАВА 40

ТЕССА

Она облажалась.

Она так сильно облажалась.

Но ее страх перед гневом Теона был на мгновение забыт, когда она увидела здесь Лорда Ариуса. Он не должен был появиться здесь до завтра. Они с Крессидой должны были приехать вечером, прямо перед церемонией Проявления. Они должны были остановиться в загородном доме, а не здесь. Он не должен быть здесь.

– Теон, – холодно ответил Вальтер на приветствие сына.

Лорд не потрудился поприветствовать Акселя или Луку.

– Это неожиданно. Я думал, вы с мамой приедете завтра вечером, – ровным голосом произнес Теон.

– Твоя мать приедет завтра вечером, как и планировалось, – согласился Вальтер.

– Понятно.

Понятно?

Это все, что Теон собирался сказать?

По правде говоря, она видела, как он общался со своим отцом всего несколько раз, и в основном это было в присутствии других людей. Он старался держать ее подальше от него, насколько это было возможно.

Теперь она осознала, что это был еще один способ, которым он пытался защитить ее.

Она не понимала.

Она даже не пыталась понять.

А если бы и попыталась, было бы ей не все равно?

Не твое дело понимать. Твое дело служить.

Она отбросила эти мысли в сторону. Это совсем неподходящее время для того, чтобы сходить с ума и терять контроль. Несмотря на то, что все так думали, она могла контролировать себя.

По большей части.

В комнате повисло сильное напряжение, и где же Эвиана?

Тесса никогда не видела Вальтера без нее. Она заставила себя стоять спокойно. Не ерзать. Именно это внушала ей мать Корделия.

И, боги, почему она была благодарна ей за это прямо сейчас?

Но она не понимала, что происходит. Теон и Вальтер, казалось, находились в каком-то противостоянии. Аксель стоял рядом с ней, а Лука находился в футе от Теона. Мышцы Луки были напряжены, а зрачки уже стали вертикальными.

– Я жду, – сказал Вальтер после целой минуты молчания.

– Я это вижу, – ответил Теон. – Я не знаю, чего именно ты ждешь, поскольку не знал, что ты приедешь сегодня вечером.

– Не умничай, – усмехнулся Вальтер, с громким стуком отставляя свой стакан. – Скажи мне, почему весь этот гребанный вечер я получал письма о драконе, замеченном неподалеку от Акрополя?

О боги.

Это все, о чем могла думать Тесса, наблюдая за происходящим.

– На моего Источника напали Дети Ночи, – ответил Теон. – Лука разобрался с ними. Мы думали, что замели все следы, но только что узнали… – Тесса заметила, как дернулся мускул на его челюсти, прежде чем он закончил. – Очевидно, мы пропустили одного.

– Детям Ночи не нужен гребаный дракон, Теон, – прорычал Вальтер, поднимаясь на ноги. – Если они были настолько глупы, что напали на твой Источник в твоем присутствии, тебя должно было хватить с лихвой, чтобы с ними справиться. Ты хочешь сказать, что это не так? Что ты недостаточно силен, чтобы защитить то, что принадлежит тебе? Что ты потерпел неудачу даже в этом?

– Нет, – ответил Теон. – Их было несколько. Некоторые убежали. Пока я оставался в стороне, чтобы защитить свой Источник, Лука отправился за остальными. Было темно. Мы летели низко…

– Мы? – перебил его Вальтер. – Что значит мы?

Теон переступил с ноги на ногу. Едва заметно, но Тесса это заметила.

Вальтер тоже заметил, и его глаза сузились.

– Даже не думай, блядь, лгать мне, Теон.

– Я подумал, что будет лучше вернуть мой Источник как можно быстрее, поэтому я отправил ее обратно с драконом. Но, как я уже сказал, мы летели низко, – ответил Теон.

– Значит, это вина твоего Хранителя? – спросил Вальтер, переводя взгляд на Луку.

– Нет, – тут же вмешался Теон. – Это вина того, кто пытался похитить мой Источник.

– И кто это был?

– Мы пока не знаем. Наше расследование пока не принесло результатов.

– Итак, ты хочешь сказать, что вместо того, чтобы заключать союзы и делать то, ради чего я тебя сюда послал, ты целыми днями пытался выяснить, кто пытается похитить твой Источник? И ты не только потерпел неудачу в этом, но и раскрыл секреты, которые наше королевство хранило десятилетиями?

– Не так уж много кто знает… – начал Теон.

– Один знает, а это слишком много! – взревел Вальтер. – Мало того, что Рордан знает. Объясни мне, Теон, почему для Лорда Ахаза не проблема узнать, что мы десятилетиями укрываем потомка Саргона.

– Мы с этим разберемся, – немедленно ответил Теон.

– Твои недавние неудачи говорят об обратном.

– Я ни в чем не потерпел неудачу, – парировал Теон, и Аксель напрягся рядом с ней.

Она искоса взглянула на него. Черты его лица ничего не выражали, но глаза были почти черными, так много тьмы было в них.

– Ты думаешь, у меня здесь нет глаз? Что я не знаю точно, чего вы трое достигли, находясь здесь? – потребовал ответа Вальтер, и Тесса невольно вздрогнула, когда его голос продолжил повышаться. – Ты не только раскрыл некоторые из наших величайших секретов и поставил под угрозу бесчисленные отношения, на создание которых я потратил десятилетия, но и выставил нас слабыми.

– С чего ты это взял? – возразил Теон. – Возможность десятилетиями скрывать дракона-оборотня не кажется чем-то слабым.

– Нет, но позволять кому-то другому публично общаться с твоим Источником – да, – сказал Вальтер, и жестокая ухмылка искривила его губы, когда его темный взгляд остановился на Тессе.

Вся кровь отхлынула от ее лица. Она была уверена, что сейчас она бледнее, чем дух Загробного мира.

– Она действовала по моему приказу, – быстро сказал Теон, снова привлекая к себе внимание Вальтера. – Она пытается раздобыть для нас информацию.

Вальтер приподнял бровь.

– Значит, ты можешь одалживать ее случайному Наследнику, но не своему королевству?

– Я ее не одалживал, – процедил Теон сквозь стиснутые зубы.

– Тогда объясни, что мне сообщили.

– Я только что это сделал.

– Разве я не ясно объяснил, чего ожидал от тебя и твоего Источника? – спросил Вальтер.

– Да, – ответил Теон. – Это произошло из-за твоих требований.

Вальтер усмехнулся.

– С тех пор, как ты привел ее домой, она доставляла одни проблемы. Возможно, нужно сделать другой выбор.

– Убийство чужого Источника карается смертью, – прорычал Теон, делая шаг вперед. Аксель переместился так, что частично заслонил Тессу.

– И кто же выносит этот приговор, Теон? – спросил Вальтер с жестокой усмешкой, вокруг него начала сгущаться тьма.

– Убивать ее сейчас было бы глупо, – вмешался Аксель. – Необходимость Теона установить новую связь с другим Источником станет помехой и затормозит наши планам.

– Теперь ты хочешь высказать свое мнение? – спросил Вальтер, поворачиваясь к Акселю.

Аксель потянулся назад и отодвинул Тессу подальше за свою спину.

– У меня всегда есть свое мнение, отец, – ответил он. – Просто ты редко удостаиваешь меня этой просьбой его высказать.

Лорд издал рычание, но прежде чем он успел ответить, Теон заговорил снова:

– Я думаю, мудрым решением будет подождать, пока мы не увидим, как ее магия проявится на церемонии Проявления. Если она не представляет ценности, то мы можем вернуться к обсуждению этого возможного варианта действий.

Что?

Не задумываясь, она открыла рот, чтобы задать этот вопрос, но чья-то рука закрыла его, прежде чем она успела это сделать.

– Тессалин, молчи, – прошептал Лука ей на ухо, и очарующий голос проник под ее кожу и заставил замолчать.

Откуда он взялся?

– Насколько я могу судить, она просто источник всех проблем, с которыми мы внезапно столкнулись, – возразил Вальтер. – Возможно, было бы благоразумнее просто избавиться от нее сейчас.

– Ты знаешь, что она будет полезна, – возразил Теон. – Об этом свидетельствуют одни только ее предсказания о силе. Если после завтрашней церемонии они окажутся неверными, тогда я с тобой соглашусь.

Рука Луки все еще была у нее на рту, несмотря на его очарование, а его рука обвила ее талию.

– Успокойся, Тесса, – пробормотал он.

Но все ее тело сотрясала дрожь. Она не могла это контролировать. Не поддавалась контролю. Такой она была всегда, и теперь это могло стоить ей жизни.

И она не смогла сдержать внезапного облегчения, охватившего ее при этой мысли.

Все эти годы она мечтала о смерти, и вот теперь она была так близка к тому, чтобы наконец получить ее. Желание о смерти были ужасающими. Но мысль о том, что ей действительно больше не о чем будет беспокоиться. Это освобождало.

– У меня нет выбора, кроме как согласиться с этим, – неохотно согласился Вальтер. – Но я бы посоветовал тебе завтра внимательно понаблюдать за фейри.

– Я позабочусь о том, чтобы у меня были на примете другие варианты, которые я мог бы обсудить с тобой в случае необходимости, – ответил Теон, и напряжение в его плечах немного спало.

Вальтер молчал, лишь слегка кивая головой, и Тесса подумала, что они закончили. Что Вальтер больше ничего не предпримет до завтрашней церемонии. Что она может подготовиться ко всему, что должно произойти.

Но затем Вальтер заговорил снова:

– Эвиана, приведи ее.

Тесса на мгновение перестала дрожать. Но через мгновение ее тело сотряслось от ужаса так сильно, что зубы застучали, когда Эвиана вошла из другой комнаты с Пен. Женщина была опутана лианами, и когда они подошли ближе, в руке Эвианы появилась еще одна толстая веревка из колючих лиан.

В этом особняке не было растений. Большинство фейри со стихией земли нуждались в окружении природы. Только сильнейшие из них могли вызывать ее напрямую. Для фейри это было неслыханно. Хотя известно, что только Наследие Сайласа способно на это.

– Что все это значит? – потребовал ответа Теон, делая шаг к Пен, а затем останавливаясь.

– Твои многочисленные неудачи все еще имеют последствия, Теон, – ответил Вальтер, небрежно поднимая свой стакан и делая глоток. Он несколько раз причмокнул губами, изучая жидкость, прежде чем сказать, – Судьба, подобная той, что постигла твою предыдущую служанку, будет подходящей.

– Нет! – Аксель и Теон закричали одновременно, и Лука так сильно сжал ее талию, что Тессе стало трудно дышать.

Она не понимала, что происходит. Она только помнила, что их предыдущей личной служанкой была Кэрис и что она умерла, но…

– Я возьму это на себя, – сказал Теон. – Это мои неудачи. Каким бы ни было наказание за эту неудачу, я приму это.

Вальтер закатил глаза, нахмурившись.

– Все еще твоя величайшая слабость. Всегда хотелось быть гребанным мучеником. – он шагнул к Эвиане и Пен, на ходу скользя пальцами по телу Эвианы. – Но так, безусловно, легче донести мою точку зрения.

– Отец, пожалуйста…

– Хватит, Теон! – рявкнул он, и Теон замолчал.

Тесса не могла видеть его лица, но чувствовала, как от него исходит страх. Конечно, он не позволил бы этому случиться. Это же Пен. Они обожают ее. Он что-нибудь сделает.

Но он ничего не сделал.

Он стоял неподвижно, Аксель стоял рядом с ним.

– Что же будет на этот раз? – задумался Вальтер.

На секунду воцарилась напряженная тишина, а затем Пен вскрикнула, на ее запястьях выступила кровь, а шипы выросли и впились в ее плоть.

Ни Теон, ни Аксель не сдвинулись с места.

– На этот раз никаких дополнительных просьб или упрашиваний, мальчики? – спросил Вальтер с издевательской ухмылкой.

Никто из них не произнес ни слова. Казалось, что они даже не дышат.

Почему они ничего не предпринимают? Конечно, Лука мог бы что-нибудь сделать.

Почему никто ничего не делает?

Но никто не пошевелился, когда Эвиана достала деревянный кол и воткнула его в бок Пен, и кровь закапала на пол.

Никто ничего не сказал, когда Вальтер отругал их и сказал Теону, что это его наказание за неудачу.

Никто ничего не сделал, когда Эвиана достала кинжал и провела им по животу женщины.

И только когда Эвиана направила лозу, которую держала в руке, вверх по телу Пен к ее горлу, крепко обвивая, а шипы росли и впивались с каждым движением, кто-то, наконец, пошевелился.

Аксель сорвался с места.

Или, скорее, это сделала его тьма.

Он прорычал:

– Ради всего святого, хватит.

Крик Тессы был заглушен рукой Луки, когда тьма Акселя обхватила голову Пен и скрутил. Звук треска эхом разнесся по комнате, прежде чем он шагнул вперед, схватил кинжал, упавший на пол, и вонзил его в сердце Пен.

А Вальтер улыбался.

Улыбаясь от уха до уха, как будто он гордился своим сыном.

– Может быть, ты все-таки не такой уж и никчемный, – сказал Вальтер. Тени поднялись у него за спиной, Эвиана подошла к нему, и он отступил назад, в текучую темноту, исчезая.

– Блядь! – Аксель взревел, и из него вырвалось еще больше тьмы.

Щит из драконьего пламени Луки окружил ее, защищая, когда он толкнул ее на пол. Тьма Акселя не просто взорвалась, она уничтожала. Мебель разлетелась в стороны, столики и стулья разлетелись в щепки, ударившись о стены. Зеркала и лампы разлетелись вдребезги, осколки стекла расплавились, столкнувшись со щитом Луки.

Она никогда не видела, чтобы Аксель терял контроль. Никогда бы не подумала, что он может оказаться на грани потери самообладания. Даже сейчас это произошло из ниоткуда. У Теона есть свои признаки, когда он был на грани, но Аксель?

Это было ужасно.

Лежа на полу, она обнаружила, что смотрит на безжизненное тело Пен, лежащее напротив нее. Черты ее лица все еще были искажены болью, а тусклые голубые глаза смотрели в никуда. Она только и делала, что преданно служила дому Ариуса на протяжении десятилетий. Сначала на кухне, а потом стала личной служанкой Теона и Акселя.

И он убил ее. Без причины.

Нет.

Не просто так.

Из-за нее.

– Сожги тело и собери пепел, Лука, – сказал Теон странно монотонным голосом. – Мы отвезем его к озеру Синвонс для прощания после церемонии Проявления. Развеем его там, где мы похоронили прах Керис.

Он не смотрел на нее. Никто из них не смотрел. Лука встал, его огонь вспыхнул, когда он подхватил безжизненное тело Пен. Тесса не знала, куда он направляется. Аксель уже исчез. Она даже не заметила, что он ушел.

Теон повернулся и направился вверх по лестнице, а она не была уверена, что ей следует делать. Вот уже несколько недель каждый ее шаг решали за нее. Глубоко вздохнув, она последовала за ним.

Когда она поднялась на третий этаж, то обнаружила, что Теон уже переоделся. На нем были спортивные шорты и футболка с длинными рукавами. В той же одежде он ходил на пробежку. Он зашнуровывал кроссовки, когда она вошла, и даже не остановился, не говоря уже о том, чтобы взглянуть на нее.

Стиснув руки, она слегка откашлялась, прежде чем спросить:

– Ты собираешься на пробежку?

– Да.

– А ты…хочешь, чтобы я пошла с тобой?

– Нет.

И, блядь, она не знала, что ей следовало делать.

– Прости меня, Теон, – прошептала она. – Я знаю, что Пен была… дорога тебе.

– Это случилось не в первый раз. И не в последний, – коротко ответил он, поднимаясь на ноги.

Он сунул телефон в карман, прежде чем взять наушники. Два его кольца пропали, осталось только одно с ониксом, такое же, как у Акселя.

– Теон, мне нужно, чтобы ты сказал мне, что делать, – тихо сказала она.

– Почему? – усмехнулся он. Изумрудные глаза остановились на ней, тени в них были такими густыми, что они казались скорее черными, чем зелеными. – Зачем тебе нужно, чтобы я говорил тебе, что делать? Ты постоянно делаешь прямо противоположное тому, о чем я тебя прошу.

– Я…

Но она замолчала, когда он медленно шагнул к ней, и отступала с каждым его шагом, пока не уперлась спиной в стену. Она ошибалась. Непредсказуемая ярость Акселя была ужасающей. Но холодная, непреклонная ярость Теона…

Это ошеломляло.

Ярость Теона была расчетливой, как и у его отца. Когда он давал выход своему гневу, это было целенаправленно. Это причиняло боль там, где это имело значение. Точно так же, как то, что они были вынуждены наблюдать за пытками Пен, повлияло на них.

Теон обхватил ладонями ее голову, и его голос был низким и слишком спокойным.

– Я говорил тебе, что все, что ты делаешь, отражается на мне, Тесса. Это не должно было стать для тебя сюрпризом.

Она знала, что это ее вина. Но слышать, как Теон произносит это вслух, было невыносимо…

– Прости, – повторила она.

– Я уже говорил тебе, что не нуждаюсь в твоих извинениях и не хочу их. Чего я требую от тебя, Тесса?

– Послушание, – прошептала она.

– Разве я не ясно дал понять, что теперь последствия за неудачу будут более суровыми?

– Предельно ясно.

Несколько долгих мгновений они просто смотрели друг на друга, и тени в его глазах становились все темнее и темнее.

Пока темнота не окутала его предплечья и не окутала его темные волосы, словно ониксовый ореол.

– Ты должна была все исправить, – прошипел он. – Ты должна была сделать все лучше. Помочь нам выстоять против него. Вместо этого, с тех пор как ты вошла в мой мир, в нем не осталось ничего, кроме хаоса.

– Я не просила о том, чтобы быть в твоем мире! – воскликнула она, и что-то внутри нее встрепенулось.

– Ты не могла просто сделать так, как тебе говорили, не так ли? – продолжил он, не обращая внимания на ее вспышку. – Я говорил тебе оставаться с нами все время, а ты уходишь и требуешь, чтобы мы с Лукой спасли тебя. Я говорил тебе, что все, что делаю, я делаю, чтобы защитить тебя, а ты сопротивляешься мне на каждом шагу. Я говорил тебе, не позволяй никому прикасаться к тебе. А ты не только позволяешь другим делать это, но и делаешь это публично, на виду у всех. И теперь Пен мертва.

Тесса отшатнулась, еще сильнее вжимаясь в стену.

– Я знаю, что это моя вина, но…

– Это полностью твоя вина, – прорычал он, и его слова были остры, как кинжал, которым лишили жизни Пен. – Ее смерть напрямую связана с твоими действиями.

– Я пыталась найти для тебя информацию! У нас уже был этот спор, Теон. Ты защищал меня перед своим отцом…

– Конечно, я защищал тебя, Тесса! – крикнул он. – Я по-прежнему защищаю тебя, даже если для этого мне приходится постоянно разгребать гребанные проблемы, которые ты создаешь.

Эти слова попали в цель, намеренно или нет. И она мгновенно подавила все мысли и неуверенность.

Она мгновенно стала никем.

Так была близка к тому, чтобы стать кем-то.

Она молча кивнула, когда его слова глубоко проникли ей в душу. Он все еще осыпал ее словесными оскорблениями, но она их не слышала.

Слишком непокорная.

От нее слишком много проблем, с которыми нужно разбираться.

Она не стоит того, чтобы о ней беспокоиться.

Никто.

Сильная хватка за локоть вывела ее из задумчивости. Спускаясь по ступенькам, она сняла туфли на каблуках, но все равно спотыкалась, стараясь не отставать от его широких шагов.

– Теон, куда мы идем? – спросила она, снова споткнувшись на лестнице.

– Я собираюсь на пробежку, – ответил он.

– Я не в той обуви для бега.

– Забавно, ты пробежала весь путь до реки без обуви. Я не думал, что такие вещи имеют значение.

– Теон, я…

Но они уже спустились на первый этаж, и он не тянул ее к входной двери. Он тянул ее к кухне, и она не понимала, что происходит.

– Лука и Аксель правы. Это не работает, – пробормотал он. – Я пытаюсь быть разумным, а ты бросаешь мне все это в лицо. Я пытаюсь дать тебе свободу действий, но ты по-прежнему отказываешься уступить хотя бы немного. Я давлю, а ты давишь в ответ.

– Теон…

– Я больше не пытаюсь, Тесса, – отрезал он, и чем дольше он говорил, тем резче становились его слова. – Ты в одиночку разрушила планы, на разработку которых я потратил годы.

– Я не знала…

– Тебе не положено знать! – крикнул он, распахивая дверь кладовой.

– Теон…

Но когда он дальше потянулся к двери, ведущей в винный погреб, ее сердцебиение участилось.

– Теон, подожди. Пожалуйста. Просто подожди.

Она уперлась ногами в пол, пытаясь найти что-нибудь, за что можно было бы ухватиться другой рукой, когда он потянул ее вниз по ступенькам в погреб. Это было маленькое помещение без окон, с каменными стенами и слабым освещением. Там стояли два стеллажа с вином, и между ними едва хватало места, чтобы пройти. В помещении была низкая температура, чтобы вино оставалось охлажденным, и это холодило ее босые ноги.

– Теон, почему мы здесь? – она едва могла говорить, не в силах сдержать дрожь в голосе.

– Я собираюсь на пробежку. Лука должен позаботиться о теле Пен, а Аксель ушел. Ты неоднократно доказывала, что тебе нельзя доверять и что тебя нельзя оставлять одну.

– Я никуда не уйду, – взмолилась она, вцепившись в его руку, когда он отпустил ее локоть. – Пожалуйста, не надо, Теон!

Но его тени оттаскивали ее от него, оттаскивали от него, толкали на холодный пол.

– Теон, не надо. – слезы текли по ее лицу, и все, что она могла, это повторять одно и то же снова и снова. – Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, не заставляй меня оставаться здесь.

Он медленно опустился перед ней на корточки, его изумрудные глаза стали как осколки твердого камня, когда он откинул волосы с ее лица. Надежда вспыхнула, когда он пристально посмотрел на нее, а затем разбилась вдребезги, когда он сказал:

– Я говорил тебе, что последствия будут более суровыми. Если бы я только с самого начала знал, что с самого начала достаточно было сделать лишь это…

Затем он стал подниматься по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и дверь с грохотом захлопнулась за ним. Его тьма ушла вместе с ним, а она бросилась вверх по лестнице. Дверь была заперта, и она кричала, колотя в нее кулаками. Она застряла, запертая в этих стенах. Окон нет. Выхода нет. И она с трудом могла дышать. Точно так же, когда мать Корделия не давала ей дышать.

Никто не слышал ее криков.

Теон ушел.

Аксель ушел.

Лука ушел.

Она одна.

Совершенно одна.

Вот почему надежда бессмысленна. Вот почему она перестала заботиться о чем-либо. Вот почему она желала смерти.

Она, спотыкаясь, спустилась по лестнице и упала на колени, шаря руками по полу. Она не была создана для того, чтобы сидеть взаперти. Ей нужно было выбраться наружу. Ей нужно было увидеть небо, почувствовать ветер.

Должен быть какой-то выход.

Выход.

Выход.

Но его не было.

На мраморном полу не было ни единой трещины. Ее ногти ломались и кровоточили, когда она царапала каменные стены, пытаясь найти хоть какое-то место, где она могла бы копать. Хоть что-то сделать.

Но там ничего не было.

Ничего, кроме молний, потрескивающих на кончиках ее пальцев.

Ничего, кроме свечения ее ладоней.

Ничего, кроме света, плавающего вокруг нее, словно мерцающий туман.

Ничего, кроме ее ярости, когда она запрокинула голову и закричала, а из ее ладоней вырвались полосы света. Когда же она сломалась, винные бутылки разлетелись вдребезги, а осколки стекла, взрываясь, впились в ее кожу.

Она не чувствовала их.

Она ничего не чувствовала, когда рухнула на пол, свернулась калачиком и начала перебирать в памяти слова песни.

Еще секунда.

Еще одна минута.

Еще одна песня.