Текст книги "Дождь теней и концов (ЛП)"

Автор книги: Мелисса Рёрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 43 страниц)

И тут же ее осенила другая мысль.

Неужели он заставит ее оставаться в той комнате, пока… пока они будут… заниматься зачатием этого самого Наследника? Выходит, так?

При этой мысли вилка Тессы выскользнула из ее пальцев. Она со звоном упала на тарелку, и рис рассыпался по столу.

Воцарилась тишина.

Все взгляды устремились на нее.

– Прошу прощения, – тихо сказала она, начиная убирать упавший рис, ее щеки пылали.

– Теон, разве мы не говорили с тобой о манерах твоего Источника? – спросил Вальтер стальным голосом.

– Мы обсуждали. Это произошло непреднамеренно и больше не повторится, – быстро сказал Теон, положив руку на колено Тессы, которое начало подпрыгивать под столом.

– Хотелось бы в это верить, но ты уверял меня в том же во время нашего предыдущего разговора. Мне удается внушать послушание своему Источнику, – сказал он, кивнув в сторону Эвианы. Она ела овощи, не отрывая глаз от тарелки. – Возможно, тебе нужна помощь.

– Она не твой Источник, чтобы ты помогал мне с ее дисциплиной. Я позабочусь об этом, когда мы вернемся в наши покои, – сухо ответил Теон.

Тесса не знала, как реагировать на все сказанное. Но после слов Вальтера о помощи, Эвиана быстро подняла взгляд, ее лицо побледнело, прежде чем она потянулась за своим стаканом с водой и сделала глоток.

– Возможно, так оно и есть, но ей не позволено доесть за моим столом, – сказал Вальтер.

Тесса не сводила глаз с Теона, который пристально смотрел на своего отца. Его слова крутились у нее в голове.

«Не спускай с меня глаз сегодня вечером».

Теон все уладит.

Он обещал позаботиться о ней.

Он все уладит, а она потом будет рассыпаться в извинениях.

Будет стараться усерднее. Найдет способ сделать так, чтобы связь перестала сопротивляться.

Тесса увидела, как напряглась мышца на его челюсти. Его пальцы, сжимавшие бокал, побелели. Ей показалось, что стекло вот-вот треснет в его руке.

– Тесса, выйди из-за стола, – выдавил он. – Встань у стены позади меня, пока не придет время уходить. Не издавай ни звука.

Она уставилась на него в полном шоке.

– Из-за того, что я уронила вилку?

Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их остановить.

Теон резко повернул к ней голову, его изумрудные глаза слегка потемнели.

Нет.

Они не потемнели.

В них клубилась тьма.

– Она отвечает и дерзит тебе? – спросил Вальтер, его голос стал напряженным от ярости. – Клянусь Ариусом, Теон, если она не будет под контролем…

– Она под контролем, отец, – прервал его Теон, в его тоне кипела ярость, когда он оглянулся на него через плечо. А затем снова посмотрел ей в глаза. – Иди, Тесса.

– Те… – она замолчала, его имя застряло у нее в горле. – Я не разбрасывала еду по столу. Я уронила вилку, – возмущенно прошипела она, стараясь говорить тише.

Эвиана оторвала взгляд от своего Хозяина и уставилась на нее, широко раскрыв глаза от ужаса, вызванного ее дерзостью. Крессида потягивала вино, наблюдая за происходящим так, словно Тесса стала главным вечерним развлечением. Аксель смотрел на нее с жалостью, а свирепый взгляд Луки приказывал ей отойти к гребанной стене.

– Теон, – прорычал его отец через стол, и темнота окутала его руки.

– Я разберусь с этим, – отрезал Теон. – Тесса, мы обсуждали, какого поведения от тебя ожидают сегодня вечером. Или отойдешь к стене, или будешь на коленях сидеть у моих ног до конца ужина.

– Ты это несерьезно, – возмутилась она, ее глаза расширились от угрозы.

– Серьезен, как сама Преисподняя мучений Ариуса¹⁷, – холодно ответил он.

Встав, он схватил ее за локоть, поднимая на ноги. Он щелкнул пальцем, и появился слуга.

– Уберите стул.

Ледяная ярость разлилась по ее венам. Теон не сводил с нее глаз, пока выполнялся его приказ. Когда стул убрали, он сказал:

– Встань на колени, Тесса! И больше ни слова.

Все его поведение стало собственническим и доминирующим. Когда Тесса опустилась на колени, в ней что-то оборвалось, как в тот день, когда она взывала к богам по дороге сюда. Это было то, что таилось внутри нее, и только один человек мог помочь ей справиться с этим. Ее губы изогнулись в ухмылке, когда она насмешливо прошептала:

– Я смотрю на тебя. Всего на одну ночь. Верно?

– Хватит, – прорычал он, тьма в его глазах заволокла все быстрее.

Вокруг него появился темный туман из теней.

– Теон, – тихо произнес Аксель с другого конца стола, и это, казалось, вернуло Теона к реальности, рассеивая тьму.

– Не вмешивайся в это, Аксель, – прошипел Вальтер.

Когда Тесса опустилась на колени, Теон медленно опустился обратно на свое место, наконец оторвав от нее взгляд.

– Мы действительно должны обсуждать брачный союз за несколько дней до того, как он покинет этот дом? – спросила Крессида, продолжая разговор как ни в чем не бывало. – По крайней мере, когда у него появится жена, они будут жить здесь.

– Я думаю, было бы разумно обсудить возможные варианты потенциальных пар, – возразил Вальтер. – Многие будут с ним в Акрополе. Он мог бы познакомиться с ними там.

Тесса слышала звяканье столового серебра и бокалов, когда они продолжили трапезу, а она смотрела на их обувь и ноги под столом.

Под. Этим. Гребанным. Столом.

Она стиснула зубы, чувствуя, как немеют ноги в туфлях. Она передвинулась, чтобы сесть, что оказалось нелегкой задачей в этом платье. Рука Теона коснулась ее волос, пробежалась по тем прядям, которые остались распущенными, и гребанная связь замурлыкала в знак благодарности за его прикосновение. Ему совершенно все равно, что она сидит на полу в унижении. Его волновало только то, что они соприкасаются, даже если это происходило у его ног.

– Я не думаю, что это нужно обсуждать в ближайшее время, – сказал Теон, накручивая прядь ее волос на свой палец. – Закон гласит, что в любом случае брачные союзы не могут быть заключены в течение года Выбора.

– Это не означает, что в течение года нельзя договориться о каких-либо условиях, – ответил Вальтер. – Я думаю, что у троих из них могут появиться приемлемые Наследники. Я могу показать вам их личные дела завтра.

Теон вздохнул.

– Как пожелаете, отец.

Тарелки убрали, и принесли десерт. Тесса чувствовала себя усталой и беспокойной, сидя на полу. Теон, играющий с ее волосами, раздражал, и она задавалась вопросом: как долго еще будет продолжаться этот ужин?

– Метиас и Павил приедут завтра в десять утра, – говорил Вальтер. – Я хочу, чтобы вы с Лукой присутствовали на встрече, Теон.

– Это действительно необходимо? – спросил Теон, поглаживая бриллиантовое колье на ее шее.

– Думаю, да. Нам нужно все уладить до того, как ты отправишься в Акрополь

– Все уже решено. Я знаю, чего от меня ждут, когда я доберусь туда, – сказал Теон.

Его пальцы продолжали ласкать ее кожу вдоль колье, и вдруг Тесса поняла истинную сущность этого украшения.

Ошейник.

Очень красивый, очень дорогой ошейник.

Ошейник, признанный контролировать ее, дрессировать и подчинять.

И она отчаянно хотела избавиться от него.

Он душил ее. Перекрывая ей доступ воздуха. Постепенно, капля за каплей высасывая жизнь.

Пока ничего не останется.

До тех пор, пока от нее вообще ничего не останется.

Пространство под столом внезапно стало казаться ей тесной клеткой, словно она заперта в шкафу. Дыхание стало поверхностным, воздуха катастрофически не хватало. Ее начало трясти. Она прижала руку к груди, как будто она могла каким-то образом заставить ее раскрыться, чтобы впустить в легкие побольше воздуха.

Теон застыл рядом с ней, его рука коснулась ее щеки и погладила большим пальцем скулу, словно пытаясь успокоить. Она крепко зажмурилась, пытаясь сосредоточиться на своем дыхании, но колье на шее впивалось в кожу. Она могла поклясться, что оно затягивалось все туже и туже.

Это вовсе не ошейник.

Это петля.

Она подняла руки, пытаясь нащупать застежку сзади. Ее руки дрожали, но ей необходимо его снять. Рука Теона легла на ее ладонь, и она сжала его пальцы, впиваясь ногтями в его кожу.

– Хорошо, – сказал Теон, прерывая то, что говорил его отец. Тесса услышала, как его стакан со стуком упал на стол. – Я буду у тебя в кабинете завтра в десять. – он резко встал, его пальцы выскользнули из ее хватки. – Если на сегодня все, то я, пожалуй, откланяюсь.

– Ты встанешь из-за стола с недопитым бокалом? – спросил Вальтер опасно низким голосом.

– У меня в комнате есть спиртное и Источник, с которым нужно разобраться, – ответил Теон.

Тесса услышала, как заскрипели стулья, и из-под стола увидела, как Лука и Аксель тоже поднялись на ноги.

– Я надеюсь, что вы будете присутствовать на других семейных ужинах, прежде чем отправитесь в Акрополь, – сказал Вальтер.

– Принято к сведению, – ответил Теон, протягивая ей руку

Она подняла взгляд на его фигуру, возвышающуюся над ней, пока она сидела на полу. Когда она не протянула руку в ответ, он сказал:

– Пойдем, Тесса.

Неуверенно она вложила пальцы в его ожидающую ладонь, и он мгновенно сжал ее своей рукой. Он грубо поднял ее на ноги, стараясь, чтобы на его лице не отразилось никаких эмоций. Быстро пересекая комнату, он потащил ее за собой, и она чуть не споткнулась на своих каблуках. Лука и Аксель последовали за ними.

Теон не замедлил шага, пока они не завернули за угол. Затем она обнаружила, что прижата к стене. Теон взял ее лицо в ладони и повернул его так, чтобы она могла посмотреть на него.

– Что случилось? Почему ты бледна как смерть?

Тесса поджала губы, отказываясь встречаться с ним взглядом.

Да и вообще, какое ему было дело?

Он заставил ее встать на колени на гребаный пол у его ног, пока они доедали ужин. Она дрожала, но в ней бушевало столько эмоций, что она не могла решить, было ли это от его близости, от ее гнева или от чувства полной беспомощности. Ее кожа гудела, энергия требовала выхода. И это гребаное колье нужно срочно снять с шеи, чтобы она могла, блядь, дышать.

– Тесса, – потребовал он, и имя прозвучало как приказ.

Она подняла на него глаза, впиваясь в него взглядом.

– Меня заставят целовать твои туфли в наказание за то, что я не могу контролировать? – усмехнулась она, несмотря на стеснение в груди.

Кто-то резко втянул воздух позади них. Лука или Аксель, она не знала. Ей уже все равно. Губы Теона сжались в тонкую линию.

– Скажи мне, что случилось, – повторил он обманчиво спокойным тоном. Таким же тоном говорил ранее Лорд Ариуса. – Ты больна?

Когда она не ответила, он процедил сквозь зубы:

– Как я могу заботиться о тебе, если ты отказываешься сказать мне, что не так?

– Как я могу доверять тебе в том, что ты позаботишься обо мне, когда я сижу у твоих ног, как проклятая собака? – выпалила она в ответ.

– Тессалин, ответь мне. Что случилось? – потребовал он, гнев сверкал в его глазах.

Не в силах противостоять очарованию, она ответила:

– Я хочу снять это колье.

Теон мгновение изучал ее, словно пытаясь найти ложь, но она не могла полностью лгать под очарованием. Он протянул руку и расстегнул колье, пряча его в карман.

– Что еще? Почему ты такая бледная?

– Почему тебя это волнует? Потому что я не такой идеальный Источник, как Эвиана? – спросила Тесса, и ее тон сочился ядом.

– Возможно, нам стоит перенести этот разговор в твои покои, Теон, – сухо предложил Лука, стоявший у них за спиной. – Обо всем будет доложено Лорду.

– Хорошо, – отрезал Теон, снова потянувшись к руке Тессы.

Она отдернула ее и скрестила руки на груди. Глаза Теона потемнели, когда он потерял самообладание, схватил ее за локоть и потащил за собой.

Предупреждающий взгляд Луки заставил ее подавить протест.

Гудение в ее коже усиливалось, и она слышала его у себя в голове. Громкое и непрерывное, требующее выхода… выхода… выхода. Связь тоже вибрировала, наслаждаясь прикосновением руки Теона к ее коже. И она не могла с этим справиться. Она не могла справиться со всеми эмоциями и тем, что произошло во время ужина. И со всем остальным, что вышло у нее из-под контроля.

Когда они добрались до покоев, Теон открыл дверь и отступил в сторону, пропуская ее первой. Она переступила порог и направилась прямиком в главную спальню.

– Тесса, – окликнул ее Теон, когда она вошла в спальню.

Она услышала, как захлопнулась дверь. Услышала, как кто-то еще прокомментировал что-то насчет грома, который грохотал снаружи, но не замедлила шага. Пересекая спальню Теона, она распахнула двойные двери, ведущие на балкон.

Ей срочно нужно подышать свежим воздухом.

Ей необходимо почувствовать ветер на лице и вырваться из этих стен.

Она остановилась лишь на мгновение, чтобы скинуть туфли, а затем, подойдя к перилам, с силой швырнула их как можно дальше. Тесса яростно закричала в небо, высвобождая все эмоции, что бушевали внутри нее. Сверкнула молния, прогремел гром, звуки смешались с ее криками, и когда она опустилась на колени, полил сильный дождь. Крупные холодные капли падали ей на лицо и на волосы.

И, боги, это потрясающее ощущение.

Что-то дикое и свободное.

Она промокла насквозь в считанные секунды, а красивое платье, скорее всего, было испорчено. Тесса закрыла лицо руками и позволила себе выплакать все слезы ярости, обиды и унижения, которые сдерживала с самого ужина. На самом деле с тех пор, как приехала сюда. Бриллиантовый браслет царапнул ее по щеке, и она, повозившись с застежкой, швырнула его через весь балкон, а затем сорвала серьги с ушей и сделать то же самое.

Краем глаза она заметила остальных. Они стояли в дверном проеме, потрясено глядя на нее, явно не зная, что с ней делать.

Никто никогда не знал, что с ней делать.

Все только отталкивали в ее сторону.

Запирали подальше.

Слишком дикая, чтобы быть кем-то, поэтому приходилось быть никем.

Когда она начала яростно выдергивать шпильки из волос, таща за собой пряди, Теон наконец сдвинулся с места. Он медленно опустился перед ней на колени и, убрав ее руки, принялся аккуратно извлекать оставшиеся шпильки. Пока он работал, буря утихла. Ливень превратился в ритмичный дождь, но так и не прекратился. Это был непрерывный поток чего-то настолько холодного, что все остальное внутри нее онемело.

Закончив, он взял ее за руки, без единого слова поднял на ноги и понес обратно в дом. Лука ждал с полотенцами. Одно протянул Теону, а другим обернул ее плечи.

Он поднес ее к креслу перед камином. Аксель включил его, и комната наполнилась теплом, но она ничего этого не почувствовала. Холод дождя поселился в ее душе, ледяной и неумолимый.

Теон пошел в ванную и появился через несколько минут без рубашки и в брюках для отдыха. Он подошел к ней с другим полотенцем и начал выжимать воду из ее волос.

Тесса смотрела на языки пламени, мерцающие за стеклом камина. Оранжевые, красные и ярко-синие цвета танцевали вместе, переплетаясь и борясь, любя и ненавидя.

Нет, подождите.

Они ничего этого не делали.

Она склонила голову набок, наблюдая, как языки пламени лижут стекло, за которым они заперты. Это сдерживало бушующее пламя, которое жаждало вырваться на свободу. Ее рука скользнула к горлу, пальцы коснулись того места, где только недавно находилось колье.

Огонь просто хотел быть свободным и делать то, что диктовала его природа, но он был заперт в стеклянной коробке. Его держали взаперти, чтобы другие могли использовать его энергию, согреться или полюбоваться его смертоносной красотой. Чтобы его можно было использовать и погасить одним щелчком выключателя.

– Тесса. – голос Теона звучал неуверенно. – Тебе нужно сменить мокрую одежду.

Она еще несколько секунд не отрывала взгляда от огня, прежде чем поднять на него глаза. Он настороженно наблюдал за ней, явно не зная, что она собирается сделать или сказать. Тесса перевела свой взгляд на Луку, который стоял, прислонившись к стене возле двери. Он выглядел так, словно был готов остановить ее. Как будто ожидал, что она попытается уйти. Аксель застыл у камина, как статуя, черты его лица выражали беспокойство и шок.

Она поднялась с кресла, на которое ее усадили, и встала на босые ноги. Теон отступил, давая ей пространство. Она еще раз посмотрела на пламя, прежде чем повернуться и пройти через крошечную комнату к гардеробной. Сняв промокшее платье, она оставила его лежать на полу, а сама тем временем нашла пару леггинсов и терморубашку в комоде. Платье она отнесла в ванную комнату и повесила на бортик ванны. Затем смыла макияж, вернее, то, что от него осталось. После почистила зубы, глядя в зеркало на свои красные, опухшие от слез глаза. Все, что она годами пыталась собрать по кусочкам и склеить, снова разлетелось вдребезги.

Она не смогла этого сделать.

Теон попросил ее продержаться хотя бы одну ночь. Она продержалась всего два часа, прежде чем ее буквально затолкали под стол.

Она прошла обратно через гардеробную в комнату, предоставленную ей как личное пространство. С другой стороны, здесь ничто не принадлежало ей. Она даже не чувствовала себя самой собой. Забравшись в постель, она натянула колючее одеяло до подбородка и повернулась лицом к стене. Ей хотелось выплакаться, чтобы уснуть. Но, по-видимому, слезы у нее закончились, поэтому она уставилась в стену, безуспешно пытаясь разобраться во всем этом смятении, бушевавшем у нее внутри. Она все еще слышала, как дождь барабанил по окнам в соседней комнате.

В какой-то момент в комнату вошел Теон. Она почувствовала, как он присел на край кровати. Он провел рукой по ее все еще влажным волосам. И все, о чем она могла думать, это о том, как он делал то же самое, когда она сидела у него в ногах под столом.

– Я знаю, ты не хочешь, Тесса. Но было бы лучше, если бы ты легла спать на другой кровати. Мое присутствие поможет тебе… успокоиться, – сказал он.

Она не пошевелилась. Лишь плотнее завернувшись в тонкое одеяло, демонстративно игнорируя радостную вспышку связи от их близости. Через минуту он вздохнул, и она почувствовала, как на нее навалилось еще более тяжелое одеяло. Он вышел из комнаты, не сказав больше ни слова. Затем она услышала приглушенный шепот, когда они направились в главную комнату.

Тесса отказывается становиться такой, как те языки пламени в камине. Она отказывается жить в ошейнике, на привязи и в ловушке.

Нет.

Она выберется, нравится это связи или нет.

Спрячется. В какой-то момент найдет бы способ связаться с Дексом. Придумает, как оставаться незамеченной. Она может слиться с толпой. Украсть немного денег и купить чары иллюзии, чтобы свободно передвигаться среди смертных. Отправиться в другое королевство или в большие города, где живут миллионы людей.

Она не переживет этого.

Это сломает ее.

И когда она сломается, она сгорит.

Она разлетится на осколки, и вместе с ней расколется весь ее мир.

ГЛАВА 10

ТЕОН

Теон пытался сосредоточиться на том, что его отец обсуждал с Метиасом и Павилом, но его мысли были заняты Тессой. Прошлой ночью она отказалась спать рядом с ним, как он и предполагал. Он мог бы заставить ее, но после… Что ж, после такого вечера он не знал, уступит ли она или будет сопротивляться еще больше. Она не сказала ему ни слова с тех пор, как вышла в коридор после ужина. Вообще-то, она ни с кем так и не заговорила.

Он спал отвратительно, потому что связи хотелось, чтобы она находилась рядом. И пока лежал, не в силах заснуть, он снова и снова прокручивал в голове события минувшего вечера. Как она уронила вилку, когда его отец заговорил о возможных брачных союзах. Как он был вынужден каким-то образом приструнить ее, прежде чем его отец решил сделать это сам. Он понимал, что она чувствовала себя униженной и ненавидела его за то, что он заставлял ее сидеть на полу у его ног, но наказания его отца были бы куда страшнее. Однако ему так и не дали возможности объясниться.

Тесса прижалась к нему под столом. Затем он почувствовал, что она начала дрожать, и понял, что что-то не так. Когда он поднялся из-за стола и, опустив глаза, то увидел, что она бледна, как призрак из потустороннего мира. Ему потребовалось все самообладание, чтобы не подхватить ее на руки и не унести обратно в убежище, которое он создал для нее в их покоях, надежно скрыв от своего отца и той роли, которую тот требовал от Теона.

Она скоро это поймет.

Блядь, она же понимала серьезность ситуации, и если в ближайшее время она не примет эту связь…

Он стоял в ошеломленном молчании рядом с Лукой и Акселем, когда она перебросила свои туфли через перила балкона, продолжая кричать в грозовое небо. В эти моменты на него нахлынули воспоминания о том, как она делала то же самое в машине по дороге сюда.

Теон застыл, не в силах пошевелиться, когда она сломалась перед ним и упала на балконе. Звук, с которым ее колени ударились о мраморный пол, был звуком, который невозможно просто заглушить. Это снова и снова прокручивалось у него в голове. Когда она начала выдергивать шпильки из волос с такой силой и неистовством, что он, наконец, заставил себя пошевелиться, пока она не причинила себе еще больше боли.

Лука и Аксель почти ничего не сказали, когда он вышел из комнаты после ее решительного отказа лечь с ним в постель.

Они понимали, что он должен был сделать то, что сделал за ужином.

Они знали, на что способен отец и что он может сделать.

Аксель был явно расстроен, когда Лука вложил ему в руку стакан.

– Я никогда не видел, чтобы кто-то так терял самообладание, но уж точно не фейри. Только не Источник, – сказал он, делая большой глоток виски. – Я даже не подозревал, что Источник так может вести себя… со своим Хозяином. – он взглянул на Теона поверх своего стакана, ожидая объяснений.

Теон провел рукой по волосам, залпом осушив весь стакан виски.

– Не знаю, что с ней делать. Я пытаюсь дать ей пространство и время привыкнуть, но не понимаю, как она может так сильно сопротивляться нашей связи. Если она чувствует притяжение так же, как и я, противостоять ему должно быть невозможно. Я никогда не думал, что мне придется очаровывать ее.

Лука молчал, сидя на диване, погруженный в свои мысли. В конце концов, все разошлись по своим комнатам, решив, что на сегодня хватит. Когда Теон, наконец-то встал, как только рассвет коснулся горизонта, он зашел в ее комнату и обнаружил, что она все еще смотрит в стену.

Спала ли она вообще?

– Я собираюсь приготовить кофе, Тесса, – сказал он. – Я так же закажу что-нибудь на завтрак.

Она даже не потрудилась заметить его присутствие.

Слуги принесли завтрак. Тесса так и не появилась. Теон, лука и Аксель поели молча. Потом Теон принял душ и привел себя в порядок. Спустя время, в половине десятого он вернулся в ее комнату. Она не сдвинулась с места. Ни на дюйм.

– Мне нужно идти на встречу, Тесса. Аксель будет ждать тебя в гостиной. Он побудет здесь с тобой, пока я не вернусь.

Его встретили молчанием, и он не знал, что делать.

Подойти к ней?

Заставить ее встать?

Очаровать? Чтобы она хотя бы сказала что-нибудь, чтобы он понял…

Понял, что?

Что с ней все в порядке? Очевидно, что нет.

Заставлять ее заговорить – это лишь способ успокоить себя, услышав ее голос.

Он вздохнул, прежде чем добавить:

– Когда я вернусь, нам нужно обсудить вчерашний вечер.

Она не пошевелилась.

Он разберется с этим, когда вернется. По крайней мере, ей нужно поесть. Она не успела доесть ужин. Может быть, она проголодается настолько, что сможет встать сама.

Великий Ариус, он на это надеялся. Он чертовски устал спорить с ней по каждому пустяку. Он не ожидал такого сопротивления, когда выбирал Источника. И ему становилось все труднее и труднее сдерживать свой гнев по мере того, как она бросала ему вызов и отталкивала его.

– Теон, – прорычал его отец, возвращая его в настоящее. – Хочешь что-нибудь добавить к тому, что мы только что обсудили?

Теон взглянул на Луку, и тот бросил на него откровенный взгляд, который сказал ему, что он точно знает, о чем думал Теон. Он едва заметно покачал головой.

– Нет, все это звучит прекрасно, – спокойно сказал Теон.

Он, честно говоря, даже не знал, зачем отец назначил эту встречу. Эти планы разработаны еще несколько месяцев назад.

– Мы надеялись познакомиться с твоим новым Источником, – сказал Метиас, его голос был таким же сальным, как и его зачесанные назад волосы. – Мы видели ее на церемонии открытия Выбора. Она очаровательная малышка.

Примитивное чувство собственничества пробудилось в Теоне, и в его груди зародилось низкое рычание.

Его отец усмехнулся, сидя за своим столом.

– Из-за новизны связи с Источником Теон в последнее время стал немного властным. Я почти не видел ее. Дай ему немного времени. И, возможно, он будет охотнее делиться своими вещами, – сказал он с ноткой предупреждения в голосе.

Теон медленно моргнул, сдерживая свой гнев. Связь болела у него в груди все утро, вероятно, потому что он не прикасался к Тессе со вчерашнего вечера. Но сейчас она требовательно бесновалась при малейшем намеке на то, чтобы приблизиться к ней. Не говоря уже о том, чтобы прикоснуться.

Если кто-то и должен касаться ее, то это он и только он. И это заставило совершенно другое моменты всплыть на поверхность его сознания. Воспоминание о том, как они соединились прошлой ночью, прежде чем все пошло прахом.

Он зашел в их гардеробную, чтобы посмотреть, готова ли она к выходу, и был ошеломлен тем, что обнаружил. Тесса стояла там, изучая себя в зеркале в полный рост. У нее были слегка нахмуренные губы и складка между бровями. Как будто ей не нравилось то, что она видела в отражении, что было абсолютно нелепо.

Тесса не слышала, как он подошел к ней сзади, и испугалась, когда увидела его в зеркале. Он откинул волосы с ее шеи и едва сдержался, чтобы не застонать, когда его пальцы коснулись кожи. Каждый раз, когда он прикасался к ней, это было похоже на экстаз. Его кожу покалывало от удовольствия, когда она позволяла его руке задержаться на ней. Когда она снова прижалась к нему, ему пришлось приложить все усилия, чтобы не прижать ее к стене и не прижаться губами к ее губам. Он умирал от желания снова ощутить ее вкус с тех пор, как она поцеловала его. Он положил руку ей на бедро, жадно принимая любое прикосновение, которое она позволяла.

Почему она не могла просто сдаться?

Она ведь должна это чувствовать, правда? Не может быть, чтобы это испытывал только он.

Как она может отрицать то, что могло бы длиться вечно?

Поэтому он попросил ее. Нет, он умолял ее, дать ему шанс хотя бы одну единственную ночь. Притвориться, что она поддалась этой связи и приняла свою роль в качестве его Источника. Он хотел, чтобы она почувствовала, какими они могут быть. Он хотел, чтобы она испытала наслаждение от его прикосновений. Чтобы она стала зависимой от него. Чтобы она желала его так же, как он желает ее.

Но все обернулось совершенно иначе, чем он ожидал. Предполагалось, что это она будет неустанно желать его, а вместо этого именно он цеплялся за любую возможность прикоснуться к ней.

Резкий удар Луки по ноге вернул его к разговору, в то же время его отец прорычал:

– Теон. – он встретил холодный взгляд отца. – Я начинаю опасаться, что плохие манеры твоего Источника передаются и тебе.

– Прошу прощения, – выдавил Теон. – Это была довольно долгая ночь… дисциплинарных мер.

При этих словах взгляд его отца потемнел от удовольствия. Теон слишком хорошо знал, как отец наслаждается процессом исправления поведения.

Он почесал грудь, пока связь продолжала дергаться. Потребность вернуться к Тессе была такой сильной, какой он еще не испытывал. Это притяжение ощущалось иначе, более настойчиво, и он понимал, что не может усидеть на месте. Даже магия под его кожей казалась взбудораженной.

– Как я уже говорил, – продолжил его отец, – Хотя я и смог обеспечить Луке ранний доступ в Акрополь и Пантеон, на вас двоих это не распространялось. Я не хотел вызывать еще больший ажиотаж, чем тот, который мы уже имеем на данный момент. Мы позволим Теону, Акселю и Луке заложить кое-какие основы в течение недели, когда им разрешат приехать раньше остальных участников.

– Мы и не рассчитывали на многое, – сказал Павил.

– Так и сделаем, – сказал его отец, закрывая папку, которая была открыта перед ним, и поднимаясь на ноги. Эвиана мгновенно поднялась со своего обычного стула и подошла к нему. – Если нет других вопросов, которые требуют обсуждения, боюсь, мне пора идти. Мне нужно успеть на другую встречу.

– Конечно, Лорд Сент-Оркас. Мы ценим ваше время, – сказал Метиас, вставая и склоняя голову. Павил сделал то же самое.

– Тавис проводит вас, – сказал Вальтер, жестом приглашая фейри выйти вперед.

Сколько Теон себя помнил, мужчина всегда был личным слугой его отца.

Теон и Лука последовали за ними, после они направились в восточное крыло, в то время как остальные развернулись и направились к главным дверям. Теон не знал, по какому поводу у его отца была другая встреча. Честно говоря, ему уже все равно.

– Что, нахер, с тобой не так? – сказал Лука, когда они завернули за угол. – Ты ведешь себя так, словно валялся в ядовитом плюще.

– Сегодня связь ощущается по-другому, – сказал Теон, перепрыгивая через две ступеньки за раз.

– Что значит ощущается по-другому?

– Я не знаю, как это объяснить. За последний час или около того она стала более настойчивой.

– Это реакция из-за напряжения между вами двумя? – спросил Лука с неподдельным любопытством в голосе.

– Напряженность возникла еще после церемонии Выбора. На самом деле ничего не изменилось, – ответил Теон, ускоряя шаг по коридору.

Когда Лука ничего не ответил, он добавил:

– Мне просто нужно ее увидеть. Объяснить, почему прошлой ночью все произошло именно так.

– Конечно, – сухо ответил Лука.

Теон проигнорировал комментарий. Толкнув дверь в свою комнату, он сразу же посмотрел на диван, надеясь увидеть сидящую там Тессу, но обнаружил только Акселя, играющего в какую-то видеоигру.

– Она вообще выходила? – спросил Теон, бросая телефон на стол и направляясь к холодильнику. Он взял воду для себя и протянул одну Луке.

– Один раз. Даже не взглянула на меня. Не говоря уже о том, чтобы обратить на меня внимание, когда я заговорил с ней. Секунду порылась в холодильнике, прежде чем вернуться обратно. Унесла с собой воду и яблоко, – ответил Аксель, победив врага и сохраняя свою игру. – Я все же заглянул к ней. Она лежала, свернувшись калачиком, лицом к стене, – добавил он, пожав плечами.

– Как давно это было? – спросил Теон, проводя рукой по лицу.

Аксель взглянул на часы.

– Два часа назад, плюс-минус.

Лука сел на диван, ничего не говоря.

Снова.

– Тебе нечего сказать по этому поводу? – спросил Теон, прищурившись, глядя на своего друга.

– Учитывая, что мои советы и опасения обычно отвергались или игнорировались, я больше не буду утруждать себя их предлагать, – сказал Лука, делая глоток воды.

– Пиздец, – пробормотал Теон, проводя рукой по волосам и с излишней силой оставляя бутылку с водой.

Он направился за Тессой. Ей нужно было съесть что-то большее, чем яблоко, и тогда они попробуют поговорить.