Антология современной британской драматургии

Текст добавлен: 21 октября 2016, 20:55

Текст книги "Антология современной британской драматургии"

Автор книги: Мартин Макдонах

Соавторы: Марк Равенхилл,Дэвид Харроуэр,Лео Батлер,Марина Карр,Кевин Элиот,Кэрил Черчил,Джо Пенхолл,Филип Ридли,Дэвид Грэйг

Жанр:

Драматургия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 27 страниц)

Назад к карточке книги

КРИСТОФЕР.Потому что я «ниггер хитрожопый»?

БРЮС.Нет. Я уже не первый раз это повторяю. Нет.

РОБЕРТ.Так я зайду попозже?

БРЮС.Доктор Смит…

КРИСТОФЕР.МОЖЕТ, ТЫ УЖЕ ОПРЕДЕЛИШЬСЯ, ПОКА Я ТУТ НЕ ОХРЕНЕЛ СОВСЕМ! Скачет тут, как кенгуру.

БРЮС.КРИСТОФЕР…

КРИСТОФЕР.Да я сто лет как КРИСТОФЕР. (Тоже мне, кофе хряпнул и уже Бэтмэном себя считает.)

БРЮС.Как ты разговариваешь с консультантом?

КРИСТОФЕР.Я его стремаюсь.

БРЮС.Успокойся. Ты и в самом деле ведешь себя как…

КРИСТОФЕР.Как кто? Ну! Скажи. Как ниггер хитрожопый!

КРИСТОФЕР цыкает зубом и принимается таращиться наРОБЕРТА.

БРЮС.Ну… Ладно, откровенно говоря, да, но лучше так не стоит, верно? Да? И когда ты выйдешь отсюда и начнешь так пялиться на людей, что они подумают?

КРИСТОФЕР.Что?

БРЮС.Что люди подумают? Когда ты выпишешься? Когда будешь готов…

КРИСТОФЕР.Хрен их знает.

БРЮС.Как, по-твоему, что они подумают?

КРИСТОФЕР.Не знаю.

БРЮС.Они подумают, что ты – э-э… «хитрожопый ниггер», вот что они подумают. Который зубом цыкает. Ты же не такой. Это глупо. Бред. Ты же не какой-нибудь там… э… отморозок с Ямайки.

КРИСТОФЕР.Ты еще будешь мне объяснять, кто я?

БРЮС.Нет, я…

КРИСТОФЕР.Будешь объяснять, кто я?

БРЮС.Я просто хочу, чтобы ты… был самим собой.

КРИСТОФЕР.Да говно это все! Дичь какая! Теперь у меня еще и кризис самоидентификации! Ну чувак, да ты, я посмотрю, понаглее обезьянки будешь!

Пауза.

РОБЕРТ.М-м. «Хитрожопый» – не совсем тот термин, который мы…

БРЮС (Роберту). Расстройство восприятия? Дезорганизованное поведение? Нарушение навыков общения? Вы понимаете?

РОБЕРТ.Ну и что?

БРЮС.А?

РОБЕРТ.Оглянись вокруг. Мы всеневосприимчивы, дезорганизованы, у нас у всех нарушены навыки общения. А? Хе-хе. Это нормально.

Пауза.

А-ха-ха.

БРЮС.Можно переговорить с вами наедине?

КРИСТОФЕР вскакивает, ударяет кулаком по столу.

КРИСТОФЕР.Эй ты! Я с тобой разговариваю! Когда меня выпустят, никто ничего не подумает, меня здесь не будет! Я уеду далеко-далеко, где все тихо и спокойно, ни людей, ни машин, ни грязи, самолеты не жужжат, как мухи над арбузом, и городов нет, и теликов гребаных, и асфальт там не курочат и не долбят ни фига, никаких соседей сверху, снизу, сбоку, никто не орет днем и ночью. Никто не орет, никто. Там вообще людей нет. И никто на меня не пялится только потому, что ни разу черных не видел, кроме как в «Улице Сезам»! Далеко-далеко уеду.

(Ну че он вылупился?) Ишь какой нервный, что ты яйцами трясешь, как кот пугливый.

Че думаешь, съем тебя?

Вот возьму и съем – что скажешь?

БРЮС.Крис, никто на тебя не пялится.

КРИСТОФЕР.А он?

РОБЕРТ.А что такого?

КРИСТОФЕР.Что?

РОБЕРТ.Что такого? Ты посмотри на себя. А теперь… сядь и… расслабься, хорошо? Конечно, все пялятся, когда ты себя так ведешь. Ты же понимаешь.

КРИСТОФЕР переводит взгляд с одного на другого, цыкает зубом.

Пауза.

БРЮС (Роберту). Истощение нервной системы. Не может прямо смотреть в глаза. Думает, что мы на него пялимся.

РОБЕРТ.А мы этим и занимаемся.

Пауза.

КРИСТОФЕР.Все, меня нет. Однозначно. Точно. Свалю в пустыню. Чтобы пляжи. Пальмы. Само собой, погода цивильная. Понял – нет?

БРЮС.Крис?.. Ты не мог бы подождать пару минут в соседней комнате?

КРИСТОФЕР.А че я сказал?

БРЮС.Ничего, нам просто надо…

РОБЕРТ.Проконсультироваться.

БРЮС.Да, правильно.

РОБЕРТ.У меня и на бейдже написано – консультант. (Забыл надеть.)

БРЮС.Пожалуйста. Ты меня очень обяжешь. Выйди в ту дверь.

КРИСТОФЕР (вздыхает). Ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

БРЮС.Что ты имеешь в виду?

КРИСТОФЕР.Надеюсь, ты не дашь ему на что-нибудь себя подбить.

РОБЕРТ.Да ни боже мой. Нет, нет и еще раз нет.

КРИСТОФЕР.Надеюсь, ты насчет меня не передумаешь. Ведь мои двадцать восемь…

БРЮС.Крис…

КРИСТОФЕР.Мои двадцать восемь дней…

БРЮС.Я знаю…

КРИСТОФЕР.Мои двадцать восемь дней тю-тю. Тютю, брат. Повеселились и хватит. Все, нету меня. Покедова.

БРЮС.Э-э, угу. Да… спасибо.

КРИСТОФЕР встает, потягивается, внимательно на них смотрит и выходит.

Тишина.

БРЮС.Думаете, он знает?

РОБЕРТ.А что тут знать? Он у нас во втором отделении. Двадцать восемь дней истекли. Прошел курс лечения и отправляется домой.

Пауза.

Я прав?

БРЮС.Но…

РОБЕРТ.Что «но»?

БРЮС.Ну… Вы же догадываетесь, о чем я хочу вас попросить.

Пауза.

РОБЕРТ.О чем?

БРЮС.Перевести его в третье отделение.

РОБЕРТ.Вдохни поглубже и забудь.

БРЮС.Но…

РОБЕРТ.Выписывай его. Ты все делаешь правильно.

БРЮС.Но это неправда.

РОБЕРТ.Нет, правда. Ты поступаешь честно, правильно, справедливои так, как написано в учебниках.

Пауза.

К тому же у нас нет свободных коек.

БРЮС.Меня очень беспокоит…

РОБЕРТ.А те, что есть, – Для Экстренных и Крайне Тяжелых. Иначе у нас по всей больнице будут хроники на каталкахездить, «Формулу-1» нам тут устроят.

БРЮС.Слушайте…

РОБЕРТ.Будет скандал.

Меня отсюда попрут к чертовой матери раньше, чем он выйдет, а следующим будешь ты. Вот так. Я не получу профессора. Ты не кончишь ординатуру. Сколько лет ты учился? Шесть? О чем мы говорили в субботу?

БРЮС.Когда?

РОБЕРТ.После регби. О чем мы говорили?

БРЮС.Не знаю, о чем?

РОБЕРТ.О твоей ординатуре. Я сказал, что в будущем году стану твоим Руководителем, «Наставником», научу тебя «всему, что знаю»… но нужно играть по правилам.

БРЮС.По правилам?

РОБЕРТ.Вот именно. Ты, главное, желтую карточку не схвати, а гол я и сам забью.

БРЮС.Но…

РОБЕРТ.Послушай мой совет, если ты любишь свою работу и ни во что не вляпаешься, наверняка станешь консультантом. Потом, не век же тебе им оставаться. Рано или поздно ты захочешь стать старшим консультантом. А в один прекрасный день, возможно, и профессором.

БРЮС.Если я…

РОБЕРТ.Но в этом вопросе нельзя допускать сомнений.

БРЮС.Но я в самом делесомневаюсь.

РОБЕРТ.Послушай меня, тебе не стоит пренебрегать моими советами.

БРЮС.А, вы в этом смысле.

РОБЕРТ.Иначе больницу закроют, а на этом месте построят второй Купол Тысячелетия.

БРЮС.Из-за одного перевода в третье отделение никто больницу не закроет. Ведь так? Или вы, правда, думаете?

РОБЕРТ.Да. Возможно.

БРЮС.Правда?

РОБЕРТ.Да. Возможно.

Пауза.

Иди По Пути Наименьшего Сопротивления.

БРЮС.Но… Нельзя же выгнать его только потому, что у нас не хватает коек.

РОБЕРТ.Ты его не «выгоняешь»… ты делаешь то, что должен. То, для чего ониздесь – и то, чего ждутот тебя все.

Пауза.

Ну? Ты даешь ему свободу.

Водворяешь в лоно общества.

Возвращаешь ему жизнь.

Он будет среди своих.

БРЮС.Каких «своих»? Нет у него никаких «своих».Он вообще нормально-то никогда не жил.

РОБЕРТ.Это твои догадки.

БРЮС.Нет, это правда. Он из Уайт-Сити. Там живут одни выходцы с Ямайки. Он туда не так давно приехал, никого там не знает. Он ненавидит это место.

РОБЕРТ.Где он рос?

БРЮС.Везде понемножку. Без постоянного места жительства.

РОБЕРТ.А семья? Мать-то у него должна быть.

БРЮС.По-моему, он с ней давно не общается.

РОБЕРТ.И ты предлагаешь держатьего здесь только на том основании… на каком? Что ему одиноко?

БРЮС.Иначе он совсем свихнется.

РОБЕРТ.Свихнется, если ты его не выпишешь.

БРЮС.Но он еще не готов. Вы его видели. Он нестабилен.

РОБЕРТ.Пограничное состояние расстройства личности. На грани между неврозом и психозом.

БРЮС.Перевозбужден, кричит, на всех пялится.

РОБЕРТ.Ты бы тоже кричал и пялился, будь ты на грани между неврозом и психозом.

БРЮС.Ослабление ассоциативных связей? Паранойя?

РОБЕРТ.Плюс к этому еще развязность, импульсивность, неадекватность, проблемы с личной жизнью, с деньгами, жильем, сексом, общением, алкоголем, полное неумение справляться с тем, что делает нас людьми, – ну и что? На Свете Миллионы Таких. Пограничников. На границе. Иногда заходят, но постоянно не живут. Видишь ли, формально, не так уж он и болен. Неприятно, конечно, но факт.

Пауза.

Таковы правила, хоть убей.

БРЮС.«Хоть убей?» «На свете миллионы таких». «Хоть убей?» Вы издеваетесь?

РОБЕРТ.Нисколько. Именно поэтому нам так трудно. Когда-нибудь, когда ты, как и я, станешь консультантом, а ты им станешь, если сам все не просрешь, молодые врачи будут говорить то же, что и ты сейчас, а ты будешь повторять мои слова. На Свете Миллионы Таких. Смирись. Двадцать восемь дней мы с ними нянчимся, ждем, пока они успокоятся. Потом, когда кризис миновал и говно за ними немножко прибрали, они возвращаются в тот же ад, откуда к нам попали, как правило, немного счастливее и, может, даже чуть мудрее. И так до следующего раза.

Пауза.

БРЮС.Кристофер – шизофреник.

Пауза.

Вы слышите?

РОБЕРТ.Нет, у него пограничное состояние расстройства личности.

БРЮС.Если перевести его в третье отделение, я бы смог еще с ним поработать, пока не поставлю точный диагноз.

РОБЕРТ.Ни в коем случае.

БРЮС.Шизофрения простого типа с четкими симптомами, включая параноидальные. Вероятны также расстройства мышления.

РОБЕРТ.Не параноидная шизофрения?

БРЮС.Возможно, но я не стал бы заходить так далеко в своих…

РОБЕРТ.Простая или параноидная – еще месяц уйдет, чтобы ее диагностировать.

БРЮС.Так подержите его в третьем отделении.

РОБЕРТ.Галлюцинации бывают?

БРЮС.Иногда.

РОБЕРТ.С каких пор?

БРЮС.С тех пор как поступил.

РОБЕРТ.Какого характера?

БРЮС.Дайте время – и сами все увидите.

РОБЕРТ.Да нет у тебя времени. И вообще, он здесь уже месяц. Есть положительная динамика – следовательно, имел место короткий психоз в рамках пограничного расстройства, и все тут.

БРЮС.Он параноик. Вы же видели.

РОБЕРТ.Какая паранойя при пограничном расстройстве? Придерживайтесь МКБ-10.

БРЮС.Ох и любите вы эту МКБ-10. Там столько синонимов к слову «псих», а самого слова – нет. Получается, что можно психа психом не признавать. Носитесь со своей МКБ-10, как Винни Пух с горшком меда.

РОБЕРТ.Ладно. Пограничное состояние расстройства личности и Немножко Придурок.

БРЮС.Нет. Доктор. Прошу вас.

РОБЕРТ.«Эксцентричный».

БРЮС.Послушайте…

РОБЕРТ.Он был поддатый?

БРЮС.«Поддатый»?

РОБЕРТ.Поддатый. Нетрезвый. Когда его привезли.

БРЮС.Да… Кажется…

РОБЕРТ.Пограничное состояние и алкоголизм? Праздник, который всегда с тобой.

БРЮС.Что? Неправда!

РОБЕРТ.Это как посмотреть. Мне бы очень не хотелось задерживать этого мальчика из-за наших с тобой разногласий. Все дело в семантике. И в данном случае, доктор, моя семантика лучше вашей, значит, моя взяла.

БРЮС.Я не могу жить с таким диагнозом.

РОБЕРТ. Тебеи не надо.

БРЮС.Я не могу жить с такой перспективой.

РОБЕРТ.Ну, для нового диагноза нужно не меньше месяца.

БРЮС.Я не могу держать его еще месяц без нового диагноза!

Пауза.

РОБЕРТ.Что он, собственно, натворил?

БРЮС.Пока ничего.

РОБЕРТ.Он пытался что-то сделать с собой?

БРЮС.Нет.

РОБЕРТ.С кем-то еще?

БРЮС.Нет, конечно.

РОБЕРТ.Ты не можешь его опять госпитализировать, пока он чего-нибудь не сделал. Я к чему: он опасен для себя или для окружающих?

БРЮС.Хотите дождаться, когда станет?

РОБЕРТ.Надо знать наверняка.

БРЮС.Когда узнаем, поздно будет.

РОБЕРТ.Пока он ничего не сделал, сделать ничего нельзя.

Каламбур получился.

БРЮС.Каламбур?

РОБЕРТ.Каков фактор риска? Садись, пиши. Как будто бизнес-план сочиняешь.

БРЮС.Как будто… бизнес-план?

РОБЕРТ.Если мы его отпустим – если избежим этих «существенных расходов»…

БРЮС.Это рискованно.

РОБЕРТ.Насколько?

БРЮС. Очень.

РОБЕРТ.Что он тогда сделал?

БРЮС.Когда?

РОБЕРТ.Когда его привезли. Что случилось?

БРЮС.Он был… он был на рынке… Он делал… Не знаю, вел себя странно.

РОБЕРТ.Странно себя вел на рынке. На каком?

БРЮС.Это важно?

РОБЕРТ.Мне интересно.

БРЮС.В Шепердс-Буш.

РОБЕРТ.Вел себя странно. Странно – страшно или странно – смешно?

БРЮС.В истории болезни все есть. Почитайте.

РОБЕРТ.Да ты сам скажи.

БРЮС.Не хотелось бы.

Пауза.

РОБЕРТ.Почему?

Пауза.

Почему, доктор? Что он натворил?

БРЮС.Деликатный вопрос.

РОБЕРТ.Ну раз вы такой застенчивый…

БРЮС.Я просто считаю, что это неважно.

РОБЕРТ.Мы не можем его задерживать, если он не опасен. Ты знаешь правила.

БРЮС.По-моему, у него начинается депрессия.

РОБЕРТ.Сейчас она у меняначнется.

Пауза.

Слушайте. Доктор. Если его продержать здесь слишком долго, он не сможетвернуться домой, потому что забудет, что такое дом. Забудет, как все бывает в жизни, забудет, Как Жить. Выписывай его. Назначь медсестру, лечение на дому – ему удобнее, нам удобнее, расходы меньше, начальство в восторге.

БРЮС.Хорошо. Представим на секунду, что у нас все идеально: нет проблем с деньгами, нет бюджетных ограничений. Допустим даже, что у нас естьсвободные койки. Что бы вы тога сделали?

РОБЕРТ.В идеальном мире я бы отправил его, на хрен, домой, да еще и с песнями, и все бы радовались. А чего нет-то? У тебя есть работа. А если не справляешься, поезжай куда-нибудь и подумай как следует. Уйди из серьезной медицины, поработай корректором в каком-нибудь журнальчике, типа «Уэльский акушер», попиши левые статейки на тему «Социальная справедливость в стоматологии».

Пауза.

Он еще там? Где он?

БРЮС.Он там.

РОБЕРТ.Где? В…

БРЮС.В маленькой комнате.

РОБЕРТ.Какой маленькой комнате? В кладовке, что ли?

БРЮС.Не в… ну, вы знаете. В комнате ожидания. Там, где ждут. Нововведение такое.

Пауза.

РОБЕРТ.В общем, Брюс, с твоим пациентом все в полном порядке. Он, конечно, слегка нервный, грубоватый, скандальный, слегка перегибает – но, может быть, там, откуда он родом, это нормально.

БРЮС.«Откуда он родом»?

РОБЕРТ.В его среде.

БРЮС.Он из Шепердс-Буш. Что вы этим хотите сказать?

РОБЕРТ.Ничего не хочу.

БРЮС.Что значит «откуда он родом»? Что вы имели в виду?

РОБЕРТ.Ничего.

БРЮС.Так что вы хотите сказать?

РОБЕРТ.Да ничего.

Пауза.

Я просто хочу сказать…

Пауза.

Может быть… Может, все дело в тебе. Может, это ты его нервируешь. А?

БРЮС.Что?!

РОБЕРТ.Слушай, так бывает. Вот какой вопрос мы должны задать себе. Такая у нас профессия.

БРЮС.«Может, дело во мне? Я его нервирую?»

РОБЕРТ.Да.

БРЮС.Он параноидный шизофреник.

РОБЕРТ.Предположительно.

БРЮС.Чушь какая.

РОБЕРТ.Спрашивается: а кого, собственно, считать нормальным человеком? Что такое в нашем понятии «норма»? Нам, разумеется, кажется, что уж мы-то уж точно знаем, что она такое. И что такое «человек». А может, он больше человек, чем мы с тобой. Может, это наслечить надо.

БРЮС.Он «больше человек, чем мы»?

РОБЕРТ.Да.

БРЮС.А нас лечить надо.

РОБЕРТ.Возможно.

Пауза.

БРЮС.Почему?

РОБЕРТ.Хорошо, считайте, что я «фантазер». «Сумасброд». Но если допустить, что у него есть правобыть неуравновешенным, озлобленным, параноидным и подавленным и все такое. Может, это единственная адекватнаяреакция на мир, в котором мы живем?

БРЮС.Что?

РОБЕРТ.Человек – единственный из видов, который безумен по своей природе. «Нормальная психика формируется средой, в которой человек…»

БРЮС.Ушам своим не верю.

РОБЕРТ.«…живет». И может быть, так оно и есть.

БРЮС.А может быть, это бред сивой кобылы. (Короткая пауза.) Простите. Доктор Смит. Но. Кто, какой экзистенциалист это сказал? Вы бы еще, э-э, Рональда Лэнга процитировали.

РОБЕРТ.Это и был Лэнг.

БРЮС.Лэнг – псих.Самый натуральный.

РОБЕРТ.А по-моему, что-то в этом есть…

БРЮС.Сейчас вы будете мне еще Шекспира анализировать: у Гамлета было пограничное состояние расстройства личности плюс агрессивность, импульсивность и нерешительность.

РОБЕРТ.Так и есть!

БРЮС.Вы уверены, что должны мне это говорить? Знаете, меня не этому учили.

РОБЕРТ.При всем уважении, доктор, пора бы уже повзрослеть. Расслабьтесь, успокойтесь, забудьте про учебники и подумайте, наконец, что такое человек.Человек. Умение Быть Человеком. Как сказал Ален Гинзберг, никогда не забуду: «Человек – это не существительное, это глагол».

Пауза.

Ну как? Да не будь ты таким занудой.

Молчание.

БРЮС.Ален Гинзберг.

РОБЕРТ.Ладно, неудачный пример. Слушай…

В официальных рекомендациях относительно содержания душевнобольных сказано, что изоляция от общества не способствует их выздоровлению, и наш долг – с этим согласиться. Иначе проблем не оберешься.

БРЮС.Если я его выпишу, он сорвется, и у него разовьются самые ужасные формы шизофрении, при этом он останется без диагноза, без врача и без лекарств.

РОБЕРТ.Доктор Флаэрти…

БРЮС.И с этим ничего нельзя поделать…

РОБЕРТ.Доктор Флаэрти.

БРЮС.…из-за политики руководства?

РОБЕРТ.Успокойся.

БРЮС.Извините. Я сорвался.

РОБЕРТ.Если ты не выпустишь парня, он здесь пропишется на всю жизнь.

Ему станет только хуже.

Сделаешь из него больного.

Пауза.

БРЮС.Ну, э-э, я так не думаю.

РОБЕРТ подходит к двери, открывает.

ВходитКРИСТОФЕР.

РОБЕРТ.Можешь заходить. Мы уже побеседовали. Присаживайся, вот, молодец. Хочешь чего-нибудь, воды?

РОБЕРТ наливает воду дляКРИСТОФЕРА, он жадно ее выпивает.

КРИСТОФЕР встает и начинает ходить из угла в угол.

БРЮС.Хочешь еще?

КРИСТОФЕР кивает и протягивает стаканчикБРЮСУ. Снова выпивает и продолжает ходить из угла в угол.

Это из-за галоперидола. Руки-ноги затекли?

КРИСТОФЕР.Ничего, я тут прыгаю. Расхаживаюсь потихоньку.

БРЮС.Старайся меньше двигаться.

КРИСТОФЕР.Мне нравится ходить.

БРЮС.Я знаю. Так ты однажды и заблудился.

КРИСТОФЕР.Я раз до кольцевой дошел.

БРЮС.Знаю. Наверное, чудесная была прогулка.

РОБЕРТ.Браво.

БРЮС.Нет, не «браво», старайся себя контролировать.

РОБЕРТ.Да пусть гуляет, если ему хочется. Господи. Хоть до кольцевой дороги. Радуйся жизни. Так. Когда ты собираешься нас покинуть?

КРИСТОФЕР (ходит из угла в угол). Через двадцать четыре часа.

РОБЕРТ.Утром, вечером?

КРИСТОФЕР.Сразу после обеда.

РОБЕРТ.Полагаю, тебе есть куда пойти.

БРЮС.Муниципальное жилье. В Уайт-Сити.

РОБЕРТ.Чудесно.

КРИСТОФЕР.Только я туда не пойду.

РОБЕРТ.А.

КРИСТОФЕР.Не люблю Уайт-Сити.

РОБЕРТ.Почему?

КРИСТОФЕР.Из-за мусоров.

РОБЕРТ.Из-за мусоров.

КРИСТОФЕР.Менты. Фараоны. Мусора. Легавые.

РОБЕРТ.Из-за полиции?

КРИСТОФЕР.Меня постояннотормозят в этом Уайт-Сити. Это они повязали меня в Шепердс-Буш. Потому что все время болтают по рации. Они меня ждали. Пасли до рынка. От самого Уайт-Сити пасли, ясный пень. Я чуть не обосрался.

РОБЕРТ.Понятно, ну…

КРИСТОФЕР.Чувак, они за мной шпионили.

РОБЕРТ.Как ты думаешь, почему?

КРИСТОФЕР.Что? Почему?

РОБЕРТ.Да, почему? Почему они за тобой «шпионили»?

КРИСТОФЕР.Старик, а тыкак думаешь?

РОБЕРТ.Я первый спросил.

КРИСТОФЕР.Потому что фашистыони все. Ясное же дело.

Молчание.

РОБЕРТ.Где бы ты хотел жить?

КРИСТОФЕР.Где бы я?

РОБЕРТ.Предпочел?

КРИСТОФЕР.В Африке.

РОБЕРТ.В Африке.

Пауза.

КРИСТОФЕР садится и пристально смотрит наРОБЕРТА.

А-ха-ха. Да, неплохо. Почему бы и нет?

КРИСТОФЕР.Я уже сказал.

РОБЕРТ.Да, я имею в виду, сейчас, когда выпишешься.

КРИСТОФЕР.Никакого сейчас. Я еду в Африку. В Центральную Африку, у меня отец оттуда.

РОБЕРТ.А. Ну… когда тебя выпишут и если ты… если все образуется и ты… у тебя есть работа?

КРИСТОФЕР.Есть, в Африке.

РОБЕРТ.Ла-адно. А жилье?

КРИСТОФЕР.В Африке. В Уганде.

Молчание.

РОБЕРТ.А друзья?

КРИСТОФЕР.В Африке.

РОБЕРТ (короткая пауза). Превосходно.

РОБЕРТ встает.

ВозвращаетБРЮСУ бумаги.

Ну я закончил. Доктор Флаэрти?

БРЮС.Закончили?

РОБЕРТ.Вполне. Приятно было побеседовать, КРИСТОФЕР. Очень надеюсь, что мы больше никогда не увидимся, э-хе-хе.

РОБЕРТ пожимаетКРИСТОФЕРУ руку,КРИСТОФЕР ТУПО НА НЕГО СМОТРИТ.

Шутка.

БРЮС.Вы так просто уйдете?

РОБЕРТ.А что такое? Я тебе еще нужен?

Они смотрят друг на друга.

КРИСТОФЕР все еще держитРОБЕРТА за руку.

КРИСТОФЕР (Роберту). Че это с ним? (Брюсу.) Командир, какие проблемы?

БРЮС.Если вы не против, останьтесь, пожалуйста, – я задам Крису еще несколько вопросов.

РОБЕРТ.Каких вопросов?

БРЮС.Стандартных. Я еще не сделал выписку.

РОБЕРТ неохотно садится, высвобождая руку из рукиКРИСТОФЕРА.

РОБЕРТ.Ну что ж. Приступай.

БРЮС.Потому что, Крис, доктор Смит считает, что тебя можно выписывать, раз ты этого хочешь.

КРИСТОФЕР.Да, знаю. Я выписываюсь.

БРЮС.Вот что меня интересует, ты на самом деле этого хочешь?

КРИСТОФЕР. Наглухохочу, понял – нет?

БРЮС.И… ты уверен, что готов. Уверен?

КРИСТОФЕР.На все сто.

Пауза.

БРЮС.Хорошо. Всего пара вопросов.

КРИСТОФЕР.Валяй.

БРЮС.Что находится в этой вазе?

КРИСТОФЕР.В смысле?

БРЮС.Что в этой вазе? Какие фрукты?

Он протягивает ему вазу с апельсинами.КРИСТОФЕР долго на них смотрит.БРЮС берет апельсин и даетКРИСТОФЕРУ, который пристально на него смотрит.

Еще один апельсин он бросаетРОБЕРТУ.

Крис, что в вазе?

КРИСТОФЕР.Апельсины.

БРЮС.Апельсины, хорошо, какие апельсины?

КРИСТОФЕР.Апельсины, и все.

БРЮС.Да, но ведь не оранжевыеапельсины?

КРИСТОФЕР.Нет.

БРЮС.Что ты мне вчера говорил? Помнишь?

Пауза.

КРИСТОФЕР.Это синие апельсины.

БРЮС.Синие апельсины. Так?

КРИСТОФЕР.Синее не бывает.

БРЮС.Очисти один. Посмотри, какой он внутри.

Они ждут, покаКРИСТОФЕР чистит апельсин.

Какой он внутри?

Пауза.

Крис?

КРИСТОФЕР.Синий.

БРЮС.Значит, кожура синяя, и даже под кожурой то же самое – синий апельсин?

КРИСТОФЕР.Точно. Насквозь синий.

Пауза.

Плохой он. Тухлый. Не ешь его.

Пауза.

То есть, господи! Ха-ха. Что это? Черная магия? БРЮС. Вуду.

КРИСТОФЕР.Вуду! Ой, нет! Жуть!Понял – нет? Прямо, прямо… дурдомкакой-то!

БРЮС.Жуть.

КРИСТОФЕР.Жуть! Сдохнуть можно!

БРЮС.Действительно, сдохнуть можно…

КРИСТОФЕР.«Опять наш стремный ниггер вуду занялся».

Пауза.

Мой папа, да, папа мой, у него это любимые фрукты. Апельсины. Только оранжевые.Понял – нет?

БРЮС.Кто твой отец, Крис? Крис?

Пауза.

КРИСТОФЕР съедает дольку апельсина.

Кто твой отец?

КРИСТОФЕР.В смысле?

БРЮС.Как его зовут?

КРИСТОФЕР.Я уже говорил.

БРЮС.Скажи еще раз. Для Роберта.

КРИСТОФЕР.Зачем?

БРЮС.Просто так… Крис, пожалуйста… Это же простой вопрос.

КРИСТОФЕР.Без комментариев. Понял – нет?

БРЮС.Не понимаю. Почему?

КРИСТОФЕР.Если я тебя спрошу, кто твой отец, всем насрать, кто он. А мой отец – да я во все газеты попаду, ага?

БРЮС.Не понял. Почему в газеты?

КРИСТОФЕР.Из-за того, кто он.

РОБЕРТ.А кто он?

КРИСТОФЕР.Не скажу.

БРЮС.(Что за ерунда.) Слушай. Пожалуйста. Помоги мне.

КРИСТОФЕР.Хочешь, чтобы япомог тебе!А зарплату за тебя получить не надо?

РОБЕРТ.Если ты не скажешь, кто он, нам будет сложно тебя отпустить. Придется остаться здесь. Понимаешь?

БРЮС.Крис, кто твой отец?

Пауза.

КРИСТОФЕР.Это дико звучит.

БРЮС.Ради бога, Крис…

КРИСТОФЕР.Неловко как-то.

БРЮС.Крис!

КРИСТОФЕР.Как я могу сказать, вы же подумаете, что у меня совсем крыша поехала! А вдруг я себе хуже сделаю, понял – нет?

РОБЕРТ.Не сделаешь. Мы обещаем.

КРИСТОФЕР.«Обещают» они! Прям гора с плеч свалилась!

БРЮС.Пожалуйста… Сделай это для меня. Только это.

Пауза.

КРИСТОФЕР.Мой отец… мой папа… был большой человек.

Пауза.

Не хотите – не верьте… мой папа… бывший президент Уганды его превосходительство Иди Амин.

БРЮС.Потрясающе…

КРИСТОФЕР.И знай он, где я нахожусь, я бы вам не позавидовал.

БРЮС.В… Крис…

КРИСТОФЕР.Я бы вам не позавидовал.

Такой Человек Херней Не Страдает, понял – нет?

Он вас сожрет.

Переварит и высрет, на хрен, в толчок к тараканам.

Просто так Мясником не назовут.

Верьте.

Молчание.

РОБЕРТ.Да… Понятно…

КРИСТОФЕР.Какие-нибудь еще вопросы?

РОБЕРТ.Ну…

КРИСТОФЕР.У него сорок три человека детей и сотня внуков. Он семейный человек. Мусульманин. Живет в Саудовской Аравии. В изгнании. Иногда в Париж катается, отдыхать. Каждый день получает из аэропорта груз восточноафриканских апельсинов. В память о былых временах. Водит «шевроле», играет на аккордеоне. Изгнанные диктаторы обычно западают на «мерседесы», но он не любит привлекать к себе внимание.

РОБЕРТ.Понятно…

КРИСТОФЕР.Матушку мою выпер из Уганды, она ведь родом из Заира. Всех иностранцев турнул. Понял – нет? Гордиться нечем, но что поделаешь. Он такой. Старомодный.

РОБЕРТ.Старо… модный… Мнэ…

Пауза.

Говоришь, твоя мать из Заира?

КРИСТОФЕР.Не верите, да?

РОБЕРТ.Когда это было?

КРИСТОФЕР.В семьдесят четвергом. Я еще не родился тогда.

РОБЕРТ. Не родился?

КРИСТОФЕР.Меня зачали.Вот ей и пришлось уехать. Он не мог стать отцом иностранца. Ясное же дело.

БРЮС иРОБЕРТ переглядываются.

У него есть другая жена в Харингее. У нее ресторанчик. Его прикрыли из-за гигиены, понял – нет?

БРЮС.Можешь идти в палату. Крис? Мы еще поговорим.

КРИСТОФЕР.Но…

БРЮС.На сегодня все.

КРИСТОФЕР.Мы закончили?

БРЮС.На сегодня да.

КРИСТОФЕР.А че я сказал?

БРЮС.Да ничего.

КРИСТОФЕР.Я прошел?

БРЮС улыбается.

Молчишь.Плохо дело.

БРЮС.Тебе не о чем беспокоиться.

КРИСТОФЕР.Не о чем, так, значит?

БРЮС.Не о чем. Все будет хорошо.

КРИСТОФЕР.Но я все равно еду домой, так?

Пауза.

Я же еду домой, да?

Пауза.

Я… Я же еду домой?

РОБЕРТ.Тсс… Хорошо? Расслабься.

Пауза.

КРИСТОФЕР.Но… Я…

РОБЕРТ.Тсс.

Пауза.

КРИСТОФЕР.Я…

РОБЕРТ (помахивая пальцем). М-м.

Пауза.

КРИСТОФЕР.Но я же еду домой, так?

РОБЕРТ.Ну разумеется.

БРЮС.Крис? Мы с тобой еще поговорим. Возвращайся в палату.

КРИСТОФЕР.Но я же еду домой?

РОБЕРТ.Да.

БРЮС забирает уКРИСТОФЕРА остатки апельсина, тот встает и, шаркая, выходит.

РОБЕРТ берет уБРЮСА остатки апельсина и съедает дольку.

Очень любопытно.

БРЮС.Вы довольны?

РОБЕРТ.«Le Monde Est Bleu Comme Une Orange».

БРЮС.Что?

РОБЕРТ.Стихотворение Поля Элюара. Был во Франции такой сюрреалист.

БРЮС.Неужели?

РОБЕРТ.Мир синий, словно апельсин. (Короткая пауза.) Это аналогия.

БРЮС.Классические галлюцинаторные проявления.

РОБЕРТ.Или это сравнение?

БРЮС.Он уже выстраивает картину мира вокруг этого… «отца», который любит апельсины и тэ дэ.

РОБЕРТ.Гипомания. Единичный психотический эпизод, требующий краткосрочной госпитализации, а по возвращении домой – курса нейролептиков. Все просто.

БРЮС.А если нет? Если это только верхушка айсберга?

РОБЕРТ.Он слышит голоса? Слуховые галлюцинации были?

БРЮС.Пока нет.

РОБЕРТ.Другие галлюцинации, кроме синих апельсинов?

БРЮС.Вам этого мало?

РОБЕРТ (пожимает плечами). Почему-то ему хочется видеть синее вместо оранжевого. С невротиками всегда так. Видят что хотят. Может, он знает это стихотворение.

БРЮС.Шутите, да?

РОБЕРТ.И в мыслях не было. В Центральной Африке предостаточно франкоговорящих. Может, ему мама в детстве стихотворение читала. Вот образ и отпечатался у него в голове. Начались проблемы – он и проявился.

БРЮС.Да нет, вы шутите.

РОБЕРТ.Есть такой комикс. «Тин-Тин и синие апельсины». Там про безумного профессора, он вывел апельсины, которые могут расти в Сахаре. Правда, ярко-синие и соленые. В Бельгийском Конго книжку запретили, посчитали, что Тин-Тин коммунист. Но в колониальной Уганде, ясное дело, «Тин-Тином» вся буржуазия зачитывалась. Он стал культовым, символом протеста для среднего класса. Такой вот у Криса образ в сознании, который вот-вот станет явью. Пограничное состояние расстройства личности плюс расшатанные нервы.

БРЮС.Вы это на ходу выдумываете?

РОБЕРТ качает головой.

Вы, конечно, не можете не признать, что с ним что-то не так. Мы, конечно, несем Ответственность…

РОБЕРТ.Ответственность за то, чтобы его выписать. Во втором отделении дольше держать нельзя. Лекарства и медсестра два раза в неделю.

БРЮС.Он не станет пить таблетки, вы же знаете, они никогда не…

РОБЕРТ.Для этого и нужна медсестра. Пока он не поправится.

БРЮС.Они не пьют таблетки, потому что это допотопная отрава, которая буквально парализует и не дает нормально жить. Разве нормальный человек станет это пить по своей воле?

РОБЕРТ.Вот именно.

БРЮС.И?

РОБЕРТ.Новое поколение нейролептиков. Клозапин, Рисперидон, Оланзапин. Пусть отправляется домой.

БРЮС.Да они же в сто раз дороже! Вы можете выделить на это средства или ему самому платить?

РОБЕРТ.Рисперидон и Клозапин уже сертифицированы, к началу следующего года будут дешевле шоколадок.

БРЮС.Что?

РОБЕРТ.Все равно дешевле, чем в больнице. Сам посчитай.

БРЮС.Хорошо. Продержим его здесь до начала следующего года. Элементарно.

РОБЕРТ.Не остри. Здесь тебе не дом отдыха.

БРЮС.Ему нужен уход. Вы же согласились,что ему показаны нейролептики.

РОБЕРТ.Может, показаны, а может, и нет. Может, он и в самом деле имеет какое-то отношение к Иди Амину. Господи-Боже-на-горном-велике! Он нехило детишек настрогал.

БРЮС.Да вы шутите.

РОБЕРТ.А может, нет.

БРЮС.Господи, сколько можно!

РОБЕРТ.Все, все, успокойся.

Он ходит из угла в угол, вытирает ладони о рубашку, потирает руки, говорит невнятно.

Значит, так (прокашливается), вполне возможно, он слышал какую-то семейную историю, которая передавалась из поколения в поколение, легенда такая, может, Иди Амин приезжал в их деревню, ну и тэ дэ, земля слухами полнится, он и поверил. Бывает. Почитай мою книгу.

БРЮС.Какую книгу?

РОБЕРТ.Честно говоря, это продолжение моей докторской. Она еще не закончена. Не хватает одной главы, чего-нибудь эдакого, сложного и непонятного, такого «je ne sais quoi», в общем, сам не знаю.

Серьезно.По-моему, в этом что-то есть.

БРЮС.Доктор, по-моему, и в фэн-шуе что-то есть, вот только я бы не стал писать о нем докторскую.

РОБЕРТ.А я, как твой Руководитель, с тобой не согласен.

БРЮС.Я читал вашу докторскую. «Культурное безумие и специфика бредовых представлений малых народов». Позволяет понять истоки возникновения бреда. В Африке обычное дело – бред про колдунов, а у нас – про «Спайс Герлз» и пришельцев. Культурная специфика Кристофера в том, что его мать жила в Уганде, отсюда и бред про диктатора, о котором он, без сомнения, слышал от матери. Вы утверждаете, что он не болен, что это культурная особенность.

РОБЕРТ.Я утверждаю, что он не сумасшедший. Это другое.

Пауза.

Ты знаешь, что было с его матерью в Уганде? Может, ее изнасиловали солдаты во время переворота? Может, сам Иди Амин? Откуда тебе знать, она могла быть журналисткой или поварихой во дворце. Ты у нее спрашивал?

БРЮС.Это невозможно.

РОБЕРТ.Почему?

БРЮС.Я не могу ее найти. Кажется, она живет в Фелтэме.

РОБЕРТ.Где в Фелтэме?

БРЮС.Ни у кого нет точного адреса.

РОБЕРТ.Найди. Может, это не всеправда, хотя кто знает?

Сколько возможностей открывается!

Это как раз подтверждает мои исследования.

БРЮС.О чем вы? Его нельзя использовать для исследований.

РОБЕРТ.А почему? Почему бы и нет? Подумайте сами.

В афро-карибской этнической группе Лондона больше душевнобольных, чем в любой другой.

Почему?