Текст книги "Спящие боги Инадзумы (СИ)"
Автор книги: Лисс Локхарт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 31 страниц)
Аяка взмахнула веером. Она выглядела несколько смущенной, но Люмин видела твердость, которая таилась в ее взгляде. Аяка была полна решимости отыскать своего брата, и ради этого она, всегда рассудительная и осторожная, была согласна на любые риски.
Тома опустил голову. Он всегда уважал Аяку и считал Аято своим другом. Рассуждать здраво, удерживать Аяку от поспешных решений, продиктованных страхом за брата – все это требовало от него титанических усилий.
А самое главное, поглощенная беспокойством Аяка пока не понимала, как тяжело приходится Томе. Спор о Ватацуми расколол их, и Люмин только сейчас поняла, что с момента их встречи Аяка и Тома ни разу не посмотрели друг на друга. Даже битва с демонами не смогла их примирить.
– После некоторых разногласий мы отправились туда, да, – сказала наконец Аяка. – А Итто направился в Храм Наруками, чтобы заручиться поддержкой Яэ Мико.
– Мико много знает, в том числе об Архонтах. Она могла бы здорово нам помочь, – одобрительно кивнула Паймон. – Что же случилось?
– Вторая волна, – мрачно отозвался Итто.
Люмин ощутила, как нервы закручиваются в тугой узел. Она и представить не могла, сколько всего произошло в Инадзуме. Последние дни ее мысли крутились вокруг письма Итто, но оказалось, это была лишь верхушка айсберга.
Сидевший напротив Сяо вдруг посмотрел на Люмин, словно уловив ее тревогу. И хотя он даже не улыбнулся, а взгляд сохранял привычную мрачность, Люмин ощутила его молчаливую поддержку.
– Ч-что значит «вторая волна»? – испуганно спросила Паймон.
– Так мы называем распространение сонных чар, – пояснил Тома. – Сначала была «первая волна». Она случилась, когда досин пришел в камеру Итто. Весь город погрузился в сон, но жители за его пределами все еще бодрствовали. Тогда еще Рито был полон жизни, и именно благодаря этому мы смогли связаться с изобретателем из Сумеру и отправить письма.
– Когда же мы отправились на Ватацуми, по Наруками прокатилась «вторая волна», – подхватила Аяка. – В этот раз она была гораздо масштабнее и серьезнее. Она дошла до имения Камисато, до острова Рито и до Храма Наруками. Нам повезло, что мы с Томой отправились на Ватацуми и не застали ее. Ёимия, Кудзё Сара, Яэ Мико, сегун Райдэн… Все они обладают Глазом Бога или колоссальной силой, но даже они не смогли сопротивляться сонным чарам.
Кэйа подпер подбородок рукой и заинтересованно взглянул на Итто. Сколько бы Люмин ни приходилось работать с Кэйей, она никогда не могла сказать, что у него на уме. Но она знала, что прямо сейчас, несмотря на кажущуюся расслабленность, его мозг лихорадочно работает, анализируя ситуацию.
– Значит, Электро Архонт не смогла сопротивляться сонным чарам, а ты смог. Дважды. Весьма занимательно.
Прямолинейный Итто даже не заметил в его словах намека.
– Поверь, чувак, я удивлен не меньше твоего. Но я все-таки о́ни, а мы будем посильнее людей. Такуя ведь тоже выдержал первую волну.
– Но Паймон не понимает, – заложив руки за спину, крутанулась на месте Паймон. – Яэ Мико ведь тоже не человек. Мы с Люмин видели, на что она способна. Почему же она уснула, а Итто нет?
– А почему уснула Электро Архонт? – вопросом на вопрос ответил Сяо. – Думаю, Паймон мыслит в правильном направлении.
Паймон, округлив глаза, повернулась к Люмин и прошептала одними губами: «Меня что, только что похвалил Сяо?» Люмин усмехнулась. Венти бросил на Сяо заинтересованный взгляд.
– Мы не понимаем природу этих чар, – продолжил Сяо. – И я могу с уверенностью сказать, что дело не только в миазмах Архонта. Я чувствую странную энергию, но не могу разобраться в ней. Если хотим понять, что происходит, и остановить это, нам нужно понять, как работают эти «сонные волны».
Дилюк кивнул. В его глазах зажглось уважение.
– Значит так, – вклинилась Бэй Доу. Она пыталась сложить в голове целостную картинку, и ее раздражало, что рассказ постоянно сворачивает не туда. – Тома и Аяка направились на Ватацуми и встретились там с Кокоми, а Итто побывал в храме и узнал об уснувшей Яэ Мико.
– К тому времени новости о сне сегуна докатились до Сангономии, – сказала Кокоми. – Когда Аяка и Тома показались на Ватацуми, напряжение достигло своего пика. К счастью, мне удалось успокоить солдат. Теперь за ними присматривает Горо. Армия Сангономии готова выступить в любой момент, если только нам потребуется дополнительная поддержка.
Паймон вкратце рассказала непосвященным о том, что такое Сангономия и кто такой Горо. Кокоми благодарно кивнула.
– Затем я вместе с Аякой и Томой отправилась на Наруками. Здесь мы встретились с Итто, и он передал нам тревожные новости о Гудзи Яэ. А еще мы заметили воронку у Тэнсюкаку. Похоже, она появилась после второй волны.
– Таким образом, мы не могли рассчитывать на поддержку жриц храма или имение Камисато, – вздохнул Тома. – К тому моменту почти весь остров погрузился в сон. Мы решили проверить последнее место, которое в теории могли не затронуть сонные чары.
– Остров Рито, – догадалась Люмин.
Тома передернул плечами.
– Именно. Дальнейшую историю вы уже знаете. Мы оказались не готовы к тому, что нас ждет. Никто даже представить не мог, что мы столкнемся в бою с демонами. Мы не знаем, откуда они взялись и чего они добиваются, но они безусловно как-то связаны с этой историей.
– Они не похожи на порождений Бездны, – задумчиво проговорил Дилюк.
– Их могла породить сила Архонта, – сказал Сяо. – Ярость тех, кто был повержен в Войне Архонтов, до сих пор отравляет Тейват.
– Что-то в твоем голосе не слышно уверенности, – подметил Кэйа.
Сяо равнодушно пожал плечами.
– Как я уже говорил, я чувствую что-то еще. Но эта энергия мне незнакома.
– Значит так! – воскликнула Бэй Доу. – С вами все понятно. С нами тоже: Люмин получила письмо и обратилась ко мне с просьбой подкинуть ее в Инадзуму. Мы с Кадзухой решили помочь. По пути мы подобрали Сяо и приятеля Люмин, этого Тарталью. Попали в странный, неестественный шторм, который мог быть порожден силой Архонта, но сумели выжить и оказались здесь. Конец истории. Что насчет вас, ребята? – спросила она, обернувшись к Дилюку, Кэйе и Венти.
Дилюк бросил на Кэйю неприязненный взгляд, Кэйа обезоруживающе улыбнулся в ответ. «Ну давай, расскажи», – таилось в его насмешливых глазах. Сердито сдвинув брови, Дилюк отвернулся и приступил к рассказу.
– Когда Джинн получила письмо Томы, она вызвала меня в штаб Ордо Фавониус. Я уверен, она бы с радостью отправила рыцарей в Инадзуму, но у Мондштадта сейчас свои проблемы, и все силы Ордо Фавониуса пока брошены на их решение. Как вы знаете, рыцари ордена не отличаются ни эффективностью, ни скоростью, так что Джинн не могла на них рассчитывать.
Перехватив пытливый взгляд Люмин, Дилюк понизил голос.
– О кризисе в Мондштадте поговорим позже. Итак, Джинн попросила меня отправиться в Инадзуму и оказать любую возможную поддержку. Я знал, как нелегко ей сейчас приходится, и не смог отказать.
– Именно по этой причине, ага, – промурлыкал Кэйа.
Взгляд Дилюка запылал, точно напитанный энергией Пиро, но он нашел в себе силы промолчать.
– Я отправился в порт Мондштадта, и там меня подстерег Кэйа.
Паймон снова повернулась к Люмин. «В Мондштадте есть порт?» – вопрошали ее полные изумления глаза. Люмин передернула плечами. Должны же были мондштадтцы как-то поставлять свое известное по всему миру вино за границу.
– Подстерег? – хмыкнул Кэйа. – Ну что ты, я просто тебя встретил. Видите ли, магистр Джинн случайно обмолвилась мне о проблемах в Инадзуме. Взглянуть на страну, которая только недавно открыла свои границы, помочь ей разрешить конфликты, отыскать полезные связи в таком интересном государстве? Я не мог упустить такой шанс. Я попросил магистра отправить меня вместе с Дилюком.
– Ты же капитан Ордо Фавониус, – удивленно проговорила Паймон. – И как только Джинн тебя отпустила?
Люмин посмотрела на Кэйю, и он, почувствовав это, перевел на нее взгляд. Она догадывалась, что произошло, но глаза Кэйи были полны льда, и Люмин без труда прочитала в них недвусмысленное: «Только попробуй что-нибудь сказать, и ты навсегда потеряешь мое доверие».
Нет. Она не собиралась. Дела Кэйи касались исключительно самого Кэйи, и Люмин не хотела подставлять его под удар, от которого он всеми силами пытался защититься. «Жаль, у него не хватит смелости сказать правду», – только подумала она.
– Скажем так, – откинувшись на спинку стула, произнес Кэйа. – Я умею убеждать.
– В этом ему не откажешь, – вздохнул Дилюк. – Мы сели на корабль и отправились в Инадзуму. И вот, когда мы были уже на середине пути, капитан обнаружил на борту безбилетника.
– Меня, – услужливо пояснил Венти, хотя все и так уже догадались.
Паймон уперла руки в бока.
– А ты-то что забыл на корабле, бродяжка-бард?
Венти рассмеялся и, отложив лиру, поскреб затылок. Кажется, его ни капли не смущал тот факт, что он пробрался на борт корабля без билета.
– Ну, если честно, я ничего такого не планировал. Тот вечер я мирно проводил в баре…
– Кто бы сомневался, – пробормотала Паймон.
– …И даже не заметил, когда успел столько выпить. В какой-то момент хозяин таверны усомнился, что я смогу оплатить все это вино.
– А ты мог? – полюбопытствовал Итто.
Кажется, он понял, что у Венти в кармане обычно не водилось ни гроша, и почувствовал в нем родственную душу.
– Нет, конечно, – невозмутимо отозвался Венти. – Но я собирался уладить этот вопрос. Я предложил бармену расплатиться своим голосом. Разве хорошая песня – это не достойная плата за выпивку?
– Нет, – хором ответили Дилюк и Кэйа.
«Надо же, хоть в чем-то они согласны», – изумилась Люмин. Венти кашлянул, но отсутствие поддержки не смогло выбить его из колеи.
– Видимо, бармен тоже так посчитал, – продолжил он. – Он начал мне угрожать, и я сделал то, что сделал бы на моем месте каждый уважающий себя мондштадтец.
– Заплатил? – предположил Кадзуха.
– Пообещал занести деньги позже? – с надеждой спросила Люмин.
– Отрубился в пьяном угаре, – убежденно заявила Паймон.
Венти развел руками.
– Сбежал.
– О, Венти… – вздохнула Люмин.
– Я пытался с ним договориться! – поспешно добавил Венти. – Но он так разозлился, что не желал ничего слушать. Так что я предпочел унести ноги, пока мне не досталось, и спрятался в порту. Бармен начал спрашивать обо мне стражников, и я забрался в корабельный трюм, надеясь переждать там бурю. Я всего-то хотел пересидеть минут пятнадцать! У меня не было планов отправляться в плавание без билета.
Паймон недоверчиво погладила подбородок.
– И что же случилось потом, а?
– Ну… – Венти опустил глаза. – Я правда выпил очень много. На корабле было так спокойно и тепло. Судно мерно покачивалось на волнах, и я… Я уснул. А когда проснулся, обнаружил, что меня выволокли из трюма и грозятся выкинуть за борт где-то в море между Мондштадтом и Инадзумой.
Паймон закрыла лицо ладонью и потрясла головой, не в силах поверить в услышанное. Бэй Доу ухмыльнулась, Кокоми спрятала улыбку за кружкой. На лице Сяо не дрогнул ни единый мускул, но Люмин увидела, как в его глазах зажглись смешинки.
А еще она увидела, как Венти украдкой ей подмигнул.
Интересно, как много правды рассказал Венти? Так уж он случайно оказался на корабле, который шел в Инадзуму в час великой нужды? Да, Венти был бродяжкой-бардом с нездоровой любовью к вину. Но еще он был Анемо Архонтом и приглядывал за теми, кого любит.
Люмин вдруг пришло в голову, что Венти и вправду мог послать ей на помощь морские ветра, когда она так отчаянно нуждалась в поддержке во время шторма.
– Не поймите меня неправильно, – вмешался Кэйа. – Но мне правда нравятся стихи Венти. Я и сам своего рода поэт…
– Ага, как же, – буркнула Паймон.
– Мне не хотелось смотреть, как моего многоуважаемого наставника отправляют на съедение акулам, – продолжил Кэйа. – Так что я уговорил капитана, что Венти сможет поднять экипажу настроение своими песнями, и капитан согласился его оставить.
Кэйа вдруг усмехнулся.
– А может, ключевую роль сыграл тот факт, что Дилюк заплатил капитану щедрую компенсацию.
Щеки Дилюка слегка покраснели. Аяка, прикрывшись веером, бросила в его сторону заинтересованный взгляд. Будучи представительницей комиссии Ясиро, она всегда старалась поступать по совести, и честность Дилюка пришлась ей по душе.
– Вот как? – повернулся к Дилюку Венти. – Я знал о разговоре Кэйи с капитаном, но я и подумать не мог, что ты за меня заплатил. Спасибо, Дилюк. Я…
– «Компенсирую тебе все, когда вернемся в Мондштадт»? – пробормотала Паймон.
– …очень это ценю, – закончил Венти.
– Не стоит, – сдержанно отозвался Дилюк. – После этого инцидента мы без приключений добрались до Инадзумы и встретились с вами.
– И вот мы все здесь, – заключила Люмин, обводя взглядом своих друзей.
Удивительно. В чайном доме «Коморэ» никогда не было так людно, и никогда в нем не собиралось разом столько людей, заряженных одной идеей. Люмин отправлялась в Инадзуму, охваченная дурными предчувствиями. И хотя тревоги прежних дней все еще не отпустили ее, у нее появилась надежда, что вместе они сумеют одолеть любое зло.
– Давайте подведем итоги, – поднявшись, сказала она. – У нас есть несколько важных зацепок, и нам придется разделиться, чтобы их изучить.
– Выкладывай, – кивнула Бэй Доу.
Тома раздобыл пробковую доску и, записывая за Люмин, начал одну за другой вывешивать на нее бумажки с зацепками.
– Во-первых, природа сонных чар, – загибая пальцы, начала Люмин. – Сяо прав. Мы должны понять, как они работают. Почему было две волны? Почему вторая волна была больше первой? Почему сегун Райдэн и Яэ Мико уснули, а Итто – нет?
– Я займусь этим, – вызвалась Кокоми. – Я все-таки медик. А еще кое-что смыслю в магической энергии. Попробую осмотреть уснувших.
«Кокоми», – подписал Тома карточку с первой зацепкой под названием «Природа чар».
– Вторая зацепка, – продолжила Люмин. – Это демоны. Нужно понять, откуда они взялись.
– Запиши меня, – велел Сяо Томе. – Я немного разбираюсь в демонах.
– И меня! – выпалил Итто. – Мне понравилось их крушить.
– Только если обещаешь не падать в обморок посреди боя, – усмехнулся Сяо.
Итто вызывающе хмыкнул.
– Я Итто «Сильнейший» Аратаки! И я не падал в обморок, это была… э-э… тактическая необходимость прилечь.
Сяо взглянул на него с насмешкой.
– Не сомневаюсь. Я просто предупреждаю. Ты уже потерял много сил в сегодняшнем бою, так что не лезь на рожон.
– Это он так заботится, – шепнула Паймон на ухо Итто.
К счастью, Сяо не услышал.
– Третья зацепка, – сказала Люмин, когда Тома записал на вторую бумажку имена Сяо и Итто. – Воронка в Тэнсюкаку. Не просто так она появилась во время второй волны. Мы должны исследовать ее и понять, как она связана с пробудившимся Архонтом. Мы с Паймон этим займемся.
Сяо хотел было возразить, но под настойчивым взглядом Люмин промолчал. Люмин не хуже него чувствовала энергию Архонтов, и упускать возможность изучить воронку было неразумно.
– Наконец, исчезновение Аято. У нас пока нет уверенности, что оно связано с Архонтом, но мы в любом случае должны его разыскать. Пускай этим занимаются Аяка и Тома, как изначально и планировалось. Остальные могут по желанию присоединяться к этим четырем группам.
Ни у кого не нашлось возражений.
– Кроме того, есть еще одна вещь, которую пока сложно назвать зацепкой. Это странная энергия, не похожая на силы Архонта. Мы с Сяо оба ее ощущаем, но она блокирует наше восприятие. Нужно разобраться, откуда она взялась. Следите за любыми необычными явлениями или элементальными всплесками.
Венти кивнул и, подавшись вперед, добавил:
– А еще Фатуи.
– А что Фатуи? – осторожно поинтересовалась Паймон.
– Венти прав, – сказал Дилюк. – Тома упоминал о том, что в последнее время по всей Инадзуме перехватывали письма. Итто – я правильно запомнил имя? – говорит, многие Фатуи пытались отомстить за смерть Синьоры и чинили неприятности. Слишком много факторов указывает на их возможную причастность.
Люмин и Паймон переглянулись.
– Но у нас пока нет улик, подтверждающих их причастность, – развела руками Паймон.
– Но нет и улик, опровергающих ее, – заметил Кэйа. – Если Фатуи действительно недовольны смертью Синьоры и переменами в Инадзуме, они могли подстроить нечто подобное.
Люмин вздохнула. Тарталья заверял ее, что Фатуи не имеют к инциденту в Инадзуме никакого отношения, но… Тарталья мог заблуждаться. Или обманывать. Люмин не могла доверять ему до конца. Она кивнула и велела Томе записать зацепку, связанную с Фатуи.
– Пока мы не знаем, что именно нужно искать, – сказала она напоследок. – Поэтому будем действовать по обстоятельствам. Внимательно смотрите по сторонам и сообщайте о любых своих подозрениях или предположениях. Расследованием займемся завтра. А пока давайте проведем последний спокойный день с пользой и как следует отдохнем.
*
Когда Сяо заглянул в маленькую комнату за стойкой чайного дома «Коморэ», Тарталья уже пришел в себя. Он сидел, привалившись к стене, и смотрел в окно, за которым на Инадзуму уже опускалась звездная ночь. Бледный, ослабевший, но живой. Магия Кокоми и впрямь была способна на чудеса.
Странно. Сяо столько думал о том, что сказать, но стоило ему увидеть своего спасителя, и слова улетучились.
– Зачем ты это сделал? – спросил Сяо.
Тарталья сипло рассмеялся.
– И это все? Ни тебе «спасибо», ни «как себя чувствуешь»? Хороша благодарность, ничего не скажешь. – Он посерьезнел. – Эй. Ты думаешь, у меня на все есть «хитрый и коварный план типичного Фатуи»?
Сяо оперся на дверной косяк и, скрестив руки на груди, тоже посмотрел за окно.
– Хм, – проговорил Тарталья. – Ты и правда так думаешь. Ты ошибаешься.
Он выпрямился, хоть это и потребовало от него немалых усилий, и упрямо вздернул подбородок.
– То, что в первую встречу мы с тобой оказались по разные стороны баррикад, лично для меня ничего не значит. Я лишь выполнял свой долг. Да, я поступил глупо, и теперь сожалею об этом. Но я не хочу провести всю жизнь в ожидании чужого прощения. Я выбрал двигаться дальше. Люмин поняла это и тоже выбрала двигаться дальше, поэтому мы и стали товарищами.
– Значит, ты спас меня из-за нее, – произнес Сяо. – Чтобы заслужить ее доверие.
Тарталья сощурился.
– Знаешь, в чем твоя проблема, Адепт? Ты слишком много думаешь. В прошлом тебя немало предавали и обманывали, и теперь ты всюду ищешь подвох. Ты выбрал не доверять людям, потому что в прошлом доверялся им слишком сильно и многое из-за этого потерял.
Сяо стиснул руку в кулак и впился яростным взглядом в нахальное лицо Тартальи. Сначала ему захотелось за мгновение возникнуть у его кровати и напомнить угрозы, озвученные им на «Алькоре». Этот мальчишка работал на Фатуи, он натравил на его родное королевство Осиала, он едва не уничтожил нацию Ли Юэ – и теперь имел наглость рассуждать о чужом прошлом и о доверии!
Но потом Сяо медленно разжал руку и отвел глаза.
Тарталья, Бездна его забери, был прав. Сяо не забыл свою первую встречу с Самигиной. В тот день он думал, что может ей доверять. Он был наивен и глуп, и цена, которую пришлось отдать за собственные заблуждения, оказалась непомерно высока.
Сяо до сих пор расплачивался за ошибки прошлого.
Освободившись от влияния Самигины, от терзавших его ужасов, Сяо поклялся никому и никогда больше не доверять. Он всегда ждал удара. Он знал, как легко обернуть против человека его же чувства, а потому запер их под надежным замком, заковал сердце в невидимую броню и отталкивал всякого, кто хоть немного ему нравился.
Ведь если ты подготовишься к худшему, ты никогда не будешь разочарован.
– Хочешь знать, почему я тебя спас? – спросил Тарталья. – Я не могу дать тебе ответ на этот вопрос, потому что и сам его не знаю. Я увидел демона, который намеревался нанести тебе смертельный удар. И понял, что не могу допустить даже мысли об этом. Почему? Я бы и сам хотел понять. Может, я сделал это ради Люмин. А может, не все мы одинаковые. Даже среди Фатуи.
Сяо опустил голову. Медленно выпустил воздух из легких – он и сам не заметил, как задержал дыхание, потрясенный словами Тартальи.
– Спасибо, – сказал наконец он.
– Обращайся, – чуть погодя ответил Тарталья.
Над городом взошла луна. Пробиваясь в окно, ее свет причудливо танцевал на лице Тартальи, очерчивая неведомые прежде тени. Его лицо, бледное и уставшее, напоминало череп, и Сяо невольно вспомнил других Якс – тех, что отдали свои жизни в многочисленных войнах. В том числе и ради него. Скольких из них он держал на руках, пока они умирали? Его руки были обагрены кровью, как несколько часов назад на причале. И рядом не было Кокоми, рядом не было никого, кто мог бы им помочь.
– Больше никогда так не делай, – произнес Сяо. – Не надо меня спасать.
– А не то бросишь меня на корм акулам? – усмехнулся Тарталья. – Извини, я не запомнил остальные твои угрозы.
Сяо покачал головой.
– Ты что-то хотел сказать мне тогда, на причале. Что-то про Скарамуччу.
Лицо Тартальи изумленно вытянулось, и в его глазах, прежде непроницаемых, как два омута, мелькнул страх.
– Правда?
– Да. Ты сказал, что больше так не можешь, и начал что-то говорить, но нас прервал Дилюк. Что ты хотел сказать?
Тарталья широко улыбнулся.
– Честно? Не имею ни малейшего понятия. – Он через силу рассмеялся. – Я вообще плохо помню, что было после того удара. Прости, приятель.
Сяо вздохнул. «Когда Люмин врет, она краснеет. Когда врет этот, он начинает смеяться. И почему люди думают, что их ложь никто не замечает?» – мелькнула в голове мысль. Сяо было очевидно, что Тарталья прекрасно помнит их разговор, но по какой-то причине не хочет его продолжать. А еще ему было очевидно, что такой человек, как Тарталья, никогда не поведает своих секретов просто так.
– Хорошо. Отдыхай. Может быть, мы вернемся к этому разговору позже.
– Конечно, – сказал Тарталья, но по его голосу было ясно, что он рассчитывает ровно на противоположное.
Не желая больше слушать его ложь, Сяо вышел за дверь.
*
– Знаете, я очень рад, что Инадзума наконец открыла свои границы. Но то, что она не сделала этого раньше… Хм. Это определенно потеря для остального мира.
Аяка оторвалась от чтения и взглянула на Кэйю. Тот, сжимая в руке отёко, керамическую чашку для саке, внимательно изучал традиционный инадзумский узор на ширме.
Погрузившись в чтение, Аяка даже не заметила, как они с Кэйей остались в комнате одни.
– Я рада, что вам приходится по душе Инадзума, – сдержанно ответила она. – Хотя, наверное, наше саке не сравнится с легендарным одуванчиковым вином из Мондштадта.
Кэйа рассмеялся.
– Это очень вежливое заявление с вашей стороны, мисс Камисато. Да, многоуважаемый мистер Дилюк прилагает для этого все необходимые усилия.
– Значит, Дилюк-сан занимается винодельческим бизнесом? – уточнила Аяка.
Кэйа повернулся к ней. Его глаза лукаво сверкали в полумраке комнаты.
– Он не просто занимается винодельческим бизнесом, мисс Камисато, он буквально лицо винодельческого бизнеса Мондштадта. Он хозяин винокурни «Рассвет», главной винной артерии нашего славного и свободного региона.
Он отхлебнул саке и прикрыл глаза, явно наслаждаясь вкусом напитка и пытаясь распознать каждую его ноту.
– Кроме того, он весьма умен, физически одарен, владеет Глазом Бога, баснословно богат и к тому же холост. Завидный жених, в которого нестыдно влюбиться, верно?
Щеки Аяки вспыхнули. Она потянулась к вееру, но случайно уронила его на пол. Проследив за ее движениями, Кэйа усмехнулся.
– К несчастью, Дилюк не отвечает взаимностью своим многочисленным поклонницам. Он может отрицать это сколько угодно, но всякому очевидно, что его сердце принадлежит одной-единственной.
– Джинн, – догадалась Аяка.
Она наконец смогла поднять веер и, раскрыв его непослушными пальцами, спрятала за ним разгоряченное лицо.
– Хм? – заинтересованно обронил Кэйа. – Как вы это поняли?
– Это довольно очевидно, – заметила Аяка. – Легко заметить, с каким пренебрежением Дилюк относится к Ордо Фавониус. Он плохо отзывается о рыцарях, не верит в них и не хочет иметь с ними ничего общего. Но тем не менее он без раздумий согласился на просьбу Джинн.
Кэйа удовлетворенно кивнул.
– Все именно так. Ради нее он без единого сомнения отправился навстречу пробудившемуся Архонту. Его нисколько не тревожили последствия такого поспешного решения. – Кэйа покрутил в руках стакан, и его взгляд на мгновение остекленел. – Впрочем, он и правда очень силен, и иметь такого союзника сейчас крайне полезно.
– Кажется, вы глубоко уважаете Дилюка, Кэйа-сан.
Серьезность на лице Кэйи дала трещину, и он вновь натянул на лицо улыбку.
– Он мне как брат, – сказал он.
– Не сочтите за грубость, но не очень на это похоже. Мне показалось, Дилюк-сан не слишком рад вашему присутствию.
Кэйа прикрыл глаза.
– Он мне как брат, но это не значит, что это взаимно, – произнес он наконец. – Вы весьма проницательны, мисс Камисато, и мне нравится эта черта. Признаюсь, я специально завел разговор о Дилюке. Мне хотелось понять, в самом ли деле вы прониклись к нему симпатией.
Аяку бросило в жар, и она, бросив веер на стол, поднялась. Наследница клана Камисато всегда вела себя сдержанно, и мало кто видел ее раздраженной, но Кэйе удалось без труда выбить ее из колеи. Кашлянув, Аяка пригладила юбку, взяла себя в руки, и в ее глазах сверкнул холод.
– А вы весьма бесцеремонны, и мне не нравится эта черта. Я думаю, вы склонны хамить людям, прячась за вежливой улыбкой, и врете самому себе.
С этими словами она, не оборачиваясь, покинула комнату. Оставшись в одиночестве, Кэйа заглянул в стакан с саке. Он хотел допить его варварски по отношению к такому изумительному напитку, залпом, и также залпом выкинуть из памяти сегодняшний день. Но тут он встретился взглядом со своим отражением, и то, что он в нем увидел, ему не понравилось.
Оставив стакан с недопитым саке на столе, Кэйа распахнул дверь чайного дома «Коморэ» и сделал шаг навстречу лунной ночи.
Комментарий к Часть 6. Вопросы доверия
Я очень рада добраться до большой компании, но как же сложно, когда так много народу. Хочется затронуть каждого. В Геншине очень много интересных конфликтов, но многие из них пока не получили своего развития, много интересных отношений, которые остаются за кадром и прячутся где-то в записках, книжках, репликах озвучки. И хочется остановиться и изучить каждый, ух… Кажется, у меня не получится «миди» история.
Бонусный арт (кажется, из маньхуа):
https://www.pinterest.ru/pin/4644405855610625/
Признаюсь, большую часть этой главы я написала на эмоциях от сегодняшнего дня. Думаю, вы сами слышали новости и прекрасно знаете, что происходит. И знаете, я еще сильнее загорелась мыслью дописать эту историю. Когда мир разрывают такие события, хочется помнить о том, как важно быть вместе, ценить друзей и честные поступки, любить и говорить о любви.
Я надеюсь, весь этот ужас вас не коснется. Берегите себя. Помните, что вы не одни.
========== Часть 7. Следы уводят в неизвестность ==========
Комментарий к Часть 7. Следы уводят в неизвестность
Спасибо за ожидание новой главы и ваши комментарии! Девушек с праздником :3 Ну что, начнем расследование?
– Что мы ищем? – поинтересовался Кадзуха.
Он старательно примерял маску спокойствия, но Сяо чувствовал, как сильно он взвинчен. Прошедшую ночь все провели по-разному, но никто толком не спал – Сяо так и не сомкнул глаз, а потому прекрасно знал, что происходило в стенах чайного дома «Коморэ».
Глядя через распахнутое окно в звездное небо, Сяо вслушивался в нежные мелодии Кадзухи, которые тот играл на крыльце. Слышал он и слова, которые в такт музыке напевал под нос сидящий на крыше Венти. Он слышал, как плещется в кружке Бэй Доу саке, как Тома гладит Таромару, как плачет в страхе за брата Аяка. Он слышал, как Дилюк, сидя у стены, нервно постукивает пальцами по костяшкам, и как беспокойно ходит за окном Кэйа, как Кокоми листает страницы книги и как посапывает Итто, единственный спящий в эту странную ночь. Он слышал, как дышит Тарталья – вдохи рваные, выдохи судорожные, напряженные.
Не слышал он только Люмин и Паймон. Когда все разошлись по разным уголкам чайного дома, они незаметно выскользнули за дверь и растворились в темноте. Если бы Сяо захотел, он мог бы услышать их – ему ничего не стоило разобрать в потоках ветра голос Паймон.
Но он не хотел. Люмин нужно было побыть одной, и Сяо как никто другой понимал это желание. Он знал, что они обе в безопасности, а все остальное не имело значения.
– Демонов, – ответил он наконец. – Начнем с того, что изучим на Рито их останки.
– Ты правда можешь понять что-то по этой черной пыли? Круто! – с уважением отозвался Итто. – Эх, вроде бы спал всю ночь, а все равно тянет в сон…
Словно в подтверждение своих слов он выразительно зевнул. Кадзуха улыбнулся, Сяо качнул головой. Кто бы мог подумать, что ему придется работать бок о бок с таким шумным, совершенно неуправляемым о́ни.
Вдруг он насторожился. Что-то в воздухе неуловимо изменилось. Сяо уже чувствовал эту энергию раньше: она преследовала его во время битвы на Рито, она блокировала его восприятие в городе и она же всю ночь пульсировала в его ране. Призвав Нефритовый Коршун, он замедлил шаг и сделал своим спутникам знак вести себя тихо.
Они приближались к деревне Конда. Силуэты домов, подернутые предрассветной дымкой, хранили молчание.
Сяо вслушивался. Размеренно дышали спящие жители. Шумела побеспокоенная прибрежным ветром листва. Тишина… мертвая. Такая тишина отдает кровью, свинцовый привкус которой мгновенно прилипает к языку. Она обволакивала Сяо, и звуки, прежде такие четкие и яркие, смешивались в беспокойную какофонию.
Кадзуха хмурился. Он слушал ветер, но ветер не хотел с ним говорить. Прямо как в злополучный день шторма.
Стараясь передвигаться бесшумно, троица заходила все глубже в деревню, и с каждым шагом сумерки вокруг них становились гуще и тяжелее. Сяо ощутил, как его пробирает дрожь – обычное явление, когда имеешь дело с большим скоплением демонов. Дело не в страхе. Миазмы Архонта, сплетенные из его гнева и жажды убивать, незаметно насыщают душу, пропитывают разум, и если ты не будешь осторожен и внимателен, то можешь безвозвратно сгинуть в океане чужих эмоций.
Останки Архонтов отравляли не только воздух и почву. Они отравляли сердца. Разрушали их изнутри.
Волна воспоминаний – страшная, черная, всепоглощающая – поднималась в душе Сяо, но он, стиснув в руке древко Нефритового Коршуна, отбросил их. Не поддавайся влиянию темной энергии. Сосредоточься на реальности. Сяо заострил внимание на неровном дыхании Кадзухи, на шагах Итто – удивительно тихих и осторожных для такого большого человека. Он выцепил из туманов прошлого то, что порой помогало ему не сойти с ума длинными кровавыми ночами в Ли Юэ. Он думал о Люмин, об их первой встрече, о том, как она улыбалась, когда отдавала ему порцию миндального тофу.
