Текст книги "Ветер перемен (СИ)"

Автор книги: Лина Ритт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

Маг шёл через холмы и подлесок, пока не оказался в густом, почти непролазном лесу. «Не заблудиться бы тут», – подумал он, ориентируясь по солнцу. Лучше не думать, что будет, когда оно полностью зайдет. Он шел, шел и шел. Лес давил своим безмолвием и совсем не менялся. Никаких следов людей. Может, он выбрал не ту сторону? Ошибся?

За себя Рейнальдо не волновался, а вот за ребят, оставшихся без него в Академии, внутри всё сильнее разгоралась тревога. Ректор в курсе. Он уверен. Подкуплен или сам готов избавиться от магов? Скорее и то и то. Ведь ректор хотел их заблокировать с самого начала. Рейнальдо предпочитал сразу просчитывать худшие варианты.

Постепенно опустились густые сумерки. Пекло. Кажется, он действительно выбрал не тот путь. И что, ему ночевать в лесу?

Вдруг сквозь шум веток он услышал странный, неуместный здесь звук. Словно кто-то... плакал. По спине холодком пробежались мурашки. В голову полезли глупые суеверия про лесных духов, что плачут детскими или старческими голосами, заманивая доверчивых путников в глубокие топи, чтобы погубить. «Чепуха! – отрезал он сам себе. – Это сказки. Этого не существует». Ага, так же, как и Темных магов, как считают жители этой страны. Рейнальдо криво усмехнулся, но всё-таки осторожно, крадучись пошел на звук.

Выглянув из-за деревьев, он увидел на небольшой поляне старика, тот сидел на пеньке, сгорбившись. Сейчас он уже не плакал, а лишь тяжело, прерывисто вздыхал. Рейнальдо ещё раз внимательно осмотрелся и только после этого шагнул из тени деревьев ближе.

– У вас что-то случилось? – мягко спросил он.

Старик, несмотря на возраст, резко взвился с пенька и развернулся, чуть не потеряв равновесие. Он сделал рукой обережный знак:

– Отец-покровитель, защити!

Но потом рассмотрел уставшего мужчину в приличной, слегка потрепанной от леса одежде с дорожной сумкой и успокоился.

– Испужали, ваша милость, – старик низко поклонился. – Приветствую.

– Добрый вечер. Так что у вас произошло?

Старик тоскливо отвернулся, смотря на деревья:

– Дык это… Внучка при смерти. Сказали готовиться ужо... – он смахнул тяжёлую слезу, которая поползла по его морщинистой щеке.

Рейнальдо на мгновение замер. Время уходило сквозь пальцы, в Академии его ждали подопечные, возможно, уже попавшие в беду. Но оставить умирающего ребенка без помощи он не имеет права. Он постарается помочь, а уж потом он выяснит у старика, как выбраться отсюда.

– Позвольте мне осмотреть её, – твердо сказал Рейнальдо. – Я целитель.

– Дык смотрел её лекарь ужо. Я возил, – пожав плечами, безнадежно протянул пожилой мужчина.

– Я главный лекарь Академии магии Аэдельгард, целитель высшего уровня, – Рейнальдо выделил голосом свой статус. – Я могу больше обычных лекарей. Вы ничего не теряете. Вдруг ещё есть шанс?

Старик испуганно моргнул и посмотрел на него с явным почтением.

– Ваша правда, господин, чего отказываться… Пойдёмте, тут недалеко изба наша.

Селянин, развернувшись, засеменил через лес. Рейнальдо шел за ним, тщательно следя за дорогой. Лес стал более светлым и живым. Через ветки крайних деревьев стало проглядывать поле. Целитель успокоился. Он вышел к людям. Сейчас попытается помочь, а потом выберется отсюда. Старик подошёл к покосившейся небольшой избе на опушке леса. Вошёл внутрь и придержал дверь для лекаря.

– Заходите, ваша милость. Вон тама, за занавеской, – утерев глаза, сказал старик.

В избе было бедно, но чисто и опрятно. Большая печь на пол-комнаты, стол с лавками, буфет с посудой. Закуток за печкой был отгорожен занавеской. Даже от входа Рейнальдо услышал тяжёлое дыхание. Он отодвинул занавеску и прошел внутрь. На кровати лежала девочка. Она вся горела, кожа пылала нездоровым багровым румянцем. Спутанные темные волосы сбились под её головой, а черты лица заострились. Руки, которые лежали поверх одеяла, были тоже тонкими и хрупкими. Рейнальдо тут же достал артефакт и провел над её телом. Он показал только жар. Но это невозможно. Должна быть причина. Похоже, артефакт не видит проблем. Целитель просветил её взглядом и оцепенел. Ему не верилось в то, что он видит. Девочка была магом. Но её каналы были все перетянуты темно-бордовыми жгутами. И сам источник тоже опутан ими. Ничего удивительного, что артефакт это не нашел. Что это вообще такое? Какое-то проклятье на крови? Он такого никогда раньше не видел.

Рейнальдо протянул руку над ближайшим жгутом и попытался распутать эту странную дрянь. Поддавалось плохо, они практически въелись в её каналы. Тогда целитель положил руку на её источник и начал вливать энергию – по чуть-чуть, по капле, опасаясь сделать хуже. Он видел, как его целительская магия постепенно расходится по телу, просачивается в жгуты и растворяет их плетение. Рейнальдо вливал силу, старательно контролируя дозировку, и делал это до тех пор, пока ни одного багрового жгута не осталось. Кожа девочки посветлела, она задышала ровнее и неожиданно открыла глаза. Они оказались ярко-синими.

– Ты ангел? – спросила девочка и, протянув к его лицу тонкую руку, погладила по щеке. – Красивый. Глаза светятся.

После этого она вновь опустила веки и уснула тихим, спокойным сном. Рейнальдо застыл. Сердце сжалось, сбившись с ритма. Почему-то его зацепило, что юная душа назвала его ангелом, и это после всего, что он сделал в жизни. Он вздохнул и провёл ладонью по лицу. Пальцы дрожали. Придя в себя, целитель ещё раз тщательно всё проверил. Странных жгутов больше не было. Но у неё точно есть дар. Ей надо в училище.

Рейнальдо тяжело встал и вышел из-за занавески. Он слил прорву силы, чтобы избавить девочку от этого проклятия, и теперь внутри была непривычная звенящая пустота. Пожилой мужчина с надеждой уставился на него.

– Она будет жить. Сколько ей лет? – устало произнес Рейнальдо.

– Двенадцать, ваша милость. Спасибо вам, – старик вскочил и начал кланяться.

– Погодите вы, на магию проверяли в девять?

– А то… Нуль полный.

Рейнальдо нахмурился. Похоже, эти жгуты перекрыли всё. Раз лекарский артефакт не видел, то и артефакт проверки магии мог ничего не увидеть. Но теперь её дар свободен.

– Девочка – маг, но источник был перекрыт какой-то дрянью. Магия перегорала внутри. В этом и была проблема. Я всё поправил, но теперь ей надо в училище. Это обязательно!

– Эх, как же я её отпущу в город? Одну, – расстроился старик.

Рейнальдо задумался. Почему бы не проследить самому? Заодно проверит, что проклятье не вернется…

– Меня зовут мастер Рейтгант. Найдите меня в Академии магии Аэдельгард в Тельвине. Так на входе и скажите, что я просил позвать. Я прослежу, чтобы с девочкой было всё хорошо. Устрою её в хорошее училище с пансионом. Если надо, оплачу, – окидывая взглядом избу, добавил целитель.

– Спасибо, ваша милость. Видно, Отец-покровитель послал нам вас! – Старик бухнулся ему в ноги.

Рейнальдо вздохнул. Всё возможно. Он спас эту девочку, но ещё неизвестно, что за это время произошло с четвёркой. Может, он действительно должен был оказаться именно здесь. Девочка была на грани. Ангел… Она назвала его ангелом.

– Мне нужно срочно вернуться в Академию. Тут где-нибудь можно арендовать или купить лошадь?

– В деревне. Тут совсем рядом. Я провожу.

Старик бодро потрусил из избы по натоптанной тропинке. Рядом действительно оказалась небольшая деревня, где и удалось добыть лошадь. Хоть и по совершенно грабительской цене. Но Рейнальдо было плевать. Ему нужно было добраться до Академии как можно быстрее. Он и так критически задержался. Когда целитель въехал на территорию Академии Аэдельгард, было уже к полуночи. Он поспешно привязал коня под навесом, решив заняться им позже, и бросился внутрь. Рейнальдо не собирался ждать утра. Ему было слишком страшно за ребят. Целитель решил сначала проверить парней в комнате и, если они вдруг не спят, поговорить. А если спят, то хотя бы проверить, что они на месте. Рейнальдо практически взлетел по лестнице на третий этаж. Тихо подошёл и очень аккуратно открыл нужную дверь, не стуча. Но соблюдать такую осторожность не имело смысла. Комната была совершенно пуста.

Глава 21. Западня.

Тельвин. Кабинет Главного следователя.

Вторая неделя октября, понедельник, утро.

– Петер, кофе мне сделай, – бросил Рой, стремительным шагом влетая в свой кабинет.

Он угрюмо прошел к окну, не смотря по сторонам, и, отдернув шторы, выглянул на улицу. Жизнь кипела, мимо спокойно и деловито сновали горожане. А ему хотелось что-нибудь разбить. Проклятье. День не задался. Всё утро снова проторчал на Сажевой стороне. Ведь им удавалось скрывать большую часть преступлений, чтобы избежать паники. К тому же смерти в трущобах да доках. Кому нужны нищие или мелкая шушера с низов? Никому не интересна их смерть. Никто её даже не заметит. Ну, умер и умер. Но сегодня... сегодня новые три трупа. Снова в доках. Вот только это проклятые аристократы! Рой заскрежетал зубами. Черт знает, что потянуло этих неженок на Сажевую сторону. На приключения, что ли? И ладно бы их прирезали за кошельки. Бывает такое. Так нет, они умудрились наткнуться на чудовище. Опять три выпитых, высушенных тела.

Теперь наверняка придется отвечать перед мэром. Доложат. Как пить даст, доложат… Как упустил, как опоздал, как до сих пор не раскрыл? Проклятье, он и так раскрыл восемьдесят процентов преступлений и прищучил авторитетов. Рой с силой стукнул по косяку, так что заныли костяшки. Так нет, им не довольны. Он, конечно, подозревает почему. У мэра была своя доля в этих грязных делах. Но и плевать. Пусть даже не надеется избавиться от него. Скорее он избавится от мэра. Рой криво усмехнулся. Если тот будет слишком вставлять палки в колеса, то так и сделает.

Ещё и Гибсон тут же вылез, склизкий червь. «А это не первые такие убийства?», «Почему трупы так выглядят?», «А есть уже подозреваемые?» Теперь ещё и в газетах появится информация. Только этого ему не хватало для полного счастья.

Рой покачал головой и резко развернулся от окна. В центре его стола ярким белым пятном выделялась небольшая записка.

Записка. Следователь подобрался, под ложечкой неприятно засосало. Он обошел стол по кругу, близко не приближаясь. Он прекрасно знал, в каком виде… в каком педантичном порядке он оставлял кабинет.

– Петер! – громко заорал Рой.

– Да, сэр! – суетливо ворвался его помощник.

– Ты это приносил? – указывая пальцем на бумажку, спросил Рой.

Петер замер, как кролик перед удавом, рассматривая записку и щуря близорукие глаза.

– Никак нет, сэр…

– Свободен! – гаркнул следователь.

Помощник, моментально развернувшись, бросился к двери.

– Кофе жду! – выкрикнул Рой вслед сверкающим пяткам Петера.

Плевать, что подчинённые его боятся, зато дисциплина идеальная. Следователь подошел к двери и внимательно осмотрел её, затем так же въедливо изучил оконные рамы. Никаких следов проникновения. Ничего. Он замер, смотря на белеющий клочок. Рой не собирался рисковать зря. Именно его нереальная, доходящая до безумия паранойя помогла ему всё ещё остаться живым. Он медленно, словно боясь, что записка укусит его как ядовитая змея, протянул руку и провел над ней ладонью максимально низко, но не касаясь. Перстень-артефакт молчал. А ведь он реагировал на любую отраву, на малейшее магическое воздействие.

«Действительно только бумага?» – прищурился следователь.

Рой взял щипцы из камина, тщательно отряхнул от золы и аккуратно потянул за край, расправляя листок. Она раскрылась, показывая внутреннюю запись. Никакого порошка, как опасался следователь, не вылетело. Неужели действительно только послание? Рой наклонился и прочёл:

«Ты словно пёс цепной готов

За правду глотку перегрызть.

Один средь тысячи врагов,

Опорой стань для четверых.

Ты прав, Бульдог. Непросто всё,

И темной вязью письмена

Сложились в мрак, что загустел.

Мир замер на границе зла».

– Что, черт возьми, за ребусы? – прошипел он.

По коже пополз неприятный, липкий озноб. Рой всё понял. Понял и поверил каждому слову в этой анонимке. Четверо – это, конечно, поздние. Его передернуло. А мрак… Он ведь действительно чувствовал... Даже без этих странных убийств. Где-то в глубине души его навязчиво преследовало жуткое ощущение. И каждый укус осеннего ветра, каждый глоток ледяного тумана – всё ложилось на его сердце тяжелым грузом. Вот только он никому об этом не рассказывал. Совершенно никому. Рой бросил тяжелый взгляд на записку. А этот… гаденыш знает. Знает, что у него в голове. Это не случайность! Кто же это? Что за Кукловод, что знает и видит больше, но предпочитает изъясняться стишками? Что за игру он ведет? Может, это тот маг, что заблокировал четверых?

Рой, не обращая больше внимания на записку, открыл сейф и вытащил четыре папки. Открыл каждую и положил друг за другом на стол рядом. Четверо. Он проверял. Их семьи, их круг общения. Всё проверил. Они не пересекались. Нигде. Никогда. Если родители сами заблокировали своих детей, то сделали это тайно. Допросить бы их. Но нет никаких причин. Официальных. Да и вряд ли они правдиво расскажут. Не пытать же их… «Кто б мне разрешил», – усмехнулся Рой.

– Ваш кофе, сэр, – сказал Петер, тихо входя и ставя чашку на стол. – И свежие газеты.

Помощник уже собрался бочком выскользнуть за дверь, когда Рой его окликнул:

– Петер, сегодня кто-нибудь приходил? С утра до моего прихода.

– Никого, сэр. Клянусь!

– Понятно. Свободен.

Рой снова кинул взгляд на анонимку. Пожалуй, этот таинственный доброжелатель был гораздо опаснее. Чрезмерно опаснее. Пробраться в закрытое Управление и оставить записку прямо на столе Главного следователя. И всё это – без каких-нибудь следов... Но раз он на его стороне... «Вернее, на своей собственной», – мысленно поправил Рой. И пока эта сторона совпадает с целями следователя, то придется использовать даже это. Если Кукловод действительно знает больше, то, похоже, четверке понадобится его помощь. Рой пожал плечами: он бы и так помог, наверное. Но теперь… теперь пока он не докопается, что это за мрак и как он связан с четверкой… Он не успокоится!

Следователь отодвинул папки поздних и принялся за газеты. За последнее время появились странные срывы у магов… Пока что только у аристократов. И это ему тоже чертовски не нравилось. Вроде не его ума дело, срыв – это не преступление, но что-то в этом было не так. Рой сжал челюсть, наткнувшись на очередную ядовитую заметку в светской хронике.

«Грязная кровь берет свое? Тайны рода Дерве лезут из всех щелей» – гласил заголовок. В тексте со злорадством говорилось, как граф Дерве не удержал собственную стихию и разнес каркас нового здания театра. Земляная жижа заполнила новое здание до самой крыши и хлынула наружу. Народ негодует. «А ваш покорный слуга напоминает, – слащаво докладывал журналист, – что с происхождения графа тогда с трудом смыли пятно. Но видно, зря...»

Граф утверждал, что его подставили, но официальные лекари заявили, что в крови нет ничего подозрительного. Ему поставили диагноз «нервный срыв». Рой откинулся на спинку кресла. Третий похожий случай за неделю.

– Что за дрянная напасть поражает магов… – процедил он.

Рой бы, может, попытался разобраться. Но официально дела нет. Ведь в крови ничего не нашли. А аристократию так просто не допросить…

В дверь негромко постучали, и в щель заглянул помощник:

– Сэр, просит встречи граф Дерве. Срочно. Говорит, сразу после этого уезжает из города.

Следователь моргнул. Только что он читал про этого человека, сокрушаясь, что к высшей знати хрен подберёшься, а тут граф сам пришёл к нему в руки. Интересно.

– Пусть заходит, Петер, – отрезал Рой.

В кабинет вошел совсем молодой мужчина, навскидку ему было не больше двадцати четырех. Коренастый, среднего роста, он тем не менее держался прямо и уверенно. На лоб спадала непослушная темно-русая прядь, которую он убрал резким жестом. Граф посмотрел на Роя глубокими зелено-карими глазами.

– Здравствуйте, господин главный следователь.

– Здравствуйте, граф Дерве. Садитесь. Какое у вас ко мне дело?

Аристократ сел на стул перед его столом, выпрямив спину. Только намертво сжатые на коленях пальцы выдавали его волнение. Он скользнул взглядом по газетам:

– Вы уже успели прочитать о том, что со мной произошло?

– Успел, – не стал отпираться Рой.

Граф горько кивнул:

– Так вот. В крови всё же найдены остатки трав. Безопасные, как заявили лекари. Они все обычно используются в рецепте стимулятора. Но я ничего не принимал. Готов поклясться. Я не мог сорваться сам, понимаете? Контроль над источником был почти полностью потерян, и только на пределе собственных сил мне удалось перевести выброс магии в землю под фундамент здания. – Дерве прикрыл глаза и сглотнул. – Иначе я бы разнес весь квартал. А так – только недостроенное сооружение. Пустующее в воскресенье. Но вот только… Стимулятор – это не доказательство отравления.

– Я верю вам, граф, – тяжело уронил следователь. – Спасибо за подробности.

– Меня высылают из города. Под предлогом отдыха. – мужчина криво улыбнулся. – Я и так слишком сильно мешал кое-кому в совете. Но если вы найдете истинные причины, если сможете выяснить, то свяжитесь со мной, пожалуйста.

– Хорошо, – произнес Рой, глядя в глаза аристократу. – Я обещаю. Если я что-то выясню, то сообщу вам лично.

– Спасибо. Я оставлю свой адрес у вашего помощника.

Граф Дерве встал и, коротко кивнув, вышел из кабинета.

Следователь с силой сжал кулаки. Вот граф утверждает, что он тут ни при чем. Что его опоили. У Роя не было ни единой причины ему не верить. Он слишком хорошо разбирался в людях и мог отличить фальшивую игру от отчаяния.

Академия Аэдельгард. Столовая.

Вторая неделя октября, понедельник, день.

– Ну что, Эли, твоя любимая физподготовка сегодня, – дерзко протянул Игорь, оглядев её с хитрой ухмылкой. – Так и не надумала согласиться на совместные тренировки? Я всё жду.

Элеонора задумчиво ковырялась в тарелке, полностью игнорируя Игоря.

– Игорь, не задевай ты её, – тихо попросила Лиана. – Ей и так тяжело на этих занятиях.

– Я же со всей душой! – улыбаясь во весь рот, заявил Игорь. – Помочь хочу.

Лиана только фыркнула. Знает она его. Помимо желания помочь, там слишком явно сквозило кое-что другое. Вот только Элеонора пока упрямо держала оборону.

Когда они уже начали подниматься, чтобы идти на полигон, то прямо перед Лианой возникла в воздухе записка. Она спланировала вниз, чуть не упав в тарелку. Нахмурясь, она подхватила её и прочла.

– Меня вызывают к ректору. Прямо сейчас. Срочно, – подняла она взгляд на ребят.

– Куратор сказал: нам нельзя разделяться сегодня, – моментально посерьезнев, бросил Игорь.

– И что я могу сделать? – растерянно сказала Лиана. – Отказаться? Не приходить? Это же ректор…

– Я пойду с тобой, – решительно отрезал Игорь.

– А как же физподготовка? – спросила Лиана.

– Плевать, успею как-нибудь. Пошли.

Подхватив сумки, они бросились к выходу из столовой. Пока добежали по крутым лестницам на самый верх, к кабинету ректора, легкие уже жгло огнем. Наконец влетели в приемную.

– Лиана Грейвс, – она махнула рукой с листком, обратившись к секретарю, неуловимо напоминающему насекомое своими усиками. – Меня вызвали.

– Да, конечно. Проходите, – кивнул тот и перевел строгий взгляд на Игоря.

– А я тут побуду, – недовольно буркнул тот и прислонился к стене.

Воздушница благодарно кивнула другу, постучалась и толкнула дверь. Она прошла внутрь и посмотрела на главу Академии.

– Здравствуйте, господин ректор. Лиана Грейвс, – она замолчала, сжимая руки.

Наверное, он сейчас скажет, зачем её сорвали с занятий. Лиана смотрела на ректора, а тот медлил какое-то время, обводя её долгим оценивающим взглядом непроницаемых глаз. Зажатые пальцы онемели, а по спине прошла ледяная волна. Этот взгляд не был добрым, а куратора сегодня нет. Никто не защитит её, если что.

– Здравствуйте, адептка Грейвс. Вам пришло срочное письмо из дома. Ознакомьтесь, – наконец произнес ректор и, взяв конверт, передвинул его ближе к краю стола.

Сердце Лианы ухнуло куда-то вниз. Она сделала несколько деревянных шагов и схватила конверт. Что могло случиться такого срочного? Ведь она только вчера видела родителей. Прошло так мало времени… Трясущимися пальцами она открыла его и развернула листок. Неровным почерком матери было написано, что отец при смерти и зовёт её проститься. Кое-где бумага пошла волнами из-за высохших капель, а чернила потекли, словно мать плакала прямо во время письма. «Это из-за меня. Папа вчера так разнервничался из-за меня... Я во всём виновата», – страшная мысль обожгла сознание. Лиана побелела как лист, что держала в руках, и, с трудом сглотнув вставший в горле ком, посмотрела на ректора.

– Мне срочно надо домой, – сипло выдавила она. – Отец умирает.

– Хорошо, адептка, – равнодушным голосом сказал ректор. – Одной вам идти нельзя. Вас проводит магистр Брон. Через пятнадцать минут он будет ждать вас у ворот. Можете идти собираться.

– Хорошо, – тихо обронила Лиана. – Спасибо.

Словно сомнамбула, она развернулась и вышла за дверь. «Надо сказать Игорю», – вяло мелькнула мысль, и Лиана осмотрелась. Но Игоря почему-то нигде не было. Приёмная пустовала, если не считать копошащегося в бумагах секретаря. Ну и ладно. Это было совершенно не важно. У неё всего пятнадцать минут. Она сорвалась на бег, устремляясь в общежитие. В комнате она рывком сбросила мантию, оставив её валяться на кровати, и торопливо переоделась в обычную одежду.

Около ворот её ждал высокий и хмурый мужчина в темном плаще.

– Лиана Грейвс? – осведомился он, когда она приблизилась.

– Да, – ответила Лиана.

– Ваш временный пропуск, – протянул он ей небольшой медный жетон. – Держите его в руке, когда будете выходить, иначе контур не пропустит.

Лиана послушно кивнула, сжимая артефакт похолодевшими пальцами. Они вышли в первый двор и дождались, пока им запрягут в экипаж пару лошадей. Лиана с трудом стояла на ногах. Каждый вдох давался с усилием, будто воздух вокруг стал слишком густым. Она со слезами вспоминала, как разругалась с родителями в последний раз. Они хотели заставить её отказаться от учебы. Горький комок встал в горле. Может, ей надо было быть мягче? Ведь они всё-таки её родители. А теперь отец умирает. Лиана кусала губы, с трудом сдерживая рыдания. Но что она могла поделать? Ведь она не может согласиться заблокировать дар. Она не может отказаться от своего ветра.

Стоило экипажу остановиться на её улице, как Лиана выпрыгнула и бросилась в лавку. Она взбежала на второй, жилой этаж. В комнате родителей царил полумрак, шторы были наглухо задернуты. Отец неподвижно лежал на кровати. В воздухе стоял удушливый, неприятный запах: смесь камфоры, сандала и чадящего масла от пары горящих ламп. Лиана с размаху опустилась на пол возле постели и схватила его за руку.

– Папа… Прости меня, – прошептала она.

По её щекам потекли слезы, которые она уже не могла остановить. Лиана не хотела этого. Совсем не хотела! Она просто хотела учиться. И всё!

– Ничего, Лиана, дочка, – папа тяжело поднял руку и погладил её по голове. – Я рад тебя видеть. Рад, что ты успела. Мама останется одна. Как же она без тебя будет?

– Не говори так! Всё будет хорошо, – взмолилась Лиана, прижимаясь щекой к его ладони. – Ты выздоровеешь.

Он очень медленно покачал головой:

– Сомневаюсь. Но у меня есть ты. Ведь есть, дочка? Ты не подведешь меня?

Лиана застыла, чувствуя какой-то подвох. Внутри всё мучительно сжалось от дурного предчувствия. Предчувствия, что отец потребует больше, чем она способна ему обещать.

– Я сделаю всё, что смогу, папа... – выдохнула девушка.

– Тогда откажись от магии, Лиана. Это мое последнее желание.

– Нет. Этого я сделать не могу, – Лиана отрицательно мотнула головой, почему-то ощущая себя в ловушке.

Внезапно кто-то бесшумно подобрался со спины. Сильные пальцы схватили её, и к лицу плотно прижали сильно пахнущую тряпицу. Лиана рванулась, выпустив ладонь отца. Она вцепилась в чужие руки, пытаясь оторвать их от себя. Но сил не хватало. Инстинктивно она попыталась призвать свою магию. Сила послушно потекла из источника, уже готовая сорваться с пальцев. Как вдруг Лиану прошиб холодный озноб. А если она не сдержит дар? Снова? Как это случилось вчера? Она же просто разнесет эту комнату вместе с отцом!

Секундная заминка оказалась роковой. Легкие от задержки дыхания начало нещадно резать, и Лиана, не выдержав, всё же сделала судорожный вдох. Сознание тут же поплыло, а веки тяжело опустились. На самой грани беспамятства, проваливаясь в глухую тьму, она успела услышать, как «умирающий» отец легко поднялся со своего ложа и раздражённо произнес:

– Вот упрямая… Она твоя, Норд.

Лиана с трудом выкарабкивалась из вязкого забытья. Мысли еле ворочались, сознание вяло перетекало, никак не концентрируясь на чем-то одном. Наконец резким, болезненным осознанием всплыло: «Отец при смерти!» Лиана вздрогнула, сердце сжалось. Но за этим тут же потянулось и всё остальное. Тряпка, чужие руки, «Вот упрямая… Она твоя, Норд». Норд… Лиана задрожала от осознания и резко распахнула глаза.

«Отец-покровитель, где я?»

Она огляделась. Окон не было. У стен стояли стеллажи с продуктами. Подвал? Лиана дернулась было вскочить, но не смогла. Руки были крепко привязаны к спинке кровати. Только ноги были свободны. «Откуда кровать в подвале?» – пришла недоуменная мысль.

В памяти снова всплыла последняя фраза, которую она успела услышать. Голос отца совсем не звучал слабо и умирающе, наоборот – сильно и зло. Лиана сглотнула подступившую горечь. В груди уже зрело страшное понимание, но ей всё равно не хотелось верить… Неужели родители заперли её, чтобы она не вернулась в Академию? Но ведь это безумие. Постойте, а магистр Брон? Он же должен отвезти её обратно. Точно. Даже если они спрячут её у мистера Торнтона, это не поможет. Академия найдет её. Лиана судорожно выдохнула, пытаясь успокоиться.

Дверь скрипнула, открываясь. Лиана перевела взгляд: в проеме показался Норд Торнтон.

– Мистер Торнтон, что происходит? Развяжите меня, пожалуйста, – быстро заговорила Лиана, не замечая, как привычно, совершенно автоматически начинает вежливо улыбаться. – Мне нужно вернуться в Академию до вечера. Магистр Брон, должно быть, потерял меня.

Она отчаянно убеждала себя, что мужчина просто чего-то не понял. Сейчас они всё обсудят, она объяснит, и он её отпустит. Точно отпустит.

– Ты не вернешься в Академию, Лиана, ты останешься со мной. Как моя жена, – уверенно заявил мистер Торнтон.

По коже невольно побежали тревожные мурашки.

– Я отказываюсь выходить за вас замуж, – мотнула Лиана головой, изо всех сил пытаясь заглушить нарастающую панику. – Нас не обвенчают против моей воли. Это незаконно! И меня ждет магистр Брон.

– Я просто сделаю тебе ребенка, – совершенно буднично обронил мистер Торнтон, приближаясь, – и тогда закон будет на моей стороне, а тебя никто не спросит. А магистр Брон давно уехал. Ему щедро заплатили, чтобы он забыл о тебе.

Лиана похолодела. Уехал? Как уехал? Ведь поздних магов нельзя оставлять без присмотра. Воздуха стало не хватать. Ловушка. Это ловушка. Ректор всё знал. Куратор предупреждал, что ему нельзя верить. Про то, что участвовали даже родители, она отказывалась пока думать.

– Мистер Торнтон… Но я же не хочу. Неужели вы принудите меня? Ведь это… Это же неправильно, – всё ещё не веря, тихо выдавила Лиана, расширившимися глазами смотря на него.

– Женщина должна знать свое место, – отрезал мистер Торнтон и, остановившись рядом с кроватью, начал расстёгивать штаны.

Лиану захлестнула ледяная волна. Воздух в легких застыл, а в ушах зазвенело. Она судорожно дернула руки, веревки больно врезались в запястья. «Ветер, миленький, ну пожалуйста», – мысленно кричала Лиана, пытаясь нащупать магию в источнике. Сейчас она готова была на всё! Даже разнести всё вокруг, если не справится. Но дар не откликался…

– Не старайся, – усмехнулся мистер Торнтон, догадавшись. – Я позаботился о том, чтобы заблокировать твою магию.

– Я буду кричать! – сдавлено прохрипела Лиана.

– Кричи. Никто не услышит.

Она поджала к себе ноги и с силой, отчаянно отпихнула его, когда он полез сверху. Норд глухо выругался, перехватил её за щиколотку и прижал к матрасу. Лиана с яростью, из последних сил дрыгала свободной ногой, мешая ему задрать юбку. Даже понимая, что всё тщетно. Что она не справится с ним. Она не собиралась сдаваться. Всё равно. До самых краев её затопила черная, бездонная пустота отчаяния. Она понимала, что потеряет всё: свой ветер, свое будущее, свою жизнь.

Наконец мистеру Торнтону надоела эта возня. Он с размаху влепил ей тяжелую пощечину. Голова Лианы мотнулась в сторону, а во рту мгновенно появился железный привкус крови. Впав на секунду в ступор, она потеряла преимущество.

– Совсем от рук отбилась. Тебя плохо воспитывали, Лиана, – сказал он, устраиваясь. – Но ничего… Я научу тебя уму-разуму и покорности.

– Пожалуйста, мистер Торнтон, не надо... – умоляла Лиана, не замечая, как слезы заливают лицо. – Не делайте этого… Я не хочу…

– Ты привыкнешь, Лиана. Это то, что ждут от женщины.

Лиана, дернувшись, истошно закричала от острой, разрывающей боли. Но ни её крик, ни слезы не тронули его. Он просто двигался в такт своих усилий, тяжело и хрипло дыша. Лиана, отвернувшись, уставилась в стену подвала, погрузившись в спасительное глухое отупение. Абсолютный непроницаемый штиль воцарился внутри. Вот и всё. Никакого ветра. Никакого будущего. Остается только умереть.

Спустя некоторое время мистер Торнтон поднялся, застегивая одежду, и одернул на ней подол.

– Принести тебе что-нибудь поесть? – спросил он как ни в чем не бывало.

Лиана никак не отреагировала. Она молча смотрела в глухую стену, не шевелясь и едва дыша.

– Потом поймешь, что я был прав. Смирись, Лиана. Такая порченая, без магии, ты теперь всё равно больше никому не нужна.

Тяжёлая дверь закрылась, лязгнул засов, и она осталась одна.

«Не нужна. Никому не нужна». Эти слова Торнтона эхом отдавались в пустой голове. Как выяснилось, она не нужна даже собственным родителям. Они своими руками загнали её в западню и отдали этому человеку. Только ради того, чтобы она осталась рядом. Чтобы вернуть послушную и удобную дочь. Дочь без магии.