Текст книги "Бывшие. Наследник для дракона (СИ)"

Автор книги: Лина Калина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

Глава 47

– Нет, – с усилием выговорила Леда. – Нет, Басти. Я не опущусь до мести.

Против воли по телу принцессы разливался жар, разгоняя недавнюю решимость. Это неправильно. Нельзя поддаваться страсти к этому мужчине, к другу.

– Я не могу... – прошептала она.

Себастьян развернул принцессу к себе. Их разделял лишь тонкий батист сорочки. Маркиз не размыкал объятий, жадно ощущая каждый изгиб упругого тела, упиваясь их близостью.

– Тс-с-с, – прошептал он, приложив два пальца к её дрожащим губам. – Не думай. Отдайся чувствам. Что говорит тебе твоё тело?

Он соблазнительно улыбнулся. Маркиз нутром чуял, как принцесса тает в его руках, как отчаянно борется с желанием. И ему не нужно было слов. Её губы, податливые и желанные, сами искали его поцелуя.

Себастьян прижал её к себе с такой силой, что она невольно всхлипнула. Его ладони скользили по её гибкому стану, но в душе не было радости. Он понимал: даже если сейчас Лели ответит на его страсть, потом будет ненавидеть и себя, и его. Приподняв её подбородок, Себастьян заглянул в бездонные серые глаза, затуманенные желанием:

– Посмотри на меня, – хрипло прошептал он, – стань моей. Исправим то, что разделило нас пять лет назад. Лели, ты единственная женщина, которой принадлежит моё сердце. Скажи «да». И клянусь, ты ни на миг не пожалеешь об этом.

– Нет, Басти, – прошептала она сопротивляясь. – Нет...

Но её хриплый шёпот противоречил рукам, которые всё крепче обвивали его шею. Он замер, борясь с собой. Себастьян жаждал раствориться в ней, но подлинной целью, важнее страсти, была её любовь.

– Я боюсь сгореть в этом огне, Лели, – с трудом выговорил он, прижимая её ладонь к своей груди, туда, где бешено колотилось его сердце. Маркиз отстранился, заглядывая в серые глаза.– Ты любишь этого... дракона, – с горечью произнёс Басти. – Он предал тебя, но ты боишься признаться себе в этом.

Себастьян подошёл к камину и, отвернувшись, погрузился в созерцание танцующих языков пламени.

Леда с трудом усмиряла дрожь в теле. Ещё немного, и она бы сдалась, позволила бы ему перейти черту. Она закусила губу, сдерживая подступающие слёзы.

– Между мной и драконом всё кончено, Басти, – нарушила молчание Леда, гордо вскидывая подбородок. Слезам не место на её лице. – И не тебе судить о моих чувствах. Откуда тебе знать... всё это? Кто ты на самом деле, Басти? Ты пугаешь меня.

Себастьян резко обернулся.

– Так больше не может продолжаться, – отчеканил он. – Этот проклятый дракон всегда будет, между нами.

Маркиз забрал свою одежду, оставленную им ранее, и, уже взявшись за дверную ручку, бросил через плечо:

– Утром, когда твои люди приедут... я улечу. Прощай, Лели.

– Басти, постой! – вырвалось у неё.

Он вздрогнул, но не повернулся и не переступил порог.

– Что ты хочешь услышать, Лели? – глухо спросил Себастьян.

– Почему не отвечал на мои письма? – её голос дрогнул. – Они возвращались нераспечатанными... После той ночи на обрыве... я... злилась на тебя, но потом... Ты же мой друг, Басти. Всегда был им, с той самой минуты, как мы познакомились на ромашковом поле. Помнишь?..

Он резко повернулся к ней, и в тусклом свете камина Леда увидела глубоко запрятанную печаль в его глазах.

– Каждый возвращённый конверт причинял мне боль, – добавила она, сделав шаг к нему.

– Я взлетел высоко: не каждый дракон смог бы достичь этой вершины, – начал Себастьян. – Я брал высоту за высотой, желая быть достойным... тебя, принцессы Эварии Леуедаи Лучезарной. Слава, богатство – всё, что казалось недостижимым, легло к моим ногам. Но всё это – ничто, прах, без тебя. Я пытался вычеркнуть тебя из своей жизни, стереть из памяти... Безуспешно. Ты – единственное, чем я не в силах управлять. Ты – воздух, которым я дышу, свет, к которому я тянусь. Я люблю тебя, Лели. Всегда любил, с той самой встречи на ромашковом поле.

Его голос дрогнул, стал хриплым от бессильной ярости и боли.

– Эта твоя слепая, безумная вера... в него, в вашу так называемую любовь! Ты словно околдована, Лели! Очнись! Неужели не видишь? Он недостоин даже пыли под твоими ногами! Предал, променял на... на кого? На эту... Сестру императора, которая крутит им как игрушкой! Говорят, она и с северным принцем успевает одновременно тешиться! Зачем унижаешь себя, цепляясь за него? Зачем делаешь больно и себе, и мне? Ты... ты просто ничего не замечаешь вокруг, живёшь в своих иллюзиях! Тебе пора стать взрослой!

Не дожидаясь ответа, он вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Леда осталась стоять посреди комнаты, кусая губы и сдерживая рвущиеся наружу рыдания. Скинув с плеч мокрую сорочку, она набросила просторную мужскую рубашку, найденную в корзине с бельём. Есть не хотелось. Хотелось только одного – свернуться калачиком в постели и забыться тяжёлым, бездремным сном.

***

Утром Леда стояла перед высоким зеркалом – пыльным, с облупленной рамой, – и хмурилась. Нет, ее не слишком волновала собственная внешность. Тонкие пальцы ловко застегнули пуговицы коричневого мужского жакета под самое горло.

Наряд сидел ужасно, провисал мешком. Рукава оказались слишком длинны, и их пришлось подвернуть. Штаны норовили сползти, поэтому Леда, порывшись в вещах, нашла шнурок от занавески и подвязала им брюки, словно поясом – иначе Ир’яр увидел бы её нижнее бельё. Единственным, пожалуй, удобным предметом одежды были сапоги – чёрные, из мягкой кожи. Откуда Идда их достала, оставалось загадкой, но они пришлись впору.

«Зато удобно», – мысленно утешила себя Леда и подошла к тумбе, где лежал ридикюль. Высыпав его содержимое на кровать, она первым делом увидела револьвер.

Какое-то время Леда возилась с оружием, очищая его от влаги после вчерашнего дождя. Мысли крутились вокруг золота. Где его взять? Проклятая совесть не позволила ей забрать деньги из сейфа Кая… Оставались только два артефакта – те самые, что она всегда носила на шее, – и пули из киновари, способные убить дракона. Они стоили целое состояние… Но расставаться с ними Леда не хотела.

Себастьян уехал. Возможно, это и к лучшему. Принцесса слышала, как поутру во дворе ржали лошади, а выглянув в окно, увидела гвардейцев, Дару и Басти. Маркиз о чём-то с ними разговаривал, потом направился к металлическому дракону. Он даже не оглянулся на замок, не попрощался с ней. От этого стало немного обидно.

Закончив с приготовлениями, Леда сунула револьвер и патроны в простую полотняную сумку и выскользнула из комнаты. В голове роились сомнения: что делать дальше?

Спускаясь по лестнице, Леда уловила аромат свежеиспечённого хлеба. Желудок отозвался громким урчанием. Она пошла на запах и оказалась на кухне.

Помещение, пыльное и полупустое, всё ещё хранило следы былой жизни: выцветший ковер с потертостями на месте, где когда-то стоял стол, да очертания картин на стенах. В углу теснились громоздкие, словно осевшие под тяжестью лет, шкафы с потускневшими стёклами, хранившаяся в которых когда-то посуда была парадной.

Рядом со входом стояла деревянная тумба, на которой в живописном беспорядке лежали кулинарные книги и старинные рецепты, исписанные чьим-то изящным почерком.

Потертые казанки и сковороды, давно напрашивавшиеся в утиль, громоздились на высокой кованой стойке.

Но сердце кухни, безусловно, принадлежало огромному печному камину, обложенному белым мрамором. Вокруг него выстроились в ряд медные чаны, а к потолку, на толстой цепи, был подвешен огромный котел, в котором буйно кипело и клокотало варево, разливая жар по кухне.

Идда, расположившись у дальней части широкого кухонного стола, колдовала над тестом.

– Доброе утро, Ваше Высочество, – старушка улыбнулась, заметив принцессу.

– Доброе, Идда, – Леда кивнула в ответ и опустилась на табурет у противоположного края стола, ближе к камину. Стол явно не предназначался для королевских завтраков. Но Леду сейчас мало волновали эти мелочи. Она потянулась к плетёнке с румяными булочками и, оторвав одну, жадно впилась зубами в ароматную, ещё тёплую сдобу.

– Ваше Высочество, но завтрак… Я хотела накрыть в столовой, – пробормотала экономка, перестав месить тесто.

– Не время для церемоний, Идда. Да и какая я теперь принцесса? – Леда махнула рукой, не отрываясь от булочки. – Потом, потом…

– Но, Ваше Высочество, вам необходимо хорошо питаться! Вы совсем отощали, – Идда с укором покачала головой и поставила перед Ледой тяжёлую железную кружку.

Старушка проворно переместилась к тумбе, на которой стояла плетёная корзинка, достала оттуда глиняную бутыль с молоком и вернулась к столу. Наполнив кружку до краёв, Идда с удовлетворением отметила, как Леда жадно принялась пить, прикрыв от удовольствия глаза.

– Божественно! Идда, ничего вкуснее в жизни не пробовала!

– Просто вы давно не ели, Ваше Высочество, – проворчала старушка. – Можно вас кое о чем спросить?

– Конечно, – Леда протянула руку за следующей булочкой. – Говори уже, не томи.

– Вам ведь нужны слуги, Ваше Высочество? – Идда покраснела и присела на край стула напротив.

Принцесса удивлённо подняла брови.

– Да, но… Идда, сейчас уж я должна чувствовать себя неудобно! Говори прямо, что хотела предложить.

– Просто я подумала… вам нужны слуги, а я…

– Идда! – Леда улыбнулась. – Перестань, пожалуйста, обращаться ко мне так официально! Помнишь, как ты ворчала, когда я крутилась у тебя под ногами? Говорила, что я ещё не доросла до того, чтобы ко мне обращались: «Ваше Высочество»… Ох, Идда, между нами столько всего было… Не говори со мной как с чужой. Зови меня просто Леда.

Идда покачала головой.

– Вы нам не чужая, Ваше…

– Леда, – твёрдо повторила она. – Хочу чувствовать себя как дома, Идда. – Принцесса допила молоко и встала.

– Хорошо… Леда. Вот что хотела сказать… моя дочь… она могла бы стать вашей личной горничной… Понимаю, это, наверное, не то, что вам сейчас нужно… но…

– Идда, я очень благодарна, но давай сначала разберёмся с первоочередными задачами. Не могу же я сейчас набирать полный замок прислуги, когда мне нечем платить жалованье!

– Но, Леда, рано или поздно всё наладится, – старушка замялась, опуская глаза. – А работа ведь не ждёт.

– Хорошо, набирай, кого считаешь нужным. Но предупреди всех, что денег нет. Пока земли Ир’яра не начнут приносить доход, ни о каком жаловании не может быть и речи.

Старушка с облегчением кивнула.

– Идда, мне нужно разместить и накормить гвардейцев. Так что работы предстоит много.

– Мы справимся, Ваше… Леда, – старушка вскочила со стула – в этот момент в котле что-то забулькало особенно громко.

Пока экономка занималась едой, Леда решила проверить кладовые. Они оказались совершенно пусты.

«А чего я, собственно, ожидала?» – усмехнулась про себя Леда.

Кладовые необходимо было срочно пополнить – теперь в замке слишком много народа. Но это были ещё полбеды. Настоящую тревогу вызывало количество патронов – их оставалось всего четыре, да и те были предназначены для драконов.

«Нужно где-то раздобыть обычных патронов и отправиться на охоту», – решила Леда.

Выйдя во двор, принцесса, поглощённая мыслями о запасах и обустройстве замка, чуть не сбила с ног молодого стройного гвардейца.

– Прошу прощения, Ваше Высочество, – пробормотал тот, отступая на шаг.

Леда окинула его беглым взглядом и кивнула.

Долговязый блондин в парадной форме гвардейца показался ей незнакомым. Она зашагала дальше, не останавливаясь, – мысли о делах не отпускали, – как вдруг поняла, что блондин следует за ней.

Глава 48

– Что вы делаете? – резко остановилась Леда.

– Выполняю приказ, Ваше Высочество, – он осторожно посмотрел на неё карими глазами.

– Чей приказ?

– Леди Асаари.

– А где она сама? – нахмурилась Леда.

– Леди Ассари не обязана отчитываться передо мной, – блондин пожал плечами. – Но мы должны обеспечивать вашу безопасность.

– Как вас зовут?

– Тэрон Блант, лейтенант гвардии Вашего Высочества.

– Чужеземец. – Леда невольно поморщилась, услышав его имя. – Ничего удивительного… – пробормотала она себе под нос и решительно направилась прочь от замка.

– Но я честно исполняю свой долг! – обиженно бросил блондин, догоняя её.

– Простите, лейтенант Блант, я не хотела вас обидеть, – Леда вздохнула. – Моя сестра наводнила двор чужестранцами, и теперь они тянутся к власти.

Внезапная мысль заставила Леду остановиться.

– Слушайте, лейтенант, а у вас не найдётся обычных патронов?

Карие глаза Тэрона удивлённо округлились, и он замер, словно принцесса попросила у него не патроны, а яд.

– Обычных? – уточнил Блант, слегка нахмурившись.

– Глупый вопрос, понимаю, – Леда раздраженно махнула рукой. – Но у меня только с киноварью.

– Такие патроны сейчас днем с огнем не сыщешь, – покачал головой Блант. – Драконы скупают их сотнями, а потом уничтожают, а Нижний мир только рад нажиться, продавая за горы золота. Отличное предприятие, правда? Вот только люди из-за этого остаются беззащитны.

Принццесса посмотрела на Тэрона в упор.

– Так у вас найдутся патроны? Мне бы хотя бы барабан зарядить. Семь штук.

Лейтенант Блант снял с плеча сумку, достал цветную коробочку и протянул ее Леде.

– Благодарю, – отозвалась та, принимая патроны. – И, раз уж вы приставлены ко мне в качестве охраны, сбегайте к Идде за корзинкой.

– Зачем? – не понял Тэрон.

– Мы собираемся на прогулку – Яр осмотрим, дичи добудем, ягод соберём. Возвращайтесь в замок, лейтенант, а потом догоните.

Блант нахмурился ещё сильнее, и Леда поняла, что сейчас он будет стоять на своём.

– Не могу я вас одну отпустить, Ваше Высочество. У меня приказ!

– Лейтенант, не забывайтесь, – голос Леды прозвучал твёрдо. – Мои приказы важнее. К тому же я метко стреляю. И у меня теперь есть патроны.

Блант несколько секунд молча смотрел ей в глаза, буравя тяжёлым взглядом. Наконец, он с недовольным видом кивнул.

– Хорошо, Ваше Высочество.

Леда позволила себе лёгкую улыбку и, развернувшись, направилась к городку, который носил гордое название Яр.

Лейтенант Блант, взяв корзинку у экономки, поспешил догнать принцессу. Всё это время он не мог избавиться от ощущения: истории о старшей дочери Эваари и то, что он видел, – совершенно разные вещи.

В Ир'яр его отправил Рэй Ли'варди, пообещав щедрое вознаграждение. От Тэрона требовалось лишь одно – присматривать за принцессой и время от времени докладывать о её действиях.

Предложение показалось блондину слишком заманчивым, чтобы от него отказываться. Прошлым летом, сопровождая сборщика налогов, Тэрон побывал в Ир'яре, где познакомился с дочерью кузнеца, Корой. Лейтенант твёрдо решил жениться на девушке, а для этого нужны были деньги. Поэтому он ухватился за предложение Рэя и, пользуясь дружеским расположением леди Асаари, попросился в её отряд.

И вот теперь, наблюдая за Ледой, Тэрон испытывал угрызения совести. В этой хрупкой женщине было столько силы и достоинства, что он чувствовал себя настоящим предателем.

Размышляя об этом, лейтенант не заметил, как догнал Леду. Она стояла у ворот Яра, разглядывая проржавевшие петли.

– Я вами горжусь, лейтенант! – принцесса повернулась к Тэрону, и её губы тронула лёгкая улыбка. Она с явным одобрением оглядела корзинку, которую тот держал в руках. – Вы бывали в Яре?

– Пару раз, Ваше Высочество, – кивнул Блант.

– Отлично! Тогда, может быть, проведёте для меня небольшую экскурсию? Последний раз я здесь была очень давно, – попросила Леда.

Лейтенант неуверенно кивнул. Под её внимательным взглядом ему стало неуютно.

– Честно говоря, здесь особо не на что смотреть, Ваше Высочество, – он махнул рукой в сторону неприглядных строений, выстроившихся вдоль широкой, заросшей травой дороги. – Две улицы… Лавка, где раньше продуктами торговали, – Тэрон ткнул пальцем в одну сторону, потом в другую, – магазин с одеждой и кузница. Только кузнец наш запил… уже месяц как.

– А ведьма в Яре есть? – поинтересовалась Леда.

– Нет, все к Этте ездят, – Тэрон вздохнул. – Кто за настойкой её фирменной, кто порчу на соседа навести, а кто и будущее посмотреть.

Леда не смогла сдержать улыбки.

– А кузнец-то почему пьёт? – она вернулась к предыдущему вопросу.

– Заказов нет, – пояснил Тэрон. – Золота тоже.

– А на топлёное пиво у него золото нашлось? Или чем он там заливает печаль? – с иронией спросила Леда. – Неужто бесплатно наливают?

– Выходит, что так, – уклончиво пробормотал Тэрон.

Не говорить же ей, что в последнее время он сам оплачивает счета кузнеца! Блант делал это ради Коры. Он давно уже предлагал девушке уехать с ним в столицу, но та упрямо отказывалась покидать городок. И что её держит в этой глуши?

Яр состоял из домишек да полуразвалившихся лавок мастеров. В одном из таких строений находилась кузница, где Кора жила вместе с отцом. Когда-то мастер Хельм делал лучшее оружие и инструменты во всей Эварии… а теперь спивался в компании соседа-аптекаря.

– Если устали, Ваше Высочество, можем зайти в «Шальную пулю», – предложил Тэрон.

– Таверна, что ли? – Леда удивлённо подняла брови. – Интересное название, но для такого гиблого места слишком уж грозно звучит.

– Там, между прочим, хозяин – не простой человек, а герой войны! – обиделся за трактир блондин. – И из револьвера он метко стреляет… да и готовят в «Пуле» отлично.

Они прошли ещё несколько шагов вдоль улицы, тонувшей в грязи и остатках прошлогодней листвы. За низенькими заборами белели стены домишек. Леда нахмурилась – за то время, что её не было в Ир’яре, городок пришёл в полный упадок.

Возле кузницы она неожиданно остановилась.

– Заглянем к мастеру, – решила она.

– Зачем? – Тэрон побледнел, но тут же поспешил за принцессой, которая уже направилась к обветшалому строению.

Кузница, некогда полная жизни и звона молотов, теперь выглядела заброшенной и унылой. Трава во дворе высоко вымахала, окна затянуло паутиной.

Леда дёрнула на себя тяжёлую деревянную дверь.

– Папаня снова заперся, – раздался за её спиной звонкий женский голос.

Обернувшись, Леда увидела девушку с живыми, приятными чертами лица.

– Тэрон! – она радостно взвизгнула и бросилась блондину на шею.

Тот что-то торопливо прошептал ей на ухо, и лицо девушки мгновенно стало серьёзным. Она отступила на шаг.

Леда перехватила взгляд, который Тэрон бросил на девушку.

– Лейтенант, не мешкайте. Выломайте дверь, – приказала она.

– Есть, Ваше Высочество, – блондин торопливо отступил на шаг, словно боясь, что Леда заподозрит его в нежных чувствах к незнакомке.

Он оглядел крепкое дубовое полотно и с силой толкнул его плечом. Дверь жалобно заскрипела, но не поддалась. Тэрон, не желая сдаваться, ударил ещё раз, и на этот раз замок не выдержал – дверь с треском распахнулась.

В кузнице царил полумрак и запах застоявшегося вина. Возле дальней стены Леда разглядела массивный деревянный стол и фигуру мужчины, лежавшего на нём лицом вниз.

– Мастер Хельм! – позвал лейтенант.

Кузнец что-то невнятно пробормотал и попытался поднять голову, но тут же с грохотом уронил её обратно на стол.

– Папаня пьян, Ваше Высочество, – пояснила девушка, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.

– Вижу, – Леда с досадой поджала губы, оценивающе рассматривая кузнеца. Её взгляд упал на деревянное ведро у стены.

– Сейчас я его в чувство приведу, – Тэрон шагнул к столу и остановился, не зная, за что взяться.

– Подождите, лейтенант. Я сама, – отрезала Леда и, подхватив ведро, выплеснула содержимое на кузнеца.

Хельм взвизгнул – звук получился неожиданно тонким для его внушительной фигуры. Он вскочил на ноги, дико озираясь, словно не понимая, что происходит. С волос и лица ручьями стекала вода, пропитывая и так не слишком чистую рубаху.

– Что… кто… – пролепетал мастер Хельм, пытаясь сфокусировать взгляд на Леде. – Кто посмел?! – неожиданно заревел он, и Тэрон инстинктивно сделал шаг вперёд, загораживая принцессу собой.

– Я Леуедаеи Эваари, – голос Леды звучал холодно и чётко, несмотря на близость разъярённого кузнеца. – Эта земля теперь моя, включая и эту кузницу. И здесь не место бездельникам и пьяницам. Завтра утром вы должны быть в замке, мастер Хельм. В моём кабинете. Гладко выбритым, трезвым и в чистой одежде.

Мастер, дрожа от холода и внезапно нахлынувшего страха, что-то нечленораздельно пробормотал. Вытерев лицо рукавом, он обвел присутствующих мутными глазами. Его взгляд остановился на дочери, которая с испугом наблюдала за ним.

– Кора, чего уставилась? – прохрипел Хельм. – Сбегай домой, рассолу принеси. Да жакет мой парадный постирай.

– Не надо никакого рассола! – На пореге внезапно появилась Идда. – Опять ты за своё, Хельм! Сколько можно?

Леда обернулась, удивленно наблюдая за экономкой. Что она здесь делает? Разве той не было поручено обустроить комнату для гвардейцев?

Пыхтя, женщина вошла в кузницу и поставила на стол кастрюлю, из которой валил густой пар.

– Идда… – мастер Хельм послал ей слабую улыбку. – А ты что здесь делаешь? Праздник, что ли, какой?

– Праздник у тебя, старый дурень, скоро будет, – проворчала Идда. – Если так продолжишь пить, то прямо на тот свет и отправишься.

Она сняла с головы платок, развернула его и протянула Леде.

– Вот, Ваше Высочество, возьмите. Он же сейчас простудится ещё.

– Спасибо, Идда, – Леда взяла платок и кинула его на плечи кузнецу. – Наденьте, мастер Хельм, а то и вправду заболеете.

Тот неуверенно посмотрел сначала на платок, потом на Леду. На его небритом лице отразилось затравленное выражение.

– Я… я и не знал, что вы вернулись, Ваше Высочество, – пробормотал он, натягивая на себя платок. – Простите старика. Забыл я, как с королевской особой разговаривать положено.

– Ничего, мастер Хельм, – мягко произнесла Леда. – Главное, чтобы вы завтра были в замке. Мне действительно очень нужна ваша помощь.

Оставив Идду хлопотать над незадачливым кузнецом, Леда жестом приказала лейтенанту следовать за ней. Тэрон ещё раз бросил на Кору взгляд, полный нежности, и поспешил за принцессой.

Они прошли несколько домов и остановились напротив таверны. Здание выглядело обманчиво приветливым на фоне остальных строений. Стены его были сложены из крепких брёвен, окна целы, а над входом красовалась вывеска – чёрная доска, на которой была неумело, но с душой нарисована белой краской пуля с крыльями.

Леда повернулась к Тэрону и спросила, пристально глядя ему в глаза:

– Скажите, лейтенант, вы-то зачем сюда приехали?