Текст книги "Том 84. Полное собрание сочинений. "
Автор книги: Лев Толстой
Жанр:
Классическая проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 37 страниц)
1891 г. Октября 29. Бегичевка.
Ах, как хочется, чтобы письмо это застало [тебя] в хорошем духовном состоянии, милый друг. Буду надеяться, что это так, и завтра – день прихода почты – буду с волнением ждать и открывать твое письмо. – Ты пишешь, что ты остаешься одна, несчастная, и мне грустно за тебя. Но будет об этом. Напишу о нас. Выехали по хорошей погоде в катках больших все: Лева, Попов и мы 5-ро1 с М[арьей] К[ирилловной].2 На станции встретили Ивана Иваныча, к[оторый] ехал с нами. На станции, как и везде, народа черного, едущего на зарабо[тки] и возвращающегося после тщетных поисков, – бездна.
Нас с билетами 3-го класса посадили во 2-й. Тут нашелся Керн3 и потом Богоявленский.4 Жара страшная, и мы все осовели от нее. На Клекотках простились с Левой и Поповым и нашли две тройки в санях за нами. Ехать решили что нельзя, п[отому] ч[то] шел снег с ветром, и ночевали не дурно в бедненьк[ой], но не очень грязной гостинице.
Девочки так ухаживают за мной, так укладывали всё, так старательны, что только можно желать уменьшения, а не увеличения заботы. Всё это твоя через них действует забота, и я ценю ее, хотя и не нуждаюсь в ней, или так мне кажется. Рано утром поднялись, но выехали в 10. Ехали хорошо, тепло. Я надел раз тулуп, – и приехали5 в два. Дом теплый, топленный, – всё прекрасно приготовлено. Мне Ив[ан] Ив[анович] уступил свой великолеп[ный] кабинет. У девочек две комнаты с особым ходом. Общая большая комната для repas.6 Сам он поместился в маленькой комнатке Ал[ексея] Митр[офановича], рядом с своим Федотом.7 Нынче я настоял, чтобы он пошел в кабинет, а я на его место. И сейчас перешел, и мне прекрасно, и тепло, и уютно, и за перегородкой спит Федот. Обед простой, чистый, сытный; молока вволю.
После обеда заснул. Приехали вещи. Девочки разобрались; вечером приехал Мордвинов,8 зять Ив[ана] Ив[ановича], земский начальник, весь поглощенный заботой о народе. Когда он уехал, и в 9 часов разошлись, я сел писать статью о том, что страшно не знать, достанет или недостанет хлеба в России на прокормление, и до 11 часов пописал.9 Потом спал прекрасно. Утром продолжал статью. Между прочим побеседовал с Ив. Ив., и больше определилась деятельность девочек. Тане я очень советую взяться за дело пряжи и тканья, т. е. устройства этого заработка. Маша будет при столовых и пекарне. Я сейчас был в 3-х деревнях, из к[оторых] в двух приискал места для столовых, в обоих человек на 50. – Описывать слегка нищету и забитость этих людей нельзя. Но хорошо, здорово их видеть, если можно только хоть сколько-нибудь служить им, и я думаю, что можно. От Грота ты, вероятно, знаешь, что статью мою в числе других повезли в Петерб[ург], в цензуру, и, вероятно, запретят. И я рад. Я напишу другую и эту переделаю. Надо добрее, то и трудно, чтобы быть правдивым и добрым. Если это напишу, пришлю тебе. Ты с Гротом просмотри и пошли в Р[усские] В[едомости]. – Ну, пока прощай, целую тебя и детей, маленьких и миленьких, как говорил Фет, и тебя, не маленькую, но милую. Ив[ан] Ив[анович] уехал к Писареву10 и вероятно привезет его с собой.
Л. Т.
1 Кроме Толстого ехали: Татьяна и Марья Львовны, В. А. Кузминская и М. К. Кузнецова.
2 Марья Кирилловна Кузнецова, портниха и горничная С. А. Толстой.
3 Эдуард Эдуардович Керп – бывший лесничий в казенной Зясеке.
4 Николай Ефимович Богоявленский (р. 1862 г.) – земский врач.
5 В Бегичевку, Данковского уезда Рязанской губ., имение И. И. Раевского. Бегичевка стала центром деятельности Толстого помощи нуждающимся в голодные годы (1891—1893).
6 [еды.]
7 Федот Васильевич Афанасьев – повар у Раевских.
8 Иван Николаевич Мордвинов (1854—1917), был женат на Маргарите Ивановне Раевской (1856—1912).
9 Статью «Страшный вопрос»; напечатана была в «Русских ведомостях» за 1891 г., № 306, от 6 ноября.
10 Рафаил Алексеевич Писарев (1850—1906).
464.1891 г. Ноября 2. Бегичевка.
Мы до сих пор еще не получили писем, милый друг, и я не спокоен о тебе. Надеюсь, что завтра получим, и хорошие от тебя вести. Деятельность здесь самая радостная, если бы можно назвать радостною деятельность, вызванную бедствием людей. Три столовые открыты и действуют. Трогательно видеть, как мало нужно для того, чтобы помочь и, главное, вызвать добрые чувства. Нынче я был в двух во время сбора и обеда. В каждой около 30 чел[овек]. В числе их одна попадья вдова и дьячиха. Нынче я сделал наблюдение, что очень приглядываешься к страданиям, и не поражает и большое лишение и страдание, п[отому] ч[то] видишь вокруг худшие. И сам страдающий видит тоже. Девочки наши все очень заняты, полезны и чувствуют это. Мы не распространяем своей деятельности, чтобы не превзойти свои средства; но если бы кто хотел быть полезным людям, то здесь поприще широкое. И так легко и просто. Устройство столовых, к[отор]ым мы обязаны Ив[ану] Ивановичу, есть удивительная вещь. Народ берется за это как за что-то родное, знакомое, и смотрят все как на что-то, что так и должно быть и не может быть иным. Я в другой раз опишу тебе подробнее. Ив. Ив. всем нам очень мил. Сердечен, умен и серьезен. Мы все его больше и больше любим. Жить нам прекрасно. Слишком роскошно и удобно. Писарев б[ыл] вчера, нынче должна была быть она.1 Завтра Таня хотела к ней съездить. Наташа2 очень милая, энергичная, серьезная. Богоявленский был 2 раза. Написал я эту статью.3 Прочел ее Писар[еву] и Раевск[ому], они одобрили, и мне кажется, что она может быть полезна. Красноречия там нет, и места для него нет, а есть нечто, точно нужное и мучающее всех. Пошли ее поскорее в Рус[ские] Вед[омости], и, если будут предлагать, то возьми с них, чем больше, тем лучше, денег для наших столовых. Если пришлют, хорошо, а не пришлют, тоже хорошо. Денег не нужно, но если пришлют, то здесь найдется им употребление.
Я пишу это, и сам боюсь. Боюсь, чтобы деньги эти и всякие, если бы прислали их, не спутали нас, не увлекли в деятельность сверх сил. Нужнее всего люди. Пиши подробнее о себе, своем здоровье, о детях. Целую тебя, милый друг, и детей. Верно девочки припишут.
Попроси Алек[сея] Митр[офановича], которого благодарю за его хорошее письмо, просмотреть статью и поправить знаки и даже выражения, где могут быть неправильны, под твоим наблюдением; коректуру, верно, ты просмотришь. Поклон М-r Борелю.
Ну, пока прощай.
1 Евгения Павловна Писарева, рожд. гр. Баранова.
2 Наталья Николаевна Философова, позднее Ден. Принимала деятельное участие в оказании помощи голодающим.
3 «Страшный вопрос».
465.1891 г. Ноября 4. Бегичевка.
Хочется приписать тебе хоть неск[олько] слов, милый друг. Жить здесь очень хорошо, чувствуется, что приносишь пользу, и было бы мне и всем нам вполне хорошо, если бы не мысль о тебе, о том, что тебе тяжело и грустно. Жаль, что не пришлось видеться с Дьяк[овым]1 перед смертью. Ничто так не напоминает о своей близости к смерти, как смерть таких близких, как он б[ыл] мне. И напоминание это на меня всегда действует ободряюще. Я совсем здоров. Нынче писал рассказ для Об[оленского].2 Очень бы хотелось, чтобы вышло. Целую тебя и детей.
В статье «Страшный вопрос», там, где говорится о бане и театре, замени, пожалуйста, театр фабрикой, т. е. так, чтобы сказать: но если крыша опасна на фабрике, где постоянно работают тысячи чел[овек] и т. д. Или вовсе выкинь всё сравнение, как найдешь лучше.3
Приписка к письму T. Л. Толстой.
1 О болезни Д. Л. Дьякова С. А. Толстая писала 28 октября (ПСТ. стр. 453).
2 «Кто прав?»
3 В напечатанном тексте «Страшный вопрос» сохранен пример бани и театра; выдвинутые Толстым в настоящем письме изменения текста использованы не были.
466.1891 г. Ноября 7. Хутор Мордвиновых.
Дня два не писали тебе, милый друг. Кажется, Наташа посылает на почту, и я пользуюсь этим случаем. Вчера получили твои два письма: одно унылое1 и другое более бодрое,2 в к[отором] ты пишешь о Клейнере3 и его советах тебе, и о твоем письме в Газету.4 – Я вчера еще сам себя спрашивал: что мне сосет и грустно? И отвечал себе: ты, твое здоровье и душевное состояние. Слава Богу, что теперь лучше. Только бы получить подтверждающее то же известие! —
Событий у нас за это время никаких. Маша ездит каждый день в три столовые в Рыхотск[ой] волости, за 4 версты. Там много дела – и в том, чтобы следить за хозяйками (те, у к[оторых] столовые), и допускать просящихся, и отклонять попытки злоупотреблений. И тут есть. И, разумеется, не важно, что поест тот, кто желает, но, во 1-х, не достанет тем, кому нужно, и хождение ненуждающегося возбуждает дурные чувства в других. Кроме того, со вчерашнего дня там началась выдача муки от земства, и потому надо было отчислить тех, к[оторы]м при этой выдаче уже не нужно. Таня же облюбовала ближнюю большую деревню,5 где уж получают от земства муку, но, несмотря на то, остается много бедняков, к[оторых] она и хочет кормить. Нынче она хотела начать. Вера взялась за школу6 и с увлечением занимается ею; иногда ездит и ходит с дочерьми. Я хожу и езжу в Рыхотскую волость, где три столов[ые], и по утрам пишу. Пишу я статью художеств[енную] для Оболенск[ого]. Половина сделана; кончаю свою большую работу,7 и 3-го, дня поправил корект[уры] Гротовск[ой] статьи и послал их. Если он будет печатать, то ты, верно, просмотришь в коректурах новые поправки. Нынче хочу написать статью описание столовых. Это очень важно. Как они устраиваются и как идут, с тем, чтобы каждый знал, как пользоваться этим чудесным, простым, практическим, народным и лучше других достигающим цели. Это тем более нужно, что ты в своем письме упомянула о них. Твое письмо8 очень хорошо. Только одно жалко, что говоришь, как бы восхваляя, о своих. Но всё очень хорошо. Милый Страхов.9 Я писал ему маленькое письмо в Петерб[ург]. Как я рад, что Сережа в Москве.10 И рад про него узнать. А то ничего не знал. И рад, что он с тобой. Радуюсь на Андрюшу, что он понимает тебя и хочет тебе быть утешением. Одно это желанье есть уж огромное утешенье. – Вчера мы после обеда получили почту с твоими письмами, но не получили газет. Я целое утро б[ыл] дома и решил идти пешком к Мордвиновым,11 по Дону версты 4. Это прелестная прогулка. Таня собралась со мной, потом Ив[ан] Ив[анович], потом Маша; только Вера осталась, п[отому] ч[то] у ней школа вечером. Мы пошли, надеясь вернуться вечером же. Шел снег с ветром; но, когда мы пришли и посидели, то оказалось, что ехать нельзя – такая мятелъ, и вот мы засели и ночевали. Здесь очень милая семья: подростки дети, учительницы, бабушка.12 Наташа оказалась тоже тут и не могла уехать. Теперь утро, и я от Мордвинов[ых] пишу тебе, особенно в виду того, что, узнав о метели, ты будешь беспокоиться. Чтобы ты не беспокоилась в этом отношении, я тебе скажу, что я сам страшно боюсь этого, и как только мы приехали, я сделал уговор со всеми, к к[оторому] и сам первый подписался, чтобы в случае малейшей опасности мятели не ездить, а ждать. Так вот, милый друг, все наши новости, целую тебя и детей и жду хороших вестей, и надеюсь тебе всё давать хорошие.
Л. Т.
1 От 1 ноября 1891 г. (ПСТ, стр. 455).
2 От 4 ноября.
3 Сергей Михайлович Клейнер – московский врач.
4 4 ноября С. А. Толстая сообщала в своем письме-призыве о помощи голодающим в редакцию «Русских ведомостей» от 3 ноября.
5 Село Екатерининское, Епифанского уезда, Тульской губ.
6 В Бегичевке.
7 «Царство божие внутри вас».
8 Напечатанное в «Русских ведомостях» от 3 ноября.
9 С. Л. Толстая виделась с Н. Н. Страховым во время его пребывания в Москве.
10 Брат Толстого Сергей Николаевич.
11 Мордвиновский хутор «Утес» находился в 2 км. от Бегичевки.
12 Екатерина Ивановна Раевская (1817—1899), рожд. Бибикова – писательница. См. ее дневник в «Летописях» Государственного литературного музея, II, М. 1938.
467.1891 г. Ноября 9. Бегичевка.
Получили твое письмо с Раевским,1 милый друг, и всё бы хорошо, если бы не инфлуенца детей. Вот уж именно: I hope,2 что им теперь лучше, и всё прошло, и что ты не очень измучилась. Впрочем, самое тяжелое, твое ухаживанье за больными, не подкосит тебя так, как твое неопределенное нервное состояние, к[отор]ое мучило тебя последнее время.Ты глухо пишешь, что тебе лучше. Но как, до какой степени? Напиши подробно. Эта твоя болезнь моя заноза. Вчера я с Машей ездил на одной лошадке в наши столовые в Татищево, за 5 верст, а Таня ходила в свою ближайшую столовую. У нас теперь идет пертурбация с тех пор, как деревни стали получать муку от земства. Прежде были определенно и несомненно нуждающиеся, а теперь с выдачей является сомнение, и казалось бы должно уменьшиться количество посещающих столовые, а оно еще увеличилось.
Время идет, запасы истощаются. Те, к[оторые] не были нуждающимися, становятся ими; и, кроме того мне кажется, что начинается волнение, недовольство, требовательность в народе. Здесь один мужик, Епиф[анского] уезда, из деревни Курицы, ездил, как говорят, ходоком к Сергею Алекс[андровичу]3 в Москву жаловаться на Писарева, что им не выдают хлеба достаточно, и будто С[ергей] А[лександрович] сказал ему, что дадут всем, и он, вернувшись, мутит народ. На деньги твои, почти на все 1100 р[ублей], мы решили купить дров, к[оторые] нашлись в околодке. Это было самое нужное и трудное достать. Хлеба в нашей местности, судя по тому, что закуплено теперь земством, должно достать хотя на половину, но топлива совсем нет. Эти же дрова близко и дешево, по 18 рубл[ей] за саж[ень]. Они пойдут по столовым и прямо в помощь нуждающимся. Если же бы остались, то всегда могут быть променены на хлеб. Я в практическом деле вполне доверяюсь Раевскому, а это его мнение.
Вчера, возвращаясь с Машей домой, уж под домом мы встретили сани с факелом, к[оторые] ехали нам навстречу, так Ив[ан] Ив[анович] беспокоится и заботится о нас. И дома застали двух Р[аевских]4 и Ив[ана] Алек[сандровича], к[оторый], встретившись с ними в Туле, приехал с ними. Нынче Таня и Маша были опять по своим столовым, Вера в школе, а я писал. Теперь же 3 часа. Они все на двух парах уехали к Наташе и вернуться хотели засветло к Мордвиновым, на половине дороги, где я их встречу. Мне очень многое хочется писать, но последние два дня, несмотря на то, что совершенно здоров, ничего не пишется. А хочется писать это заключение к моей большой статье,5 статью Оболенскому, к[оторую] начал и много написал, и статью о столовых,6 о наилучшем, по моему, способе помощи, к[оторую] нынче писал. Это нужнее всего: хочется сообщить другим самый простой и практический способ помощи. Еще хочется написать короткое письмецо в газету, с включением письма, полученного от Попова.7 Постараюсь успеть написать это на отдельной бумажке и тогда вложу в это письмо. Спасибо тебе за хлопоты о моей статье. Перемены так незначительны, что ничего неприятного нет. Получил я еще письмо от одной г-жи Вагнер,8 из Курск[ой] губ., кот[орая] спрашивает совета, где бы она бы могла в продолжении 10 мес[яцев] прокормить от 60 до 80 челов[ек].
Я ее направил в Оренбург, но предложил заехать к нам.
О Леве я бы беспокоился, если бы не знал, как там9 трудно и медленно сообщение. Прощай, душень[ка], целую тебя и детей.
Л. Т.
Перечтя внимательно письмо Попова, я нашел в нем подробности, внушившие мне сомнение в подлинности сведений, – именно то, что Свящ[енник] отъисповедывал 50 чел[овек]. – Это было в газетах, в известиях из Казани, – и решил не печатать. Твоя мысль не печатать в газетах о том, что деньги, полученные за представления Плод[ов] Просв[ещения], пожертвованы театральной дирекцией, – очень хороша.
На конверте: Москва. Хамовнический переулок, дом № 15. Графине Софье Андревне Толстой.
1 От 6 ноября (ПСТ, стр. 458).
2 [Я надеюсь]
3 Вел. кн. Сергей Александрович (1857—1906) – московский генерал-губернатор.
4 И. И. Раевского (младшего) и П. И. Раевского.
5 К «Царству божию внутри вас».
6 «О средствах помощи населению, пострадавшему от неурожая». Напечатана в книге «Помощь голодающим», М., изд. «Русские ведомости», 1892, стр. 469—586.
7 Письмо это не сохранилось.
8 Екатерина Дмитриевна Вагнер (ум. 1918 г.), рожд. Былим-Колосовская.
9 «Сын Лев, оставив университет, уехал на помощь голодающим в глухие степи Самарской губернии» (п. С. А.).
468.1891 г. Ноября 11. Бегичевка.
Ездили мы с Машей целый день. И день был удачный. И погода была хороша, и всё спорилось. Мы теперь открываем столовые около другого центра запасов. Прежние столовые около склада Раевского, теперь около склада Ершова,1 вашего московс[кого] предводителя. Там его управляющий будет отпускать провизию на открывающиеся вокруг него столовые. И там очень нужно. Много нужды. Маша застала человека, действительно не евшего два дня и ослабевшего. Я вчера устраивал две столовые для Веры, для ее денег, на новом основании, именно на том, чтобы нам не отбирать тех, кот[орые] имеют и не имеют права ходить, а на совесть людей предоставить ходить всем без разбора, ограничивая только количеством заготовленного обеда. Это интересно очень, как пойдет.
Не помню, писал ли тебе я или Та[ня], что вчера явился к нам студент Дубровин, 4-го курса юрист, желая помогать и ехать в Самару. Теперь хлопочет здесь. Нынче он ездил за дровами. Узнай, что про него знают.
Я уморился, надышался воздухом, и кругом болтают, и потому кончаю. Но, несмотря на болтовню кругом и усталость, помню одно то, что хотелось бы получить от тебя добрые вести. Сейчас приехала Наташа и говорит, что ее мать пишет, что ты встала и дети, кроме Саши и Ванички. но что и им лучше. Что это значит, что ты встала? – Прощай пока, целую тебя и детей.
Л. Т.
Приписка к письму Т. Л. Толстой.
1 Склад Ершова находился в Грязновке, в 9 км. от Бегичевки. Владимир Иванович Ершов (1844—1899) – в 1890—1892 гг. московский губернский предводитель дворянства.
469.1891 г. Ноября 14. Бегичевка.
Сейчас едет назад ямщик, привозивший Ив[ана] Ивановича] с Эл[еной] Павл[овной], и вот пишу хоть немного. Мы все здоровы вполне. Дело идет хорошо. Открыто наших 17 столов[ых]. И всё нужно еще и еще. Со всех сторон прибывают и сотрудники, и средства. С вчерашней почтой получено более тысячи. – Твоих писем получили 3.1 Одно унылое; но за то последнее, от 9 (кажется), более, даже совсем бодрое. От Дунаева получили письмо. Он пишет о тебе хорошо. Он понимает тебя и любит; понимает хорошее в тебе. Попрекнул я тебя за то, что ты себя упрекаешь в том, что переехала в Москву. Ты сама себя мучаешь и, главное, не верно оцениваешь чувства других к тебе. Je suis sûr, que tu ne t'imagines pas avec quel amour nous pensons et parlons de toi.2 Вчера получили известие, очень нас поразившее грустно. Аничка, т. е. Анна Петр[овна],3 скончалась. Поболела неделю и умерла. Ник[олай] Ник[олаевич] пишет,4 и, видно, очень огорчен. – Здесь приехал Матв[ей] Ник[олаевич] Чистяков5 от Черткова и еще Тулинов, студент, помнишь.6 От Левы б[ыло] письмо коротенькое вчера. – Он здоров.
На обороте: Москва. Хамовнический переулок, № 15. Графине Софье Андревне Толстой.
1 От 8, 9 и 10 ноября.
2 [Я уверен, что ты себе не представляешь, с какой любовью мы думаем и говорим о тебе.]
3 Анна Петровна Ге (1832—1891) – жена художника H. Н. Ге.
4 Николай Николаевич Ге (1831—1894).
5 Матвей Николаевич Чистяков (1854—1920). См. т. 65.
6 Николай Иванович Тулйнов.
470.1891 г. Ноября 17. Бегичевка.
Не пишется, пот[ому] что нынче ждал почты и известий о тебе, милый друг. – Письмо это свезет тебе H. Т. Владимиров.1 Он очень замечательный тип нового русского деятеля из крестьян: деятельный, умный, практичный и общественный. Хотел я с ним послать несколько слов о нашей деятельности и список полученных пожертвований и целое утро писал, но не кончил и решил подождать. Главное: у меня есть написанная, не поправленная, большая статья о столовых,2 потом у Грота статья3 и эта.4 Надо подождать, выдет ли Гротовская, чтобы не б[ыло] повторений и недосказанного. Да и нынче голова тяжела, оттепель. Не торопясь, соображу завтра. Лева тебе всё про нас расскажет. И кроме хорошего, ничего и рассказывать нельзя. Все здоровы, бодры, заняты, дружны. Нынче видел во сне Сашу. Что она, поцелуй ее особенно от меня. Я как будто забывал о ней. И теперь, насколько забывал, настолько живо помню и люблю ее. – Последнее время, с приездом Элен[ы] Павлов[ны] и мальчиков, было очень суетно. Да и кроме того постоянно приезжают то тот, то другой. Матв[ея] Ник[олаевича] я задержал здесь в надежде окончить последнюю главу большой статьи. Это очень бы развязало меня. —
Ты спрашиваешь меня, куда и как употребить деньги? Я думаю, что нам надо теперь, сейчас – хлеб подешевел – купить несколько вагонов ржи, – по крайней мере, такое количество, к[оторое] обеспечило бы нам около 20 столовых, на к[оторые] нужно хлеба до новины тысяч 8. Впрочем ничего загадывать нельзя и не надо, а жить и действовать по мере требований обстоятельств. Владимиров много хорошего придумал и обещал. Посмотрим, что будет? Посылаю тебе мои черновые двух статей, к[оторые] я готовил. Ты всё разберешь. Прочти их и скажи свое мнение. Список пожертвований надо начать с тех, к[оторые] присланы тебе. – Ну, прощай, голубушка. Не пишется, во 1-х, п[отому] ч[то] Лева расскажет, а во 2-х, потому, что нынче получу от тебя известие. Только бы дал Бог, чтобы ты была здорова и добра, как ты последнее время; но чтобы здорова была, как была летом. Зима верно тебя поправит.
Постоянно думаю о тебе и люблю.
Л. Толстой.
На конверте: Графине Софье Андревне Толстой.
1 Нил Тимофеевич Владимиров. Его направила к Толстому С. А. Толстая с письмом от 12 ноября 1891 г. (ПСТ, стр. 464).
2 О столовых идет речь в статье Толстого «О средствах помощи населению, пострадавшему от неурожая».
3 Статья, предназначенная для «Вопросов философии и психологии» и запрещенная цензурой.
4 С. А. Толстая писала об этой статье 20 ноября: «О коротенькой статье я такого мнения: как отчет – не довольно полный и ясный; как статья – не довольно интересна и чувству ничего не говорит. Так что она не удовлетворяет» (ПСТ, стр. 468).
