Текст книги "Том 84. Полное собрание сочинений. "
Автор книги: Лев Толстой
Жанр:
Классическая проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 37 страниц)
1895 г. Октября 3. Я. П.
Третьего дня Таня писала тебе,1 а вчера я хотел написать, да пропустил время, нынче же непременно хочется поговорить с тобой, милый друг. Надеюсь, что оно застанет тебя в твоем тяжелом одиночестве в Твери.2 У нас все здоровы. У меня была какая то лихорадка, от того и на губе высыпало, и после тебя дни два было не по себе, но нынче совсем здоров. Вера с Сашей поехали в Тулу, и мы их ждем сейчас (З часа). Нынче приехал Илья. Соня беспокоится об Андрее3 и везет его к Рудневу. Завтра она будет в Туле. Султан лежит без ног в яблочном шалаше и умирает своей смертью.
Вот всё про нас. Думаю же я всё о тебе. Как тебе тяжело и одиноко, и тревожно будет в Твери. Могу тебе советовать только то, что сам себе советую в тяжелые и трудные минуты. Fais ce que doit, advienne que pourra.4 Если сделал то, что считаешь должным и что можешь, и делал всё не для себя, то больше ничего большего от себя не должно требовать, а надо успокоиться и отдыхать и молиться. Есть такое состояние, в кот[ором] чувствуешь, что дальше ничего делать путного не можешь, что всякая попытка продолжать делать в таком состоянии усталости, суеты или раздражения только повредит делу, а не подвинет его. И тогда надо остановиться, не волноваться и отдыхать. Для того же, чтобы не волноваться, надо молиться. Ты знаешь это, п[отому] ч[то] сама теперь молишься. Только молиться я предпочитаю не по книжке, не чужими словами, а своими. Молиться я называю обдумывать свое положение не в виду каких-нибудь мирских событий, а в виду Бога и смерти, т. е. перехода к нему или в другую обитель его. Меня это очень успокаивает и утверждает, когда я живо пойму и сознаю то, что я здесь только на время и для исполнения какого-то нужного от меня дела. Если я здесь делаю по силам своим это дело, то что же может со мной случиться неприятного? ни здесь, ни там? Знаю я, что для тебя главное горе разлуки с В[аничкой]. Но и тут всё тоже спасение и утешение: сближение с Богом, а через Бога с ним. От того то и обращаемся мы в горе потерь, смертей к Богу, что чувствуем, что соединение с ними только через него. Пишу, что думаю о тебе. Боюсь за твою тревогу в одиночестве и говорю, что, думаю, может утишить. Андрюшу целую. Помоги ему Бог найти путь, приближающий его к нему. Пусть, главное, жалеет и блюдет свою душу бессмертную, Божескую, а не туманит ее. Целую тебя нежно.
Саша с Верой сейчас приехали.
Л. Т.
На конверте: Г. Тверь. Европейская гостиница. Графине Софье Андревне Толстой.
1 Письмо от 1 октября (ACT).
2 В Твери отбывал воинскую повинность A. Л. Толстой.
3 Внук Толстого – Андрей Ильич Толстой (1894—1920).
4 [Делай, что должно, и пусть будет, что будет.] Эти слова Толстой записал перед своей смертью в Дневнике. См. т. 58, стр. 126.
638.1895 г. Октября 16. Я. П.
Как мне жаль, что Андр[юша] тебя опять будет мучать. У меня соединяется в одно и перевешивает одно другое: горе и тоска погибели Анд[рюши],1 хотя всё надеюсь воскресенья, и радости, и умиления наших отношений с тобой. Нынче много хорошо думал. Сейчас садимся ужинать. На дворе буря, дождь, а в доме и в душе хорошо. I hope, что твое нездоровье прошло и что тебе будет хорошо, и главное – бодрая и такая же, как поехала, приедешь к нам. Начал писать Мише письмо. Не знаю, удастся ли кончить.2 Целую тебя и его.
Л. Т.
1 Имеется в виду связь А. Л. Толстого с яснополянской крестьянкой Акулиной Макаровой.
2 Письмо Толстого к М. Л. Толстому от 19 октября. См. т. 68.
639.1895 г. Октября 25. Я. П.
Хотел тебе написать, милый друг, в самый день твоего отъезда, под свежим впечатлением того чувства, к[оторое] испытал, а вот прошло полтора дня, и только сегодня, 25-го, пишу. Чувство, к[оторое] я испытал, было странное умиление, жалость и совершенно новая любовь к тебе, – любовь такая, при кот[орой] я совершенно перенесся в тебя и испытывал то самое, что ты испытывала. Это такое святое, хорошее чувство, что не надо бы говорить про него, да знаю, что ты будешь рада слышать это, и знаю, что от того, что я выскажу его, оно изменится. Напротив, сейчас начавши писать тебе, испытываю тоже. Странно это чувство наше, как вечерняя заря. Только изредка тучки твоего несогласия со мной и моего с тобой уменьшают этот свет. Я всё надеюсь, что они разойдутся перед ночью и что закат будет совсем светлый и ясный. Не писал же я тебе п[отому], ч[то] всё продолжаю быть не бодр мыслью. И не то, что глуп, а нет энергии, охоты писать. И знаю, что пересиливать себя не надо. Так нынче прекрасный, теплый тихий день, и я поехал верхом в Тулу, только чтобы прокатиться. Сегодня же приехал Колаша1 и Илюша, к[оторый] забросил в Козловке записку,2 чтобы за ним выехали. Я застал его еще в Туле, был на почте и вместе с ним вернулись. Он бедствует, переводит свой залог в дворянский банк и хочет просить у тебя 1000 р[ублей].
Мы живем хорошо. Я завтра перейду наверх, чтобы не топить нижнюю комнату. От Тани письмо3 было вчера вечером, с лошадьми, возившими людей. Она пишет, что будет здесь в понедельник, а в Москве днем раньше. Задержалась она затем, чтобы увидаться с Таней сестрой, кот[орая] приезжает в пятницу. Пишет, что она ведет себя не легкомысленно, отказалась от двух литерат[урных] вечеров, Икскуль4 и Гуревич,5 но что ей хорошо, особенно у Эрдели.6 – Как твое здоровье и твои отношения с мальчиками? И то, и другое важно очень. Если бы они хоть в сотую долю жалели, и, главное, понимали тебя, входили в твое душевное состояние, как я. – Только бы они не одуряли себя всякими дурманами, не спешили никуда, они никогда бы не сделали тебе больно, п[отому] ч[то] оба любят тебя. Целую их и милую Сашу. Без нее пусто и без ее смеха не так весело. Прощай пока.
Л. Т.
На конверте: Москва. Хамовнический переулок, дом Толстого. Софье Андревне Толстой.
1 Н. Л. Оболенский.
2 Записка эта не сохранилась.
3 Письмо это неизвестно.
4 Варвара Ивановна Икскуль, рожд. Лудковская – жена посла в Англии К. П. Икскуль.
5 Л. Я. Гуревич.
6 В Петербурге Толстые останавливались в то время у М. А. Эрдели.
640.1895 г. Октября 28. Я. П.
Вчера получил твое письмо,1 радостное очень. Дай Бог только, чтобы всё так продолжалось, включая мальчиков. Мы по старому, нынче приехала Мар[ья] Мих[айловна],2 завтра ждем Давыдовых. Я вчера был у них, – ездил верхом.
Нынче, 28, я хорошо думал, и кое-что писал, и окончательно бросил начатую повесть.3 Совсем скверно. От Черткова получил дневники и займусь ими.4 Чертковы едут в Петер[бург] жить. – Мы совсем было услали посланного за Бухманом,5 и я остановил его, чтобы написать тебе хоть это. У меня на душе очень хорошо. Целую всех, Мише письмо напишу,6 пошлю завтра.
Л. Т.
Таня уж с тобой.
Я не забываю ее, как она думает.
На обороте: Москва. Хамовнический переулок, д. Толстого. Софье Андреевне Толстой.
1 От 26 октября (ПСТ, стр. 624).
2 М. М. Холевинская.
3 «Воскресение».
4 13 октября 1895 г. из разговора с женой Толстой узнал, что она прочла в Дневнике касавшуюся ее запись 6 октября и расстроилась содержанием этой записи. Взволнованный тронувшей его последовавшей беседой, Толстой записал в Дневнике: «Никогда еще я не чувствовал себя столь виновным и умиленным. Ах, если бы это еще больше сблизило нас». В связи с этим разговором С. А. Толстая попросила Льва Николаевича взять у Черткова находившиеся у него Дневники и уничтожить в них неприятные для нее места.
5 Александр Николаевич Бухман, воспитанник Н. В. Давыдова.
6Можно прочесть: написал.
* 641.1895 г. Ноября 2. Я. П.
Пускай приезжают пишу.
Телеграмма. Текст ее извлекается из письма В. А. Кузминской к С. А. Толстой от 4 ноября. Датируется на основании письма № 642. Телеграмма послана Толстым С. А. Толстой по получении им от нее письма от 31 октября, в котором она писала: «Дело вот в чем: сегодня приехала ко мне актриса Никулина, на бенефис которой 28 ноября пойдет «Власть тьмы». Она просила меня написать тебе просьбу от нее и артистов Малого театра, чтобы ты позволил им (пять человек) приехать к тебе в субботу, скорым поездом (приходит в Тулу в б часов вечера) и уехать с ночным (в 2 часа ночи поезд). Значит, они пробыли бы всего один вечер, часа четыре, в течение которых они умоляют тебя прочесть им вслух «Власть тьмы». Посланная Толстым телеграмма не пришла по назначению. В. А. Кузминская сообщала о происшедшем недоразумении в письме к С. А. Толстой от 5 ноября: «С актерами вышло очень странно: дядя Ляля тебе телеграфировал «пускай приезжают пишу», а на Козловке перепутали и вместо «пишу» послали «Тулу» (письмо с почт. шт. «Почтовый вагон. 5 ноября 1895», датируется 4 ноября по содержанию).
642.1895 г. Ноября 2. Я. П.
Послал телеграмму. Очень бы желал, чтоб миновала эта суета,1 но нельзя отказать. Важно твое здоровье. Отчего ты оставила леченье – ванны и др[угое]. Ради Бога, не оставляй. Ничто не важно, если ты и телесно и душевно страдаешь.2 Не приехать ли мне к тебе? Всё так ничтожно в сравнении с твоим состоянием. Разумеется не принимай никого. И ради Бога телеграфируй, и я тотчас же приеду к тебе.3 То, что пишешь о мальчиках, грустно, но я и не жду другого. И то хорошо.
Ради Бога, голубушка, не скрывай, не думай о других, а только о себе. Я бы рад пожертвовать тебе многим, но к сожалению тут и жертвовать ничем не придется, п[отому] ч[то] приехать к тебе будет радость. – Все два дня перечитываю дневники, с тем, чтобы уничтожить, что неправда, и нашел только одно место,4 но и то далеко не такое гадкое, как то, кот[орое] огорчило тебя.5 Целую тебя, голубушка, и жду письма,
Л. Т.
1 См. предшествующую телеграмму.
2 См. письмо С. А. Толстой от 31 октября (ПСТ, стр. 628).
3 Имеется в виду письмо С. А. Толстой от 31 октября (ПСТ, стр. 627—628).
4 В Дневниках 1888—1889 гг. вымарано и вырезано тридцать три места (см. т. 50). В Дневниках 1890—1895 гг. изъято двенадцать мест (см. тт. 51—53). О каком месте пишет Толстой в настоящем письме, определить невозможно.
5 Речь идет о вымаранной дневниковой записи в семнадцать строк под 6 октября 1895 г. (т. 53).
*643.1895 г. Ноября 4. Я. П.
Не покидает меня мысль о твоем нездоровьи, милый друг. Ради нас всех, не скажу лечись, а берегись.
Последнее письмо твое к Маше1 утешительно тем, что ты хочешь беречься и сидеть. Пожалуйста, голубушка. Вчера кончил свое чтение своих дневников и вынес в том отношении, в кот[ором] мы говорили, самое хорошее впечатление – именно то, кот[орое] вынесет всякий, кто когда-либо будет читать их, что связывала нас и связывает самая неразрывная любовь, что различие верований, т. е. переворот, происшедший во мне, заставил нас страдать, но что победила любовь. Видно, как это понемногу делалось, делалось и совершилось. Вымарать пришлось не больше 2-х стр[аниц]. И те можно бы не марать. Я очень рад, что ошибка телеграф[а] избавила меня от чтения. Эти же господа делали дело полезное для них, и люди очень приятные.2 Целую тебя и детей. Таня была нездорова, теперь ей лучше, и мы все здоровы и дружны.
Приписка к письму В. А. Кузминской.
1 Письмо неизвестно.
2 Режиссер Малого театра С. А. Черневский и декоратор московских императорских театров К. Ф. Вальц, приезжавшие в Ясную Поляну в связи с подготовлявшейся постановкой в Малом театре «Власти тьмы». О них писала в своем письме В. А. Кузминская (почт. шт. «5 ноября 1895»).
644.1895 г. Ноября 7. Козловка.
Поехал на Козловку с этим письмом, пустым, с тем, чтобы, получив твое, на него ответить. И получил от тебя хорошее письмо,1 порадовавшее меня о твоем душевном состоянии, но физически нехорошо. Нехорошо, что такие средства употребляешь.2 Только могут они, – доктора, – портить, пройдет болезнь только от того, что пройдет ей время и организм преодолеет ее. Вчера Маша с Верочкой ездили в Тулу и у Давыдовых весело танцовали вчетвером с Бухманом. Пишу это письмо от Мар[ьи] Ал[ександровны]. Мы беспокоились о ней. Она уехала от нас такая слабая, больная, но нынче опять здорова и бодра, и искренно радостна. Я вчера хорошо обдумал свое писанье, – нашел точку зрения настоящую,3 и мне весело. Целую тебя и детей. Очень хорошо всё, главное ты.
На обороте: Москва. Хамовнический пер., д. Толстого. Софье Андреевне Толстой.
1 От 4 ноября (ПСТ, стр. 630—631).
2 Опиум.
3 В своем Дневнике под 5 ноября Толстой записал так: «Я понял, что надо начинать с жизни крестьян, что они – предмет, – они – положительное, а то – тень, то отрицательное. И то же, понял и о Воскресеньи. Надо начать с нее [Масловой]. Сейчас хочу начать» (т. 53).
645.1895 г. Ноября 12. Я. П.
По последним твоим письмам1 чувствую, что тебе очень грустно и тяжело, и мне стало также грустно и хочется быть с тобою. Когда мы приедем, я не могу сказать сейчас, п[отому] ч[то] не совещался еще об этом с девочками. А вот вечером поговорю. Во всяком случае очень скоро. Я постараюсь, чтобы они ничего не забыли и уложились с акуратностью. Ты права, что чужие люди мешают; а у нас их много: нынче воскресенье, еще Бухман, Мар[ья] Мих[айловн]а и Хирьяков,2 приехавший из Петерб[урга]. Про тех я не говорю: Поша друг, Дунаев такой же, да еще и дрова колет, и печи топит. А Мар[ья] Вас[ильевна]3 всё делает. Но всё-таки было бы лучше, спокойнее, если бы мы были одни. Хорошее бы вошло на ум. Но так это мне и тебе, но им хочется визжать и хохотать. И когда это так невинно, то пускай их. Вчера они с Бухманом с восторгом плясали мазурку, я играл им. Радуюсь, что мальчики хороши и помнят, и жалеют тебя (как бы не сглазить). – Очень благодарю их за это. Ты совершенно права, что им нужно самим рассуждать, а мы им мешаем. Только бы рассуждали, употребляли бы в дело данный им от Бога разум и доброе сердце.
Смотрел фотографию семьи: как Андр[юша] похож был на Ваничку. Вчера мы с Дун[аевым] и Пошей ездили к Булыгину верхами – очень было хорошо. Но не застали ни Бул[ыгина], ни его жены. – Я совершенно одобряю то, что ты хочешь бросить леченье,4 но не одобряю, что ты хочешь двигаться и вообще нарушать гигиенические предписания. Я бы бросил только лекарства. Очень советую, прошу тебя, милый друг, беречься. Теперь я надеюсь, что скоро пройдет.
Своим здоровьем тоже не могу похвалиться. То болела голова и теперь тяжела, и запоры, и общая чрезвычайная вялость и слабость, хотя веду себя самым благоразумным образом. Ничего не пишу уже с неделю, кроме писем, кот[орые] и то пишу с неохотой. Так до свидания, голубушка, целую тебя и детей.
Л. Т.
На конверте: Москва, Хамовнический пер. Графине Софье Андревне Толстой, д. Толстого.
1 От 8 и 9 ноября (ПСТ, стр. 633—635).
2 Александр Модестович Хирьяков (род. 1862 г.) – литератор, автор книги «Жизнь Л. Н. Толстого», Спб. 1911.
3 М. В. Сяськова – была преподавательницей детей Толстого.
4 См. письмо С. А. Толстой от 9 ноября (ПСТ, стр. 635).
646.1895 г. Декабря 28. Москва.
Со вчерашнего вечера новостей у нас никаких. Я здоров, но осталась еще слабость желудка, и я очень берегусь. Много нынче писал.1 За обедом были темные: Леон[ила] Фом[инична],2 Мар[ья] Фед[оровна],3 Чертк[ов] с женой, Kennworthy,4 Поша, и потом пришел седун Василий,5 и теперь 10 часов, – те все ушли не было восьми, – кажется, всё сидит один с Таней. Маша пишет мне. Она здорова. Как то вы доехали? Нынче целый день метель и очень сильная.
Вероятно, вследствие моего состояния желудка мне уныло, и потому очень приятно сидеть одному. Мишу пригласили на вечер к Лугининым,6 и он поехал очень довольный и веселый. Это хорошо.
Письма были интересные: от Японца,7 знакомого Кониси,8 христианина и писателя, – он присылает свою статью английскую, и от Страхова:9 жалуется на мертвенность Петерб[урга] и на рабскую подлость людей. На него даже не похоже. Думаю, что вам хорошо, если только все здоровы. Целую тебя и по старшинству Илью, Соню, Сашу, Анн[очку], Мишу, Андр[юшу]10 и особенно большого Андрюшу,11 если он с вами.
Сейчас хочу надеть большую шубу, и сам снести это письмо в ящик.
Л. Т.
На конверте: Московско-Курской жел. дор. Станция Бастыево. Графине Софье Андревне Толстой.
С. А. Толстая ездила в Гриневку к сыну Илье.
1 Вероятно, «Патриотизм или мир?», см. т. 31.
2 Л. Ф. Анненкова (1844—1914), см. т. 64.
3 М. Ф. Кудрявцева, знакомая Толстого.
4 Джон Кенворти (J. С. Kenworthy) – английский писатель, автор книги о Толстом: «Tolstoy, his Life and Works», London 1902. См. т. 52.
5 В. А. Маклаков. Толстой называл его «седуном», так как он засиживался в гостях.
6 Семья профессора химии Московского университета Владимира Федоровича Лугинина (1834—1912).
7 Японский писатель Иокаи – редактор (в 1904 г.) японского журнала «Дидао-Чоо-Лю». Переписку с ним Толстого см. в т. 60.
8 Даниил Павлович Конисси (Masutaro Konishi, p. 1864 г.) – японец-буддист, принявший православие, окончил в 1893 г. Киевскую духовную академию. 1912—1914 гг. был профессором в Киото.
9 Письмо неизвестно.
10 Сына И. Л. Толстого.
11 А. Л. Толстого.
1896
647.1896 г. Января 23. Москва.
Нынче получил твое письмо, милый друг. – Надеюсь, что Андрюша уже здоров и ты не тревожишься больше о нем. Поцелуй его за нас. По твоему письму заключаю, что ты им довольна, и радуюсь этому.1 Офицер, о кот[ором] он писал,2 родственник Маклаковых, по рассказам Маклаковых, нежелательный сожитель: и любит выпить, и бросил жену, и во всех влюбляется; а главное нет ничего приятнее, как жить независимо одному. И советую тебе, Андрюша, держаться этого. У нас большое горе: Н. М. Нагорнов умер.3 Маша, кот[орая] была при его смерти, вероятно опишет тебе подробно всё. Доктор – Остроумов4 – определил, что камнем прободение кишки и от того перитонит. Очень жаль, и Вареньку и детей,5 в особенности Варю. У нас всё хорошо, хотя грустно. Таня осталась ночевать с Варей, а мы: Маша, Миша и Коля, сейчас отправив Сашу спать, сидели за чаем и задушевно и грустно говорили.
Миша кажется хорошо учится, сидит смирно дома. Вчера у нас вечером были Сухотин, Миша Олсуф[ьев], Чичерин6 и Дунаев и складно говорили.
У меня насморки, и я второй день не выхожу. И от этого даже не пошел к Нагорн[овым]. Девочки просили не ходить. Как всегда, смерть настраивает серьезно и добро, и жалеешь, что не всегда это настроение, хотя в слабой степени. Сережи всё нет. И Маню не видали. Это очень жалко. Как только Сер[ежа] приедет, я попытаюсь поговорить с ним, т. е. распросить его. Ни Серг[ея] Ив[ановича],7 ни Веры С[еверцевой] не было. Им, кажется, дали знать. Хоронить хотят в пятницу. Я думаю, ты будешь. А если не будешь, то все равно. Ты дорога для Вареньки была бы теперь и будешь после. Прощай. Целую тебя и Андрюшу.
Л. Т.
1 Письмо от 22 января из Твери, куда С. А. Толстая ездила навещать сына Андрея, отбывавшего там воинскую повинность.
2 В письме к С. А. Толстой от 19 января. Вероятно, речь идет о сыне А. П. Суражевского.
3 Муж племянницы Толстого, Н. М. Нагорнов, умер 23 января 1896 г.
4 Алексей Александрович Остроумов (1844—1908) – профессор терапевтической клиники Московского университета.
5 У Н. М. и В. В. Нагорновых было четыре сына и три дочери. См. т. 46.
6 Борис Николаевич Чичерин.
7 С. И. Танеев (1856—1915) – профессор Московской консерватории, композитор. С. И. Танеев часто бывал в доме Толстых в Москве и прожил два лета (1895 и 1896 гг.) в Ясной Поляне.
648.1896 г. Февраля 22. Никольское-Обольяново.
Сажусь писать письма и прежде всего хочу написать тебе, милый друг, а то после других еще не знаю, останется ли пороха. Я чувствую себя очень хорошо, совсем здоров, но не знаю от чего: реакция ли московск[ого] нервного возбуждения или просто старость, – слаб, вял, не хочется работать ни умственно, ни физически двигаться. Правда, нынче, 22-го, я утро провел, если не пиша, то с интересом обдумывал и записывал... Не хочется признать, что состарелся и кончил, а, должно быть, надо. Стараюсь приучить себя к этому и не пересиливать себя и не портить. Ну, довольно о себе. Мне всё таки очень хорошо, наслаждаюсь тишиной и добротой хозяев. – Как ты? Проведывают ли тебя Сережа с Маней? Уехала ли Маша?1 Что твой глаз?2 Как ты проводишь ночи? Хорошо ли спишь? Здесь, когда мы приехали, никого не было, кроме стариков3 и М[атильды] П[авловны] Молас. Лиза даже б[ыла] в Дмитрове в тамошней гимназии, к[оторой] она попечительница. Вчера она приехала. – Что Машинька сестра? Когда уедет? Про нее вспомнил пот[ому], что сейчас испытываю ту холодность религиозн[ого] чувства, о кот[орой] с ней говорил. А нам, старикам, близким к смерти, очень неприятно испытывать эту холодность, особенно, когда знаешь это чувство расширения жизни, переступающей границы рождения и смерти, и недавно его испытывал. – Гроту я просил сказать то, что в двух местах печатаемого письма4 где сказано: быть правдивым в словах и делах, прибавить: в мыслях, так, чтобы вышло: в мыслях, словах и делах. Статью Левшина5 и фотограф[ические] снимки я забыл, пришли, пожалуйста. Пришли и письма и что еще найдешь нужным из получаемых брошюр и книг. Да пришли роман АісагсРа Notre dame d’amour6 и еще какие-то англ[ийские] романы были с ними вместе. Всё это совсем не нужно, и потому, если не попадет тебе под руку, то не трудись. Прощай пока, целую тебя, молодых,7 Мишу, Сашу. Что Андрюша, надеюсь, что не мучает тебя?
Л. Т.
На конверте: Москва. Хамовники. Графине Софье Андревне Толстой. Свой дом.
1 23 февраля М. Л. Толстая уехала в Крым.
2 У С. А. Толстой болели глаза.
3 А. В. и А. М. Олсуфьевы.
4 Толстой имеет в виду опубликование в № 32 журнала «Вопросы философии и психологии», редактировавшегося Н. Я. Гротом, своего письма к П. Новицкой от декабря 1894 г. Поправка, о которой пишет Толстой, была в обоих местах введена в текст. См. т. 67.
5 Вероятно, одна из статей А. Левшина, опубликовавшего ряд очерков по истории женского вопроса в журнале «Колосья» за 1887—1889 гг.
6 Роман французского писателя Жана Экара (р. 1848 г.), вышедший в 1894 г.
7 С. Л. и М. К. Толстые.
