Текст книги "Брак по расчету. Наследник для Айсберга (СИ)"

Автор книги: Лена Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 28

Кирилл

– Ну что там? – рявкаю в трубку, едва водитель успевает поздороваться.

Он тяжело вздыхает.

– Не уверен, Кирилл Георгиевич. Лина вышла от матери сама не своя. Вся в слезах.

– Что стряслось? Она сказала?

– Говорит, что всё в порядке, но потом… Попросила просто её обнять.

Шея затекла, и я с силой сжимаю кулак. Могу поспорить, тут не обошлось без её дрянного братца.

– Вези её сюда.

– Она просила домой.

– Сюда быстрее, чем я доберусь до твоего дома. Вези ко мне. Живо.

– Вас понял.

Сбрасываю вызов и поднимаю голову. Отец и братья смотрят на меня в упор.

– Лина чем-то расстроена после визита к матери. Сказал Эду везти её сюда, – коротко объясняю.

Отец ободряюще кивает.

– Сейчас найдём ещё один стул к ужину.

Руслан хмурится.

– Он сказал, что случилось? Она в порядке?

Качаю головой.

– Эд не знает. Она молчит, а давить – только хуже делать. Там какие-то свои семейные заморочки, в которых мне ещё предстоит разобраться.

Дмитрий передёргивает плечами.

– От её братца у меня мурашки по коже.

– Просто ублюдок, – добавляет Руслан.

– Что ж, здесь, в кругу новой семьи, ей будет хорошо, – говорит отец, и его серые глаза теплеют. – Может, останетесь на ночь? Оба?

Улавливаю в его голосе затаённую просьбу. Наверное, ему одиноко в этом огромном доме без мамы и без нас, детей. Только сейчас понимаю, как отчаянно он ждёт внуков, и сердце сжимается от боли за всё, что он потерял.

Отойдя в сторону, набираю Лину. Она отвечает после пары гудков.

– Привет, солнце. Мои домашние меня сейчас съедят за то, что не привёз тебя. Соскучились. Мы ещё не ужинали, так что я попросил Эда привезти тебя сюда.

– Ох, Кирилл… А я как раз собиралась домой, мечтала о горячей ванне. Что-то я совсем расклеилась.

– Ванну мы тебе и здесь организуем. Можем остаться на ночь, залезем в постель и посмотрим какой-нибудь дурацкий фильм, из тех, что ты любишь. Утром на работу доставлю вовремя, обещаю.

– Ладно, звучит слишком соблазнительно.

Почти слышу, как она улыбается. Сбросив вызов, ловлю себя на мысли, как же это здорово – ужинать с семьёй.

С женой.

– Ого! – Лина не может сдержать восхищённого вздоха, когда входит в ванную. – Да она же огромная!

– Да, в такой и в одиночестве сидеть как-то неприлично.

– А ты разве не должен помогать отцу с ужином? – лукаво спрашивает она.

– Нет, – отвечаю я. – Руслан с Дмитрием справятся. Сегодня я к Вашим услугам, миледи. – Проверяю воду. Идеально. Стряхнув пену с руки, закрываю кран. – Ваша ванна готова.

– Это просто сказка! – выдыхает Лина, и её лицо озаряет улыбка.

Она стягивает свитер, бросает его на пол, следом летит бюстгальтер. Джинсы и трусики она аккуратно складывает рядом.

– Да, сказочно, – соглашаюсь, не в силах оторвать взгляд от её идеального тела.

Её щёки вспыхивают, и она, поджав губы, качает головой.

– Ну нельзя же так, – шепчу я. – Ты устроила мне такой соблазнительный стриптиз и теперь ругаешь за то, что я любуюсь результатом.

Она смеётся.

– Это был не стриптиз.

– А мне показалось, что он. А теперь неси своё сексуальное тело в эту горячую воду.

Она подходит, дарит лёгкий поцелуй и погружается в пену. Откинувшись назад, она кладёт голову на бортик и закрывает глаза.

– Ох, как же хорошо, – бормочет она с блаженным вздохом.

Сбросив с себя одежду, забираюсь к ней. Она без слов двигается, устраиваясь у меня на груди. Обнимаю её, прижимая к себе.

– А вот теперь стало ещё лучше, – с довольным выдохом говорит она.

Собираю её волосы в ладонь, перекидываю через плечо и нежно целую в висок.

– Правда?

– Угу, – мурлычет она, глубже зарываясь в воду. – Эдвард тебе звонил, да? Когда я от мамы выходила?

– Да.

– Предатель.

Склоняю голову и касаюсь губами её шеи.

– Он заботится о тебе, госпожа Князева. Что случилось?

– Мой брат – козёл. Кажется, я долго не смогу туда вернуться.

Чувствую, как напрягаются мышцы, и обнимаю её крепче.

– Что он сделал?

– Ничего конкретного. Просто он мудак.

Понимаю, что она уходит от ответа, но я терпелив.

– А мама? Она что-то сказала, когда он вёл себя как козёл?

– Ничего. Она никогда ничего не говорит.

Упираюсь подбородком ей в макушку.

– Он всегда так с тобой обращался?

Она вдруг разворачивается и садится на меня верхом.

– Давай не будем о моём брате, – просит она, её рука скользит вниз и накрывает мой уже твёрдый член. – Мы в этой чудесной ванне. Голые. И ты так возбуждён.

– Я всегда возбуждаюсь рядом с тобой, солнце.

Её ярко-зелёные глаза смотрят на меня так пристально, что хочется утонуть в них, разгадать всю её печаль, но она закрылась. Она двигает бёдрами, прижимаясь лоном к самой головке.

– Я знаю, что ты делаешь, Огонёк.

Она хлопает ресницами.

– И что же, Айс?

– Пытаешься отвлечь меня, чтобы я не задавал вопросы, на которые ты не хочешь отвечать.

– И как, получается? – мурлычет она, сжимая мой член так, что я закатываю глаза.

Я так сильно прикусываю губу, что чувствую вкус крови.

– Ты же знаешь, что да.

– Я хочу тебя, Айс.

У меня перехватывает дыхание.

– Попался.

Она медленно опускается на меня, позволяя заполнять её тугое, горячее нутро сантиметр за сантиметром. Обхватываю её бёдра, погружая пальцы в нежную кожу. Она запрокидывает голову и стонет, а её шёлковое тепло крепко сжимает меня.

Клянусь, я готов раствориться в этой женщине.

– Ты такая узкая, – выдыхаю я.

В ответ она лишь рвано стонет.

– Мне так хорошо, когда ты во мне, Кир. Я… – она задыхается. – Никто и никогда не дарил мне таких ощущений.

Прикусываю нежную кожу её шеи.

– И никто никогда не подарит, солнце. Ты моя.

Затем притягиваю её ниже и одновременно толкаюсь бёдрами вверх, входя до самого основания и вырывая из неё сдавленный крик.

– Сейчас я наполню тебя до краёв, а потом вылижу всё до последней капли.

– Блин!

Её внутренние мышцы пульсируют вокруг меня, сжимая в голодных тисках.

Прижимаю её к себе, тру её клитор о свой живот, пока она не начинает всхлипывать. Её лоно сжимает меня серией судорог, от которых низ живота сводит огнём. Крепко держа её, я вбиваюсь в неё снова и снова, заставляя воду выплёскиваться через край ванны.

Мой оргазм вырывается из меня лавиной, и я впиваюсь зубами в её плечо, изливая каждую каплю своего удовольствия в её влажное тепло. Когда она уже балансирует на краю, стаскиваю её с себя и усаживаю на бортик ванны, раздвигая её ноги. Наш общий вкус сводит меня с ума, заставляя сердце биться в бешеном ритме.

– Боже, какие же мы вкусные, солнце.

– Кирилл… – хнычет она, запуская пальцы в мои волосы и ёрзая на моём лице. Ласкаю языком её набухший клитор, и она взрывается, содрогаясь всем телом так сильно, что мне приходится удерживать её.

Откидываюсь на спину, снова притягиваю её на себя и впиваюсь в её губы, давая ей попробовать наш общий вкус.

– Мне нравится проводить время с твоей семьёй, – говорит она, удовлетворённо вздыхая. – Мы можем делать это чаще?

Нежно целую её в макушку, проводя пальцами по спине. Она лежит на мне, обнажённая и совершенно обессиленная после второго за вечер раза.

– Так часто, как захочешь, солнце.

Она прижимается щекой к моей груди.

– Расскажи мне про тебя и твоего брата.

Она тут же напрягается.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты рядом с ним всегда как натянутая струна. Будто иголки выпускаешь, стоит ему подойти. Мне его убить?

Она тычет меня в рёбра.

– Нет!

Дарю ей ещё один лёгкий поцелуй.

– Тогда расскажи, – настаиваю я.

Она увиливает.

– Он просто… плохой человек.

– Мне нужно больше деталей, Огонёк.

Она поднимает голову и смотрит мне в глаза.

– Ты правда хочешь знать?

Выгибаю бровь.

– Думаешь, я бы высидел этот твой ужасный фильм, если бы не хотел поговорить?

Она поджимает губы, сдерживая смешок, и снова кладёт голову мне на грудь.

– Он всегда был немного козлом, но в детстве я его почти не видела. Он вечно пропадал с друзьями. А потом, когда папу убили… – она судорожно вздыхает. – Он сказал, что это я виновата. Нет, он внушил мне, что я виновата.

Чувствую, как во мне закипает ярость.

– Что он сделал?

Она шевелится, и я позволяю ей лечь на бок, чтобы видеть её глаза.

– Мы должны были все вместе поехать на дачу в те выходные, но моя лучшая подруга Рина устраивала вечеринку у бассейна в честь своего тринадцатилетия. Я умоляла маму разрешить мне остаться, но она была непреклонна. Я закатила жуткую истерику… – из уголка её глаза катится слеза. – И папа сказал, что раз так, я не заслуживаю ни дачи, ни вечеринки, и мы оба останемся дома. Но на следующий день он меня всё-таки отпустил. Я поняла, что он просто сделал вид, что ругается, а сам всегда был на моей стороне. Он, клянусь, отлично разбирался в девчачьих подростковых драмах.

На её лице появляется грустная улыбка.

– Но если бы мы были на даче, как и должны были… он не оказался бы дома, когда к нам залезли грабители. Он был бы жив.

Нежно стираю слёзы с её щёк и беру её лицо в ладони.

– Лина, ты должна знать, что это не твоя вина.

Она всхлипывает.

– Если бы я не вела себя как избалованный ребёнок…

Боже, я готов убить этого урода голыми руками за то, что он заставлял её так думать все эти годы.

– Тебе было тринадцать. В этом возрасте капризничать – нормально.

– Я знаю, но… Не знаю, Ярослав заставил меня в это поверить, понимаешь? Он давил на это всю мою жизнь. И ведь правда, если бы не я… Если бы мы все поехали на дачу, как хотел Ярослав, папа был бы жив.

И тут меня пронзает догадка.

– Это была его идея – поехать?

Она кивает.

– Да, он так злился, когда папа решил остаться со мной. Даже пытался уговорить меня, чтобы я сказала папе, что передумала, но я так хотела на ту вечеринку…

Обнимаю её и прижимаю к себе.

– А что случилось сегодня?

– Он просто вёл себя как хам. Кажется, он и дня не может прожить, чтобы не сказать мне какую-нибудь гадость.

– Хочешь, я с ним поговорю? И под «поговорю» я имею в виду «сломаю челюсть».

– Боже, нет. Пожалуйста, не надо. Я в порядке, и я не увижу его какое-то время. Я лучше проведу его с твоей семьёй.

– С нашей семьёй, Огонёк.

Она улыбается, и, клянусь, эта улыбка плавит меня изнутри. Она называет меня «Айс», но рядом с ней я чувствую только огонь.

Глава 29

Кирилл

Направляюсь в офис, запрятанный в недрах самого элитного ночного клуба города. Там меня ждет Стас Грановский – один из четырех братьев, владеющих этим местом, и мой постоянный клиент.

Когда вхожу в кабинет и устраиваюсь в кресле, Стас уже сидит на краю стола, разглядывая меня поверх чашки с кофе. Он ставит ее на стол и кивает на кофемашину за спиной.

– Кофе будешь?

Мотаю головой.

– Нет, спасибо.

Стас садится за стол и, сцепив руки в замок, наклоняется вперед. Его мощные бицепсы натягивают ткань дорогой рубашки. Инстинктивно тру челюсть, вспоминая, как в прошлый раз он едва не снес меня с ног. Мы не раз обменивались с ним ударами.

– Давно тебя в зале не видел, приятель, – он вскидывает бровь. – Я слишком сильно навалял тебе в прошлый раз?

Провожу языком по зубам.

– Хочешь реванш?

Он усмехается.

– Кстати, поздравляю со свадьбой. Это было… неожиданно.

Пожимаю плечами.

– Что сказать, в душе я романтик.

Это заставляет его рассмеяться еще громче.

– Ну да, конечно. Приводи ее как-нибудь в клуб. Дина будет рада познакомиться.

Дина – его жена, и именно из-за нее я здесь.

Щурюсь.

– И о каком клубе ты говоришь?

Он ухмыляется.

– О каком захочешь, дружище.

Помимо самого эксклюзивного ночного клуба в городе, Стас с братьями владеет еще и частным, закрытым клубом. Кто-то назвал бы его секс-клубом, но на самом деле все гораздо сложнее.

– Посмотрим, – отвечаю я.

– Что ж, если надумаете, дай знать. Забронируем вам кабинку.

Образ Лины, стонущей подо мной в одной из приватных кабинок «Павлина», вспыхивает в голове. Трясу головой, прогоняя наваждение. Раньше я не отвлекался так легко.

Стас усмехается.

– Ладно, хватит болтать. Полагаю, ты здесь по делу?

– Да. Мне нужно кое-что раскопать. Не горит, но дело деликатное. Не могу доверить его кому попало.

Он барабанит пальцами по столу.

– Хочешь, чтобы Дина занялась?

– Да.

Его жена – лучший хакер в стране, а может, и в мире. Нет такой информации, которую эта женщина не смогла бы достать. Она делает это быстрее и чище, чем кто-либо.

Учитывая специфику моего бизнеса, я знаю многих, кто предлагает подобные услуги. Есть еще один парень, почти такой же крутой, но ему не хватает ее изящества.

Губы Стаса кривятся в ухмылке.

– Ты же понимаешь, что в этом случае я выставляю счет тебе, Кирилл, а не наоборот. Похоже, теперь я на тебя работаю.

Выдерживаю его взгляд, понимая, что он шутит лишь наполовину. За последние полгода я прибегал к услугам его жены раз шесть. И пусть мы со Стасом приятели, он все еще глава сербской мафии. Я никогда не воспринимал его положение в этом городе как должное.

– Начнем с того, что я прошу не тебя, а твою жену. А во-вторых, ты в последнее время так много треплешься о любви, что я не могу не заметить – тебе есть что сказать.

Он проводит рукой по щетине и со вздохом кривит губы.

– А что я могу сказать? Любовь хорошей женщины меняет мужчину.

– Верно. А еще я знаю, что твоя жена обожает свою работу, и вы с братьями сделаете все, чтобы она была счастлива. Так что, если подумать, я почти оказываю тебе услугу.

Он ухмыляется.

– Дерзкий ты сукин сын, мне это нравится. Но да, она это любит. Это спасает ее от неприятностей. Уж что-что, а проблемы моя жена находить умеет.

Он качает головой.

– Ничего опасного. Мне просто нужна информация об убийстве семнадцатилетней давности.

Его зеленые глаза сужаются.

– И почему же дело такое деликатное?

– Жертвой был отец моей жены. Я бы предпочел, чтобы никто не знал, что я копаю под это дело.

Он понимающе кивает.

– Я дам ей твой номер. Сам скажешь, что тебе нужно. Нет смысла быть посредником, если она и дальше будет на тебя работать.

Тронут его доверием. Братья Грановские, может, и делят жену между собой, но их ревность к ней, когда дело касается посторонних, может доходить до бешенства.

– Я хотел бы заплатить ей за потраченное время.

Он качает головой.

– Я же говорил, ей плевать на деньги. Сделай пожертвование в благотворительный фонд.

– Сделаю.

У меня как раз есть идеальный кандидат. Она точно одобрит мой выбор, ведь она сама помогла наказать ублюдков, причинивших вред женщине, которая его основала.

– Так что там с твоей женой? – спрашивает Стас, и я чувствую укол раздражения.

– А что с ней?

– Это было неожиданно. Никогда не думал, что доживу до дня, когда ты остепенишься. Наверное, просто любопытно.

– Она одна из самых удивительных женщин, которых я когда-либо встречал, – честно говорю я.

– Надеюсь, она принесет тебе покой, который тебе так нужен, Кирилл.

Хмурюсь.

– Считаешь, мне нужен покой?

Он на мгновение закусывает губу, а затем решительно кивает.

– Я считаю, что всем таким, как мы, нужен покой. Просто мы никогда не признаемся в этом, пока не обретем его.

– И кто же это – «такие, как мы», Стас?

– Мужчины, которые не понимают, что сломлены, пока не приходит та, что способна их исцелить.

Глава 30

Алина

С наслаждением уплетаю хлопья, разглядывая фотографии, которые Кирилл прислал после нашего вчерашнего свидания в мини-гольфе.

Какой же он всё-таки… Уголки губ сами ползут вверх, и капелька молока стекает по подбородку.

Блин!

Быстро вытираю её рукавом пижамы и замираю. Он стоит в дверном проеме, скрестив руки на груди и выглядит до неприличия сногсшибательно.

– Давно ты здесь?

На его губах играет лёгкая усмешка.

– Достаточно, чтобы увидеть, как самозабвенно ты уничтожаешь свои фруктовые колечки.

Щёки вспыхивают.

– Я так замоталась на работе, что даже пообедать не успела. Думала, ты задержишься, а то приготовила бы что-нибудь.

Он пересекает кухню и прислоняется к столешнице рядом со мной.

– Не оправдывайся.

– Ты ел?

Он качает головой.

– Нет. Но я вижу кое-что повкуснее, что с удовольствием съел бы прямо сейчас.

Он наклоняется и проводит кончиком языка от моей ключицы до самого ушка. По телу пробегает дрожь, сладкая истома растекается по венам.

– Тебе нужна нормальная еда.

Его рука скользит под пояс моих пижамных штанов.

– Закажу нам что-нибудь с доставкой.

– Я могу приготовить, – выдыхаю, подаваясь ему навстречу.

– Нет. Я бы предпочел, чтобы ближайшие полчаса твои руки были заняты кое-чем другим, малыш, – шепчет он мне на ухо.

– Что ж, раз Вы настаиваете, господин Князев.

– Кстати, о делах. В субботу вечером у нас мероприятие, – улыбается он мне в шею.

Сердце тает от его ласк. Последние два месяца после свадьбы мы жили в своем уютном мирке, почти не выбираясь в свет. Я была благодарна за это, но прекрасно понимала: учитывая, кто такой Кирилл, рано или поздно светская жизнь станет частью нашего брака.

– Что за мероприятие?

– Ужин для инвесторов компании моего отца. Он хочет, чтобы мы были там.

Он проникает в меня пальцем, и с моих губ срывается тихий стон.

– О-окей.

– Позволишь мне выбрать тебе платье?

Щурюсь, пытаясь изобразить шутливое возмущение, но в тумане удовольствия это плохо получается.

– Не доверяешь моему чувству стиля?

– Доверяю, – отвечает он, проникая вторым пальцем. Я тут же обвиваю его шею, чтобы не сползти со стула от волны наслаждения, накрывшей меня с головой. – Но я хочу всю ночь пялиться на твою задницу в платье, которое выберу сам.

Он вынимает пальцы и медленно их облизывает.

– И?

Закусываю губу.

– Хорошо.

– Вот и отлично. – Он подхватывает меня под бедра. Я тут же обвиваю ногами его талию, и он несёт меня в сторону спальни. – Когда-нибудь я выбью из тебя всю эту дерзость, малыш.

– Сначала закажи ужин, – отвечаю, одаривая его хищной улыбкой.

Одной рукой он крепко держит меня за ягодицу, а другой достает из кармана телефон.

– Я многозадачный, детка.

– Какой умный, – мурлычу ему в шею.

Он качает головой, не сводя с меня потемневшего взгляда.

– Ох, как я тебя сейчас вытрахаю.

– Я на это и рассчитываю.

Глава 31

Алина

– Я уже говорил, что Вы сегодня неотразимы, госпожа Князева?

Кирилл протягивает мне бокал с шампанским, и от его комплимента щеки вспыхивают румянцем. Он сказал мне то же самое, когда мы уезжали из пентхауса, но я готова слушать это снова и снова. Мне нравится, когда этот мужчина мной восхищается.

– Благодарю, – кокетливо хлопаю ресницами и провожу ладонью по лацкану его смокинга. – Придется постараться, чтобы соответствовать Вам в этом смокинге, господин Князев.

Его глубокие карие глаза хищно сужаются, и я чувствую себя в его власти. Он – альфа-хищник, а я – его добыча. Он подходит сзади, его ладонь скользит по моей пояснице и уверенно ложится на бедро. Другая рука прижимает меня к нему за талию.

Кирилл наклоняется к самому уху. Его горячее дыхание обжигает кожу, посылая по телу волну дрожи. Низкое рычание срывается с его губ, когда он целует мою шею.

– Ты так хорошо играешь роль идеальной жены, Лина. Но надеюсь, ты помнишь, что я собираюсь вытрахать тебя, как свою маленькую шлюшку, как только мы останемся одни.

Ошарашенно моргаю.

Он что, только что назвал меня…

– Кирилл? – мои мысли прерывает чей-то женский голос. – Как я рада тебя видеть!

Кирилл отпускает меня, чтобы поприветствовать пожилую даму, и меня тут же пробирает холодок от отсутствия его прикосновений.

– Госпожа Григорьева, всегда рад встрече. Позвольте представить, моя жена, Алина.

Мило улыбаюсь, играя роль идеальной супруги, и перевожу взгляд с мужа на улыбчивую седовласую женщину. Она смотрит на нас так, словно мы как минимум члены королевской семьи. Поразительно, как легко он превращается из грубого собственника, шепчущего мне на ухо пошлости, в респектабельного Кирилла Князева.

– Не могу поверить, что ты наконец-то остепенился! – говорит госпожа Григорьева, протягивая мне руку. – И разве я не просила звать меня Катериной? От этого «госпожа Григорьева» я чувствую себя старухой.

Пожимаю её тёплую ладонь.

– Очень приятно, Катерина.

В этот момент к нам подходит отец Кирилла. Он коротко приветствует Катерину и говорит сыну, что ему нужно кое с кем познакомиться.

Мой муж наклоняется к моему уху.

– Скоро вернусь. Веди себя хорошо, моя маленькая сирена.

Снова поворачиваюсь к Катерине, которая тут же берет меня под руку и начинает рассказывать о самых влиятельных гостях в зале.

Прошел почти час с тех пор, как Кирилл ушел с отцом. И хотя я отлично провела время с Катериной, уже соскучилась по мужу и не могла понять, куда он запропастился.

Пробираюсь сквозь толпу, выискивая его взглядом, и наконец замечаю у бара. Он разговаривает с какой-то высокой блондинкой.

Она смеется, запрокинув голову и сверкая идеально белыми зубами на фоне алых губ. Потом она касается его руки и делает шаг вперед, почти вжимаясь своей пышной грудью в его.

– Эм, привет, – говорю, подходя к ним.

Кирилл тут же реагирует. Он властно обнимает меня за талию и притягивает к себе, заставляя блондинку отступить.

– Диана, познакомься, это моя жена Алина, – представляет он нас.

Она смеривает меня взглядом с ног до головы, и её губы кривятся в презрительной усмешке.

– Я слышала, ты женился. Какая жалость.

Жду, что Кирилл пошлет её к черту, но этот самодовольный ублюдок лишь ухмыляется. Уверена, он встречался именно с такими, как она, до меня – сногсшибательными, дерзкими и наглыми.

– Очень приятно, Дианочка. Не буду вам мешать, – говорю с приторно-сладкой улыбкой, вырываюсь из его хватки и разворачиваюсь, чтобы уйти.

Но я успеваю сделать всего пару шагов. Он хватает меня за запястье и тянет обратно к себе.

– Убери руки, – шиплю сквозь зубы.

Он игнорирует мою просьбу и выводит меня из бального зала. Лишь оказавшись в тихом коридоре, он отпускает меня.

– Что это, черт возьми, было?

Только открываю и закрываю рот от возмущения.

– Серьёзно? Она терлась о тебя своей грудью, сказала, как жаль, что ты женился, а ты ей в ответ только ухмылялся!

Он зажимает переносицу и тяжело вздыхает.

– Я не ей ухмылялся.

Скрещиваю руки на груди.

– Да ладно, я сама видела.

– Хорошо, я ухмыльнулся, корасон, но не по той причине, что ты думаешь. Диана хорошо известна в этих кругах.

– И что это значит?

– Она вешается на каждого мужчину, у которого есть деньги.

– Она терлась о тебя.

Кирилл качает головой.

– Она полезла обниматься, и я бы отстранился, если бы ты не подлетела, как моя крошечная мстительница, чтобы показать, кто здесь хозяйка. – его губы снова кривятся в усмешке. – Кстати, это было горячо.

– Я не показывала, кто хозяйка.

Его взгляд скользит по моему телу, будто он и не слушает моих слов.

– А выглядело именно так.

Блин, как же он меня бесит!

– Ты назвал меня шлюхой!

Вот теперь я точно завладела его вниманием. Он хмурится и впивается в меня взглядом. Затем хватает за руку и затаскивает в нишу, пряча нас за старинными рыцарскими доспехами.

– Я не называл тебя шлюхой.

– Ты сказал…

– Я сказал, – шипит он, прижимая меня так близко, что между нами не остается ни миллиметра, – что вытрахаю тебя, как свою маленькую шлюшку. А это, милая, совсем другое.

Знаю, что это так, но я слишком взвинчена и зла. Я думаю о Диане и о том, как идеально она смотрелась рядом с ним.

– И много у тебя было таких шлюшек?

Он резко поворачивает голову, и я слышу хруст его шейных позвонков.

Вздрагиваю.

– Если ты о том, платил ли я когда-нибудь за секс, то нет.

– Лжец, – усмехаюсь, и что-то в нем, кажется, ломается.

Не успеваю опомниться, как он разворачивает меня и вжимает лицом в стену. Моя щека касается прохладного камня, а его грудь согревает спину. Он прихватывает мочку моего уха зубами, несильно тянет и низко рычит.

Его тело вдавливает меня в стену, лишая возможности пошевелиться.

– Никогда не называй меня лжецом.

– Значит, ты и правда никогда… – судорожно вдыхаю.

От его близости сердце колотится как бешеное.

– Я же сказал, нет.

Его ладонь скользит по моему бедру, забирается под платье и ложится на ткань трусиков. Он приподнимает подол, открывая вид на мои ноги.

– Но я заставлю тебя стонать мое имя так, будто я плачу тебе за это, Лина. Прямо здесь, в этом коридоре. Может, тогда ты научишься держать свои эмоции под контролем.

– У меня нет проблем… – не успеваю договорить. Одним быстрым движением он отодвигает кружево в сторону и проникает в меня пальцем.

– Ты всегда такая мокрая для меня, Лина, – тихо смеется он, и его горячее дыхание щекочет шею.

– Мы не можем… не здесь… – с трудом выдыхаю.

По телу будто пропускают электрический ток. Его губы дразнят кожу, вызывая толпы мурашек.

– Я могу делать с тобой всё, что захочу и где захочу.

Он добавляет второй палец, и моя спина выгибается дугой. Его свободная рука ложится мне на горло, заставляя запрокинуть голову.

– Разве не так, корасон?

– Д-да.

Он целует меня за ухом, наваливаясь всем телом, пока его пальцы входят и выходят из меня. Мысль о том, что нас могут застать в любую секунду, лишь обостряет чувства, разгоняя по венам чистое удовольствие.

– Но никогда не забывай, что ты – моя шлюшка, Лина. И я никому не позволю увидеть, как ты раздвигаешь для меня ноги. Это сладкое зрелище – только для моих глаз.

Впиваюсь ногтями в его предплечье, чувствуя, как напрягаются его мышцы, пока он умело и легко ведет меня к пику. Я уже на грани и не могу сдержать стон, срывающийся с губ вместе с его именем.

– Кончи на мои пальцы, Огонёк. Хочу до конца вечера чувствовать твой запах на своей руке.

– О боже, Кир, – вскрикиваю, подаваясь бедрами навстречу разрядке.

– Знаю, корасон. Кончай для меня.

И я подчиняюсь, как послушная девочка. Оргазм накрывает медленной, тягучей волной, и только когда дрожь в теле утихает, он разворачивает меня к себе и прижимается своим лбом к моему.

– Всё ещё злишься?

– Нет.

Кирилл нежно целует меня в губы.

– Хорошая девочка. Пойдем внутрь.