Текст книги "Брак по расчету. Наследник для Айсберга (СИ)"

Автор книги: Лена Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

Глава 12

Алина

«Надеюсь, ты свободна на День города?»

Улыбаюсь, глядя на сообщение, но чувствую, как бешено колотится сердце при виде его имени на экране.

« С чего ты взял?»

«Потому что я тебя еще никуда не пригласил».

Какой самонадеянный тип!

Предупредил всего за два дня и, видимо, ждет, что я брошу все дела. И всё же не могу сдержать улыбку, набирая ответ.

«Вообще-то, у меня на этот вечер планы с двумя парнями».

«Надеюсь, их зовут Том и Джерри».

Фыркаю от смеха.

«Почти. Мои друзья Цезарь и Фри – потрясающая компания».

Телефон тут же звонит, и я усмехаюсь, увидев на экране его фото.

– Слушаю.

– Кто такие Цезарь и Фри? – в его голосе слышатся ревнивые нотки.

– Цезарь – бассет-хаунд, а Фри – корги. Старички нашего приюта. Составляют мне компанию на дежурстве.

– Так ты будешь там одна всю ночь? – ворчит он.

– Нет, с нами будет охранник.

– Почему ты работаешь в праздник? – вздыхает он.

– Потому что больше некому. Меня нечасто просят подменить, так что я рада помочь. Извини, если ты планировал какое-то грандиозное свидание для папарацци. Придется отложить до выходных.

Он неопределенно мычит, и я хмурюсь, чувствуя подвох.

– Что это за звук?

Он бормочет что-то неразборчивое и снова вздыхает.

– Мне пора.

Меня накрывает волна разочарования, хотя я сама его только что отшила. Но так было нужно. Для нашего общего блага.

– Ладно. Тогда… до встречи?

– Да, – отвечает он, но голос звучит как-то отстраненно. – Пока, Алина.

Он вешает трубку прежде, чем я успеваю ответить.

– Я на посту, если что, Лин, – говорит охранник Серёжа, откусывая пончик с джемом.

– Спасибо, Серж. Все накормлены, лекарства розданы. Через пару часов сделаю еще один обход, пообнимаюсь с ними. А пока посмотрим телик, да, мальчики? – говорю, почесывая Цезаря за ушами, пока Фри крутится у моих ног.

Серёжа, слизнув с губ сахарную пудру, кивает и выходит. Плюхаюсь в кресло и смотрю на розовую коробку со своим пончиком. Фри тут же начинает лаять, намекая на угощение.

– Ты же знаешь, что тебе нельзя, – говорю ему.

Он тявкает и виляет обрубком хвоста, а Цезарь сворачивается клубком у моих ног. Щелкаю пультом, когда в дверях снова появляется Серёжа.

– Тут… к тебе, – он поглаживает свои густые усы.

– Ко мне? – удивляюсь я.

– Ага. Я сказал, что ты на работе, но он очень настойчивый.

Закатываю глаза.

Только не Ярослав.

– А он не сказал, что ему нужно?

Голубые глаза охранника хитро блестят.

– Судя по огромной корзине для пикника в его руках, я бы сказал, что он принес тебе ужин.

Точно не Ярослав.

Знакомый трепет зарождается внизу живота.

Неужели Кирилл?

Нас же здесь никто не увидит. Кроме Серёжи, который и не знает, что такое соцсети. Ну и Цезаря с Фри, а они умеют хранить секреты.

– Впустить его? Вообще-то, посетители ночью запрещены, но на ужин, думаю, можно.

Слишком ошарашенная, чтобы говорить, просто киваю. Да нет, это не может быть он.

Но кто еще?

– Да, пожалуйста, впусти.

Когда Серёжа уходит, бросаюсь к зеркалу и судорожно пытаюсь пригладить выбившиеся пряди. Я же не ждала гостей! На мне удобные штаны для йоги и старая толстовка Тимура, вся в шерсти. Наряд, мягко говоря, не для свидания.

У моих ног кашляет Фри.

– Знаю, дружок. Он посмотрит на меня и подумает, зачем вообще в это ввязался, – невесело усмехаюсь я.

– Вообще-то, ты выглядишь очень мило, – раздается из-за спины глубокий голос Кирилла, от которого по телу бегут мурашки.

Резко оборачиваюсь.

Сердце ухает куда-то вниз. Его волевой подбородок покрыт легкой щетиной, а серая футболка идеально обтягивает мощный торс. Боже, какой же он горячий!

Цезарь лишь лениво приподнимает голову, но Фри тут же подбегает к Кириллу и начинает обнюхивать корзину. Кирилл чешет пса за ухом.

– Не волнуйся, я и тебе кое-что принес.

О, мамочки.

Он любит собак!

Это контрольный выстрел.

– А теперь сидеть, – командует он, и мой вечно непослушный корги тут же плюхается на задние лапы.

Ошарашенно моргаю.

– Он же почти никого не слушается.

Кирилл пожимает плечами.

– Думаю, все дело в тоне.

Еще бы.

Я сама готова была сесть, а может, и на колени встать. Отгоняю непрошеную мысль и смотрю на корзину.

– Ты принес мне ужин?

– Я принес ужин нам. И твоим пушистым напарникам.

К глазам подступают слезы.

– Ты принес ужин Фри и Цезарю?

Он кивает.

– И угощения для остальных. Взял для кошек и собак, не знал, кто у вас тут еще есть.

Смотрю на него во все глаза. Таких мужчин не бывает.

Это какой-то сон.

– Лина? – тихо зовет он, и я понимаю, что молчу уже с минуту.

– Но… как же твои планы?

Он изгибает бровь.

– Мои планы стоят прямо передо мной и смотрят так, будто у меня вторая голова выросла.

Щеки заливает румянец.

– Я просто… не ожидала. Это не совсем публичное свидание.

– Это не свидание. Это ужин, – подмигивает он и достает из корзины маленькую бутылочку вина. – Безалкогольное. На работе ведь нельзя.

Складываю руки на груди.

Он прав.

– Но я не взял бокалы, – говорит он, вытаскивая контейнер с дымящимися куриными крылышками. Желудок предательски урчит.

– У нас есть кофейные кружки.

Он невозмутимо кивает и продолжает распаковывать корзину. Фри и Цезарь уже сидят у его ног, вдыхая божественные ароматы. Кирилл Князев, миллиардер и завидный холостяк, проводит День города в приюте для животных. С корги, бассетом и мной.

Как это вообще возможно?

Откидываюсь на спинку стула, поглаживая живот. Пикник от Кирилла был невероятным: крылышки, ребрышки барбекю, кукуруза и чизкейк. Кажется, я больше не смогу съесть ни крошки.

– Я так наелась. Все было потрясающе.

Фри, сидящий рядом, согласно тявкает, а Цезарь, сраженный угощением из филе-миньона, уже час не отходит от моего будущего мужа. Кирилл гладит пса и улыбается.

– Никогда не думала забрать их домой?

– Цезаря и Фри? – качаю головой. – Нет. Когда я только начинала здесь работать, мне хотелось спасти каждого. Но это невозможно. Поэтому мы просто делаем все, чтобы им было хорошо здесь.

Фри с удивительной для его одиннадцати лет ловкостью запрыгивает ко мне на колени.

– Эти двое в приюте уже почти семь лет. Их хозяин заболел и не смог о них заботиться. Большинство находят дом в течение года, но не они. Их несколько раз пытались забрать, но всегда возвращали. Мы решили больше их не травмировать.

Фри зевает и сворачивается калачиком у меня на коленях.

– Теперь это их дом. У них есть прогулки, ласка, они кажутся счастливыми. Было бы жестоко лишать их этого.

– Логично, – кивает Кирилл.

Клянусь, от его голоса можно растаять. Мне вдруг становится невыносимо жарко.

– Я уже благодарила тебя за ужин?

Его искренняя улыбка обезоруживает.

– Уже.

– Это был лучший День города в моей жизни, – признаюсь я.

Его глаза чуть сужаются.

– Да. Я представлял этот вечер немного иначе, но так тоже неплохо.

– И что же ты планировал?

Он смотрит в потолок.

– Частная яхта на реке. Фейерверк. Шеф-повар со звездой Мишлен.

– Погоди, – поднимаю руку. – Ты арендовал часть реки? Ты кто, Бэтмен?

– О, Огонек, я могу провернуть такое, что Бэтмен на моем фоне покажется Питером Гриффином.

Смеюсь, и Фри недовольно ворчит у меня на руках.

– Но кому нужны яхты, когда есть безалкогольное вино из кружек в компании этих пушистиков? – в карих глазах Кирилла вспыхивает огонек, и я чувствую, как жар разливается по телу.

Этот мужчина – ходячее совершенство. Как мне пережить этот контракт и не влюбиться в него по уши?

– Хотя яхта и фейерверк тоже звучат неплохо, – добавляю я.

Он тянется через стол и накрывает мою руку своей.

– В другой раз.

Стук в дверь заставляет Фри спрыгнуть с моих колен и залаять. В проеме появляется Серёжа.

– Лина, мне скоро на обход.

– Спасибо, Серж.

Он кивает и уходит. Кирилл вопросительно изгибает бровь.

– Это был вежливый намек, что мне пора?

Киваю.

– Прости. Посетители – нарушение протокола.

– Не извиняйся. Он сразу сказал, что у меня всего пара часов, – Кирилл смотрит на часы. – Мое время истекает через три минуты.

Встаю и начинаю собирать остатки еды.

– Спасибо тебе за этот вечер.

Кирилл помогает мне.

Когда я хочу сложить контейнеры обратно в корзину, он останавливает меня.

– Оставь. Может, Серёжа захочет перекусить.

– Ты очень добр.

Мы одновременно тянемся к крышке корзины, и наши пальцы соприкасаются. По руке пробегает электрический разряд.

– Жаль, что тебе нужно уходить, – шепчу я.

– Мне тоже, Огонек.

Он берет корзину, а свободной рукой обхватывает мое лицо и нежно проводит большим пальцем по нижней губе.

– Ты свободна в следующую пятницу?

Мысленно ахаю.

Целая неделя!

– Я уезжаю по делам, вернусь только к концу недели, – говорит он, словно читая мои мысли.

Как же глупо, но я уже знаю, что буду скучать.

– Да, свободна.

Он подмигивает.

– Тогда это будет свидание, госпожа Рождественская.

Он наклоняется и невесомо целует меня в лоб. С трудом удерживаю себя на ногах, провожая взглядом его удаляющуюся спину.

Глава 13

Кирилл

Скольжу взглядом по экрану телефона, и уголки губ сами ползут вверх. Её сообщение.

«Это шутка? Ты серьёзно решил выбрать мне платье для свидания?»

Кашляю.

Моя секретарша, Елена, тут же отрывается от своего блокнота.

– Прошу прощения, Елена. Мне нужно ответить.

Она коротко улыбается и откладывает ручку, давая мне пару минут.

Быстро печатаю ответ Лине.

«Это подарок. Ты же знаешь, что такое подарки?»

«Как по мне, это больше смахивает на проявление собственничества с твоей стороны».

Подавляю смешок.

Забавно, ведь за два наших свидания мы даже не поцеловались. Но, блин, как же я этого хотел! Хотел притащить её к себе и брать до тех пор, пока у нас обоих не подкосятся ноги.

Она считает меня собственником?

Что ж, в чём-то она, безусловно, права. Я чуть не написал ей об этом, но вовремя сдержался. Платье, которое я выбрал, сядет на её потрясающую фигуру просто идеально.

«Ты хоть смотрела, что за платье?»

«Дело не в этом».

Елена деликатно стучит ручкой по блокноту, напоминая о необходимости сверить мой график на следующую неделю. Поднимаю палец, прося ещё минуту, и отправляю Лине последнее сообщение.

«Сегодня особенный вечер. Я хотел, чтобы на тебе было что-то особенное. Не понравится – не надевай. Я пришлю за тобой машину в восемь».

Переворачиваю телефон экраном вниз, чтобы не отвлекаться на её ответ, который точно последует. Пора сосредоточиться на работе. Сегодняшний день и так забит под завязку, и я не могу позволить себе отвлекаться на перепалки с моей будущей женой. Хотя от одной мысли о ней кровь начинала бежать быстрее.

Когда Лина входит в переполненный зал ресторана, я замечаю, как на неё оборачиваются. Мужчины за соседним столиком буквально пожирают её глазами, пока она идёт ко мне. Меня это бесит, но она, кажется, даже не замечает их. Её взгляд прикован ко мне.

Улыбаюсь.

На ней то самое кроваво-красное платье. Оно облегает её тело, как вторая кожа, подчёркивая каждый изгиб. Я почти физически ощущаю, как восхитительно выглядит её упругая попка в этой облегающей ткани. Я знал, что этот цвет ей пойдёт, но тот факт, что она надела платье, которое выбрал я, пробуждает во мне первобытного собственника.

Отодвигаю её стул и, когда она подходит, целую в щёку. Меня окутывает аромат её сладких цветочных духов. Моя рука скользит по её бедру, а губы задерживаются на коже на долю секунды дольше положенного. Чувствую, как её щека вспыхивает.

Откашлявшись, прерываю повисшее между нами напряжение.

– Прекрасно выглядишь, Алина.

Она рассеянно проводит рукой по платью, и её сияющие зелёные глаза встречаются с моими.

– Спасибо.

Как только мы садимся, позволяю себе открыто любоваться ею. Минимум косметики, из украшений – лишь пара бриллиантовых серёжек. Густые тёмные волосы уложены на одно плечо, открывая нежную кожу тонкой шеи. В голове мелькает образ: я впиваюсь зубами в эту гладкую плоть. С трудом подавляю этот дикий порыв.

– Вижу, ты всё-таки решила надеть мой подарок?

Её щёки рдеют.

– Ну… это красивое платье. Спасибо.

– Пожалуйста.

Кажется, она читает все мои мысли.

– Ты сам выбирал или…

Изгибаю бровь. Она закусывает щёку изнутри. Я не могу не заметить, как она нервничает.

– Или что?

– Или кто-то сделал это за тебя? Может, женщина?

Наливаю ей бокал Шардоне, которое заказал заранее, и едва сдерживаю довольную ухмылку.

Почему эта женщина так легко вызывает у меня улыбку?

Это начинает нервировать.

– Алина, ты что, ревнуешь?

– Нет, – слишком поспешно отвечает она. – Просто интересно, у тебя всегда был такой хороший вкус, или где-то есть бедная бывшая, которая до сих пор помогает тебе одевать девушек на свидания?

Она ревнует. И чёрт знает почему, мне это дико нравится.

– Я сам выбрал его для тебя. Увидел в витрине и сразу представил на тебе. Угадал, госпожа Рождественская?

Лёгкая улыбка трогает её губы.

– Более чем, господин Князев.

Её глаза искрятся, когда я ей подмигиваю. Наш момент прерывает официант, подходя, чтобы рассказать о специальных предложениях вечера.

– Так что за повод? – спрашивает Алина, когда мы заканчиваем с закусками.

Делаю глоток вина.

– Каждый раз, когда я вижу тебя, – это уже особенный повод, дорогая.

Она очаровательно фыркает и закатывает глаза.

– Кирилл, я серьёзно. Ты же сказал, что сегодня особенный вечер.

Бархатная коробочка в кармане пиджака, кажется, прожигает ткань. Часть меня хочет сделать ей сюрприз и увидеть неподдельную реакцию, но я тут же себя одёргиваю. Для неё это бизнес. И для меня тоже.

Наклоняюсь к ней через стол.

– Я собирался сделать тебе предложение.

Её брови взлетают вверх.

– Здесь? Сегодня?

– Это один из самых престижных ресторанов города. Он известен как место, где делают предложения. Мне показалось, идеально.

– Я знаю, но… я думала… – она сглатывает, и я вижу, как напрягается её горло.

Хмурюсь.

– Что ты думала?

Она пожимает плечами.

– Не знаю. Просто это немного… банально. Я думала, ты будешь оригинальнее.

– Возможно, я и был бы, если бы всё это было по-настоящему… – Вижу, как в её глазах мелькает боль, и осекаюсь.

Не заканчиваю фразу.

Не только потому, что какой-нибудь папарацци может прочитать её по губам.

Она кивает и откидывается на спинку стула. Её поза становится колючей, закрытой.

– Ты прав. Это идеальное место.

– Если ты предпочитаешь…

Её черты смягчаются в слабой улыбке.

– Не обращай внимания. Это просто мои девичьи фантазии об идеальном предложении. Здесь отлично.

Сжимаю губы, подавляя желание спросить о её фантазиях.

Какая разница?

Я не был и никогда не буду героем её мечты.

Что ж, лучшего момента не будет. Достаю кольцо, опускаюсь рядом с ней на одно колено и произношу заготовленные слова:

– Алина Рождественская, ты выйдешь за меня замуж?

Она ахает и прижимает руку к груди, идеально играя свою роль. Смутно осознаю, как ресторан вокруг нас затихает, а гул голосов сменяется шёпотом.

Не сводя с неё глаз, беру её левую руку и открываю коробочку. Бриллиант в четыре карата ослепительно сверкает в свете люстр.

– О, Кирилл, – шепчет она. – Оно… невероятное!

Её блестящие глаза мечутся от кольца к моему лицу. Либо она гениальная актриса, либо ей и вправду нравится.

– Алина Рождественская, ты станешь моей женой? – повторяю, сам не веря, что говорю это.

Задерживаю дыхание.

Кажется, вместе со мной затаил дыхание и весь ресторан.

– Да! Да! – радостно вскрикивает она и, обхватывает меня за шею, притягивая к себе.

Зал взрывается аплодисментами.

Прижимаюсь губами к её уху.

– Они всё ещё смотрят. Думаю, нам стоит поцеловаться.

– Сначала надень кольцо, – шепчет она в ответ.

Надеваю кольцо ей на палец и замечаю, как её глаза сияют уже неподдельным восторгом.

Снова раздаются аплодисменты.

А потом её взгляд встречается с моим, её ладони ложатся мне на щёки, и весь мир перестаёт существовать.

Я целую её.

Не потому, что должен, а потому, что больше не могу ждать ни секунды. Я жаждал узнать, какова она на вкус. И в тот момент, когда наши губы соприкасаются, понимаю, что пропал. Она на вкус как вино и что-то запретно-сладкое. Она на вкус… моя.

Её губы тёплые и податливые. Скольжу языком внутрь, и её тихий, сексуальный стон заставляет мой член окаменеть. Зарываюсь пальцами в её волосы, наклоняя её голову под нужным углом, чтобы углубить поцелуй, чтобы взять её прямо здесь, за этим столом.

– Поздравляю! Надеюсь, Вы и Ваша очаровательная невеста будете счастливы, – голос хозяина ресторана заставляет меня оторваться от неё.

Она тяжело дышит, её щёки раскраснелись, а губы припухли от моего поцелуя. Не могу отвести от неё взгляд, пока благодарю мужчину за поздравления и бесплатную бутылку шампанского.

– Такое чувство, что все на нас смотрят, – хрипло смеётся Лина.

Один взгляд на зал подтверждает её слова. Этот момент вдруг кажется слишком личным, чтобы делить его со всем миром. Но так не должно быть.

Это бизнес.

Я выбрал это место именно потому, что здесь людно. Я рассчитывал, что десятки незнакомцев снимут всё на телефоны, а фотографы будут ждать нас на выходе. К полуночи новость о нашей помолвке облетит все соцсети. Всё шло по плану.

Так почему же сейчас мне это кажется таким неправильным? Почему мне хочется утащить её отсюда, подальше от шума и фальши, и закончить этот поцелуй там, где нас никто не увидит?

– Кирилл, – хихикает она, разрушая мои чары. – Как бы мне ни нравилось видеть тебя на коленях, может, ты уже сядешь?

Поднимаюсь, но прежде чем сесть на своё место, сжимаю её руку. Наклонившись, шепчу ей на ухо:

– Не привыкай, Лина. Очень скоро на коленях передо мной будешь стоять ты.

Её дыхание сбивается.

Сажусь напротив и вижу, как её глаза озорно сверкают, а щёки становятся такими же красными, как губы. Мысль о ней, обнажённой и покорной, ждущей моего прикосновения, раскалённой волной удовольствия проходит по моему позвоночнику.

– Ваше шампанское, господин Князев, – прерывает мои фантазии официант. С трудом отгоняю видение того, как мой член погружается в прекрасное горло моей невесты.

Глава 14

Алина

Пока мы идём к машине, Кирилл накидывает мне на плечи свой пиджак. С наслаждением кутаюсь в тёплую ткань, вдыхая его аромат – терпкий, древесный, такой мужской. Одно лишь ощущение, что меня окутывает его запах, согревает до дрожи.

Нас поджидает парень с дорогой на вид камерой.

– Можно фото счастливой пары? – с надеждой спрашивает он.

– Конечно, – отвечает Кирилл, тут же притягивая меня к себе за талию.

Послушно кладу голову ему на плечо и улыбаюсь в объектив, отыгрывая свою роль. Ещё у ресторана нас встретила целая толпа фотографов, так что поза была отработана до автоматизма. И хоть всё это лишь игра, чувствую себя на удивление счастливой.

Есть мужчины и похуже, чем этот невероятно притягательный миллиардер, за которого меня могли бы выдать. Несмотря на свою ледяную ауру, он всегда рядом, когда нужна помощь.

А этот поцелуй… Ух! Если он так целуется, страшно представить, на что ещё способен его рот. Когда-нибудь нам ведь придётся заняться сексом, а опыт подсказывает: кто хорош в поцелуях, хорош и во всём остальном. Хотя, конечно, я могу ошибаться.

– Спасибо! И поздравляю! – вырывает меня из жарких фантазий голос фотографа.

Кирилл что-то коротко бросает ему и увлекает меня к машине. Стоило водителю тронуться с места, как я смогла наконец выдохнуть. Кажется, впервые с момента предложения я могу ясно соображать.

Поворачиваюсь к Кириллу. Он, как всегда, спокоен и невозмутим.

– Ну и ночка. Ты давно это задумал? Мог бы и предупредить.

Он чуть подаётся ко мне.

– Чтобы ты весь день изводила себя?

– Наверное, – признаю я.

Он подмигивает, и от этого жеста у меня дрожат коленки.

– Вот поэтому и не сказал.

– Думаю, предложения и должны быть сюрпризом.

– Именно. Кстати, ты отлично справилась.

Щёки вспыхивают. Не могу сдержать довольную улыбку.

– Вы тоже, господин Князев.

Он берёт мою руку и принимается рассматривать кольцо на пальце.

– Теперь, когда мы помолвлены, думаю, с «господином Князевым» пора завязывать.

– Ой, – надуваю губы. – Может, мне тогда звать тебя Айсбергом?

В его тёмных глазах вспыхивают дьявольские искорки, и у меня внутри всё сжимается. Не представляю, как этот мужчина с его точёными скулами, широкими плечами и этим испепеляющим взглядом вообще доживает до вечера без предложений разной степени непристойности.

– Кирилл. Просто Кирилл, Алина.

Склоняю голову, поджимая губы.

– А если просто Айс?

Он проводит языком по губам, и я тону в его шоколадных глазах.

– Как скажешь, Огонёк.

Блин! Да я бы всё отдала за этот язык… Трясу головой, отгоняя наваждение. Как это вообще возможно? Я выхожу замуж за Кирилла Князева, и прямо сейчас меня это ни капли не злит.

Кирилл провожает меня до самого дома, как и в прошлые два раза. Но сегодня он не прощается у подъезда, а заходит внутрь вместе со мной.

– Эм… А ты куда собрался, Айс?

– Провожу до двери, Огонёк.

– Но зачем?

– Ты теперь моя невеста, – пожимает он плечами. – Пора переходить на новый уровень, не находишь?

Дыхание спирает, а по телу разливается жар. Мысль о том, что он может сотворить со мной что-то невыразимо прекрасное, обжигает, но я понимаю – секс сейчас всё только усложнит. Мне нужно сохранять ясную голову хотя бы до свадьбы. Он и так уже заставляет меня чувствовать себя влюблённой дурочкой.

Между нами всё так зыбко. Такой мужчина, как он, может заполучить любую.

Вдруг он встретит кого-то получше?

Меньше всего мне хочется остаться с разбитым сердцем. Так что никакого секса.

И никакой влюблённости.

Ноль.

Его ладонь ложится мне на поясницу, и по коже пробегает электрический разряд. Губы касаются моего уха.

– Расслабься, Лина. Просто провожу. Я не напрашиваюсь в гости.

– Хорошо, – киваю, стараясь говорить ровно. – Просто чтобы мы понимали друг друга. Это всё только усложнит, а кому это нужно, верно?

Сжимаю зубы, заставляя себя замолчать.

Уголок его губ дёргается в усмешке.

– Уверен, никто из нас не хочет ничего усложнять, Огонёк.

О, а я бы хотела, чтобы ты всё усложнил, причём самыми разными способами. Прикусываю язык, чтобы не ляпнуть это вслух.

Когда мы доходим до моей квартиры, неловко переминаюсь с ноги на ногу. Глупо не пригласить его после того, как он провёл меня до самой двери, но если он войдёт… Боюсь, вся моя защита рухнет в один миг. Я и так уже на грани.

– Вот, это моя, – киваю на дверь и тереблю в руках ключи.

Он делает шаг, вжимая меня в дверное полотно. Сердце ухает куда-то вниз.

– Я не буду просить разрешения войти, Лина, – его голос становится низким, хриплым. Он упирается руками в дверь по обе стороны от моей головы. – Но я тебя поцелую.

Закусив губу, смотрю в его потемневшие глаза. Чувствую себя мышкой в лапах пантеры. Я не сопротивляюсь, и Кирилл накрывает мои губы своими. Они мягкие, но требовательные, и я тут же отвечаю. Он проводит языком по кромке моих губ, и я со стоном приоткрываю их, впуская его внутрь. Он пользуется этим без промедления, углубляя поцелуй, прижимаясь всем телом, вдавливая меня в дверь.

Цепляюсь за его рубашку, притягивая ещё ближе. Наши языки сплетаются в горячем танце. Из его груди вырывается стон, который тонет в моих отчаянных, полных желания всхлипах. Его твёрдая плоть упирается мне в живот.

Запускаю пальцы ему в волосы, но он лишь крепче прижимает меня к двери. В поисках облегчения от ноющей пустоты между ног, подаюсь ему навстречу, и он тихо рычит.

Но слишком скоро он отстраняется. Мы оба тяжело дышим, глядя друг другу в глаза. Я уже готова позвать его войти, но он лишь нежно целует меня в лоб.

– Спокойной ночи, Огонёк, – говорит он, разворачивается и уходит по коридору.

Прислоняюсь лбом к холодной двери, осознавая лишь одно: Кирилл Князев разобьёт мне сердце.

И я ему это позволю.