Текст книги "Хозяйка волшебного озера (СИ)"

Автор книги: Ксения Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Прогулка

На приготовление обеда, естественно, требовалось определённое время, поэтому Адалард пригласил меня скрасить ожидание в прогулке по саду.

Я не стала отказывать себе в подобном удовольствии.

Зима уже окончательно отступила, уступив место весне, и на открытой местности снег практически полностью растаял – только в тени остались небольшие грязно-серые кучки, но и им явно осталось недолго.

Однако ни воздух, ни земля ещё не успели прогреться, так что обычные люди, выходя на улицу, надевали тёплые пальто и вязанные шерстяные кофты.

Но где обычные люди, а где недо-богиня и дракон в человеческом обличье?

Со стороны мы с Адалардом, должно быть, представляли презабавное зрелище. Он в простой белой рубашке, расстегнутой на груди, и облегающих брюках, штанины которых были заправлены в сапоги. Я в лёгком шёлковом платье и босиком.

Только вот никто при виде нас не смеялся. Напротив, многочисленная прислуга, попавшаяся нам на пути, почтительно кланялись нам, и на лице их отражалось благоговение вперемешку со страхом.

– Ваши слуги выглядят так, будто в обморок готовы рухнуть от ужаса, – светским тоном проговорила я, идя бок о бок с Адалардом по мощёной дорожке вдоль голых кустов.

– Долгие годы я внушал им страх перед хозяйкой озера Хэико, – равнодушно ответил тот. – Они просто не понимают, как теперь к тебе относиться. Тем более что деревенские уже пустили слух о том, что ты никакая не злая ведьма, а самая настоящая богиня.

Я тяжело вздохнула.

– Они не менее упрямы, чем вы, милорд, и не желают верить, что я никакая не богиня, – заметила я. – Так что я, можно сказать, сдалась и перестала их поправлять.

– Мэрен всегда гордо носила звание богини.

Я неопределённо пожала плечами.

– Это было её право. Я же не хочу присваивать себе чужое.

– Что не помешало тебе присвоить мою землю и украсть чужую дочь.

– Вы хотите снова поругаться? – я остановилась и прямо посмотрела в глаза Адаларду. – Если да, то давайте как-нибудь без меня.

– В очередной раз трусливо сбежишь? – пренебрежительно бросил он.

– А много ли храбрости в обмене претензиями и оскорблениями? – в свою очередь спросила я. – Каждый из нас всё равно будет стоять на своём, так какой смысл в очередном скандале? Разве что вы действительно пожелаете решить конфликт радикально, возьмёте меч и срубите мне голову.

– Я не желаю твоей смерти, – неожиданно заявил Адалард, мрачно глядя на меня. – Но и остаться на моей земле я тебе тоже позволить не могу.

– Почему?

Ответ на этот вопрос не давал мне покоя.

– От тебя и твоего озера больше проблем, чем пользы, – объяснил Адалард. – Скоро начнётся посевная, и народ потянется к тебе с бесконечным потоком просьб. Какие-то ты будешь исполнять, какие-то проигнорируешь. Это закономерно породит волнения среди людей. А разгребать последствия придётся мне.

Мне почему-то показалось, что он не до конца откровенен со мной. Но и та причина, которую он озвучил, выглядела достаточно веской.

– Я никогда не говорила людям, которые ко мне приходят, что всесильна, – заметила я. – Я многого не знаю и многого не умею. Но я всегда являюсь на Зов и выслушиваю просьбу. А после этого, оценив свои силы и возможности, говорю, могу я её исполнить или нет.

– А если ты ошибёшься? – задал Адалард провокационный вопрос. – Ни один человек не может правильно оценить свои силы. Большинство смотрит на камень, и думает: я могу его поднять. А когда берутся, оказывается, что он им не по плечу.

– Для того чтобы подобного не произошло, нужно просто не хвататься сразу за гигантский валун, а начать с маленьких камней, – возразила я. – А потом, по мере того, как твои силы растут, увеличивать и размер поднимаемых камней.

Адалард многозначительно хмыкнул, но ничего на это не ответил, лишь вновь возобновил движение.

Минут пять мы молча брели по тропинке. Адалард явно погрузился в какие-то размышления, я же просто любовалась окружающим пейзажем, который, пусть ещё и не поражал обилием красок, но всё равно почему-то притягивал мой взгляд своей дикой, неидеальной красотой.

А потом я заметила огромный старинный дуб. Его ствол выглядел словно обожженным: от самой земли и до нижних веток он был абсолютно чёрный и, казалось, вот-вот развалиться на части.

Не особо задумываясь над тем, что делаю, я уверенно направилась к дереву.

Адалард, что примечательно, даже не пытался меня остановить. Только вот и следом за мной не пошёл, оставшись стоять на тропинке.

Я на это даже не обратила внимания. Дойдя до дуба, я положила обе ладони на ствол и выпустила немного своей магии – чернота медленно, словно неохотно, начала отступать, на ветках появились почки, из которых спустя пару секунд образовалась шикарная зелёная крона.

«Немного перестаралась, – недовольно подумала я. – Если морозы вернутся, он может погибнуть».

Решение данной проблемы пришло моментально: я вытащила из кармана платья один из своих самодельных браслетов-благословений и повязала его на нижнюю ветку.

– Расти и радуй своего хозяина, – пожелала я, на прощание ласково погладив ствол.

После чего повернулась к своему спутнику.

Адалард смотрел на меня пронзительным взглядом, и на его лице отражалась целая гамма разнообразных чувств.

– Я сделала что-то не так? – на всякий случай уточнила я, насторожившись странной реакцией мужчины на, казалось бы, пустяк.

– Это дерево гниёт уже не первое столетие, – заявил он напряжённым голосом. – Это моё фамильное древо, и оно было проклято одной из озёрных богинь. Вместе со всем нашим родом.

Проклятье

– Ну, теперь оно больше не проклято, – констатировала я очевидное и коротко, немного нервно рассмеялась.

Не то чтобы я сильно разбиралась в проклятьях. Но мне всегда казалось, что ощущаться с точки зрения энергии они должны как-то по-особенному. А тут ничего. Дерево, как дерево. Да, явно чем-то больное. Но не более того.

Да и как, простите, связано обычное, пусть и очень старое, дерево и чей-то род?

Нет, о возможности проклясть целую семью вплоть до десятого-пятнадцатого колена, я слышала. Но дерево-то тут причём?

– Вы знаете, милорд, что это за было проклятье? – спросила я.

– Оно убивало всех женщин, входящих в нашу семью через брак, – Адалард недовольно скривился. – Вернее, не так. Оно убивало каждую женщину, которая вышла замуж по любви и которую любил её муж.

Я недоверчиво посмотрела на него.

Какая-то формулировка у этого проклятья больно странная и расплывчатая.

Одно дело, когда умирают, например, все первенцы или все дочери, или все женщины, вступившие в брак. Это понять можно. Но как проклятье определяет, любят друг друга супруги или нет? Всё-таки любовь – понятие весьма многогранное и крайне эфемерное.

– У вас сохранился где-нибудь дословный текст проклятья?

– Нет. Да и не мог он сохраниться – его никто не слышал.

Так…

– А как вы вообще поняли, что прокляты? – удивилась я. – И как определили того, кто подвергается действию этого проклятья?

– Опытным путём.

Более бредового ответа придумать было нельзя.

«Больше похоже на то, что кто-то в их семье придумал байку, а остальные в неё поверили», – подумала я.

– Спасибо.

Я растерянно моргнула и удивлённо уставилась на Адаларда.

– За то, что сняла проклятье, хотя я тебя об этом даже не просил, – пояснил он.

Я тяжело вздохнула и покачала головой.

– Мне жаль это говорить, но сомневаюсь, что проклятье вообще когда-то существовало. Любовь, да и любое другое чувство, не может быть критерием для выбора магии, а, следовательно, и опираться проклятье на него не может.

Взгляд Адаларда сразу же стал колючим.

– Хочешь сказать, мои предки всё это выдумали? А женщины в моей семье, в том числе моя жена и мать, умерли случайно?

Ну, вот. Только-только мне начало казаться, что мы можем найти общий язык, как всё снова катится под откос.

– В мирное время женщины всегда умирают чаще мужчин, – спокойно заметила я. – Например, во время беременности или родов. Или от эпидемий, потому что организм, опять-таки, ослаблен многочисленными беременностями и родами.

– Ты сейчас издеваешься?

– Нет. Просто озвучиваю прописную истину.

– Или выгораживаешь одну из своих предшественниц?

– То есть вы признаёте, что озёрные девы сменяют друг друга? – поймала я его на слове. – Тогда почему вам так трудно было поверить, что я не Мэрен?

– Потому что до встречи с тобой я считал, что озёрная Богиня просто меняет обличья, когда ей наскучивает прежнее лицо. И остальные тоже так считают.

– И никого не удивляет, что так называемая Богиня время от времени просто пропадает и не откликается на Зов своих верующих? А потом возвращается с другим лицом и другим именем.

– У каждого свои причуды, – пожал плечами Адалард. – А ход мысли богов и вовсе неподвластен простым смертным.

«Очень удобная позиция», – с неодобрением подумала я.

Однако это порождало ряд закономерных вопросов.

– Если вы думали, что Богиня одна и та же, почему раз за разом приходили на берег озера и общались с Мэрен? Она же, вроде как, прокляла вашу семью и стала причиной смерти матери. Зачем же вы с ней дружили?

Соглашение

– Потому что врага нужно держать близко, – глубокомысленно изрёк Адалард. – Желательно на расстоянии вытянутой руки. А в идеале втереться в доверие и стать друзьями, чтобы потом нанести удар исподтишка.

«И что, план не удался? – подумала я. – Ты настолько заигрался, что не заметил, как притворная дружба превратилась в настоящую влюблённость?»

Вслух я этого говорить, разумеется, не стала, вместо этого сказав:

– Весьма дальновидный ход, милорд. Быть может, вы захотите опробовать его ещё раз? – и на всякий случай уточнила: – На мне.

Адалард смерил меня пристальным взглядом и, преувеличено тяжело вздохнув, спросил:

– У меня нет ни единого шанса избавиться от тебя?

– Шанс есть всегда, – честно ответила я. – Только предупреждаю: без боя я не сдамся. Так зачем нам разворачивать полномасштабные боевые действия и становиться врагами, если можно сохранить хотя бы нейтралитет? Или даже подружиться. Поверьте, у меня много скрытых достоинств, которые делают меня прекрасным другом.

Адалард не выглядел хоть сколько-нибудь убеждённым. Однако его взгляд зацепился за расцветший дуб, и, похоже, это склонило чашу весов в мою пользу.

– Хорошо, – сдался он. – Пока ты ведёшь себя примерно и не доставляешь мне неприятностей, я не буду пытаться тебя изгнать со своей земли. Но! – он выразительно посмотрел на меня. – Стоит мне усомниться в твоих мотивах, или стоит тебе начать создавать проблемы, я осушу твоё озеро, а тебя обезглавлю.

– Договорились.

В душе я ликовала. Наконец-то можно выдохнуть, расслабиться и просто наслаждаться новой жизнью.

– Что ты собираешься делать с Бьянкой? – между тем вдруг задал Адалард совершенно неожиданный вопрос.

– Ничего, – ответила я. – Я переселила её в храм в лесу. Так что теперь всё зависит от её отца. Сумеет переступить через гордость и по-человечески поговорить с дочерью, возможно, уговорит её вернуться домой.

– А если нет?

– Значит, она останется под моей опекой.

– То есть превратится в старую деву у тебя на побегушках?

«Опять началось!..» – мысленно застонала я.

– Почему вас, милорд, так волнует её судьба? – постаравшись говорить спокойно, спросила я. – Йонас что, ваш дальний родственник? Или добрый друг? Почему вы так настойчиво лезете в наши с ним дела?

– Йонас – мой человек, – весомо заявил Адалард. – А я привык заботиться о своих людях.

– По такой логике, Бьянка тоже ваш человек, – парировала я. – Но почему-то о её интересах вы совершенно не печётесь.

– На это у неё есть родители, – возразил он.

– А если родители неправы? Если они плохо выполняют свою родительскую функцию и представляют угрозу для своего ребёнка? Что тогда?

– Исключено, – отрезал Адалард. – Родители всегда заботятся о благе своего чада.

Я презрительно скривилась.

– То, что родители считаю благом, не всегда является таковым для их дитя, – сказала я. – И, как по мне, ребёнок должен иметь возможность обратиться хоть к кому-то за помощью, когда у него дома творится зло и беззаконие.

Адалард, видимо, не нашёл, что возразить по этому поводу. Или просто не захотел вступать в бессмысленную полемику со мной.

Впрочем, это было неважно. Главное, я озвучила свою позицию в вопросе Бьянки, а он её услышал. Что дальше делать с этим знанием – решать уже самому Адаларду.

– Ваша Светлость! – неожиданно раздался взволнованный старческий голос.

Мы с Адалардом синхронно повернулись на звук.

К нам, одетый в классический чёрный костюм-тройку, спешил пожилой мужчина в строгих круглых очках. При этом в руках он держал какой-то конверт.

– Ваша Светлость… – мужчина дошёл до нас и протянул Адаларду письмо. – Его Величество срочно требует вас к себе.

Его Величество

– Что ж, очевидно, обед отменяется, – заметила я. – Видимо, не судьба.

– Не отменяется, а переносится, – хмуро поправил меня Адалард. – Я позову тебя, когда освобожусь.

Я неопределённо пожала плечами и, не говоря больше ни слова, переместилась домой.

Мне не давали покоя слова Адаларда про родовое проклятье, и я направилась в свой кабинет, чтобы поискать ответ на эту загадку среди многочисленных книг.

Только вот долго провести время среди старинных манускриптов мне не удалось – не прошло и пары часов, как очередной Зов выдернул меня из дома.

На этот раз я оказалась в просторной комнате, стены которой были задрапированы роскошными гобеленами, а пол устилал мягкий ковёр насыщенного бордового цвета.

Из мебели здесь стоял невысокий диван с мягким сиденьем и резной деревянной спинкой и небольшой круглый стол чуть в стороне от дивана, а напротив него возвышалось троноподобное кресло с широкими изогнутыми подлокотниками.

Справа от кресла, точно паж, с нечитаемым выражением лица замер Адалард.

В самом же кресле восседал, очевидно, король – об этом свидетельствовал его дорогой шёлковый камзол насыщенного синего цвета, расшитый золотой нитью и отороченный мехом по воротнику.

Для полноты картины не хватало только короны, венчающей голову.

– Надо же, и правда явилась, – заметил Его Величество, обращаясь к Адаларду. После чего перевёл взгляд на меня. – Рад приветствовать вас в моём замке, леди Диана.

«О, я уже стала леди, – подумала я. – Неожиданно. Но приятно».

– Ваше Величество, – я присела в книксене, почтительно склонив перед королём голову.

Уж что-что, а правила этикета (во всяком случае, в своём родном мире) я знала в совершенстве.

– До меня дошли слухи, что на озеро Хэико вернулась богиня, – между тем продолжил говорить он. – Как я вижу, слухи не врут.

– Отчасти, – ответила я. – Я никакая не богиня. Но я действительно являюсь нынешней хозяйкой озера.

– Занятно, – светло-карие глаза пристально смотрели на меня. – Хотите сказать, что магией не владеете и желания людей не исполняете?

Я бросила на Адаларда быстрый взгляд. Это он рассказал королю про меня?

По лицу Адаларда сложно было что-то сказать однозначно. Разве что нахмуренные брови намекали на то, что его данная ситуация совершенно не радует.

– Я владею магию, – признала я. – Однако я не всесильна. Но, да, я стараюсь помогать людям всем, чем могу.

Король многозначительно хмыкнул.

– Ваша милость распространяется исключительно на простолюдинов? – уточнил он.

Мне совершенно не нравился этот разговор. Я уже подспудно догадывалась, что Его Величество позвал меня не просто так – ему явно что-то от меня нужно. Но правила приличий не позволяли ему сразу приступить к своей просьбе, поэтому он вынужден плести словесные кружева, отнимая время и у меня, и у себя.

Что ж, у меня проблем с нехваткой времени не было, так что я решила подыграть.

– Я готова протянуть руку помощи любому, кто её попросит, – спокойно ответила я. – Статус и положение человека в обществе для меня не имеют значения.

– И какова будет цена за вашу помощь, если, скажем, её у вас попросит сам король?

«Когда это короли просили о помощи? – с горечью подумала я. – Короли всегда только приказывают и жестоко карают тех, кто их приказы не исполняет».

– Я никому не назначаю цену, – ровным голосом проговорила я, глядя ему прямо в глаза. – Пастух ли, купец или лорд – для меня неважно. Люди приходят ко мне с просьбой о помощи – я им помогаю, если это в моих силах. А они уже сами решают, как выразить свою благодарность.

– И вы никогда никому не отказываете?

– Пока не приходилось. Но если человек попросит чего-то, что мне сделать не под силу, я, разумеется, честно ему об этом скажу.

– А если я попрошу вас спасти нашу страну от разорительной войны? И пообещаю в качестве благодарности даровать вам титул и земли, где вы смогли бы спокойно жить. Что вы на это скажете, миледи?

Предложение, от которого нельзя отказаться

«Так я и думала, – мысленно обречённо вздохнула я. – Сейчас начнётся: пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что, и прочие невыполнимые задания».

– Скажу, что я не рыцарь и не солдат, и не обучена искусству войны, – прямо заявила я. – Даже если я искренне сочувствую вам и вашему королевству, я не представляю, как могу помешать грядущей войне.

– Например, незаметно пробраться к нашему соседу и убить его? – предложил Его Величество.

– Нет, – отрезала я. – Я не буду никого убивать.

– А если его солдаты придут в ваш лес и начнут убивать ваших верующих? – с издёвкой спросил король.

– Для того чтобы кого-то спасти, совсем не обязательно кого-то другого убивать, – холодно заметила я. – Я предпочитаю решать проблемы мирным путём.

«Не то чтобы у меня это хорошо получалась», – с сожалением подумала я, бросив мимолётный взгляд на Адаларда, мрачной тенью замершего рядом с креслом-троном.

– Хорошо, – кивнул король. – Вы не хотите никого убивать. Тогда помогите каким-то другим способом. Зачаруйте Фредерика. Заставьте его передумать. – На лице короля вспыхнул восторг. – Точно! Пусть занимается внутренними делами своего королевства, а к нам не лезет.

Это звучало уже чуть более реалистично. Правда, я никогда и никому в голову не залезала и даже теоретически не представляю, как это можно сделать. Но, вполне вероятно, в моей библиотеке может обнаружиться книга с нужным заклинанием или зельем.

Во всяком случае, в моём родном мире я точно слышала упоминание о Подчиняющем зелье. Возможно, здесь тоже есть что-то подобное?

– Я могу попытаться его переубедить, – ответила я. – Но я не могу ручаться за результат – я никогда ничего подобного не делала.

– Вот и отлично! – король радостно улыбнулся. – Значит, завтра утром вы вместе с Адалардом в составе посольства отправитесь в Дианем.

«А, то есть варианта отказаться у меня в принципе нет, – раздражённо подумала я. – И почему я совсем не удивлена?»

– А лорд Вьеренс там зачем? – вежливо поинтересовалась я.

– Будет за вами присматривать, – пояснил король. – А то вдруг вы переметнётесь к врагу.

«Просто потрясающе. Он меня вообще не знает, но заранее подозревает в предательстве, – моё раздражение с каждой минутой лишь усиливалось. – У них здесь что, так принято? Адалард вон тоже обвиняет меня во всех смертных грехах…»

– Зато если у вас всё получится, – невозмутимо продолжил король, – я подарю вам озеро Хэико и часть леса, на которой оно находится. А тебе, – он перевёл взгляд на Адаларда, – в качестве компенсации отойдёт Алзинская долина и прилегающие к ней деревни.

– Да, Ваше Величество, – бесцветным голосом откликнулся тот и поклонился.

– В таком случае, можете быть свободны, – «милостиво» отпустил нас король.

Адалард тут же подошёл ко мне, подхватил под руку и потащил в сторону выхода из комнаты.

– Судя по выражению вашего лица, милорд, вы не в восторге от этой миссии, – заметила я, как только мы вышли в коридор и за нами закрылась дверь.

– Не здесь, – хмуро бросил тот. – Возвращаемся домой.

И выжидательно посмотрел на меня, явно намекая на то, что я должна переместить нас с помощью магии.

– Воспитанные люди говорят пожалуйста, когда о чём-то просят, – заметила я назидательным тоном.

Адалард наградил меня недовольным взглядом, однако убедившись, что эта пантомима не произвела на меня никакого эффекта, сквозь стиснутые зубы процедил:

– Перенеси нас, пожалуйста, ко мне в замок.

– Так-то лучше, – улыбнулась я. – Держитесь крепче, милорд.

Я успела заметить большую напольную вазу с цветами, стоявшую чуть дальше по коридору, и использовала воду в ней для перемещения.

Стоило только нам оказаться в гостиной его замка, Адалард тут же выпустил мою руку и строго посмотрел на меня.

– Отправляться в Дианем на переговоры равносильно самоубийству, – заявил он. – Фредерик не станет нас даже слушать, сразу казнит.

– Почему вы не сказали это своему королю?

Адалард скривился.

– Сидманд ненавидит, когда его решения оспариваются, – объяснил он. – Если бы я отказался тебя звать или возмутился тому, что он планирует отнять часть моих земель, я бы сразу лишился головы.

– Сочувствую, – волне искренне сказала я. – Значит, выбора у нас нет: придётся ехать в Дианем. – Я послала Адаларду ободряющую улыбку. – Будем надеяться, я смогу договориться с тамошним королём.

О том, что произойдёт, если у меня это не получится, я предпочла даже не думать.

«Мы в любой момент можем сбежать», – мысленно успокоила я себя.

Правда в этом случае войны точно будет не избежать. А значит, мне нужно сделать всё возможное, чтобы переговоры увенчались успехом.

Тем более что в качестве награды я получу то, о чём так страстно всегда мечтала: свободу и независимость. И Адаларду придётся с этим смириться.