Текст книги "Хозяйка волшебного озера (СИ)"
Автор книги: Ксения Винтер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)
Сожаление
Дождавшись, пока Адалард заснёт, я на всякий случай углубила его сон лёгкими сонными чарами, после чего осторожно выбралась из кровати, оделась и бесшумно выскользнула из шатра.
Внутри было пусто и холодно, а на сердце скреблись кошки.
Вопрос: «зачем я всё это вообще затеяла?» – словно царапал черепную коробку изнутри.
Нет, Адалард оказался восхитительным любовником, нежным и ласковым – близость с ним совершенно не походила на тот ужас, что я пережила с Эриком.
Только вот зачем мне эта близость понадобилась? Да, Адалард весьма привлекательный мужчина. Но на этом всё. Я не испытываю к нему никаких тёплых чувств, кроме лёгкого интереса, приправленного щепоткой сострадания. А порой своим поведением он меня и вовсе откровенно бесит.
И несмотря на это я сама, по доброй воле, прыгнула к нему в постель. И теперь чувствовала себя просто отвратительно.
Это было, конечно, не то же самое, что с Эриком. Не было желания содрать с себя кожу, потому что на ней всё ещё ощущались его фантомные прикосновения, ничего, кроме отвращения, не вызывавшие.
Стража, стоявшая возле входа в шатёр, даже не шелохнулась, чтобы попытаться меня остановить. Так что я беспрепятственно пересекла лагерь и скрылась в лесу.
Мне хотелось побыть одной. Хотя бы ненадолго скрыться от людских глаз и пожалеть себя.
Хорошо, что Кэйли нигде видно не было… она не должна увидеть меня в таком состоянии.
Уйдя от лагеря на достаточное расстояние и убедившись, что поблизости нет посторонних глаз, я опустилась на колени на землю, обхватила себя руками и горько разрыдалась.
Причём, если бы кто-то сейчас спросил меня, а из-за чего я, собственно, плачу, ничего вразумительного я ответить бы не смогла.
Мне не было больно. Более того, на эту близость я пошла добровольно. И всё равно чувство, будто я совершила страшную ошибку, грызло меня изнутри.
«Теперь Адалард ещё сильнее станет меня презирать, – внезапно вспыхнула в голове странная мысль. – Решит, что я – падшая женщина, готовая отдаться кому угодно».
А следом пришла другая мысль. Почему, собственно, меня волнует, что обо мне подумает Адалард? Он и так меня ни во что не ставит. Его отношение ко мне и так балансирует на грани между презрением и лютой ненавистью. Так что же изменится, если к числу моих воображаемых недостатков он прибавит ещё и распутство?
Утешением это, конечно, было слабым. Кроме того, мне всё же было важно понять, что заставило меня упасть в объятия этого мужчины. Он не был галантен по отношению ко мне или заботлив. И он даже не является моим мужем, чтобы можно было списать всё на долг.
Так почему же я захотела разделить с ним постель?
Ответа на этот вопрос у меня не было.
Разве что это было какое-то мимолётное помешательство, вызванное не то долгим отсутствием полноценного человеческого общения (я ведь всё это время в основном сидела у себя в кабинете за книгами и лишь изредка встречалась со своей паствой), не то постоянным нервным напряжением.
«В любом случае, это больше не должно повториться, – твёрдо решила я, немного успокоившись. – Как только Адалард проснётся, я с ним поговорю и объясню, что это было лишь временное помутнение рассудка с моей стороны».
«Главное чтобы он не решил, что ты таким способом пытаешься завоевать его расположение, – ехидно заметил мой внутренний голос, – или своим телом выкупить право остаться хозяйкой озера».
У меня по спине пробежал холодок.
А ведь и правда. Адалард может решить, что я специально соблазнила его, чтобы получить для себя какую-то выгоду.
«Более того, он может посчитать подобный обмен вполне удачным, – насмешливо добавил внутренний голос. – Что ты будешь делать, если он пожелает продолжить ваши отношения в таком ключе? Он тебе своё покровительство – ты ему своё тело. Идеальная сделка!»
Я ощутила, как к горлу подступила тошнота.
Ну, уж нет! Как бы плохи ни были мои дела, становиться чьей-либо любовницей и торговать своим телом я точно не стану.
И плевать, что по этому поводу думает Адалард.
Утро
Остаток ночи я просидела на берегу реки, чуть поодаль от лагеря (чтобы и вправду не помешать кому-нибудь отдыхать) и плела браслеты из ниток под музыкальное сопровождение губной гармошки. Только на этот раз, словно почувствовав моё состояние, Кэйли наигрывала что-то тихое и протяжное (можно даже сказать заунывное), идеально сочетающееся с моей внезапной меланхолией.
Слуги проснулись с первыми лучами солнца и нестройными рядами потянулись к реке сначала умываться, а потом набирать воду для приготовления завтрака.
Что примечательно, каждый из мальчишек почему-то посчитал своим долгом подойти ко мне поздороваться.
«Похоже, вчерашняя демонстрация силы не прошла даром», – подумала я.
На земле рядом со мной к этому моменту высилась небольшая горка из браслетов, которые куда-то надо было девать. Так почему бы не раздать их этим мальчишкам?
Юноши «подарки» от меня принялись с благодарностью и, смущённо краснея, попросили меня собственноручно повязать украшения им на руку. Я пожала плечами и выполнила столь нехитрую просьбу.
Заняться было особо нечем, поэтому я вызвалась помочь с приготовлением завтрака.
– Госпожа Диана, вы умеете готовить? – удивился один из парнишек.
«Надо хоть имена у них узнать», – мелькнула в голове здравая мысль.
– Не очень хорошо, – призналась я. – Но уж на похлёбку моих скромных навыков точно хватит.
– Давайте, мы лучше сами, – обменявшись с товарищем быстрыми взглядами, предложил второй паренёк. – А вы, если так хотите, можете почистить и покормить лошадей.
Лошади так лошади. Тем более что, в отличие от людей, они не питали на мой счёт никаких предубеждений, напротив, тыкали в меня мордами, выпрашивая ласку.
По мере того, как лагерь просыпался и из палаток выходили сонные рыцари, я всё сильнее начинала волноваться, терзаемая сомнениями.
Как мне себя вести с Адалардом? Быть может, сделать вид, что ничего не произошло? Или всё же придерживаться изначального плана и сразу же объясниться? Не хотелось бы усложнять наши с ним и без того непростые отношения…
– Госпожа Диана, – Кэйли, не отходившая от меня ни шаг с тех самых пор, как я покинула шатёр Адаларда, с беспокойством посмотрела на меня. – Я могу вам чем-то помочь?
Я лишь горько улыбнулась и покачала головой. Ну, чем мне, в самом деле, может помочь крошка-фея?
Нет, в эту яму я загнала себя сама. А значит, выбираться мне из неё придётся тоже самостоятельно.
Адалард проснулся в числе последних – одному из рыцарей даже пришлось его будить, – и, выйдя в лагерь, выглядел даже более недовольным, чем был обычно.
«Наверняка уже пожалел о вчерашнем», – подумала я и удивилась тому, что эта мысль вызвала у меня столь сильное огорчение.
Адалард между тем о чём-то переговорил с некоторыми своими рыцарями, после чего устроился в их компании на завтрак у костра.
В мою сторону он даже не взглянул.
«Значит всё-таки игнорирование», – сделала я вывод из его поведения.
Что ж, возможно, так даже лучше.
От завтрака, принесённого всё тем же темноволосым парнишкой лет четырнадцати (имя которого я так и не удосужилась спросить), я отказалась, вместо этого решив помочь мальчишкам свернуть лагерь.
– Ты решила заделаться слугой? – насмешливо поинтересовался Адалард, незаметно подошедший ко мне в тот момент, когда я с помощью магии складывала палатки и убирала их в телегу.
Я непроизвольно вздрогнула, но постаралась сохранить бесстрастное выражение лица.
– От меня не убудет, а мальчишкам всяко легче будет, – ответила я.
– Ты называешь их мальчишками, словно они дети, – фыркнул Адалард вполне добродушно. – А они, между тем, пусть и молодые, но мужчины. Физический труд им только на пользу пойдёт.
Видит Богиня, я не собиралась затевать очередную ссору. Но Адалард первый начал!
Я резко развернулась и с вызовом посмотрела ему в глаза.
– Почему же тогда этим не занимаетесь вы и ваши рыцари? – спросила я. – Или физический труд на пользу идёт только безродным крестьянам?
И вот тут Адалард меня удивил. Вместо того чтобы разозлиться, он рассмеялся.
– Я прямо представляю, как мои рыцари, облачённые в тяжёлые кольчуги, рубят лес или ставят палатки, – весело заявил он. – Хотя, пожалуй, в чём-то ты права. Тренировка им точно не повредит. – Адалард на мгновение задумался. – Посмотрим на следующем привале, что тут можно придумать.
Наедине
После того как лагерь был свёрнут, мы снова двинулись в путь. Правда у меня появился неожиданный попутчик.
Когда я забиралась в карету, Адалард галантно подал мне руку – неожиданное проявление заботы, которую я приняла с благодарным кивком.
Каково же было моё изумление, когда после того, как я удобно устроилась на сиденье, Адалард залез в карету следом.
– Что вы делаете? – спросила я, чуть сдвинувшись вбок, потому что вместо того, чтобы занять место напротив меня, Адалард уселся рядом, вынуждая меня чуть ли не вжаться в стенку кареты.
– Я не в состоянии сегодня ехать верхом, – равнодушно бросил Адалард. А затем бесцеремонно улёгся, устроив голову у меня на коленях. – Кое-кто не давал мне всю ночь спать.
– Что? – моему возмущению не было предела.
– Разве я не прав? – насмешливо спросил этот наглец. – Сначала ты со своей крылатой помощницей мучила мои уши, после чего, очевидно, не удовлетворившись результатом, решила проверить меня на выносливость.
Я недовольно поджала губы и отвернулась к окну.
Желания обсуждать вчерашнюю ночь у меня больше не было.
– В любом случае, я намерен доспать недостающие часы, – объявил Адалард. – И ты будешь охранять мой сон.
– Как скажете, милорд, – откликнулась я бесцветным голосом.
Адалард же, похоже, полностью удовлетворившись таким ответом, прикрыл глаза.
Карета между тем, как и накануне, быстро обзавелась пышной зелёной кроной, полностью закрывшей окна, создав внутри интимный полумрак.
Кэйли на этот раз благоразумно не стала составлять мне компанию, предпочтя нервировать своим мельтешением рыцарей и оруженосцев.
«Очень умная девочка, – подумала я. – И тактичная».
Я не сомневалась, что от совместной поездки она отказалась из-за Адаларда, чьё поведение в очередной раз ставило меня в тупик.
Некоторое время мы ехали в абсолютной тишине. Я неподвижно сидела, устремив взгляд перед собой, думая одновременно обо всём понемножку и ни о чём конкретном. Однако вынужденное безделье мне очень быстро надоело – я по натуре была человеком деятельным, и роль живой подушки для Адаларда меня совершенно не устраивала.
В идеале, мне стоило скинуть его голову со своих колен и пересесть на сиденье напротив. Только вот почему-то у меня рука не поднялась нарушить сон мужчины.
Так что, обречённо вздохнув, я откинулась на спинку сиденья и принялась неспешно перебирать волосы на макушке Адаларда, одновременно едва слышно мурлыча колыбельную, которую в своё время мне пела няня.
– Почему ты ушла от меня ночью? – неожиданно спросил Адалард, похоже, и не думавший спать.
– Остаться было бы неуместно, – ответила я, продолжая пропускать сквозь пальцы блестящие чёрные пряди.
– Почему?
Я горько усмехнулась.
– Любовницам не положено оставаться на ночь. Точно так же как вор, сделав своё дело, не остаётся в ограбленном доме, а стремится как можно быстрее сбежать.
– Глупости, – возразил Адалард. – Любовница сбегает, когда есть кто-то, кто может в чём-то её обвинить. Чьих обвинений тебе бояться?
«Собственной уязвлённой гордости и давно попранной чести», – подумала я, ощущая терпкую горечь, разлившуюся в груди.
– Я сама себе и обвинитель, и судья, – глухо проговорила я.
Адалард перевернулся на спину и направил на меня пронзительный взгляд.
– И в чём же ты себя обвиняешь? – поинтересовался он.
Я не нашлась, что ему на это ответить. Как объяснить ту бурю чувств, что болью отзывается в сердце и вызывает отвращение к самой себе?
Адалард не поймёт. А возможно и вовсе высмеет меня.
– Неважно, – я вновь отвернулась к окну, хотя из-за листвы в нём ничего видно не было. – Сделанного уже всё равно не вернёшь.
– Ты сожалеешь о том, что произошло между нами.
Это не был вопрос, Адалард был уверен в своих словах. И всё же я ответила:
– Да.
– Ясно.
Ломая ветки, Адалард высунул голову из окна и крикнул кучеру остановиться, после чего стремительно покинул карету, оставив меня одну.
В лесу
День мы провели в пути с небольшим привалом в полдень, во время которого я старательно избегала Адаларда, а тот, в свою очередь, игнорировал меня.
Как восстановить наши окончательно испортившиеся отношения, я понятия не имела, хотя и понимала, что оставлять всё, как есть, ни в коем случае нельзя – обида Адаларда вполне может вылиться мне боком. Вдруг он захочет отомстить?
На ночь мы разбили лагерь прямо в поле, не доехав всего чуть-то до какого-то небольшого города – крыши домов уже маячили впереди, когда Адалалрд приказал остановиться.
– Милорд, быть может, всё же доберёмся до города? – обеспокоенно спросил один из рыцарей. – На постоялом дворе нам будет всё же комфортней.
– Нет, – отрезал Адалард. И не стал никому ничего пояснять.
Спорить с ним никто не осмелился.
Я помогла слугам поставить шатры и очистила карету от наросших за день веток. Кэйли маячила у меня за спиной, однако, словно почувствовав моё подавленное состояние, даже не пыталась завязать разговор.
Мне же хотелось вернуться домой, закрыться в кабинете и спрятаться от всего мира среди книг, лишь время от времени выходя на Зов.
«Зря я согласилась на это путешествие», – тоскливо подумала я, неспешно бродя по полю чуть в стороне от лагеря.
«Как будто у тебя был выбор, – презрительно бросил внутренний голос. – Королю не отказывают. Да и не смогла бы ты жить спокойно, зная, что могла предотвратить войну, но не сделала этого».
Тяжело вздохнув, я неспешно двинулась в сторону тёмных макушек деревьев, видневшихся впереди.
– Госпожа Диана? – впервые за день подала голос Кэйли. – Вы собираетесь уйти?
– Нет, просто немного погуляю, – успокоила я её. – А ты вернись в лагерь. Если кто-то будет меня искать, передашь, что к утру вернусь.
Сейчас мне совершенно не хотелось ни видеть, ни слышать кого-либо из людей Адаларада (как, впрочем, и его самого). Так что прогулка по незнакомому лесу показалась мне неплохим способом скоротать время и избавиться от мрачных дум.
В конце концов, самое страшное, что со мной может случиться – я банально заблужусь. Но в этом случае мне достаточно будет позвать Кэйли, и она перенесёт меня обратно в лагерь.
О том, что в лесу могут водиться какие-то опасные твари, способные причинить мне вред, я даже не подумала.
– Ну, и куда ты собралась?
Недовольный голос Адаларда, раздавшийся позади меня, стал неприятным сюрпризом.
– Прогуляюсь, – лаконично ответила я.
– Ты должна быть постоянно на виду.
Я презрительно фыркнула, но никак не прокомментировала его смехотворное заявление. Просто продолжила упрямо идти в сторону леса.
Как ни странно, Адалард последовал за мной. Он уже успел избавиться от кольчуги, однако ножны с мечом были при нём.
«И зачем человеку, умеющему превращаться в дракона, меч? – отстранённо подумала я. – Разве не проще избавиться от любого противника, просто дыхнув на него огнём?»
Озвучивать этот вопрос Адаларду я, разумеется, не стала. Хотя очень хотелось.
– Ты хотя бы умеешь ориентироваться в лесу? – спустя некоторое время спросил Адалард, видимо устав от тягостного молчания.
– Нет, – просто ответила я.
– И что ты будешь делать, когда заблудишься? – в голосе Адаларда слышалось раздражение.
– Вернусь в лагерь.
Я не была настроена на разговор. Вообще-то, я направилась в этот лес как раз для того, чтобы этих самых разговоров избежать!
– Здесь наверняка водятся хищники, – между тем продолжил действовать мне на нервы Адалард.
– Уверена, ваш меч сразит любого монстра, – равнодушно отозвалась я.
– У тебя нет меча.
– Зато у меня есть магия.
И снова между нами повисла гнетущая тишина.
– Ты идёшь в какое-то конкретное место или просто издеваешься надо мной? – спустя ещё минут пять задал Адалард следующий вопрос.
Я резко остановилась и повернулась к нему лицом.
– Я иду, куда глаза глядят, только бы не видеть и не слышать вас, милорд! – запальчиво заявила я. А затем спросила, не пытаясь скрыть своего возмущения: – Зачем вы преследуете меня?
– Моя задача обеспечить твою доставку в Дианем, – ровным голосом ответил он. – В целости и сохранности. Поэтому, нравится тебе это или нет, я буду следить за тобой.
– Потому что так приказал король?
– Да.
Я обречённо вздохнула. И тут мой взгляд скользнул по траве, и я не сдержала нервного смеха.
– Ну, по крайне мере, заблудиться в ночном лесу я точно не смогу!
Вдоль тропинки, по которой мы шли, распустились мелкие белые цветы, достаточно ярко светящиеся в темноте – очередной побочный эффект моего божественного дара.
И почему-то их вид заставил меня расслабиться и отпустить тяжёлые мысли, весь день роившиеся в голове.
Наклонившись, я сорвала один цветок и, ни секунды не колеблясь, протянула его Адаларду.
– Что ж, милорд, раз я так важна для вашего короля, я не стану доставлять вам лишних хлопот, – натянуто улыбнувшись, сказала я. После чего добавила: – Возвращаемся обратно в лагерь.
И именно в этот момент рядом с нами раздался громкий хруст ломающихся веток и приглушённый угрожающий рык.
Неожиданная находка
Адалард тут же выступил вперёд, закрывая меня собой, на ходу вытаскивая из ножен меч.
Ближайшие к нам кусты, между тем, зашевелились, и снова раздалось глухое недовольное рычание, после чего послышался треск веток, и из кустов на тропинку выскочило маленькое пушистое создание, каких я никогда прежде не видела.
Существо было совсем крохотное – с мою ладонь размером, – и всё его тельце, особенно лысый длинный хвост и лапы, покрывали небольшие шипы, а наличие в пасти множества острых зубов свидетельствовало о хищном образе жизни.
Малыш замер в нескольких шагах от нас с Адалардом и, оскалившись, агрессивно зарычал. Несмотря на крошечный размер, голос у этого создания был довольно низкий и весьма угрожающий.
Я поднялась с колен и поспешно ухватила Адаларда за руку, удерживая от нанесения удара.
– Не нужно убивать, – тихо, но твёрдо проговорила я. – Это всего лишь беззащитный детёныш, которого мы наверняка испугали своим появлением.
– Этот детёныш может перегрызть тебе горло, если захочет, – раздражённо заметил Адалард. Однако высвободить свою руку из моего едва ощутимого захвата не пытался.
– Но не пытается этого сделать, – парировала я. – Так зачем же нападать первыми? Благо бы мы голодали, и ты его съесть хотел, я бы это ещё поняла. А так…
Адалард брезгливо скривился: очевидно, мысль питаться какими-то непонятными монстрами его совершенно не прельщала.
Малыш между тем продолжал скалиться в нашу сторону, однако не пытался приблизиться, чем только укрепил меня в уверенности, что нападение не входит в его планы.
– Мы, вроде бы, собирались вернуться в лагерь, – напомнила я Адаларду. – Так мы идём или нет?
– Да, конечно.
Он бросил на монстрика настороженный взгляд, однако меч всё же вернул в ножны, после чего двинулся в обратную сторону, ориентируясь на тропинку из светящихся белых цветов.
Я последовала за ним. И каково же было моё изумление, когда зубастая кроха неуверенно двинулась следом за нами.
Да, он старался держаться от нас на некотором расстоянии, но всё равно продолжал идти, время от времени угрожающе порыкивая, стоило мне остановиться и посмотреть прямо на него.
– В лагере ему не место, – заметил Адалард, когда мы почти выбрались из леса.
– И что ты предлагаешь? Отогнать его камнями? – уточнила я недовольным голосом.
– У тебя есть магия, – ехидно напомнил мне он.
– Я не собираюсь её использовать против беззащитного малыша! – возмущённо воскликнула я.
– Не может быть беззащитным существо с острыми когтями и зубами, – возразил Адалард. – Это взаимоисключающие понятия.
– Какой вы зануда, – недовольно пробурчала я. – Хорошо! Идите в лагерь, а я выясню, чего за нами увязался этот кроха.
– Ну, уж нет! – категорично отрезал Адалард. – Я вернусь только вместе с тобой. И точно не оставлю тебя наедине с непонятной и явно крайне опасной тварью!
– Великая Мать, и как можно быть таким упрямым бараном? – закатив глаза, проворчала я вполголоса. – И не смотри, что дракон.
– Что ты сказала?
– У вас, милорд, со слухом проблемы? – с вызовом посмотрев на него, спросила я. – Я сказала: как можно быть таким упрямым бараном, и не смотри, что дракон. Теперь услышали?
– За подобную дерзость тебе стоило бы отрезать язык.
– Да пожалуйста! Но тогда переговоры с королём Фредериком будете вести сами!
Такой дерзости от меня Адалард явно не ожидал, потому что резко замолчал, не став продолжать этот бессмысленный спор.
Я же с чувством полного удовлетворения повернулась к маленькому монстрику, всё это время сидевшему чуть в стороне и крайне внимательно прислушивающемуся к нашему спору, словно и правда что-то понимал.
– Привет, малыш, – я дружелюбно улыбнулась ему и присела на корточки, чтобы не так сильно возвышаться над ним. – Ты зачем идёшь за нами? Ты заблудился?
Я не надеялась на ответ. И его, естественно, не последовало. Зато малыша, очевидно, несколько успокоили интонации моего голоса, потому что он перестал рычать и, испуганно прижав уши к голове, сделал нерешительный шаг в мою сторону.
– Надеюсь, ты сумеешь отрастить себе новые пальцы, когда он тебе их откусит, – мрачно сказал Адалард.
Краем глаза я видела, как напряжённо он замер возле меня, явно готовый в пику собственным словам отразить возможное нападение.
«Какой ты всё-таки непоследовательный, – сокрушённо подумала я. – Твой язык говорит одно, а поступки совершенно другое. Так чему мне верить?»
Малыш, между тем, медленно приблизился ко мне. И только сейчас я заметила у него на боку глубокую рану, явно оставленную чьими-то когтями.
– Так тебе нужна помощь? – спросила я и осторожно протянула руку.
Монстрик предостерегающе зашипел, и я тут же замерла, однако руку не убрала.
– Я не причиню тебе вреда, – мягко проговорила я, глядя ему в глаза, подкрепляя свои слова небольшой порцией магии, которая окутывала малыша своеобразным невидимым коконом и должна была избавить его от страха по отношению ко мне. – Я хочу тебе помочь.
То ли успокоенный моим голосом, то ли подчинившись моей магии, малыш немного расслабился и сократил то небольшое расстояние, что разделяло нас, ткнувшись мордочкой в мою ладонь.
– Умница, – похвалила я его, нежно погладив кончиками пальцев по спине, старательно обходя острые (и вполне возможно ядовитые) шипы. – Идём, я позабочусь о тебе.
Я осторожно подхватила щуплое тельце на руки, выпрямилась и, повернувшись, посмотрела на Адаларда.
– Ему нужна моя помощь, – сказала я, показывая ему рану на боку малыша. – Я помню, что вы не хотели, милорд, чтобы он попал в лагерь, но я не могу его просто трак бросить.
– Ты ведь не сдашься, да? – обречённо спросил Адалард, недовольно поглядывая на шипастый комочек меха в моих руках.
– Нет, не сдамся.
– Ну, хорошо. Можешь принести его в лагерь. Но если он кого-то покусает, отвечать будешь ты!
