Текст книги "Владыка Черных Песков 2. Расколотые небеса (СИ)"

Автор книги: Константин Дадов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 43 страниц)

Нет, для "Безымянного" не составляло труда убить пятерку, десятку, сотню чейнджлингов, (все же уровень их сил был не сопоставим), однако же рабочие особи роя новоявленной королевы Зарин, совершенно не боялись смерти и не считались с потерями. Откровенную же слабость в магии, они успешно компенсировали благодаря вооружению со складов двурогих союзников.

Как перевертыши вообще нашли тавра? Ответов на этот вопрос могло быть несколько: банально прочесывали местность вблизи последнего объекта подвергшегося диверсии, использовали ментальную мощь роя чтобы вычислить местонахождение всех не минотавров, а может быть даже наткнулись совершенно случайно, просто проводя патрулирование местности.

"Какие назойливые насекомые".

Оторваться от преследователей было не так уж и сложно, все же возможности "Седьмого" позволяли ему развивать куда более высокую скорость, или вообще плавать в земле словно в воде, только вот даже потеряв цель из вида, рой продолжал удерживать диверсанта в поле своего влияния. А со всех сторон подтягивались все новые и новые особи, (в основном рабочие, но изредка встречались охотницы и даже принцессы), что в итоге становилось весьма утомительно. В голове Тавра все чаще появлялась мысль, что проще было бы воспользоваться "обратным призывом" и уйти на отдых в "Пещеру чудес".

"И это совсем не даст перевертышам почву для размышлений".

В дополнение ко всему, банально сбежать "Безымянный" не мог себе позволить по весьма спорной причине: гордость этого не потерпит. К тому же Стар, когда узнает, (а она узнает обязательно), что гордого ученого прогнали ее примитивные сородичи, которые даже через улучшающие модификации не прошли, своими насмешками покоя не даст.

"А Гривус ей только поможет. Проклятье! Зачем я только социализировался?".

Неожиданно в радиусе пяти километров, со всех сторон появилось ощущение активировавшегося магического барьера, перекрывающего пути отступления даже под землей. Само пространство так же стало более устойчивым, что говорило об активации генератора помех.

"А чейнджлинги продолжают прибывать. Из этого можно сделать вывод, что барьер односторонний и предназначен для удерживания цели внутри. Что же, это становится интересно".

В лучах заходящего солнца, с неба спустилась одна из принцесс, облаченная в изящную силовую броню без шлема. Глаза покрытой хитином кобылы светились белым, что свидетельствовало об эффекте "одержимости", (та же Стар, при желании берет под прямой контроль любую из дочерей, при этом совершенно не теряя в подвижности собственного тела).

– Приветствую, "ваше величество". – Тавр насмешливо поклонился, а затем щелчком указательного пальца левой руки, стряхнул с наплечника новенького скафандра несуществующую пылинку. – Чем обязан столь высокому вниманию?

– Ничего особенного. – Собеседница смущенно улыбнулась. – Просто мне хотелось собственными глазами посмотреть на одного из легендарных "Безымянных", прежде чем убить.

– И каково же ваше мнение? – "Седьмой" выгнул брови, радуясь тому что мимику не скрывает маска, в данный момент прикрывающая правое бедро, (левая рука в это время складывала серию символов, будучи скрытой от посторонних глаз прижатым крылом).

– Слегка разочарована. – Вздохнула вампирша, а в следующий миг об магический щит вспыхнувший в сантиметре от ее тела, разбился шар сжатого воздуха.

Взрыв отбросил кобылу назад, а спустя секунду в тавра начали стрелять сотни перевертышей, сплошной тучей из хитиновых тел закрывшие небо.

(Конец отступления).

Примечание к части

Вот как-то так.

ЖИЗНЬ НА КОНЧИКЕ КЛИНКА. (ОТСТУПЛЕНИЕ)

(Отступление).

– По машинам парни! – Рокочущий рев командира заглушал завывание ветра и раскаты грома, заставляя бурю бушующую у побережья Народной Федерации затихнуть на несколько мгновений из-за осознания своей неполноценности. – Коровьи дети, хотите жить вечно?!

Ромеро, во главе одного из отрядов штурмовиков, легко и привычно взбежал по узкому железному трапу на борт новенькой боевой машины пехоты класса "амфибия", словно и не было за его плечами долгих лет мирной гражданской жизни. Силовая герметичная броня с фильтрами для воздуха и возможностью перейти на замкнутый цикл дыхания, ощущалась словно вторая кожа и ничуть не стесняла движения, а длинная винтовка с подствольной пусковой трубой для гранат, будто бы грела руки бывалому солдату.

– Всем закрепиться у бортов. – Активировав передатчик радиоволн на частоте связи внутри отряда, минотавр сам последовал своему совету и подойдя к орудию установленному на носу вездеходной лодки, накинул на себя сбрую из ремней.

Душа пела а кровь в жилах бурлила от предвкушения грядущей схватки и как бы Ромеро не пытался себя убеждать, ему это нравилось едва ли не больше мирной жизни в родном городе. За несколько лет проведенных в Зебрике, он привык к взрывам, хлопкам выстрелов, крикам ярости и воплям боли, в результате чего продолжительная тишина угнетала и заставляла ожидать несуществующую угрозу. Создание собственной музыкальной группы слегка притупило ощущение пустоты, с каждым днем захватывающей все большее место в душе, а рождение сына позволило на несколько лет забыть о ночных кошмарах.

"И все равно, сейчас я не в Таурене с женой и теленком, а здесь...".

По трапу прогромыхали металлическими копытами "железные гвардейцы": ровно два десятка истуканов со светящимися синим светом глазами, вооруженные крупнокалиберными шестиствольными пулеметами застыли на середине палубы вездеходного катера. Подчиняясь беззвучной команде, они опустились на колени и прицепились при помощи канатов и небольших карабинов к металлическим кольцам, едва заметным на фоне пола.

Машины класса "амфибия" все еще проходили тестирование и отряду Ромеро, так же как и еще сотне подобных команд, предстояло провести испытания в боевых условиях, (к счастью, их отправляли в бой хотя бы не с первой волной). Судно представляло из себя плоский и широкий катер длиной двадцать один метр и шириной в четыре метра, резко сужающийся в передней части формируя заостренный нос. В корме были установлены две турбины, между которыми размещались генератор защитного поля и силовая установка питающая все оборудование военного транспорта, (в передней же части трюма находились кабина пилота и грузовой отсек).

Справа и слева от кормы, к корпусу "амфибии" крепились короткие но достаточно широкие гусеницы, собранные из крайне прочного и износостойкого, но при этом легкого материала. По бокам от носа катера красовались по два широких низких колеса, масса которых слегка уравновешивала конструкцию. В качестве противовеса для турбин, генератора щита и силовой установки, выступало орудие с четырьмя пусковыми трубами метровой длины, установленное на вращающуюся платформу на носу катера.

К каждой из пусковых труб подводилась длинная лента с цилиндрическими снарядами закругляющимися с переднего конца. Однако же, несмотря на то что боезапас у стволов был раздельным, относительно друг друга они не поворачивались, так что стрелку приходилось пользоваться лишь одним прицелом.

"Как в старые недобрые времена".

Промелькнула злая мысль на грани сознания Ромеро в тот момент, когда его ладони легли на рельефные рукояти а пальцы нащупали спусковые крючки, (по два справа и слева).

– "Начало операции через две минуты". – Прозвучал голос командира на общей волне связи.

– Вас понял. – Отозвался командир "амфибии", тут же переключаясь на частоту связи внутри своего отряда. – Всем проверить оружие и крепления: если кто-то из вас во время боя не сможет стрелять из-за поломки или вывалится за борт благодаря расстегнувшемуся ремню сбруи, я лично его найду и расстреляю.

Ответом на угрозу стал общий хохот подчиненных, начавших фантазировать на тему того, как их предводитель ныряет на дно океана чтобы спасти неудачника, а затем поставить к стенке "во славу священной дисциплины".

"Шутники Дискордовы".

Хмыкнул про себя бык, в очередной раз проверяя собственную сбрую. Перед внутренним взором появилась обеспокоенная мордочка Мары, обрамленная ореолом выбеленных волос, в глазах которой легко читались волнение, страх и решимость. В груди сразу же стало теплее от осознания, что ему есть ради кого жить... ради кого сражаться и побеждать, а самое главное: есть к кому возвращаться.

"Кроме того, если я здесь погибну, она ведь найдет мое тело и оттащит к некромантам чтобы те оживили. А после этого выскажет все что обо мне думает... и сама убьет".

Образ сына, представший перед мысленным взором после мордочки его матери, наполнил Ромеро гордостью. Малыш Тирано уже сейчас проявлял незаурядный талант к рунам, легко и непринужденно составляя учебные круги и цепочки, а благодаря зельям предоставленным в оплату за один неприятный инцидент...

"Старик, с каким удовольствием я бы тебя за горло подержал, ты себе даже не представляешь. Как бы обнял, от всей широты души, так и не отпускал бы до тех пор пока хрипы не прекратятся".

Информацию о покушении солист музыкальной группы получил прямо из рук агента "старых патриотов", вскоре после того как его выпустили из госпиталя. Для встречи предусмотрительно была выбрана защищенная от прослушивания квартира в одном из новомодных небоскребов, где совершенно нечего было сломать. Нападать же на быка, на твоих глазах голыми руками согнувшего сантиметровую арматуру...

Ромеро сделали формальное предложение, от которого он попросту не мог отказаться, в результате чего карьера бывшего офицера начала развиваться семимильными шагами. Даже сейчас, находясь в рядах армии Народной Федерации, он выполнял просьбу своих благодетелей, и пусть против защиты родины с оружием в руках минотавр ничего не имел, (был только "за"), но столь зависимое положение угнетало.

– "Время". – Прозвучал голос из динамиков шлема.

– Погнали парни. – Усилием воли отогнав от себя невеселые мысли, Ромеро постарался придать голосу веселых ноток. – Надерем парочку полосатых крупов!

***

В зале с высокими потолками, где даже самый рослый минотавр вытянув вверх руки не смог бы дотянуться до гладкой белой поверхности, царила стерильная чистота: в мраморные плиты пола можно было смотреться как в зеркало. Вдоль стен стояли невысокие столы с какими-то инструментами и артефактами, магические светильники висели в держателях на стенах, а ближе к дальней от входа стене стояла металлическая квадратная платформа на колесах с возвышающейся на ней клеткой из железных прутьев.

В лаборатории находились несколько молодых некромантов, подготавливающих оборудование к следующему ритуалу, им помогали двое рунных магов из Синдиката, а за всем этим наблюдал лич, сверкающий изумрудным пламенем пылающим внутри пустых глазниц пожелтевшего черепа. Скелет минотавра был затянут в прорезиненную ткань черного цвета, облегающую каждый изгиб фигуры и прорисовывающую контуры костей. Лишь голова неживого чародея осталась открытой, но из-за отсутствия даже намеков на кожу и мышцы, это совершенно не позволяло определить настроение бывшего мастера рунных рыцарей.

"Впрочем, какое может быть настроение у минотавра старой закалки, обнаружившего себя мертвым, да еще в клетке?".

– Всем выйти. – Приказал Марио, нажатием на один из кристалликов в подлокотнике, включая двигатель своего кресла-каталки.

– Вы уверены? – Кровник с сомнением, (но не прекращая слащаво улыбаться), покосился на неподвижного лича.

– Да. – Коротко отозвался глава Синдиката.

– Как будет угодно, господин Марио. – Некромант перевел свой взгляд на сородичей и их помощников. – Перерыв двадцать минут.

Зебры и минотавры вышли за двойные железные двери, украшенные узором из белых костей. Последними помещение покинули телохранители безрогого старика, на мордах которых легко можно было заметить недовольство подобным решением.

"Не важно".

Отмахнулся от посторонних мыслей Марио, останавливая свое кресло прямо перед платформой с клеткой. Подняв голову чтобы смотреть скелету глаза в глаза, глава Синдиката на несколько секунд стушевался, внезапно ощутив себя глупым нашкодившим теленком, который еще даже в оруженосцы не поступил и лишь изучает азы искусства чародейства.

Крио смотрел на своего ученика с немым укором, как и десятки лет назад, будто бы никогда и не погибал а лишь отошел на несколько минут и после возвращения обнаружил бардак в своей мастерской. Однако же иллюзия продержалась недолго и спустя пару ударов сердца, вместо сурового старика, перед фактическим правителем Народной Федерации снова стоял всего лишь скелет в прорезиненном костюме.

– Приветствую вас, наставник. – Марио почтительно склонил голову, церемонно признавая старшинство своего собеседника.

– Хотя бы манеры ты за прошедшие годы не растерял, уже хорошо. – Прошелестел безэмоциональный голос, источником которого был так и не шевельнувшийся череп. – Скажи мне, ученик: как так получилось, что я снова жив? Почему останки моих братьев по ордену, оскверняют своей нечестивой магией дикари из южной страны варваров? Почему первым что я увидел вернувшись в этот мир, оказалась морда полосатого чужака, чьи копыта топчут нашу землю так, словно бы она принадлежит их народу? Неужели наши потомки проиграли войну и превратились в рабов четвероногих захватчиков?

"Лучше бы он кричал".

Тихий и глубокий голос скелета, (чем он говорил Марио так и не понял), проникал в самую душу, заставляя вновь и вновь переживать все победы и поражения, успехи и неудачи. Гипнотическое же сияние глаз светящихся изумрудным огнем, вводило в транс и грозило подавить разум собеседника.

– Нет учитель, мы не проиграли войну. – Чуть опустив голову, старик со спиленными рогами разорвал зрительный контакт. – С момента вашей гибели произошло множество событий, кардинальным образом сказавшихся на ордене в частности и нашем государстве в целом.

– Так поведай же мне эту историю, ученик. – Крио шевельнул правой рукой, позади него вспыхнул рунный круг из которого сформировался кусок льда, своими очертаниями напоминающий стул, (решетка клетки при этом угрожающе загудела, но как-то помешать чародейству не смогла). – Что-то мне подсказывает, что времени у нас много.

"А мне что-то подсказывает, что отказа ты не потерпишь... Как и всегда. Интересно, а некроманты осознают, что клетка если и сдержит этого мертвеца, то очень ненадолго?".

– Все началось с дуэли... – Удобнее устроившись в своем кресле, глава Синдиката погрузился в воспоминания о давно минувших днях.

***

Ввысь вздымались каменные стены, под градом выстрелов из мелкокалиберных пушек и в облаках взрывов гранат осыпающиеся на землю осколками утрамбованной породы. Яркие дуги молний прорезали небеса, заставляя на долгие мгновения слепнуть тех перевертышей, которые не успели зажмуриться или отвернуться. Порывы ветра, чередующиеся с целыми смерчами воздушных лезвий и огненными ураганами, прижимали летунов похожих на насекомых к земной тверди, где их пронзали зеленые пики, в секунды высасывающие из тел жертв всю жизненную энергию.

Сражение продолжалось уже пол часа и за все это время, кажущееся королеве Зарин целой вечностью боли и страданий ее роя, враг так и не был уничтожен. Напротив, "Седьмой" словно издеваясь, время от времени показывался на открытом пространстве, применял какое-либо разрушительное заклинание, а затем проваливался под землю или вовсе распадался облаками белого тумана.

"Но ведь мы его достали!".

Одна из гранат действительно попала прямо в грудь тавра, своим взрывом отшвырнув его на острые осколки оставшиеся от очередной каменной стены. Однако же, монстр, (а никак иначе после всего увиденного "Безымянного" Зарин воспринимать не могла), изогнувшись под неестественным углом просочился под землю, никак не реагируя на вонзающиеся в плоть пули.

Продолжающуюся бойню можно было бы назвать эпичным сражением, достойным внесения в легенды, если бы не один маленький факт: враг никак не желал умирать под напором превосходящих сил. Его пытались жечь, взрывать, замораживать, растворять в кислоте, но окутываясь зеленым сиянием, тавр легко восстанавливал все повреждения.

"Если так пойдет и дальше, то у меня попросту не останется войск".

Вот наглая черно-серая голова попала в перекрестье прицела снайперской винтовки, а в следующую секунду, магическая пуля отправилась в свой непродолжительный полет. Несколько мгновений спустя, миниатюрный снаряд в кристаллической оболочке, (которая является аналогом материала, из которого убийцы магов делали наконечники для стрел), пробила полупрозрачный зеленый покров и вошла в затылок чудовища. Взрыв заряда заставил осколки кристалла равномерно распределиться по внутреннему пространству черепа, тщательно перемешивая его содержимое.

"И снова он не сдох!".

Оторвав и откинув голову, начавшую прорастать хищно поблескивающими кристаллами, "Безымянный" выпустил из обрубка шеи пару гибких жгутиков, чем-то похожих на усики улитки, на кончиках которых ярко сияли два изумрудных глаза с змеиными зрачками, а из горла высунулся длинный извивающийся язык, который будто бы дразнил перевертышей. Погасший было полупрозрачный зеленый покров, вновь

окутал весь силуэт тавра, стремительно заживляя все полученные от пуль раны и начал восстанавливать утраченную голову.

"Остался всего один вариант... Хотя нет, их два. Но второй совершенно не реализуем в данный момент".

Сосредоточившись, Зарин перенесла свое сознание в одну из принцесс контролирующих воинов роя, а затем мысленно отдала команду подчиненным. Рабочие особи усилили напор, превратив одиночные очереди выстрелов в полноценный ураган, от которого совершенно невозможно было уклониться, что заставило монстра снова создать над собой каменный купол.

"Вот ты и попался".

Пронеслась в голове молодой королевы злорадная мысль, после чего собранная в один удар ментальная мощь, обрушилась на укрытие "Безымянного". Как бы силен не был разум одного существа, ему ни за что не справиться с тысячами потоков силы мысли, сплетающихся в бурную бушующую реку, (в особенности, если их направляет воля могучего менталиста).

В то же время, выстрелы из пушек и снаряды из пусковых труб разгромили каменную преграду и взгляду Зарин предстала чудесная картина: извивающийся и корчащийся от боли враг, который даже не заметил, что каменный купол пал. Ментальное давление еще больше усилилось, так что теперь жертва лежала неподвижно, не в состоянии шевельнуть хотя бы пальцем, а рабочие особи уже вдавили спусковые крючки снайперских винтовок, заряженных кристаллическими пулями "убийц магов".

"Ну вот. И на тебя нашлась управа".

Полностью вернув свое сознание в собственное тело, молодая королева через глаза пары перевертышей убедилась, что "Безымянный" полностью поглощен кристаллами, буквально изорвавшими его тело изнутри. На всякий случай, принцессы получили приказ еще раз прочесать поле боя, собрать трупы погибших сородичей и доставить в лабораторию останки врага. Полагаться лишь на скрытность и умение добывать информацию было больше нельзя, а потому следовало организовать собственный научный институт...

А пока чейнджлинги радовались победе, прочь от так и не деактивированного щита ползла маленькая темно-коричневая змейка, внутри желудка которой находился свиток хранения предназначенный для переноски раненых. В пространственном же кармане привязанном к выделанной коже зони при помощи вытатуированной печати, спокойно спал "Седьмой", вместо себя оставивший перевертышам своего очень реалистичного клона.

***

Паря на распахнутых крыльях прямо под свинцовыми тучами, раз за разом обрушающими разряды ослепительных молний на магический барьер, Уно старалась хоть чем-то развеять скуку. Как бы странно не казалось испытывать подобное во время сражения, но зебраска ничего не могла с собой поделать: все же действия ее легиона ограничивались лишь имитацией нападения. Казалось что даже кальмары и морские змеи, с каждым часом бестолковой борьбы с магическими барьерами, действуют все более и более вяло.

"А вот это что-то новенькое".

Со стороны материка, в направлении воздушного флота зони выдвинулись дирижабли, и винтокрылы, и истребители... А впереди всей этой разномастной техники, все больше отрываясь от сопровождения, стоя на железных дельтапланах летели тринадцать минотавров в черной броне.

"Двенадцать в черной и один в красной".

– Общая тревога. – Активировав устройство связи встроенное в шлем, желто-черная летунья отдала приказ. – Начинаем отступление вглубь океана. Выпустить химер прикрытия.

Сама же Уно обратилась к силе своего зверобога и начала окутываться покровом энергии. Силуэт гиппогрифа проявился вокруг ее тела, в каждой из передних лап появилось по яркой шаровой молнии.

Две стремительные искры брошенные с промежутком в пол секунды достигли барьера одного из дирижаблей. Первый взрыв пробил в щите небольшую дыру, а второй вспыхнул на корпусе машины ярким огненным цветком, (детонировали снаряды в носовых орудиях). Но повторить свой успех летунье не позволили сразу шесть ярко-алых магических лучей, прилетевших со стороны тринадцати рунных рыцарей.

– Ха? – Сосредоточив внимание на новых противниках, зебраска увидела как вокруг чародея облаченного в угловатую красную броню, прямо в воздухе формируются дюжины рунных кругов. – Ого. Вот это действительно что-то новенькое.

Группа наездников дельтапланов разделилась: двенадцать из них "нырнули" вниз к поверхности воды, начав размахивать разнообразным оружием и осыпать морских химер градом заклинаний, а тринадцатый прямым ходом устремился к Уно, благодаря покрову ярко выделяющейся на фоне почти черного неба...

Используя медитативную технику, Бруно вогнал свой разум в боевой транс, но посчитал что этого будет мало и приказал доспеху вколоть порцию боевых стимуляторов. Подобие разума, созданное на основе технологии позволившей изобрести «маршала» услужливо предупредило, что потрепанный годами организм может этого не выдержать с вероятностью в одиннадцать процентов. Мастер ордена рунных рыцарей лишь хмыкнул и подтвердил свое решение.

Мир замедлился до неприличия: капли воды буквально застыли в воздухе, молнии бьющие в щиты дирижаблей можно было рассмотреть едва ли не в деталях, водная гладь оставшаяся далеко внизу, (хотя гладью ее в этот момент времени называть и неправильно), превратилась в нечто неестественное, вызывающее диссонанс с реальностью одним своим видом.

"Все это сейчас не важно".

Мысленно напомнил себе старый минотавр с спиленными рогами. Пальцы его рук, закованные в латные перчатки, крепче сжались на длинном древке боевой секиры, два симметричных лезвия которой хищно посверкивали в свете догорающей молнии.

Усиленный стимуляторами разум позволил оценить расстояние, скорость себя и цели, примерное количество мелких препятствий которые встретятся на пути. Рунные круги вспыхнули перед стариком настолько легко, будто бы это ему вовсе ничего не стоило, а ведь сложность конструкций являлась таковой, что не всякий рыцарь сможет повторить даже при долгой подготовке в спокойной обстановке.

Чем отличались чародеи уровня Бруно, от всех остальных членов ордена? Сила рунных магов, относительно тех же некромантов, или формульщиков из Эквестрии, была невелика, (если не ничтожна), но как и любое препятствие, эта сложность имела обходные пути. Большинство минотавров обладающих даром использовали накопители, что вынуждало их носить с собой запас заряженных кристаллов, или специальных батарей, но мастера не нуждались в подобных костылях.

"Даже Марио, хоть и проиграл мне однажды, но я вовсе не уверен, что смог бы победить еще раз".

Существовали руны позволяющие напитывать конструкцию магией рассеянной в пространстве, или даже черпать силу с иных планов бытия, (стихийные алфавиты, сложность которых грозит пользователю кипячением мозгов, позволяли проворачивать подобное). Лишь постоянные тренировки на протяжении десятков лет, а так же прием особых веществ временно расширяющих сознание чародея, (что грозило опасностью стать зависимым от химии), давали возможность мастеру рун встать вровень с магистрами и архимагами.

Лучи ярко-алой энергии устремились к своей цели, по пути испаряя капли воды и выжигая воздух, а пространство вокруг Бруно внезапно ощутило сильную нехватку магии, из-за чего даже температура упала на пол десятка градусов. К счастью, подобная маленькая аномалия быстро исчезла, а старый минотавр дико взревев, вскинул вверх руки и начал раскручивать свою секиру подобно пропеллеру вертолета...

Все инстинкты, выдрессированные предупреждать свою хозяйку об опасностях во время сразу двух масштабных войн, взвыли единым хором заставляя Уно начать падать вниз. В следующую секунду над ее головой и рядом с правым крылом пронеслись несколько лучей алой энергии. Покров зверобога постепенно становился все более материальным, в результате чего вскоре о попаданиях вражеских заклинаний можно будет не беспокоиться...

«Промахнулся. Шустрая. А если так?».

Взмыв ввысь, Бруно создал новые рунные круги, из которых вылетели лучи разрушительной энергии. Однако, на этот раз его целью был не только носитель зверобога...

«Вот ведь круп чумной коровы!».

Враг, оказавшийся на удивление быстрым и маневренным, несмотря на внешнюю убогость его летательного средства, выстрелил в Уно еще шестью заклинаниями, подобными предыдущим. Расстояние было достаточным, так что кобыла успела бы увернуться, а вот медленно набирающий скорость "кит", на спине которого находилось почти сто зони, подобной ловкостью похвастать не мог.

Зебраске пришлось подавлять вбитые в подсознание рефлексы, увеличивать концентрацию силы зверобога до возможного предела и выставлять на пути разрушительной магии собственные крылья...

«Аха-ха... Вот ты и попался, дружок».

Вокруг Бруно сформировались еще двенадцать рунных кругов, магия насыщающая окружающее пространство истощилась настолько, что если бы минотавр не носил свою броню, ему стало бы тяжело дышать...

Желто-черная крылатая зони, закусив нижнюю губу изображала из себя аналог живого щита, носясь из стороны в сторону и перехватывая потоки разрушительной силы, которые должны были достаться живым воздушным шарам. Учитывая то, что даже покров зверобога заметно истончался в местах попадания, можно было сделать вывод, что первый же пропущенный луч, для одного воздушного транспорта и его экипажа станет последним.

"Я не знаю кто ты, но уже тебя ненавижу".

Шаровые молнии, бросаемые с передних лап гиппогрифа, совершенно не причиняли вреда минотавру. Только на седьмой попытке, когда зебраске удалось рассмотреть процесс того, как разряд энергии втягивается в чудовищного размера секиру, она осознала что вместо причинения вреда, еще и подпитывает кровавый доспех...

«Перестал бросаться молниями? А ведь разведка говорила, что ты – сестра гранд-магистра... Что-то мысли начинают путаться. Нужна еще порция стимуляторов. Рано? Ничего не рано... Исполняй приказ, железяка!».

Сконцентрировав энергию вражеских атак, накопленную броней, Бруно махнул секирой, отправляя широкое магическое лезвие, постепенно расширяющее зону поражения...

На несколько секунд враг прекратил стрелять энергетическими лучами, что позволило Уно собраться с мыслями и силой. Прямой контроль воздуха, при помощи зверобога заточенного в печати, давался крылатой кобыле достаточно легко. Потому когда в нее полетел серп из энергии, запущенный минотавром при помощи его секиры, зебраска не став придумывать особых хитростей, просто надавила на атаку сверху, заставляя сменить направление и врезаться в воду, подняв стену из брызг.

К тому моменту, остальные двенадцать наездников на дельтапланах уже расправились с морскими химерами, (кого-то проморозили, кого-то наоборот прожарили молниями, некоторых изрубили серпами из почти твердого пламени), а теперь бросились в погоню за небесными "китами". Но и это было еще не все: из трюмов дирижаблей вылетели сотни летательных аппаратов похожих на четырехлучевые звезды, стреляющие во все стороны крупными пулями, от которых ощутимо веяло какой-то неопределенной угрозой...

«Не отвлекайся, сестра гранд-магистра!».

– Аха-ха-ха!

Начав этот бой, Бруно предусмотрительно отключил свой микрофон, не желая чтобы его случайно услышали подчиненные: все же безумный смех и откровенный бред, которые время от времени вырывались из рта мастера ордена рунных рыцарей, могли негативно сказаться на его репутации даже при победе над зверобогом...

«Молнии использовать нельзя, контроль воздуха вокруг него разрушается... Как он это делает? Придется сближаться. Вряд ли он и остальные летуны, позволят нам уйти».

Ускорившись, Уно вытянула перед собой передние ноги, (покров, имеющий форму гиппогрифа, сцепил передние лапы), и создавая за собой своеобразную трубу из воздушных завихрений, устремилась к врагу. Попутно, используя контроль воздуха, она сминала и давила летающие "красные кресты", генераторы защитного поля которых совершенно ничего не могли противопоставить мощи зверобога...

– Иди ко мне, моя дорогая! – Несмотря на вопли тела, разум Бруно был чист и спокоен, но все же где-то на грани сознания мелькала мысль, что подобная реакция на боевые стимуляторы может быть следствием психологической травмы. – Я буду нежен с тобой, как опытный бык с юной телочкой!

Лучи алой энергии, разрезающие небо яркими росчерками лишь слегка потрепали шкуру зверобога и лишили его трети левого крыла, но все же этого оказалось недостаточно чтобы остановить прорыв. Верная секира "Пожиратель" приняла на себя удар сцепленных лап чудовища и уцелела, при этом умудрившись оторвать кусочек его силы. Самого же мастера ордена рунных рыцарей отбросило назад на пол сотни метров, едва не оторвав его ноги от дельтаплана...

«Получай! И еще, и еще...».

Оскалившись в безумной усмешке хищника, наконец-то доставшего черепаху из панциря, Уно от души лупила минотавра всеми конечностями. К сожалению, большинство ударов враг принимал на свое вездесущее оружие, из-за чего кобыла испытывала ощущение, будто от нее отрезают маленькие кусочки плоти, а короткие разряды молний увязали в алой броне. Однако, даже тех выпадов что все же достигали цели, оказалось вполне достаточно...

– Дорогая! – Вращаясь будто хуфбольный мяч на телячьей площадке, Бруно отчаянно пытался не откусить собственный язык, попутно отмахиваясь от взбесившейся носительницы зверобога. – Ты так жестока ко мне! Но я тебя прощаю, ибо сила любви – это мощь которая спасет мир!

"Предки, если это кто-то услышит, то мне будет проще демонстративно застрелиться, нежели оправдаться".

Очередной пинок правой задней ноги полупрозрачного монстра пришелся на многострадальный дельтаплан, наконец-то сломавшийся и рассыпавшийся на куски. Мастеру ордена рунных магов пришлось изворачиваться и создавать под ногами магический круг, который превратился в ледяной диск. Импульс магии позволил взмыть вверх, выходя из-под очередного удара противницы, а окутанная украденной силой секира взметнулась вверх и резко опустилась на протянутую когтистую лапу, попутно выпуская режущий серп...